Либмонстр - всемирная библиотека, репозиторий авторского наследия и архив

Зарегистрируйтесь и создавайте свою авторскую коллекцию статей, книг, авторских работ, биографий, фотодокументов, файлов. Это удобно и бесплатно. Нажмите сюда, чтобы зарегистрироваться в качестве автора. Делитесь с миром Вашими работами!

Libmonster ID: RU-7225
Автор(ы) публикации: Ф. НОТОВИЧ

поделитесь публикацией с друзьями и коллегами

(К 24-летию первой мировой империалистической войны 1914 - 1918 гг.)

I

Бисмарк говорил, что никогда столько не лгут, как перед выборами в парламенты, во время войны и после охоты. Афоризм "железного" канцлера должен быть дополнен важнейшим, упущенным им моментом - "и во время подготовки к войне".

Изучение германской буржуазной послевоенной литературы по истории происхождения и развязывания мировой империалистической войны представляет под этим углом зрения первостепенный интерес не только для историка. Фальсификация, извращение исторических фактов, беззастенчивая ложь и демагогия являются излюбленными патентованными средствами подготовки германским фашизмом новой войны за передел мира и в первую очередь войны против нашей социалистической родины. Война против СССР - это официальная программа германского фашизма. При этом вожди германского фашизма демагогически обещают, что после удачной войны против СССР германские рабочие, крестьяне и ремесленники могут надеяться на сытую жизнь, что лишь после захвата Украины, Сибири и Урала "каждая немецкая хозяйка (jede deutsche Hausfrau) почувствовала бы, насколько ее жизнь стала бы легче".

"Буржуазные государства, - говорил товарищ Сталин на XVI съезде ВКП(б) 27 июня 1930 г., - бешено вооружаются и перевооружаются. Для чего? Конечно, не для беседы, а для войны. А война нужна империалистам, так как она есть единственное средство для передела мира, для передела рынков сбыта, источников сырья, сфер приложения капитала"1 .

После прихода германского фашизма к власти международная обстановка чрезвычайно обострилась. Подготовка войны за передел мира ведется лихорадочными темпами во всех областях материальной и интеллектуальной жизни. "Моральную" подготовку к новой войне Гитлер начал еще в те времена, когда его аудиторией являлись завсегдатаи мюнхенских пивных.

"Фашизм, - говорил тов. Димитров на VII конгрессе Коммунистического Интернационала, - действует в интересах крайних империалистов, но выступает он перед массами под личиной защитника обиженной нации и взывает к оскорбленному национальному чувству, как например, германский фашизм, увлекший за собою массы лозунгом "против Версаля"2 .

Лозунг "против Версаля", против ненавистного народным массам версальского договора был использован германским фашизмом во время подготовки своего прихода к власти. Лозунг "против Версаля" родился одновременно с самым договором. Уже" в так называемом "меморандуме четырех профессоров", который германская делегация


1 И. Сталин "Вопросы ленинизма", стр. 353. М. 1936. 10-е изд.

2 Г. Димитров "В борьбе за единый фронт против фашизма и войны", стр. 6. М. 1937.

стр. 20

представила в мае 1919 г. мирной конференции в Версале, были изложены основные аргументы, якобы доказывающие, что Германия не была виновата в нападении на Россию, Францию и Бельгию в 1914 году. Уже этот профессорский документ (Ганса Дельбрюк, графа Макса Монжеля, Макса Вебера и Альбрехта Мендельсона-Бартольди) был попыткой взвалить всю ответственность как за войну, так и за ее развязывание на одну Россию и отчасти на Францию1 . Лозунг "против Версаля" продолжает и поныне служить средством возбуждения шовинистических настроений у одураченных фашизмом и боевым средством для подготовки новой империалистической, реваншистской войны.

Почти одновременно с заключением версальского договора в Германии был создан целый ряд политических и "научных" организаций, которые поставили перед собой определенную политическую цель: "доказать", что германский империализм не несет никакой ответственности за происхождение мировой войны и за ее развязывание; "доказать", что в войне виноваты исключительно страны бывшей Антанты, в первую очередь царская Россия, а затем Франция; "доказать", что "невинную" вильгельмовскую Германию ни за что, ни про что "наказали", а "миролюбивого" Вильгельма II без основания лишили трона и изгнали. Этими организациями велась пропаганда под лозунгом "против версальской лжи"; она била одновременно по двум направлениям: подготовляла новую реваншистскую войну за передел мира, с одной стороны, и реставрацию надломленного, но не уничтоженного революцией общественного строя - с другой.

"Борцы против версальской лжи" или, как их Гитлер назвал еще в 1920 г., "борцы за историческую правдивость" искусно использовали ненависть масс к тяготам, наложенным версальским договором, и развили бешеную демагогическую пропаганду во всех слоях германского народа против Версаля и германской революции, "единственной виновницы", как они утверждали, национального позора и унижения.

Гитлер тогда же раскрыл и конечную цель борьбы за "историческую правдивость": "Мы хотим опять иметь оружие!"2 . Он даже сочинил "молитву" для "борцов за историческую правдивость".

Таким образом, пангерманские и фашистские организации, написавшие на своем знамени: борьба за "историческую правдивость", т. е. борьба за "оправдание" германского империализма, борьба за переложение всей ответственности за войну на Россию и Францию, поставили себе определенную цель - моральную и политическую подготовку новой империалистической войны за передел мира и в первую очередь войны против "наследников" главного виновника (царской России) причиненных германскому империализму "обид".

II

В своих гениальных работах об империалистической войне Владимир Ильич Ленин часто подчеркивал, что главной причиной мировой войны, главным виновником любой завоевательной войны в эпоху империализма является капитализм в целом. Манифест нашей партии, написанный В. И. Лениным в самом начале империалистической войны, начинается


1 "Das deutsche Weissbuch uber die Schule am Kriege mit dem Denkschrift der Viererkomission", S. 56 - 68. Schariottenburg. 1919.

2 Adolf Hitler "Mein Kampf". Bd. 11, S. 290. 2. Auflage. Munchen. 1929.

стр. 21

следующими словами: "Европейская война, которую в течение десятилетий подготовляли правительства и буржуазные партии всех стран, разразилась"1 . Говоря об общей ответственности империализма за войну и о заинтересованности капиталистических классов в войне, В. И. Ленин писал в 1915 г.: "Империализм есть подчинение всех слоев имущих классов финансовому капиталу и раздел мира между 5 - 6 "великими" державами, из которых большинство участвует теперь в войне. Раздел мира великими державами означает то, что все имущие слои их заинтересованы в обладании колониями, сферами влияния, в угнетении чужих наций, в более или менее доходных местечках и привилегиях, связанных с принадлежностью к "великой" державе и к угнетающей нации"2 . В другой работе, написанной в том же году, В. И. Ленин расшифровывает, что под 5 - 6 "великими" державами и их имущими слоями следует подразумевать "правительства и господствующие классы и Англии, и Франции, и Германии, и Италии, и Австрии, и России"3 .

Ленин, однако, не ограничивался установлением и констатированием общей заинтересованности и ответственности 5 - 6 "великих" держав за мировую катастрофу: анализируя все элементы, из которых складывается борьба между империалистическими державами, В. И. Ленин установил удельный вес, роль и место каждой из указанных "великих" держав в мировой бойне. Первые, руководящие роли в обоих враждебных лагерях играли, безусловно, Германия и Англия. Капиталистические противоречия между этими державами достигли уже в конце прошлого века такого обострения, что английский еженедельник "Saturday Review" писал в 1897 г.: "Миллион мелких столкновений создает предлог к величайшей войне, которую когда-либо видел мир. Если бы Германия была завтра стерта с лица земли, то послезавтра не нашлось бы на свете ни одного (?! - Ф. Н. ) англичанина, который не стал бы от этого богаче. Прежде народы годами сражались за какой-нибудь город или наследство. Неужели же они теперь не должны начать войну из-за ежегодного торгового дохода в пять миллиардов?"4 . Когда Бисмарка спросили незадолго до его смерти, какими средствами можно было бы задержать быстро развивающуюся англо-германскую вражду и соперничество, то он ответил, что знает лишь одно средство: "...задержать рост нашей германской промышленности"; однако Бисмарк не рекомендовал использовать это средство, считая, что "оно неприемлемо". Говоря о побудительных причинах агрессивности германского империализма, о его заинтересованности в войне, Ленин называл его "более молодым и сильным разбойником", собравшимся "грабить более старых и обожравшихся разбойников"5 .

В. И. Ленин не довольствовался установлением общих причин первой мировой империалистической войны и установлением места и роли каждой из великих держав в разразившемся побоище: он интересовался также вопросом о зачинщике, об агрессоре, о виновнике непосредственной развязки войны. "На деле, - писал В. И. Ленин в цитированном уже выше манифесте нашей партии, - немецкая буржуазия предприняла грабительский поход против Сербии, желая покорить ее и задушить национальную революцию южного славянства, вместе с тем направляя главную массу своих военных сил против более свободных стран -


1 Ленин. Соч. Т. XVIII, стр. 61.

2 Там же, стр. 256.

3 Там же, стр. 197.

4 Цитировано по Alfred von Tirpitz "Erinnerungen". S. 169. Leipzig 1919.

5 Ленин. Соч. Т. XVIII, стр. 197.

стр. 22

Бельгии и Франции, чтобы разграбить более богатого конкурента. Немецкая буржуазия, распространяя сказки об оборонительной войне с ее стороны, на деле выбрала наиболее удобный, с ее точки зрения, момент для войны, используя свои последние усовершенствования в военной технике и предупреждая новые вооружения, уже намеченные и предрешенные Россией и Францией"1 .

Опубликованные после войны многочисленные архивные документы полностью подтвердили точку зрения В. И. Ленина об агрессоре. Наиболее объективные буржуазные историки полностью признали эту же точку зрения.

Немецкий империализм - Германия и Австро-Венгрия - явился зачинщиком и агрессором в первой мировой империалистической войне, Этот всем известный и давно доказанный исторический факт очень неприятен пангерманским и фашистским историкам, которые искажают, уродуют, извращают и фальсифицируют исторические факты.

Задачей настоящей статьи является разоблачение пангерманской и фашистской лжи о довоенных вооружениях России и Франции, с одной стороны, и о пресловутой якобы неподготовленности Германии - с другой. В связи с крайне напряженным международным положением и форсированной подготовкой германским фашизмом войны против СССР и за передел мира этот вопрос имеет сейчас актуальный политический интерес.

III

Все историки, специализировавшиеся по "обелению" германского империализма, утверждают, что Германия была будто бы хуже вооружена чем ее противники, что она к войне не была подготовлена и ее якобы не хотела, а поэтому ответственность за войну несет одна Антанта, носительница милитаризма, и в первую очередь Россия.

Сравнивая численный состав постоянных сухопутных армий Германии, Австро-Венгрии, Италии, Франции и России в 1907 г., автор "Руководства к вопросу об ответственности за войну" граф Макс Монжеля пишет: "Как и в 1899 г. Россия стоит на первом месте по количеству, Франция - по процентному отношению (к населению. - Ф. Н. ); Россия в три раза сильнее Австрии, в два раза сильнее Германии, она одна намного превосходит обе центральные державы"2 . Другой, более крупный историк и "учитель" младшего поколения "борцов за историческую правдивость", Ганс Дельбрюк писал за месяц до смерти, что "русская армия была в три раза больше австровенгерской"3 . Что касается морских вооружений, то хотя Монжеля и принужден признать, что Германия начала с 1900 г. усиленное морское строительство, он всё же утверждает: "Все эти мероприятия определенно не означали никакой угрозы для все еще колоссально превосходившей по числу (судов) Англии"4 .

Каждому военному историку прекрасно известно, что военная мощь той или иной страны определяется не количеством бойцов в армии мирного состава, которое зависит от разных причин, в том числе и от протяжения границ. Хотя обученный человеческий материал является одним из важнейших элементов военного потенциала, однако не одно количество определяет силу армии. История знает мало случаев, когда бы численно превосходная армия побеждала меньшую по количеству, но


1 Ленин. Соч. Т. XVIII, стр. 61 - 62.

2 M. Montgelas "Leitfaden zur Kriegsschuldfrage", S. 14. Berlin. 1923.

3 Hans Delbruck "Der Friede von Versailles", S. 29. Berlin. 1930.

4 M. Montgelas. Op. cit. S. 14.

стр. 23

лучше организованную, лучше вооруженную, лучше управляемую армию, опирающуюся на более крепкий и сплоченный в моральном отношении тыл и на мощную промышленность. Всем известно, что все эти преимущества находились не на стороне отсталой царской России, у которой не было ни достаточно вооружения, ни промышленности, ни достаточного количества технически образованных офицерских кадров, ни опытного и морально стойкого военного руководства и т. д. "История старой России, - говорил товарищ Сталин на Первой всесоюзной конференции работников социалистической промышленности, - состояла, между прочим, в том, что ее непрерывно били за отсталость. Били монгольские ханы. Били турецкие беки. Били шведские феодалы. Били польско-литовские паны. Били англо-французские капиталисты. Били японские бароны. Били все - за отсталость. За отсталость военную, за отсталость культурную, за отсталость государственную, за отсталость промышленную, за отсталость сельскохозяйственную"1 .

Имея в виду войну одновременно на два фронта и не рассчитывая на помощь союзницы Италии, в верности которой уже тогда сомневались, Мольтке-младший во время переговоров об австро-германской военной конвенции - кстати сказать, замалчиваемой и скрываемой германской историографией - писал 21 января 1909 г. начальнику австровенгерского генерального штаба Конраду фон Гетцендорфу, что в случае войны Германия двинет главные свои силы против Франции. С последней Мольтке-младший рассчитывал покончить еще до того момента, когда Россия произведет на границе концентрацию своих медленно собирающихся армий: "Вследствие сего я думаю, что, даже учитывая случай вмешательства Франции, положение союзных империй должно быть оцениваемо как очень серьезное, однако не угрожающее"2 .

Мольтке имел в виду состояние вооружений и боевую подготовленность германской, французской, австровенгерской и русской армий в то самое время, о котором граф Монжеля пишет, что одна русская армия была намного сильнее армий Германии и Австро-Венгрии вместе взятых. Если бы это соответствовало хотя бы приближенно действительности, если бы германский генеральный штаб считал в 1907 г., как Монжеля в 1923 г. и Дельбрюк в 1929 г., что одна русская армия после японской войны была в два раза сильнее германской армии, то он потребовал бы немедленного увеличения вооружений Германии, у которой не были исчерпаны людские ресурсы. Ведь известно, что планы германских вооружений были основаны на принципе: победоносная борьба на два фронта.

При сравнительной оценке состояния вооруженных сил и степени готовности в 1914 г. держав обеих враждебных группировок Монжеля пользуется жульническими приемами фальсификатора. Увеличение германской армии в 1911 и 1912 гг., утверждает Монжеля, не шло в ногу с ростом населения, а значительно отставало. При населении в 65 млн. мирный состав армии в 1912 г. равнялся "только" 623 тыс. солдат и унтерофицеров. "Следовательно, - пишет Монжеля, - она (армия. - Ф. Н. ), снизилась с 1,09% в 1893 г. до меньше чем 1% и стала в процентном отношении еще меньше чем в 1871 году". Выходит, что Германия не увеличивала постоянно с 1871 г. своих вооружений, как это было на самом деле и чем она заставляла увеличивать вооружения другие страны, а сама систематически снижала темпы своих вооружений.


1 И. Сталин "Вопросы ленинизма", стр. 445.

2 Feldmarschall Konrad von Hotzendorf "Aus meiner Dienstzeit 1906 - 1918". Bd. I, S. 384. Wien - Berlin - Leipzig - Munchen. 1921.

стр. 24

После упоминания об увеличении в конце 1912 г. Германией ежегодного призыва в армию на 150 тыс. человек и о создании двух новых корпусов Монжеля говорит о чрезвычайном военном законе 1913 г.1 , который заставил все государства - и врагов и друзей - увеличить свои армии, буквально следующее: "Военный законопроект 1913 г., однако, не принес увеличения армейских корпусов, а только увеличение на 60 тыс. рекрутов"2 . Из всего этого видно, что Германия увеличила свою армию всего на ничтожную "малость", убеждает Монжеля своих легковерных читателей, а учитывая рост народонаселения, она даже "уменьшила" ее в процентном отношении. Но зато Франция "одним взмахом выиграла целых четыре призывных возраста на случай мобилизации"3 . При стабильном состоянии населения Франция не могла увеличить число ежегодно призываемых. Вынужденная под влиянием следовавших один за другим германских военных законов в 1911, 1912 и особенно 1913 гг. увеличить свою армию, Франция могла это сделать лишь за счет возврата к крайне непопулярному трехлетнему сроку военной службы, что влекло за собой задержку в казармах одного призыва еще на год и увеличение срока пребывания в запасе. Практически это увеличивало лишь постоянную армию, но не увеличивало ни на одного человека число обученных запасных, в то время как в Германии увеличивалась не только постоянная армия, но увеличивалось также ежегодное количество обученных военному делу бойцов больше чем на 200 тыс. человек.

А, по Монжеля, выходит, наоборот, что Франция "одним взмахом" увеличила свою армию на целых четыре призыва. К такому же, но еще более беззастенчивому методу "обеления" германского довоенного империализма прибегает и другой борец за "историческую правдивость" - полковник Бернгард Швертфегер. "Доказывая", что у Бисмарка и в мыслях не было желания угрожать Франции превентивной войной из-за принятого парламентом в марте 1875 г. закона о военных кадрах, Швертфегер пишет, "опираясь" на такую же "точную" статистику: "В действительности германская империя при населении в 41 млн. человек имела военную силу только в 1278619 человек, а Франция при населении в 36 млн. с резервами действительной и территориальной армий имела военную силу в 2423164 человека"4 .

Это сплошная фальсификация действительного положения вещей. Указанная цифра численности французской армии в 1875 г. была лишь на бумаге. Фридрих Энгельс тогда же разоблачил эту бессовестную игру в цифры и установил в статье "Официозный вой о войне", что закон о французских кадрах "пока еще только на бумаге" и что "превосходство французских строевых войск - одна лишь видимость". Сравнивая состояние французской армии с армией "кроткой, как ягненок, Германской империи, которая как будто бы совсем не имеет зубов и уж во всяком случае не оскаливает их", Энгельс пришел к такому выводу:


1 Под "чрезвычайным военным законом 1913 г." подразумевают утвержденный рейхстагом 3 июля 1913 г. закон о немедленном увеличении мирного состава германской армии с 625 до 760 тыс. человек. По этому закону в октябре 1914 г. германская армия должна была достигнуть 820 тыс. человек. Для покрытия вызванных этим законом расходов в 1 млрд. марок был введен единовременный принудительный налог (Wehrbeitrag). Этот налог дал казначейству больше полутора млрд. марок. Военное министерство в начале 1914 г. начало разрабатывать законопроект о новом увеличении армии.

2 Max Montgelas. Op. cit., S. 81.

3 Ibidem, S. 82.

4 B. Schwertfeger "Der Weltkrieg in Dokumenten", S. 30.

стр. 25

"Мы видим, что истинной представительницей милитаризма является не Франция, а Германская империя прусской нации. Четыре миллиона солдат, десять процентов населения!"1 .

Важно отметить, что и германская буржуазная историография еще до недавнего времени сходилась в оценке французской армии в 1875 г. с Энгельсом. По интересующему нас вопросу историк Рахфаль писал: "Положение казалось тем более угрожающим (для Франции. - Ф. Н. ), что новая организация армии, вместе с большими кадрами, пока находилась лишь на бумаге; что же касается дисциплины, а также качества солдат, то они оставляли желать многого"2 .

IV

Монжеля утверждает, что военное превосходство России и Франции постоянно и планомерно возрастало на протяжении всех 15 лет, предшествовавших мировой войне. Чтобы сделать эту явную ложь более "убедительной", Монжеля приводит всякого рода таблицы о численном составе армий мирного времени России и Франции, с одной стороны, и стран Тройственного союза - с другой. Из сопоставления данных получается, что армии России и Франции превосходили армии Тройственного союза: в 1899 г. - на 262 тыс. человек, в 1907 г. - на 508 тыс. и в 1914 г. - на 727 тыс. человек3 . Можно было бы пройти мимо этого цифроблудия, поскольку мы уже выяснили выше, что численный состав армии мирного времени ни в коем случае не является мерилом боевой готовности страны. Если же мы на этом останавливаемся еще раз, то лишь потому, что в мирный состав русской армии в 1914 г. Монжеля зачислил около 200 тыс. человек, которые существовали лишь на бумаге.

Указывая на действительно принятую накануне войны "большую программу" увеличения русской армии, Монжеля подобно Швертфегеру старается создать впечатление, что эта программа уже была выполнена. В действительности же дело обстояло иначе. По этой программе предусматривалось в четырехлетие (1914 - 1917) увеличение мирного состава русской армии на 500 тыс. солдат и 12 тыс. офицеров. В конце 1917 г. состав русской армии по штатам мирного времени должен был достигнуть 1800 тыс. человек. К выполнению этой программы едва было приступлено в июле 1914 года. "Наступившая война, - пишет бывший генерал-квартирмейстер царской армии Данилов, - прервала в самом начале выполнение этой программы, оставшейся таким образом лишь документом, наглядно свидетельствовавшим о незаконченности кашей военной подготовки к началу войны"4 .

"Доказав" недобросовестной игрой с цифрами, что воплощением милитаризма была не Германия, а Франция и Россия, Монжеля делает вывод: "Вооружения Германии были меньше вооружений ее западных соседок в отношении оружия и военного снаряжения"5 . Вильгельм II был иного мнения. По исчислениям германского генерального штаба в 1908 г. германская армия имела на 2500 орудий больше чем француз-


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч. Т. XV, стр. 205, 206, 209, 212.

2 Felix Rachfahl "Deutschland und die Weltpolitik 1871 - 1914". Bd. I. "Die Bismarckische Aera", S. 52. Stuttgart. 1923.

3 M. Montgelas. Op. cit., S. 83.

4 Ю. Данилов "Россия в мировой войне", стр. 55. Берлин. 1926.

5 Max Montgelas. Op. cit., S. 84.

стр. 26

екая армия1 . Плачевное состояние вооружения французской армии и ее крепостей разоблачил 13 июля 1914 г. во французском сенате сенатор Эмбер. По свидетельству Конрада, это обстоятельство оказало известное ободряющее влияние на венских и, повидимому, на берлинских поджигателей войны2 . А "историк" Монжеля вопреки фактам и наперекор германским же официальным данным утверждает, что материальное вооружение Германии "отставало" от такового у ее соседок.

О военной неподготовленности царской России тот же генерал Данилов пишет: "Я не могу охарактеризовать иначе период с 1905 по 1910 гг. включительно, а может быть, даже и более продолжительный, как назвав его периодом нашей полной военной беспомощности"3 . Характеризуя отдельные элементы, из которых складывается боеспособность армии, Данилов пишет: "Командный состав мало освежал свои знания, а офицеры генерального штаба... мыслили вразброд". Когда началась война, не хватало по штатному расписанию 300 млн. ружейных патронов, а "крепости были в далеко не законченном виде". В результате "примерно с конца третьего и начала четвертого месяца войны наша армия стала в действительности ощущать острую нужду сначала в артиллерийских припасах, а затем и в ружейных патронах"4 .

Уже в первые месяцы войны русские армии испытывали острую нужду в винтовках, патронах, артиллерии и боеприпасах. Все ружейные заводы России могли изготовлять лишь 45 тыс. винтовок в месяц5 . "Если бог даст получать по 45 тыс. винтовок, начиная с октября, то и то будет утешение, - писал начальник штаба верховного главнокомандующего генерал Янушкевич военному министру Сухомлинову в начале октября 1914 года. - Фронты нажимают. Обещаны населению деньги за них. Повторяю телеграммами распоряжение все собранное (населением вооружение. - Ф. Н. ) отослать срочно... Но главный, гигантский, скажу, кошмар - это пушечные патроны. Просто "жрут" их. Ругался, умолял, пугал - нипочем. Я уже перешел на другое. С доклада предложил перейти немедленно на 6 ор(удийные) батареи: сбережем на черный день часть орудий, уменьшим на 25% потребность в лошадях, уменьшим на 25% потребность в патронах и облегчим несколько некомплект офицеров"6 .

К каким результатам привела эта "экономия", видно из письма того же Янушкевича в начале декабря 1914 г.: "Больно и обидно отдавать так все кровью политое. Конечно, не спорю, что будь патроны - артиллерия не подпускала бы к пехоте немцев... Действительно трагическое положение: 700 тыс. обученных и едва ли 50 - 70 тыс. винтовок"7 .

Трагическое положение русской армии, дравшейся голыми руками против превосходно вооруженного и не терпевшего никакого недостатка в боеприпасах врага, отражает другое письмо Янушкевича от 6 декабря 1914 г.: "Знаю, что причиняю Вам хлопоты и тревогу своими воплями, но что же делать? Ведь волосы дыбом становятся при мысли, что по недостатку патронов и винтовок придется покориться Вильгельму, чем меньше патронов, тем больше потерь"8 . Уже во время войны считалось


1 "Die Grosse Politik der europaischen Kabinette 1871 - 1914". Bd. XXIV. N 8224.

2 Feldmaschall Konnrad. Op. cit., Bd. IV, S. 80.

3 Ю. Н. Данилов "Россия в мировой войне", стр. 32.

4 Там же, стр. 32, 34, 45, 49, 50.

5 "Красный архив". Т, I, стр. 256. Переписка В. А. Сухомлинова с Н. Н. Янушкевичем

6 Там же, стр. 258

7 "Красный архив". Т. II, стр. 142.

8 Там же, стр. 143 и 144.

стр. 27

установленным, что русские армии терпели поражения главным образом из-за недостатка вооружения, что всем своим успехом на восточном фронте немцы были в основном обязаны превосходству их технического вооружения. Эти неопровержимые факты начисто разоблачают наглое "ученое" вранье графа Монжеля, которое сделалось официальным догматом всей пангерманской и фашистской историографии и публицистики.

Все добросовестные исследователи признают в один голос, что Россия не была подготовлена к войне ни в промышленном, ни в финансовом, ни в транспортном, ни в техническом, ни в собственно военном отношении. Утверждения Монжеля и других "историков" являются простым вымыслом, находящимся в кричащем противоречии с наукой и научными методами исследования. И неспециалисты знают, что уже в начале войны и у французов был недостаток в вооружении; немцы же не испытывали в этом отношении недостатка до конца войны. Известно также, что в начале войны у французов был большой недостаток в тяжелой артиллерии; у немцев же был избыток таковой. Монжеля же утверждает, что у немцев был "только маленький излишек снарядов для тяжелой артиллерии"1 . Все суточное производство артиллерийских снарядов во Франции достигало в начале октября 1914 г. 15 тыс. штук. Уже в сентябре 1914 г. французское командование дало приказ экономить расход артиллерийских снарядов. Французская армия вышла в поле с некомплектом в 739 пулеметов, а месячная производительность (заводов. - Ф. Н. ) равнялась всего 100 пулеметам. Еще хуже дело обстояло с производством новых ружей. Эти обстоятельства заставили Пуанкаре записать 28 сентября: "Нам придется ограничить действия нашей артиллерии и в случае нужды сократить батареи до двух-трех орудий". Такой же недостаток ощущался и в снарядах. "Наша отсталость в области авиации носит ужасающий характер", - записал в тот же день Пуанкаре2 .

"Немецкая артиллерия имела, - пишет маршал Петэн о боях под Верденом в 1916 г., - по сравнению с нашей подавляющее превосходство, особенно в отношении своих бесчисленных скорострельных тяжелых и сверхтяжелых орудий... Наша тяжелая артиллерия состояла всего лишь из нескольких батарей Римайо и старых пушек де Банжа, извлеченных из крепостей и недостаточно снабженных боевыми припасами... а химические заводы, пущенные с опозданием, не позволяли нам бороться в равных условиях в отношении использования газов"3 . Так обстояло дело вооружения у французов еще в 1916 году.

Совершенно излишне опровергать ложь и фальсификацию Монжеля в отношении военного превосходства Англии, так как известно всем, что сна создала свою сухопутную армию и военную промышленность лишь во время войны.

Следуя методу Монжеля, полковник Альфред Вегерер, другой не менее известный борец за "историческую правдивость", также приводит в своей книге "Опровержение версальского тезиса об ответственности за войну" сравнительную таблицу состава армий мирного времени Тройственного и Двойственного союзов с 1886 по 1914 г. в качестве оправдательного для Германии документа. Анализируя состряпанную им таблицу состава постоянных армий мирного времени по отдельным странам, Вегерер пишет: "Мирный состав армий, являющийся основой для величины, образуемой в случае мобилизации армии, показывает постоянное значительное численное превосходство Двойственного над Трой-


1 M. Montegelas. Op. cit., S 84.

2 Пуанкаре, Раймонд "Воспоминания". Т. V. "Нашествие 1914 г.", стр. 179 - 181. М. 1936.

3 Петэн, маршал "Оборона Вердена", стр. 12, М. 1937.

стр. 28

ственным союзом". Ставя затем, как и Монжеля, знак равенства между численным составом армии мирного времени и степенью военной подготовки вообще и военной мощи в целом, Вегерер делает такой, с позволения сказать, "научный" вывод: "Ни в коем случае нельзя построить тезис, что Германия хотела вести войну, принимая во внимание, что в действительности ее военное превосходство в 1914 г. оказывается несуществующим"1 .

Заслуживает особого упоминания следующий факт. Орудуя постоянно цифрами о численном составе армий обеих враждебных группировок, ни один из германских фашистских авторов никогда не приводит данных о военных расходах или же данных о состоянии военного снаряжения, офицерских кадров и других показателей, по которым легко можно обнаружить, какая из империалистических держав была лучше подготовлена к войне. "Положение исключительное. Это милитаризм, дошедший до полного безумия", - писал 29 мая 1914 г. полковник Хауз Вильсону после нескольких дней пребывания в Берлине и бесед с Тиранией, Яговым, Бетман-Гольвегом и кайзером2 .

V

Повторяя своего собрата по генеральному штабу фон Куля, граф Монжеля дал лживые установки гражданским историкам не только для исчисления военного потенциала и якобы безошибочного определения степени вооруженности и военной мощи, а, следовательно, и определения, каким целям служили вооружения той или иной страны: целям обороны или нападения. Он дал рецепты и для лживого истолкования других фактов и действий, рисующих довоенный германский империализм в невыгодном, агрессивном свете даже по сравнению с другими империалистическими державами. Он установил, как следует объяснять отрицательное отношение Германии на Гаагской конференции в 1907 г. к проектам договоров об уменьшении вооружений и третейскому разбирательству конфликтов между государствами, или неоднократное одобрение Германией австровенгерского плана войны против Сербии с целью "уменьшения" последней, что, в конце концов, развязало мировую войну; как следует изворачиваться, чтобы доказать, что ответственность за войну несут Франция и Россия. Ему первому принадлежит обоснование в гражданской "исторической" литературе лживой и агрессивной теории фон Куля, что мобилизация - это война, а агрессором является не тот, кто начал и развязал войну, а тот, кто в качестве предохранительной меры объявил мобилизацию3 , и т. д., и т. д. Все эти рецепты Монжеля, дополненные и "развитые" Фридрихом Штиве, Дельбрюком, Вегерером и др., сделались канонами, усвоены и восприняты всеми фашистскими историками, пишущими на тему "Миролюбивая и невиновная в мировой войне Германия".

Это беззастенчивое самооправдание и реваншистская ложь генерального штаба и прусского юнкерства сделались отправным пунктом, "научным" методом не только для таких "историков", как Ревентлов, Дрегер, Август Бах и разные референты внешнеполитического отдела фашистской партии; этим "научным" методом пользуются и такие историки, как Онкен4 .


1 Wegerer, A. "Die Widerlegung der Versailler Kriegsschuldthese". S. 126. Berlin. 1928.

2 "Архив полковника Хауза". Т. I, стр. 58. М. 1937.

3 M. Montgelas. Op. cit., S. 166.

4 Его большая работа "Greys Kampf um den Eintritt Enerlands in den Weltkrieg" 1935 г. построена по этому же методу. Он разбирает дипломатическую дея-

стр. 29

Насколько велика роль историографии в подготовке и организации германским фашизмом войны за перечел мира и в первую очередь против СССР, показывает одна из статей Онкена "Friedens und Kriegsrustung vor dem Weltkrieg 1914 (Вооружение для мирных и завоевательных целей перед мировой войной 1914 г.)", помещенная им в "Kolnische Zeitung" почти одновременно с призывом Гитлера к походу на Украину, Сибирь и Урал и накануне заключения японо-германского "антикоминтерновского" союза. По своему содержанию и политическим выводам эта статья является подведением итога всего того, что уже больше 20 лет твердит почти вся германская буржуазная историография по вопросу о степени готовности к последней империалистической войне России и Франции с одной стороны и якобы неготовности к ней центральных держав, Фальсифицированные выводы Германа Онкена показательны. Не ссылаясь нигде по этому вопросу на "исследователей" Монжеля, Вегерера, Дрегера и др., Онкен покрывает их своим авторитетом, освежает в памяти читателя, но в еще более отчеканенных формулировках, то же самое, что те говорили много лет тому назад.

О соревновании в вооружениях, непосредственно предшествовавшем мировой войне, зачинщиком которого, как и всегда, была Германия, Онкен пишет в упомянутой выше статье: "Всякое вооружение государства может служить как политике мира, так и политике войны"1 . Этот, сам по себе совершенно правильный тезис Онкен выставил лишь для того, чтобы, прикрываясь им, присоединить свой голос к хору всех "историков", получающих свое исследовательское вдохновение во внешнеполитическом отделе фашистской партии. Освежая в памяти всю несусветную чушь, которую "борцы за историческую правдивость" изливали в виде брошюр и газетных статей, профессор Онкен "от себя" пишет: "Германские вооружения перед войной среди почти гнетущего международного положения служили целям самосохранения, что и тогда постоянно высказывалось нашими государственными деятелями2 . Словечко "тогда" необходимо было Онкену для связи с "теперь", которую, как мы увидим ниже, он и устанавливает. Не ограничиваясь этим, так легко достигнутым оправданием вильгельмовской Германии, Онкен использует историю и для оправдания вооружений Гитлера. Пользуясь все тем же методом определения мощи армии и степени подготовленности к воине по численному составу войск мирного времени, Онкен приводит о составе царской армии в 1914 г. преувеличенные цифры французского посла в Петербурге Палеолога и оперирует с надписью, сделанной Артуром Никольсоном на одном донесении английского военного атташе в Париже. "Россия является грозной силой", - продолжает Онкен, ссылаясь на протоколы особых совещаний от 31 декабря 1913 г. и 8 февраля 1914 г., причем попутно учиняет над ними насилие, давая им толкование, обратное тому значению, какое они имели в действительности, и затем в качестве предварительного вывода пишет: "Русские государственные


тельность стран Антанты с конца 1913 г. и до начала войны вне времени и пространства, при этом ничего не говорит о встречной деятельности дипломатии Германии и Австро-Венгрии, благодаря чему получается, что к войне готовилась лишь одна Антанта.

1 "Kolnische Zeitung" N 444/445, 2 September 1936.

2 В этом весь секрет и ключ к пониманию задачи, поставленной себе "борцами за историческую правдивость". Подготовляя морально новую войну за передел мира, они необходимо должны стремиться "очистить" вильгельмовскую Германию и те классы, которые несут ответственность за войну. Поэтому и "выводы науки" подгоняются ими под то, что "тогда постоянно высказывалось нашими государственными деятелями".

стр. 30

деятели в первые месяцы 1914 г. решились на завоевание Константинополя и проливов ценой опасности европейской войны".

VI

Особые совещания, решения которых Онкен извратил, были созваны по поводу назначения германских офицеров командирами турецких корпусов и военными губернаторами отдельных турецких провинций и, в частности, Константинополя. Царское правительство, Англия и Франция соглашались на выполнение офицерами миссии Лимана фон Сандерса инструкторских и инспекторских обязанностей, но возражали против передачи им командных функций, что было равносильно передаче турецкой армии в руки Германии. Война показала, что они в этом не ошиблись. Турецкое правительство не соглашалось пересматривать этот вопрос. Особое совещание 31 декабря (старого стиля) 1913 г. было созвано для определения мер понуждения по отношению к Турции. Такими мерами, по мнению Сазонова, могли бы быть финансовый бойкот Турции, отозвание дипломатических представителей и, наконец, как крайнее средство "занятие одного из пунктов Малой Азии, например Трапезунда или Баязеда, с заявлением, что мы останемся там до исполнения наших требований"1 .

На совещании, однако, выяснилось, что предположенные по отношению к Турции меры понуждения не поддержат Англия и Франция и что кроме того они могут вызвать неизбежную войну с Германией. Председатель Особого совещания Коковцев поставил вопрос ребром: "Желательна ли война с Германией, и может ли Россия на нее идти?" Сазонов присоединился к мнению Коковцева "о принципиальной нежелательности войны с Германией"2 . Несмотря на бахвальство военного министра Сухомлинова все же было решено Трапезунд не занимать. "Статс-секретарь Коковцев, - записано в журнале Особого совещания, - считая в настоящее время войну величайшим бедствием для России, высказывается в смысле крайней нежелательности вовлечения России в европейское столкновение, к каковому мнению присоединяются и остальные члены совещания"3 . Совещание постановило вести переговоры в Берлине "до выяснения их полной неуспешности" и выяснить позицию Англии и Франции. "В случае необеспеченности активного участия как Франции, так и Англии в совместных с Россией действиях не представляется возможным прибегнуть к способам давления, могущим повлечь войну с Германией"4 .

Открывая Особое совещание 8 февраля 1914 г., Сазонов заявил, что "в настоящую минуту наступление значительных политических осложнений представляется маловероятным". И это совещание подобно первому было вызвано, как мы уже выше отмечали, фактической передачей турецкой армии в руки германских офицеров во главе с Лиманом фон Сандерсом. Оно должно было обсудить вопрос: "Если в силу событий проливы должны будут уйти из-под власти Турции, то Россия не может допустить укрепления на берегах их какой-либо иной державы и может поэтому оказаться вынужденной завладеть ими, дабы затем в той или иной форме установить соответствующий ее интересам порядок вещей на Босфоре и Дарданеллах"5 .


1 "Вестник Народного комиссариата иностранных дел" N 1, 1919 г., стр. 26.

2 Там же, стр. 30.

3 Там же, стр. 31.

4 Там же, стр. 32.

5 "Международные отношения в эпоху империализма". Серия 3-я. Т. I. N 295, стр. 374.

стр. 31

Такова была цель, поставленная Особому совещанию 8 (21) февраля 1914 года. Обсуждение вопроса выяснило, что у России нет войск, потребных для десанта в Константинополе. Требовалось же для этой цели четыре корпуса, а не было ни одного. Выяснилось, далее, "что нельзя предполагать, чтобы наши действия против проливов происходили без общеевропейской войны"1 , и что в случае нейтралитета Румынии лишь один "восьмой корпус может оказаться свободным" для операции против проливов, которого недостаточно2 .

Совещание, далее, установило полную беспомощность России в том случае, "если в силу событий проливы должны будут уйти из-под власти Турции". Не было десантной армии, не было подъездных путей к портам погрузки войск, не было военных транспортных судов для перевозки войск, Черноморский флот был слабее турецкого, почему невозможна была какая бы то ни было операция против проливов3 .

Особое совещание стало на точку зрения начальника генерального штаба Жилинского, "что борьба за Константинополь вряд ли возможна без общеевропейской войны" и как самостоятельная операция не мыслима, почему "трата войск на экспедицию против проливов и даже самая возможность этой операции зависит от общей конъюнктуры начала войны"4 . Этот расчет генеральных штабов армии и флота целиком подтвердился в 1915 г.: Россия не могла послать ни одного солдата к Босфору, когда англо-французские армии вели борьбу против Дарданельского пролива на Галлиполийском полуострове.

Царская дипломатия и русский генеральный штаб прекрасно учитывали, что заветная агрессивная мечта правящей клики и русской буржуазии - захват проливов - может быть осуществлена не под стенами Константинополя. Они прекрасно разбирались в политической обстановке и знали, что лишь "успешная борьба на западной границе решит благоприятно и вопрос о проливах"5 . Совещание выяснило, что ни к тому, ни к другому царская Россия не была подготовлена.

В силу всех этих, весьма веских и вынужденных соображений Особое совещание должно было согласиться с мнением генерал-квартирмейстера Данилова, решительно высказавшегося "против возможности предназначения некоторых частей исключительно для экспедиции на Константинополь". Отказ от экспедиции для овладения Константинополем диктовался, конечно, не "миролюбием" царизма, а определенными политическими расчетами. "Сколько бы у нас ни было войск, - доказывал Данилов, - даже гораздо больше чем теперь, мы всегда должны будем предусматривать необходимость направить все наши силы на запад, против Германии и Австрии". Считая царскую Россию совершенно неподготовленной к решению таких "частных задач", как экспедиция на проливы, Данилов защищал "сильную стратегию", которая побуждает "стремиться к обеспечению успеха на главном театре войны", после чего "к нам придут благоприятные решения и всех частных вопросов". Исходя из военной неподготовленности, с одной стороны, и из полной уверенности, что ни Франция, ни Англия не поддержат царской экспедиции против Турции, с другой стороны, Особое совещание принуждено было остановиться на другом предложенном Даниловым решении6 : "Обеспечение же


1 "Международные отношения в эпоху империализма". Серая 3-я. Т. 1, N 295, стр. 376.

2 Там же, стр. 380.

3 Там же, стр. 380 - 390

4 Там же, стр. 376.

5 Там же, стр. 377.

6 Там же, стр. 378.

стр. 32

Константинополя от захвата третьими державами должно составить особую задачу нашей политики".

Таким образом, в силу вполне обоснованных расчетов, что экспедиция на проливы должна вызвать европейскую войну, к которой царизм не был в 1914 г. готов ни в военном, ни в дипломатическом отношении, ему пришлось скрепя сердце пойти на "самоограничение". В результате обоих Особых совещаний на царскую дипломатию, как показывают документы, была возложена специальная отрицательная задача - не допустить захвата Константинополя и проливов "третьими державами".

Толкование Онкеном постановлений Особых совещаний является, мягко выражаясь, вольным обращением с фактами, имеющим двойную цель: "обелить" довоенный германский империализм и одновременно оправдать подготовку Гитлером войны под флагом борьбы за "самосохранение".

Из приведенных выше извлечений из протоколов Особого совещания видно, что почтенный историк Онкен становится на путь фальсификации, когда утверждает, что "русские государственные деятели в первые месяцы 1914 г. решились на завоевание Константинополя и проливов ценой опасности европейской войны".

Объявляя наперекор фактам царскую Россию и Францию агрессорами в прошлой войне, а Германию - "обороняющейся" стороной, Онкен, подобно всем историкам и публицистам "третьей империи", подводит читателя к современности и подсказывает ему, что и гитлеровской Германии якобы "угрожает" опасность и что поэтому необходимо "пожертвовать всем для предотвращения опасности".

VII

Самым пикантным и заслуживающим особого внимания является, на наш взгляд, не то, что крупный историк Онкен пришел к таким же выводам, как и все "очистители" и борцы за "историческую правдивость". Важнее то, что Онкен ссылается на Жюля Камбона и французского военного атташе, подполковника Серре, как на "свидетелей", утверждая, что они были такого же мнения, как и он, Онкен, о том, что германские вооружения были предназначены лишь для целей "самосохранения". Чтобы заставить Жюля Камбона и Серре служить "очистительной" германской пропаганде, Онкену пришлось учинить над ними обоими такое же насилие, какое он учинил над протоколами Особых совещаний1 . Ссылаясь на рапорт Серре военному министру Нулансу от 14 апреля, в котором Серре анализирует причины усиленных германских вооружений в 1911, 1912 и 1913 гг., их цели и характер и убедительно показывает, что эти вооружения имеют не временный, а длительный характер, что они открывают собой новую эру постоянного роста вооружений, и на депешу Жюля Камбона от 3 мая 1914 г., Герман Онкен ни одним словом не обмолвился о том, что составляет суть содержания рапорта Серре и депеши Камбона. Выхватив отдельные места из этих документов так, как будто они содержат центральную идею последних, Герман Онкен делает "вывод", который, в сущности, давно уже заготовлен националистической и фашистской историографией: германские вооружения служили целям "обороны", французские и русские - целям "нападения". Путем такого приема Онкен заставил и убитого во время войны Серре и Камбона служить целям германской пропаганды. Учинив явное насилие над фактами, вырвав угодные ему цитаты и обрывки фраз из документов Серре и Кам-


1 За недостатком места мы не можем остановиться здесь на своеобразных методах цитирования Онкеном рапорта Серре, как и на других его неблаговидных операциях.

стр. 33

бона, якобы свидетельствующие о том, что Германия вооружалась, испытывая "страх", а не помышляя об агрессии, Онкен торжествующе пишет: "Эти тезисы ничего нового немцу не говорят, они только повторяют то, что является законом нашей жизни и нашей судьбой, тогда так же, как и сейчас. Но то, что их высказывают французы, в этом заключается самое важное". Призвав в свидетели Серре и Камбона, Онкен сделал приведенный нами выше общий вывод не только для "тогда", но и для "сейчас", оправдывая необходимость "жертвовать всем" для приобретения пушек вместо масла.

Что касается "страха", который якобы испытывал германский империализм и который якобы был причиной его чрезмерных вооружений, то послевоенные публикации доказали, что это не был тот страх, который вызывает потребность в самообороне. И разбойник испытывает страх, и некоторые его действия вызываются этим страхом, однако никому в голову не придет считать разбойника действующим в "состоянии обороны". Природу германского "страха" правильно подметил полковник Хауз, приехавший в Берлин в конце мая 1914 г. со специальной миссией "примирения" Германии с Англией и Францией. После бесед с Тирпицем, кайзером и другими руководящими и военными деятелями, пишет американский историк Чарльз Сеймур, "Хауз скоро распознал, что в Германии наряду с чувством агрессивности жило и чувство страха, страха человека, мучимого неуверенностью и готового вцепиться в горло первому встречному, если ему только покажется, что тот собирается сделать движение. Сознавая, что она вызвала враждебность к себе, Германия держала курок взведенным и готова была спустить его при малейшем шорохе"1 .

"Случай" с Онкеном показателен. Он свидетельствует лишний раз, в каком направлении развивается "историческая наука" в гитлеровской Германии, если историки вроде Онкена повторяют Монжеля и Вегерера и прикрывают своим авторитетом всевозможных Дрегеров, Клеберов и др. референтов внешнеполитического отдела фашистской партии.

Вольное обращение пангерманских историков с фактами было уже давно подмечено даже буржуазными наблюдателями и историками. Причину такого намеренного искажения фактов старались выводить из некоей исторической преемственной "традиции", духовным отцом которой является Трейчке, В полемике с "Kreuzzeitung" генерал-майор барон Шейнах правильно указал, какое разлагающее влияние имела эта "традиция" на германскую националистическую историографию. "Четыре десятилетия исторических представлений в духе Трейчке (Treitschkecher Geschichts Auffassung), - писал Шейнах, - взрастили не только среди последователей (Gefolgschaft) "Kreuzzeitung", но и в кругах левых мнение, что ложь для политических целей не только разрешима, но является нравственной обязанностью"2 . В этом заключается, однако, лишь одна, но не основная причина. Все это является и прямым политическим заказом господствующих классов своей, с позволения сказать, ученой лейб-гвардии.

В директивной статье "Военное положение Германии в начале войны" официоз фашистской партии пропагандирует все ту же мысль о якобы военной неподготовленности центральных держав в 1914 г.: "Этому опасному положению ни в коем случае не соответствовали вооружения Германии и Австро-Венгрии в начале войны"3 . Фашизм обвиняет в этом


1 "Архив полковника Хауза". Т. I, стр. 58.

2 "Der Krieg" N 18. Juli 1929, S. 82. Freiherr von Schoenach "Wahrheit oder Zweckmassigkeit"

3 "Volkischer Beobachter" N 210/211, 29/30 Juli 1934.

стр. 34

старое политическое руководство и рейхстаг, якобы пренебрегавших вооружением страны.

Готовя нападение на нашу социалистическую родину, германский фашизм создал "ось Берлин - Рим - Токио" для борьбы за передел мира, для нападения на СССР. Он старается объединить вокруг этой "оси" всех мелких агрессоров.

Однако одновременно растут возмущение и объединение широких масс против фашизма во всем мире; растет недовольство в тылу у фашистских агрессоров; нарастают противоречия между Германией и Италией. На китайской мельнице размалывается сила третьего партнера по "антикоминтерновскому" пакту.

Растет и крепнет могущество Советского Союза, являющегося единственно последовательным защитником мира и демократии.

Роль Советского Союза и его Красной Армии как факторов мира, препятствующих распоясавшимся фашистским агрессорам порабощать целые страны и народы, общепризнана и вызывает сочувствие у всех друзей мира. Об этом говорят даже такие люди, как Черчилль, публично заявивший 9 мая: "В данном случае мы должны оценить ту услугу миру, которую СССР оказывает на Дальнем Востоке. Не произведя ни единого выстрела, Советский Союз сковывает у своих сибирских границ лучшие японские силы, а остальной японской армии не по силам подчинить себе и эксплоатировать 400 миллионов китайцев".

Это обстоятельство вызывает озлобление у участников "антикоминтерновского" союза и в первую очередь у Японии. Чем глубже японские захватчики увязают в Китае, чем меньше у них надежд на захват и порабощение этой страны, тем больше растет у них ненависть к Советскому Союзу, к которому они хотели бы применить те же испытанные методы шантажа и угроз. Заявление народного комиссара по иностранным делам тов. Литвинова от 20 июня японскому послу Сигемицу, что в Москве угрозы не действуют и им здесь не поддаются, не подействовало отрезвляюще на Токио. Понадобился наглядный урок в районе озера Хасан, чтобы на какое-то время отрезвить японскую военщину.

Сейчас, когда военная опасность растет на Западе и на Востоке, приобретает особое значение заявление товарища Сталина, сказавшего на XVII съезде ВКП(б): "Наша внешняя политика ясна. Она есть политика сохранения мира и усиления торговых отношений со всеми странами. СССР не думает угрожать кому бы то ни было и - тем более - напасть на кого бы то ни было. Мы стоим за мир и отстаиваем дело мира. Но мы не боимся угроз и готовы ответить ударом на удар поджигателей войны Кто хочет мира и добивается деловых связей с нами, тот всегда найдет у нас поддержку. А те, которые попытаются напасть на нашу страну, - получат сокрушительный отпор, чтобы впредь не повадно было им совать свое свиное рыло в наш советский огород"1 .


1 И. Сталин "Вопросы ленинизма", стр. 552.

Orphus

© libmonster.ru

Постоянный адрес данной публикации:

http://libmonster.ru/m/articles/view/К-ВОПРОСУ-О-ЗАЧИНЩИКАХ-МИРОВОЙ-ВОЙНЫ

Похожие публикации: LRussia LWorld Y G


Публикатор:

Svetlana LegostaevaКонтакты и другие материалы (статьи, фото, файлы и пр.)

Официальная страница автора на Либмонстре: http://libmonster.ru/Legostaeva

Искать материалы публикатора в системах: Либмонстр (весь мир)GoogleYandex

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

Ф. НОТОВИЧ, К ВОПРОСУ О ЗАЧИНЩИКАХ МИРОВОЙ ВОЙНЫ // Москва: Русский Либмонстр (LIBMONSTER.RU). Дата обновления: 18.08.2015. URL: http://libmonster.ru/m/articles/view/К-ВОПРОСУ-О-ЗАЧИНЩИКАХ-МИРОВОЙ-ВОЙНЫ (дата обращения: 23.11.2017).

Найденный поисковым роботом источник:


Автор(ы) публикации - Ф. НОТОВИЧ:

Ф. НОТОВИЧ → другие работы, поиск: Либмонстр - РоссияЛибмонстр - мирGoogleYandex

Комментарии:



Рецензии авторов-профессионалов
Сортировка: 
Показывать по: 
 
  • Комментариев пока нет
Свежие статьиLIVE
Публикатор
Svetlana Legostaeva
Yaroslavl, Россия
583 просмотров рейтинг
18.08.2015 (827 дней(я) назад)
0 подписчиков
Рейтинг
0 голос(а,ов)

Ключевые слова
Похожие статьи
Метафизика Вина. Wine metaphysics.
Каталог: Философия 
8 часов(а) назад · от Олег Ермаков
В статье представлена современная методология и эффективные методики психологической реабилитации и развития детей с ограниченными возможностями здоровья по инновационной Системе психологической координации с мотивационным эффектом обратной связи И.М.Мирошник в санаторно-курортных условиях. Эта статья представлена в Материалах научно-практической конференции с международным участием «Актуальные вопросы физиотерапии, курортологии и медицинской реабилитации», которая состоялась в ГБУЗ РК «Академический НИИ физических методов лечения, медицинской климатологии и реабилитации им. И.М. Сеченова», 2-3 октября 2017 г., г. Ялта, Республика Крым, и опубликована в журнале Вестник физиотерапии и курортологии. —2017. —№4. — С.146—154
13 дней(я) назад · от Ирина Макаровна Мирошник
В 2018 году исполняется ровно 20 лет с начала широкого внедрения в курортной системе Крыма инновационных методов и технологий, разработанных в Российской научной школе координационной психофизиологии и психологии развития И.М.Мирошник. В этой статье талантливого крымского журналиста Юрия Теслева освещается первый семинар кандидата психологических наук Ирины Мирошник и кандидата технических наук Евгения Гаврилина в Крыму: "Представьте, у вас все валится из рук: работы вы лишились, жена ушла, а дети выросли. В такой момент ох как нужен тот, кто готов выслушать вас. Но ты — гордый. Тебе легче вены вскрыть, чем открыть перед кем-то свою душу. Другое дело — компьютерный психотерапевт. Кто знает, окажись компьютер с программой, созданной московски¬ми учеными, в руках Сергея Есенина, Владимира Маяковского, Марины Цветаевой, может быть, не лишились бы мы так рано многих своих гениев"...
13 дней(я) назад · от Ирина Макаровна Мирошник
Новая концепция электричества необходима, прежде всего, потому, что в современной концепции электричества током проводимости принято считать движение свободных электронов при неподвижных ионах. Тогда как, ещё двести лет тому назад Фарадей в своём опыте, – который может повторить любой школьник, – показал, что ток проводимости это движение, как отрицательных, так и положительных зарядов. Кроме того, современная концепция электричества не способна объяснить, например: каким образом электрический ток генерирует магнетизм, как осуществляется сверхпроводимость, как осуществляется выпрямление тока, и т.д.
Каталог: Физика 
16 дней(я) назад · от Геннадий Твердохлебов
Из краткого анализа описаний опыта Майкельсона- Морли [1,2] видно, что в нем рассматривалось влияние только движения Земли на скорость распространения световых лучей. Причем, ожидавшееся смещение интерференционных полос, вызванное этим движением, не подтвердилось в опыте. Как показано в [3,4] отрицательный результат, т. е. несовпадение теоретических и экспериментальных данных возникло вследствие того, что распространение лучей исследовалось на основе классических законов движения материальных тел. Однако, поскольку лучи обладают волновыми свойствами, то их необходимо рассматривать как бегущие волны при неподвижном эфире.
Каталог: Физика 
16 дней(я) назад · от джан солонар
В статье показано, что вакуумная среда состоит из реликтовых частиц, создающих реликтовый фон, обнаруженный исследователями [1]. Причем, это излучение, представляющее электромагнитные волны, фотоны, можно рассматривать как волны возмущения вакуумной среды. Поэтому, если фотон является волной возмущения вакуумной среды то, очевидно, эта среда должна состоять из микроэлементарных частичек фононов, гравитонов, которые и составляют эту волну. При движении элементарных частиц фононы захватываются ими и образуют электромагнитные волны.
Каталог: Физика 
17 дней(я) назад · от джан солонар
Зримый мир, очей наших Вселенная, Пращурам был колесом, на Луне как Оси утвержденном. Науке дней новых, слепой, мир — дыра без оси и краев, чей исток, Большой Взрыв, грянув в прошлом, НЕ СУЩ АКТУАЛЬНО, СЕЙ МИГ, — и с тем МИР ЕСТЬ РЕКА БЕЗ ИСТОКА. Поход «Аполлона-12» к Луне развенчал эту ложь.
Каталог: Философия 
19 дней(я) назад · от Олег Ермаков
По уровню прибыли, считается, этот вид бизнеса занимает место где-то между торговлей наркотиками и торговлей оружием. По оценкам социологов, в той или иной степени его клиентами являются до 20 процентов взрослого населения Украины. А во время расцвета игорного бизнеса в этой стране, в конце 2000-х, в Украине насчитывалось более 5.000 действующих казино и залов игровых автоматов.
Каталог: Лайфстайл 
24 дней(я) назад · от Россия Онлайн
БАРАКАТУЛЛА В СОВЕТСКОЙ РОССИИ
Каталог: История 
25 дней(я) назад · от Россия Онлайн
ВОПРОСЫ РЕПАРАЦИОННОЙ ПОЛИТИКИ ВЕЙМАРСКОЙ РЕСПУБЛИКИ. (ПО МАТЕРИАЛАМ РЕЙХСТАГА)
Каталог: Военное дело 
25 дней(я) назад · от Россия Онлайн

ОДИН МИР - ОДНА БИБЛИОТЕКА
Либмонстр - это бесплатный инструмент для сохранения авторского наследия. Создавайте свои коллекции статей, книг, файлов, мультимедии и делитесь ссылкой с коллегами и друзьями. Храните своё наследие в одном месте - на Либмонстре. Это практично и удобно.

Либмонстр ретранслирует сохраненные коллекции на весь мир (открыть карту): в ведущие репозитории многих стран мира, социальные сети и поисковые системы. И помните: это бесплатно. Так было, так есть и так будет всегда.


Нажмите сюда, чтобы создать свою личную коллекцию
К ВОПРОСУ О ЗАЧИНЩИКАХ МИРОВОЙ ВОЙНЫ
 

Форум техподдержки · Главред
Следите за новинками:

О проекте · Новости · Отзывы · Контакты · Реклама · Помочь Либмонстру

Русский Либмонстр ® Все права защищены.
2014-2017, LIBMONSTER.RU - составная часть международной библиотечной сети Либмонстр (открыть карту)


LIBMONSTER - INTERNATIONAL LIBRARY NETWORK