Либмонстр - всемирная библиотека, репозиторий авторского наследия и архив

Зарегистрируйтесь и создавайте свою авторскую коллекцию статей, книг, авторских работ, биографий, фотодокументов, файлов. Это удобно и бесплатно. Нажмите сюда, чтобы зарегистрироваться в качестве автора. Делитесь с миром Вашими работами!
Иллюстрации:

Libmonster ID: RU-6695

поделитесь публикацией с друзьями и коллегами

Меньше всего Маркс был "присяжным" историком в обычном смысле этого слова. Он был, прежде всего, коммунистом, человеком партии, борцом, предпочитавшим творить историю, окунувшись с головой в бурные волны текущей жизни, чем писать ее, запершись в уставленном книгами кабинете. Нет ничего поэтому удивительного в том, что этот величайший ученый, явившийся "продолжателем и гениальным завершителем трех главных идейных течений, принадлежащих трем наиболее передовым странам человечества", не успел в течение своей жизни закончить своего основного теоретического труда, над которым он работал в течение нескольких десятков лет. Практическая борьба за осуществление основной, всемирно-исторической задачи пролетариата поглащала значительную часть сил и времени Маркса, не оставляя ему достаточного досуга для спокойной и бесперебойной научной работы. Он, по словам Энгельса, испытывал танталовы муки, видя перед собой множество начатых и не законченных трудов, но никогда это обстоятельство не могло заставить его пренебречь революционно-практической работой ради "высокого наслаждения" теоретическим творчеством.

Неразрывное единство теории и практики - этот важнейший тезис научного социализма - находит в жизни и деятельности Маркса весьма яркое и конкретное выражение. В разгаре работы над I томом "Капитала" в 1865 г., когда практическая работа в Интернационале ежеминутно отрывала его от теоретической работы, он писал Энгельсу: "Международное товарищество и все, что с ним связано, душит меня как ночной кошмар, и я был бы рад возможности сбросить с себя это бремя. Но как раз теперь это невозможно... Если бы я устранился от дел, буржуазный элемент, с неудовольствием взирающий на наше, (еретиков-иностранцев) закулисное влияние, получил бы преобладание". Отстаивание интересов пролетариата в области практической политики выдвигалось в данный момент на передний план, и Маркс соответствующим образом распределил имеющееся в его распоряжении Бремя между теорией и практикой пролетарского движения. Ученый подчинялся в нем революционеру.

Маркс был живым воплощением революционности созданной им теории научного социализма. Подвергая критике, взгляды старых материалистов XVIII в., критикуя материализм Фейербаха, еще в первой половине 40-х годов, т. е. в начале своей деятельности, Маркс подчеркивал незавершенность и однобокость этого материализма, который пытался лишь объяснить мир, в то время как дело идет о его изменении. Пассивности, умозрительности старого механистического материализма Маркс противопоставил живую действительность материализма диалектического. Практически революционная деятельность, направленная на изменение мира, является, таким образом, неотъемлемой составной частью марксистского мировоззрения. "Академизм" - эта наиболее отвратительная форма отрыва теории от революционной практической деятельности - не уживается и не может ужиться рядом с марксиз-

стр. 3

мом, живой и действенной теорией, в строго научной форме выражавшей общие законы развития человеческого общества, сущность и форму буржуазного производства и капиталистической эксплоатации, предпосылки, условия и сущность революционной классовой борьбы пролетариата, творца бесклассового коммунистического общества.

"Академизм" и марксизм не только несовместимые вещи, это - два различные мира, стоящие во враждебной противоположности, друг к другу. Борьба за осуществление основной задачи пролетариата - низвержение капитализма и построение социализма - находится в строгом соответствии со всеми частями и положениями марксизма как мировоззрения и не может быть оторвана от него без превращения в таком случае марксизма в мертвую догму, в безжизненную и бесплодную схему. Нельзя поэтому, не искажая исторического облика Маркса, отрывать его теоретическую работу от его практически-революционной деятельности. Весь жизненный путь Маркса был наглядным выражением единства теории и практики, синтезированной в марксизме как в "опыте рабочего движения всех стран, взятого в его общем виде". Мудрецы II Интернационала, глубокомысленно рассуждающие о "хорошем теоретике" и "плохом практике" Марксе, лучше всего характеризуют этим самым деятельность II Интернационала, который брал у Маркса "слово", вдобавок, искажая его, и отбрасывал "дело" Маркса, заменяя его оппортунистической практикой. Слово у Маркса неразрывно связано с его делом, нельзя понять его слов, игнорируя его дела, как нельзя понять его дел, не зная или не желая знать его теории.

Только с этой точки прения можно понять, чем был для исторической науки Маркс и что он для нее сделал.

До Маркса в истории господствовал субъективизм. Общественное бытие, материальные условия жизни и деятельности отдельных классов общества обычно игнорировались, в лучшем случае они представлялись в виде разрозненных сырых фактов, отрывочно набранных. История в то время представляла собой случайное нанизывание ряда описаний, более или менее добросовестно изображающих отдельные, вырванные из общей связи и совокупности стороны исторического процесса. Из всех таких сторон исторического процесса наибольшее внимание историков привлекали "идейные мотивы исторической деятельности людей" (Ленин). Эти идейные мотивы возводились, как правило, в абсолют, изображались в качестве демиурга истории. Историки не задавались вопросом: чем были вызваны эти идейные мотивы, да и не могли задаваться, ибо они рассматривали исторических деятелей, рассматривали человека, как некую абстракцию, не понимали, что сущность данного человека, определяющая его поведение, есть совокупность всех общественных отношений, которые являются средой, в которой он действует и от которой он получает толчки и стимулы для своей деятельности. Отсюда - бессилие тогдашних историков установить объективную закономерность исторического процесса, отсюда их неспособность обнаружить корни той или иной ступени в развитии материального производства. История, как правило, была историей "верхних десяти тысяч". Общественные условия жизни широких народных масс, изменение условий жизни этих масс вместе с ходом развития исторического процесса попросту игнорировались. Поэтому историческая деятельность масс выпадала из общего изображения исторического процесса, и "герои", возвышавшиеся над невидимой толпой, превращались в единственных творцов истории.

стр. 4

Были, конечно, исключения из общего правила. Такие исключения в среде историков той эпохи появлялись обычно после крупных исторических кризисов, в бурном развитии которых резче, яснее и отчетливее выступали наружу скрытые пружины движения исторического процесса. Так было после Великой французской революции, когда в эпоху реставрации во Франции выступила целая плеяда историков (Тьерри, Гизо и др.), которым удалось в грозных событиях великой революции заметить основное - классовую борьбу. Но, указав на борьбу классов как на ключ к пониманию событий революции, эти буржуазные историки остановились на полдороге, проявили непоследовательность и в своих позднейших работах даже обнаружили явное движение вспять. Характеризуя одну из позднейших работ (появилась в 1853 г.) О. Тьерри "История образования и развития третьего сословия", Маркс подчеркивает эту половинчатость и непоследовательность лучшего из буржуазных историков тогдашней эпохи. "Удивительно, - писал он Энгельсу, - как этот господин отец "классовой борьбы" во французской историографии гневается в предисловии на "новых", которые, с своей стороны, видят антагонизм между буржуазией и пролетариатом и полагают, что следы этого противоречия можно открыть уже в истории третьего сословия до 1789 года". Таким образом, попытки Тьерри (как впрочем, и остальных историков из этой плеяды) подняться до уровня понимания того, что история есть история борьбы классов, не могли пойти далее той границы, которой отмечена борьба буржуазии против феодализма. Классовая, буржуазная точка зрения отбросила Тьерри назад к субъективизму, как только встал вопрос об истории буржуазного общества.

Так обстояло дело в исторической науке до Маркса. Поэтому отнюдь не будет преувеличением утверждение, что до Маркса истории как науки не было, что историю как науку создал Маркс. Маркс поставил историю на действительно научный фундамент и тем самым устранил субъективизм историка в изображении и трактовке событий прошлого. Он установил понятие общественно-экономической формации общества. Он указал путь, по которому нужно итти для того, чтобы исчерпывающе и всесторонне развернуть, раскрыть, проанализировать и изучить процесс становления, развития и упадка общественно-экономических формаций. Указав это, он тем самым дал строго научный критерий для определения действительных истоков, первоначальных корней религиозных, философских, политических и прочих идей и тенденций. Истоки и корни их Маркс предложил искать в условиях бытия и положения различных классов соответствующей общественно-экономической формации, иначе говоря, в уровне или состоянии материальных производительных сил и соответствующих этому уровню производственных отношений. Произволу, субъективизму историков в выборе отдельных господствующих в данный период, в данную эпоху идей был поставлен предел: отныне нельзя было вкладывать в произвольно выделенные из общего потока общественной мысли идеи произвольное содержание, давать им произвольное толкование, не раскрывая, не обнажая тем самым своей собственной природы как историка определенного класса. Маркс сорвал покрывало тайны, окутывавшее олимпийские высоты исторической науки. Он потребовал от историка рассмотрения всей совокупности, всех противоречивых тенденции общественно-исторического процесса, он потребовал сведения их "к точно определяемым условиям жизни и производства различных классов общества". Словом, он перестроил заново науку об обществе и истории его развитая, установил закономерность исторического про-

стр. 5

цесса, изгнал субъективизм и произвол из методологии истории, установил строго научный критерий для определения действительной ценности любой из исторических работ.

Буржуазная историография и буржуазная "философия истории" вопят о тенденциозности марксистской историографии, о ее подчиненности предвзятой идее социалистической революции и диктатуры пролетариата. Обвиняя марксистскую историографию в этой "предвзятости" и "тенденциозности", буржуазные историки и социологи отказываются признать марксистскую методологию научной, марксистские исторические работы - научными работами, они не соглашаются квалифицировать исторические работы самого Маркса иначе, чем работами публицистическими. Тем самым они поднимают вопрос об отношении между политикой и историей.

Буржуазная историография устанавливает (или точнее, делает вид, что устанавливает) китайскую стену между историей и политикой. Но пока что с ее стороны не было даже попыток научно обосновать такое разделение. И отсутствие таких попыток неслучайно, ибо нет, и не может быть китайской стены между историей и политикой. История есть история классовой борьбы вчерашнего дня, политика - это классовая борьба сегодняшнего дня. Та и другая связаны неразрывно. Они связаны не только потому, что традиции умерших поколений тяготеют над живыми людьми настоящего, но в основном и главном потому, что люди не свободны в выборе общественных условий, в которых протекают их деятельность, их классовая борьба. Основой всей истории людей являются находящиеся в их распоряжении производительные силы общества. Эти производительные силы создаются самими людьми, создаются не по их произволу, а в меру и в зависимости от достигнутого ранее уровня производительных сил и общественной формы, облекающей этот последний уровень. Производительные силы, созданные прежним поколением, служат новому "сырым материалом для нового производства, - благодаря этому факту возникает связь в человеческой истории, образуется история человечества". В этой истории вчерашний день связан, следовательно, с сегодняшним днем неразрывными узами. И люди обращаются ко вчерашнему дню не из праздного любопытства, а в силу практической потребности разобраться в классовой борьбе сегодняшнего дня. В истории они ищут политики. В классовой борьбе прошлого они ищут ответа на вопросы, поставленные классовой борьбой настоящего. Вполне, естественно и закономерно поэтому, когда представители различных классов, а тем более представители противоположных классов требуют от истории рассмотрения и изучения различных и даже противоположных проблем. Даже в исторической тематике могут таким образом отразиться классовые интересы, тем более должны отразиться они на самой трактовке тем. Буржуазные историки все это великолепно знают и, тем не менее, они жалуются на "тенденциозность" марксистской историографии. И это тоже закономерно.

Под тенденциозностью данной исторической работы мы обычно понимаем отсутствие в ней научной объективности, подмену историком объективной закономерности исторического процесса субъективным отношением к подбору и трактовке исторических событий. Но как раз сила марксистской историографии и заключается в устранении субъективизма и произвола из исторического исследования. Сила марксистской историографии в том, что в ней строгая научная объективность неразрывно сочетается с классовой, пролетарской точкой зрения

стр. 6

в трактовке исторических проблем, в то время как буржуазная историография не в состоянии сочетать оба эти момента. И это бессилие буржуазной исторической науки заключено в субъективной невозможности для нее, занять объективную, т. е. строго научную позицию.

Исторический процесс, как и всякий процесс, есть движение. Поэтому марксизм требует при рассмотрении исторического процесса брать его в его движении, причем не вырывать из общей совокупности всех взаимоотношений всех классов данного общества, но рассматривать их в единстве, строго основываясь при этом на учете объективной ступени развития данного общества и тех взаимоотношений, которые существуют между ним и другими современными ему обществами. Буржуазная историческая наука в лице ее наиболее радикальных представителей соглашается принять это требование, но на условии: ни шагу дальше. А между тем марксизм требует от историка этого шага вперед. Он требует, чтобы движение исторического процесса рассматривалось им не только с точки зрения прошлого, но и с точки зрения будущего, - рассматривалось притом в его диалектике, а не с позиций вульгарного эволюционизма. Но как раз это требование для буржуазной исторической науки совершенно неприемлемо.

Величайшая сила марксистской историографии заключается как раз в последовательном проведении этого последнего требования исторической теории Маркса. Выполнение его дает все возможности того соединения величайшей научной добросовестности и объективности с действенной, боевой пролетарской точкой зрения, блестящие образцы чему даны Марксом в его исторических работах.

Маркс, как мы уж говорили, не был "присяжным" историком. Но он с величайшим усердием занимался историей. Он оставил нам ряд исторических работ, которые являются живым свидетельством плодотворности его метода. Огромный интерес для историка-марксиста представляют те места из автобиографии Маркса, (мы имеем в виду автобиографические моменты в его переписке), в которых он говорит о своих работах по истории. Не оставляет никаких сомнений, что работа Маркса над историей составляет один из моментов его политической деятельности. В прошлом он ищет не только объяснений настоящему, но и нащупывает те рычаги, с помощью которых можно воздействовать на настоящее, изменить мир. Этим объясняется свежесть и актуальность исторических работ Маркса в наше время. Этим разъясняется заостренная партийность и непримиримость исторических работ Маркса.

Маркс отбрасывал как негодную ветошь всякое понятие, которое не включает в своем содержании исторического момента. Ленин неоднократно подчеркивал эту сторону методологии марксизма. "Безусловным требованием марксистской теории при разборе, какого бы то ни было социального вопроса, - говорил он, - является постановка его в определенные исторические рамки, а затем, если речь идет об одной стране, учет конкретных особенностей, отличающих эту страну от других в пределах одной и той же исторической эпохи". В резкой и категорической форме эту же мысль выразили. Маркс и Энгельс в своей критике Л. Фейербаха, когда они писали: "Мы знаем только одну единственную науку, науку истории". С этой позиции они критиковали тогдашнюю немецкую идеологию, указывая, что "почти вся идеология сводится к извращенному пониманию этой истории или к полному абстрагированию от нее. Сама идеология есть лишь одна из сторон этой истории".

В пережигаемое нами время всеобщего кризиса капиталистической

стр. 7

системы на одном полюсе, бурного роста социализма - на другом, юбилейная дата дня смерти великого вождя и учителя пролетариата обязывает историков-марксистов не только к тому, чтобы лишний раз вспомнить о роли и значении Маркса для исторической науки, еще раз с бодрой уверенностью подтвердить незыблемость и победоносность исторической теории Маркса, выдержавшей все испытания времени, но и к тому, чтобы проверить себя и в процессе самопроверки остановить свое внимание на задачах, еще неразрешенных, на задачах, которые выдвинуты жизнью в порядок дня.

Кризис капиталистической системы является вместе с тем кризисом буржуазной исторической науки, кризисом буржуазной исторической методологии в первую очередь. Перед глазами буржуазного историка, как и всего буржуазного мира, во всей своей конкретности раскрылась истина того, что Маркс писал в 1852 г. Ведемейеру: "Что, касается меня, - писал он о своей теории, - то мне не принадлежит ни заслуга, открытия классов в современном обществе, ни заслуга открытия их борьбы между собой. Буржуазные историки задолго до меня изложили историческое развитие этой борьбы, а буржуазные экономисты - экономическую анатомию классов. То, - что я сделал нового, состояло в доказательстве следующего: 1) что существование классов связано с определенными историческими формами борьбы, свойственными развитию производства; 2) что классовая борьба неизбежно ведет к диктатуре пролетариата; 3) что эта диктатура сама составляет лишь переход к уничтожению всяких классов и к установлению общественного строя, в котором не будет места делению на классы".

Кризис буржуазной науки лучше всего подтверждается той мышиной возней, которую учиняют теперь буржуазные ученые вокруг исторической методологии Маркса. Наиболее добросовестные из них не могут не признать, что последовательный материализм Маркса на практике доказал свое превосходство над всеми идеалистическими и эклектическими системами буржуазной социологии. Но и они не в состоянии пойти дальше и признать пролетарскую революцию закономерным итогом развития буржуазного общества, т. е. признать не просто материализм, а диалектический материализм. На это буржуазная наука неспособна. И она мечется в тупике, ищет выхода и считает, что находит его в движении назад. В лучшем случае в этом своем попятном движении она соскальзывает на дорожку вульгарного эволюционизма, который она тщится противопоставить диалектическому материализму. В худших случаях, а количественно они преобладают, буржуазная историческая наука становится глашатаем фашизма, выступая с критикой "частей" (читай: рабочего класса), дерзающих противоречить "общему", - и провозглашает венцом исторического прогресса "сильное государство", которое конечно не может быть не чем иным, как только господством финансовой олигархии. Современная буржуазная историческая наука пребывает в тупике, двигается назад, она стала реакционной.

Социал-фашисты, эти верные слуги капитализма, двигаются по стопам своих господ. Отказ от Маркса, отказ от марксистской методологии, это - общее, что характеризует все без исключения оттенки в лагере социал-фашизма. Подобно буржуазному лагерю в лагере социал-фашизма мы встречаем те же два основные направления в движении назад, в данном случае от Маркса. Лакей покорно следует за своим господином. Играющие в "левизну" главным образом австрийские социал-фашисты, горячо доказывающие всем, кто хочет им верить, что они тоже "марксисты"; подменяют революционную диалек-

стр. 8

тику Маркса вульгарным эволюционизмом. Это направление необычайно красочно обнаружило себя в, лице "борца за объединение" II и III Интернационалов Адлера. Достаточно напомнить хотя бы о его "призыве" к Коминтерну признать, что вульгарный эволюционизм может стать законом развития хотя бы для скандинавских стран. За это Адлер обещает на 16-м году существования пролетарской диктатуры в СССР в свою очередь признать, что кое в чем и Маркс был прав, признайте, что эволюционизм равноценен диалектическому материализму, т. е. откажитесь от марксизма, и мы объединим оба Интернационала - таков и только таков смысл вожделений секретаря II Интернационала. Старая, давно знакомая нам песня об "единстве" за счет отказа от революционных принципов марксизма!

Другое направление в лагере социал-фашизма столь же мало оригинально, как и первое. С теми или иными вариациями оно отстаивает теорию "сильного государства", держащего в железной узде все "части" во имя блага "целого". Кое-кто из представителей этого направления пытается при этом опереться на "авторитет" Лассаля, апеллируя к "давним теоретическим догмам партии".

В общем, историческая методология и историография социал-фашизма идет теми же путями и перепутьями, что и буржуазная, т. е. тянет назад к реакции.

Существование СССР в капиталистическом окружении, обостренная классовая борьба в нашей стране, бешеное сопротивление остатков ликвидируемого кулачества, борьба нашей партии за генеральную линию с уклонистами всех мастей, с примиренцами и двурушниками требуют от историков-марксистов нашей страны, прежде всего революционной большевистской бдительности и настороженности. Необходимо удвоить, утроить, удесятерить нашу борьбу со всякими попытками протащить враждебную марксизму-ленинизму методологию в нашу историческую науку. Нужно по-большевистски учиться у Маркса, как работать на поприще исторической науки.

Для историков-марксистов учиться у Маркса тем легче, что у них перед глазами имеются блестящие и яркие образцы и примеры того, как нужно учиться работать по-марксистски. Мы имеем учеников и продолжателей Маркса - Ленина и Сталина. Как Ленин, так и Сталин подобно Марксу не являются "присяжными" историками. Но их исторические работы являются законным предметом гордости не только историков-марксистов, но и всей партии, всего Интернационала. Работы Ленина: "Что такое "друзья" народа", дающая непревзойденную в марксистской литературе трактовку развития общественной мысли и социализма в России, "Развитие капитализма в России", блестяще характеризующая русский исторический процесс, историю большевизма и русской революции, изложенную им в ряде работ, так же как и исторические работы т. Сталина, стоят на одном уровне с историческими работами Маркса.

Исторические работы т. Сталина, являются классическими образцами марксистской исторической науки. Его работы по истории партии, истории II Интернационала, истории Октябрьской революции и др., наряду с работами Маркса, Энгельса, Ленина, вошли как неотъемлемое достояние пролетариата в железный инвентарь марксистской исторической науки. И это не случайно. Если мы внимательно проанализируем исторические работы Ленина и Сталина, присмотримся к обстановке и времени их написания, то заметим, что на них лежит яркая печать тех самых отличительных особенностей, которые характеризуют исторические работы Маркса. Возьмем такую работу т. Сталина, как "Основ-

стр. 9

ные вопросы ленинизма", дающую блестящую трактовку истории большевизма, истории и теории II Интернационала. Метод исследования т. Сталина так же действенен как метод Маркса. Он обращается к прошлому не для того только, чтобы объяснить это прошлое, но главным образом для того, чтобы, изучив и проанализировав это прошлое, найти в нем рычаги для воздействия на настоящее. Отсюда - строгая научность работы, сочетающаяся с яркой политической целеустремленностью и резкой партийной непримиримостью.

Борьба за такое качество исторических работ, борьба действительная, упорная, настойчивая, большевистская - обязанность всех историков-марксистов. Большевизм стал наследником Маркса. Большевизм выдвинул подлинных продолжателей и завершателей дела Маркса в лице его лучших учеников - Ленина и Сталина. Марксистская историческая наука должна равняться по классическим образцам, данным ее учителями, она должна быть поднята на ту же научную высоту, впитать тот дух действенности, политической целеустремленности и партийной непримиримости, которые отличают работы этих передовых бойцов и вождей пролетариата. Только при этих условиях марксистская историография является мощным орудием в руках борющегося пролетариата.

Orphus

© libmonster.ru

Постоянный адрес данной публикации:

http://libmonster.ru/m/articles/view/МАРКС-И-ИСТОРИЧЕСКАЯ-НАУКА

Похожие публикации: LRussia LWorld Y G


Публикатор:

Vladislav KorolevКонтакты и другие материалы (статьи, фото, файлы и пр.)

Официальная страница автора на Либмонстре: http://libmonster.ru/Korolev

Искать материалы публикатора в системах: Либмонстр (весь мир)GoogleYandex

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

МАРКС И ИСТОРИЧЕСКАЯ НАУКА // Москва: Русский Либмонстр (LIBMONSTER.RU). Дата обновления: 14.08.2015. URL: http://libmonster.ru/m/articles/view/МАРКС-И-ИСТОРИЧЕСКАЯ-НАУКА (дата обращения: 26.09.2017).

Найденный поисковым роботом источник:



Комментарии:



Рецензии авторов-профессионалов
Сортировка: 
Показывать по: 
 
  • Комментариев пока нет
Свежие статьиLIVE
Публикатор
Vladislav Korolev
Moscow, Россия
426 просмотров рейтинг
14.08.2015 (774 дней(я) назад)
0 подписчиков
Рейтинг
0 голос(а,ов)

Ключевые слова
Похожие статьи
Комплекс Больших Пирамид — в сути Око, зрачок чей есть Сфинкс. The complex of the Great Pyramids is essentially an eye, the pupil of which is the Sphinx.
Каталог: Философия 
5 дней(я) назад · от Олег Ермаков
СОЮЗ ПОЛЬШИ И СОВЕТСКОГО СОЮЗА
Каталог: Право Политология 
6 дней(я) назад · от Россия Онлайн
РЕАЛЬНЫЙ д'АРТАНЬЯН
Каталог: Лайфстайл История 
6 дней(я) назад · от Россия Онлайн
Америка как она есть. ПО СТОПАМ "БРАТЦА БИЛЛИ"
Каталог: Журналистика 
7 дней(я) назад · от Россия Онлайн
Маркировка с повинной. Производителям генетически-модифицированных продуктов предлагают покаяться
Каталог: Экономика 
8 дней(я) назад · от Россия Онлайн
ПРОСРОЧЕННЫЕ ПРОДУКТЫ, ФАЛЬСИФИКАЦИЯ И СОМНИТЕЛЬНАЯ МАРКИРОВКА
Каталог: Экономика 
8 дней(я) назад · от Россия Онлайн
Молодёжь, не ходите в секту релятивизма. Думайте сами. И помните, там, где появляется наблюдатель со своими часами, там заканчивается наука, остаётся только вера в наблюдателя. В науке наблюдателем является сам исследователь. Шутовству релятивизма необходимо положить конец!
Каталог: Философия 
11 дней(я) назад · от Геннадий Твердохлебов
Российский закон о защите чувств верующих и ...богов - закон “с душком”, которому 2,5 тысячи лет
27 дней(я) назад · от Аркадий Гуртовцев
Предисловие, написанное спустя 35 лет Я писал эту статью, когда мне было 35, и меня, ничего не соображающего в физике, но обладающего логическим мышлением, возмущали те алогизмы и парадоксы, которые вытекали из логики теории относительности Эйнштейна. Но это была критика на уровне эмоций. Сейчас, когда я стал чуть-чуть соображать в физике, и когда я открыл закон разности гравитационных потенциалов, и на его основе построил пятимерную систему отсчета, сейчас появилась возможность на уровне физических законов доказать ошибочность теории относительности Эйнштейна.
Каталог: Физика 
30 дней(я) назад · от Геннадий Твердохлебов
Ветров Петр Тихонович учил нас Справедливости, Честности, Благоразумию, Любви к родным, близким, своему русскому народу и Родине! Об отце вспоминаю, с чувством большой Гордости, Любви и Благодарности! За то, что он сделал из меня нормального человека, достойного своих прародителей и нашедшего праведный путь в своей жизни!
Каталог: История 
30 дней(я) назад · от Виталий Петрович Ветров

ОДИН МИР - ОДНА БИБЛИОТЕКА
Либмонстр - это бесплатный инструмент для сохранения авторского наследия. Создавайте свои коллекции статей, книг, файлов, мультимедии и делитесь ссылкой с коллегами и друзьями. Храните своё наследие в одном месте - на Либмонстре. Это практично и удобно.

Либмонстр ретранслирует сохраненные коллекции на весь мир (открыть карту): в ведущие репозитории многих стран мира, социальные сети и поисковые системы. И помните: это бесплатно. Так было, так есть и так будет всегда.


Нажмите сюда, чтобы создать свою личную коллекцию
МАРКС И ИСТОРИЧЕСКАЯ НАУКА
 

Форум техподдержки · Главред
Следите за новинками:

О проекте · Новости · Отзывы · Контакты · Реклама · Помочь Либмонстру

Русский Либмонстр ® Все права защищены.
2014-2017, LIBMONSTER.RU - составная часть международной библиотечной сети Либмонстр (открыть карту)


LIBMONSTER - INTERNATIONAL LIBRARY NETWORK