Либмонстр - всемирная библиотека, репозиторий авторского наследия и архив

Зарегистрируйтесь и создавайте свою авторскую коллекцию статей, книг, авторских работ, биографий, фотодокументов, файлов. Это удобно и бесплатно. Нажмите сюда, чтобы зарегистрироваться в качестве автора. Делитесь с миром Вашими работами!

Libmonster ID: RU-6760
Автор(ы) публикации: А. Молок

поделитесь публикацией с друзьями и коллегами

Вот как это произошло. Шарль Жерарден, друг и единомышленник Росселя2 , видя, какой оборот принимают дебаты, покинул встревоженный залу заседаний и бросился в квестуру. "Что постановила Коммуна?"- спросил его Авриаль. "Пока еще ничего", - отвечал Жерарден и, заметив на столе револьвер Авриаля, обратился к Росселю: "Ваш часовой старательно выполняет свои обязанности". "Я не думаю, - живо возразил Россель, - чтобы эта предосторожность относилась ко мне. Впрочем, гражданин Авриаль, даю вам честное слово солдата - я не буду пытаться бежать". Сильно тяготясь своими обязанностями, Авриаль решил воспользоваться присутствием Жерардена и, оставив Росселя под наблюдением последнего, отправился в залу заседаний. Возвратившись в квестуру, он уже не застал там ни Росселя, ни его стражи3 . "Я не мог вынести мысль, что мне придется предстать в качестве обвиняемого пред тем самым Колле, который на моих глазах так отчаянно трусил в Исси под гранатами противника", - оправдывался впоследствии Россель4 , - "и я решил тогда устраниться от суда Коммуны". Оба друга беспрепятственно вышли из Ратуши, сели в наемную карету и велели отвезти себя до угла бульваров Сен-Жермен и Сен-Мишель; здесь они расстались, и каждый отправился искать себе убежища5 .

Известие, принесенное Авриалем, должно было как громом поразить Коммуну. По предложению члена Комитета общественного спасения, Гамбона, была принята резолюция, уполномочивавшая Бержере принять все меры


1 Лиссагарэ. "Ист. Парижск. Коммуны", стр. 305 (перев. исправлен - A.M. ) Proles. "Le colonel Rossel", p. 102 - 103. -Резолюция (ничем не мотивированная) о предании Росселя суду военного трибунала была опубликована в "Journal officiel" от 11/V-1871.

2 Они подружились еще в конце марта, в бытность Росселя начальником XVII легиона, в котором Ш. Жерарден играл роль гражданского комиссара Коммуны (Proles, "Le colonel Rossel", p. 41 - 42). Своим назначением на пост начальника главного штаба Россель был обязан на-ряду с Малоном и Ш. Жерардену (Malon. "La troisieme defaite du proletariat francais", p. 209). Последний, будучи формально беспартийным, принял деятельное участие в задуманном группой бланкистов заговоре против Коммуны, в каковой втянул и Росселя (Malon, р. 294; "Mem. et corresp. de Rossel", p. 312; Da Costa. "La Commune vecue", II, 191 и сл.). Не стоит ли это бегство в связи со страхом Жерардена перед возможностью раскрытия неудавшегося заговора?

3 Лиссагарэ. "История Парижской коммуны", стр. 305.

4 "Mem. et corresp. de Rossel", p. 328. Утверждение Росселя, будто в том же заседании Коммуны (10 мая) был восстановлен военный трибунал под председательством полковника Колле, не соответствует действительности: восстановление военного трибунала было решено в вечернем заседании 9 мая, а состав его был определен декретом К. О. С. от 12/V ("Journal officiel", 10 и 13 мая), при чем обязанности председателя должен был исполнять не Колле, а Гуа (Колле вошел в состав этого трибунала в качестве "судьи").

5 "Mem. et corresp. de Rossel". p. 328. Proles. "Le colonel Rossel", p. 103 - 104.

стр. 141

к розыску и аресту скрывшегося военного делегата1 . Задержать Росселя и Жерардена, однако, не удалось, - несмотря на все старания комиссаров Комитета общественного спасения2 и самого Бержере, лично побывавшего во всех домах, адреса которых были ему указаны3 .

Два дня спустя (12 мая) Комитет общественного спасения обратился к "парижскому народу" с прокламацией4 , в которой открыто называл Росселя предателем и сообщником контрреволюции: "Не надеясь больше победить Париж силой оружия, реакция пытается дезорганизовать наши силы путем подкупа. Брошенные ею пригоршни золота нашли продажную совесть даже в нашей среде. Оставление форта Исси, о котором возвестил в гнусной афише сам предатель, было лишь первым актом драмы: за ним должно было последовать монархическое восстание внутри города и одновременно с этим сдача врагу городских ворот". Прокламация заканчивалась сообщением, что "все нити мрачного заговора, добычей которого едва не сделалась революция", находятся в руках Коммуны, так же, как и "большая часть преступников", и призывала "все живые силы революции" зорко следить за происками реакции5 .

В середине мая версальские и парижские (как реакционные, так и некоторые революционные) газеты воспроизвели документ, подписанный именами двух членов Коммуны - Прото и Вермореля - и озаглавленный: "Проект обвинительного акта против Росселя" (Projet d'acte d'accusation Rossel). В этом "документе" устанавливалось, что Россель уже давно находился в переговорах с Версалем, что ему был обещан миллион франков за сдачу каждого форта и два миллиона (плюс чин полковника) - за сдачу городских валов, и что он уже получил в счет этих сумм полумиллионный аванс. Характерно, что большинство парижских газет, напечатавших этот "обвинительный акт", - впервые появившийся в бонапартистском органе "Paris-Journal", - сочли нужным присовокупить, что они не ручаются за его достоверность. "Этот документ, несомненно, апокрифичен", - заявляла газета "Justice": "Мы наводили о нем справки: оказывается, граждане Прото и


1 "Le Mot d'Ordre", 12 мая 1871 г.

2 "Le Vengeur", 12 мая ("Derniere heure") и 15 мая 1871 ("Dossier Rossel")

3 "Journal officiel", 13/V-1871 г. (отчет о заседании Коммуны 12 мая). - Возможно, что полицейская префектура, - находившаяся в руках бланкистов и являвшаяся, наряду с газетой "Отец-Дюшен", очагом бланкистского заговора против Коммуны, - намеренно дала Росселю и Жерардену, участникам этого заговора, возможность скрыться (ср. Da Costa. "La Commune vecue", II, 198); характерно во всяком случае, что человек, покушавшийся на Монмартре на руководившего розысками Росселя и Жерардена комиссара К. О. С. Делашапеля, был, после непродолжительного ареста, отпущен на свободу префектурой ("Le Vengeur", 15/V: Dossier Rossel).

4 "Journal officiel", 13/V. А. Молок. "Парижск. коммуна в док. и мат.", стр. 435 - 436.

5 Эта прокламация совершенно произвольно связывала между собою два одновременных, но независимых друг от друга факта - оставление форта Исси (вызванное не изменой, а физической невозможностью продолжать его оборону) и частичное раскрытие шпионской организации версальского агента Вейссе (арест его жены и сотрудника), о которой см. у Лиссагарэ ("История Парижск. комм.", глава XXII).

стр. 142

Верморель даже и не подозревали о его существовании1 ". Коммуна обошла молчанием этот "документ" (который не попал в ее официальный орган) и ничего не сделали для того, чтобы опровергнуть; составить собственный обвинительный акт против скрывшегося военного делегата она так и не удосужилась.

Бегство Росселя и Шарля Жерардена, совпавшее с моментом крайнего обострения фракционной борьбы в недрах Коммуны, было превосходно использовано новым Комитетом общественного спасения, который с самого начала становится на путь расправы с оппозиционным "меньшинством": декретом 25 флореаля (14 мая) состав Военной комиссии, - которую якобинец Билльорэ открыто обвинял в том, что она дала Росселю возможность бежать2 , - был обновлен, и прежние пять членов (из коих четверо принадлежали к "меньшинству") заменены семью новыми (взятыми исключительно из среды "большинства"3 . Ниже мы увидим, какие репрессии обрушились на газеты оппозиции, позволившие себе критику действий правящего "большинства" и открыто заявившие о своей солидарности с бывшим военным делегатом.

4

Буржуазный Париж был доволен. "Теперь можно ждать появления версальцев в Париже с минуты на минуту. Господа из Ратуши могут укладывать свои чемоданы": вот какие разговоры, вызванные известием о падении Исси, подслушал 9 мая в округе Биржи агент информационного бюро при военном министерстве4 . Каттюль Мендес, этот "внутренний версалец", откровенно признается в своих записках, какую радость доставило ему открытое письмо Росселя членам Коммуны: "...Оно сообщает мне... массу деталей, которые для меня отнюдь не неприятны, так как дают мне право предполагать, что царство наших тиранов близится к концу. Я узнаю, что если у Коммуны есть артиллерия, у нее нет зато артиллеристов. С неменьшим удовольствием узнаю я, что она располагает только семью тысячами бойцов: до сих пор я боялся, что у нее их найдется гораздо больше. Что касается жалоб гражданина Росселя на комитеты и на начальников легионов, которые заседают, когда надо действовать, то это приводит меня в восторг, так как убеждает меня в том, что Коммуна скоро окажется не в силах продолжать борьбу..."5 . С неменьшим удовлетворением встретила отставку Росселя уцелевшая еще в Париже реакционная пресса6 , для которой арест и бегство военного деле-


1 "La Justice", 17 мая 1871 г.

2 "Journal officiel", 19/V-1871 г. (отчет о заседании Коммуны 17 мая).

3 "Journal officiel", 16/V-1871 г. - Возможно, что и замена главного редактора "Journal officiel" прудониста Лонге якобинцем Везинье ("Journal officiel", 13/V) была вызвана - по крайней мере, отчасти - тем, что он пропустил в газету афишу Росселя об оставлении Исси и не опубликовал соответствующего опровержения, выпущенного Коммуной (ср. "Le Corsai re", 15/V-1871).

4 Dauban. "Le Fond de la societe sous la Commune", p. 258 - 259.

5 C. Mendes. "Les 73 journees de la Commune" (Paris 1871); p. 259.

6 См., напр., "L'Etoile" (от 11 мая), "L'Anonyme" (от 11 мая) и др.

стр. 143

гата послужили поводом к злорадным насмешкам и дешевым остротам по адресу Коммуны1 .

Версаль ликовал. Официальный орган правительства Тьера писал: "Письмо, в котором он (Россель. - А. М. ) излагает мотивы своего решения (отставки. - А. М. ), бросает такой яркий свет на анархию и многовластие в правительстве инсургентов, которое тиранизирует Париж вот уже шесть недель, и на неизбежный и близкий конец восстания, что мы не колеблемся поместить его целиком"2 . Замена военного специалиста Росселя журналистом Делеклюзом была принята как несомненное доказательство понижения сопротивляемости Парижа. 10 мая, сообщая своему послу в Лондоне герцогу Брольи о падении форта Исси, как о "крупном шаге на пути к развязке", глава исполнительной власти не скрывал своего удовлетворения по поводу отставки "диктатора Росселя"3 . Один из близких к Тьеру людей, сенский префект Жюль Ферри, писал 15 мая из Версаля своему брату Шарлю, префекту департамента Соны-и-Луары: "Ванв пал, подобно Исси. Что падает в особенности, так это дух и организация. Вместе с Росселем всякое военное дарование покинуло их (коммунаров. - А. М. ). (Avec Rossel toute capacite militaire s'est retiree d'eux)"4 . Официозная газета "Moniteur des Communes", выходившая при ближайшем участии министров Пикара и Жюля Симона, не скрывала своего ликования: "При создавшемся положении друзья порядка не могут не радоваться, видя, что военные дела Коммуны перешли из рук Росселя в руки гражданского делегата"5 .

Сильнейшее возбуждение - правда, иного порядка - события 9 и 10 мая вызвали в революционном Париже.

Факт оставления Исси сам по себе не породил, правда - если верить сводке от 10 мая - "никакой паники" в рядах национальной гвардии6 . Столь же спокойно отнеслась к нему революционная пресса. С военной точки зрения, это не такая уж большая потеря, - заявлял орган Валлеса7 : разрушенный до основания форт не может служить больше ни парижанам, ни версальцам. "Отец "Дюшен" успокаивал своих читателей, уверяя их, что падение форта - пустяк (c'est pas grand'chose), так как версальцам досталась только "груда развалин", которые нетрудно будет отвоевать у них в любую минуту8 . Газета Делеклюза утверждала, что эвакуация эта огорчит нацио-


1 См., напр., "Le Siecle" от 12/V "Le Spectateur" от 12/V ("Grandeur et decadence du citoyen Rossel"), "Le Corsaire" от 13/V ("Evasion du citoyen Rossel"), "Le Republicain" от 15/V 1871 г.

2 "Journal officiel de la Republique francaise" (версальский), 11 мая 1871 г.

3 "Thiers au pouvoir (1871 - 1873). Texte de ses lettres". Annote et commente par G. Bouniols. (Paris 1921) p. 63.

4 Jules Ferry. "Lettres (1871 - 1877)" "Revue de Paris", 15 mai 1914, N 10, p. 261.

5 Цитировано в "Le Mot d'Ordre" от 14 мая 1871 г.

6 Dauban. "Le fond de la societe sous la Commune", p. 265. - Сводка от 9/V (ibid., p. 259) отмечала, однако, что Париж "народных кварталов" недоволен ходом военных действий.

7 "Le Cri du Peuple", 11 мая 1871 г.

8 "Le Pere Duchene", 22 floreal an 79 (11 мая 1871 г.), р. 8.

стр. 144

нальных гвардейцев гораздо меньше, чем "известие о внутренних раздорах среди их избранников, вызванное дряблостью одних и преступным честолюбием других1 .

Совсем иное - гораздо более сильное - впечатление произвело падение Росселя. Если верить сводке информационного бюро от 10 мая, "народные кварталы" встретили известие об отставке военного делегата с большим сожалением on regrette beaucoup Ie citoyen Rossel)2 , сменившимся, однако, на следующий день - по получении известия об его бегстве - взрывом всеобщего осуждения3 . По словам Малона, события 9 и 10 мая вызвали "некоторое брожение" среди пролетарских масс Монмартра и Батиньоля, каковое привело к посылке туда четырех батальонов Бельвилля (также пролетарского округа). "Никаких беспорядков, впрочем, не произошло; положение было слишком напряженным, чтобы можно было, не совершая преступления, поднять какое-либо движение внутри города"4 .

Революционная пресса горячо обсуждала события, расколовшись на два лагеря - за Росселя и против Росселя. "Отец Дюшен", ставший в эти дни как бы "органом Росселя"5 , сопровождал публикацию его письма к членам Коммуны новыми резкими выпадами против Центрального комитета и начальников легионов и требованием их расстрела. Своего любимца газета убеждала взять назад свою отставку: "Если бы способных людей было сколько угодно, Отец Дюшен сказал бы тебе: уходи, если тебе так хочется. Но способные люди у нас наперечет! Если ты уйдешь, кого мы поставим на твое место? Не уходи, слышишь!"6 .

Орган Делеклюза, - одобряя действия Росселя и, в частности, афишу об оставлении Исси7 ("национальные гвардейцы, геройски гибнущие на фронте, имеют право знать истину"), - резко порицал Коммуну за ее попытку скрыть от общественного мнения действительное положение вещей и клеймил членов Центрального комитета и легионных советов, которые, будучи круглыми (невеждами в военном деле, "хотят, во что бы то ни стало, на истерзанном теле... геройской Коммуны производить испытание своего военного гения". Газета требовала от Коммуны, если она хочет "серьезно защищать Париж", принятия следующих трех мер: 1) сохранение Росселя на посту военного делегата, "поскольку этот гражданин не сделал ничего такого,


1 "Le Re veil du Peuple", 11 мая 1871 г.

2 Dauban. "Le fond de la societe sous la Commune", p. 265. - Однако уже 12 мая информационное бюро констатировало (ib., p. 282), что о Росселе начинают забывать.

3 Ibidem, p. 276; см. также сводку от 12/V (ib., p. 281).

4 Malon. "La Troisieme defaite du proletariat francais", p. 312. - По словам газеты "Etoile" (от 12/V-1871 г.), брожение охватило Монмартр и Бельвилль и носило явно сочувственный Росселю характер (вплоть до стрельбы по агентам полиции, отправленным на розыски бывшего военного делегата и его товарища по бегству); для успокоения умов Центральный комитет вынужден был разослать по округам своих делегатов (членов), которым удалось к ночи справиться с волнением.

5 М. Вильом. "В дни Коммуны", стр. 146.

6 "Le Pere Duchene", 21 floreal an 79 (10 мая 1871 p. 4).

7 Газета Валлеса также одобряла расклейку этой афиши ("Le Cri du Peuple", 11/V-1871).

стр. 145

что могло бы лишить его доверия Коммуны"; 2) организация "контрольного комитета"' (Comite de controle), в составе трех членов Коммуны - Делеклюза, Антуана Арну [член обоих Комитетов общественного спасения, бланкист] и Прото [делегат юстиции, бланкист], который, не вмешиваясь в действия военного делегата, мог бы, в случае надобности, потребовать его отрешения; 3) "безусловное воспрещение Центральному комитету вмешиваться в управление военным ведомством, под страхом немедленного роспуска..." Если эти меры не будут приняты и "если неограниченные полномочия в военной области не будут вручены единственному человеку, одновременно активному, энергичному и способному, которого мы имеем" - "революция запутается в собственных сетях, и мы падем бессильными перед пушками противника..."1 .

"Что раз'едает Коммуну", - писал Рошфор в своем органе, выражавшем интересы симпатизировавших Коммуне слоев радикальной мелкой буржуазии и демократической интеллигенции, - "разлагает Центральный комитет, расслабляет национальную гвардию и, в конечном счете, губит республику, - это не пруссаки, стоящие у наших ворот, не бомбы Тьера, не законы Дюфора; что нас убивает - так это взаимное недоверие..."2 .

Газета высказывалась за необходимость военной диктатуры3 . Лево-прудонистский орган "Коммуна", печатая письмо Росселя от 9 мая и вполне с ним соглашаясь, также приходил к выводу, что "в военном министерстве нужен диктатор", будет ли то Россель или кто-нибудь другой, диктатор этот должен обладать следующими качествами: преданностью республике, хладнокровием, энергией и военными познаниями4 .

"Отец Дюшен" восклицал: "Мы не нуждаемся в 36 диктатурах! Нам нужна одна диктатура, единственная, которая имеет право на существование сегодня..., диктатура военного ведомства под контролем гражданской комиссии!... Один хозяин - военный делегат! Одно честолюбие - спасти революцию! Чтобы быть свободными завтра, нам нужно всем безоговорочно подчиняться сегодня!"5 .

Среди этого хора сочувственных Росселю голосов резко выделялся своим непримерно-враждебным тоном орган Феликса Пиа. Публикуя афишу Росселя об оставлении форта Исси и придираясь к ее неудачной редакции, он восклицал: "Крик торжества вместо признания поражения!... От этих двух слов - развевается и оставленный - разит изменой? (Ces deux mots flotte et abanbonne suent la trahison)". В дальнейшем Россель сравнивался с маршалом Базеном, предательская сдача которым Меца (в октябре 1870 года) была публично раскрыта Феликсом Пиа (в его газете "Combat" от 27/X) в тот момент, когда Правительство Национальной


1 "Le Reveil du Peuple", 11 мая 1871 г. (ст. "Le Salut").

2 "Le Mot d'Ordre", 12 мая 1871 г. (статья "Soupconneurs et soupconnes"). - "Отец Дюшен" в N от 13 мая заявлял о своем согласии с этой статьей "Mot d'Ordre" ("Le Pere Duchene", 24 floreal an 79, p. 7).

3 "Le Mot d'Ordre", 11 мая 1871 г. (ст. "La Demission de Rossel).

4 "La Commune", 11 мая 1871 г. - См. еще "La Commune", 12/V-1871 г. ("La Demission de Rossel").

5 "Le Pere Duchene", 24 floreal an 79 (13/V-1871), p. 7.

стр. 146

Обороны еще скрывало от масс эту катастрофу. В заключение, редактор "Vengeur" оптимистически уверял своих читателей в том, что отставка Росселя не будет иметь никаких последствий для Коммуны, которая сейчас сильнее, чем когда-либо1 .

Эта статья была лишь началом кампании Феликса Пиа против бывшего военного делегата. 12 мая, печатая совершенно фантастические подробности о бегстве Росселя и Жерардена, он ставил последнее в связь с маневрами внутренней контрреволюции и деятельностью версальских агентов2 ; 13-го утверждал, что "план Росселя" есть продолжение "плана Базена" и "плана Трошю" и пытался, с помощью документов, доказать, что "Россель хотел сдать Исси"!3 . 16-го в длинной статье, ловко подтасовывая факты и давая им тенденциозное освещение, он давал обзор деятельности Росселя в качестве начальника главного штаба, председателя военного трибунала и военного делегата и обвинял его в бонапартистских замыслах ("этот белокурый диктатор не что иное, как обезьянье подражание корсиканцу"). Наконец, газета заводит особый отдел под названием "Дело Росселя".

На-ряду с газетой Пиа, в кампании против Росселя приняли участие и некоторые другие органы революционной прессы, в том числе - якобинский листок "Salut public" (выходивший под редакцией Гюстава Марото)4 и якобинская же газета "Paris libre" (ее издавал член Коммуны Везинье), опубликовавшая открытое письмо двух членов Центрального артиллерийского комитета, которые поздравили Коммуну с отрешением Росселя и настаивали на том, чтобы во главе военного ведомства была поставлена "гражданская комиссия" и чтобы к действующей армии были прикомандированы "гражданские комиссары"5 . Правопрудонистская "Justice"6 - в отличие от других органов оппозиционного меньшинства Коммуны - стала в этом вопросе на сторону Феликса Пиа и ортодоксальных якобинцев. Эта газета резко осуждала поведение Росселя, называя его заявление об отставке "возмутительным" (abominable et odieux)7 ; печатала полную небылиц "биографию" бывшего военного делегата, в которой доказывалось, что Россель - "ярый бонапартист", человек, мечтавший "о роли Бонапарта, а может быть даже и Вашингтона Коммуны"8 ; вступила по этому вопросу в резкую полемику с газетой Делеклюза9 .


1 "Le Vengeur" 11 мая 1871 г. (статья "Rossel").

2 "Le Vengeur", 12 мая 1871 г. ("Derniere heure").

3 "Le Vengeur", 13 мая 1871 г. (статья "Preuves").

4 "Le Salut Public", 19/V-1871 г. (статья Гюст. Марото "Le Dossier de Megy"); 22/V 1871 г.

5 "Paris libre", 13 мая 1871 г.

6 Негласным редактором этой газеты, выходившей анонимно, был Верморель A. Gagniere. "Histoire de la presse sous la Commune", p. 282. P. Larousse. Grand dictionnaire universel du XIX siecle", tome XV, p. 914.

7 "La Justice" 12/V-1871 г. ("La fuite de Rossel et du citoyen Gerardin, exmembre du Comite de salut public").

8 "La Justice", 13/V-1871 г. (статья "Rossel").

9 "La Justice", 15, 16, 18/V-1871 г.

стр. 147

Четыре влиятельные газеты различного направления - радикально-демократический "Mot d'Ordre", якобинский "Reveil du Peuple", бланкистский "Отец Дюшен", бакунистская "Sociale" - горячо отстаивали бывшего военного делегата, а с ним также идею сильной и строго-централизованной военной власти.

Прежде чем признать Росселя изменником, - писал орган Рошфора, - "мы подождем, пока нам представят несколько более серьезное преступление, чем напечатание какой-то афиши в десяти тысячах экземпляров1 . "Reveil du Peuple" заявлял: "...Что бы он (Пиа - А. М. ) ни делал с этой пресловутой фразой - "трехцветное знамя развевается над фортом Исси, оставленным его гарнизоном", - общественное мнение не увидит в, этих девяти словах ничего другого, кроме взрыва - может быть, неосторожного - сильнейшей досады, и самый ядовитый инквизитор никогда не скажет, что от них разит изменой... Дисциплина - пусть назовут нас за это Базеном - единственная вещь, которой недостает 200 000 вооруженных парижан. Спросите тех, кто ведет людей в бой: Ла-Сесилиа, Домбровский и другие скажут вам то же самое, что Россель..."2 . Та же газета выставила требование немедленного разбора дела Росселя3 и взяла на себя труд доказать "всю ложность" "биографии" бывшего военного делегата, опубликованной правопрудонистским органом "Justice"4 .

С неменьшей страстностью отстаивал Росселя и нападал на Коммуну "Отец Дюшен", опубликовавший 12 мая5 следующее полученное им от Росселя письмо6 : "Я - здесь поблизости, мне достаточно сде-


1 "L e Mot d'Ordre", 13 мая 1871 ("Nous demandons des preuves").

2 "Le Reveil du Peuple", 12/V 1871 г. (статья "L'Organisation").

3 "Le Reveil du Peuple", 12/V-1871 г. ("Un dernier mot"). - На скорейшем расследовании дела Росселя настаивала в N от 14 мая и другая революционная газета якобинского направления - "L'Estafette" (статья "La colere du Comite de salut public").

4 "Le Reveil du Peuple" 14/V 1871 г. ("Le colonel Rossel. Reponse a la Justice"). -14 мая Делеклюз - открытым письмом на имя редактора "Vengeur" - заявил, что он остается "совершенно чуждым" политической линии, усвоенной газетой "Reveil du Peuple" ("Le Vengeur", 15/V-1871: "Dossier Rossel"); это заявление побудило газету "La Justice" (в N от 16/V) заявить, что с этого момента она прекращает всякую полемику с "Reveil du Peuple".

5 "Le Pere Duchene", 23 floreal an 79 (12/V-1871), p. 5 - 7.

6 Публикацию этого письма газета сопровождала резкими выпадами против членов Коммуны и выражением уверенности, что нанесенный им рукой военного делегата "удар хлыста" послужит им на пользу.

7 Письмо, написанное Росселем Гайяру-старшему после своего бегства из Ратуши и пересланное 12 мая Делеклюзом Комитету общественного спасения, показывает, что бывший военный делегат действительно не переставал интересоваться обороной Парижа и давать Коммуне - через своего приятеля - оправдавшиеся потом предостережения и ценные технические указания, которые - по мнению военного историка Коммуны Bourelly ("Le Ministere de la Guerre", p. 151 - 153) - могли бы предотвратить катастрофу 21 мая, если бы только были использованы. Маловероятным представляется, однако, утверждение биографа Росселя Proles ("Le colonel Rossel", p. 107 - 108), будто, начиная с 11 мая, Делеклюз каждый вечер тайком посещал своего предшественника, который давал ему технические советы, облегчавшие старому якобинцу исполнение его обязанностей военного делегата.

стр. 148

лать один шаг, чтобы снова очутиться в Париже; у меня только одна забота - оборона. Если меня будут судить, я вызову, в качестве свидетелей, всех генералов Коммуны и всех членов Военной комиссии. Офицеры и чиновники министерства, к несчастью, слишком привязаны ко мне. Постарайтесь передать им, что я приказываю им оставаться на своих постах. Оборона покоится в настоящую минуту единственно на плечах народа"1 .

На следующий день - 13 мая - "Отец Дюшен", выведенный из себя появившеюся накануне прокламацией Комитета общественного спасения, разразился следующей яростной тирадой: "...Как, вы об'являете гражданина Росселя предателем открыто, в афише, и у вас не хватает духа дать парижскому народу доказательства!

Вы-просто негодяи!

"Отец Дюшен" настоятельно требует у вас доказательств. Дайте их! Или он будет думать, что у вас их нет.

Если сегодня к вечеру вы не представите доказательств измены Росселя, Отец Дюшен об'являет, что вы - обманщики! Если же вы их представите, Отец Дюшен первый потребует вместе с вами головы Росселя.

В противном случае, он вызовет к себе Росселя. Отец Дюшен и Россель у кроются в Бельвилле2 , среди патриотов, и тогда граждане Бельвилля примут против вас такие меры, которых потребуют интересы города и революции!"3 .

Эта статья, - принадлежавшая, повидимому, перу Вермеша и вызвавшая между прочим резкий протест со стороны члена Коммуны и ЦК Арнольда4 , - чуть не стоила газете жизни. "Гневные выпады нашей газеты обеспокоили Ратушу", - рассказывает Вильом: "Однажды вечером друзья предупредили меня, что уже поднят вопрос о нашем аресте... Я бросился в делегацию по просвещению, к Вальяну, который продиктовал своему секретарю Констану Мартену записку к Эду, бывшему тогда членом Комитета общественного спасения. Вальян подписал ее. Я посетил Эда, и все уладилось... Отцу Дюшену не


1 Цитируя это письмо Росселя, якобинский листок "Estafette" (в N от 14/V) выражал свое сомнение в том, чтобы оно исходило от "изменника".

2 Округ Бельвилль (XIX) - один из самых пролетарских в Париже.

3 "Le Pere Duchene", 24 floreal an 79 (13 мая 1871), p. 5. -Записки М. Вильома ("В дни Коммуны", стр. 166) подтверждают тот факт, что редакция "Отца Дюшена" в лице Вермеша поддерживала сношения с Росселем и после его бегства из Ратуши и готовила - в середине мая - задуманное еще в конце апреля группой бланкистов выступление против парламентарной Коммуны.

4 "L' Estafette", 20/V 1871 г. (открытое письмо Арнольда Эмберу и Вермешу, главным редакторам "Отца Дюшена"). - В ответ на этот протест редакция "Отца Дюшена" заявляла, что и в дальнейшем будет поддерживать каждого военного руководителя Коммуны и защищать его от необоснованных обвинений в измене "L'Estafette" от 21/V).

стр. 149

оставалось теперь ничего другого, как поддерживать Делеклюза, который сменил Росселя"1 .

То, что сошло бланкистскому органу, поспешившему, впрочем, "загладить" свою "вину" перед "большинством" Коммуны и ее Комитетом общественного спасения исключительно резким выступлением против оппозиционного "меньшинства"2 , - не сошло бакунистской газете, на столбцах которой Андре Лео повела страстную борьбу против военной политики правящей фракции Коммуны - в частности, против травли Росселя3 .

"Перед лицом всех обвинений, всех угроз, направленных против гражданина Росселя, - писала она 13 мая4 , - мы останемся верны до конца!.. Мы заявляем, что его единственной ошибкой было то, что он не использовал до конца своих полномочий военного делегата, чтобы одним ударом покончить и с Центральным комитетом и с начальниками легионов, которые во все время его министерства только ставили ему палки в колеса. Если бы он это сделал, он был бы еще с нами и помог бы нам выйти из того тупика, в который мы зашли5 .

Своего апогея кампания газеты "La Sociale" в защиту Росселя, как жертвы якобинско-бланкистского руководства Коммуны, достигла в статье (без подписи) под резким заглавием "Подлецы"6 .

Автор заявляет, что "раз члены Коммуны... не дают путем бесспорных доказательств удовлетворения общественному мнению, естественно взволнованному" тяготеющим над бывшим главнокомандующим обвинением, - значит это "обвинение ложно", и Коммуна "употребила во зло доверие народа, лишив его меча, полезного для защиты города".

"Вы называете его диктатором! Мы утверждаем, что он был им слишком мало. Неограниченный хозяин в военной делегации, он должен был взять в свои руки всю полноту власти, перешагнуть через все остальное, а вас, члены Комитета общественного спасения, вас, члены Центрального комитета, всех вас, расшитых с головы до ног галунами, бездарных и злобных дураков, которые стесняли его движения, мешали военным действиями..., - не медля ни минуты, приказать расстрелять!..

"Только диктатура поможет нам выйти из борьбы, которая к несчастью стоила нам уже стольких жертв; только диктатура отведет от нас бич, который грозит нас уничтожить...

"Народ ждет немедленных, исчерпывающих раз'яснений! Тем хуже для вас, если вы окажетесь единственными участниками заговора, который затеяли. Мазас достаточно велик, чтобы вместить вас, и вы будете вынуждены об'явить народу, что вы солгали!"


1 М. Вильом. "В дни Коммуны", стр. 146 - 147.

2 "Le Pere Duchene", 28 floreal an 79 (17 мая 1871), p. 1 - 4.

3 См. А. Молок. "Андре Лео. Из истории революционно- социалистической публицистики Парижской Коммуны 1871 г.": "Под Знаменем Марксизма", 1928, N 3.

4 "La Sociale", 13/V-1871 (статья "Le citoyen Rossel"),

5 В N от 15 мая (в статье "Une enquete urgente") та же газета выставила требование немедленного следствия над каждым из членов ЦК национальной гвардии.

6 "La Sociale", 16 мая 1871 ("Les Infames").

стр. 150

Эта - неслыханная по своей резкости - статья не осталась безнаказанной: через два дня "La Sociale" перестала существовать1 .

Обзор дискуссии, которая велась в парижской революционной прессе между 10 и 20 мая по вопросу о действиях и личности скрывшегося военного делегата, выявил пред нами две, прямо противоположные, точки зрения. Но та же дискуссия вскрыла существование в общественном мнении революционного Парижа двух точек зрения и по важнейшему принципиальному вопросу военной политики - вопросу о том, как должен быть построен руководящий военный аппарат революции, и какое место должны занимать в нем военные специалисты. На этом последнем расхождении мы и остановимся теперь и увидим, что оно проливает некоторый новый свет на характер фракций и группировок в Коммуне.

Чистые (ортодоксальные) якобинцы, задававшие - вместе с бланкистами-диссидентами2 (Вальян, Ранвье, Ант. Арно и нек. др.) - тон в Коммуне и ее органах с начала и особенно середины мая, считали, что в основу военной политики должны быть положены следующие бесспорные для них принципы: недоверие к профессиональным военным, раздробление командования и руководства, управление военным ведомством посредством сети гражданских органов. Загипнотизированные традициями великой революционной диктатуры 1793 - 1794 годов, - которая ставила во главе военного ведомства инженера (Карно) и посылала на гильотину генералов, разбитых неприятелем, - якобинцы 1871 года готовы были в каждом кадровом офицере, перешедшем на сторону революции, видеть либо Кюстина, либо Дюмурье, либо Бонапарта. С исключительной яркостью это принципиальное недоверие якобинцев Коммуны к военным специалистам, усиленное еще рядом неудачных опытов (с Люллье, затем Клюзере, наконец, Росселем) и нашедшее свое официальное выражение в мотивировочной части декрета Комитета общественного спасения (от 15 мая) о прикомандировании к каждой из трех действующих армий по гражданскому комиссару, отразил в своих статьях по поводу кризиса 9 - 10 мая Феликс Пиа. "Коммуна приняла меру, превосходную как в принципе, так в и частностях", - восклицал он 12 мая: "Она назначила гражданского делегата по военным делам на место полковника Росселя, и она выбрала на этот пост гражданина Делеклюза..."3 . "...Гражданская делегация по военным делам есть плотина против честолюбивых происков


1 Последний (48-й) N газеты вышел 17 мая. Была ли она закрыта распоряжением Коммуны, или закрылась сама, во-время предупрежденная о грозящем ее редакции аресте (как то случилось, напр., с "Mot-d'Ordre" - см. Rochefort. "Les Aventures de ma vie", III, 81 - 82). Вероятнее - второе: по крайней мере, ни в одном из известных нам постановлений Коммуны о закрытии тех или иных газет "La Sociale" не фигурирует.

2 Под бланкистами-диссидентами я разумею здесь (как и всюду) тех из учеников и последователей "вечного узника", которые - в отличие, напр., от группы работников полицейской префектуры и редакции газеты "Отец-Дюшен" - порвали с заговорщицко-путчистскими методами бланкизма 30 - 40 годов.

3 "Le Vengeur", 12 мая 1871 (статья "Incompatibilite").

стр. 151

военщины", - писал он 13-го: "Генералы против своей воли тянутся к диктатуре, как черепахи тянутся к морю..."1 . "Солдат - вот где кроется опасность для республики!.. Кто превратил первую республику в империю? Солдат. Кто совершил 18 брюмера? Солдат. Кто дал разбить нас при Ватерлоо? Солдат. Кто совершил 2 декабря? Солдат. Кто довел нас до поражения при Седане? Солдат. Кто сдал Париж 1 марта? Кто хотел его обезоружить 18? Кто осаждает его сейчас? Солдат, еще раз солдат и снова солдат... Со времени 13 вандемьера каждый солдат мечтает о маршальском жезле, каждый артиллерийский офицер - о троне. Такова уже самая сущность этого типа, общая всем им черта, совершенно независящая от тех или иных индивидуальных особенностей2 ..."

Отражая анархические тенденции полупролетарских масс Парижа, правые прудонисты подавали в этом вопросе руку якобинцам-традиционалистам, невольным проводникам мелкобуржуазного влияния на Коммуну. Если Делеклюз возмущался тем, что военный элемент господствует над гражданским, хотя должно было бы быть наоборот3 , - то и орган Вермореля писал о "превосходстве штатских над военными в войне революционной, то-есть оборонительной4 ". Диктатура не спасет Коммуну; наоборот, она ее окончательно погубит, - заявляла правопрудонистская газета "Justice": "Революция 18 марта вышла из анархии; она живет и держится посредством анархии; через анархию она и восторжествует (c'est par l'anarchie qu'elle triomphera)"5 .

Военной платформе, на которой "чистые" якобинцы сошлись с правыми прудонистами, противостояла военная платформа, за которой стояли не менее разнородные элементы - "чистые" бланкисты ("Отец Дюшен") и левые прудонисты ("Sociale" и "Commune"), якобинцы-диссиденты6 ("Reveil du Peuple") и радикальные демократы ("Mot d'Ordre"). В отличие от первой, эта платформа была свободна от принципиального недоверия к специалистам, признавала вред комитетчины, ратовала за необходимость сильного и строго- централизованного руководства военным ведомством. Если сторонники этой платформы и употребляли выражения "диктатура" и "военная диктатура", то понималась эта последняя не как замена существующих революционных органов и организаций (в том числе и Коммуны) единоличной властью одного из генералов или коллективной властью группы революционеров при участии этого генерала (хотя отдельные представители этой платформы - как, например, Андре Лео и редакция "Отца Дюшена" - договаривались подчас и до


1 "Le Vengeur", 13 мая 1871 (статья "Preuves").

2 "Le Vengeur", 16 мая 1871 (статья "Soldat et Commune").

3 "Proces-Verbaux de la Commune de 1871", tome I, p. 376 (протокол заседания 22 апреля): "C'est l'element militaire qui domine, et c'est l'element civil qui devrait dominer toujours!".

4 "La Justice", 13 мая 1871 (статья "La Defense de Paris").

5 "La Justice", 12 мая 1871 (статья "La Commune").

6 Под якобинцами-диссидентами я разумею здесь (как и всюду) тех революционных демократов, которые - в отличие от традиционалистов типа Пиа и Делеклюза - сумели освободиться от рабского подражания "великим предкам" и приблизиться к пониманию своеобразия революции 18 марта как революции пролетариата.

стр. 152

этого), а лишь как состоящая под контролем Коммуны диктатура военного делегата в военном министерстве. Страх перед честолюбием кадровых офицеров и паникерские разговоры о 18 брюмера были, совершенно чужды этой платформе. Военный переворот, направленный против Коммуны, который был бы осуществлен с помощью национальной гвардии, то-есть вооруженных пролетарских и полупролетарских масс революционного Парижа, она - справедливо - об'являла невозможным, и все разговоры о нем - "детским страхом": "Даже победоносный генерал, имея под своим начальством одну лишь национальную гвардию, не может произвести государственного переворота..., тем более, что театром военных действий является один Париж и в окружающей обстановке нет ни одной предпосылки для возникновения действительной диктатуры", - категорически заявляла газета "Коммуна"1 . "Есть ли основание опасаться", - писал в своей газете Лиссагарэ (типичный якобинец-диссидент), - "чтобы гражданская милиция, составленная из отцов и мужей, сражающихся в двух шагах от своего очага за свои политические вольности" согласилась последовать за каким-нибудь военным честолюбцем в задуманном им предприятии"2 . "... С армией, состоящей из граждан, нет места ни для военных переворотов, ни для диктаторов", - замечал и "Reveil du Peuple"3 . В свою очередь, агент информационного бюро, отмечая растущее в "народных кварталах" недовольство комитетчиной, утверждал, что "народ не боится диктатуры в стране, где нет другой вооруженной силы, кроме национальной гвардии", и выражает желание, "чтобы комитеты и подкомитеты, если они будут продолжать существовать, очистили место генералу, способному и республиканскому, который своей головой ответит за успех"4 .

Казалось бы, что военная платформа бланкистов, левых прудонистов и якобинцев-диссидентов, - встречавшая, повидимому, известное сочувствие в некоторых слоях передовых рабочих5 и приближавшаяся к революционно-пролетарскому разрешению вопроса, - должна была взять верх над платформой староякобинской и старопрудонистской. Случилось, однако, обратное. Как и в ряде других моментов военно-политической - и не только военно-политической - истории Коммуны, вчерашний и сегодняшний день оказались и в этом случае сильнее завтрашнего, мелкобуржуазный анархизм и предпролетарский партикуляризм - сильнее пролетарского централизма. Руководимое якобинцами-традиционалистами и бланкистами-


1 "La Commune", 12 мая 1871 (статья "La Demission de Rossel).

2 "Le Tribun du Peuple", 18 мая 1871.

3 "Le Reveil du Peuple", 12 мая 1871. - В таком же духе высказывались газета "L'Estafette" в N от 12/V ("Au Pere Duchene") и Клюзере в письме к Делеклюзу от 16/V ("Enq. parl. sur l'insur. du 18 mars", p. 515).

4 Dauban. "Le fond de la societe sous la Commune", p. 265 (сводка от 10 мая). - Сводка от 11 мая (ibid., p. 276) констатировала, однако, отрицательное отношение "народных кварталов" к идее какой бы то ни было военной диктатуры.

5 Издаваемый XI округом (в состав которого входило пролетарское Сент-Антуанское предместье) "орган социальных требований" "Le Proletaire" (в N от19 мая) требовал, чтобы военная диктатура была вручена "одному человеку, а не толпе суетных и завистливых болтунов", и чтобы этот диктатор, как и его агенты, был обязан представлять отчеты и находился "под неусыпным наблюдением народа".

стр. 153

диссидентами правительство Коммуны, отделавшись от беспокойного главнокомандующего и раздавив поддерживавшую его оппозицию слева (реорганизация Военной комиссии, закрытие газет "Sociale" и "Commune", раскол в редакции Reveil du Peuple", вынужденный отказ "Отца Дюшена" от своей прежней линии), еще решительнее вступило на путь, указанный ему Феликсом Пиа и его "школой": за назначением гражданского делегата по военным делам последовали создание института "гражданских комиссаров" при командующих тремя действующими армиями Коммуны1 и возраставшее со дня на день усиление роли Центрального комитета национальной гвардии в управлении военным ведомством.

5

Как оценивать деятельность Росселя на посту военного делегата и его роль в военной истории Коммуны вообще? Прежде чем ответить на этот вопрос, заслушаем мнения ряда лиц, принадлежащих как к тому, так и к другому лагерю.

Версальцы, - которые, как мы видели, считали Росселя опасным для себя противником и встретили его падение со вздохом облегчения, - готовы воздать должное военным дарованиям молодого офицера, чтобы тем резче оттенить несостоятельность военной организации и военных сил Коммуны вообще. "Он был единственным военным в настоящем смысле этого слова, которым располагало восстание", - пишет журналист Филибер Одебран: "Он был выдающимся офицером. Если бы успех был возможен с тем негодным материалом, который был у него под руками, он был бы ему обеспечен"2 . Немецкий буржуазный историк Коммуны Бернгард Беккер называет Росселя "самым способным человеком во всем ее войске (der fahigste Mann in ihrem ganzen Heere)"3 .

Коммунары, не отрицая энергии и способностей, проявленных Росселем на посту делегата, подчеркивают, однако, с большим единодушием его предрассудки кадрового офицера и непонимание им духа национальной гвардии, как и особенностей революционной войны.

"Россель был военным и только военным", - пишет Арну (член Коммуны, правый прудонист): "Он никогда не верил в баррикады, как солдат, не любя и не понимая этой уличной борьбы, которая является стихией народа, особенно народа парижского"4 . Он никогда не понимал разницы между национальной гвардией и дисциплинированной военной силой", - констатиро-


1 Сам по себе, институт комиссаров при командирах (как показал опыт гражданской войны в России 1917 - 1921 гг.) не является чем-то чуждым пролетарской революции, а в известный период ее прямо необходим. Беда Коммуны заключалась лишь в том, что она не имела правильного представления о том, где должна проходить грань между полномочиями военных специалистов и полномочиями органов пролетарской диктатуры (в данном случае - комиссаров).

2 Ph. Audebrand. "Hist. intime de la revol. du 18 mars" (Paris 1871), p. 171.

3 B. Вecker. "Geschichte und Theorie der Pariser revolutionaren Kommune des Jahres 1871" (Leipzig 1879), S. 196.

4 А. Арну. "Народная история Парижской коммуны", стр. 180 (по рус. изд. 1919 г.) (перевод исправлен. - А. М. ).

стр. 154

вала еще во время Коммуны газета Вермореля (право- прудонистская)1 . "Он тоже (подобно Клюзере. А. М. ), кажется убежден, что самое для него главное - это иметь в руках орудие, которое не рассуждает и готово слепо подчиняться, между тем как только сознательное подчинение может дать революционной армии шансы на победу", - отмечает в своем дневнике, который он вел во время Коммуны, Лефрансэ (член Коммуны, левый прудонист): "Горячий и убежденный патриот, Россель был бы превосходным командующим армией в обыкновенной войне в защиту национальной территории. Но как же сможет установиться между ним и его войсками столь необходимая для успеха общность идей, если он абсолютно чужд... тому делу, за которое мы боремся?..2 . Луиза Мишель (примыкавшая во время Коммуны к бланкистам) справедливо указывает, что если Россель олицетворял регулярную армию, а Делеклюз - армию революционную, то "против таких врагов, как версальцы... необходимы были обе армии - одна из стали, другая из пламени"3 . Лиссагарэ (якобинец-диссидент) упрекает Росселя в том, что "так же, как Клюзере, он не сумел создать новой тактики в этой беспримерной борьбе":

"Дельная голова, каким его считали, он оказался доктринером, мечтающий о правильных сражениях, рабски следующим указаниям учебников, оригинальным лишь по своему поведению и способу выражаться"4 . Исключение составляет отзыв Гастона Да Коста ("чистого" бланкиста), который приходит к выводу, что деятельность Росселя на посту военного делегата была во всех отношениях безупречной, и что "если он потерпел неудачу (в своих организационных планах - А. М. ), то в этом следует винить единственно лишь Коммуну, которую ему не удалось ни убедить, ни опрокинуть!5 .

Интересно, что, критикуя Росселя как военного делегата, коммунары все же с сожалением говорят об его отставке. "Россель заслуживал лучшего, чем заключения в Мазас, и его отставка была несчастьем для дела революции", - пишет Малон (член Коммуны, бакунист)6 . Это была чувствительная для нас потеря", - признается Луиза Мишель: "Об этом достаточно ярко говорит тот факт, что версальцы расстреляли Росселя"7 . "В энергии этому генералу революции, во всяком случае, отказать было нельзя; между тем, энергия-то как раз и нужна была больше всего в этот критический момент", - отмечает сочувствующий Коммуне радикально-демократический публицист Рошфор8 . "Я до сих пор убежден, что если бы этот молодой военачальник с самого начала стоял во главе обороны Парижа, вторая осада по меньшей


1 "La Justice", 13 мая 1871 (ст. "Rossel").

2 Lefrancais. "Souvenirs d'un revolutionnaire", p. 520. - Ср. Lefrancais "Etude sur Ie mouvement communaliste a Paris", p. 286.

3 Л. Мишель. "Коммуна", стр. 130 (по рус. изд. 1926 г.).

4 Лиссагарэ. "История Парижской Коммуны", стр. 293.

5 Da Costa. "La Commune vecue", II, 174 (Да Коста был одним из активных участников организованного группой ближайших учеников Бланки заговора против "парламентарной" Коммуны, в который вовлечен был и Россель).

6 Malon. "La Troisieme defaite du proletariat francais", p. 312.

7 Л. Мишель. "Коммуна", стр. 131.

8 H. Rochefort. "Les Aventures de ma vie", III, 65.

стр. 155

мере затянулась бы", - утверждает Да Коста1 . Современник и - до некоторой степени - участник Коммуны П. Лавров решительно заявляет, что, на-ряду с Домбровским, единственным генералом, стоющим этого имени, был у Коммуны Россель2 . Один только реакционный биограф Росселя Gerspach, вопреки мнению самих коммунаров и версальцев, решается утверждать, что "присутствие Росселя в рядах инсургентов не придало никакой новой силы восстанию, а уход его не вызвал никакого ослабления"3 .

Из новейших историков Коммуны социалист Ж. Буржен отдает должное энергии, проявленной Росселем в качестве военного делегата4 . Социалист Л. Дюбрейль, - соглашаясь с Арну, Лиссагарэ и др. в том, что Россель "был солдат и только солдат, в узком значении этого слова, весь пропитанный предрассудками своей профессии и касты", - признает, что он, "во всяком случае, представлял собою известную ценность". "Не подлежит сомнению, что, получив власть месяцем раньше, он систематически и активно вооружил бы Коммуну, если и не для победоносного наступления, то, по крайней мере, для долгой обороны, которая могла бы, может быть, утомить нападающего"5 . Марксистский историк Коммуны Н. Лукин приходит к заключению, что как Клюзере, так и Россель "оказались непригодными к ответственной роли военного министра Коммуны, организатора и руководителя ее боевых сил"; вместе с тем, он справедливо подчеркивает, что военная беда Коммуны заключалась не столько в том, что у нее "не нашлось военного гения, талантливого руководителя"6 (как думает Арну7 , сколько в общей незрелости парижского пролетариата 1871 года и кратковременности его господства, наложивших свой роковой отпечаток на все без исключения стороны деятельности Коммуны и помешавших последней в кратчайший срок научиться владеть "инструментом войны" - изжить "комитетчину"8 и перестроить свою "красную гвардию" в настоящую "красную армию".

В заключение попытаемся определить место Росселя в политической и военной истории революции 1871 года. Определяется оно, во-первых, тем, что с именем этого кадрового офицера теснейшим образом связано военно- патриотическое течение, столь сильное у начальных истоков Коммуны, но по необходимости оставленное нами здесь без надле-


1 Da Costa. "La Commune vecue", II, 190.

2 "Письма П. Лаврова к Е. А. Штакеншнейдер из Парижа": "Голос Минувшего", 1916, N 7 - 8, стр. 134 (письмо от 22/X-1871).

3 Gerspach. "Le colonel Rossel", p. 190.

4 Bourgin. "Histoire de la Commune", (Paris s. a.), p. 145. - Точка зрения Ed. Lepelletier в первых трех томах его труда не выявлена. Талес как-то оставляет в стороне этот вопрос, разделяя в общем взгляд Лиссагарэ на Росселя.

5 Дюбрейль. "Коммуна 1871 г.", стр. 201.

6 Н. Лукин. "Из истории революционных армий" (Гиз, 1923 г.), стр. 303, 313 - 314.

7 А. Арну. "Народная история Парижской Коммуны", стр. 182.

8 Комитетчина имела одно время свой raison d'etre, но лишь до 18 марта, пока шла борьба за национальную гвардию между старой властью и зарождавшейся в недрах Парижа новой революционной властью. С переходом власти в руки пролетариата она превращается в сильнейшую помеху для дела организации обороны революции.

стр. 156

жащего рассмотрения1 . Определяется оно далее тем, что, как мы установили, с именем Росселя сплетается сложная фракционная борьба в совете Коммуны, ее органах и прессе, расколовшая революционно-пролетарский Париж на несколько отличных по своей тактической платформе групп, сплетается, в частности, попытка группы бланкистов путем своеобразной революции (вернее - путча) слева устранить "парламентарную" Коммуну, заменив ее диктатурой "вечного узника" или его "партии", диктатурой, призванной оздоровить оборону и спасти революцию. Наконец, в историю военной организации Коммуны Россель войдет не только как крупный военный специалист, принимавший с 22 марта по 9 мая самое активное участие в руководстве обороной Парижа, не только как едва ли не самый энергичный и самый способный из ее военных министров (точнее - делегатов), но и как человек, который, как мы видели, довольно открыто поставил вопрос о военной диктатуре (для себя) и связал свое имя с интенсивной борьбой за дисциплинированную армию и централизованный аппарат - против анархии, партикуляризма" комитетчины.


1 См. А. Молок. "Россель и военно-патриотическое течение в Парижской Коммуне 1871 г.". "Труды Ленинград. педагог. института им. Герцена" 1928 г., N 1.

Orphus

© libmonster.ru

Постоянный адрес данной публикации:

http://libmonster.ru/m/articles/view/ВОЕННАЯ-ОРГАНИЗАЦИЯ-ПАРИЖСКОЙ-КОММУНЫ-1

Похожие публикации: LRussia LWorld Y G


Публикатор:

Vladislav KorolevКонтакты и другие материалы (статьи, фото, файлы и пр.)

Официальная страница автора на Либмонстре: http://libmonster.ru/Korolev

Искать материалы публикатора в системах: Либмонстр (весь мир)GoogleYandex

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

А. Молок, ВОЕННАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ПАРИЖСКОЙ КОММУНЫ - 1 // Москва: Русский Либмонстр (LIBMONSTER.RU). Дата обновления: 14.08.2015. URL: http://libmonster.ru/m/articles/view/ВОЕННАЯ-ОРГАНИЗАЦИЯ-ПАРИЖСКОЙ-КОММУНЫ-1 (дата обращения: 19.08.2017).

Найденный поисковым роботом источник:


Автор(ы) публикации - А. Молок:

А. Молок → другие работы, поиск: Либмонстр - РоссияЛибмонстр - мирGoogleYandex

Комментарии:



Рецензии авторов-профессионалов
Сортировка: 
Показывать по: 
 
  • Комментариев пока нет
Свежие статьиLIVE
Публикатор
Vladislav Korolev
Moscow, Россия
518 просмотров рейтинг
14.08.2015 (736 дней(я) назад)
0 подписчиков
Рейтинг
0 голос(а,ов)

Ключевые слова
Похожие статьи
Золото? Какое золото?
Каталог: Право 
22 часов(а) назад · от Россия Онлайн
ОРГАНИЗАЦИЯ СТРОИТЕЛЬСТВА ГОРОДОВ В РУССКОМ ГОСУДАРСТВЕ В XVI-XVII ВЕКАХ
Каталог: Строительство 
2 дней(я) назад · от Марк Швеин
БАЛТИЙСКИЙ ФЛОТ НАКАНУНЕ ВЕЛИКОГО ОКТЯБРЯ
2 дней(я) назад · от Марк Швеин
ПРОБЛЕМЫ НОВЕЙШЕЙ ИСТОРИИ И МЕТОДОЛОГИИ В ЖУРНАЛЕ "KWARTALNIK HISTORYCZNY" ЗА 1970-1976 ГОДЫ
Каталог: История 
2 дней(я) назад · от Марк Швеин
Сущность пола и игра полов в Мироздании. The essence of sex and the game of sexes in the Universe.
Каталог: Философия 
4 дней(я) назад · от Олег Ермаков
Л. А. ЗАК. ЗАПАДНАЯ ДИПЛОМАТИЯ И ВНЕШНЕПОЛИТИЧЕСКИЕ СТЕРЕОТИПЫ
Каталог: Политология 
6 дней(я) назад · от Марк Швеин
"РОССИЙСКО-КУБИНСКИЕ И СОВЕТСКО-КУБИНСКИЕ СВЯЗИ XVIII-XX ВЕКОВ"
Каталог: Право 
6 дней(я) назад · от Марк Швеин
В. Ф. ПЕТРОВСКИЙ. АМЕРИКАНСКАЯ ВНЕШНЕПОЛИТИЧЕСКАЯ МЫСЛЬ КРИТИЧЕСКИЙ ОБЗОР ОРГАНИЗАЦИИ, МЕТОДОВ И СОДЕРЖАНИЯ БУРЖУАЗНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ В США ПО ВОПРОСАМ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ И ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ
Каталог: История 
6 дней(я) назад · от Марк Швеин
ПЕРВОЕ ОПИСАНИЕ от ПЕРВОИСТОЧНИКА известной ОПЕРАЦИИ «ЗВЁЗДОЧКА».Статья была НАПЕЧАТАНА 50 ЛЕТ НАЗАД в газете «Советская Белоруссия» в 1967г..........В статье ПРИВОДИТСЯ ОТ ПЕРВОИСТОЧНИКА ПЕРВОЕ ОПИСАНИЕ известной успешно ПРОВЕДЕННОЙ В НАЧАЛЕ 1944 ГОДА ПАРТИЗАНАМИ ОТРЯДА имени ЩОРСА ОПЕРАЦИИ «ЗВЁЗДОЧКА» по освобождению из немецкого плена воспитанников Полоцкого детдома..........На втором этапе операции приняли участие летчики 105-го отдельного авиаполка для осуществления переброски детей через линию фронта...Тогда СОВЕРШИЛ ПОДВИГ ЛЕТЧИК МАМКИН..........Освобождение почти 200 детей — ЭТО ЕДИНСТВЕННЫЙ СЛУЧАЙ В ИСТОРИИ ПАРТИЗАНСКОЙ БОРЬБЫ во время Великой Отечественной войны..........Эту ПРАВДИВУЮ ИНФОРМАЦИЮ от ПЕРВОИСТОЧНИКА ВАЖНО СОХРАНИТЬ для ПОТОМКОВ (ОТЕЦ был ОДНИМ из РАЗРАБОТЧИКОВ и УЧАСТНИКОВ ОПЕРАЦИИ)..........Данное ПЕРВОЕ ОПИСАНИЕ от ПЕРВОИСТОЧНИКА становится КРАЕУГОЛЬНЫМ КАМНЕМ ИСТИННОЙ ВОЕННОЙ ИСТОРИИ
Каталог: История 
7 дней(я) назад · от Владимир Барминский
ДВИЖЕНИЕ БАЛАШОВЦЕВ
Каталог: Политология 
8 дней(я) назад · от Марк Швеин

ОДИН МИР - ОДНА БИБЛИОТЕКА
Либмонстр - это бесплатный инструмент для сохранения авторского наследия. Создавайте свои коллекции статей, книг, файлов, мультимедии и делитесь ссылкой с коллегами и друзьями. Храните своё наследие в одном месте - на Либмонстре. Это практично и удобно.

Либмонстр ретранслирует сохраненные коллекции на весь мир (открыть карту): в ведущие репозитории многих стран мира, социальные сети и поисковые системы. И помните: это бесплатно. Так было, так есть и так будет всегда.


Нажмите сюда, чтобы создать свою личную коллекцию
ВОЕННАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ПАРИЖСКОЙ КОММУНЫ - 1
 

Форум техподдержки · Главред
Следите за новинками:

О проекте · Новости · Отзывы · Контакты · Реклама · Помочь Либмонстру

Русский Либмонстр ® Все права защищены.
2014-2017, LIBMONSTER.RU - составная часть международной библиотечной сети Либмонстр (открыть карту)


LIBMONSTER - INTERNATIONAL LIBRARY NETWORK