Либмонстр - всемирная библиотека, репозиторий авторского наследия и архив

Зарегистрируйтесь и создавайте свою авторскую коллекцию статей, книг, авторских работ, биографий, фотодокументов, файлов. Это удобно и бесплатно. Нажмите сюда, чтобы зарегистрироваться в качестве автора. Делитесь с миром Вашими работами!
Иллюстрации:

Libmonster ID: RU-6751

поделитесь публикацией с друзьями и коллегами

РАБОТА СЕКЦИЙ: ИСТОРИИ ВКП (б), МЕТОДИЧЕСКОЙ, ПО ИССЛЕДОВАНИЮ ИСТОРИИ ВООРУЖЕННЫХ ВОССТАНИЙ II РЕВОЛЮЦИОННЫХ И ГРАЖДАНСКИХ ВОЙН II СОВЕЩАНИЯ ИСТОРИКОВ ВОСТОКА VI. СЕКЦИЯ ИСТОРИИ ВКП (б)

Доклад Б. И. Невского "История ВКП (б) как наука".

Тов. Невский, исходя из определений Маркса и Ленина, а также и М. Н. Покровского, констатирует, что история культуры и история вообще являются такими же точно естественно- историческими науками, как любая из естественно-исторических дисциплин. Целый ряд методов и приемов, которыми пользуются точные науки, применим к общественным наукам, в том числе и к истории. Это вытекает из того, что исторический процесс есть процесс естественноисторический, часть общего процесса природы. У историков-марксистов нет существенных расхождений в общей формулировке приемов, применяемых к изучению истории. Но в конкретных выводах не все они стоят на уровне современной теории (ленинизма) и не всегда владеют достаточным количеством материала для того, чтобы все факты могли быть сведены к общим заключениям. Трудность анализа сложной ткани общественных явлений была отмечена уже Энгельсом, но это не освобождает историка от обобщений.

До настоящего времени часто встречается мнение, что нет истории партии как науки, что она входит в общую историю. Еще указывалось, что поскольку вопросы из истории партии политически обостряются, писать ее преждевременно. От всех этих взглядов следует отказаться. Но в то же время не следует забывать, что история ВКП(б) протекает в некоторой общеисторической обстановке и ее нельзя изолировать от общего революционного процесса. Многочисленный книги и пособия по истории ВКП(б) пека не отвечают этому условию. Если присмотреться ко всем пособиям, можно видеть, что они дают регистрацию фактов, конспект событий от съезда к съезду, но никто еще не дал истории ВКП(б) на фоне революционного движения. А история русского революционного движения в XIX и XX столетиях есть история России. Мы до сих пор подробно не изучили почву, на которой вырастала наша партия, в частности, историю рабочего движения, а потому у нас много споров о 70-х и 80-х годах XIX века. Исходя из всего этого, следует сделать вывод, что история партии есть наука, которая, пользуясь методом исторического материализма, ставит своей задачей описание революционно - партийных явлений и установление исторической закономерности в их развитии в связи с историей России, СССР и вообще всей историей нашего времени, на основе тех достижений, которые нам дало учение Ленина.

Научное изучение истории партии затрудняется тем, что у нас нет научного собрания материалов, относящихся к истории революционного движения. Это относится к 40, 50, 60-м и прочим годам XIX столетия. Тормозом для работы является и отсутствие научно-исторической библиографии. В этих областях необходим коллективный труд всех лиц


1 Продолжение. См. "И. М." N 12.

стр. 300

и учреждении, работающих в исторической области. Наконец, т. Невский указывает, что успех исторического исследования обусловлен высокой "технической" подготовкой историков, почему в вузах надлежит обратить серьезное внимание на постановку вспомогательных дисциплин.

Г. Бешкин согласен, что с научной точки зрения история революционного движения в XIX и XX веках есть история России. Но эти хронологические рамки, если вопрос ставить диалектически, могут быть взяты и шире. История же партии есть в значительной степени история ленинизма, и дело не может быть сведено только к описанию революционно-партийных явлений и установлению закономерностей. История партии, как наука, должна рассматриваться как история того, что мы называем ленинизмом.

Г. Крамольников считает необходимым предварительным условием научного построения истории партии изучение Ленина, как историка партии. Обычно считают, что Ленин, как историк партии, проявил себя только в немногих работах, но это заблуждение. Каждая ленинская статья есть всегда проверка пройденного пути. Это был метод Ленина, обеспечивавший принципиальность политической линии. Тов. Крамольников указывает, как на один из примеров, на выписки Ленина (хранящиеся в институте Ленина) из Кареева по вопросу о наполеоновских воинах, сделанные в самый тяжкий и решительный период не только нашей, но и мировой истории, период брестских переговоров.

Далее Крамольников заявляет, что тенденция потопить историю партии в истории революционного движения, существующая у некоторых товарищей, имеет в своей основе меньшевистскую тенденцию к смешиванию партии с классом, и с этим надо бороться.

М. Рубач начинает с замечания, что историю партии, конечно, нельзя смешивать с историей революционного движения, а эту последнюю, в свою очередь, с историей народов СССР. Но бесспорно прав т. Невский, настаивающий на необходимости широкого исторического образования для историка партии.

Рубач настаивает на необходимости планового начала в изучении истории партии и считает целесообразной организацию центра, который взял бы на себя эту задачу, опираясь на активную помощь мест. Можно было бы, говорит он, выделить 20 - 30 наиболее крупных промышленных центров, и на них глубже изучить фактическую историю партии; принципиальные вопросы полностью представлены у Ленина. В заключение т. Рубач присоединяется к мысли докладчика, что, прорабатывая историю нашей партии, нужно обратить сугубое внимание на выделение интернациональных корней.

М. Цвибак считает необходимым изучать историю партии на фоне общей истории России, но возражает докладчику, у которого соединены задачи изучения истории партии и истории России. Главная задача - подойти к изучению истории партии не чисто "академически", а диалектически, как к основной части ленинизма.

М. Миронов говорит, что для него новостью является положение докладчика, будто нет никакой разницы между характером построения общественных и естественных наук. Разница, разумеется, существует, хотя бы уже потому, что общественным наукам приходится иметь дело с экономикой, классовой борьбой и т. д.

По мнению т. Миронова, необходимо выдвинуть задачу изучения наших противников- меньшевиков, эсеров, и прочих - без чего нельзя глубоко изучить историю партии.

П. Милюков, исходя из положения, что партия-продукт исторического развития, но история партии может и должна быть поставлена как самостоятельная дисциплина, - полагает, что историкам партии надлежит в настоящее время всюду, где можно, исследовать, как идеи Ленина, идеи большевистских центров проникали на места, как они подхватывались там и конкретизировались. Этого еще до сих нор не сделано, и именно потому, что не внесена достаточно четкая дифференциация в историческую науку, не проведен водораздел меж историей партии и историей революционного движения вообще. Вопрос о том, как исторически формировалась политика нашей партии - жгучий вопрос для самых широких слоев как партии, так и рабочего класса.

М. Н. Покровский говорит, что он взял слово не для того, чтобы высказываться по поводу истории партии как науки, а для внесения небольшой поправки в те цитаты из его работ, которые совершенно точно привел т. Невский. М. Н. Покровским говорит, что он отнюдь не собирается прятаться за цензурные условия, в которых вышли "Очерки истории русской культуры", и намерен показать, что те цитаты, на которые ссылался докладчик, совершенно

стр. 301

сознательно были им направлены против тех историков, которые отрицали историю как науку, не признавая в историческом процессе никаких закономерностей. С ними нужно было бороться и подчеркнуть, что такие закономерности есть. Этим и объясняется, говорит т. Покровский, сделанное им тогда сопоставление истории вообще с естественными науками. Но он и тогда, разумеется, не был фаталистом, а признать, что история есть такая же наука, как химия, это значит прямым путем подойти к фатализму, потому что в химических процессах никаких сознательно, по определенной программе, действующих партии нет и быть не может. Борьба же с фатализмом, говорит т. Покровский, в настоящее время должна всемерно вестись.

Между общественными и естественными науками то капитальное различие, что естественные науки отражают ту же классовую базу, но через целый ряд прослоек. Человек, который стал бы отыскивать троцкизм в разложении кислот, был бы сумасшедшим. Но к историческим концепциям такой подход совершенно законен.

Существует ли история партии, как отдельная наука? Конечно существует. Поскольку партия - один из факторов, создавших Октябрьскую революцию, то как же этот фактор не изучать, как же не посвятить ему громадного внимания? Смешивать историю партии в одну кучу с революционным движением совершенно недопустимо. Понимать же историю партии можно только на фоне революционного движения - это тоже совершенно ясно.

Но, чтобы иметь научную историю партии, необходимо возвести ее на архивных документах и первоисточниках.

К. Сидоров подчеркивает необходимость обратить серьезнейшее внимание на имеющиеся у мае учебники по истории партии. Они нередко противоречат друг другу в разрешении ряда проблем, и даже в одном и том же учебнике встречаются крупные неувязки.

Ф. Махарадзе говорит, что нельзя смешивать историю партии с историей революционного движения и историей вообще, но он думает, что в этом отношении напрасно упрекали т. Невского, который такого смешения вовсе не предлагал.

Далее т. Махарадзе говорит, что для построения истории партии недостаточно, хотя, несомненно, необходимо, описание и установление закономерностей прошлого. Нужно обнаружить большевизм, партию, как сознательный фактор воздействия в течение десятков лег на ход событий с совершенно ясно установленной целью. Это - исключительное явление, характерное только для большевистской партии. Научная история большевизма заключается в том, чтобы охватить весь земной шар, во-первых, и, во-вторых, наметить следующие ступени развития, и не только у нас, но и во всем мире.

В. И. Невский в заключительном слове прежде всего категорически отвергает приписываемое ему смешение истории партии с историей революционного движения или с историей России вообще. Отвечая т. Крамольникову, докладчик указывает, что не у всех меньшевиков можно обнаружить подмену истории партии историей революционного движения, хотя этим отнюдь не отменяется меньшевистский характер их концепций; с другой стороны, есть и большевики, производящие такую подмену, есть даже и такие большевики, которые ограничивают историю партии изучением резолюций и т. д.

Докладчик возражает против того, чтобы рассматривать историю партии как историю ленинизма. История партии, история социал-демократии была и тогда, когда Ленина не было. Ленинизм - это целая самостоятельная научная теория, которая должна изучаться не только в связи с историей партии, но и отдельно. Именно таким образом следует, между прочим, поставить изучение ленинизма в наших высших учебных заведениях.

Далее докладчик, останавливаясь на выступлении М. Н. Покровского, утверждает, что никогда не смешивал и не смешивает истории партии с естествознанием; такое смешение-вещь совершенно невозможная. Разумеется, в химии троцкизма нет, но методы и приемы, которыми пользуется история, так же точны, как и в естествознании. Об этом говорит и М. Н. Покровский, то же утверждали Маркс и Ленин. Разве можно считать изучение процесса недостаточно научным только потому, что это процесс общественный? Огромная заслуга Маркса заключается именно в том, что методы и приемы, применяемые в естествознании, он применил к общественным наукам.

Отводя обвинение в фатализме, докладчик говорит: если ученый для определения, в каких условиях, в какую эпоху сделан тот или иной черепок, пользуется приемами анализа точных и естественных наук, то где же здесь фатализм?

стр. 302

Докладчик отрицает приписываемое ему утверждение, будто история партии исчерпывается лишь описанием революционно-партийных событий. Он требовал установления закономерностей, а установить закономерность это и значит, в конце-концов, дать возможность переделать мир.

Отвечая на обвинение в смешении им истории России XIX и XX веков с историей революционного движения, докладчик утверждает, что самая суть событий в России этих столетий, весь драматизм этих событий, все их главнейшее значение сводилось к классовой борьбе широких трудящихся масс. Вот почему русскую историю XIX - XX столетий можно изучать, как историю революционных движений, и никакого смешения гут нет.

Доклад т. К. А. Попова "Об исторических условиях перерастания буржуазно - демократической революции в пролетарскую".

Из сличения основных методов марксо-энгельсовской (1850 г.) и ленинской (1905 - 1917 г.г.) концепции перерастания буржуазно-демократической революции в социалистическую следует, что концепция Ленина, вытекая из общих основ с концепцией Маркса-Энгельса, является в то же время более развитой и оформленной. Это - результат ее более позднего происхождения в эпоху неизмеримо более развитого капитализма. Это - более совершенная марксистская концепция перерастания буржуазно-демократической революции в социалистическую, более точно и отчетливо определяющая условия этого перерастания. Условия эти сводятся в основном к следующему:

1. Наряду с наличностью обостренных противоречий и социальной войны между новым капиталистическим и старым феодально-крепостническим обществом необходима наличность настолько развитых противоречий в самом капиталистическом обществе, чтоб они тоже вылились в свою "социальную войну"- войну между пролетариатом и буржуазией.

2. Необходимо, чтобы эти противоречия и эта социальная война не только вне, но и внутри данной страны, стоящей перед буржуазно-демократической революцией, выросла уже настолько, чтобы под их давлением буржуазия потеряла способность возглавить революцию, чтобы пролетариат, наоборот, приобрел уже способность охватить своим влиянием и руководством крестьянские массы, восстающие против феодально-крепостнических порядков, и чтобы буржуазная революция превратилась, таким образом, в крестьянскую революцию, руководимую пролетариатом.

3. Нужно, чтобы противоречия капиталистического порядка настолько проникли в самую деревню, чтобы там были налицо уже значительные массы сельских пролетариев и капиталистически эксплоатируемой деревенской бедноты, а середняк, на ряду с гнетом помещика, нес на себе гнет капитала, чтобы этими условиями создавалась возможность присоединения к городскому пролетариату сельского пролетариата и деревенской бедноты и нейтрализация середняка в борьбе против буржуазии.

4. Нужно, чтобы сама крестьянская революция, руководимая пролетариатом, действительно до конца расправилась с остатками крепостничества и этим создала самое широкое поприще для классовой борьбы против буржуазии как в городе, так и в деревне. Нужна революционно- демократическая диктатура пролетариата и крестьянства, совершающая "плебейскую" расправу с остатками крепостничества и возглавляющая борьбу с буржуазно-монархической контрреволюцией.

5. Нужно, чтобы буржуазно-демократическая революция в данной стране совершалась при такой международной обстановке, когда мировой капитализм вступил уже в эпоху своего краха, когда обострившиеся противоречия этого капитализма создают в окружающем капиталистическом мире революционную ситуацию и возможность пролетарских революций.

Различная степень развития этих условий создает и различную степень возможности перерастания буржуазно-демократической революции в пролетарскую и различный темп этого перерастания.

При этом возможность перерастания становится тем сильнее, чем больше внутри страны центр тяжести перемещается от противоречий крепостнического порядка к противоречиям порядка капиталистического. И, в свою очередь, это перемещение становится тем решительнее, чем больше раздирается противоречиями внешний капиталистический мир, чем революционнее становится мировая ситуация. Чем благоприятнее сочетание этих внутренних и внешних условий, тем неизбежнее перерастание и тем быстрее его темп.

стр. 303

С точки зрения сочетания внутренних и внешних условии 1905 г. русская буржуазно- демократическая революция являлась для Ленина "прологом" пролетарской революции на Западе и, черпая силы в ней, сама, лишь в результате длительного периода могла превратиться в революцию пролетарскую. С точки зрения того же сочетания к периоду империалистической войны эти три исторических момента "чрезвычайно сближаются", и русская буржуазно- демократическая революция становится из "пролога" пролетарской революции на Западе ее "неразрывной составной частью". Одновременно усиливается и возможность перерастания. Наконец, 1917 г. дает для того времени максимально благоприятное сочетание внутренних и внешних условий, и буржуазно-демократическая революция сливается с пролетарской: вторая, "походя, мимоходом", решает задачи первой.

Об этом сочетании нельзя ни на минуту забывать, говоря о возможностях перерастания буржуазно-демократической революции в пролетарскую. Достаточно устранить из условии перерастания внутренние условия, внутренние силы страны, чтобы стать на позиции ультра- левых, троцкистов и Ко . Достаточно выключить из того же сочетания противоречия окружающего капиталистического мира, чтобы впасть в "национальную ограниченность", со всеми оппортунистическими, реформистскими выводами, неизбежно из нее вытекающими.

Из сличения обстановки русской революции 1905 и 1907 гг. можно видеть, какое сочетание внутренних и внешних условий следует считать максимально благоприятным для перерастания буржуазно-демократической революции в пролетарскую. С точки зрения внутренних условий - это такое соотношение между "двумя классовыми линиями революции" (пролетарской и крестьянской), которое делает пролетарскую революцию столь же (или даже более) насущной, как и буржуазно-демократическую. С точки зрения внешних условий - это такая степень развития и обострения противоречий во всем капиталистическом мире, которая создает в нем революционную ситуацию, способную перейти в "насильственную вспышку" пролетарских революций, и которая, во-вторых, максимально ослабляет возможность контрреволюционного натиска на революционную с грат и в то же время в ней самой до последней степени обостряет внутренние противоречия. Такое сочетание условии создается лишь в эпоху развитого капитализма, в эпоху империализма.

Империализм, завязывая узлы своих противоречии вокруг стран запоздалых буржуазно- демократических революций, придает самим буржуазно-демократическим революциям антиимпериалистический характер. Эти благоприятнейшие внешние условия перерастания в современный нам период в высокой мере усиливаются наличием огромной, непрерывно крепнущей страны диктатуры пролетариата-Союза ССР. Налицо величайшая из гарантий перерастания буржуазно-демократической революции в пролетарскую, которую выдвигали Маркс и Энгельс для Германии в 1850 г. и Ленин для России в 1905 г.: предварительная победа социалистической революции в другой стране. Перерастание становись1 законом современных буржуазно-демократических революций.

Но темп этого перерастания зависит в такой же мере от внутренних, как к от внешних условии. Внутренние же условия в конечном счете сводятся к степени развития капиталистических отношений в данной стране.

Отсюда совершенно понятно, почему программа Коминтерна, говоря о типах пролетарской революции, путях к пролетарской диктатуре в отдельных современных странах и выделяя те страны, в которых еще более или менее сильны остатки феодальных отношений, которым еще нужно покончить с ними завершением буржуазно-демократических революции, различает две группы таких стран: одну - со "средним уровнем развития капитализма" и "со значительными", но уже не преобладающими остатками "полуфеодальных отношений" и другую - типа современных колониальных, полуколониальных стран Азии и зависимых стран Южной Америки, "с известными зачатками, а иногда и со значительным развитием индустрии", но с "преобладанием феодально-средневековых отношении".

В этих двух группах стран программа Коминтерна рисует возможность различного темпа перерастания буржуазно-демократической революции в пролетарскую: "Более или менее быстрое перерастание"- для первой группы и "ряд подготовительных ступеней", "целый период перерастания" - для второй Мало того, для части стран

стр. 304

первой группы программа Коминтерна допускает возможность непосредственно пролетарских революций, "но с большим объемом задач буржуазно-демократических", т. е., иначе говоря, пролетарских, революций, наподобие русской 1917 г. Очевидно, эта возможность требует для своего осуществления значительного преобладания капиталистических отношении над полуфеодальными и преобладания "пролетарской линии революции над крестьянской в данной стране".

Программа Коминтерна, опираясь на новый исторический опыт после нашего Октября, в частности на опыт китайской революции, идет в наметке путей развития революции в странах с пережитками феодализма по стопам Ленина, по-ленински уже конкретизируя одну из основных частей его теории пролетарской революции.

Г. Бешкин считает неправильным взгляд, что ленинский план перерастания 1905 и 1917 гг. - различные вещи. Между ними в действительности теснейшая диалектическая преемственность. Задача и заключается в том, чтобы показать, как исторически развивались взгляды Ленина на проблему перерастания. Ленин, вопреки мнению т. Попова, и в 1905 г. не представлял себе русский пролетариат одиноким внутри страны и, следовательно, имеющим единственного союзника в революционном пролетариате передовых капиталистических стран. Нужно помнить, что Ленин рассматривает не только полупролетариат, но и крестьянскую бедноту, как союзника пролетариата в его борьбе с буржуазией.

Проблема перерастания теснейшим образом связана с общей ленинской теорией революции. Ленин ведь совершенно перевернул схему II Интернационала, так наз. теорию "вызревания". Именно из особенностей ленинского понимания революции вытекает и своеобразное понимание им взглядов Маркса на теорию перманентной революции.

Н. Майорский. В докладе недостаточно освещен опыт России и значение существования СССР для перерастания буржуазно-демократической революции в социалистическую в нашу эпоху. Важность наличия внутренних условий в докладе подчеркнута совершенно правильно, но каковы именно эти внутренние условия - неизвестно. Поэтому т. Попова можно было бы понять и так, что у нас существовали только политические условия перерастания, а не экономические.

Поэтому, необходимо оттенить, что Россия 1917 г. была страной империалистической, вошедшей в общий кризис, который мог и должен был быть использован пролетариатом. Второй спорный пункт-это вопрос о трех этапах союза с крестьянством. Эта схема, говорит т. Майорский, общеизвестна, как и то, что действительность сложней данной схемы. Ибо она ломается не только по отношению к Октябрю, но и по отношению к периоду буржуазной революции и к периоду буржуазной диктатуры.

Тов. Майорский специально оговаривается, что словом "ломается" он отнюдь не отрицает этой ленинской схемы, но хочет подчеркнуть необходимость диалектического ее понимания и применения, учитывая "все своеобразие каждого этапа".

И. Минц останавливается на вопросе о классовых сдвигах в эпоху перерастания и на нейтрализации крестьянства - проблемах, не затронутых в докладе.

По первому вопросу докладчик говорит, что у Маркса нет развернутой схемы перерастания. Есть только постановка вопроса. Это неверно, потому что докладчик ограничился только 50-ми годами, тогда как еще Ленин указывал, что вопрос о революционно-демократической диктатуре пролетариата и крестьянства поставлен и в основном разрешен Марксом в эпоху Парижской коммуны. Но мало того, в середине XIX века была не только теория перерастания, но и существовала возможность конкретного перерастания, на чем и следовало бы остановиться.

Главная мысль, по словам докладчика, из которой исходил Ленин при построении теории перерастания, - это вопрос о наличии двух социальных войн. Это, конечно, верно, но, ведь, и меньшевики не отрицают этого. Новое у Ленина, что и нужно было бы выявить, это упорное подчеркивание, что первая война имеет два возможных исхода и что задача пролетарской партии - толкать революцию по пути крестьянской буржуазно-демократической революции. Не утверждая прямо, что у Ленина в 1905 и 1917 гг. было два плана перерастания, докладчик все же говорит о двух постановках вопроса. Тогда как на самом деле было не две постановки вопроса, а два тактических разрешения одной и той же проблемы в разных условиях. И если говорить об исторических условиях, то следовало бы остановиться не только на общих поло-

стр. 305

жениях: капиталистические противоречия углубились и т. д., но и на конкретной обстановке, в частности, на последствиях столыпинской реформы и империалистической воины. Все это ускорило теми перерастания и, естественно, вызвало иное тактическое разрешение проблемы, чем в 1905 г.

Касаясь вопросов нейтрализации, т. Минц указывает, что ее иногда понимают буквально, так, что крестьянство в этом случае должно занять созерцательную позицию, - это очень крупная ошибка. Нейтрализации классов в гражданской войне нет.

Ленин чаще всего говорит: "парализовать неустойчивость", - в буржуазно-демократической революции - неустойчивость буржуазии, и не только буржуазии, но и кулака и части интеллигенции, -в эпоху пролетарской революции - неустойчивость крестьянства. Но парализовать в обоих случаях нужно по-разному.

В первом случае нужно заставить буржуазию оттолкнуться от революции, что бы не путалась в ногах. В Октябре надо было парализовать неустойчивость крестьянства, чтобы не мешало нам победить. Но нужно было, в пределах возможного, сделать все, чтоб известные слои крестьянства привлечь как союзника.

В. Юдовский в выступлении Минца усматривает некоторое противоречие. Он согласен, что в ленинской постановке вопроса о перерастании 1905 и 1917 гг. только тактическое различие. Но тогда, говорит он, непонятны упреки докладчику за забвение им столыпинской реформы и войны, изменивших, по словам Минца, постановку вопроса о перерастании в 1917 г. по сравнению с 1905 г.

Буржуазно-демократическая революция 1905 г., говорит Юдовский, поскольку она происходила в условиях гегемонии пролетариата, имела возможность перерасти - и в действительности перерасла - в пролетарскую революцию. Обе революции, как 1905, так и 1917 г, должны рассматриваться как революции буржуазно-демократические, способные к перерастанию. Вопрос в темпе.

Проблема перерастания, по мысли Юдовского, не столько социологическая, сколько тактическая проблема: как должен действовать пролетариат, чтобы первая революция перерастала во вторую, и решается этот вопрос степенью зрелости и организованности пролетариата. Главнейшей предпосылкой такого перерастания является экономика, но не столько данной страны, сколько всего мира. Если весь мир созрел для пролетарской революции, то перерастание в любой стране буржуазно-демократической революции в пролетарскую революцию вполне возможно.

С этой точки зрения, чем менее дифференцировано крестьянство накануне пролетарской революции, тем быстрее и безболезненнее - вследствие слабости кулацкой контрреволюции - происходит процесс перерастания. Если бы столыпинская реформа восторжествовала, буржуазно- демократическая революция со всеми ее последствиями (уничтожение полиции, вооружение рабочих и т. д.) была бы снята, а это означало бы в 1917 г. и снятие вопроса о перерастании.

М. Миронов указывает, что Попов в своей статье в "Большевике" и в докладе заявляет, будто у Маркса-Энгельса нет постановки вопроса о революционно-демократической диктатуре пролетариата и крестьянства. Но это неверно. Требование коммунистической партии в 1847 г., подписанное Марксом и Энгельсом, не оставляет сомнений, что правильная постановка вопроса была у Маркса и Энгельса, хотя и не в такой отчетливой форме, как у Ленина.

М. Мишин, начав с резкой критики взглядов т. Юдовского на расслоение крестьянства, как препятствие перерастанию буржуазно-демократической революции, отвергает затем тезис докладчика будто социалистической революции предшествует расправа до конца с остатками крепостничества и буржуазно-демократической революции. Это - фальшивый тезис, целиком опрокинутый опытом 1917 г., в котором аграрная революция не предшествовала социалистической, а происходила вместе с ней.

Далее т. Мишин останавливается на вопросе о том, два ли тана перерастания были у Ленина в 1905 и 1917 гг. Он разрешает его в том смысле, что у Ленина был один план перерастания, но в пятом году он еще не был конкретным, каким стал четкий стратегический план Ленина в 1917 г Товарищи Астров, Слепков и, отчасти, Попов стишком догматически используют Ленина утверждая, что конкретное перерастание в России могло бы иметь место лишь при условии социалистической революции на Западе. На самом деле завершение буржуазно-демократической революции в России дало бы необходимый минимум предпосылок для перерастания ее в социалистическую.

В. Рахметов ставит вопрос, мешают ли буржуазно-демократическая и

стр. 306

социалистическая революции одна другой или помогают? У некоторых, в частности у Зиновьева, они противопоставляются, когда как с ленинской точки зрения дело обстоит иначе: пролетариат в социалистической революции мимоходом разрешает задачи и буржуазно-демократической революции.

Процесс перерастания буржуазно-демократической революции в социалистическую не закончен целиком в 1918 г., а протекает еще и теперь. Пролетариат представляет у нас элемент социалистической революции, а меткие производители до сих пор являются элементом революции буржуазной. С ленинской точки зрения, между демократической и социалистической революцией нет никакой китайской стены.

Для ленинских лозунгов на трех этапах союза с крестьянством характерно одновременное существование целого ряда лозунгов. Бели мы с этой точки зрения подойдем к вопросу, то китайская стена, искусственно воздвигаемая меж отдельными лозунгами, рушится, а ленинская схема остается.

М. Рубач указывает, что проблему перерастания следовало бы связать с процессом развития мирового хозяйства. Это не следует понимать в том смысле, что, например, СССР не сможет устоять без немедленной социалистической революции на Западе. Такая постановка вопроса - троцкизм. Но что перерастание у нас в России стало конкретно осуществляться в 1917 г. - это, несомненно, связано с процессом развития мировой революции в 1917 - 1919 гг. и с империалистической войной.

Вопрос о перерастании нужно методологически разделить на две части, рассматривать отдельно его экономическое содержание и политическое или тактическое Это необходимо, потому что хронологический отрезок времени и темп перерастания в экономической и политической сфере не всегда совпадают, один от другого часто отстает.

В. Волосевич высказывает сомнение относительно правильности трактовки докладчиком ленинского решения вопроса об абсолютной и относительной гарантиях революции от контрреволюции.

Докладчик хочет свести различие между абсолютной и относительной гарантией удержания завоевании буржуазно-демократической революции к различию между внешней и внутренней гарантией от реставрации. Как это ни заманчиво, но все же неправильно. Ленин говорил, что нет такой абсолютной гарантии кроме западно-европейской социалистически революции. Это показывает, что перерастание революции в 1905 г. можно было мыслить конкретно только в связи с западноевропейской революцией Относительная же гарантия - в наибольшем продвижении вперед по пути революции. Но в этом случае, сети революция задержится на буржуазно- демократическом этапе, раскол между пролетариатом и крестьянством неизбежен, и удержание плодов буржуазно-демократической революции невозможно.

Далее т. Волосевич солидаризируется с позицией т. Юдовского по вопросу о роли дифференциации крестьянства.

В. Дитякин останавливается на генезисе самой теории перерастания.

Нужно принять во внимание не только марксо-энгельсовские статьи времени Парижской коммуны, но всю их переписку, статьи позднейшего времени, переписку Энгельса с Бебелем и Бернштейном, опубликованную в "Архиве Маркса и Энгельса", тогда будет разбита легенда о том, что Маркс и Энгельс якобы долгое время стояли на точке зрения перманентной революции.

Поскольку суть буржуазно-демократической революции - в аграрной революции, надо было развеять и другую историческую легенду, будто Ленин долгое время в этом вопросе стоял на точке зрения Каутского. Это не так. Уже в "Друзьях народа" дана вся концепция перерастания буржуазно-демократической революции в социалистическую; в дальнейшем мы имеем только смену отдельных тактических планов.

Далее т. Дитякин отмечает, что вопрос о перерастании необходимо рассматривать диалектически, а не с точки зрения избитой формулы -"обострения классовых противоречий, достигшего до такой-то и такой-то степени" и пр. Этот механический подход к проблемам революции свойственен некоторым левым реформистам. Поэтому Дитякин считает необходимым конкретизировать и уточнить некоторые тезисы докладчика во избежание такого механического понимания.

Доклад Г. И. Крамольникова. "Конференция большевиков в Таммерфорсе 11 - 17 декабря ст. ст. 1905 г"

Докладчик прежде всего устанавливает, что в Таммерфорсе предполагался съезд, и делегаты с мест выбирались именно на съезд, превращенный в конференцию из-за отсутствия ряда делегатов.

стр. 307

На конференции было представлено 20 организаций 41 делегатов, из которых 14 рабочих. Фамилии36 делегатов установлены. Присутствовали официальный представитель меньшевиков Э. Л. Смирнов. Президиум был выбран в составе трех человек председатель (Ленин) и два товарища председателя (Горев и Бородин).

Стенограмм не велось. Протокольные записи очередных секретарей не найдены. Обстановка работы конференции - боевая. Таммерфорс был в руках социал-демократов. Совпавшая по времени с московским восстанием конференция должна была спешить с окончанием работ и принятием резолюций.

Докладчик подробно знакомит конференцию с источниками, легшими в основу реферата. На ряду с рядом мемуаров, он зачитывает донесение в департамент полиции о Таммерфорской конференции бывшего на конференции провокатора.

Точно установить порядок дня конференции не удалось.

Доклады с мест (Баранский и др.) свидетельствовали о боевом революционном настроении провинции, что определяло, отчасти и настроение самой конференции. Деятельность ЦК была кратко освещена в информационной докладе П. П. Румянцева. О "текущем моменте" говорил Ленин. Резолюции не было принято.

По докладу Ленина посвященному аграрному вопросу, конференция приняли его же резолюцию, предлагавшую следующему партсъезду включить в программу пункт о поддержке крестьянского движения вплоть до конфискации помещичьих и прочих земель, одновременным изъятием из программы пункта об отрезках. Последняя из принятых резолюции - "О Государственной думе".

Вступительное слово по данному вопросу произнес на Таммерфорской конференции Б. И. Горев, сказавшийся против бойкотистской тактики Аналогичную точку зрения отстаивал и меньшевистский представитель Смирнов. За бойкот выступили Сталин, Ярославский и др. единодушно поддержанные всей конференцией.

Резолюция по данному вопросу вырабатывалась комиссией в составе: Ленина, Красина, Мельситова, Сталина и Ярославского. Наряду с установлением активного бойкота заключительные строки ее говорят о "немедленной повсеместной подготовке и организации восстания".

Специальной резолюции о вооруженном восстании не было принято.

Из работ конференции докладчик отмечает еще совещание группы делегатов с конспиративным сообщением Л. Б. Красина о военно-боевой работе партии Конспиративность здесь вызывалась присутствием на Конференции нескольких мало известных партии делегатов.

В дальнейшем докладчик останавливается на выяснении позиции Ленина в вопросе об отношении к Государственной думе. Не лишено вероятности что для Ленина и когда, в декабре 1905 г. вопрос о целесообразности бойкота Государственной думы был под сомнением. Изложение и оценка относящихся сюда фактов весьма противоречива. В некоторых источниках относящиеся к этому времени (письмо Мартова к Аксельроду от 17/II), дело рисуйся так, будто бы Ленин накануне конференции хотел принять участие в выборах в думу. Аналогичная версия дана и в статье "Из партийного прошлого" Б. И. Горева и у некоторых других мемуаристов. Что на салон конференции Ленин уже не колебался, что он твердо шел на бойкот, об этом уде не может быть спора. Но для предшествующего времени такой категорический вывод не может быть сделан, принимая во внимание замечание в "Детской болезни левизны".

Во всяком случае, по мнению т. Крамольникова, утверждения Б. И. Горева, что Ленин хотел использовать выборы в Государственную думу для создания "самочинных" советов совершенно не правдоподобны.

Далее докладчик обрисовывает ход переговоров об объединении и борьбу Ленина с примиренчеством в этом вопросе у некоторых членов ЦК на перевале от III съезда к Таммерфорской конференции.

Третьим съездом кроме опубликованной резолюции "об отколовшейся части партии" было принято секретное постановление в котором ЦК поручалось принять все меры к подготовке и проработке условии слияния с отколовшейся частью РСДРП с предоставлением проекта на утверждение следующего съезда.

Ленинская линия в этом вопросе была определенна: не сливая партийных организации немедленно готовить объединение путем договора съездов обоих частей партии которые должны собраться в одном месте и в одно время. Всемерно продолжать укрепление большевистского ядра.

Однако члены ЦК Богданов и Красин выбранные для ведения переговоров, под давлением уполномоченных меньшевистского ОК скатились к беспринцип-

стр. 308

ной постановке вопрос "мир во что бы то ни стало" И только борьба Ленина с этой примиренческой тенденцией дала победу его линии. Меньшевики сдались. Они согласились не только на созыв двух съездов но и приняли на своей 2-й Всероссийской конференции (Петербург ноябрь 1905 г. изменение 1-го пункта устава, сформулировав его теперь в ленинском духе признав и принцип демократического централизма.

В заключение докладчик переходит к оценке работ Таммерфорской конференции:

1 Весь смысл "объединительных шагов" конференции - в борьбе за массы Это был первый большой и притом удавшийся опыт "тактики единого фронта снизу" Было положено начало борьбе за отвоевание у меньшевиков их рабочей периферии Дальнейшие расколы могли фактически означать лишь отколы вождей, уходивших без своей армии.

2 Собравшись в разгар восстания, конференция в своей тактической резолюции об активном бойкоте и о подготовке восстания дата зарядку большевикам для борьбы, с одной стороны, против всяческих упадочных настроении, а с другой - против узких сектантских тенденции к самозамыканию.

3 Объективно, Таммерфорская конференция так же, как и III съезд - эти две коллективные беседы Ленина со своим штабом, - были двумя этапами по пути превращения большевизма из левого крыт единой РСДРП в самостоятельную большевистскую партию.

Б. Горев отмечает что вопрос о Думе докладчиком освещен не только на основании документов которых мало сколько при помощи мемуаров. Горев настаивает, что Свердлов на конференции был, а Красин доклада о боевой работе партии не делал. Тов. Горев бывший агентом ЦК членом президиума конференции считает мало вероятным чтобы такое заседание если бы оно действительно происходило осталось ему неизвестным.

Горев настаивает на точности своего сообщения по вопросу о думе. У делегатов Таммерфорской конференции создалось тогда впечатление что Ленин выпустил докладчиком его (т. е. Горева) как пробный шар, для определения на строения конференции но это абсолютный вздор ибо мы ни о чем не сговаривались никто из нас не думал делать какого бы то ни было доклада на конференции о выборах в Государственную думу, это возникло совершенно случайно. Так как т. Горев делал доклад о самом законе то и высказал свои соображения о которых накануне говорил с Лениным Докладчик (т. Крамольников) отрицал, что у Ленина была мысль о "самочинных" советах. Но такая мысль у него была и именно у него, а не у Горева. Ленин отказался от нее под влиянием изменившейся обстановки, в связи с поражением московского восстания. По вопросу об объединении т. Горев совершенно согласен с докладчиком. Никакого "объединительного" настроения у Ленина не было и как раз в это время о меньшевиках он отзывался во враждебно-презрительном тоне. Он шел на объединение в значительной мере под давлением масс. В это время многим казалось, что революция стерла резкие грани между фракциями. Но Ленин в это не верил.

П. Милюков указывает что хотя вопрос об отношении к Государственной думе не был и не мог в тогдашней революции быть центральным вопросом конференции, однако, он является одним из тех вопросов, на которых определялись две тактики-большевиков и меньшевиков.

Н. Никитин говорит, что у т. Горева в его выступлении промелькнула мысль, что Ленин только из соображении формальной законности шел на об единение Это неточно Перед Лениным стояла задача -создать массовую большевистскую партию от воевать под руководство большевизма все, что было здорового также и у меньшевиков. Этим и должен быть об ясней весь сложный маневр Ленина от III съезда, через Таммерфорс к объединенному съезду.

Доклад т. Крамольникова чрезвычайно ценен тем, что он ставит во всем объеме вопрос о роли примиренчества среди большевиков в 1905 г. Действительно, тенденция к примиренчеству про ходит красной нитью через весь пятый год и находит свое от отражение даже в ЦК.

Это были не просто расхождения с Лениным во внутренней тактике. Разногласия уходят глубже настолько что, по существу говоря причинении совершенно неизбежно в ряде случаев оказывались в плену меньшевиков и в отношении тактики и в отношении идеологии. Как на один из примеров, следует указать на поведение примиренцев в июньские дни в Одессе, где они оказались фактически на поводу у меньшевиков, тормозивших развертывание восстания что фактически и привело к поражению последнего.

стр. 309

В Невский констатирует ненадежность мемуаров как источника. На настоящей конференции присутствуют два участника Таммерфорской конференции: Б. И. Горев и сам оратор. Показания обоих однако, расходятся. По мнению Невского, Красин несомненно делал доклад, а Свердлова на конференции не было. Протоколы не сохранились, они лились поочередно делегатами и на одном из собраний вел такой протокол Невский. (Горев с места: Они могли остаться на хранении у финских социал-демократов. "ВОзможно. - отвечает Невский. - Придется еще поиска и в провинциальных архивах").

По вопросу о думе т. Невский признает сообщение т. Горева очень точным. Это был один из драматических моментов, когда Ленин заявил, что он думал так, а потом передумал, и вопрос уже ставится иначе. Что же касается вопроса относительно объединения, тов. Невский считает передачу Б. И. Горева неточной. Владимир Ильич не только формально смотрел на это дело. Рабочие высказывались за объединение, поэтому тут ставилась цель - отвоевать эту массу у меньшевиков.

Б. Горев (второе выступление). Некоторые из выступавших говорили о примиренчестве ЦК. Однако, это было не примиренчество, а шатания, отсутствие твердой линии. Несомненно, что Ленин к этому ЦК относился несколько скептически. Были колебания в которых был также, и зародыш будущего впередовства, но это не было систематическим примиренчеством. Нужно понять, что 1905 г. был первым крупным политическим экзаменом для обеих фракции. Только после пятого года меньшевизм окончательно относится как твердая политическая позиция. Этому предшествовали колебания, рождавшие идею объединения.

Нельзя, конечно, говорить, что Ленин опирался на букву закона. Он меньше всего был законником. Когда оратор говорил о законности, он имел в виду настроение партийных низов. Ленин хотел попытаться путем объединения воздействовать на меньшевистские массы. Ленин в искреннее объединение с меньшевистской верхушкой не верил. Но он считал все же, что объединение не только необходимо, но отчасти и полезно. Что касается разговоров по аграрному вопросу в Таммерфорсе, то фраза Красина о взятии земель в кассу ЦК явилась ответом на вопросы делегатов (в кулуарных разговорах): "что делать с конфискованными землями". Произнесенная в шуточном тоне она была предчувствием пролетарской диктатуры.

Наконец в вопросе о том, делал или не делал Красин доклад о военно-боевой работе, т. Горев согласен пойти "на большую уступку", признав, что нечто подобное могло иметь место. И даже кое-что он припоминает. Было бы, разумеется, полезно собрать участников конференции для выяснения некоторых спорных вопросов.

Г. И. Кpамольников отвечая в заключительном с шве на поставленные в прениях вопросы, вновь выражает уверенность в том, что Ленин накануне конференции стоял на точке зрения принятия участия в выборах, но отнюдь не намеревался при этом использовать их для советов.

В вопросе об объединении линия Ильича была определенна и тверда: сначала размежеваться, устранить путаницу и уже потом договориться об объединении на определенных принципах.

Доклад А. П. Шохина "О закономерностях в pазвитии юношеского пролетарского движения"

Докладчик указывает, что пролетарское юношеское движение эпохи капитализма - продукт борьбы классов буржуазного общества. Входя в общую систему организаций пролетариата, оно все же занимает в ней особое место, вследствие особенностей самой рабочий молодежи как части класса. Поэтому история выдвинула, наряду с общеклассовыми, и особые организации пролетарского молодняка. Причинами этого явления т. Шохин считает: особенности в положении юношеского труда, как труда, приобретающего квалификацию в производстве; борьбу буржуазной идеологии за рабочую молодежь; нарастание сознания себя как части рабочего класса, под влиянием организационных действий взрослых рабочих.

Непосредственные же поводом являются крупные социальные потрясения, моменты наиболее ярких проявлении классового угнетения и заброшенность со стороны общеклассовых организаций. Докладчик и иллюстрирует этот тезис на примере Авсрии, Германии, Бельгии.

Различие между организациями пролетарского юношества и партией в том, что первые воспитывают борцов пролетариата, а вторая объединяет уже готовых борцов.

Для изучаемого движения на Западе чрезвычайно показателен факт наличия социального конфликта между "отцами" и "детьми".

стр. 310

Этот социальный конфликт мешал массовости пролетарского юндвижения, отдавая часть рабочей молодежи под влияние буржуазии. В этом одна из главных причин того, что современное пролетарское юношеское движение охватывает от общей численности рабочей молодежи: в Германии - 0.57%, во Франции - 0,98%, в Италии - 1,7% в Англии- 0.03 %, в Америке -0,07% и т. д. Социал-демократия тоже одна из сил, препятствующих росту классовых юношеских организаций.

Отличительной чертой движения в России является отсутствие социального конфликта между "отцами" и "детьми" в общерабочем движении. Это объясняется специфическими условиями, в которых развивалась русская революция, втягивая весь революционный молодняк прямо в пролетарскую партию. Если бы до революции, говорит докладчик, меньшевизм был бы и у нас господствующим в рабочем классе течением, рабочая молодежь России тоже поила бы по пути создания особых организаций. Эти же специфические русские условия изолировали молодежь от мелкобуржуазных и буржуазных влиянии.

Пролетарское юндвижение подчинено общим закономерностям в развитии классовой борьбы.

Массовым пролетарское юндвижение становится лишь при диктатуре пролетариата, устраняющей все препятствия к организации. Это закон, вытекающий из опыта советских России и Венгрии. В этом случае движение становится одним из могучих средств переделки подражающего поколения, необходимым условием социалистического строительства. Это имеет особое значение в странах с преобладающим крестьянским населением, где необходимо перевоспитание огромных масс крестьянской молодежи, ибо при пролетарской диктатуре нет необходимости в существовании особых организации крестьянского молодняка.

Жужагов считает, что следовало бы детально исследовать течения, существующие в юндвижении, и влияние на него враждебных пролетариату идеологий.

Термин массовое движение нельзя понимать в том смысле, что движение организационно охватывает широчайшие массы. При наличии даже небольшой пролетарской ячейки движение может стать массовым, если ей удастся установив свое влияние на широкие массы.

Если же отрицать возможность массового юндвижения в капиталистических странах, то это приводит к противоречию с одной из основных линии Коминтерна, выдвинувшего задачу завоевания большинства рабочей молодежи компартиями

К. Сидоров говорит, что закономерность пролетарского юношеского движения в докладе как-раз и не показана. Да и обнаружена она может быть лишь в том случае, если ее искать в связи с закономерностью массового рабочего движения вообще. Докладчик же оперировал различными цифрами и примерами, но ясной картины фаз юндвижения и его особенностей, хотя и пытался показать, -не показал.

П. Анатольев считает, что доклад не дат никаких определенных положении, устанавливающих закономерность в развитии юношеского движения Запада. Указание, что коммунистическая молодежь отстает на Западе в самоорганизации от компартии, -отнюдь не закономерное явление.

Упоров отмечает, что при подходе к данной проблеме нужно с большим вниманием охватить все особенности молодежи как молодой части пролетариата: с одной стороны, более восприимчивой к теории революционной борьбы, а с другой - менее устойчивой, чем взрослые пролетарии.

Шнапир указывает на необходимость восстановления фактической истории юндвижения в России как в дореволюционный, так и в послеоктябрьский период. Такой истории у нас до сих пор нет

А. П. Шохин в заключительном слове говорит, что вопросы о причинах возникновения юношеского движения, о его развитии и кризисах, которые оно переживало на Западе и у нас, о формах, в которых оно развивалось, и есть вопросы о закономерностях. На возражение, что в докладе не было перспектив юндвижения в капиталистических странах, т. Шохин ответил тем, что он не отрицает великого будущего, открывающегося перед пролетарским юндвижением Запада, но лишь подчеркивает грузность и мучительность пути, который оно проходит, прежде чем завершится крупными успехами.

Доклад В. Н. Рахметова "Происхождение меньшевистской концепции русского исторического процесса"

Меньшевистская концепция русского исторического процесса, говорит т. Рахметов, есть имитация либерализма под марксизм, затушевывающая классовые моменты. В основе меньшевистской кон-

стр. 311

цепции всегда лежит та или иная буржуазная или мелкобуржуазная схема, прикрытая марксистской терминологией и играющая обычно подчиненную политике роль. Наиболее систематично эта концепция изложена у Плеханова, Троцкого и Мартынова. Суть ее докладчик сводит к следующим четырем положениям: а) вся история России (по крайней мере до XX века) определялась потребностями русского государства и главным образом его внешней политикой; б) русское самодержавие (по крайней мере до 1861 г.) носит "национальный" надклассовый или внеклассовый характер; в) история России есть борьба Азии и Европы; Московская Русь XVI в. - типичная азиатская деспотия. В XVII - XVIII веках идет процесс европеизации России; г) борьба русского пролетариата за демократию и социализм-последнее звено в этом процессе. Крестьянство же по этой концепции представляет элемент "азиатчины" и "китайщины" в русской истории.

Обычно полагают, говорит докладчик, что меньшевистская концепция русского исторического процесса сложилась у Плеханова только накануне войны, - и в этом его "грехопадение". Это толкование, выдвинутое Троцким в целях спасения самой концепции под флагом отрицания ее аргументации в последней фазе, встречается и у некоторых большевиков.

Докладчик утверждает, что в несколько модифицированном виде эта концепция "старше" плехановского марксизма. Группа "Освобождение труда" преодолела народничество в целом, не преодолев целиком его методологии во взглядах на русский исторический процесс. Эту точку зрения докладчик подробно развивает, привлекая цитатный материал из названных авторов, Аксельрода и Плеханова. Политические выводы из этой меньшевистской схемы, говорит т. Рахметов, ясны:

1) самодержавие внеклассово и не имеет под собой никакой социальной базы. Отсюда революционная роль буржуазии и даже земства;

2) пролетариат в союзе с буржуазией борется за европеизацию России. Отсюда необходимость "культурных методов" широкой демократии и лозунг "долой азиатизм большевиков";

3) крестьянство - опора "китайщины и азиатчины" и враг революции, которая должна европеизировать Россию. Понятно, что эта концепция Плеханова - Аксельрода стала официальной теорией меньшевизма.

Докладчик отмечает, что как-раз к концу XIX столетия Плеханов и Аксельрод, вырабатывая основные элементы своей будущей меньшевистской тактики, становятся наиболее восприимчивыми к буржуазным историческим схемам, передвигаясь окончательно от Щапова к Милюкову.

Очевидна служебная роль плехановских утверждении об ОТСУТСТВИИ русского феодализма и о том, что национализации земли в Московской Руси - доказательство ее азиатчины. В этом оправдание тактики Плеханова в революции.

В законченном виде меньшевистскую концепцию, подделанную под марксизм, мы имеем в "Истории русской общественной мысли".

После 1905 г. под влиянием столыпинщины у меньшевиков появились уже две теории: Ларина и Мартова - Дана. Сходясь в оценке дореволюционного самодержавия как внеклассовой силы, они расходились в оценке изменений, внесенных революцией. Ларин рассматривал теперь самодержавие как буржуазное и потому почву для революции считал ликвидированной.

Мартов и Дан видели в пореволюционном самодержавии дворянско-крепостническую организацию и отсюда заключили, что гегемоном в грядущей революции будет буржуазия.

Конечный вывод докладчика таков: "Меньшевистская схема русской истории, схема Плеханова - Аксельрода, является модификацией буржуазных и мелкобуржуазных схем. Ее происхождение и развитие показывают, что она представляет не попытку вывести из изученных исторических фактов определенные законы, а догматическую попытку приложить готовую историческую схему к историческим фактам. Этим определяется и ее научная ценность.

Н. Шаповалов указывает, что убедительность и логическая последовательность ценных выводов докладчика местами страдает от упрощенной аргументации фактами, чего следует избегать. В качестве примера такой "упрощенной аргументации" т. Шаповалов приводит то место доклада, где на основе вольного истолкования фразы Плеханова (в середине 90-х годов) последний противопоставляется Ленину как почти безоговорочный сторонник поддержки либералов. Тов. Шаповалов цитирует статью А. И. Елизаровой - "Как не следует писать истории" ("Известия" от 29/III 1925 г.), из которой следует, что в те годы Ильич, учитывая объективную

стр. 312

обстановку, как-раз соглашался с Плехановым в вопросе об отношении к либералам.

Доклад А. И. Ломакина "Чернышевский и Ленин"

В первой части своего доклада т. Ломакин подводит итоги дискуссии о Чернышевском, развернувшейся в связи с чествованием его памяти.

Докладчик устанавливает, что в этой дискуссии боролось три точки зрения: одни готовы были считать Чернышевского основоположником марксизма в России, другие видели в Чернышевском чрезвычайно сложную и пеструю фигуру, сочетающую в своих воззрениях и марксистские и народнические тенденции, и, наконец, третьи рассматривали Чернышевского как типичного социалиста-утописта, и брали его под сомнение как выдержаного и последовательного революционера.

Докладчик подвергает все эти точки зрения критической проверке в свете соответствующих ленинских указаний. Ленин требовал "связной и всесторонней оценки Чернышевского, его сильных и слабых сторон" и выяснения социально-экономических корней и общественно- политического значения идей Чернышевского. Ленин отмечал, что Чернышевский был "величайшим представителем утопического социализма в России", но вместе с тем и "последовательным и боевым демократом", от сочинений которого "веет духом классовой борьбы". Ленин указывал, что Чернышевский "развил вслед за Герценом народнические взгляды", являясь вместе с ним осноположником старого "русского" крестьянского социализма (народничества).

Вторая часть доклада была посвящена выяснению различного отношения Плеханова и Ленина к "наследству" Чернышевского. Докладчик указывает, что Ленин, тщательно изучавший Чернышевского и работы Плеханова о нем, считал основным недостатком последней плехановской работы сосредоточение внимания преимущественно на теоретической деятельности Чернышевского и игнорирование его практической деятельности как революц. демократа. Отмечая, что Плеханов принимал "наследство" от Чернышевского постольку, поскольку он был русским Фейербахом, докладчик устанавливает, что Ленину в Чернышевском были дороги прежде всего идеи последовательного и боевого демократизма. Именно эти идеи "всероссийского демократа-революционера" и являются, по мнению докладчика, тем "наследством", которое было воспринято от Чернышевского Лениным, а вместе с ним и нашей партией, и тем основным звеном, которое связывает Чернышевского и Ленина, -эти две высочайших вехи в истории социализма в России.

Докладчик указывает на громадное влияние Чернышевского на формирование революционно - демократических идей в мировоззрении Ленина и призывает к систематической работе по разработке научной биографии Владимира Ильича, которая должна преследовать цель дать не только обстоятельнейшую фактическую историю его жизни и деятельности, но и научную историю ленинских идей. Особо важна разработка влияния на Ленина его выдающихся идейных предшественников, одним из которых, несомненно, являлся Чернышевский.

Г. Бешкин указывает, что наша задача заключается не только в том, чтобы проследить влияние Чернышевского на Ленина в смысле идейной преемственности, но и в том, чтобы изучать самого Чернышевского, выявив то своеобразное место, которое он занимает в истории социализма. Оппоненту кажется, что следует показать сближение в лице Чернышевского утопического социализма с научным.

Доклад В. И. Невского "Севернорусский рабочий союз" (Заключительное пленарное заседание конференции.)

Отметив, что данный доклад является юбилейным, так как в январе 1929 г. истекает 50 лет со времени составления программы союза, т. Невский устанавливает затем ряд хронологических дат в развитии союза. Первые кружки рабочих металлистов были организованы в 1872 г. чайковцами. 31 декабря 1873 г. появляется первый рабочий центр с библиотекой и "кассой сопротивления", так наз. "елка". Три филиала кассы - дело "рабочей оппозиции" среди кружков чайковцев. В 1875 г. и в начале 1876 г. рабочими первого центрального кружка была снова восстановлена организация, оформлена же она была в конце 1878 г. под именем "Северо-русского рабочего союзам. Погиб союз в марте 1880 г.

Докладчик указывает, что забастовочное рабочее движение 70-х годов значительно шире, глубже и разнообразнее, чем мы представляли себе до последнего времени. Это движение захватило не только текстилей в Петербурге и в других центрах. Установлено, что во главе

стр. 313

стачек шли металлисты. Даты организации союза 1873 - 1875, 1878 совпадают с подъемом рабочею движения, а гибель в 1880 г. с наступлением кризиса 80-х годов. организация союза состояла из ядра рабочих-металлистов (несколько сот.), и организатором были рабочие металлисты: В. Обнорский, С. Виноградов, Митрофанов и др. В. Обнорский участвовал в организации второго рабочего центра 1875 г. и вместе с С. Халтуриным - в восстановлении центра 1878 года. Если обратиться к программе союза, то следует считать доказанным влияние Лаврова на центральную группу металлистов. Переговоры чайковцев с Лавровым укрепляют это влияние. В Обнорский - один из проводников идей Лаврова. Подробный анализ программы союза показывает, что на ее составителем влияли: 1) идеи международною товарищества рабочих, 2) Готская программа 1875 г. и проект этой программы, 3) программа швейцарской рабочей организации и 4) идеи Лассаля. Таким образом, перед нами своеобразное самостоятельное приспособление русскими рабочими программы западноевропейских партии. Слабое развитие рабочего движения 70-х годов не позволило авторам программ волвыси1ься до формулировки основной мысли Маркса-идеи диктатуры пролетариата. Но в целом перед нами первая попытка передовых рабочих 70-х годов формулировать задачи рабочего класса в России как самостоятельной движущей силы революции в борьбе за социализм.

VII. МЕТОДИЧЕСКАЯ СЕКЦИЯ

Доклад С. С. Кривцова "Методика и методология истории"

Занявшись изучением вопросов, связанных с методикой истории, работники методической секции столкнулись с необычайным разнообразием мнений. Некоторые считают, что вообще никакой методики не нужно. Другие ставят вопросы методические как вопросы самодовлеющие. Мы считаем, что методика нужна. Методика должна способствовать наиболее органическому, наиболее целостному усвоению учащимися материала и отображать специфичность той науки, о которой идет речь. Всякая методика должна исходить из того материала, который дает данная наука. Методика той или другой науки должна быть адэкватна методологии той дисциплины, которую она пытается передать учащимся. Методика истории есть частный, конкретный случай применения общей методологии марксизма, т. е. диалектического материализма в той его части, которая зовется историческим материализмом. На деле мы имеем часто полный отрыв методики от методологии. Методика истории должна быть насквозь материалистична и диалектична. Мы рассматриваем исторический процесс в его целом, в процессе его саморазвития, самодвижения. Если в нашей педагогической практике вместо рассматривания этого исторического процесса в целом мы будем брать отдельные его элементы, рассматривать отдельные изолированные явления, то мы нарушим основные требования диалектического метода. Мы изучаем историю Великой французской революции, чартизм в Англии, наше революционное движение 60-х г. и т. д. Все эти отдельные процессы должно подчинить общему процессу развития человечества, их нужно рассматривать, как определенный, конкретный случай целостного процесса борьбы классов, развивающегося общества и экономических формаций, которые в свою очередь развиваются на основе наличных в данной среде производительных сил. Без этой увязки мы получаем те взгляды, которые зачастую господствуют в методической литературе. Нередко рассматривают методику лишь как ряд правил, зная которые, можно преподавать историю у всех народов, во всех общественно-экономических формациях. Отсюда мы имеем попытки механического перенесения иностранной методики к нам. Это, конечно, недопустимо, так как за каждой методикой скрывается определенное классовое содержание. Этим течениям зачастую помогает то, что до сих пор в соответствующих органах Наркомпроса отсутствует твердая линия в вопросах преподавания истории. Нам нужно это преодолеть, ибо в противном случае мы получим не диалектический, а метафизический подход к изучению явлений. Вопрос стоит политически. Мы изучаем отдельные исторические явления для того, чтобы ознакомить наших учащихся с диалектикой революции. Мы должны помнить, что наше "сегодня" имеет корни в прошлом и почки в будущем, и должны уметь показать их с помощью диалектического метода. Это вопрос - сугубо политический, и беспартийность в методике особенно вредна. Все положения методики должны быть проникнуты основными марксистско-ленинскими предпосылками и ими же дол-

стр. 314

жны быть проникнуты все рецептурные сведения, которые мы предлагаем. Мы должны требовать от директивных органов Наркомпроса обратить больше внимания на правильную постановку преподавания истории.

Б. Жаворонков солидаризируется с основными положениями докладчика, но считает, что методическая секция О-ва историков-марксистов не руководствуется диалектическим методом. Нужно исходить не только от истории, но и от типа школы, и от современности, что особенно важно теперь, когда мы вступили в период индустриализации. Систематические исторические знания находятся в противоречии со школьным возрастом Жаворонков считает методологически неправильным давать рецептуру, что делает секция в своем сборнике.

Н. Редин считает правильными положения докладчика и полагает, что курс истории развития общественных форм в комвузах не соответствует тем положениям, которые выдвинул докладчик, и тем задачам, которые стоят в преподавании истории в комвузах.

Л. Mамет утверждает, что Жаворонков, солидарный на словах с марксизмом, диалектическим материализмом и т. д., на деле ничего общего не имеет с марксизмом, а, наоборот, дает образец мелкобуржуазною извращения марксизма Рядом примеров т. Мамет иллюстрирует эту мысль.

В. Сербента отмечает, что вопросы методики преподавания истории становятся в настоящий момент особенно актуальными в связи с развертыванием классовой борьбы в стране Надо приветствовать методическую секцию, которая эти вопросы ставит. Тов. Сербента иллюстрирует тезисы доклада примерами из Белоруссии, где до последнего вымени вопросы методики истории находились в классово-чуждых руках (Жаринов. Довнар-Злпольский)

Ю Гепнер подчеркивает, что для марксиста азбучной истиной является единство метода и теории. Это не понижают Жаворонков и другие, которые скатываются к хвостизму, к ползучему эмпиризму и беспринципной регистрации фактов, насаждая этим в школе невежество и историческую безграмотность. Вся ценность доклада т. Кривцова в том, что он подводит правильный марксистско-ленинский фундамент под то осмысленное понимание действительности, о котором историки-марксисты пекутся не менее Жаворонкова.

С. Столбов согласен с выступлениями Кривцова и Мамета, не только сегодня, но и с их выступлениями в печати. Методика определяется методологией, но ее приходится определять также существующими программами и учебными планами. На этот момент секция должна обратить свое внимание.

Р. Лифшиц считает, что кроме общих принципиальных положений, надо дать и практические указания, как построить методику преподавания истории.

С. С. Кривцов в заключительном слове констатирует, что основные тезисы доклада приняты всеми выступавшими. Даже самые отъявленные противники историзма сегодня не осмелились выступить против истории. В докладе была дана общепринципиальная установка, но не могли быть даны ответы на все практические вопросы, которые выдвигались в прениях.

Доклад Л. П. Мамета. "Основные направления в вопросах преподавания истории"

Основными и определяющими в вопросах преподавания истории в школе для нас являются те мысли, которые были высказаны В. И. Лениным в его речи на совещании политпросветов в ноябре 1920 г. Вопрос о характере преподавания истории является центральным как в вопросах обучения, так и в вопросах воспитания. Методика преподавания истории является одним из ответственных участков идеологического фронта, и то обострение классовой борьбы, которое мы наблюдаем на всех участках этого фронта, сказывается также и здесь. Вопрос о преподавании истории по существу есть вопрос о содержании и характере нашей школы, о характере того воспитания, которое мы даем подрастающему поколению. Анализ многочисленных методических течений показывает, что здесь мы имеем более или мене замаскированное наступление на пролетарскую идеологию. Очень редко буржуазные методисты выступают открыто против нас, как это делает например, Анциферов. Чаще всего наступление на советскую школу, на марксистско-ленинское мировоззрение прикрывается марксистской фразеологией (московская школа -Жаворонков, Дзюбинский, Сигалевич). Потому-то они наиболее опасны. Московская школа противопоставляет историю обществоведению, понимая под обществоведением лишь современность и по существу высказываясь против исторических знаний в школе. Мы считаем, что без исторических знаний невозможно подготовить из подра-

стр. 315

стающего поколения революционеров, борцов за новое общество, строителей этого нового социалистического общества. Нужно, чтобы марксистско-ленинское мировоззрение вошло в плоть и кровь молодого поколения, а это невозможно без изучения и усвоения опыта революционного прошлого. Для этого нужны не отдельные иллюстрации и картинки, а более или менее систематическое изучение истории. Дело не в том, чтобы давать университетский курс, как думают некоторые. Общую методологическую установку нужно уметь соответствующим образом приспособить к задачам, целям и возрастному составу той или иной школы. Этого не понимает московская школа в своих многочисленных высказываниях. Их точка зрения является борьбой против знаний, а без знаний не может быть воспитания. Московская школа однако не понимает не только роли и задачи истории в школе, она наряду с этим дает и неправильное окарикатуренное понимание современности. У них современность сводится к сегодняшнему дню, а задачи ее изучения -к уразумению житейского опыта. Корни такого понимания обществоведения заключается в мелкобуржуазном характере этого течения, что видно из того понимания общих задач советской школы, которое они дают. Другое направление мы имеем в так называемой "ленинградской школе" (Кудрявцев). Это течение по существу стремится возродить старую школьную историю, делает упор на историю культуры, по существу враждебно относится к проблемам современности. Мы одинаково решительно высказываемся как против того, так и против другого направления. Последние программы Гуса показывают, что наша школа преодолевает эти "детские болезни левизны" и "правизны", являющиеся отражением общей борьбы на идеологическом фронте в вопросах школьного строительства. Робость и нерешительность научно-педагогической секции Гуса (ср. для примера программы городских и деревенских семилеток) могут быть ликвидированы лишь упорной работой научно-марксистской общественности.

Б. Жаворонков утверждает, что Мамет, неправильно цитируя, хочет загнать я мелкобуржуазное болото "московскую школу". Но по существу, он загоняет туда и Покровского, и Крупскую и Гус, т. е. всех тех, кто борется за трудовую школу. Жаворонков согласен с Гусом, и через него Мамет хочет бить Гус.

С. Дзюбинский полагает, что по вопросу о задачах советской школы разногласий нет. Они выдумываются Маметом, чтобы было с кем спорить. По методологическим вопросам разногласий тоже нет. "Московская школа" никогда не выступала против истории, она только требует, чтобы к обществоведению относились педагогически. По вопросу о современности, это направление стоит на точке зрения Покровского, с которым у него никогда не было разногласий. Никаких принципиальных разногласий нет, нужно приступить к деловой работе.

С. Сингалевич солидаризируется с основными выводами Мамета и тезисами Кривцова. Считает, что отрицательное отношение к истории было верным на определенном этапе, а теперь устарело. Теперь надо общими усилиями помочь учителю в его работе.

Д. Базанов останавливается на том, как и почему менялись программы за годы революции, и характеризует современного учителя. Нынешнее положение приводит к полнейшему отсутствию исторической перспективы у учащихся. С этим положением надо покончить.

С. Кривцов признает утверждение Дзюбинского, будто принципиальных разногласий нет и имеются лишь технические недочеты в преподавании обществоведения, неверным. У Дзюбинского недочеты методологические. Руками специалистов, немарксистов мы никогда не наладим "обществоведения, им поручать политическое воспитание молодежи нельзя.

А. Иоаннисиани говорит, что Жаворонков и Дзюбинский или притворяются непонимающими, или не понимают сущности разногласий. Первое разногласие - мы за введение исторического образования в школе, а они против. Второе разногласие: их методическая рецептура не соответствует ни требованиям нашей школы, ни возрасту учащихся. Они часто меняют свои взгляды, но это не помешает нам по достоинству их оценить.

С. Семко соглашается с докладчиком, что методику нельзя оторвать от методологии, а методологию - от политики. Однако этот отрыв в школе существует и в результате- обществоведение не создает у учащихся нашей идеологии. Принципиальная установка Мамета - правильная, но ряд практических предложений подлежит проверке в процессе дискуссий.

А. Слуцкий характеризует московскую школу как эклектическую.

стр. 316

Касан подчеркивает что педагоги провинциалы не удовлетворены московской школой и считают ее точку зрения неправильной. Они солидаризируются с работой методической секции Общества историков марксистов,, но считают, что секция должна приступить к разрешению отдельных практических методических вопросов.

Л. П. Mамет в заключительном слове отмечает, что все основные вопросы, выдвинутые в докладе, получили достаточно четкое разрешение в прениях. Верно ли, что через Жаворонкова секции била Покровского, Крупскую, Гус и т. д.? Это плод досужей фантазии. Секция била Жаворонкова как идеологического врага и дружески, в порядке самокритики, критиковала Гус, стараясь помочь ему стать на тот путь, который, по нашему мнению, является правильным. Никаких разногласий с Покровским у секции конечно нет. Мих. Ник. возглавляет Общество историков-марксистов, а мы являемся секцией этого Общества. И Жаворонков, и Дзюбинский наперебой заявляют, что разногласий между нами нет, но что мы их неправильно цитируем, преследуем и т. д. Вот это-то и характерно для мелкобуржуазных идеологов, какими они являются: разменивать принципиальные вопросы на мелочи. Мы судим не по словам, а по делам, а их дела таковы, что, что бы они ни заявляли, нам с ними пока не по пути. Жаворонков как будто бы ничему не научился. Он ничего не сдает из своих позиций. На распутьи как будто бы находится Дзюбинский, и правильную линию, кажется, хочет найти Сингалевич, посмотрим дальше. Мы будем рады, если через известное врем" можно будет говорить о "бывшей московской школе".

Доклад А. З. Иоаннисиани. "Организация педагогического процесса преподавания истории". В школе учащийся приобретает навыки и уменье самостоятельной работы, критической оценки материалов и приобретаемых знаний в целях их практического использования. Правильная организация педагогического процесса создает условия, гарантирующие осуществление основной цели. Исключительно ответственна роль преподавателя как организатора процесса педагогической работы. Производственный план по проработке исторического курса составляется учителем совместно с учащимися. Изучение истории должно быть дифференцировано по заданиям. Задание -тот же план, но охватывающий минимальный отрезок времени и содержащий указания, достаточные для самостоятельного разрешения вопросов, в задании поставленных. Необходимо предвидеть опасность превращения изучения истории в схемы и формулы, лишенные конкретного содержания. История не должна превращайся в социологию. Исторический курс должен быть систематическим. Инструментами, при помощи которых организуется педагогический процесс в школе, являются основное учебное пособие, документы, наглядные пособия, и материалы, добытые экскурсией и краеведческим изучением. Учебник является основным и необходимейшим пособием.

Б. Жаворонков считает, что в докладе есть все и нет ничего. Есть несколько правильных положений, остальное -эклектизм. Концы не сведены с концами. Учебник, составленный Иоаннисиани, неудовлетворителен.

В. Пророков не согласен с положением докладчика об учебнике. Учебник может привести к ликвидации самостоятельной исследовательской работы учащихся.

П. Егоров видит в докладе т. Иоаннисиани новый этап в работе методической секции. До сих пор задача секции "заключалась в борьбе с мелкобуржуазными течениями. От критики секция переходит к положительной работе. Задача док та да состояла не в детальном обзоре отдельных моментов педагогического процесса, а в общем его освещении. Это освещение дано правильно.

И. Мерзон признает правильным, что докладчик заострил внимание на преподавателе- обществоведе. Нужно работу методической секции приблизить к массам Хорошо было бы ставить доклады на объединениях обществоведов.

А. Стражев выразил некоторую неудовлетворенность докладом. В нем дано меньше того, что есть в сборнике "Основные вопросы преподавания истории". Вместо того, чтобы говорить о специфических особенностях и задачах преподавания истории и обществоведения докладчик разменялся на ряд обще-педагогических проблем.

З. Добрушин замечает, что критики Ионнисиани проглядели в его тезисах один очень ценный организующий пункт, -это то, что необходимо развить в учащихся уменье критически мыслить.

А. Дувидович и Р. Лифшиц считают недостатком доклада то, что в нем нет практических указаний по отдельным моментам организации педагогического процесса.

стр. 317

С Столбов находит, что сети подходит к докладу Иоаннисиани чисто теоретически, то он состоит из целого ряда общих, более или менее известных поло женин. Но если подходить с точки зрения практики и тех вопросов, которые стоят перед современной школой, то придется согласиться с тем, что доклад чик выдвинул действительно основные вопросы, которые являются больными в нашей школе.

П. Задворный признает, что самостоятельная работа учащимся нужна, но здесь нельзя допускать анархии. Докладчик прав, что эта работа должна проходить под руководством преподавателя. Правильно положение докладчика об учебнике. Без учебника нельзя усвоить материала. Документы играют подсобною роль.

А. З. Иоаннисиани в заключительном слове констатирует, что ни в его тезисах, ни в докладе он ни разу не отрицал элемента выработки навыков самостоятельной работы Он выдвинул тезис, что организация самостоятельной работы учащихся предполагает в качестве предварительного и необходимого условия то, что мы даем учащимся определенную сумму знании и фактов. А затем уже вторая стадия - это организация самостоятельной работы Целый ряд товарищей упрекал докладчика в том, что он ограничился выдвижением ряда проблем, не обосновав их в достаточной степени Странно было бы требовать от него, чтобы он указал все ходы и выходы для того, чтобы единым взмахом освободить нашу школу от всех недостатков, которые в ней имеются Его цель заключалась в том, чтобы выдвинуть ряд основных проблем. Эти проблемы следующие 1) проблема учителя, 2) проблема плановости, 3) проблема организации педагогического процесса, 4) проблема учебника 5) проблема учета

Доклад А. Г. Слуцкого "О проблеме ученика".

Orphus

© libmonster.ru

Постоянный адрес данной публикации:

http://libmonster.ru/m/articles/view/ВСЕСОЮЗНАЯ-КОНФЕРЕНЦИЯ-ИСТОРИКОВ-МАРКСИСТОВ-1929-й-год

Похожие публикации: LRussia LWorld Y G


Публикатор:

Vladislav KorolevКонтакты и другие материалы (статьи, фото, файлы и пр.)

Официальная страница автора на Либмонстре: http://libmonster.ru/Korolev

Искать материалы публикатора в системах: Либмонстр (весь мир)GoogleYandex

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

ВСЕСОЮЗНАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ ИСТОРИКОВ-МАРКСИСТОВ, 1929-й год // Москва: Русский Либмонстр (LIBMONSTER.RU). Дата обновления: 14.08.2015. URL: http://libmonster.ru/m/articles/view/ВСЕСОЮЗНАЯ-КОНФЕРЕНЦИЯ-ИСТОРИКОВ-МАРКСИСТОВ-1929-й-год (дата обращения: 21.08.2017).

Найденный поисковым роботом источник:



Комментарии:



Рецензии авторов-профессионалов
Сортировка: 
Показывать по: 
 
  • Комментариев пока нет
Свежие статьиLIVE
Публикатор
Vladislav Korolev
Moscow, Россия
264 просмотров рейтинг
14.08.2015 (738 дней(я) назад)
0 подписчиков
Рейтинг
0 голос(а,ов)

Ключевые слова
Похожие статьи
Негры в США. ГАРВИЗМ
Каталог: Право 
Вчера · от Марк Швеин
СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКИЕ И ФИЛОСОФСКО-РЕЛИГИОЗНЫЕ ВЗГЛЯДЫ ТИТА ЛИВИЯ
Каталог: Философия 
Вчера · от Марк Швеин
ЗАГАДКА ДРЕВНЕГО АВТОГРАФА
Каталог: История 
Вчера · от Марк Швеин
РУССКИЙ ПОСОЛЬСКИЙ ОБЫЧАЙ XVI ВЕКА
Каталог: История 
Вчера · от Марк Швеин
Золото? Какое золото?
Каталог: Право 
3 дней(я) назад · от Россия Онлайн
ОРГАНИЗАЦИЯ СТРОИТЕЛЬСТВА ГОРОДОВ В РУССКОМ ГОСУДАРСТВЕ В XVI-XVII ВЕКАХ
Каталог: Строительство 
4 дней(я) назад · от Марк Швеин
БАЛТИЙСКИЙ ФЛОТ НАКАНУНЕ ВЕЛИКОГО ОКТЯБРЯ
4 дней(я) назад · от Марк Швеин
ПРОБЛЕМЫ НОВЕЙШЕЙ ИСТОРИИ И МЕТОДОЛОГИИ В ЖУРНАЛЕ "KWARTALNIK HISTORYCZNY" ЗА 1970-1976 ГОДЫ
Каталог: История 
4 дней(я) назад · от Марк Швеин
Сущность пола и игра полов в Мироздании. The essence of sex and the game of sexes in the Universe.
Каталог: Философия 
6 дней(я) назад · от Олег Ермаков
Л. А. ЗАК. ЗАПАДНАЯ ДИПЛОМАТИЯ И ВНЕШНЕПОЛИТИЧЕСКИЕ СТЕРЕОТИПЫ
Каталог: Политология 
8 дней(я) назад · от Марк Швеин

ОДИН МИР - ОДНА БИБЛИОТЕКА
Либмонстр - это бесплатный инструмент для сохранения авторского наследия. Создавайте свои коллекции статей, книг, файлов, мультимедии и делитесь ссылкой с коллегами и друзьями. Храните своё наследие в одном месте - на Либмонстре. Это практично и удобно.

Либмонстр ретранслирует сохраненные коллекции на весь мир (открыть карту): в ведущие репозитории многих стран мира, социальные сети и поисковые системы. И помните: это бесплатно. Так было, так есть и так будет всегда.


Нажмите сюда, чтобы создать свою личную коллекцию
ВСЕСОЮЗНАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ ИСТОРИКОВ-МАРКСИСТОВ, 1929-й год
 

Форум техподдержки · Главред
Следите за новинками:

О проекте · Новости · Отзывы · Контакты · Реклама · Помочь Либмонстру

Русский Либмонстр ® Все права защищены.
2014-2017, LIBMONSTER.RU - составная часть международной библиотечной сети Либмонстр (открыть карту)


LIBMONSTER - INTERNATIONAL LIBRARY NETWORK