Либмонстр - всемирная библиотека, репозиторий авторского наследия и архив

Зарегистрируйтесь и создавайте свою авторскую коллекцию статей, книг, авторских работ, биографий, фотодокументов, файлов. Это удобно и бесплатно. Нажмите сюда, чтобы зарегистрироваться в качестве автора. Делитесь с миром Вашими работами!

Libmonster ID: RU-7065
Автор(ы) публикации: В. ВОЛГИН

поделитесь публикацией с друзьями и коллегами

Новая история. Ч. 1-я. От Французской буржуазной революции до франко-прусской войны и Парижской коммуны (1789 - 1870). Под редакцией акад. Е. В. Тарле, члена-корреспондента АН СССР А. В. Ефимова и Ф. А. Хейфец. М. 1939. 571 стр. + карты. 75000. 8 р. 45 к. (Академия наук СССР. Институт истории)1

Первая часть учебника по новой истории, написанного группой сотрудников Института истории Академии наук, входит в состав издаваемой Институтом серии учебников по истории для высшей школы (ранее вышли две части учебника истории средних веков). Авторы учебника не имели перед собою никаких готовых образцов. Их опыт - первый опыт изложения для студентов истории "периода побед и утверждения капитализма в передовых странах" с марксистско-ленинской точки зрения. Это обстоятельство должно, конечно, учитывать при оценке книги.

Структура книги определяется программой, утвержденной Комитетом по делам высшей школы для исторических факультетов. К сожалению, авторы не решились выйти за пределы этой программы даже тогда, когда расширение известных ее частей явно было необходимо для полноты изучения истории 1789 - 1871 годов. На наш взгляд, одним из самых крупных недостатков плана книги (очевидно, и программы преподавания) является крайняя скупость данных по истории культуры XVIII и особенно XIX веков. Литература и искусство полностью остаются за пределами плана. Развитие науки дано лишь немногими чертами в связи с развитием техники. Исключение составляют науки социальные, о которых читатель получает известное представление, хотя, как увидим ниже, и не всегда достаточное. В результате мы имеем историю XIX в. без Байрона и Диккенса, без Бальзака и Жорж Занд, без Гельмгольца и Дарвина, без Бетховена и Вагнера. Без буржуазной культуры со всеми ее противоречиями, но и со всеми ее достижениями картина жизни буржуазного общества в период, когда оно идет "по восходящей линии", остается неполной, лишенной черт, очень существенных для ее понимания.

Указанный недостаток плана может быть только частично отнесен за счет авторов и редакторов книги. В большей мере отвечают они за то, что им не удалось построить изложение так, чтобы у читателя без подсказа, в результате ознакомления с конкретными событиями складывалась общая картина изображаемого периода, как периода мощного роста капитализма и роста его внутренних противоречий. Эта общая концепция как-то теряется в массе фактического материала. Не вполне поправляют дело введение и заключительная глава. Введение вообще в этом смысле мало удовлетворительно. Оно начинается с характеристики первого периода новой истории, как она дана в "Замечаниях" тт. Сталина, Кирова и Жданова. Это хорошо. Но читатель, естественно, ждет более детального раскрытия сжатых формул "Замечаний" применительно к периоду, излагаемому в книге. А введение, как бы забыв, к чему оно служит введением, сразу перескакивает к Парижской коммуне, т. е. к началу следующего периода. Неплохо, конечно, дать некоторую перспективу, показать, что выросло в дальнейшем из данных рассматриваемого периода. Но все же первая задача введения - дать читателю основные указания по периоду, изображаемому в предлагаемой читателю книге. И этой задачи введение не выполняет.

Больше дает заключительная глава. Но и она не оставляет в уме читателя яркой и четкой общей картины периода. Прежде всего поражает в ней самое распределение материала: фритредерство, аграрный вопрос, кризисы, классы, завоевания техники и т. д. Почему аграрный вопрос дан сейчас же за фритредерством, кризисы - за аграрным вопросом, техника - после классов, остается неясным. Это еще полбеды. Беда в том, что по этим вопросам в соответственных параграфах главы в ряде случаев даются лишь самые общие формулы. Возьмем параграф о классах: что в нем сказано об основных классах буржуазного общества? Во-первых, они "появляются" (что не совсем точно); во-вторых, буржуазия "приобретает все большее влияние"; в-третьих, пролетариат "возникает" и "ведет борьбу" против буржуазии. Вряд ли сообщение этих истин может дать что-либо студенту исторического факультета. Такими общими


1 Редакция разделяет основные положения, высказанные акад. В. П. Волгиным. С целью ознакомить читателей редакция печатает ниже отчет об обсуждении 1-й части учебника "Новой истории" на заседании кафедры новой истории истфака МГУ.

стр. 106

местами переполнена заключительная глава. А картины роста капиталистических отношений и буржуазной культуры, роста противоречий буржуазного общества, роста пролетариата, роста его классового самосознания, различных форм его борьбы не получается.

Переходим к частностям. Мы уже говорили, что программа освободила авторов от забот о культуре. Те главы учебника, которые трактуют об истории идей, пожалуй, в наименьшей степени удовлетворят читателя. Относительно повезло буржуазной идеологии XVIII в.: ей посвящена целая глава, в которой вскользь упомянуто даже о пьесе Бомарше. Но и здесь не обошлось без промахов. Монтескье не только не стремился к отмене привилегий дворянства, как может подумать читатель (стр. 51), но кое-какие из привилегий стремился даже обосновать исторически и логически. Монтескье стремился установить "законы" человеческого общества, но не "законы развития". Отсутствие понятия развития общества как раз составляет основной недостаток его социологического учения. Основным принципом монархии является у Монтескье честь (притом, с философской точки зрения, ложная честь), а не честь и умеренность. Вряд ли можно назвать точным утверждение, что теорией Монтескье руководилась во время революции либеральная буржуазия (стр. 54). Известно, что даже в Учредительном собрании создание верхней, аристократической палаты, столь горячо защищаемой Монтескье, не нашло поддержки большинства. Есть мелкие неточности и в других разделах главы. Мы не будем на них останавливаться. Укажем лишь на то, что мы считаем основным дефектом главы: в ней совершенно не показаны зачатки социалистической критики растущих буржуазных отношений, в ней нет даже упоминания о Морелли и Мабли, которых весьма ценили основоположники научного коммунизма. Без этого картина развития идеологии остается односторонней, неполной. А вследствие этого в дальнейшем Бабеф оказывается связанным с "бешеными" (что верно), но никак не связанным с идеологическим развитием предреволюционной Франции (что неверно: сам Бабеф ссылался на "Кодекс природы" Морелли).

Дальнейшее развитие социально-политических идей дано очень бегло и неполно. Несоответственно мало сказано о Фурье (стр. 237); между прочим, опущены те черты в характеристике "фаланги", которые высоко ценил в ней Энгельс: идея привлекательного сменного труда, уничтожение старого разделения труда; нет ни слова и о трудовом соревновании в системе Фурье. Чрезвычайно бледны и примитивны характеристики Смита и Рикардо (стр. 24 и 270). Совершенно непонятно, почему же они считаются классиками буржуазной политической экономии, почему Маркс и Энгельс оценивали их произведения так высоко, почему Ленин считал английскую политическую экономию одним из источников марксизма. О теории стоимости Рикардо мы узнаем лишь то, что она "оказала влияние"; теория ренты отражена, очевидно, в несколько наивном замечании: "Он отрицательно относился к крупным землевладельцам, живущим на ренту со своих поместий".

В характеристике Оуэна опушена его связь с рабочим движением 30-х годов, его роль в "Великом союзе производств", его идеи преобразования производства. А между тем все это необходимо знать, чтобы правильно оценить и то, о чем сказано в учебнике, - меновые базары, которые Оуэн никогда не рассматривал как панацею от всех зол капитализма. О всем революционном коммунизме 40-х годов дано лишь три строки, ровно ничего не говорящие по существу (стр. 251).

Социальная и политическая история периода изложена в учебнике более детально, иногда, может быть, с излишней детальностью. Все же и в этих частях учебник далеко не свободен от недостатков. Изложение не всегда последовательно, формулировки не всегда точны, попадаются и фактические ошибки. Между тем, если требования последовательности, точности в формулировках и передаче фактического материала необходимо предъявлять ко всякой научной работе, то отнюдь не в меньшей, если не в большей степени они должны быть предъявляемы к учебнику.

Приведем примеры непоследовательности изложения, логических пропусков, нецелесообразного распределения материала. На стр. 22 говорится, что 1784 - 1801 гг. в истории Англии были периодом господства "новых тори", а дальше поясняется, что "новые тори" были подобны старым. У читателя неизбежно возникнет вопрос: почему же они называются "новыми"? Правда, дальше идет фраза о связях "новых тори" с финансовой аристократией и колониальной торговлей. Но о том, является ли это их отличительной чертой или и в этом они "подобны" старым тор", остается неясным. На стр. 31 говорится, что Декларация независимости заимствовала одну формулировку из виргинской Декларации прав. Виргинская декларация имеет значение как образец и для французской Декларации прав. Однако о ней до приведенного упоминания ничего не было сказано. В таком случае, какой же смысл имеет это упоминание? На стр. 41 - 43 последовательность изложения непонятна: стр. 43 в значительной части является повторением текста стр. 41. В главе о германской революции 1848 г. для читателя остается неясным, откуда же, собственно, возникли Прусское национальное собрание и Франкфуртский парламент. О них говорится как о чем-то всем известном, а между тем о том, кто, как и когда решил их созвать, ничего не сказано. Национальное собрание "открылось" совершенно неожиданно, как неожиданно "был созван" парламент (стр. 332). На стр. 517 столь же внезапно читатель, ничего еще не слыхавший об Альянсе, узнает о пропаганде "взглядов" этого неизвестного ему учреждения.

Один из наиболее ярких примеров причудливой запутанности изложения дают стр.

стр. 107

419 - 420. Здесь факты даны в такой хронологической последовательности: 1852, 1846, 1840, 1837, 1848 годы. Конечно, в сознании автора эта хронологическая путаница оправдана логически. Но смеем его уверить: это логическое оправдание остается тайной даже для самого внимательного читателя. На стр. 337 мы находим явное недоразумение, свидетельствующее о невнимательном отношении к тексту: в изложение пражских событий 1848 г. незаконно вторглись три строки из другого раздела (о министерстве Ауэрсвальда).

Наибольшим недостатком учебника является все же не то, что излагаемые им исторические факты не всегда даны в надлежащей последовательности (это для учащегося - тоже не пустяк), а то, что очень большое число явлений характеризовано неточно (а неточность сплошь и рядом перерастает в ошибку или предрасполагает к ошибке читателя). Когда, например, сказано, что в Габсбургской монархии "ничтожное меньшинство немцев-помещиков господствовало над 20 с лишним миллионов мадьяр" и т. д., - это неточно. Но в уме читателя возникает уже неверная картина: немцы - только помещики, и от них зависит только непривилегированная масса других национальностей; между тем были немцы-крестьяне, немцы-ремесленники, немцы-купцы, как были мадьяры-помещики, поляки-помещики, чехи-помещики. Точно так же ложное представление неизбежно вызовет у читателей сообщение (стр. 10): "Почти во всех государствах Европы шла ожесточенная борьба между буржуазией - владельцами крупных торговых предприятий и мануфактур - и все еще господствующим классом помещиков-феодалов". Речь идет о XVIII веке. Даже по отношению к Франции это выражение очень неточно. А уж по отношению к германским государствам, к Италии, к Польше - это просто неверно. Неточна формулировка (стр. 14 - 15), характеризующая последствия расслоения крестьянства. Она может быть понята как оправдание всех жестокостей процесса обезземеления и как идеализация положения пролетариата на ранних стадиях капитализма, Читатель не обязан догадываться, что автор имел в виду вовсе не непосредственные последствия пролетаризации, а некоторые отдаленные исторические перспективы. Он просто подумает, что положение трудящихся масс в результате аграрного переворота стало "относительно менее тяжелым". И ему будет очень трудно согласовать это с тем описанием положения рабочих, которое он находит на стр. 21, 196 и, наконец, 276, где дана цитата из Маркса: "Всемирная история не дает более ужасающего зрелища" и т. д.

Более чем неточна характеристика расслоения французского дворянства накануне революции. Она сводит все дело к майорату: старшая линия дворянских родов - аристократия, полунищее провинциальное дворянство - младшие сыновья младших сыновей. Это, конечно, упрощает и искажает реальную картину (стр. 42). Неполно объяснение хлебной политики феодально-абсолютистского режима (стр. 59). Здесь было бы уместно характеризовать меркантилизм как экономическую политику. Как это ни странно, такой характеристики нет вообще в учебнике, хотя это - явление для XVIII в. весьма значительное.

Немало нечетких формулировок и в главах, посвященных французской буржуазной революции. Удивительно, что не раз встречается неправильное употребление такого, казалось бы, недвусмысленного термина, как "собственники". Так, в борьбе Законодательного собрания против Коммуны, вокруг собрания объединились, оказывается, "собственники всей Франции". Затем термин "собственники" расшифровывается как крупная буржуазия и землевладельцы. Если только эти категории являются собственниками, очевидно, остальное население - пролетариат или предпролетариат. А где же мелкая буржуазия, столь многочисленная во Франции XVIII в., где крестьяне-собственники? И это не случайная обмолвка: на стр. 135 мы узнаем, что "вел Франция собственников" была враждебна "народной диктатуре". Очевидно, и здесь или в категорию несобственников попадают мелкобуржуазные элементы общества или "народ" сводится к пролетариату и предпролетариату. Ни то, ни другое, конечно, неверно. В связи с этим отметим, что о мелкой буржуазии вообще автор данного раздела как будто избегает упоминать.

Очень трудно будет читателю разобраться в социальных характеристиках и социальных тенденциях различных групп во время якобинской диктатуры. На стр. 111 говорится, что якобинцы - "блок передовой революционной буржуазии... и плебейских масс". Это "не вполне ясно, и читатель, только что прочитавший (стр. 110), что революция 31 мая - 2 июня устранила от власти "крупную торгово-промышленную буржуазию", будет склонен понять "передовую буржуазию" как мелкую буржуазию. Но автор главы тут же дополняет свое определение словами: "в том числе и мелкой буржуазии", - предоставляя самому читателю догадываться, что же еще ему должно включить в "передовую буржуазию". Учебник не должен ставить своего читателя в такое положение.

Но пойдем дальше. Как бы то ни было, якобинцы - блок некоторой части буржуазии с плебейством. Но на стр. 118 читатель узнает, что якобинцы - представители только "революционной буржуазии", которых лишь опасность заставляет принять требования "бешеных" и эбертистов. Это новый оттенок в понимании якобинцев (из которых, кстати сказать, здесь исключены эбертисты, обычно рассматриваемые как левая группировка среди якобинцев). Посмотрим теперь на якобинцев с другой точки зрения: к чему они стремились? На стр. 107 мы узнаем, что якобинцы видели задачу революции "только в прочном завоевании политической свободы". А на стр. 101 сказано, что якобинцы требовали "перераспределения земельной собственности в интересах широких крестьянских масс" (что, по меньшей мере, неточно). Совершенно

стр. 108

запутавшийся читатель идет все же дальше и читает на стр. 130, что единственными представителями того взгляда, что одна политическая свобода не может коренным образом улучшить положение масс, были "бешены". А на стр. 138 вопреки этому утверждению оказывается, что эбертисты тоже требовали раздела имуществ: они видели цель революции в социальном равенстве. Легко ли будет читателю создать себе ясное представление о якобинцах и характере их диктатуры? Я не утверждаю, что у автора неправильное представление о якобинской диктатуре. Но вследствие нечеткости некоторых характеристик, вследствие их несогласованности читатель может легко придти к неправильным выводам.

Нелегко будет читателю разобраться и в американских партиях 30 - 40-х годов. Демократическая партия "превратилась в партию блока рабовладельцев Юга, западного фермерства, а также части северной буржуазии" (стр. 418). Виги - "партия блока буржуазии и плантаторов", "в частности текстильных фабрикантов северо-востока и плантаторов юга". К тому же в ней "имелось крыло... фермеров и частью буржуазии Запада" (стр. 419). Везде "блоки", а по существу везде они состоят из одних и тех же элементов. Следовательно, уже в 40-х годах обе партии по социальному составу идентичны? Если это хотел сказать автор, то это надо было сказать прямо и не путать читателя "блоками". Если же он хотел подчеркнуть известные оттенки в социальном составе партий и их руководства, то это ему не удалось. Точно так же, когда автор говорит на стр. 432, что акт о гомстедах - первый шаг к уничтожению рабства, это неточно и совершенно непонятно для читателя.

При излишней подробности изложения в отдельных частях по некоторым вопросам учебник не дает необходимого. О прудонизме говорится в трех местах, но достаточно полной и ясной его характеристики в книге нет. Слишком сжато дан и анархизм, притом его характеристика весьма неточна: разве дело в том, что анархисты "относятся враждебно" к роли государства в "истории человечества"? И разве марксисты спорили с анархистами по вопросам философии истории? Недостаточно сказано о "феодальной реакции" накануне революции и о политических настроениях дворянства. Нет ничего о росте революционного настроения масс, об их выступлениях в предреволюционную эпоху. Как это ни странно, нет даже "дела Ревейона". Очень бегло и очень, обще характеризовано лионское восстание 1831 года.

Неточные формулировки очень легко могут перерасти в формулировки неверные. Примером может служить рассуждение о "прогрессивном" характере присоединения Екатериной белорусских областей (стр. 540) - ведь это присоединение привело к тому, что мы имеем теперь Белорусскую советскую республику. Это рассуждение может быть распространено на все завоевания царизма. Остается лишь пожалеть, что царизм не покорил всей Европы. Очевидно, авторы забыли определение царизма как тюрьмы народов.

Не вполне свободен учебник и от прямых фактических ошибок. В перечислении владений Швеции в XVIII в. нет Финляндии (стр. 9), в перечислении территорий Турции нет балканских земель. Отчет Неккера отнесен к 1787 году (стр. 62). О вето короля по конституции 1791 г. не сказано, что оно не было абсолютным, что создает ложное представление (стр. 73). Кондорсэ был избран в Законодательное собрание не от Жиронды (стр. 87), а от Парижа. Явным ляпсусом является утверждение, что после сентябрьских событий 1793 г. "во главе" комитета общественного спасения стояли Билло-Варенн и Колло д'Эрбуа (стр. 119). Нельзя видеть недостаток проповеди "бешеных" в том, что они будто бы требовали распределения не по труду, а по потребностям (стр. 130). Принцип распределения по потребностям есть принцип высшей фазы коммунизма, и его признание никак не может служить доказательством грубой уравнительности. Вообще применять слова "распределение по потребностям" не к коммунистам, а к сторонникам дележа можно только с соответствующим разъяснением. Неверно, что Россия подучила в 1793 г. Украину, Подолию и Волынь (стр. 190), ибо Галиции она не получила, а прочие части Украины (исключая Подолию и Волынь) уже ранее принадлежали России. Непонятно, как в 1812 г. могут выноситься приговоры по закону 1813 г. (стр. 197). Маркс переехал в Париж в 1843 г., а не в 1844 г. (стр. 291). Неправильно, что в "Философии нищеты" Прудон выдвигает план преобразования капиталистического общества в социалистическое (стр. 295): если уж применять здесь термин "социализм", то следовало оговорить, что это был за "социализм". Не следует идеализировать то применение, которое "в наши дни" американские империалисты дают доктрине Монро (стр. 411).

В стиле учебника очень ясно чувствуются различия в индивидуальностях авторов и недостаточность редакционной работы. Попадается немало нескладных фраз.

Очень досадно, что приходится отмечать такое количество недостатков в прекрасном по замыслу труде. Очень досадно, что эти недостатки могут помешать правильной оценке значительных достоинств книги. Авторы учебника мобилизовали и ввели в обиход читателя-студента очень большой фактический материал. Они дают этому материалу в основном правильное марксистско-ленинское освещение. Для достижения этих результатов они должны были проделать очень большую работу. Если эта работа все же не полностью отвечает своим целям, то необходимо вскрыть причины этого явления, чтобы устранить их при переработке книги.

Мне представляется, что наличный состав авторов и редакторов при иных условиях мог бы справиться со своей задачей гораздо лучше. Их полному успеху препятствовали два обстоятельства. Книга составлялась в совершенно исключительной спешке.

стр. 109

Штурмовщина в научной работе, к сожалению явление у нас обычное. Но она может приводить к удовлетворительным результатам лишь при исключительно хорошей организации. Второй причиной недочетов учебника и должно считать недостаточную организованность работы. Ясно, что квалифицированный авторско-редакторский коллектив должен, был заметить все перечисленные выше "огрехи" и устранить их. Но редакторы не проявили необходимой жесткости в отношении авторов, не подвергли взаимной проверке друг друга. Твердой редакторской руки в учебнике не чувствуется.

Пожелаем, чтобы коллектив авторов учебника смог спокойно и без спешки выправить все недочеты книги для ее второго издания. Пожелаем, чтобы редакторы проявили в этой работе необходимую бдительность и строгость.

 

Orphus

© libmonster.ru

Постоянный адрес данной публикации:

http://libmonster.ru/m/articles/view/Критические-статьи-и-обзоры-НОВАЯ-ИСТОРИЯ-Ч-1-Я-ОТ-ФРАНЦУЗСКОЙ-БУРЖУАЗНОЙ-РЕВОЛЮЦИИ-ДО-ФРАНКО-ПРУССКОЙ-ВОЙНЫ-И-ПАРИЖСКОЙ-КОММУНЫ-1789-1870

Похожие публикации: LRussia LWorld Y G


Публикатор:

Svetlana LegostaevaКонтакты и другие материалы (статьи, фото, файлы и пр.)

Официальная страница автора на Либмонстре: http://libmonster.ru/Legostaeva

Искать материалы публикатора в системах: Либмонстр (весь мир)GoogleYandex

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

В. ВОЛГИН, Критические статьи и обзоры. НОВАЯ ИСТОРИЯ. Ч. 1-Я. ОТ ФРАНЦУЗСКОЙ БУРЖУАЗНОЙ РЕВОЛЮЦИИ ДО ФРАНКО-ПРУССКОЙ ВОЙНЫ И ПАРИЖСКОЙ КОММУНЫ (1789 - 1870) // Москва: Русский Либмонстр (LIBMONSTER.RU). Дата обновления: 18.08.2015. URL: http://libmonster.ru/m/articles/view/Критические-статьи-и-обзоры-НОВАЯ-ИСТОРИЯ-Ч-1-Я-ОТ-ФРАНЦУЗСКОЙ-БУРЖУАЗНОЙ-РЕВОЛЮЦИИ-ДО-ФРАНКО-ПРУССКОЙ-ВОЙНЫ-И-ПАРИЖСКОЙ-КОММУНЫ-1789-1870 (дата обращения: 23.11.2017).

Найденный поисковым роботом источник:


Автор(ы) публикации - В. ВОЛГИН:

В. ВОЛГИН → другие работы, поиск: Либмонстр - РоссияЛибмонстр - мирGoogleYandex

Комментарии:



Рецензии авторов-профессионалов
Сортировка: 
Показывать по: 
 
  • Комментариев пока нет
Свежие статьиLIVE
Публикатор
Svetlana Legostaeva
Yaroslavl, Россия
157 просмотров рейтинг
18.08.2015 (828 дней(я) назад)
0 подписчиков
Рейтинг
0 голос(а,ов)

Ключевые слова
Похожие статьи
Метафизика Вина. Wine metaphysics.
Каталог: Философия 
9 часов(а) назад · от Олег Ермаков
В статье представлена современная методология и эффективные методики психологической реабилитации и развития детей с ограниченными возможностями здоровья по инновационной Системе психологической координации с мотивационным эффектом обратной связи И.М.Мирошник в санаторно-курортных условиях. Эта статья представлена в Материалах научно-практической конференции с международным участием «Актуальные вопросы физиотерапии, курортологии и медицинской реабилитации», которая состоялась в ГБУЗ РК «Академический НИИ физических методов лечения, медицинской климатологии и реабилитации им. И.М. Сеченова», 2-3 октября 2017 г., г. Ялта, Республика Крым, и опубликована в журнале Вестник физиотерапии и курортологии. —2017. —№4. — С.146—154
13 дней(я) назад · от Ирина Макаровна Мирошник
В 2018 году исполняется ровно 20 лет с начала широкого внедрения в курортной системе Крыма инновационных методов и технологий, разработанных в Российской научной школе координационной психофизиологии и психологии развития И.М.Мирошник. В этой статье талантливого крымского журналиста Юрия Теслева освещается первый семинар кандидата психологических наук Ирины Мирошник и кандидата технических наук Евгения Гаврилина в Крыму: "Представьте, у вас все валится из рук: работы вы лишились, жена ушла, а дети выросли. В такой момент ох как нужен тот, кто готов выслушать вас. Но ты — гордый. Тебе легче вены вскрыть, чем открыть перед кем-то свою душу. Другое дело — компьютерный психотерапевт. Кто знает, окажись компьютер с программой, созданной московски¬ми учеными, в руках Сергея Есенина, Владимира Маяковского, Марины Цветаевой, может быть, не лишились бы мы так рано многих своих гениев"...
13 дней(я) назад · от Ирина Макаровна Мирошник
Новая концепция электричества необходима, прежде всего, потому, что в современной концепции электричества током проводимости принято считать движение свободных электронов при неподвижных ионах. Тогда как, ещё двести лет тому назад Фарадей в своём опыте, – который может повторить любой школьник, – показал, что ток проводимости это движение, как отрицательных, так и положительных зарядов. Кроме того, современная концепция электричества не способна объяснить, например: каким образом электрический ток генерирует магнетизм, как осуществляется сверхпроводимость, как осуществляется выпрямление тока, и т.д.
Каталог: Физика 
16 дней(я) назад · от Геннадий Твердохлебов
Из краткого анализа описаний опыта Майкельсона- Морли [1,2] видно, что в нем рассматривалось влияние только движения Земли на скорость распространения световых лучей. Причем, ожидавшееся смещение интерференционных полос, вызванное этим движением, не подтвердилось в опыте. Как показано в [3,4] отрицательный результат, т. е. несовпадение теоретических и экспериментальных данных возникло вследствие того, что распространение лучей исследовалось на основе классических законов движения материальных тел. Однако, поскольку лучи обладают волновыми свойствами, то их необходимо рассматривать как бегущие волны при неподвижном эфире.
Каталог: Физика 
16 дней(я) назад · от джан солонар
В статье показано, что вакуумная среда состоит из реликтовых частиц, создающих реликтовый фон, обнаруженный исследователями [1]. Причем, это излучение, представляющее электромагнитные волны, фотоны, можно рассматривать как волны возмущения вакуумной среды. Поэтому, если фотон является волной возмущения вакуумной среды то, очевидно, эта среда должна состоять из микроэлементарных частичек фононов, гравитонов, которые и составляют эту волну. При движении элементарных частиц фононы захватываются ими и образуют электромагнитные волны.
Каталог: Физика 
17 дней(я) назад · от джан солонар
Зримый мир, очей наших Вселенная, Пращурам был колесом, на Луне как Оси утвержденном. Науке дней новых, слепой, мир — дыра без оси и краев, чей исток, Большой Взрыв, грянув в прошлом, НЕ СУЩ АКТУАЛЬНО, СЕЙ МИГ, — и с тем МИР ЕСТЬ РЕКА БЕЗ ИСТОКА. Поход «Аполлона-12» к Луне развенчал эту ложь.
Каталог: Философия 
19 дней(я) назад · от Олег Ермаков
По уровню прибыли, считается, этот вид бизнеса занимает место где-то между торговлей наркотиками и торговлей оружием. По оценкам социологов, в той или иной степени его клиентами являются до 20 процентов взрослого населения Украины. А во время расцвета игорного бизнеса в этой стране, в конце 2000-х, в Украине насчитывалось более 5.000 действующих казино и залов игровых автоматов.
Каталог: Лайфстайл 
24 дней(я) назад · от Россия Онлайн
БАРАКАТУЛЛА В СОВЕТСКОЙ РОССИИ
Каталог: История 
25 дней(я) назад · от Россия Онлайн
ВОПРОСЫ РЕПАРАЦИОННОЙ ПОЛИТИКИ ВЕЙМАРСКОЙ РЕСПУБЛИКИ. (ПО МАТЕРИАЛАМ РЕЙХСТАГА)
Каталог: Военное дело 
25 дней(я) назад · от Россия Онлайн

ОДИН МИР - ОДНА БИБЛИОТЕКА
Либмонстр - это бесплатный инструмент для сохранения авторского наследия. Создавайте свои коллекции статей, книг, файлов, мультимедии и делитесь ссылкой с коллегами и друзьями. Храните своё наследие в одном месте - на Либмонстре. Это практично и удобно.

Либмонстр ретранслирует сохраненные коллекции на весь мир (открыть карту): в ведущие репозитории многих стран мира, социальные сети и поисковые системы. И помните: это бесплатно. Так было, так есть и так будет всегда.


Нажмите сюда, чтобы создать свою личную коллекцию
Критические статьи и обзоры. НОВАЯ ИСТОРИЯ. Ч. 1-Я. ОТ ФРАНЦУЗСКОЙ БУРЖУАЗНОЙ РЕВОЛЮЦИИ ДО ФРАНКО-ПРУССКОЙ ВОЙНЫ И ПАРИЖСКОЙ КОММУНЫ (1789 - 1870)
 

Форум техподдержки · Главред
Следите за новинками:

О проекте · Новости · Отзывы · Контакты · Реклама · Помочь Либмонстру

Русский Либмонстр ® Все права защищены.
2014-2017, LIBMONSTER.RU - составная часть международной библиотечной сети Либмонстр (открыть карту)


LIBMONSTER - INTERNATIONAL LIBRARY NETWORK