Либмонстр - всемирная библиотека, репозиторий авторского наследия и архив

Зарегистрируйтесь и создавайте свою авторскую коллекцию статей, книг, авторских работ, биографий, фотодокументов, файлов. Это удобно и бесплатно. Нажмите сюда, чтобы зарегистрироваться в качестве автора. Делитесь с миром Вашими работами!
Иллюстрации:

Libmonster ID: RU-7132

поделитесь публикацией с друзьями и коллегами

Вышел в свет долгожданный учебник "Истории СССР" для высших учебных заведений. Конечно, этот труд представляет собою определенное достижение советской исторической науки. О достоинствах и недостатках книги в целом уже писали и, нужно думать, напишут еще. В данном письме мы ограничиваем свою задачу рассмотрением лишь вопроса о том, какое отражение нашла в учебнике история народов Кавказа.

Учебник "Истории СССР" должен ставить своей целью научное изложение исторического процесса, приведшего к образованию великого союза народов нашей страны. В центре внимания должны быть живые народы, которые во главе с великим русским народом создали первое в мире социалистическое государство и ныне победоносно строят коммунистическое общество. Соответственно, работа должна быть построена таким образом, чтобы ясно показать предшествующий процесс развития составных частей этого целого. История народов СССР должна быть изложена в тесной взаимной связи и в связи со всемирной историей. Вместе с тем, имея в виду задачи советского патриотизма, нужно показать во всей полноте все героическое, все прогрессивные, культурные завоевания на протяжении прошлой истории нашей страны, которыми законно гордится советский народ. Необходимо помнить прекрасные слова товарища Молотова: "все действительные достижения культуры народов, как бы они далеко не уходили в прошлое, высоко ценятся в социалистическом государстве и встают теперь перед своим народом и перед народами всего Советского Союза возрожденными, в своем действительном идейном блеске"1 .

Эти задачи решены составителями и редакцией учебника далеко не удовлетворительно. Наше замечание относится в первую очередь к I тому учебника. Мы не закрываем глаз на трудности, которые стояли перед составителями учебника, но эти трудности ни в коем случае не могут служить оправданием существенных недостатков учебника.

Рассматривая учебник с точки зрения показа истории кавказских народов, нельзя не заметить, что составители соответствующих глав проявили вообще мало интереса к истории этих народов. Так в отношении древнейшего периода истории народов Кавказа составители учебника ограничились лишь следующей бессодержательной и фальшиво звучащей фразой: "Армянская, грузинская и азербайджанская народности связаны своим происхождением с коренным населением Закавказья и Передней Азии" (1, 25). Автор раздела совершенно игнорировал те элементы древнейшей истории народов Кавказа, которые представляют собой огромный интерес с точки зрения изучения культуры древнего Востока. Даже западноевропейские буржуазные ориенталисты, стремящиеся преуменьшить роль древневосточной эндемичной культуры и преувеличить культурную миссию Запада, прилагают, как известно, большие усилия для решения вопросов, связанных с происхождением древнейшего населения Передней Азии и с содержанием его культуры.

При всей своей субъективной направленности даже эта современная буржуазная наука вынуждена признать, что основной и древнейший элемент переднеазиатского культурного мира, эндемичный по своему происхождению, не имеет ничего общего ни с индоевропейским, ни с семитическим, ни с урало-алтайским мирами и ближе всего связан с Кавказом. В этом духе высказывались совершенно определенно такие известные представители западноевропейской науки, как Эдуард Мейер, Гоммель, Грозный, Фридрих Форер, Кипперт и многие другие, а также и крупнейшие наши ученые: академик Марр, академик Тураев и другие. Интерес к современным кавказским народам и языкам в Западной Европе все больше и больше возрастает. Примером тому может служить хотя бы книга крупнейшего из современных лингвистов, голландского ученого Гиннекена "Contribution a la grammaire comparee des langues du Caucase", вышедшая в издании Голландской академии наук в Амстердаме в 1938 г. В ней высказываются такие положения, как: а) изучение кавказских языков может разрешить многие вопросы семитических, африканских, американских и индоевропейских языков, б) индоевропейские языки находились под длительным влиянием кавказских, "напр., греческий еще оставался в сфере грузинского до первых веков нашей эры".

Естественно ожидать, что советские ученые будут питать неизмеримо больше интереса к названным, ставшим столь актуальными вопросам взаимоотношения народов Кавказа, их языков, их культур с населением, языками и культурой древнего


1 Доклад на торжественном заседании Московского Совета 6 ноября 1939 г.

стр. 141

Востока. Естественно, что советская наука должна возглавить это большое научно-общественное движение. С другой стороны, очевидно и то, что лишь наша, самая передовая и революционная, самая объективная советская историография призвана решить проблему древнего Востока-колыбели мировой культуры и цивилизации. Эта проблема не может не интересовать науку социалистического общества, единственного законного наследника и проводника общечеловеческой культуры. Советская наука, ставящая себе задачей "точное знание культуры, созданной всем развитием человечества", следует методологии, гениально сформулированной В. И. Лениным: "Самое надежное в вопросе общественной науки и необходимое для того, чтобы действительно приобрести навык подходить правильно к этому вопросу и не дать затеряться в массе мелочей или громадном разнообразии борющихся мнений, самое важное, чтобы подойти к этому вопросу с точки зрения научной, это не забывать основной исторической связи, смотреть на каждый вопрос с точки зрения того, как известное явление в истории возникло, какие главные этапы в своем развитии это явление проходило, и с точки зрения этого его развития смотреть, чем данная вещь стала теперь"1 .

Однако составители учебника просто игнорировали эти важные вопросы современного востоковедения. В учебнике нашла бледное отражение лишь история Урарту, но ее трактовка получилась весьма своеобразной. Неизвестно даже, почему этот очерк вообще вошел в учебник и почему он помещен во II главе - "Закавказье и Средняя Азия до начала нашей эры". К Средней Азии Урарту, очевидно, нельзя отнести, но нельзя его отнести и к Закавказью, если примем определение территории Урарту, данное в учебнике "Страна, лежавшая к северу и востоку от Ванского озера, называлась Урарту. В начале первого тысячелетия до н. э. название Урарту распространилось и на древнюю область Наири". I, 22 - 23). С другой стороны, об этнических, лингвистических и культурных связях Урарту с народами Кавказа составители учебника не обмолвились ни единым словом, тогда как эти связи в настоящее время общепризнаны ориенталистами, в том числе и крайними индоевропеистами. Больше того: утверждая, что в разыскании урартских "надписей и их расшифровке крупная заслуга принадлежит русским и советским ученым (акад. Никольский, акад. Марр, акад. Мещанинов и др.)" (I, 24), составители хранят полное молчание о том, что же говорят эти ученые о самом урартском языке, о происхождении народа Урарту и об его отношениях к народам Кавказа.

Что касается фактического содержания, очерк Урарту беден и неточен. Неправильно утверждение, что "материальная культура Урарту сложилась под перекрещивающимся влиянием хеттской и ассиро-вавилонской" (I, 24). Культура Урарту представляла собой не гибрид, а закономерное органическое развитие сумеро-хеттско-хуритской культуры. Известно, что в некоторых областях материальной культуры, так например в области обработки "железа, урартийцы имеют огромные заслуги перед человечеством, так как самостоятельно двигали вперед металлургию. Вместо того чтобы передать эту картину высокого развития урартского хозяйства и культуры хотя бы по ассирийским надписям, которые цитированы в тексте, автор раздела дает из этих источников совершенно незначительные сообщения военного характера.

Почти не нашло отражения в учебнике также доисторическое состояние населения Кавказа. Ничего не сказано о таких замечательных культурах, как так называемая Кобанская культура, культура Мцхета-Самтавро и многие другие.

Составители учебника уделили мало внимания и более близким к нам периодам истории кавказских народов, достаточно хорошо освещенным литературными сообщениями, тогда как в других разделах учебника дано очень много ненужных и даже пустых мелочей. Мы уж не говорим о том, что составители учебника не учли в должной мере (это относится главным образом к I тому) замечаний товарищей. Сталина, Жданова и Кирова по поводу конспекта учебника по истории СССР о необходимости составления подлинной истории СССР, а не русской истории в той или иной форме. Что наше замечание не голословно, можно видеть хотя бы по одному следующему факту: история армянского народа за 25 веков занимает в учебнике меньше места чем историографическое введение к прекрасно написанному очерку истории Киевской Руси до середины XI века. Но нельзя не обратить особого внимания на то обстоятельство, что составители проявили больше интереса к кочевникам-степнякам (хазарам, гуннам, печенегам...) чем к некоторым живым народам Союза. Так, черкесы, ингуше-чеченцы, дагестанские народы, создавшие в настоящее время свои автономные социалистические республики, даже не упомянуты в этом томе.

Сведения о степняках в книге, безусловно, необходимы; нельзя также, конечно, иметь что-нибудь против того, чтобы гуннские или хазарские древности обратить в исключительный предмет своих научных занятий или даже питать к ним личные симпатии. Но чем объяснить то, что этим степнякам-номадам, давным-давно исчезнувшим с исторической арены, в учебнике "Истории СССР" отводится столько места впротивовес многим живым, современным членам великой советской семьи народов?

Может быть, хазары (если взять последних для образца) привлекли внимание составителей учебника своими культурными достижениями или хозяйственно-политиче-


1 Ленин, Соч. Т. XXIV, стр. 364.

стр. 142

ским строем, находившимся на высокой ступени развития? Но этим вопросам составители учебника сообщают читателю следующие полезные сведения о земледелии хазар: "В X веке среди хазар распространилось земледелие (первоначально кочевого типа). В связи с этим хазары стали переходить к полуоседлому образу жизни" (I, 59) (но нужно знать, что в X веке и кончается история хазар!); о культуре Хазарии авторы пишут: "Хазария не выработала оригинальной материальной культуры... чего-нибудь, свойственного одним хазарам, до сего времени не найдено" (I, 61).

Может быть, избыток сообщений о хазарах в учебнике объясняется избытком соответствующих сведений у составителей учебника? Увы, приходится" с сожалением констатировать, что это не так. Неточно, а в определенной части ошибочно утверждение авторов о границах территории хазарского царства: "Хазарское царство, т. е. территория, которая признавала власть хазар и с которой они собирали дань, в VIII-IX вв. охватывало северный Азербайджан, аланское население Северного Кавказа, доходило до берегов Азовского моря и до Крыма" (I, 59). А восточный сектор Северного Кавказа и Нижнее Поволжье, где находились хазарские главные города? С другой стороны, хорошо известно, что территория "северного Азербайджана", т. е. современного, советского Азербайджана, в VIII-IX вв. входила в пределы арабского халифата, а не хазарского царства. В этот период хазары появлялись в Азербайджане лишь набегами. Противоречат сами себе авторы по данному вопросу и в других местах книги: "К концу VII веха арабы вытеснили византийцев из Албании, Восточной Грузия и Армении и отбросили хазар за Кавказский хребет. Эти земли вошли в состав одного наместничества" (I, 69). В другом месте авторы пишут еще более категорически об Азербайджане, древней Албании, "которая со времени арабских завоеваний VII в. не выходила из подчинения мусульманским государствам" (I, 154).

Лишены значения и неточны и многие другие, обильные высказываниями сообщения о хазарах в учебнике. Занимаясь подробно такими вопросами, как обращение господствующих слоев хазар в иудейство, и констатируя, что обстоятельства, при которых это произошло, "не поддаются точному объяснению" (I, 61), составители "я слова не говорят о том, что представляет собой наиболее интересный вопрос в общей хазарской проблеме, - о местном элементе в хазарском царстве (в частности о роли северокавказских горских народов).

Такую же картину мы видим и в параграфе, посвященном печенегам. Противоречиво и неточно указана и территория печенегов, о которых составители пишут, забывая общеизвестные исторические факты: печенеги "в IX-X вв., по свидетельству Константина Багрянородного, кочевали между Волгой и Яиком (Уралом), по соседству с хазарами" (I, 62). Удивительно, что далее, через одну фразу, дается противоположное утверждение: "в начале X в. печенеги кочевали уже между Доном и Дунаем" (там же). Третий же вариант исторической истины дается уже на карте (NN 2, 3), где печенеги восточнее Волги отмечены "до 2-й пол. IX в.".

О волжско-камских болгарах, у которых, по учебнику, "остатки кочевого быта сохранились еще в X в." (I, 63) и "в X в. в Болгарии были налицо все предпосылки развивающегося феодального строя" (I, 65), автор раздела считает необходимым сообщить такие важные детали: "Дань царю вводе бычачьей шкуры ясно говорят о богатстве болгар рогатым скотом. Они ели конину, оставались привычными наездниками, на войну выступали на конях, а с каждого, кто женится, царь брал по верховой лошади" (I, 63 - 64). "Чтобы принять посольство халифа, царь дожидается, пока съедутся другие цари, живущие в своих владениях" (I, 65).

Источникам истории хазар, болгар, монголов посвящены особые разделы, хотя, по заявлению самих составителей, "об истории камских болгар имеется еще меньше сведений, чем об истории хазар" (I, 63), "источники, служащие для изучения истории хазар, очень отрывочны и далеко не достаточны" (I, 59), "своей письменности камские болгары (так же как и хазары. - С. Д. ) не оставили" (I, 63) и т. д. А источникам по истории народов Кавказа посвящено лишь несколько разрозненных и ошибочных строк в разных местах книги несмотря на глубокую насыщенность исторического процесса на Кавказе, сравнительное обилие источников и богатейшую, древнейшую в Союзе местную, национальную историографию.

Здесь проявилось общее отношение учебника к интересующему нас предмету.

По истории тех народов Кавказа, которые попали в учебник, опущены огромные периоды, события и факты, имеющие первостепенное научное и, можно сказать смело, всемирноисторическое значение. Начнем с древнего периода. Здесь опущены глубоко интересные страбоновские описания культуры народов Закавказья к началу нашей эры, хотя составители располагали соответствующими материалами1 . Опущены самые существенные части из описания


1 В предисловии к данному тому сказано: "При составлении учебника были использованы материалы многотомной истории СССР, подготовляемой к печати Институтом истории Академии наук..." (I, 4). Авторы статей по Кавказу для названной "Многотомной истории СССР", использованных в учебнике в искаженном виде, могут быть лишь благодарны за такое глухое упоминание, освобождающее их от ответственности. Но остается все-таки сомнение: может ли найти себе место в рамках существующих литературно-этических отношений данный факт использования в учебнике еще не опубликованного научно-

стр. 143

культурного состояния Грузии данной эпохи, ясно свидетельствующие о замечательно высокой ступени развития. Между тем составителям учебника должно было быть известно, что крупнейшие русские ученые, лучшие знатоки классического предания о юге России и о Кавказе, считают страбоновское описание Грузии, в частности социального строя Иберии, "жемчужиной" этого рода литературы.

Армянской культуре эпохи раннего феодализма посвящена глава в 1/3 страницы, и в ней дан ряд неверных утверждений. Так, в ней сказано, будто монах Маштоц изобрел в V веке армянскую письменность (1,54), между тем древнеармянские источники говорят не об изобретении, а о пополнении ранее существовавшего армянского алфавита (по сообщению одних, Маштоц ввел 7 новых букв, по сообщению других, - 14). Но как примирить с этим утверждение учебника (I, 16), что армянские летописи появились в III веке? Еще более поражает утверждение, что М. Хоренский был писателем "конца VI или начала VII в." (I. 54). Сам Хоренский выдает себя за лицо V в.; однако научная критика, представленная такими крупными учеными, как проф. Халатьягнц, Акинян, Маркварт, акад. Марр и виднейший современный специалист армянской истории акад. Я. А. Манандян, доказала, что Хоренский жил не раньше IX века. Половинчатая, ни на чем не основанная формулировка учебника тянет нас от строго научных позиций назад, к церковно-клерикальной схоластике. В этом же разделе характеристика самобытного армянского зодчества сведена к голой регистрации внешних влияний (I, 54) и т. д. Вообще картина зарождения и развития армянской культуры, данная в учебнике, выглядит совсем не убедительно (национальная культура, в частности письменность, возникает и расцветает в эпоху полной потери Арменией политической самостоятельности и исключительно "тяжелого положения страны под гнетом завоевателей") (I, 54).

Еще хуже обстоит дело с освещением истории Грузии. Излагая непосредственно за историей Армении историю Грузии за четыре столетия (III-VI вв.) на 1 1/2 страницах (а период очень важный в истории Грузии), составители не обмолвились ни единым словом о культуре грузинского народа в эту эпоху. Читатель получает ложное представление, будто в рассматриваемый период у грузинского народа не было собственной письменности, тогда как уже существовала значительная литература (достаточно было бы указать хотя бы на тот факт, что уже с V в. мы имеем датированные грузинские надписи, являющиеся древнейшими из надписей на национальных языках народов Союза). Не затронут вопрос о происхождении грузинского письма, древнейшего среди национальных алфавитов Союза. Ничего не говорится об искусстве и архитектуре, тогда как эти области творчества были высокоразвиты у грузин в данную эпоху и они представлены блестящими памятниками, сохранившимися до наших дней. Замолчаны замечательные сообщения римско-византийских писателей, свидетельствующие, что Грузия данного периода шла в ногу с современными ей передовыми странами. Здесь проявилась тенденция учебника столь же печальная, сколь и очевидная: в статье по истории Грузии, использованной для учебника, имелся специальный раздел о культуре Грузии в V - VI вв., но он составителями учебника опущен. Спрашивается: по каким соображениям?

Совсем не упоминается культура древней Албании (современный Азербайджан), а между тем Албания имела свою собственную письменность; следовало указать хотя бы на весьма значительный факт открытия советскими учеными древнеалбанского алфавита. Все эти вопросы прошли мимо внимания и интереса составителей учебника. Вообще нужно заметить, что значительная часть высказываний по истории народов Кавказа носит случайный характер, составлена небрежно, без взаимной связи и неверна фактически. Встречаются никому не нужные повторения (ср. I, 70 - 71 с I, 154 - 155). Повидимому, не только составители разных разделов книги не читали друг друга, но и редакция не дала себе труда сличить между собой статьи отдельных авторов.

Неудовлетворительно изложена история Закавказья за XI-XIII зека. Нет ни слова о замечательных социально-политических движениях в Грузии XI-XIII вв., свидетельствующих об очень высокой ступени развития грузинского феодального общества данной эпохи. Ничего не сказано, например, о глубоко интересной борьбе, которая протекала в Грузии в XII в. и имела целью создание феодального парламента. Неверно, будто в царствование Тамары "был учрежден государственный совет "дарбази" (I, 159). На самом деле дарбази существовал много раньше Тамары. Неверен не только фактически, но и в принципиальном смысле тезис об "армяно-грузинском зодчестве" (I, 160). Армянское и грузинское зодчество представляло собой в действительности отрасли двух самобытных народных, национальных культур, находившихся в длительном взаимодействии, но не терявших по этой причине своей самостоятельности. Неверно (не говоря уже о странности формулировки), будто расцвет армянской и грузинской архитектуры был "вызван" (!) "постройкой храмов и дворцов в Ани (IX-X вв.) и затем в объединившейся Грузии (X - XII вв.)". О культуре армянского народа в XI-XII и в последующие века больше нет ничего во всей книге. Несколько же фраз о грузинской культуре в XI-XII вв. (I, 160) носят случайный характер. Неверно, будто "административно-правительственный аппарат (грузинской феодальной мо-


исследовательского материала, предназначенного для совершенно другого издания, при условии отсутствия на такую операцию какого бы то ни было разрешения со стороны авторов?

стр. 144

нархии) не отличался сложностью... Центральный аппарат правительства был очень ограничен" (I, 157). Административный аппарат грузинской феодальной монархии именно отличался большой сложностью и в этом отношении занимал одно из первых мест на Востоке.

Еще более странное впечатление производят последующие главы I тома, где появляются народы Кавказа. В § 2, гл. III, разд. Б, "Завоевание Средней Азии, Закавказья и Восточной Европы монголами" (I, 169 - 172), нет ни слова о завоевании Закавказья; об этом говорится в § 5 той же главы, который неверно излагает события и содержит удивительные басни (вроде того, что царица Грузии Русудан от монголов "бежала в горы" и что она "отравилась, чтобы не ехать по властному зову Батыя в его ставку") (I, 178 - 179). Эти басни извлечены составителями учебника из сомнительных, совершенно ими не проверенных источников, тогда как они имели возможность воспользоваться материалами специалистов, длительно изучавших эпоху. Однако составители данного раздела пренебрегли как специалистами, так и исторической критикой.

Начиная с XIV в. история кавказских народов почти отсутствует. История армянского народа за пять столетий удостоилась лишь одной фразы: "Под властью Персии оставался в течение всего XVIII в. и национально-культурный очаг армянского народа - Эчмиадзин" (I, 720). История Грузии за эти века появляется лишь мельком, в связи с внешней политикой Московского государства, и излагается с точки зрения последней. Исчерпав уже на стр. 512 весь вопрос о присоединении Грузии к России в одной фразе ("на исходе XVIII в. состоялось и присоединение к России Грузии"), авторы в последующих главах опять возвращаются (конечно, вскользь) и к данному вопросу и вообще к положению Грузии в XVIII в., пытаясь дать и соответствующее объяснение. Это объяснение никак нельзя признать марксистским.

Превратно изложена история взаимоотношений Петра I и Вахтанга VI, картлийского царя. Не Вахтанг обратился к Петру, а Петр втянул Вахтанга в свой персидский поход (I, 621). Неверно утверждение, что "помощью Грузии и Армении русским войскам не удалось воспользоваться" (I, 622). На самом деле Петр безжалостно бросил своих кавказских союзников на произвол судьбы. На той же странице приведена цитата, где Маркс называет персидский поход Петра "вероломным вторжением в Персию" и говорит о "системе местных захватов" Петра; но составители не замечают противоречий между высказываниями классиков марксизма и своими собственными. Это противоречие еще более разительно в освещении политики русского царизма на Кавказе во второй половине XVIII века. Учебник утверждает, что в 1769 - 1770 гг. русский вспомогательный отряд Тотлебена "большой помощи грузинам не оказал" (I, 720)! Действия этого авантюриста и его вдохновителей представляли собой провокацию и способствовали ухудшению внешнеполитического положения Грузии. Там же читаем: "Россия ничего не успела сделать для защиты своего соседа (т. е. Грузии. - С. Д .) от нашествия персидского шаха Мухаммед-Ага". Автор не сомневается в искреннем желании царизма оказать помощь народам Кавказа, а факты говорят обратное Сущность позиции царизма в данной ситуации метко выражена в цитате из Энгельса, которая приведена на следующей же странице учебника: "К югу от Кавказского хребта под турецким владычеством находились также мелкие христианские государства и исповедующие христианство армяне, и здесь царизм мог принять позу "освободителя" (I, 721)! Не вспомнили здесь составители учебника и указания о том, что в учебнике "Истории СССР" должна быть "подчеркнута контрреволюционная роль русского царизма во внешней политике со времен Екатерины II до 50-х годов XIX столетия и дальше ("царизм, как международный жандарм"); указание это дано, как известно, в замечаниях товарищей Сталина, Жданова и Кирова по поводу конспекта учебника по истории СССР.

Наряду с неприемлемым подходом к истории народов Кавказа учебник кишит фактическими ошибками даже в тех крохотных разделах, которые составители нашли возможным выделить для Кавказа. Вот некоторые из этих ошибок.

Среди "грузинских племен" названы "сваны, мегрелы (мингрельцы), карты, или картвелы, иберы и другие" (I, 26). На самом же деле известно, что "иберами" другие народы называли то "племя" (вернее было бы сказать - народ), которое само себя называло "картвелами"; следовательно, иберы и картвелы - одно и то же племя, или, вернее сказать, - один и тот же народ. Далее читаем: "Возникновение Западной Грузии - Иберии - по грузинским преданиям относится к IV в. до н. э." (I, 26). Оставляя в стороне стиль фразы ("возникновение Западной Грузии..."), нужно заметить, что Иберией называлась Восточная Грузия.

Раздел "Армения под властью Ахеменидов", также раздел "Армения" и вообще последующие разделы об Армении содержат фактически неверные утверждения и исторические анахронизмы. Неточно, например, утверждение, что, "после того как Митридат VI был разбит, Тигран TI... сам явился в лагерь" (к Помпею) (I, 33). Этому акту Тиграна предшествовал поход Помпея в Армению. Здесь, между прочим, говорится об успехах Помпея "в Малой и Передней Азии", как будто Малая Азия не относится к Передней. То же самое мы находим на стр. 50: "Владение Арменией имело большое значение для господства во всей Передней Азии, а также для распространения его в области Малой Азии" (см. также стр. 24). Утверждается, что Артаксий принял имя Арташеса (I. 31); на самом деле это - одно имя, в греческом и армянском произношении. Цари Иберии и Албании снижены в ранге и называ-

стр. 145

ются "князьями" (I, 33). В разделе "Племена восточного Приазовья и Прикубанья" сказано: "Южнее, по Кавказскому побережью, начинались места жительства абазгов, т. е. абхазцев" (I, 38); тут опущены многочисленные другие племена, которые жили и севернее абазгов и упоминаются в источниках данной эпохи (до II в. н. э.) чаще абазгов (гениохи, зикхи, керкеты и др.). Неверно, что "к IV в. (до н. э. - С Д.) племя аланов приобретает главенство над другими и своим названием покрывает все остальные племена" (I, 39); это происходит многими веками позже. Странно, что ничего не сказано об отношении аланов к северокавказским племенам, в частности к осетинам (ср. I, 58). Неверно утверждение, будто "наследственная царская власть в Армении установилась только с воцарением в 287 г. (имеется в виду наша эра. - С. Д .) Тиридата IV..." (I, 51), такую власть мы видим в Армении много раньше; а воцарение Тиридата, если последнего и признать за историческое лицо, никак не могло предшествовать низибинскому договору (297 г.). Ни на чем не основана внешне завидная точность таких хронологических утверждений: "В IV в. н. э. (а почему не во II или в III в.? - С. Д. ) в Армении стали устанавливаться новые производственные отношения" (I, 51), "Около 303 г. принял христианство Тиридат IV" (I. 52). Неточно, будто глава армянской церкви носил "название "католикос" (I, 52); общеизвестно, что "католикос" - это титул. Неверно передано и истолковано коварное предложение императора Маврикия персам насчет армян: "...я соберу своих (армян) и пошлю во Фракию, а вы соберете своих (армян) и прикажете увести на восток. Если они там погибнут, то погибнут враги: а если (их) убьют, то убьют наших же врагов и мы будем жить в мире" (I, 54). В последней фразе двоеточие излишне и в скобках вместо слова "их" должно стоять "они"; иначе искажается смысл фразы, который заключается в том, что армяне или сами погибнут или погубят врагов римлян и персов. Что значит: "В Западной Грузии (Колхиде) среди грузинского племени самым сильным было племя лазов (мегрелов)" (I, 54)? Неверно, будто Баграт IV согласился на уплату дани сельджукам (I, 155). Это случилось при Георгии II. Число поселенных в Грузии половцев, "по грузинским источникам", нужно определить не в 40 тыс., (I, 156), а примерно в 200 тыс. человек.

Неточно, будто "название Азербайджан произошло от арабской транскрипции (Адарбайган) названия области Атропатены, которой первоначально являлась долина р. Аракса" (I, 160). В основе арабской формы (а не названия!) лежит форма "Атропатакан", "Адарбадаган" (а не Атропатена!); форма "Адарбадаган" засвидетельствована древнегрузинскими источниками и находится ближе всего к исходной (Адарбайган) для арабской формы; новая форма возникла не от арабской транскрипции, а от произношения, согласно фонетическим ресурсам и законам арабского языка; "Адарбайган" не может представлять собой арабскую транскрипцию уже потому, что буквы "г" нет в арабском алфавите. Неверно также, что "Атропатеной" "первоначально являлась долина реки Аракса". Хорошо известно, что древний Азербайджан с центрами в Ганзаке, Ардебиле и Тавризе лежал к югу от Аракса. В этом разделе ("Азербайджан в XI - начале ХШ века") очень много и других ошибок (напр. - неправильно, будто большинство албанцев слилось с завоевателями, а меньшинство - с армянами; осталась группа, сохранившая свою народность до сегодняшнего дня. Новоазербайджанский язык (некоторые) называют не "азерк", а "азеря"; другие "азери" считают одним из древнейших иранских наречий и т. п.). Неверно, что, "по постановлению великого хана", Давид Георгиевич и Давид Русуданович "должны были разделить между собою грузинские земли" (I, 179). Напротив, монголы утвердили обоих царевичей на грузинском престоле, признав лишь старшинство за Давидом Георгиевичем, и оба Давида совместно управляли государством более 10 лет. Нужно писать не "дадошнские князья" (I, 509), а "князья Дадиани". Курьезно: "Правитель Гурнельской земли Вамыка" (I, 509); во-первых, никакого Вамыки и не было, а во-вторых, нужно писать "Гурийская земля", "Гурия". Эти сведения наспех извлечены из древнерусских источников; но критика источников, которая вообще полезна в исторической науке, особенно необходима для составителей учебников. Нехорошо, когда учебник, повторяя через сто лет пресловутого барона Брамбеуса (Сенковского) и ему подобных злопыхателей, утверждает, будто по почину Вахтанга VI (начало XVIII в.) "был составлен общий свод всех грузинских летописей" (I, 719). Давно уже выяснено, что этот "свод" - знаменитый сборник древнегрузинских исторических сочинений "Картлис цхозоеба", для самого краткого описания которого, кстати сказать, в учебнике не нашлось места, - был составлен несколькими столетиями раньше Вахтанга, что имеются списки "Картлис цховреба": один - конца XV в., а другой - начала XVII в., что сохранился его армянский перевод в рукописи XIII века. В учебнике находим также неверное утверждение, будто в церковном отношении в XVII в. Грузия была едина (I, 570); в действительности Западная Грузия была организована в отдельную церковь, с самостоятельным католикосом во главе.

Такие же ошибки мы находим и на исторических картах, приложенных к учебнику. Так, на карте "Северное Причерноморье в V-IV вв. до н. э." указаны и "абазги", первое упоминание которых появляется я источниках лишь пять столетий спустя. На карте "народы и государства на юге нашей страны в древнейшую эпоху (в I тысячелетии до н. э. и I столетии н. э.)" из всех народов северовосточного Причерноморья и Северного Кавказа указаны лишь "абазги"; нет ни апсидов, ни санигов, ни зикхов, гениохов, керкетов и многих других, в которых законно видеть предков сое-

стр. 146

ременных северокавказских народов. На этой же карте совершению превратно указана южная политическая граница грузинских государств для II в. до и. э. (см. экспликацию). Эта граница проведена примерно через устье реки Чорохи и истоки Куры, что разительным образом противоречит указаниям источников. Относительно Иберии (Восточной Грузии) греческий писатель как раз II в. до н. э. Аполлодор сообщает, что границей между Иберией и Арменией служила река Араке; а относительно Колхиды Страбон (I в.) многократно и категорически указывает, что Колхида доходила до самого Трапезунда (в предыдущие столетия Колхида простиралась и много дальше, к югозападу). Более удовлетворительны исторические карты для эпохи феодализма.

Странное впечатление производит также библиография литературы по истории народов Кавказа: здесь мы не находим ни одной работы, относящейся к предмету и вышедшей на русском языке, - академиков Марра, Джавахишвили, Манандяна, проф. Халатьянца и многих других.

Нельзя не отметить, что сплошь и рядом в учебнике искажены собственные имена и термины, спутаны даты. Так, составители пишут "Пициунт" (I, 26, 40) вместо "Питиунт"; "Папа" (имя армянского царя) (I, 52), вместо "Пап"; "Булхан" (I, 61) вместо "Булчан" или "Блучан"; "Начхван" (I, 71) вместо "Нахчаван"; "Ванаиское царство" (I, 153) вместо "Ванандское"; "Чарох" (I, 154) вместо "Чорохи" или "Чорох"; "Охлат" в рассказе о походах полководцев Тамары (I, 158), - повидимому, "Хлат" или "Ахлат", а что такое стоящее рядом "Хаджан", мы так и не поняли. Монгольская дань в Закавказье указана как "мал" и "тачар" (I, 179): неизвестно, что нужно подразумевать под последним: "капчер" или более поздний "гагар"? Георгий I умер не в 1022 г. (I, 155), а в 1027 г.; годы царствования Русудан не 1223 - 1247 (I, 178), а 1222 - 1245; разделение Грузии произошло не в 1250 г. (I, 179), а в 1259 - 1260 гг.; монгольская перепись была произведена не в 1256 г. (I, 179), а двумя годами раньше; "страшный разгром Кахетии и вывод значительного числа (ее) жителей в Иран" имел место не в 1614 г, (I, 572), а в 1616 г., во время второго нашествия шаха Аббаса, и т. д. и т. п.

Ошибочны зачастую также даты и из всемирной истории, встречающиеся в обсуждаемых здесь разделах учебника. Так например совершенно неверно, будто арабы сокрушили в 630-х годах Персидское царство (I, 62), и т. п.

Укажем, наконец, на своеобразное географическое представление о Грузии, по которому Кахетия и Имсретия являются "северными областями" Грузии, а Сванетия - "западной" (I, 570).

Можем ли мы после всего этого сказать, что выполнено указание товарищей Сталина, Жданова и Кирова и создан учебник, где "взвешено каждое слово я каждое определение"?

II том учебника заметно и выгодно отличается от I. Составители и редакция этого тома постарались осветить вопросы истории народов Кавказа с более объективной точки зрения и более полно. Достаточно для этого сравнить трактовку вопроса о "наименьшем зле", а также изложение культурной истории в обоих томах. Библиография литературы во II томе тоже составлена более тщательно.

Однако и в этом томе, в разделах, посвященных истории народов Кавказа, мы встречаемся с неправильными и противоречивыми утверждениями, с крупными фактическими ошибками, со следами досадной неряшливости. Отметим лишь некоторые из этих ошибок.

Неправильно изображен в учебнике уровень развития феодальных отношений на Северном Кавказе. Нет никакого основания представлять дело таким образом, будто феодализм в Дагестане имел более развитой вид чем у черкесов (II, 43, 47, 49). Наиболее развитой феодализм на Северном Кавказе мы находим, конечно, в Кабарде. Ни на чем не основано и неверно утверждение, будто "в XVIII в. черкесы переживали стадию разложения патриархально-родовых отношений и замены их феодальными отношениями" (II, 43). Через несколько страниц имеется иное высказывание: "С XVI - XVII вв. в Черкесии началось разложение патриархально-родовых отношений я развитие феодальных" (II, 50). На самом деле это можно было бы сказать лишь по отношению к абадзехам и шапсугам, а у бжедугов, кемиргоевцев, беслинейцев и других черкесских племен феодальные отношения вполне сложились задолго до XIX века. Курьезным преувеличением является утверждение, будто "на крепостных крестьянах Грузии лежало до 120 различного рода повинностей в пользу феодала" (II, 44). Эта цифра получилась, повидимому, в результате механического сведения воедино всех видов феодальных повинностей, лежавших на различных группах крестьян и в разных районах страны. Крестьяне "моджалабе" встречались не по всей Грузии (II, 44), а лишь в западной ее части. Удивительно, откуда взяли составите ли, что в Гурии крепостной гнет был тяжелее чем во всех остальных районах Грузии; данная тут статистика: "63,3% всех гурийских крестьян были крепостными, в то время как в Тифлисской губернии их было лишь 22%" - ни на чем не основана (II, 286), Совершенно неверно также, будто "Гурия дольше других районов Грузия сохраняла некоторую административную самостоятельность..." (там же).

На стр. 45 читаем: "Суд над крестьянами совершал помещик; в суде сохранялся ряд пережитков родового строя. Царизм после 1801 г. стремился ограничить судебные права помещиков" (II, 45); совершенно неправильное само по себе, это утверждение странным образом противоречит сообщению нашего же учебника, что в присоединенной к царской России Грузии "особенно тяжелым было положение крестьянства, угнетение которого не только не уменьшилось

стр. 147

после 1801 г., но усилилось... В 1807 г. было издано распоряжение, чтобы все гражданские дела между крепостными разбирались помещиком; жалобы крестьян на помещиков не принимались судами" (II, 55).

Ошибочная и противоречивая характеристика колониальной политики царизма встречается и в других местах книга. Так, на стр. 638 (II т.) читаем: "По окончании завоевания Кавказа началось его экономическое освоение. В этих целях царское правительство провело на Кавказе ряд буржуазных реформ и вместе с тем приняло меры по колонизации Кавказа и по привлечению капиталов для постройки дорог, фабрик, заводов, для разработки недр и для расширения торговли" (разрядка моя. - С. Д.). Портрет царизма, отечески пекущегося об индустриализации страны, тут написан смелыми и сочными мазками: заботы о постройке дорог, фабрик, заводов, о разработке недр - чего же больше? Однако что фактически получилось в результате хозяйничанья царизма, об этом говорит товарищ Сталин в цитате, которая приведена в учебнике: "...характерной чертой Закавказья является его экономическая отсталость. Если не считать Баку, этот промышленный оазис края, движимый главным образом заграничным капиталом, то Закавказье представляет аграрную страну с более или менее развитой торговой жизнью по краям, у берегов морей и с крепкими еще остатками чисто крепостнического уклада в центре" (II, 644). Куда же, спрашивается, девались результаты буржуазных реформ, которые царизм якобы проводил уже с 60-х годов XIX в., или фабрики, заводы, разработанные недра, обязанные своим существованием якобы инициативе того же самого царизма? Удивительно, что авторы и редакция не заметили вопиющего противоречия между этим, самым глубоким имеющимся в научной литературе, сталинским обобщением и своим, совершению ложным высказыванием. Кроме того подлинная сущность колониальной политики царизма на Кавказе с полной ясностью раскрыта и в других глубоких и метких характеристиках, которые дает товарищ Сталин и которые частично так же цитированы в учебнике (II, 640 - 641).

Нужно помнить указание товарищей Сталина, Жданова и Кирова, что в учебнике "Истории СССР" должна быть "подчеркнута аннексионистско-колонизаторская роль русского царизма, вкупе с русской буржуазией и помещиками ("царизм - тюрьма народов")". А из такой роли никак нельзя будет вывести "буржуазного реформаторства" и "мероприятий" по развитию промышленности в аннексированных царизмом странах.

Считаем необходимым коснуться тут еще одного вопроса. На стр. 45 тома II читаем следующее категорическое высказывание: "Грузины первой половины XIX в. еще не были нацией". Считаем, что это высказывание представляет собой вульгаризацию глубокого положения товарища Сталина.

Правда, тут же составители учебника приводят цитату, а внимательный, серьезный читатель, имеет возможность видеть всю принципиальную разницу между формулировкой товарища Сталина и формулировкой учебника. "Грузины дореформенных времен, - пишет товарищ Сталин, - жили на общей территории и говорили на одном языке, тем не менее они не составляли, строго говоря, одной нации" (разрядка моя. - С. Д .). В словах "строго говоря" дан хотя и тонкий, но очень важный логический акцент, который остался совершенно не замеченным для составителей учебника. Столь же важные логические нюансы явно даны в таких формулировках товарища Сталина, как: "Грузины... не составляли, строго говоря, одной нации" и "Грузия, как нация, появилась лишь во второй половине XIX в.". То есть товарищ Сталин говорит о том, что Грузия как нация окончательно складывается лишь с падением крепостничества. От такой формулировки до примитивной, поверхностной формулировки учебника: "Грузины первой половины XIX в. еще не были нацией" - дистанция огромного размера.

Но это еще не все. Цитата, приведенная в учебнике, в действительности у товарища Сталина начинается словами: "Взять хотя бы грузин", а заканчивается следующими положениями: "То же самое нужно сказать о других нациях, прошедших стадию феодализма и развивших у себя капитализм. Итак, общность экономической жизни, экономическая связность, как одна из характерных особенностей нации" (подчеркнуто товарищем Сталиным. - С. Д. ).

Таким образом, очевидно, что товарищ Сталин, разрабатывая свою глубокую теорию о нации, называет в данном месте грузин и Грузию лишь в качестве примера. "Только наличность всех признаков, взятых вместе, дает нам нацию", - говорит товарищ Сталин. До приведенной цитаты о Грузии товарищ Сталин рассматривает два таких необходимых признака нации: общность языка и общность территории, - но вместе с тем указывает, что этих признаков недостаточно, что необходима еще общность экономической жизни. Здесь товарищ Сталин и называет в качестве примера Грузию; мысль товарища Сталина совершенно ясна: "Грузины дореформенных времен жили на общей территории и говорили на одном языке", и в такой мере они уже составляли нацию, но, "строго говоря", вполне сложиться в "одну нацию" грузины еще не успели к этому времени потому, что, "разбитые на целый ряд оторванных друг от друга княжеств, не могли жить общей экономической жизнью". Этот процесс, начавшийся много раньше, завершается в пореформенную эпоху.

Что же общего между тонким диалектическим мышлением товарища Сталина и грубо обрубленной формулировкой учебника? Формулировка учебника, в полную противоположность мысли товарища Сталина, создает неправильное впечатление, как будто указанный процесс коснулся только

стр. 148

Грузии, тогда как "то же самое нужно сказать о других нациях, прошедших стадию феодализма и развивших у себя капитализм", в частности о других нациях Союза. В качестве образца неряшливости и небрежности укажем, что под заголовком "Восстания в Закатальском округе, Чечне и Дагестане" рассказывается также о восстаниях в Сванетии, Мегрелки, Абхазии, Кахетии, Гурии, Ад жаре, в ряде районов Азербайджана, в Армении (II, 643). Спрашивается, куда нужно отнести эти страны и области Закавказья: к Закатальскому округу, к Чечне или Дагестану?

Подытоживая наши замечания, едва ли покажется преувеличением, если мы выскажем сомнение в целесообразности изучения истории народов Кавказа по подобному материалу. Соответствующие разделы должны быть коренным образом переработаны.

Проф. С. Джанашиа

ОТВЕТЫ ПРОФЕССОРУ С. Н. ДЖАНАШИА

I

Очередной задачей работников исторического фронта является, как правильно отмечает в своем письме тов. Джанашиа, создание такой истории СССР, в которой история русского народа органически связывалась бы, как это и было в действительности, с историей других народов, вошедших позже в наш великий Советский Союз.

Одной из положительных сторон I тома учебника по истории СССР рецензия, помещенная в "Правде" от 12 февраля 1940 г., считает именно "освещение истории народов нашей страны, до сих пор никогда не вводившейся в университетский курс". "Перед нами, - сказано в рецензии "Правды", - не учебник "русской истории", а учебник, в котором субъектом истории являются и другие народы нашей страны, освобожденные Великой Октябрьской революцией". В этом рецензия "Правды" видит "большую заслугу авторов учебника".

Разумеется, это был лишь первый опыт в этом направлении. Авторам учебника пришлось поднять в очень короткое время (несколько месяцев) огромный материал, в значительной степени еще далеко не законченный обработкой в научной литературе. Естественно, что в учебнике имеется ряд более или менее существенных пробелов. История одних народов дана недостаточно полно, других, - наоборот, изложена слишком подробно; некоторые народы совершенно опущены. Есть неточности и фактические и в транскрипции имен. Поэтому чрезвычайно ценны всякие, даже мелкие замечания специалистов по истории отдельных народов, вносящие точность в изложение исторических фактов и в их освещение. С этой точки зрения редакция I тома учебника "Истории СССР" и рассматривает письмо тов. Джанашиа.

Мы не можем не выразить большого удовлетворения по поводу того, что в отношении I тома замечаний принципиального характера у автора письма немного. К числу замечаний принципиальных следует отнести в первую очередь его указание, что недостаточно освещены вопросы, "взаимоотношения народов Кавказа, их языков, их культур с населением, языками и культурой древнего Востока". В связи с этим стоят и разбросанные в письме указания о недостаточном показе культуры Закавказья, в частности Грузии, и в более поздние эпохи. Тут, конечно, никакого принципиального расхождения между авторами учебника и автором письма нет и не может быть.

Вкратце вопросы, поднятые в письме тов. Джанашиа, в учебнике изложены. Так связь закавказских народностей с Передней Азией и условия образования грузинской и армянской народностей указаны на стр. 25. Большое культурное значение Закавказья в жизни соседних стран отмечено (в отношении русских земель) на стр. 136 и 160. Таким образом, дело идет не об игнорировании вопросов, о которых говорит тов. Джанашиа, а о недостаточном их раскрытии. С последним указанием нельзя не согласиться. Вопросы культуры, впервые поставленные, разработаны в учебнике вообще неравномерно и далеко не достаточно в отношении всех народов СССР, не исключая русского, украинского и белорусского. Тут авторы были связаны необходимостью сокращать размеры учебника. Во всяком случае, проследить за возникновением и развитием культуры в Закавказье и его влиянием на культуру соседних народов мы считаем необходимым. Конечно, это можно сделать лишь с учетом возможностей нашего студенчества. С этой точки зрения нельзя, например, развернуть лингвистический анализ языков кавказских народов на основании работ акад. Марра (хотя бы только по важнейшим народам нашего Союза), потому что студентам I курса, на которых рассчитай учебник, было бы трудно охватить такой обширный и сложный материал.

Другой вопрос общего характера связан с русско-грузинскими отношениями в XVIII веке. Очень остро поставлен вопрос о взаимоотношениях Петра I и Вахтанга VI. По утверждению проф. Джанашиа, не Вахтанг VI просил помощи у Петра I, а, наоборот, сам Петр I втянул Вахтанга в войну. Несомненно, Россия через своих агентов вела подготовительную работу в Закавказье. Проф. Джанашиа, зная отлично местный материал, однако маг не знать неизданных архивных материалов (грузинские дела, хранящиеся в ГАФКЭ). Из них явствует, что Вахтанг VI в 1721 г. через астраханского губернатора Волынского обращался к Петру I за военной помощью, а в 1722 г. Вахтанг VI посылал к самому Петру Туркестанова с такой же просьбой. Это был не первый случай, когда Грузия искала поддержки русского народа.

В борьбе с Ираном и Турцией грузинские цари с конца XVI в. стремились добиться содействия Русского государства. В XVII в. царь Теймураз даже ездил с этой целью в Москву и прожил там довольно долго.

стр. 149

Но московское правительство не было в состоянии активно вмешаться в дела Закавказья и ограничивалось дипломатической поддержкой грузин, И Петр I в ответ на просьбы Вахтанга VI попытался через того же Туркестанова в первую очередь использовать грузинского царя как посредника в мирных переговорах с шахским правительством. Поэтому так категорически, как это делает тов. Джанашиа, говорить о втягивании Вахтанга в войну едва ли возможно, не погрешая против исторических фактов.

Более справедливо указание, что недостаточно четко вскрыта сущность политики царизма в Закавказье. Следует, может быть, подчеркнуть то, что Вахтанг VI не получил реальной помощи от России, хотя нам известно, что в начале 1723 г. Петр распорядился двинуть военный отряд на помощь Грузии. Точно так же и для более позднего времени следует показать, что Екатерина II, объявив себя покровительницей Грузии, ничего не предприняла для оказания ей помощи, подчеркнуть авантюристический характер экспедиции Тотлебена и показать на примере Кавказа и Закавказья правильность определения Энгельса, приводимого на стр. 721 учебника.

Тов. Джанашиа указывает, далее, на ряд желательных дополнений к тексту учебника. В частности он отмечает, что в учебнике ничего не сказано о народах Северного Кавказа и что период с XIV по XVI в. в истории Закавказья, представлен слишком слабо, в частности об Армении за этот период почти ничего не сказано. Наряду с указанием на существенные пробелы, которые исправимы, автор вносит и такие предложения, которые вряд ли осуществимы. Например он указывает, что в списке племен опущены гезиоки, зикхи, керкеты и др.

Ограничившись - поскольку дело идет о вопросах принципиального значения - указанными возражениями, тов. Джанашиа обратился к фактическим ошибкам и неточностям. Мы должны быть очень благодарны тов. Джанашиа за то, что он с исключительной внимательностью отнесся к нашему тексту, отметив не только ошибки и' неточности, "о даже издательские опечатки.

Ряд отмеченных тов. Джанашиа недочетов объясняется зависимостью авторов от источников. Специальная литература по истории Закавказья издается главным образом на местных языках, недоступных большинству русских историков. Достаточно сказать, что капитальные исследования акад. Джавахишвили до сих пор не переведены "а русский язык, что работы акад. Манандяна, за исключением отдельных статей, тоже выходят только на армянском языке и становятся нам известны лишь из вторых рук. Это заставило нас обратиться не к основной литературе, а к тем трудам на русском языке, которые популяризуют достижения исторической науки Закавказья.

Авторами были использованы материалы многотомной "Истории СССР", подготовляемой к печати Академией наук СССР, в частности макеты I и II томов многотомника. Использование этих материалов тов.

Джанашиа считает недопустимым и видит в этом чуть ли не плагиат. Против такого утверждения редакция учебника протестует самым решительным образом. И многотомник и учебник подготовлены одним и тем же научным учреждением-Академией "наук СССР. Статьи, написанные для многотомника как сотрудниками научных институтов и филиалов Академии, так и посторонними авторами, по заказу, являются собственностью Академии. Естественно, что при выполнении правительстве иного задания написать учебник максимально свежий мы при отсутствии соответствующей печатной литературы были обязаны обратиться к поступавшему в Академию наук новому материалу, поскольку он представлял собою подытожение сделанного специалистами в этой области, и руководствоваться данными в макете установками. Если бы мы этого не сделали, то нас, несомненно, упрекнули бы за это.

Другой вопрос, не следовало ли назвать авторов главнейших использованных статей, как это сделано во II томе, а не ограничиться общим указанием на материалы многотомника и упоминанием только тех товарищей, которые непосредственно помогали нам в нашей работе. В этом отношении в практике Института истории еще не установилось определенного порядка, но редакция I тома полагает, что это было бы правильнее, и поступит соответственно при 2-м издании.

Некоторые ошибки, отмечаемые тов. Джанашиа, восходят к тем источникам, которыми пользовались авторы учебника. Вопрос о дате появления армянского алфавита и жизни Моисея Хоренского, очевидно, спорный. Оба эти факта изложены в учебнике на основе статьи тов. Еремяна. На стр. 107 макета II тома "Истории СССР" имеется обширный экскурс об изобретении армянского алфавита в начале V в., причем Маштоц назван "изобретателем армянского алфавита" и сообщается целый ряд конкретных подробностей о его работе. Макет II тома был отредактирован таким компетентным учреждением, как Институт истории материальной культуры. Для нас очевидно, что вопрос о времени составления армянского алфавита может разрешаться различно. Действительно, специалист по истории Армении проф. Кусикян дал справку, что по этому вопросу до сих пор существуют различные мнения и что категорически говорить о более раннем возникновении армянского алфавита нельзя. По его мнению, первоначально армянская письменность пользовалась греческим алфавитом. Итак, и с датировкой, которую дает тов. Джанашиа, согласны не всё специалисты. Нам придется поэтому в следующем издании отметить существующее в литературе разногласие. Но для нас остается неясным, почему тов. Джанашиа в своем выступлении умолчал как об источнике предполагаемой ошибки, так и о наличии по этому поводу различных мнений.

Точно так же и время жизни Моисея Хоренского отнесено к VII в. (на основании статьи тов. Еремяна в макете II тома, стр.

стр. 150

131). По словам проф. Кусикяна, датировка времени жизни этого автора (IX в.), на которой настаивает тов. Джанашиа, далеко не может считаться бесспорной. И здесь дело идет об одной из нескольких возможных гипотез. Происхождение обеих указанных "ошибок" тов. Джанашиа было, конечно, известно, поскольку он является соавтором 3-й главы II тома макета (в части истории Грузии), откуда эти сведения были почерпнуты, и в данном случае его замечания, скорее, бросают тень на его приемы как автора письма чем на учебник.

Ряд других приписываемых нам "ошибок" ведет нас к тому же макету, составленному Институтом истории материальной культуры. Рассказ о подчинении Тиграна Риму написан в полном соответствии с текстом статьи тов. Еремяна (макет I тома, стр. 323- 324).

Сведения об установлении наследственной царской власти при Тиридате IV заимствованы из статьи того же тов. Еремяна (макет II тома "Истории СССР", стр. 101), где сказано: "С воцарением царя Тиридата IV (287 - 332) в Армении была восстановлена власть Аршакидов, ставшая наследственной".

Год официального принятия христианства в Армении тоже заимствован из макета (т. II, стр. 102).

Далее, тов. Джанашиа перечисляет несколько "ошибок" по истории Азербайджана. К числу таковых он относит неправильное утверждение, "будто большинство албанцев слилось с завоевателями, а меньшинство - с армянами", и неверное определение языка "азерл". Обе формулировки, смутившие рецензента, заимствованы из статьи для многотомника проф. И. П. Петрушевского, который является крупным специалистом по истории Азербайджана.

Реформы управления, произведенные царицей Тамарой, даны на основании статьи акад. Джавахишвили. Возможно, что следует дать их подробнее. Во всяком случае, верно замечание тов. Джанашиа, что "дарбази" не был учрежден царицей Тамарой, а существовал до нее. Тов. Джанашиа в статье, помещенной в "Известиях", назвал "удивительной басней" рассказ о бегстве царицы Русудан и о том, что она отравилась. Известие это извлечено из сочинения современного писателя XIII в. Киракоса Гандзакского. Автор упрекает нас в том, что мы пользовались без достаточной критики "сомнительными, совершенно не проверенными источниками", и ссылается при этом глухо на точно не обозначенные им "материалы специалистов, длительно изучавших эпоху". Очень жаль, что тов. - Джанашиа не указал точно, какими- работами" на русском языке мы "пренебрегли". Напомним только, что всеми известными нам специалистами Киракос цитируется как основной источник по изучаемой эпохе без всяких оговорок.

Число половцев, поселенных в Грузии, повидимому, не поддается точному учету. Акад. Джавахишвили говорит о 40 тыс. бойцов, но тут же прибавляет о половецкой гвардии, состоявшей из 51 тыс. человек. Чем обосновывается цифра 200 тыс. у тов. Джанашиа, мы не знаем. Полагаем, что не следовало давать вообще точную цифру, так как точного учета переселившихся, конечно, быть не могло.

Таким образом, ряд ошибок, приписываемых нашему учебнику в письме тов. Джанашиа, следует отнести либо к неточностям, имевшимся в наших источниках, либо к наличию среди специалистов различных мнений и данных об одном и том же предмете. В некоторых случаях тов. Джанашиа своими замечаниями вносит большую точность в отношении отдельных фактических деталей. Мы можем быть только благодарны ему, когда он исправляет транскрипцию названий и имен и некоторые хронологические даты. Он дает, повидимому, более правильное толкование текста, приводимого на стр. 51 учебника. Он прав, когда указывает, что царевичи Давид Георгиевич и Давид, сын царицы Русудан, не поделили между собою Грузию, а правили ею совместно. Он прав, когда пишет, что Артаксий и Арташес - одно и то же имя, только в различной транскрипции. Правильно указание, что о времени появления печенегов к западу от реки Волги в учебнике сказано сбивчиво и даже противоречиво. Правильно и то, что иберов и картвелов следовало отделить не запятой, а тире, так как это один и тот же народ. На стр. 719 учебника неточно сказано, что свод грузинских законов был "составлен" по плану царя Вахтанга: он составлен много раньше и только отредактирован вновь при Вахтанге.

Все это необходимые поправки. Иногда, впрочем, уточнение, которое вносит тов. Джанашиа, может быть, и не так уже существенно. В учебнике сказано, что Баграт IV согласился на уплату дани сельджукам; в действительности он согласился не на дань, а на ежегодные подарки, т. е. на почетную форму дани. Едва ли серьезно можно говорить о "снижении в ранге" царей Иберии и Албании, названных в учебнике князьями.

Тов. Джанашиа с большой тщательностью отметил даже опечатки. Их, к сожалению, много, особенно в собственных именах: напечатано "Папа" - должно быть "Пап"; "Начхван" - "Нахчаван"; "Вананское" - "Ванадское"; "Чарах" - "Чорох"; "Охлад"- "Ахлад"; "тачар" - "татар"; "азерк" - "азери" и т. д.

Такое обилие опечаток, имеющихся в нашем учебнике, не только в разделах, посвященных Закавказью, но и в других, объясняемое спешкой при печатании, конечно, свидетельствует о недостаточно четкой работе технического аппарата. По независящим от авторов техническим причинам список замеченных опечаток, составленный ими, не попал целиком в печать. Во всяком случае, помощь, оказанная нам в этом отношении тов. Джанашиа, будет оценена каждым, знающим всю трудность кропотливой корректурной работы. Нам только кажется, что не следовало проф. Джанашиа явные опечатки или описки (как местоположение Иберии, язык "азерк", "на-

стр. 151

звамие католикос" вместо "звание католикос" и др.) представлять как проявление недостаточной осведомленности авторов.

Тов. Джанашиа указал также в двух или трех случаях неудачные в стилистическом отношении фразы.

Такое же внимательное отношение встретили со стороны тов. Джанашиа и карты, приложенные к I тому учебника. В основу этих карт были положены существующие русские и иностранные атласы; возможно, что в этих атласах не все точно. К сожалению, пожелание тов. Джанашиа, чтобы карты были пополнены новыми деталями, неосуществимо, ввиду того что карты, по отзыву я профессоров и студентов, и без того перегружены и нуждаются в сокращении количества названий, а не наоборот.

Проделанный тов. Джанашиа детальный разбор всех, даже самых мелких недочетов нашего учебника, несомненно, поможет нам отшлифовать текст и очистить его от неточностей. Однако для нас как авторов непонятно, почему тов. Джанашиа не высказался сам по основным вопросам история Закавказья, ограничившись по преимуществу поправками по сравнительно менее существенным вопросам. В важнейшем вопросе-вопросе о рабовладельческой формации и феодализме в Армении, по которому среди специалистов существует, как известно, очень резкое разногласие, - тов. Джанашиа ограничился вскользь брошенным замечанием, что отнесение начала феодализма к IV в. ни на чем не основано, прибавив к этому в скобках иронический вопрос: "А почему не во II или в III в.?" Для нас остается загадкой, к какому веку сам тов. Джанашиа относит установление "новых производственных отношений". Как относится он к теории акад. Манандяна, Джавахишвили, Струве и др.? Нам кажется, что тов. Джанашиа мог бы в своем письме-рецензии поднять и осветить более глубоко те вопросы истории Закавказья, которые еще не разрешены полностью или находятся в стадии обсуждения.

Это было бы тем более важно, что, к сожалению, у нас, работников Москвы, до сих пор не установилось необходимое тесное научное сотрудничество с нашими закавказскими товарищами. Мы знаем, что в Закавказье идет большая и плодотворная научная работа в области истории, но о результатах этой работы мы узнаем лишь но случайным докладам и статьям, так как основная литература на языках грузинском, армянском и азербайджанском большинству из нас недоступна. Необходимо установить самую тесную связь между Институтом истории АН СССР и филиалами Академии. Необходимо организовать совместное обсуждение важнейших вопросов по истории Закавказья. Необходима регулярная информация по спорным вопросам и дискуссионным проблемам истории Закавказья, которые возникают как в центре, так и на местах. Только при таких условиях возможно поставить на должную высоту изучение истории народов нашей страны.

Постоянное научное общение работников центра с закавказскими товарищами, мы уверены, уничтожит вкорне то подозрение, которое сквозит в каждой строчке письма тов. Джанашиа, будто мы, работники центра, недооцениваем большого исторического значения Закавказья в жизни Восточной. Европы и Передней Азии.

Редакторы I тома "Истории СССР"; проф. В. Лебедев, акад. Б. Греков, чл. -корр. АН СССР. С. Бахрушин

II

Останавливаюсь лишь на тех замечаниях письма тов. Джанашиа, которые относятся ко II тому "Истории СССР".

1. Указание на неполноту комментария того текста товарища Сталина, где говорится о развитии грузинской нации, правильно. Но на стр. 45 соответствующие слова товарища Сталина приведены полностью. В следующем издании учебника слова "строго говоря" будут восстановлены в комментирующем тексте, чтобы сохранить все оттенки мысли. Но тов. Джанашиа совершенно неправ, приписывая этим словам свое расширительное толкование, ведущее к тому, что вывод его может оказаться в противоречии с положениями товарища Сталина. Так, формулировку учебника "грузины первой половины XIX века еще не были нацией" тов. Джанашиа квалифицирует как "примитивную" и "поверхностную". Но стоит ему самому продолжить цитацию соответствующего места работы товарища Сталина "Марксизм и национально-колониальный вопрос", как он прочтет следующее категорическое утверждение: "Грузия, как нация, появилась лишь во второй половине XIX века" (стр. 6). Очевидно, все недоразумение проистекает из того обстоятельства, что тов. Джанашиа не учитывает, что до оформления наци и существует национальность как предшествующая ей ступень.

2. Мысль о необходимости изучить вопрос о формировании нация и у других народов Кавказа совершенно правильная. В первом издании учебника этого не было сделано ввиду полной неизученное? вопроса. Жаль, что тов. Джанашиа не излагает своих выводов по этому вопросу, - остается неясным, что же именно он сам об этом думает.

3. Замечания тов. Джанашиа о числе феодальных повинностей и об особенностях феодального суда будут учтены. Число феодальных повинностей вычислено, как известно, акад. Броссе, а не является домыслом автора, учебника. Но жаль, что тов. Джанашиа не указывает сам правильных выводов и правильных цифр, ограничиваясь критикой негативного характера. Пока проверка показывает, что распоряжение царского правительства 1807 г, передано правильно (II, 55).

стр. 152

4. Вопрос о степени развития феодализма у отдельных племен Кавказа нельзя считать до конца исследованным. Пока в научной литературе не достигнуто соглашения по этому вопросу. Жаль, что и тут тов. Джанашиа не доказывает никак своих утверждений - мы лишены возможности взвесить его доводы по той причине, что они автором не приведены. Пока изучение адатов кавказских народов (на основе нового, еще не исследованного документального материала) подтверждает положения учебника.

5. Тов. Джанашиа пишет: "Удивительно, откуда взяли составители, что в Гурии крепостной гнет был тяжелее, чем во всех остальных районах Грузии; данная тут статистика... ни на чем не основана". Это показывает, что тов. Джанашиа поторопился со своим заключением. Наше утверждение основано на работе тов. Г. В. Хачапуридзе "Крестьянское движение в Грузии в XIX столетии" (стр. 35 - 40. 1932). Поэтому надлежало бы оспаривать в случае необходимости вывод тов. Хачапуридзе, но не выставлять неосновательных обвинений.

6. Решительное возражение вызывает следующее положение тов. Джанашиа. Процитировав несколько строк текста учебника о проведении царизмом буржуазных реформ на Кавказе, тов. Джанашиа пишет: "Портрет царизма, отечески пекущегося об индустриализации страны, тут написан смелыми и сочными мазками: заботы о постройке дорог, фабрик, заводов, о разработке недр... чего же больше?" Всякий, внимательно прочитавший процитированные тов. Джанашиа строки (т. II, стр. 638), а также все, что в учебнике сказано о колониальной политике царизма, думается, должен будет признать, что увидеть в тексте учебника "портрет царизма, отечески пекущегося об индустриализации страны", портрет, якобы написанный "смелыми и сочными мазками", нет возможности.

Нельзя также согласиться и с такой формулировкой тов. Джанашиа: "Куда же, спрашивается, девались результаты буржуазных реформ, которые царизм, якобы, проводил уже с 60-х годов?.." Ведь существование реформ не подлежит сомнению. Тов. Джанашиа сомневается в буржуазном характере реформ 60-х годов, но не подкрепляет этого никакими доводами. Между тем в учебнике чрезвычайно ясно указана угнетательская, тормозящая, тяжелая роль царизма и его грабительской колониальной политики. Но будет ли тов. Джанашиа отрицать, что капитализм развивался на Кавказе? Процесс этого развития со всеми его противоречивыми особенностями охарактеризован Лениным в "Развитии капитализма в России". И во 2-м издании учебника будет решительно подчеркнута грабительская, угнетающая, тормозящая роль политики царского правительства, но тем не менее самый факт развития капитализма на Кавказе - вопрос решенный, и "пересматривать" его не приходится. Не могу принять и упрек в использовании материалов многотомника без разрешения авторов. Тов. Джанашиа обязан был бы указать, что такое разрешение для работы над II томом учебника от авторов получено, что и явствует из предисловия ко II тому учебника. С прочими замечаниями тов. Джанашиа можно согласиться.

В заключение должна отметить, что считаю выступление тов. Джанашиа с критикой нашего учебника фактом положительным, свидетельствующим о внимании братских республик к нашей работе и о желании оказать нам помощь, за что мы чрезвычайно признательны тов. Джанашиа.

Редактор II тома "Истории СССР" проф. М. Нечкина

ОТ РЕДАКЦИИ

Редакция обращает внимание Института история на необходимость более тесной научной связи с местными научными учреждениями и работниками.

Можно было бы избежать ряда ошибок, отмеченных в письме тов. Джанашиа, если бы соответствующие главы были своевременно обсуждены в научных учреждениях Закавказья.

Orphus

© libmonster.ru

Постоянный адрес данной публикации:

http://libmonster.ru/m/articles/view/ПИСЬМО-В-РЕДАКЦИЮ-ПРОФ-С-Н-ДЖАНАШИА

Похожие публикации: LRussia LWorld Y G


Публикатор:

Svetlana LegostaevaКонтакты и другие материалы (статьи, фото, файлы и пр.)

Официальная страница автора на Либмонстре: http://libmonster.ru/Legostaeva

Искать материалы публикатора в системах: Либмонстр (весь мир)GoogleYandex

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

ПИСЬМО В РЕДАКЦИЮ ПРОФ. С. Н. ДЖАНАШИА // Москва: Русский Либмонстр (LIBMONSTER.RU). Дата обновления: 18.08.2015. URL: http://libmonster.ru/m/articles/view/ПИСЬМО-В-РЕДАКЦИЮ-ПРОФ-С-Н-ДЖАНАШИА (дата обращения: 22.09.2017).

Найденный поисковым роботом источник:



Комментарии:



Рецензии авторов-профессионалов
Сортировка: 
Показывать по: 
 
  • Комментариев пока нет
Свежие статьиLIVE
Публикатор
Svetlana Legostaeva
Yaroslavl, Россия
379 просмотров рейтинг
18.08.2015 (766 дней(я) назад)
0 подписчиков
Рейтинг
0 голос(а,ов)

Ключевые слова
Похожие статьи
Ключ к Тайне — имя Хеопс. The key to Mystery is the name of Cheops.
Каталог: Философия 
20 часов(а) назад · от Олег Ермаков
СОЮЗ ПОЛЬШИ И СОВЕТСКОГО СОЮЗА
Каталог: Право Политология 
2 дней(я) назад · от Россия Онлайн
РЕАЛЬНЫЙ д'АРТАНЬЯН
Каталог: Лайфстайл История 
2 дней(я) назад · от Россия Онлайн
Америка как она есть. ПО СТОПАМ "БРАТЦА БИЛЛИ"
Каталог: Журналистика 
3 дней(я) назад · от Россия Онлайн
Маркировка с повинной. Производителям генетически-модифицированных продуктов предлагают покаяться
Каталог: Экономика 
4 дней(я) назад · от Россия Онлайн
ПРОСРОЧЕННЫЕ ПРОДУКТЫ, ФАЛЬСИФИКАЦИЯ И СОМНИТЕЛЬНАЯ МАРКИРОВКА
Каталог: Экономика 
4 дней(я) назад · от Россия Онлайн
Молодёжь, не ходите в секту релятивизма. Думайте сами. И помните, там, где появляется наблюдатель со своими часами, там заканчивается наука, остаётся только вера в наблюдателя. В науке наблюдателем является сам исследователь. Шутовству релятивизма необходимо положить конец!
Каталог: Философия 
7 дней(я) назад · от Геннадий Твердохлебов
Российский закон о защите чувств верующих и ...богов - закон “с душком”, которому 2,5 тысячи лет
23 дней(я) назад · от Аркадий Гуртовцев
Предисловие, написанное спустя 35 лет Я писал эту статью, когда мне было 35, и меня, ничего не соображающего в физике, но обладающего логическим мышлением, возмущали те алогизмы и парадоксы, которые вытекали из логики теории относительности Эйнштейна. Но это была критика на уровне эмоций. Сейчас, когда я стал чуть-чуть соображать в физике, и когда я открыл закон разности гравитационных потенциалов, и на его основе построил пятимерную систему отсчета, сейчас появилась возможность на уровне физических законов доказать ошибочность теории относительности Эйнштейна.
Каталог: Физика 
26 дней(я) назад · от Геннадий Твердохлебов
Ветров Петр Тихонович учил нас Справедливости, Честности, Благоразумию, Любви к родным, близким, своему русскому народу и Родине! Об отце вспоминаю, с чувством большой Гордости, Любви и Благодарности! За то, что он сделал из меня нормального человека, достойного своих прародителей и нашедшего праведный путь в своей жизни!
Каталог: История 
26 дней(я) назад · от Виталий Петрович Ветров

ОДИН МИР - ОДНА БИБЛИОТЕКА
Либмонстр - это бесплатный инструмент для сохранения авторского наследия. Создавайте свои коллекции статей, книг, файлов, мультимедии и делитесь ссылкой с коллегами и друзьями. Храните своё наследие в одном месте - на Либмонстре. Это практично и удобно.

Либмонстр ретранслирует сохраненные коллекции на весь мир (открыть карту): в ведущие репозитории многих стран мира, социальные сети и поисковые системы. И помните: это бесплатно. Так было, так есть и так будет всегда.


Нажмите сюда, чтобы создать свою личную коллекцию
ПИСЬМО В РЕДАКЦИЮ ПРОФ. С. Н. ДЖАНАШИА
 

Форум техподдержки · Главред
Следите за новинками:

О проекте · Новости · Отзывы · Контакты · Реклама · Помочь Либмонстру

Русский Либмонстр ® Все права защищены.
2014-2017, LIBMONSTER.RU - составная часть международной библиотечной сети Либмонстр (открыть карту)


LIBMONSTER - INTERNATIONAL LIBRARY NETWORK