Либмонстр - всемирная библиотека, репозиторий авторского наследия и архив

Зарегистрируйтесь и создавайте свою авторскую коллекцию статей, книг, авторских работ, биографий, фотодокументов, файлов. Это удобно и бесплатно. Нажмите сюда, чтобы зарегистрироваться в качестве автора. Делитесь с миром Вашими работами!
Иллюстрации:

Libmonster ID: RU-6857
Автор(ы) публикации: Генрих Я-н

поделитесь публикацией с друзьями и коллегами

Революционный подъем и рабочее движение в странах Латинской Америки в первые послевоенные годы 1

I. Экономическое развитие и империалистическое закабаление стран Латинской Африки в военные и послевоенные годы

Годы мировой империалистической войны были для большинства стран Латинской Америки периодом быстрого экономического развития. Мировая бойня создавала непрерывно возраставший спрос со стороны воюющих коалиций именно на те продукты, производство которых является основной отраслью хозяйства колониально-специализированных стран Латинской Америки. Притом возрастал спрос не только на продукты сельского хозяйства (пшеница и другие злаки, скот и мороженое мясо, сахар и т. п.), но и на продукты латиноамериканской горной промышленности, в основном тесно связанной с военным производством (медь, олово, селитра, нефть). Некоторое представление об этом процессе могут дать нижеследующие выборочные данные. Стоимость вывоза из Аргентины продуктов животноводческой группы равнялась в золотых пезо (в млн.): в 1914 г. 198, в 1916 г. 296, в 1917 г. 376, в 1918 г. 501 и в 1919 г. 5482 . Добыча меди равнялась в эта годы (в метрических тоннах): в Чили в 1913 г. 42521, в 1916 г. 62 326, в 1916 г. 71 268, в 1917 г. 102 498 и в 1918 г. 100 913, а в Перу: в 1913 г. 27768, в 1915 Г. 34 717, в 1918 г. 444013 .

Окончание мировой войны, резко сузив спрос на все эти продукты на мировом рынке, вызвало глубокий экономический кризис во всей Латинской Америке, который однако начал развиваться в различных ее странах

Ценность экспорта из латиноамериканских стран

Страны

Денежная единица

1913 г.

1918 г.

1920 г.

1921 г.

Бразилия 4

ф. ст.

65481000

130 085000

107521000

585587000

Аргентина5

тыс. долп.

615210

1 020802

916988

489924

Перу6

перув. фунты

9130030

-

35304000

16693


1 Настоящая статья представляет собой в измененном виде главу, написанную для шеститомник "История международного революционного движения", издаваемого Партиздатом. Вместе с тем эта статья является как бы резюме первой части подготавливаемых автором "Очерков истории послевоенного революционного и рабочего движения в Латинской Америке"

2 Anuario de Comercio Exterior de la Republica Argentina, 1926, p. XIX.

3 "Справочник мирового хозяйства ЦСУ", 1927, стр. 1213.

4 Jcao Lira, Cifras e n tаs, p. 55

5 Commerce lear. Book of the United States V, II, 1918, p 19.

6 Ibid, p. 51.

стр. 293

неодновременно и протекал неравномерно как в смысле интенсивности кризиса, так его длительности и быстроты изживания. Для характеристики этого кризиса, равно как и предшествующего экономического подъема, является очень показательной динамика внешней торговли Латиноамериканских стран в военные и послевоенные годы, поскольку основное производство большинства из них было рассчитано на внешний рынок (см. табл. на стр. 203).

В связи с войной в ряде Латиноамериканских стран выросла существовавшая там и ранее и работающая целиком на экспорт промышленность по переработке с. -х. сырья (мясохладобойни, сахарные заводы и т. д.). Одновременно происходил и рост легкой обрабатывающей индустрии, обслуживающей внутренний рынок, в частности текстильной, обувной и др. Наиболее значителен был этот рост в Бразилии. О росте бразильской текстильной промышленности свидетельствуют хотя бы нижеследующие данные: в 1915 г. она имела 1 613 тыс. веретен и занято в ней было 82 257 рабочих, в 1924 г. -2 103 тыс. веретен и - 108 650 рабочих. Общая стоимость текстильной продукции возросла с 556 млн. мильрейсов в 1918г. до 804 млн. в 1921 г.

Эго однобокое развитие в военные годы производительных сил Латиноамериканских стран при отсутствии роста тяжелой индустрии не только не означало разумеется ни малейшей их "деколонизации", но усиливало типично колониальный характер их экономики. Эго развитие прокладывало собой дорогу дальнейшему закабалению этих стран иностранным империализмом.

Правда, британский империализм, который накануне войны владел в большинстве Латиноамериканских стран основными командными высотами их экономика, должен был ограничить в течение войны свою экспансию на южноамериканском континенте. Зато сильно выросший и окрепший за военный период североамериканский империализм принялся усиленно использовать эго положение, стараясь повсеместно "догнать и перегнать", а при случае и вытеснить английский империализм. Если уже со второй половины XIX в. САСШ начали энергично проникать в некоторые Латиноамериканские страны, то все же эта экспансия в общем ограничивалась южной частью Северной Америки (Мексика) и Караибской зоной (Центральная Америка, Антиллы, в частности Куба). Только начиная с мировой империалистической войны идет быстрое и усиленное внедрение североамериканского империализма и в южноамериканские страны. О том, как развивалось и развивается это состязание между крупнейшими империалистическими хищниками в военные и послевоенные годы, можно судить хотя бы по увеличению вложений капиталов обеих стран в Латинской Америке за этот период. Североамериканские инвестиции увеличились за это время с 1242 тыс. долл. в 1918 г. до 5 687 тыс. долл. в 1929 г. Что касается британских инвестиций, то они, равняясь накануне мировой войны (в 1913 г.) 4983 тыс. долл., т. е. превышая в это время североамериканские вложения в четыре раза, возросли в 1929 г. лишь до 5889 тыс. долл., приведя выравниванию общей суммы капитальных вложений7 .

Было бы однако совершенно неправильно думать, что в этой борьбе британский империализм окончательно сдал свои позиции в Латинской Америке. Попыткам империализма САСШ вытеснить английский империализм последний оказывает бешеное, хотя и не всегда удачное, сопротивление, вследствие чего борьба этих крупнейших империалистических хищников за Латинскую Америку принимает все более и более острые формы. В этой борьбе империалистические соперники, стремясь обеспечить свое моно-


7 М. Winkler, Investments of the United States in Latin America, 1929.

стр. 294

польное господство в той или иной стране, связывались с определенными группировками в лагере туземных господствующих, классов.

Результатом этого и являлись пресловутые "латиноамериканские революции", в которых одна буржуазно-помещичья клика иногда не беи участия используемых ею и обманываемых трудящихся масс заменяет у кормила правления другую, подобную ей клику. В этих "революциях" менялась и меняется лишь империалистическая ориентация правящей верхушки, но не меняются в основном ни классовая природа власти, ни весь социально-политический строй страны. Подобные "революции" происходили, как мы увидим, в ряде Латиноамериканских стран и в первые послевоенные годы.

Но было бы глубокой ошибкой думать, что подобными "революциями" исчерпывается содержание тех политических событий, которые развертывались в эти годы в различных странах южноамериканского континента. "Пронунциаменто" были в этот период отдельными эпизодами па фоне разгоравшейся классовой борьбы, которая принимала местами и по временам характер подлинной гражданской войны.

Наиболее ошибочным было бы подобное представление в отношении мексиканской революции, которую у нас принято иногда - по незнанию - приводить в качестве классического примера генеральской драчки, где нельзя толком понять, кто с кем и почему дерется. Именно отвлечение внимания основных империалистических хищников в годы мировой войны и первые послевоенные годы на другие участки мирового соперничества, на другие объекты (в том числе на организацию интервенции против Советской России) способствовало тому, что революционная борьба в Мексике стала в этот период расширяться и углубляться. Переход власти от одной социальной группировки к другой происходил на этих первых этапах мексиканской революции в основном под действием менявшегося соотношения внутренних социальных сил, хотя североамериканский и английский империализм и в это время активно вмешивался во все перипетии классовой борьбы. Бурный подъем революционного рабочего движения в послевоенные годы нередко толкал соперничающих империалистов к "единому фронту" против грозно нараставшего движения масс, хотя межимпериалистические противоречия разумеется никогда не исчезали и все время давали себя знать. В других странах Латинской Америки роль империалистического вмешательства также была, как мы увидим, чрезвычайно велика и на первом этапе послевоенного революционного движения. В той кровавой борьбе, которую вели против революционного подъема в Аргентине, Чили, Перу и других туземные господствующие классы, мы сможем всегда обнаружить активное участие и руководящую роль иностранных империалистов.

В основе этого подъема революционного движения в Латинской Америке лежали процессы классовой дифференциации, которая происходила в этих "трапах в результате отмеченного выше экономического подъема и последовавшего за ним кризиса. В связи с развитием экспортных отраслей сельского хозяйства в деревне происходил известный рост капиталистических отношений. Однако господствовавшие в этой деревне многочисленные пережитки феодализма и крепостнически-рабской эксплоатации (преобладание крупного помещичьего землевладения, крепостническая аренда, долговое рабство - "пеонаж" и др.) ничуть не устранялись, а лишь подвергались некоторой "модернизации", переплетаясь с капиталистическими формами эксплоатации. Иностранный финансовый капитал, проникая в страны Латинской Америки, всемерно использовал эти феодально-крепостнические пережитки, содействуя закреплению их преобладания во всей социально-экономической структуре этих стран. Одна лишь эксплоататорская верхушка латиноамериканской деревни извлекала все выгоды из благоприятной конъюнктуры

стр. 295

военного времени, усилив всеми доступными ей методами беспощадную эксплоатацию с. -х. рабочих, продолжавших находиться по большей части на положении рабов, полукрепостных испольщиков - арендаторов и "самостоятельных" крестьян там, где таковые вообще имелись. Вместе с тем значительно возрастал и пролетариат как с. -х., так и индустриальный (в связи с развитием промышленности по переработке с. -х. сырья, горной промышленности и отчасти легкой индустрии). Наряду с этим происходили несомненно рост и консолидация национальной буржуазии, хотя этот процесс сильно тормозился тем, что во всех развивавшихся в этот период отраслях промышленности (мясохладобойни рудники и т. д.) основные позиции были захвачены иностранным капиталом и преобладание последнего все время закреплялось и возрастало. Но численность и удельный вес всевозможных промежуточных слоев (мелкие ремесленно-торговые элементы, мелкобуржуазная интеллигенция и др.) продолжали оставаться исключительно велики в Латиноамериканских странах. Наряду со всеми трудящимися массами города и деревни эти слои также несли на себе тяжесть оборотной стороны военного "процветания", заключавшейся в невероятном увеличении налогового бремени, в концентрации капитала, разорявшей мелкобуржуазные массы и, главное, в бешеном росте цен на предметы первой необходимости. Все это объясняет большую политическую-активность городских мелкобуржуазных слоев на первом этапе послевоенного революционно го движения в Латинской Америке.

II. Послевоенное студенческое движение и его характер

Движение студенчества было одним из наиболее ярких проявлений возросшей политической активности городской средней и мелкой буржуазии. Это движение, начавшееся в 1918 г. в Аргентине, где оно развивалось с особой силой и интенсивностью, перебросилось вскоре в Чили, Перу и целый ряд других стран континента. В 1922/23 г. мы видим уже новый более поздний подъем этого движения в ряде новых стран, в особенности в Кубе. В радикализации студенческих масс, толкавшихся на борьбу усилением ига империализма и политического гнета его туземных агентов, а отчасти и невероятным ухудшением положения трудящихся, играли чрезвычайно большую роль вести о совершившейся в далекой России победоносной Октябрьской революции, неуклонно осуществлявшей свою программу, несмотря на бешеное сопротивление и зубовный скрежет крупнейших империалистических хищников.

Это признают все участники и историки студенческого движения8 . Центральными лозунгами студенческого движения были требования "университетской реформы" ("reforma universitaria"), выдвигавшиеся повсеместно от Буэнос-Айреса до Гаванны (полная автономия университетов, участие студенчества в управлении высшей школы, свобода доцентуры и т. д.). Поскольку университеты Латинской Америки еще в то время являлись (отчасти являются и по сей день) в лице своей профессуры и ректората настоящим оплотом и заповедником феодально- клерикальной реакции, требования "университетской реформы? имели большое политическое значение. Содержание движения однако далеко по исчерпывалось одними вопросами "университетской реформы". Иллюзии насчет "освободительной миссии" империалистов Антанты и вера в серьезность вильсонистской демагогии насчет "братства и самоопределения народов" были вначале рас-


8 Julio Mella, Los estudintes y la Lucha social, "La Correspondencia Sud mericana", 1927, N 20. Это подчеркивает даже (по свидетельству Мариатеги) и буржуазный исследователь, автор известного двухтомного труда о студенчески движении Гонзальвес (Julio Gonzalvez, La reforma universitaria).

стр. 296

пространены очень широко среди латиноамериканской учащейся молодежи, циркулировали, по выражению одного писателя, как "хорошая революционная монета"9 . Но все эти иллюзии должны были рухнуть в послеверсальский период с особой быстротой именно в Латинской Америке, где продолжала воочию демонстрироваться полная неизменность хищнической политики главнейшего певца "братства народов" - империализма доллара.

Вместе с тем среди студенческих масс быстро росли горячие симпатии к Октябрьской резолюции и Советской стране. Это выявлялось в манифестах студенческих организаций, в бесчисленных резолюциях привета и поддержки Советской России, выносившихся на студенческих собраниях и митингах во всех частях континента. Сочувственное отношение к Советской России отражало собой несомненно стихийно антиимпериалистическую установку латиноамериканского студенческого движения на первом этапе, хотя сознательная постановка вопроса об антиимпериалистической борьбе в этот период почти отсутствовала (1918 - 1921 гг.) и появилась лишь на второй волне движения (1922/23 г.). Это не только характеризовало относительно невысокий политический уровень движения, но и отражало тот факт, что революционность национальной буржуазии была в Латиноамериканских странах крайне невелика даже в эти первые послевоенные годы.

Студенческое движение развертывается в весьма бурной форме, в особенности в Аргентине10 , где была проведена упорная студенческая забастовка в общенациональном масштабе. В ряде городов студенты силою захватывали в свои руки управление университетами, вступая при этом в столь острые конфликты со старой профессурой, что одно время были совершенно закрыты все университеты в стране.

Тем не менее это движение в силу самой его сущности неизбежно должно было быстро выдыхаться и спадать. Этому в немалой степени способствовала и дифференциация, начавшаяся в рядах студенчества и углубившаяся в связи с вопросом об отношении к революционному рабочему движению, бурно нараставшему в эти годы. Дифференциацию студенческого движения лучше всего проследить на примере Аргентины. Происходившая там в 1918 г. упорная всеобщая забастовка железнодорожников получила внушительную поддержку в виде массовой студенческой забастовки солидарности. Когда же классовая борьба дошла до крайнего обострения, закончившись в следующем 1919 г. массовым кровавым истреблением революционных рабочих11 , в студенческом движении обнаружились весьма серьезные трещины и колебания. Ряд студенческих организаций выносил протесты против этих зверств господствующих классов в весьма путаной, а иногда даже двусмысленной форме12 .

Вскоре происходит полное размежевание единого ранее студенческого движения. Часть его деятелей быстро превращается в заправских агентов господствующего буржуазно-помещичьего блока, специализируясь па разложении и деморализации революционного движения трудящихся масс. Из недр движения начинает вылупляться национал-реформистское народническое течение, руководимое группой перуанцев (Айя де ла Торрэ). Это течение оформляется позднее в виде "Американской революционной народной ассоциации" (АРКА), проповедующей борьбу с североамериканским (только!) империализмом и скромно умалчивающей о борьбе с внутренним врагом. Это течение быстро эволюционировало от половинчатой антиимпериалистической ориентации к законченному контрреволюционному


9 Jose С. Мariategui Siete ensatos sobre la acturlidad peruana, 1928 p. 89.

10 P. Gonzalez Alberdi Interpretation marxista de la reforma universitaria, "Correspondencia Sudamericana", 1928, N 4.

11 Cм. ниже главу XI.

12 P. Gоnzalez Alberdi, Op. cit.

стр. 297

национал-реформизму. Вместе с тем из рядов студенческого движения выделяются революционные элементы, которые начинают все теснее связываться с развертывающимся рабочим движением, вливаясь в нарождающиеся в этот период коммунистические партии. В компартии они входили со всем своим старым политическим багажом, от которого зачастую не в силах были отделаться. Эго не раз сказывалось самым неблагоприятным образом на развитии революционного рабочего движения Латинских стран.

III. Начало мексиканской революции и ее первый этап

Исключительно большую роль играют городские мелкобуржуазные слои в мексиканской революции, которая началась еще за несколько лет до мировой войны, в 1910 г., но именно в военные и послевоенные годы непосредственно в результате всей международной обстановки, созданной войной и послевоенным революционным подъемом, достигла большого размаха и глубины.

Эта революция была подготовлена 34-летней диктатурой Порфирио Диаса, при котором не только завершился процесс окончательного закабаления страны иностранным капиталом, но и происходило невероятное ограбление индейских земель, крайнее усиление и расширенное воспроизводство всех варварских, рабско-крепостнических форм зксплоатации в деревне (пеонаж), унаследованных от времен испанского владычества. Начавшееся в последние годы диктатуры Диаса партизанское крестьянское движение помогло мексиканским либералам, руководимым Франциско Мадеро, свергнуть Диаса в конце 1910 г. Падение Диаса способствовало интенсивному развертыванию по всей стране стихийного крестьянского движения и подъему в городе рабочего движения, сурово подавлявшеюся ранее господствовавшей помещичьей диктатурой. Начинает развертываться стачечная борьба, и возникают первые легальные рабочие организации, находящиеся в основном под влиянием анархо-синдикалистских элементов. Подобное развитие событий противоречило однако планам Мадеро - представителя обуржуазившихся либеральных помещиков нового типа. Мадеристы, которых поддерживали на первых порах и широкие слои городской мелкой буржуазии и разночинной интеллигенции, были непрочь произвести ряд реформ в экономике и политике Мексики, но они отнюдь не были склонны допустить радикально-плебейскую переделку всего социально-экономического строя страны. Вначале они должны были маневрировать, пускаясь на широкие посулы (туманные обещания о возвращении индейцам экспроприированных у них и у их отцов земель и пр.), но довольно скоро они приступили к открытой борьбе против нарастающего массового аграрного и рабочего движения (попытка разоружения крестьянства и т. д.).

Однако революционная борьба масс делала безрезультатными все попытки Мадеро обуздать и затормозить нараставшее революционное движение. Тогда империалисты попытались восстановить в полном объеме старый режим посредством реакционного восстания Викториано Уэрта, свергнувшего Мадеро. "Старый друг" мексиканских помещиков-крепостников - велико британский империализм - использовал приход к власти Уэрта в своих интересах столь основательно (получение нефтяных концессий и пр.), что его североамериканский конкурент должен был занять враждебную позицию по отношению к "узурпаторскому правительству", создавая ему целый ряд дипломатических и иных затруднений. Это несомненно ослабило позиции контрреволюционной диктатуры Уэрта, которую при поддержке стихийного крестьянского движения и бурных выступлений рабочих в городах свергает в вооруженной борьбе либеральная группировка Венустиано Карранса.

стр. 298

Карранса захватывает в августе 1916 г. столицу и становится у власти. Каррансисты были несомненно представителями нарождавшейся, тогда еще весьма слабой, национальной буржуазии, которая пыталась завоевать гегемонию в развертывавшемся революционном движении, стремясь повернуть его на желательный для нее путь. Отражая антиимпериалистические тенденции этой буржуазии, вытесненной иностранным капиталом со всех решающих позиций, Карранса вел, хотя разумеется очень непоследовательно и далеко не всегда с одинаковой решимостью, борьбу против стремления империалистов усилить колониальное закабаление Мексики. Когда еще в 1914 г. САСШ заняли десантом мексиканский порт Вера-Крус, Карранса категорически потребовал немедленного увода североамериканского десанта и добился этого угрозой сжечь североамериканские нефтяные промыслы в занятом его отрядами порту Тампико (впрочем даже и "в этот период он не отказывался вполне от заискиваний перед САСШ, о чем свидетельствует ряд его документов)13 . При Каррансе были разработаны и основы знаменитого законодательства по нефтяному вопросу, сильно ограничивавшего деятельность иностранного капитала. Вместе с тем, лавируя между соперничающими империалистами, Карранса не брезгал помощью то одного, то другого из них, идя нередко на серьезные уступки иностранному капиталу. Вначале он заигрывал с САСШ, которые в первое время относились в нему сочувственно, надеясь его использовать против Викториано де ла Уэрта, при котором возродилось в Мексике преобладание английского империализма, установившееся к концу диктатуры Диаса. В последний период своей власти, стремясь противостоять бурному внедрению в Мексику империализма янки, Карранса начал все более сближаться с великобританским финансовым капиталом.

Еще более противоречивый характер носила политика Карранса в отношении внутренних, социальных проблем Мексики, в особенности - аграрного вопроса. Правда, нарождающаяся национальная буржуазия была на этом этапе объективно заинтересована не только в свержении ига иностранного капитала, который выбил ее из всех экономических позиций, но и в устранении наиболее грубых пережитков крепостничества, стеснявших развитие крупного капиталистического сельского хозяйства. Но она опасалась радикального плебейского завершения аграрной революции, стремясь поскорее "нормализировать" положение в стране. Именно поэтому Карранса все время с большой тревогой смотрел на развитие руководимого Сапата массового крестьянского движения, которое в мексиканских условиях представляло собой несомненно наиболее радикальное течение развертывавшегося аграрного движения.

Сапатистское движение отличалось политической и организационной аморфностью, типичной для стихийного крестьянского движения, лишенного пролетарского руководства. В своей первоначальной программе оно выдвигало требование безвозмездного возвращения всем общинам и мелким собственникам отнятых у них земель и наделения всех нуждающихся крестьян землей путем экспроприации крупного землевладения. Правда, в этом кардинальнейшем вопросе программа носила соглашательский, либеральный характер: в ней говорилось лишь о частичной экспроприации и даже декларировался принцип возмещения экспроприированной собственности (в размере, не превышающем 1 /3 официальной оценки); однако по сути дела этот принцип отменятся последующим пунктом программы, по которому прямо объявляются национальной собственностью поместья "врагов революции", а к таковым можно было отнести всех мексиканских помещиков. Но основным для оценки действительной сущ-


13 Edm. Gonzalez Blanco, Carranza y la revolution de Mexico, 1916, p. 394.

стр. 299

ности сапатистского движения является тот факт, что на практике сапатисты повсюду, где они только захватывали власть, призывали крестьян к захвату земли "с оружием в руках"14 . И сами они занимались не сладкими обещаниями и бюрократической возней, а немедленно, без проволочек конфисковывали безо всякого возмещения помещичью землю и делили ее между нуждающимися в земле крестьянами. Правда, и в зоне, находившейся продолжительное время под их властью, они не разгромили окончательно помещичьих латифундий. При том сапатисты не стремились прочно закрепить свою власть в занятых ими районах (даже в основной базе своей деятельности, штате Морелос) и не ставили серьезно вопроса о завоевании центральной власти. Не понимая того значения, которое могла иметь для них поддержка организованного рабочего движения, они не искали органической связи с этим движением. Отражая ограниченность стихийного крестьянского движения, они не ставили своей задачей борьбу с иностранным империализмом, не понимая того, что этот империализм является основным оплотом помещичьей контрреволюции в Мексике.

Подготовка борьбы против сапатизма была одним из моментов, толкавших каррансистов на скорейшее обнародование аграрных законов, издававшихся несомненно под давлением роста крестьянского движения и являвшихся уступкой правящей национальной буржуазии этому движению. Уже в 1915 г. был издан Каррансой в Вера-Крусе аграрный закон, провозглашавший возвращение крестьянам всех земель, беззаконно экспроприированных при дореволюционном режиме15 . Этот закон получил свое развитие в 27-й статье мексиканской конституции 1917 г. Согласно этой статье16 "экспроприации могут применяться", но "лишь для общественной пользы (под этим подразумевалось наделение землей малоземельных крестьян - Г . Я.) и за вознаграждение", причем дается обещание, что "будут приняты меры для раздробления латифундий в целях развития мелкой собственности". Этим законом были аннулированы в принципе все решения и декреты, по которым общины и мелкие собственники были лишены земли.

Изданием аграрных законов Карранса несомненно привлек на свою сторону довольно широкие народные слои и значительно ослабил влияние сапатистского движения, которое в это время, лишенное пролетарского руководства, ясной программы и четких целей, находилось в тупике. Это дало Каррансе возможность перейти в решительное наступление против движения Сапаты, разоблачавшего демагогию Каррансы в страстных прокламациях17 , и вскоре его ликвидировать.

В этой борьбе каррансисты пытались привлечь на свою сторону городской пролетариат путем издания несомненно прогрессивного в ряде своих моментов рабочего законодательства, зафиксированного в дальнейшем в 123-й статье новой мексиканской конституции. На издание подобного законодательства каррансисты шли легко именно потому, что почти вся промышленность Мексики -горная, легкая и всякая иная - находилась в руках иностранного капитала. Таким образом, рабочие законы затрагивали нарождавшуюся национальную буржуазию в весьма малой степени. Этими, равно как и целым рядом других мер (передача рабочим организациям помещении аристократического клуба и конфискованных типографий помещичье- клерикальных газет)18 , Каррапсе удалось привлечь


14 Frank Tannenbaum, The Mexican Agrarian Revolution, 1979, p. 16.

15 Recopilacion Agraria. Stgunda edicion oticial, publicada por Ramen de Negri, Mexico, D F. 1924, p 34 Les de 6 de enero de 1915.

16 Ibid Articule 27 de la constitucion, p 44.

17 German List Аrzubide, Em liano Zapata, Vera, Cruz 1927, p. 24 - 25.

18 V. Lombardo Toledano, La libertad sindical en Mexico, 1926, p. 44, 45.

стр. 300

на свою сторону организованное рабочее движение столицы. Ему удалось использовать эго движение в интересах буржуазии именно вследствие того низкого уровня классового сознания, которым характеризовался в это время малочисленный, отсталый мексиканский пролетариат. Этот результат был подготовлен и традициями рабочего движения в прошлом.

Когда после свержения Диаса по всей стране стало стихийно развертываться рабочее движение и возникать рабочие организации, анархо-синдикалисты попытались использовать все свое влияние среди рабочих масс для того, чтобы запереть движение в узкие рамки экономизма и ограниченной цеховщины. Предательский характер их ратования за аполитичность рабочего движения в то время, когда ярко разгорался огонь революционной классовой борьбы, сказался особенно выпукло после переворота Викториано Уэрта. Руководимая ими важнейшая мексиканская рабочая организация того периода "Дом рабочих мира" ("Casa del obrero mundial") подтвердила свою традиционную аполитичность пере лицом распоясавшейся реакции, обрушившейся на рабочие организации19 . Все это не могло не вызвать реакции со стороны рабочих масс, в результате чего в значительной мере и сложился союз рабочих организаций с боровшимися за власть каррансистами. Этот союз сопровождался полным политическим подчинением рабочего класса господствующему блоку национальной буржуазии с мелкобуржуазными группами, превращением мексиканского пролетариата в орудие, в политический придаток национальной буржуазии.

Вопреки сопротивлению старых вождей общее собрание "Дома рабочих мира" приняло в 1915 г. решение, санкционировавшее соглашение с Каррансой, на основании которого было сформировано в помощь Каррансе шесть специальных рабочих батальонов "для обеспечения победы конституционалистской революции и осуществления ее идеалов социальной реформы, избегая насколько возможно излишнего пролития крови", как говорилось в соглашении20 .

Эти "красные" батальоны сыграли большую роль в обеспечении и закреплении победы Каррансы и были им частично использованы для подавления сапатистского движения. Тем самым получил свое наиболее трагическое выражение тот разрыв менаду рабочим классом и крестьянством, который характеризовал мексиканскую революцию на всем ее протяжении, на чем мы остановимся более подробно в дальнейшем.

В этой обстановке создается в 1918 г. общенациональный профсоюзный центр "Мексиканская областная рабочая конфедерация", сокращенно - КРОМ (Confederacion Regional Obrera mexicana"). Несмотря на традиционную "аполитичность", декларируемую в ее уставе21 , КРОМ с первых шагов выявляет себя как реформистская организация, отражающая интересы узкой привилегированной полуремесленной прослойки городского пролетариата, своеобразной колониальной рабочей аристократии, и обнаруживает "склонность" к сотрудничеству с правительством и предпринимателями, в том числе и иностранными. И все же, руководя кое-как защитой повседневных экономических нужд рабочих, служа ходатаем перед правительством и передатчиком всех поблажек, которые последнее время от времени бросало рабочим, КРОМ снискал себе на первых порах немалое влияние среди рабочих масс.


19 R. Salazаrу I. Esсоbedо, Las pugnas de la gleba, 1923. Capitulo tercero, p. 70.

20 Jose С Valdes, Rev lucion Social, о motin politico Mexico, 1922, p. 48.

21 Constitution de la Confederacion Regional Obrera Mexicana, 1925, p. 5.

стр. 301

IV. Развитие мексиканской революции после прихода к власти Обрегона

Закрепив свою власть, Карранса обнаружил полное нежелание выполнять данные им обещания. Статья 27-я конституции 1917 г. осталась лишь на бумаге, не получив почти никакого практического применения22 . Точно так же и в отношении рабочего движения Карранса проявлял в последнее время своего господства все больше стремления перейти к буржуазии и "нормализации". Он распустил беспокоившие его "красные" батальоны и преследовал всех "нарушителей общественного порядка". Все это приводило к росту недовольства Каррапсою среди широких трудящихся масс города и деревни, к нарастанию массового отпора его диктатуре, особенно усиливавшегося в атмосфере доходивших до Мексики отзвуков Октябрьской революции и вызванного ею мирового революционного подъема. Этот отпор превратился к моменту окончания президентского срока в 1919 г. в новую вспышку гражданской войны, закончившейся поражением Каррансы и его смертью. К делу свержения Каррансы приложил разумеется руку и иностранный капитал, в частности североамериканский, недовольный усиливавшимся сближением Каррансы с Англией.

К власти приходит в 1920 г., опираясь на поддержку широких крестьянских и рабочих масс, прежний сотрудник Каррансы Обрегон.

Под напором развертывающегося массового движения правительство Обрегона начинает осуществлять на деле кое-какие обещания, данные Каррансой, но оставшиеся в период президентства последнего "мертвой-буквой".

Пункт 27-й новой конституции начинает проводиться в жизнь, хотя и с оговорками и с открыто выраженной капиталистической тенденцией содействовать дроблению не всяких латифундий, а лишь чисто феодального типа, технически крайне отсталых,23 . При этом специальный регламент устанавливал, что экспроприированные у помещиков земли должны быть им компенсированы специальными бонами "аграрного долга", погашаемыми тиражами в 20 лет. Согласно этому регламенту на наделение землей имели право претендовать лишь общины и самостоятельные крестьяне, но не с. -х. рабочие (пеоны). Наконец регламент, дополненный и "развитый" бесчисленным количеством циркуляров, предусматривал исключительно сложную и длинную бюрократическую процедуру, через которую должно было пройти до своего окончательного утверждения каждое решение о передаче земельного участка общине24 . Все это было разумеется выражением колеблющейся, соглашательской политики правящих элементов перед лицом бешеного сопротивления помещиков проведению в жизнь 27-й статьи. Количество земли, которое передавалось крестьянам, и темпы этой передачи были разумеется очень далеки от того, чтобы удовлетворить разоренную и ограбленную крестьянскую массу. Все же аграрная реформа была сдвинута с мертвой точки, и именно поэтому Обрегону удалось внести некоторое успокоение в разбушевавшуюся крестьянскую стихию и ослабить влияние в массах наиболее радикальных течений аграрного движения. Сама реформа содействовала в свою очередь усилению классового расслоения в недрах крестьянской общины и деревни вообще, способствуя росту в них кулацко-зажиточной части. Особенно скоро и притом всерьез успокаиваются верхушечные элементы деревни, которым достаются в большей степени, если не целиком, все блага реформы. Вместе


22 Fr. Tannenbaum, Op. cit., p. 184.

23 Alvaro Obregon, El problema Agrario Mexico, 1920.

24 Recopilacion Agraria, II edicion 1924, Reglamento del 10 de abril de 1922, p. 5.

стр. 302

с тем правительство Обрегона и его агенты на местах, -губернаторы штатов- оказывают всяческую поддержку созданию и развитию крестьянских; организаций, стремясь при этом сделать ИУ орудием своей политики, подчинить их всецело своему политическому влиянию и контролю.

Вся эта политика Обрегона вызвала усиление контрреволюционной активности помещиков. В конце 1923 г. вспыхивает при поддержке иностранных империалистов реакционное восстание, возглавляемое Адольфо де ля Уэрта. Обрегону удается подавить это восстание довольно скоро именно потому, что на его стороне оказывается вооруженная поддержка трудящихся масс города и деревни. Необходимо впрочем отметить также и то, что САСШ, пытаясь привлечь Обрегона на свою сторону, облегчают его положение продажей ему значительных партий оружия. В ответ на попытки феодальной реакции отыграться на церковных делах Обрегон проводит репрессии против церковных организаций (в частности высылка из Мексики в 1923 г. папского легата). Установление правительством Обрегона дипломатических отношений с Советской Россией представляло собой антиимпериалистический акт, рассчитанный вместе с тем на усиление популярности правительства среди рабочих и крестьянских масс.

Влияние Октябрьской революции сказывалось в то время уже довольно сильно на развитии мексиканского рабочего движения, которое получило возможность во время президентства Обрегона развертываться открыто, несмотря на отдельные репрессии, не прекращавшиеся и в это время25 . Между тем КРОМ все более вырождается в желтую организацию североамериканского типа. Лидеры КРОМа начали удобно устраиваться на тепленьких местечках правительственного аппарата. Втянутый в панамериканскую федерацию труда с момента ее создания и являясь в ее лоне единственной значительной организацией из Латиноамериканских стран, КРОМ превращается на деле в проводника экспансии североамериканского империализма, открыто коррумпирующего КРОМовскую верхушку (его знаменитую "grupo Accion"). Это вызывает растущее негодование и недовольство продажными вождями среди рабочих масс как организованных в КРОМе, так и вне его. Это негодование не уменьшилось от того, что КРОМ, желая поднять свой колеблющийся престиж, начал заигрывать (в 1921 г.) с Профинтерном. Отражением дифференциации, начавшейся в рабочем движении под влиянием проникновения в страну идей Октябрьской революции было создание мексиканской социалистической партии, в которой на первых порах наряду с "коммунистической группой" принимали участие и лидеры КРОМ. Последние впрочем довольно скоро покинули ее ряды, основав собственную "лабористскую" партию. После этого социалистическая партия вскоре присоединилась к Коммунистическому интернационалу, переименовавшись в компартию Мексики. В это время она начала издавать свой орган (называвшийся одно время "Рабочий-коммунист" "El obrero Comunista"). Первоначальная платформа этой партии была чрезвычайно путаной, отражая собой отсталость мексиканского рабочего движения и господствующие в нем анархистские предрассудки (антипарламентаризм и т. д.). Впоследствии она была изменена.

Начиная с 1920 г., усиливавшееся в мексиканских рабочих массах брожение выливается в форму движения за создание нового революционного профсоюзного центра, стоящего на платформе классовой борьбы и пролетарского интернационализма. Над созданием подобного центра начинает работать КП Мексики в сотрудничестве с левыми анархо-синдика-


25 Цифровые данные о росте стачечного движения с момента прихода к власти Обрегона (в тыс. стачечников): 1911 г. - 19; 1914 - 11; 1915 - 15; 1918 - 6; 1919- 17; 1920 - 65 и 1921 - 106 (J. Valdes, Op. cit., p. 55).

стр. 303

листами. В результате этого в феврале 1921 г. был созван съезд, на котором представители 52 организаций (из них 18 ранее примыкавших к КРОМ) создают Всеобщую конфедерацию труда Мексики, исполком которой посылает своего делегата на II конгресс Профинтерна26 . ВКТ участвует в развивавшемся стачечном движении, в частности в общенациональной забастовке железнодорожников в 1921 г., продолжавшейся несколько недель и закончившейся поражением благодаря предательству вождей КРОН.

Однако коммунисты не смогли закрепить своего влияния в ВКТ и содействовать ее превращению в подлинно революционную организацию мексиканского пролетариата. Уже на II съезде ВКТ в сентябре того же 1921 г. большинство предложений, сделанных конфракцией, было отвергнуто. Правда настроение большинства делегатов принудило господствовавших, на съезде анархо- синдикалистов пойти в виде маневра на принятие каучуковой резолюции о присоединении к Профинтерну "в принципе". Но они добились отказа от присоединения к основным решениям I конгресса Профинтерна. После этого съезда коммунисты вследствие неумелой и слабой работы в рядах конфедерации и отчасти вследствие правительственных репрессий теряют последние остатки своего влияния в ВКТ. Последняя быстро превращается в организацию, внешне "чисто анархистскую", фактически же тред-юнионистскую, сохраняя свое влияние лишь среди некоторых, хотя и весьма важных, отрядов мексиканского пролетариата (например рабочие серебряных рудников).

Впоследствии молодая мексиканская компартия не ведет никакой серьезной работы ни в ВКТ, ни в организациях, примыкающих к КРОМ, ни в автономных профсоюзах. Это лишает ее приводных ремней, ведущих к широким рабочим массам. В то же время КП Мексики начинает принимать активное участие в крестьянском движении. Отсутствие прочной пролетарской базы и ясных установок в вопросе о роли и взаимоотношениях в революции рабочего класса и крестьянства приводит к тому, что компартия всецело захлестывается мелкобуржуазной стихией и превращается нередко в подголосок крестьянской политики правительства и его агентов. Для характеристики того, что в центре внимания КП Мексики в этот период была отнюдь не задача организации рабочего класса, может служить тот факт, что самым крупным массовым движением из числа руководимых партией за этот период была происходившая в 1922 г. "забастовка" 160 тыс. квартиронанимателей, добивавшихся издания особого закона об охране их интересов. С этим связывалось и ухудшение социального состава партии, которая не проводила независимой пролетарской классовой линии.

V. Особенности рабочего движения в важнейших Латиноамериканских странах в связи с их социально-экономической структурой

Первые послевоенные годы были ознаменованы в большинстве важнейших стран Латинской Америки бурным подъемом революционного рабочего движения. Этот подъем развивался с особой силой и размахом именно в тех странах (Аргентина, Бразилия, Чили, Перу), в которых -при дальнейшем их закабалении империализмом и сохранении многочисленных феодально- крепостнических пережитков -получили наибольшее по сравнению с другими Латиноамериканскими странами развитие капиталистическое сельское хозяйство, горная промышленность и легкая индустрия. Это были страны, в которых на основе капиталистического развития больше всего


26 "Красный интернационал профсоюзов", 1921, X, стр. 484; 1922, I, стр. 60, статья Фрайна.

стр. 304

вырос, качественно и количественно, рабочий класс и где сложились к этому времени традиции и элементы организованного рабочего движения. Это движение развивалось на базе тех глубоких изменений, которые произошли в экономике Южноамериканских стран в военные годы и в тесной связи с революционным циклопом, который дул из старого света. Различие размаха, форм и уровня движения в отдельных странах определялось помимо своеобразия всей социально- политической структуры той или иной сараны различаем в уровне классовой сознательности пролетариата и особенностями развития рабочего движения.

а) Страны Тихоокеанского побережья (Чили, Перу)

Из стран Тихоокеанского побережья бурным подъемом рабочего движения были охвачены в эти годы Чили и Перу. В этих странах получили большое развитие горная промышленность (главным образом в Чили, где она играет господствующую роль в экономике страны), а также особенно начиная с мировой войны, и товарное экспортное сельское хозяйство (главным образом в Перу). Пережитки феодализма и крепостничества, весьма значительные во всех без исключения Латиноамериканских странах, наиболее сильны во всех странах Тихоокеанского побережья. В аграрном строе Чили и Перу преобладает крупная земельная собственность феодального типа, под гнетом которой живут жестоко эксплоатируемые полукрепостные испольщики и находящиеся в полурабском состоянии с. -х. рабочие -пеоны. Исключительно велики в этих странах политическое влияние и экономическая власть католической церкви, владеющей колоссальными недвижимыми имуществами, большими капиталами и т. д.

Иммиграция в эти страны была крайне незначительна. Аграрное перенаселение, созданное здесь, несмотря на небольшую густоту населения, (кроме Чили) процессом разорения и экспроприации миллионных крестьянских масс индейского населения крепостниками-помещиками и империалистами, способствовало закреплению в этих странах такого низкого жизненного уровня трудящихся, что им едва ли мог соблазниться европейский иммигрант. Большая часть рабочего класса этих стран, особенно его основных отрядов (горняки, с. -х. рабочие), состоит именно из этих индейских и полуиндейских (метисы) масс, зачастую не знающих правительственного испанского языка. Эти массы жестоко эксплоатируются и подавляются тройным не только империалистическим и классовым, но и национальным гнетом (со стороны туземной привилегированной национальности -креольско-метисской, говорящей на испанском языке). Эксплоатация труда характеризуется здесь безграничным рабочим днем, в том числе и в рудниках под землей, нищенской заработной платой, системой расплаты бонами на предпринимательские лавки, где продают гнилье втридорога и т. д. Рабочие находятся под тягчайшим политическим гнетом, лишенные зачастую, в частности и на самых передовых в смысле техники империалистических предприятиях, не только права организации, но даже права свободного при движения,. Этим легко объясняется исключительно большая, стихийно прорывающаяся революционная боеспособность пролетарской массы этих стран. Значительно более высоким является здесь жизненный уровень городских в особенности квалифицированных рабочих транспорта (железнодорожники и водянки), легкой индустрии и не промышленного труда.

Чили, наиболее промышленно развитая из стран Тихоокеанского побережья, была не только самой передовой в смысле рабочего движения, но и единственной в этой группе, где вообще в довоенный период имелись сколько-нибудь значительные традиции организованного рабочего движения. Первые проблески этого движения относятся к началу XX в., когда стали издаваться первые рабочие газеты и возникать первые рабочие орга-

стр. 305

низации, носившие в своем большинстве мутуалистический и культурнический характер. Такой характер носила и возникшая в 1902 г. старейшая рабочая организация "Рабочее согласие" ("La mancomunal obrera"), издававшая с 1903 г, свой орган "Труд" ("El trabajo")27 . Рабочие массы Чили начинают организованно праздновать 1 Мая в крупнейшем рабочем центре Вальпарайзо в 1903 г. и в столице Сант-Яго в 1904 г. Но молодым рабочим движением сразу овладела политически благодаря своей эгалитарной, радикально-демократической пропаганде (и разумеется в первую очередь вследствие исторически обусловленной политической отсталости рабочих) мелкобуржуазная "Демократическая партия". Она обеспечила себе преобладающее влияние в большинстве профсоюзов, в том числе и в общенациональной "Рабочей федерации Чили", ФОЧ ("Federacion obrera Chilena", "Foch"), возникшей в 1909 г.28 . Рост этой "Рабочей федерации" приводит к тому, что она, несмотря на отсутствие классового руководства, становится уже в годы накануне войны основным центром организованного пролетариата страны. Сама ФОЧ и особенно политика ее руководства носили в этот период, несмотря на стихийно прорывавшуюся революционность объединяемых ею рабочих, цехово-реформистский характер.

Более слабыми были в довоенный период ростки рабочего движения в другой Тихоокеанской стране - Перу. Там, правда, уже в первые годы XX столетия происходит ряд стихийных экономических забастовок и возникают первые организации, главным образом в виде касс взаимопомощи 29 . Стихийное стачечное движение, возникшее в 1908 г. (с этого года в Перу начинают праздновать 1 Мая) и охватившее помимо столицы Лимы крупнейший порт - Кальяо, с новой силой вспыхивает в 1911 г. и проникает во все углы страны. Но и это движение не привело к созданию значительных профсоюзных организаций, а тем более к созданию какого- либо общенационального центра. В послевоенный революционный подъем перуанский пролетариат вступает в состояние полнейшей неорганизованности.

Вместе с тем рабочее движение, развиваясь в городах, не охватывает даже основного пролетарского отряда -горняков, тем более оно остается совершенно изолированным от нарастающего в глубине страны аграрного и национально освободительного движения индейских крестьянских масс. Разрозненные стихийные вспышки антипомещичьих восстаний, в которые время от времени выливалась эта борьба, достигают большой силы как раз в предвоенные годы, завершаясь в 1914 г. "восстанием Румимаки", в котором участвовало свыше 70 тыс. индейцев. Это движение, равно как и его кровавое подавление президентом Бенавидес, не нашло как будто никакого заметного отклика в среде перуанского городского пролетариата.

б) Лаплатские страны (Аргентина)

Иным путем шел процесс формирования пролетариата в странах, расположенных по 'течению Лаплаты (Аргентина, Уругвай). Здесь имел место быстрый рост товарного земледелия, сопровождавшийся внедрением совре-


27 Luis Rесabarren, Los albores de la revolucion social en Chile, Santiago, 1921, p. 13.

28 Juan Puiz, Chile, La situacion del proletariado у sus organizaciones, "El trabajodor latino- americano", N" 2, p. 12. Любопытно отметить, что эта ФОЧ, сильно видоизменившаяся с начала после революционного подъема и превратившаяся в 1921 г. в секцию Красного профинтерна, возникла первоначально по инициативе даже не мелкобуржуазных демократов, а реакционно- консервативных элементов (одного адвоката, советника железнодорожных компаний), пытавшихся внедриться в рабочее движение при помощи организаций компанейского типа. Однако вскоре ФОЧ попала в руки профсоюзников из "демократической партии "и осталась под их эгидой до 1921 г.

29 Informe sobre el Peru, "El trabajador latino-americano", N 26 - 27, 1929, p. 6.

стр. 306

менной техника и несомненным ростом в сельском хозяйстве капиталистических отношений, хотя и связанных путами феодальных пережитков, -доминирующих, в аграрном строе этих стран. Наиболее значительным был рост капиталистических отношений в пшеничной центральной области Аргентины (в провинциях Буэиос-Айрес, Санта-фе, Кордоба), где были распространены отношения капиталистического найма. Но совсем крепостнический характер носили производственные отношения в полуфеодальных поместьях скотоводческого холодного юга (Патагония) и на плантациях сахарного тростника и лесоразработках субтропического севера страны. Наряду с этим по мере развития техники хранения и перевозки мороженого мяса здесь начинают быстро развиваться и товарное скотоводство и мясная промышленность. Все это приводит к быстрому росту крупных городов, насчитывающих миллионы населения (Буэнос- Айрес, Розарио). Эти города являются прежде всего главными перевалочными пунктами для экспортируемой с. -х. продукции и центрами сосредоточения крупной, принадлежащей иностранному капиталу, промышленности по первичной переработке с-х. сырья (мясохладобойни - Irigorificos, мельницы).

В борьбе за земледельческую колонизацию "пампы" (степи), сопровождавшуюся захватом земли в основном не мелкими поселенцами, а крупными креольскими помещиками, туземное индейское население Лаплатских стран было в своей большей части истреблено уже к концу прошлого века. Зато эти страны привлекли к себе могучий, все возраставший поток иммиграции, шедший из страдавших от аграрного перенаселения европейских стран, главным образом из Латинских стран Южной Европы, - Италии, Испании. Росту иммиграционного потока способствовал относительно высокий уровень зарплаты в странах Лаплаты, которым они резко выделялись в довоенный период среди прочих Латиноамериканских стран. Однако различие как в отношении зарплаты, так и всех остальных условий труда между широкими массами и верхушечными слоями рабочего класса было тут особенно велико. В отношении Аргентины можно было пожалуй говорить о сложившейся "рабочей аристократии", жившей в сравнительно хороших условиях, в то время, как основная масса аргентинского пролетариата, и с. -х. рабочие в первую очередь, подвергалась беспощадной эксплоатации и находилась в состоянии полного бесправия. Всякое проявление революционной классовой борьбы в их среде подавлялось с исключительной свирепостью.

В этой обстановке глубокого обострения социальных противоречий и под идейным влиянием европейской эмиграции рабочее движение зарождается в Аргентине очень рано. Уже I Интернационал имеет в Аргентине свою секцию, где преобладают вначале элементы, сочувствующие марксизму, а затем после раскола в международном масштабе - анархисты- бакунисты. В конце XIX в. появляются профсоюзные организации, носящие в своем большинству узко цеховой характер, и развертывается забастовочное движение. Против развития этого движения господствующие классы начинают вскоре принимать решительные контрмеры в виде всевозможных чрезвычайных законов, с которыми рабочий класс ведет упорную борьбу (например в 1907 г. 150-тысячная забастовка протеста против "Закона о местожительстве", согласно которому подлежали высылке революционные рабочие-иностранцы). Несмотря на все это рабочее движение Аргентины, насчитывавшее десятилетия существования и упорной борьбы, продолжает оставаться в течение всего довоенного периода в состоянии полнейшей распыленности и раздробленности.

Наличие в аргентинском пролетариате обособленной рабочей аристократии, тесно связанной с мелкобуржуазными и мелко капиталистическими

стр. 307

элементами города и деревни, создает социальную базу для реформизма. Из всех Латиноамериканских стран именно в Аргентине реформизм получает свое наиболее законченное выражение, хотя и сохраняет свою колониальную специфичность. Социалистическая партия Аргентины возникает уже в 1892 г., и с 1894 г. начинает издавать свой ежедневный центральный орган ("Vanguardia"). Она сосредоточивает свою деятельность главным образом на завоевании мест в парламенте и провинциальных палатах и с самого своего возникновения является типично реформистской организацией. Уже начиная с предвоенных лет, аргентинская социалистическая партия сотрудничает не только с туземной буржуазией, но и с иностранным капиталом. Она превращается подобно КРОМ в прямого проводника империалистического внедрения, в страну. Ее раскол в послевоенный период на "старых" и "независимых", между которыми не было никакого существенного различия ни в программе, ни в тактике, в значительной мере отразил соперничество империалистических хозяев Аргентины (Великобритании и САСШ), равно как и борьбу клик -партий туземного буржуазно-помещичьего лагеря.

Но уже на заре рабочего движения начинают расцветать в Аргентине пышным цветом анархизм и анархо-синдикализм, которые, как известно, играли исключительно большую роль в довоенном рабочем движении большинства Латиноамериканских стран. Именно Аргентина стала рассадником анархистских и анархо-синдикалистских идей по всему континент у, гегемоном и идейным руководителем общеконтинентального анархо-синдикалистского движения. Пересадке идей европейского анархизма на аргентинскую почву особенно способствовало то обстоятельство, что эмигрантский поток направлялся в основном из Латиноевропейских стран, где существовали чрезвычайно сильные анархистские традиции. Но этому пышному расцвету анархизма в Аргентине несомненно благоприятствовали и все местные условия. Исключительно благоприятную почву для анархизма представлял собой аргентинский рабочий класс, рекрутировавшийся за счет притекавших из Европы разоренных крестьян и ремесленников, тесно связанных с окружавшей его и преобладавшей в крупных центрах Аргентины мелкобуржуазной ере дои. Значительную часть пролетариата Аргентины составляли рабочие средних и мелких полуремесленных предприятий. Анархистское пренебрежение политической борьбой находило живой отклик среди преобладавших в ряде отраслей иностранцев-эмигрантов, очень мало интересовавшихся политической жизнью страны, которую они рассматривали как место своего временного пребывания. Эта "аполитичность" анархизма была вместе с тем отражением реакции рабочих масс на ют парламентский кретинизм и коррупцию, которыми всегда отличалась аргентинская социалистическая партия.

Отражая неоднородность рабочего класса страны и раздробленность рабочего движения, анархизм с своей стороны содействовал усилению децентрализованности и расщепленности рабочего класса Аргентины. В союзы, создававшиеся анархистами, были организованы лишь узкие слои городских рабочих, притом второстепенных отраслей, часто носивших полуремесленный характер. В Аргентине с особой отчетливостью подтверждалось положение Ленина о том, что "анархисты потому и составляют один из наиболее вредных элементов рабочего движения, что, всегда крича о массе угнетенных классов (или даже о массе угнетенных вообще), всегда разрушая доброе имя любой социалистической организации, - они сами никакой иной организации противопоставить или создать не могут".

Дезорганизаторская роль аргентинских анархистов выступала особенна

стр. 308

выпукло в вопросе о создании общенационального профсоюзного объединения. В первом общенациональном рабочем объединении, созданном в 1901 г. под именем "Рабочей федерации Аргентины" ("Federacion obrera Argentina," "FOA"), наметились сразу после ею создания как преобладавшее анархистское крыло, так и антианархистское меньшинство, вышедшее из рядов федерации в 1902 г. и создавшее "Всеобщий союз рабочих" ("Union General de Trabajadores"). Этот "Всеобщей союз" находился вначале под руководством социалистов, а затем синдикалистов, отколовшихся от общеанархистского фронта. Этот "Союз" делал попытки установить единый фронт рабочего движения страны в частности с анархистским объединением, переименованным вскоре после раскола в "Областную 31 рабочую федерацию Аргентины" "ФОРА" ("Federacion Obrera Regional Argentina" "FORA"). Но ФОРА неизменно отвергала предложения других рабочих организаций об установлении единства на основе борьбы за насущные интересы рабочего класса. На своем V съезде, в 1905 г., она приняла решение, в котором подчеркивалась обязанность для всех примыкающих к ней организаций признания и проповеди "экономически- философских принципов анархического коммунизма" 32 . Этим аргентинское профдвижение загонялось в безысходный тупик сектантства. Ряд последующих попыток объединения закончился также неудачей, в том числе и объединительный съезд, из которого народилось в 1909 г. самостоятельное синдикалистское, объединение "Областная рабочая конфедерация Аргентины" (КОРА). Этот синдикалистский центр после ряда неудачных попыток добиться единого фронта решил самораспуститься, рекомендовав примыкающим к нему организациям влиться в анархистскую ФОРА как старейшую рабочую организацию страны. На следующем, IX съезде ФОРА, происходившем в 1916 г. в Буэнос-Айресе, большинство оказалось в руках синдикалистов, которые решительно поставили вопрос об изменении устава ФОРА и устранении тех рогаток, которые создавали в движении "чистые анархисты". После того как их предложения были приняты подавляющим большинством, анархистское меньшинство сразу же раскололо ФОРА и выделилось в особую организацию сторонников упоминавшихся выше решений V конгресса. Таким образом к началу мировой войны в Аргентине существовали две ФОРА - одна "чисто анархистская" "FORA dеlquinto" (ФОРА V конгресса)33 , другая - синдикалистская "FORA del Noveno" (ФОРА IX конгресса), причем последняя имела несравненно большее влияние среди рабочих масс страны.

а) Бразилия

Наконец особыми путями развивалось рабочее движение в Бразилии, крупнейшей стране южноамериканского континента. Основой экономики Бразилии является крупное плантационное хозяйство. Притом наряду с продолжающимся расширением старейших тропических культур (сахарный тростник, табак в штатах севера: Вайя, Пернамбуко и Алагоаш), в Бразилии быстро развертывается со второй половины прошлого столетия производство кофе (штаты Сан-Паоло, Минас-Жэраес, Рио-де-Жанейро и др.), которое играет исключительно большую роль в с. -х. продукции страны, доминирует в ее внешней торговле. В умеренной климатической полосе южных штатов (Рио Гранде до Суль, Парана, Мато Гроссо и др.) начинают развиваться зерновое хозяйство и крупное товарное скотоводство; тут имеет


31 Термином "областная" анархисты как бы подчеркивали свою принципиальную "антигосударственность": для них существуют не государства, а лишь "области".

32 Origines у manifesticiones del Quintismo Memoria y balance del Consejo Federal de la FORA al XI congreso, 1919 - 1920, p. 33.

33 Откуда и происходит популярное в Аргентине название "чистых" анархистов- "кинтисты" (quintistas).

стр. 309

место наибольшее развитие капиталистического сельского хозяйства. Для общей же характеристики Бразилии является характерным обилие пережитков феодализма и рабства, не только сковывающих ее сельское хозяйство, но и господствующих во всей социально- экономической структуре страны, пронизывающих всю ее политическую надстройку. Наряду с этим за последние десятилетия в Бразилии получила довольно большое развитие легкая промышленность, в которой значительную роль играет национальный капитал. Вырастают крупные индустриальные центры, какими несомненно являются Рио-де-Жанейро и особенно Сан- Паоло.

Что касается состава рабочего класса, то Бразилия как бы представляет собой сочетание разных моментов, свойственных структуре пролетариата и Тихоокеанской и Лаплатской групп. Большая часть пролетариата Бразилии рекрутировалась и рекрутируется из туземного населения, состоящего в значительной части из негров и мулатов. Эти негритянские массы подвергаются национальному гнету, который хотя и не носит столь острых, кровавых форм, как североамериканский джимкроуизм, но выражается в многочисленных проявлениях неравноправия. В частности негритянские трудящиеся работают в своем большинстве на самых скверных, тяжелых, плохо оплачиваемых работах.

Другая часть бразильских рабочих - эмигранты. Создание новых земледельческих зон и отчасти промышленный рост при крайней малонаселенности многих областей Бразилии, отрезанности одного района от другого (вследствие отсутствия путей сообщения), определили собой весьма значительный поток эмиграции из Европы в Бразилию (хотя относительно и меньший, чем в Аргентину). Лишь очень небольшая часть эмигрантов оседала на земле в так называемых "земледельческих колониях". Основная масса эмигрантов нанималась в батраки на кофейные "фазенды", где подвергалась самой беспощадной эксплоатации.

В торгово-промышленных центрах, где зарождалось рабочее движение, играли, так же как и в Аргентине, большую роль всевозможные промежуточные, мелкобуржуазные прослойки, находившиеся в тесной связи с основными пролетарскими слоями и оказывавшие сильное влияние на последние. Именно поэтому в условиях чрезвычайной экономической и политической децентрализованности страны и сильного мелкобуржуазного влияния на пролетариат бразильское рабочее движение, начавшее развиваться также весьма давно34 , с конца прошлого века, пребывало в состоянии еще большей распыленности, чем движение в Аргентине. Многие отсталые, допотопные формы движения, давно исчезнувшие в Европе, оказались весьма живучими в Бразилии. Значительная часть как старых профсоюзов, так и возникавших в более поздние годы носила характер касс взаимопомощи и сохранила свой "мутуалистический" характер и по сей день, вплоть до своего названия ("Общество сопротивления и благотворительности"). На базе подобных организаций рос и развивался бразильский анархо-синдикализм, который также был наиболее влиятельным течением в довоенном рабочем движении страны, но носил по сравнению с аргентинским более аморфный, можно сказать доморощенный, характер, разбиваясь на бесконечно мелкие секты и кружки 35 . На всем протяжении рабочего движения в Бразилии, вплоть до создания КП, не складывается никакой политической рабочей партии, несмотря па то, что первые попытки, сделанные в этой области, относятся к очень ранним временам 36 . Единствен-


34 Возникновение первых профсоюзных организаций в Бразилии относится ко времени провозглашения республики, т. е. к 90-м годам прошлого столетия.

35 Оctavio Вrandaо Rus Proletaria, 1923, p. 169.

36 Relatorio da Confederacao Operaria Brasileira apresentado ao segundo Congresso Terzeira Parte, p. 45. Согласно этой анархистской истории рабочего движения в 1892 г.

стр. 310

ним серьезным конкурентом анархизма и анархо-синдикализма в довоенном рабочем движении Бразилии выступают лишь буржуазные либералы, делающие неоднократные попытки внедриться в рабочее движение с целью использовать его в избирательной борьбе и в путчах, организуемых, против консервативного правительства (как это имело место в 1904 г.).

Вместе с тем на фоне разрастающегося с начала XX в. стихийного стачечного движения (первые крупные стачки рабочих "Ллойд Бразилейро" в 1902 г., текстильщиков Рио-де-Жанейро - в 1903 г.) делаются под руководством анархо-синдикалистских, элементов попытки объединения профсоюзных организаций. Эти попытки завершаются созывом в 1906 г. первого Бразильского рабочего конгресса, проходящего под знаком анархо-синдикализма. Этот конгресс в своих решениях "советует пролетариату организовываться в общества экономического сопротивления, основной организации и, не отказываясь от защиты путем непосредственного действия (acao direta) элементарных политических прав, которые нужны экономическим организациям, отвергает (a por fora) особую политическую борьбу партий и соперничество, получающееся вследствие присоединения обществ сопротивления к определенной политической или религиозной доктрине или избирательной программе" 37 .

Созданная на этом конгрессе "Бразильская рабочая федерация" ("Federecao operaria Brasileira") никогда не была широкой массовой организацией, но ее влияние было в довоенный период довольно значительным среди масс городского пролетариата. Опираясь на это влияние, федерация провела ряд крупных политических кампаний (в частности кампанию против введения обязательной военной службы в 1908 г., движение протеста против казни испанским правительством анархиста Феррера в 1909 г. и др.). Тем не менее поведение анархо- синдикалистских лидеров федерации, отнюдь не стремившихся к действительной организации масс для повседневной защиты их экономических нужд и классовых интересов, не могло способствовать поднятию престижа федерации. Созванный федерацией в сентябре 1913 г. II рабочий конгресс 38 также не внес в рабочее движение страны по существу ничего нового и не способствовал укреплению его рядов.

VI. Экономические предпосылки послевоенного подъема рабочего движения

В результате экономического развития военных лет пролетариат Латиноамериканских стран возрастал количественно и качественно, поднимался уровень его классового сознания. Тяжкие условия беспощадной эксплоатации, в которых находилось подавляющее большинство латиноамериканского рабочего класса, делали этот пролетариат весьма революционным. Быстрой радикализации рабочих масс и в период экономического подъема способствовало то обстоятельство, что выгоды его всецело доставались обогащавшимся сказочными темпами буржуазно-помещичьим классам, хотя кое-что отчасти перепадало и верхушечным слоям латиноамериканского пролетариата.

Положение широчайших слоев рабочего класса продолжало систематически ухудшаться главным образом вследствие бешеного роста дорого-


был созван конгресс, на котором впервые собравшиеся "развернули знамя социализма, чтобы противопоставить себя деспотизму молодой бразильской республики", и поставили вопрос "о создании партии с чисто политическими путями". Судя по всему, эта попытка, не получив никакого отклика в массовом движении, повисла в воздухе и закончилась безрезультатно.

37 Resolucoes do Primeiro Congresso Operario. Brasileiro Tema I, sobre orientacao.

38 Resolucoes do Segundo Congresso Operario Brasileiro 1914, p. 25 и др.

стр. 311

визны на все предметы первой необходимости. Некоторое представление дают об этом исчисленные официальными учреждениями соответствующих стран индексы стоимости жизни, несомненно преуменьшающие действительный рост дороговизны.

Увеличение индекса стоимости жизни

Уругвай 39

Чили40

Перу41

Годы

Индекс

Годы

Индекс

Годы

Индекс

Годы

Индекс

Годы

Индекс

Годы

Индекс

1913

100

1918

140

1913

100

1920

163

1913

100

1917

145

1915

104

1919

147

1915

120

1921

169

1914

107

1918

102

1916

105

1920

167

19,7

118

1922

173

1915

115

1919

188

1917'

125

1921

150

1918

121

1923

176

1916

123

1920

210

Зарплата если и возрастала, то отнюдь не пропорционально этому увеличению дороговизны, и даже в тех редких случаях, когда рабочие добивались увеличения реальной заработной платы, этот успех быстро сводился на нет дальнейшим ростом дороговизны.

Но совершенно нестерпимым стало положение рабочих масс в итоге глубочайшего послевоенного экономического кризиса. Этот кризис вызвал бешеное наступление иностранных и туземных предпринимателей на и без того невероятно низкий жизненный уровень масс. Под влиянием этого в Латинской Америке поело войны высоко подымается волна революционного рабочего движения. Массовые пролетарские выступления направляются против иностранного капитала, туземных эксплоататорских классов и их агентов, заостряясь все более политически, хотя между движениями, развивавшимися в эти годы в разных странах Америки, имелось большое различие в смысле политического уровня.

VII. Послевоенный революционный подъем в Перу

Подъем послевоенного революционного рабочего движения начинается в Перу в 1918 г. стихийно возникающей борьбой за фактическое проведение формально провозглашенного раньше 8- часового рабочего для. Это движение выливается во всеобщую забастовку, охватывающую ряд важнейших центров страны 42 . Забастовка, поддержанная мелкобуржуазными массами города, продолжается три для и вынуждает правительство издать новые декреты о проведении 8- часового рабочего дня. В результате этого движения создается ряд рабочих организаций, в частности крупнейшая профорганизация - Федерация текстильщиков Перу.

Массовое движение развертывается с особой силой в следующем, 1919 году не без влияния доходивших до Пору с большим опозданием отзвуков Октябрьской революции и мирового революционного подъема. В апреле - мае происходит в Лиме целый ряд экономических забастовок, закончившихся в своем большинстве полной или частичной победой рабо-


39 El Uraguay atraves de la Estadistca, "La Correspondancia Sudamencana" N 19, 1927 г..

40 "Commerce Year Book", vol. II, 1923, p. 189. Данные Центрального бюро статистики Чили.

41 R. Martinez de la Torre, El movimiento obrero en. 1919, p 10.

42 Informe sobre el Peru Consideraciones sinteticas sobre la lucha de la clase obrera en Peru "El trabajador latino-americano" N 26 - 27, 1929.

стр. 312

чих (текстильщиков, трамвайщиков). На фоне непрерывно возрастающей дороговизны возникает и развертывается общенародное движение "борьбы с дороговизной", которое, несмотря на то, что его основной движущей силой были рабочие массы и крупнейшую роль в его руководстве играли профессиональные организации, находится несомненно под сильным мелкобуржуазным влиянием и не имеет определенной классовой ориентации ни в смысле своей программы и лозунгов, ни в смысле своей тактики. Эго легко можно видеть из последующего изложения.

Движение начинается с создания при активном участии Федерации текстильщиков общенародного "Комитета борьбы за удешевление жизненных средств" ("Comit pro abaratamiento de subsistencias") для борьбы за снижение цен на предметы первой необходимости 43 . С этой целью "Комитет удешевления" выдвигает большую программу всевозможных требований (обязательный засев злаков, запрещение вывоза зерновых культур, снижение пошлин на их ввоз и т. д.). Эта программа содержала также требование 8-часового рабочего для и отмены церковных налогов, игравших в Перу большую роль.

После неудавшейся попытки вручения петиции лично президенту Пардо Комитет удешевления" берется за организацию массового движений. Несмотря на всю нерешительность Комитета и его стремление зажать движение в чисто экономические рамки, борьба начинает принимать острый политический характер, чему весьма способствуют усиливающиеся правительственные репрессии. Подталкиваемый радикализацией масс "Комитет удешевления" принимает 8 мая решение "в случае, если цены на жизненные припасы не будут снижены на 50% к 3 часам 11 числа, объявить всеобщую забастовку во всех отраслях, которая будет продолжаться вплоть да того момента, когда будет уважена воля народа" 44 .

Однако вслед за этим комитет отложил забастовку до окончания парламентских выборов (20 мая) под тем предлогом, чтобы забастовка не была использована какой-либо политической партией. Только после того как правительство перешло к более решительным действиям и арестовало под конец председателя и секретаря Комитета, последний решился объявить всерьез намеченную всеобщую забастовку.

Но стихийно забастовка началась по сути дела уже 27 мая, т. е. раньше этого решения "Комитета удешевления". Движение это скоро приняло грозные формы, отчасти под влиянием нагло провокационного поведения властей. Бастующие захватывали рынки и крупные продовольственные магазины и распределяли сами продукты питания среди голодной толпы. Еще более боевой характер приняло движение в портовом городе Кальяо, где полное прекращение работы сопровождалось сразу же мощными уличными демонстрациями бастующих, захвативших здание муниципалитета. Движение охватило также и ряд провинциальных центров. Положение становилось вес более напряженным. Становилось очевидным, что движение может развиваться в дальнейшем и вообще продолжаться, лишь подымаясь на более высокую ступень в смысле задач, лозунгов и методов борьбы. Видя серьезные приготовления буржуазно-помещичьего правительства в гражданской войне, "Комитет удешевления", напуганный сам размахом движения, принимает решение после шести дней борьбы прекратить забастовку. Эта безоговорочная капитуляция вызывает горячий протест масс,


43 R. Martinez de la Torre, El movimiento obrero en 1919. Брошюра содержит большой материал о рабочем движении в Перу в рассматриваемый период, хотя ее теоретическая установка довольно примитивна и весьма далека от марксистско-ленинского анализа, на который претендует, по его собственным словам, автор.

44 R. Martinez de la Torre, Op. cit, p. 29.

стр. 313

настаивающих на продолжении борьбы. В ряде мест забастовка продолжается до 5 июня.

В это время правительство Пардо свергается ставленником другой буржуазно-помещичьей клики Августом Легия, который использует подъем рабочего движения для свержения ослабленного соперника и захвата власти. Легия в первое время непрочь заигрывать с рабочим движением, стремясь разрядить атмосферу и пытаясь изображать собой "всенародного героя". В этом отношении следовал лишь обычному в Латиноамериканских странах поведению "каудильо" (главаря) различных борющихся между собой за власть буржуазно-помещичьих клик. Легия освобождает из тюрьмы арестованных руководителей движения и фактически предоставляет рабочим массам право свободной организации. Впрочем довольно скоро это заигрывание с рабочим движением кончается.

Когда "Комитет, удешевления" как исчерпавший свои функции был объявлен распущенным, при активном участии его основных деятелей была сделана первая попытка создания общенационального объединения рабочих организаций в виде "Областной перуанской рабочей федерации" ("Federacion Obrera Regional Peruana"). Декларация этой федерации содержит обычную мешанину анархо-синдикалистской фразеологии и "отвергает всякую солидарность с политическими партиями, как буржуазными, так и рабочими"45 . "Областная федерация" не смогла превратиться в массовую организацию, консолидирующую вокруг себя силы организованного пролетариата. Она влачила столь жалкое существование, что собравшийся в 1921 г. в Лиме рабочий съезд решил ее совершенно ликвидировать, создав взамен нее несколько "местных рабочих федераций" (в том числе "федерацию Лимы").

Эти "местные федерации" начали проявлять кое-какие признаки жизни. Все это было однако совершенно недостаточным для рабочего движения, вступившего в новую полосу напряженных классовых боев. Эта новая волна рабочего движения развивалась на фоне углублявшегося в стране экономического кризиса, поражавшего с особой силой экспортные отрасли сельского хозяйства. Забастовки с. -х. рабочих, начавшиеся еще в конце 1919 г., значительно расширились в 1920 г., но особо широкий размах они приобретают в 1921 г., охватывая различные районы страны. Эти забастовки с. -х. рабочих, носившие характер боевых классовых выступлений, приводили неизменно к кровавым столкновениям с властями.

Большие бои происходили в 1921 г. в важнейшем районе производства сахарного тростника - долине Чикама. Когда в ответ на забастовку рабочих, требовавших увеличения зарплаты и 8- часового рабочего дня, начались репрессии со стороны предпринимателей и властей, стихийное движение с. -х. рабочих превратилось в вооруженную борьбу с помещиками и войсками. Рабочие захватили главный город района - Трухильо - и удерживали его в своих руках в течение недели, оказывая упорнейшее сопротивление войскам, пытавшимся его отбить. Изолированность борьбы рабочих Чикама и отсутствие должной поддержки восставших со стороны городских рабочих и с. -х. рабочих других районов ускорили поражение этого крупнейшего стихийного движения, которое закончилось вскоре кровавым разгромом. Под ударами правительственных репрессий слабые рабочие организации Перу оказались совершенно не в состоянии организовать отпор наглеющей реакции. Начинается период упадка, рабочего движения, который затягивается в Перу на ряд лет.


45 R. Martinez de la Torre. Op. cit., p. 39.

стр. 314

VIII, Подъем революционного движения в Чили

С несравненно большим размахом и силой развивается в первые послевоенные годы революционное движение в другой тихоокеанской стране - Чили, пролетариат которой проходит в эти годы известную школу классовой борьбы.

Быстрое экономическое развитие Чили способствовало несомненному росту в стране национальной буржуазии. Последняя начинает в эти годы парламентскую борьбу с находящейся у власти крупной земельной аристократией. Радикальная партия, представлявшая эту национальную буржуазию, находила себе поддержку не только среди городской мелкой буржуазии, но и среди широких рабочих масс. Этому способствовали антиимпериалистические фразы, содержавшиеся в ее программе и предвыборной демагогии (пересмотр иностранных концессий, устранение иностранных агентов с государственных постов). Кроме того для привлечения рабочих масс на свою сторону она обещала ввести прогрессивное рабочее законодательство, не скупясь вообще на "социальную" демагогию. Одержав победу на парламентских выборах в 1918 г., радикальная партия побеждает позднее и на президентских выборах 1920 г. Рабочие массы помогают радикалам пробраться к власти, выступая в первой фазе послевоенного движения вследствие отсутствия революционного классового руководства в качестве политического придатка блока национальной и мелкой буржуазии.

На фоне чудовищного вздорожания жизни эта фаза началась в Чили, как и в Перу, массовым движением против дороговизны в 1918 г. Движение руководилось "Национальным собранием по вопросам питания" ("Asamblea de alimentacion national"), в котором приняла большое участие "Чилийская рабочая федерация". Политический уровень движения достаточно характеризуется тем, что в нем выдвигалось в качестве одного из центральных лозунгов требование снижения пошлины на сахар. Под этим лозунгом была проведена в столице Сант-Яго сорокатысячная демонстрация, отправившая делегацию к президенту республики. Движение "против дороговизны весьма быстро сходит на нет, но мере того как развертывается классовая борьба пролетариата и начинается вместе с тем процесс постепенного высвобождения пролетариата из-под идейно- политического влияния национальной буржуазии.

Начиная с конца 1918 г. и особенно с начала 1919 г., в Чили быстро начинает развиваться мощное стачечное движение. Возникает оно большей частью стихийно. В эту борьбу все более втягиваются горняки, которые до того были совершенно неорганизованы. Начинает развиваться большое движение в угольных и селитренных районах, бьющее по интересам иностранного капитала, преобладающего в горной промышленности. На почве этого стихийного революционного подъема начинается дифференциация в недрах господствовавшей в рабочем движении мелкобуржуазной "Демократической партии". В результате этой дифференциации значительная часть находившихся в партии руководящих, и передовых элементов профсоюзного движения выделилась в самостоятельную "Социалистическую партию", первые ячейки которой возникли еще в довоенные годы 46 . Новая партия сразу же выявила свое полное сочувствие Октябрьской революции. Однако она разумеется лишь постепенно становилась на платформу революционной классовой борьбы: вся ее "идеология и деятельность продолжали носить на себе следы бесчисленных мелкобуржуазных пережитков. Выступления


46 Создание социалистических организаций в 1912 г. в селитренном районе севера в Икике (Iquique), на юге в Пунта АРенас, Luis E. Recabarren, Los albores de la revolution social en Chile, Santiago 1921, p. 8.

стр. 315

социалистических депутатов в парламенте по-прежнему продолжали носить сентиментально- филантропический, полулиберальный характер47 .

Бурный подъем рабочего движения и рост среди широчайших масс чилийского пролетариата стихийной тяги к организации вызывают значительные сдвиги и в "Чилийской рабочей федерации". ФОЧ пытается вовлечь в свое русло быстро нарастающее в горняцких районах массовое движение, идущее по линии создания так называемых "Местных советов чилийской рабочей федерации". Но этот широкий прилив рабочих масс в ФОЧ радикальным образом меняет ее лицо и сущность. ФОЧ начинает превращаться в действительно массовую организацию, объединяющую в своих рядах большинство чилийского организованного пролетариата. Вне ее остаются в Сайт-Яго железнодорожники и печатники, а также портовые рабочие, находящиеся под руководством возникающей анархистской организации "Индустриальных рабочих мира"48 . Под влиянием прилива этих сил ФОЧ заметно революционизируется и начинает выступать застрельщиком борьбы масс. На своем съезде в 1919 г. в Консенсион она вносит в свой старый устав пункт о признании классовой борьбы. Впрочем многочисленные пережитки либерализма изживаются далеко не сразу; еще много спустя после этого революционного решения ФОЧ и примыкающие к ней местные организации считают допустимым обращаться к правительственным органам с просьбой об арбитраже.

Полевение "Чилийской рабочей федерации" особенно усилилось в связи "с развитием экономического кризиса, сопровождавшегося крайним обострением классовой борьбы и новым ПОДЪАМОМ революционного движения масс. Наступление капиталистов на невероятно низкий уровень зарплаты горняков вызвало напряженные стачечные бои среди углекопов. В 1920 г. движение разрослось в угольных районах во всеобщую забастовку, охватившую 35 тыс. рабочих. Правительство под давлением горнопромышленников-империалистов направило крейсера к побережью, где расположены копи. Войска разгоняли саблями и пулеметами собрания и демонстрации бастующих, громили классовые пролетарские организации49 . Не менее зверски боролось правительство и с массовым движением, развертывавшимся па разработках селитры.

Особенное значение в развитии движения имели кровавые события, происходившие в феврале 1921 г. в Сан-Грегорио. Правительство пыталось изобразить эти события в виде вооруженного восстания, организованного чуть ли не для установления советской власти. В действительности же события происходили следующим образом 50 : уволенные вследствие кризиса рабочие явились в контору разработок Сан-Грегорио с мирной манифестацией и предъявили требование о выплате им без задержки причитающихся в окончательный расчёт денег. Когда представители администрации отказалась удовлетворить это их законное требование, рабочие заявили, что не уйдут из помещения. Тогда отряд войск, охранявший разработки, открыл без предупреждения стрельбу залпами по безоружной толпе, среди которой было немало женщин и детей. После этой кровавой провокации безоружные рабочие вступили в бой с военным отрядом. В итоге борьбы малочисленный отряд вынужден был отступить с потерями, и рабочие оказались на время хозяевами положения. Правительство не замедлило послать в Сан-Грегорио большие воинские части, которые, не встретив более никакого сопротивления со стороны рабочих, принялись за искоренение крамолы свирепым террором.


47 Pradenaz Munoz, Discurso pronnunciado en la Camara, 29 августа 1921 г.

48 Интересно отметить, что в Аргентине как раз среди железнодорожников была основная массовая база реформизма, а среди портовых рабочих - также база анархизма.

49 Pradenaz Munoz, Сomo Sufren los obreros de carbon p. 18.

50 El proceso de San-Gregorio, Edicion del "Socialista", Antafogasta, 1921.

стр. 316

Эти репрессии не сломили однако боевого духа рабочих масс, а лишь усилили брожение, выливающееся во все новые массовые революционные выступления, которые правительство неизменно подавляло силой оружия 51 . Все эти суровые и кровавые уроки классовой борьбы способствовали росту классового сознания пролетариата. Изживанию иллюзий у его передовых слоев содействовал тот факт, что приход к власти представителя либеральной буржуазии Алессандри ничуть, не изменил положения в лучшую сторону, а все обещанные им социальные реформы были положены под сукно.

Под влиянием всех этих событий ФОЧ принимает на своем съезде в Ранкагуа (конец 1921 г. - начало 1922 г.) решение о том, "что пред лицом проблем, поставленных ребром русской революцией, основной задачей профессиональных организаций является дальнейшее раскрытие, углубление и претворение в жизнь принципов, которыми руководствуется это великое движение". Решение съезда подчеркивает, что "в международном: масштабе Профинтерн представляет собой центр революционных профсоюзных организаций, которые порвали со старыми реформистскими вождями и ринулись в открытую борьбу с капитализмом"52 . Исходя из того, что "Рабочая федерация Чили является классовой организацией и должна основывать свою деятельность на принципах Профинтерна", съезд постановляет "в силу этих соображений присоединиться к Красному интернационалу профсоюзов, который находится в Москве, принять и осуществить его революционные принципы". Осуществление этой резолюции было разумеется куда более трудным делом, чем ее декларирование.

Одновременно со съездом в Ранкагуа зарождается и КП Чили. Социалистическая партия на своем съезде в конце 1921 г. окончательно решает вопрос о вхождении в коммунистический интернационал, принимает 21 условие и переименовывается в компартию Чили 53 . Молодая компартия в основном пролетарская по своему социальному составу, страдала однако большой идеологической путаницей и в этот период находилась еще в значительной мере во власти всевозможных мелкобуржуазных предрассудков и иллюзий, довольно сильных в ее рядах, - как либеральных, так и анархистских (вплоть до идеи "революции скрещенных рук" в виде всеобщей забастовки)54. Тем не менее при всех ее крупнейших недостатках и слабостях компартия Чили была связана с широкими рабочими массами и пользовалась среди них значительными и все возраставшими популярностью и влиянием,

IX. Послевоенный революционный подъем в Бразилии

С начала мировой войны начинается оживление деятельности бразильского анархо-синдикализма. Воинствующий патриотизм некоторых клик господствующих классов, добивавшихся объявления войны Германии, вызывает резкий отпор со стороны рабочих масс. Опираясь на этот стихийный протест масс, анархисты развертывают антивоенную кампанию. Резко антивоенный характер носит первомайская демонстрация в Рио-де-Жанейро в 1915 г. В этом же году анархисты созывают специальный антивоенный конгресс, проводимый в духе обычной анархистской веры "что войну можно кончить простым отказом, отказом лиц, групп или случайных толп" и полного непонимания того, что "войну должна кончать рево-


51 Кровавые столкновения в 1921 г. Санта-Россо, в 1922 г. в Аллее наслаждений Сант-Яго См. Jvan Ruiz Chile "El latino-americano" N 2, 1928.

52 "Красный интернационал профсоюзов", 1932, N 5 - 6, стр. 464.

53 "Ежегодник Коминтерна" 1923 г., cтр. 964.

54 Luis E. Recabarren, Op. cit., p. 11.

стр. 317

люция, т. е. завоевание власти новым классом, а именно... пролетариями и полупролетариями" 55 . Этот конгресс, несмотря на помпу, с которой он был созван, не имел большого значения для дальнейшего развития событий.

Любопытно, что правительство относилось не слишком агрессивно к антивоенной пропаганде анархистов даже после того, как Бразилия присоединилась в 1917 г. к воюющим державам Антанты. Ото объяснялось, о одной стороны, характером "участия" Бразилии в мировой войне, ограничившегося... конфискацией большого немецкого имущества в том числе и значительного торгового флота. С другой стороны, подобное отношение объяснялось и путанным, туманным и абстрактным характером антивоенной пропаганды анархистов, отсутствием связи этой пропаганды с борьбой за непосредственные нужды рабочего класса, каковой борьбой анархисты в то время полностью пренебрегали. Этим и объясняется, почему мощный подъем рабочего движения, начавшийся в Бразилии еще с 1917 г., развивался особенно на первых, порах главным образом вне существовавших анархо-синдикалистских профсоюзов.

В 1917 г. стихийное движение развертывается с особой силой в крупнейшем индустриальном центре - Сан-Паоло, охватывая там большинство текстильных предприятий. Начавшись с борьбы за увеличение зарплаты, это движение превращается под влиянием правительственных репрессий в форменные уличные бои с присланными для подавления забастовщиков войсковыми частями. Забастовки текстильщиков закончились в большинстве случаев победой рабочих (увеличение зарплаты, сокращение рабочего времени) и привели к созданию 30-тысячного союза текстилей в Сан-Паоло56 . Стачечное движение перебросилось вскоре и в Рио-де-Жанейро где также был создан массовый союз текстильщиков. Вслед за тем подъем забастовочного движения распространялся по всей стране, охватывая различные районы и отрасли.

Развертывание и радикализация рабочего движения в этот период происходили несомненно в теснейшей связи с тем огромным влиянием, которое оказывала на бразильское рабочее движение Октябрьская революция. Вести об Октябрьской революции проникали в страну довольно быстро. На почве роста симпатий к Советский республике со стороны рабочих и вообще широких трудящихся масс бразильский анархизм начинает расслаиваться подобно тому, как "во всем мире анархизм распадается на два течения: за советское и противосоветское, за диктатуру пролетариата и против нее" 57 .

В первое время большая часть элементов и групп бразильского анархизма захватывается общим потоком симпатий к Советской стране. Значительное большинство анархо-синдикалистских газет -"Голос парода", ("A voz do povo"), "Спартак" ("Spartaco"), "Плебс" ("A plobe"), "Авангард ("Avangnarda") и др. - с энтузиазмом защищает в этот период "большевизм". В январе 1918 г создается в столице "Анархистский союз Рио-де Жанейро" ("Alianca anarquista do Rio-de-Janeiro"), который сразу же становится на платформу полного сочувствия Октябрьской революции, шлет "молодой и великолепной русской революции свой восторженный возглас солидарности и энтузиазма" 58 , хотя и остается по-прежнему целиком на традиционной "антипарламентской позиции"59 .


55 Ленин, т. XIV, ч. 1-я, изд. 1-е, стр. 130.

56 Astrojildo Pereira, La situaciоn politica de Brasil, "La Correspondenda Sudamericana" N 4, 1928 г.

57 Ленин, т. XVIII, ч. 1, изд. 1-е, стр. 344.

58 "Boletim da Alianсa Anarquista do Rio de-Janeiro" N 1, febreiro 1918.

59 СM. "Boletim da Alianca" N 2, marzo 1918.

стр. 318

Вместе с тем под влиянием уроков Октябрьской революции, хотя и понятых весьма плохо, подвергается серьезным изменениям старая анархистская доктрина. Революционные элементы анархистов становятся сторонниками завоевания власти пролетариатом, хотя и не имеют никакого представления ни об объективных условиях победы социалистической революции, ни о той основной "субъективной" предпосылке, которая обеспечила торжество Октябрьской революции в России, т. е. о роли большевистской партии в подготовке пролетарской революции и руководств ею. На попытку практически поставить задачу захвата власти подталкивало их нарастание революционного подъема в стране, усугублявшегося расшатанностью в этот период вследствие борьбы клик центрального правительства.

В ноябре 1918 г. анархисты решили устроить восстание с целью захвата власти под лозунгом установления Бразильской советской республики. Организация этою восстания была чисто заговорщическая, без какой бы то ни было серьезной политической подготовки. Техническая подготовка также была никуда негодной. Она свелась главным образом к закупке оружия, по совершенно не предусмотрела создания организованных пролетарских вооруженных отрядов. Связи, заполученные организаторами восстания в армии, ограничивались лишь недовольными кругами мелкобуржуазного офицерства; анархистские руководители не только не постарались заручиться связями с трудящимися массами деревни, но даже не позаботились сколько-нибудь серьезно об организации поддержки предполагаемого восстания другими крупными пролетарскими центрами. Согласно плану, восстание должно было начаться обще пролетарским собранием на одной площади в столице. Здесь предполагалось разгромить склады военного снаряжения и провозгласить новую власть, связав это выступление с началом всеобщей стачки.

Провал этих планов вследствие предательства одного из военных накануне восстания и арест полицией почти в полном составе созданного для руководства восстанием "Революционного комитета" (с участием представителей крупнейших анархистских профсоюзов) привели к полной деморализации движения. Толпа пролетариев, собравшаяся на площади, была, после того как выяснился весь ход вещей, рассеяна полицией без особого труда. Забастовка, начавшаяся было на многих предприятиях, также прекратилась вскоре сама собой. Лишь в одном небольшом фабричном поселке, Маже, близ Рио, рабочие не только провозгласили у себя рабочую республику, просуществовавшую несколько дней до приезда из Рио внушительного полицейского отряда, но и попытались захватить фабрики.

Арестованных членов анархистского "Ревкома" выпустили из тюрьмы через несколько месяцев. Это объяснялось, с одной стороны слабостью правительства, а с другой сильным давлением революционного рабочего движения, которое продолжало развиваться, несмотря на провал анархистского восстания. Первомайская демонстрация 1919 г. в Рио, проводившаяся под лозунгом приветствия Октябрьской революции и Советской России, превосходила все то, что видело до тех пор рабочее движение в Бразилии. Продолжало бурно развиваться и экономическое стачечное движение, сопровождаясь массовыми политическими забастовками, под лозунгом введения 8- часового рабочего дня. Размах стачечного движения вынудил иностранных и туземных капиталистов пойти в этот период на ряд серьезных уступок (повышение заработной платы, сокращение рабочего времени и улучшение общих условий труда). Под напором рабочего движения правительство издало целый ряд законов об обязательных ежегодных отпусках, о введении 8-часового рабочего дня и т. д.

стр. 319

X. Начало реакции, спад революционной волны и расслоение бразильского рабочего движения

Скоро однако господствующие классы Бразилии и их: империалистические хозяева начинают переходить в контрнаступление. Рабочему движению противопоставляется крепкое центральное правительство, созданное на президентских выборах 1919 г. Новый президент, ставленник североамериканского империализма, Эпитасно Пессоа начинает усиленные репрессии, против революционных рабочих (противоэмигрантские законы) и приостанавливает проведение в жизнь всех завоеванных пролетариатом рабочих законов. С этим решительным переходом иностранного капитала и бразильской буржуазии в контрнаступление против рабочего класса совпадает начало послевоенного экономического кризиса. Этот кризис как раз в Бразилии носил по сравнению с другими Латиноамериканскими страдами менее катастрофический характер, так как сжатие одних отраслей хозяйства покрывалось продолжавшимся развитием других (в частности производства кофе).

В обстановке углублявшегося кризиса, предпринимательской атаки а правительственных репрессии борьба уже не могла продолжаться одним "самотеком", как она шла до сих пор. Чтобы вести борьбу дальше, теперь были особенно необходимы крепкие рабочие организации, способные организовывать и подготавливать эту борьбу. Тут-то и выявилась до конца абсолютная несостоятельность анархистского руководства, не сумевшего использовать благоприятные условия подъема для надлежащего организационного закрепления профсоюзных организаций. Поэтому, начиная с конца 190 г., волна рабочего движения в Бразилии начинает резко спадать, и наступают долгие годы относительного затишья. Последним крупным боем этого периода была стачка рабочих принадлежащей английскому капиталу железной дороги "Леопольдина" (средина 1920 г.). Эта забастовка уже не была поддержана движением солидарности и закончилась полным поражением рабочих.

В этой обстановке начавшегося упадка рабочего движения анархисты созвали в апреле 1920 г. III рабочий конгресс, который прошел всецело под знаком горячих симпатий к Советской России и коммунизму. Руководители конгресса заявляли в статье, помещенной в бюллетене конгресса: "Будем защищать с максимальной энергией, не боясь преследований и насилий, русскую революцию... ибо... это социальная революция, почему она и подвергается свирепым атакам всемирной буржуазии и пользуется решительной поддержкой всех искренних революционеров... Мы пламенно желаем, чтобы эта революция уничтожила всех своих врагов и преодолела все трудности, возникающие у нее на пути" 60 .

В своей резолюции "о рабочем классе Бразилии и международном положении пролетариата" III конгресс "выражает свою сочувственною надежду (declarar a sua eхpectativa sympathica) в отношении Московского III интернационала, чьи основные принципы действительно соответствуют устремлениям к свободе и равенству трудящихся всего мира" 61 . Однако, несмотря на все это, III конгресс остался по основным вопросам на почве старой анаро- сидикалистской идеологии62 . Это докапывало, что бразильские анархо-синдикалисты очень малому научились за годы послевоенного революционного подъема. Анархизм в организационном вопросе заходил так далеко, что формально даже не восстанавливалась "бразильская рабо-


60 Boletin do comicao exerutiva do 3 о congresso operario Anno 1, Agosto de 1920, O Froleteriado e a Revolucao Russa", p. lo.

61 "Ibid p. 15.

62 "Ibid, p. 24.

стр. 320

чая федерация". Избранному на съезде общебразильскому постоянному исполнительному органу, которому поручалось возглавлять движение до будущего конгресса, был присвоен странный титул "исполнительной комиссии третьего рабочего конгресса".

Хотя эта исполнительная комиссия и задавалась широким планами, но все они повисли в воздухе, не получив никакого практического осуществления. Она даже оказалась не в состоянии прикрыть отступление по всему фронту, начавшееся в бразильском рабочем движении, не в состоянии мобилизовать массы для отпора наступающей реакции. В то время как палата депутатов обсуждала "злодейский закон" ("Ley acelerada"), лишивший рабочие организации всех прав и предавший их в лапы полицейского произвола, "исполнительная комиссия" ограничивалась лишь словесными протестами.

Вскоре начинается разложение бразильского анархо-синдикализма, выражавшее банкротство мелкобуржуазной революционности пред лицом возраставших трудностей и спада волны массового движения. Этот распад тесно связал с резким поворотом, наступающим у большинства анархо-синдикалистских главарей в отношении их к Советской России и к коммунизму. Этот поворот отчасти отражает и процессы, начавшиеся в международном анархизме. Значительная часть анархистских газет, еще недавно старавшихся играть роль пламенных друзей Советской России, превращается в ее злейших врагов и хулителей. Эти настроения захватывают па короткое время даже тех революционных анархистов, которые становятся организаторами компартии Бразилии63 . Политическому вырождению анархо-синдикалистского движения соответствовала и окончательная деморализация его рядов. Среди анархистских вождей начинается повальное ренегатство, уход от политики и революционной деятельности в теософию, коммерцию, просто обывательщину и т. д. Некоторые анархисты превращались даже в пряных агентов полиции в рабочем движении.

Весь этот процесс омерзительного распада способствовал глубокой дискредитации и развенчиванию анархизма среди рабочих масс. Он же вызвал здоровую реакцию со стороны передовых рабочих элементов, начинавших усваивать действительные уроки как бразильских, так и мировых событий. Вместе с тем происходит "переоценка ценностей" и у лучших революционных элементов среди старых интеллигентских кадров анархо-синдикалистского движения, которые рвут с анархизмом и становятся па платформу коммунизма, хотя и понимаемого на первых порах нередко весьма своеобразно. В результате всего этого в ряде городов создаются коммунистические группы. В конце 1921 г. на подпольной конференции этих групп в Порто-Алегро основывается компартия Бразилии, проводящая в начале следующего года свой первый съезд в Рио-де-Жанейро. IV конгресс Коминтерна принял КП Бразилии в качестве сочувствующей организации. Вскоре после того, как компартия сделала первые попытки показаться на политической сцене, произошло вооруженное восстание, поднятое 5 июля 1932 г. либеральными офицерскими элементами, представляющими блок консолидирующейся национальной буржуазии, недовольной помещичьим господством, с некоторыми элементами городской мелкой буржуазии. Неудача этого восстания, вылившегося в плохо подготовленный военный путч, вызывала усиление реакции. Правительственные репрессии, направленные прежде всего против революционного рабочего движения, сразу загнали в подполье молодую и слабую компартию.


63 Octavio Brandao, Rusia Proletariat p. 7 - 8.

стр. 321

XI. Классовая борьба в Аргентине в годы послевоенного революционного подъема и позиция основных лагерей рабочего движения страны

С 1918 г. начинает развиваться послевоенный подъем рабочего движения в Аргентине. Разливаясь под непосредственным влиянием Октябрьской революции и ее международных откликов, он способствует усилению дифференциации в рабочем движении страны. Исключенное из социалистической партии левое крыло конституируется на своем съезде в январе 1918 г. в виде самостоятельной "интернациональной социалистической партии" ("Partido Socialista Internacional"), которая сразу же полностью становится на сторону Октябрьской революции 64 . На своем третьем съезде в 1920 г. партия, окончательно оформляя свое присоединение к Коминтерну, принимает 21 условие и переименовывается в компартию Аргентины.

В ноябре 1918 г. партия организует внушительную демонстрацию сочувствия Советской России (участвовало 12 тыс. рабочих и студентов) и начинает принимать самостоятельное участие в выборах. В эти первые годы своего существования компартия однако еще не имела прочной базы в профсоюзных организациях, не вела большой массовой работы и не играла значительной ролл в бурном подъеме рабочего движения первых послевоенных лет.

Вместе с тем начинается и быстро усиливается размежевание в анархистском и синдикалистском лагерям. Даже в недрах "чистого" анархизма растет влияние течения, высказывавшегося за диктатуру пролетариата. Это течение в своих органах "Красное знамя" (Bandera Roja") и "Труд" ("Еl Trabajo") в Буэнос-Айресе, и "Коммунист" ("El Comunista") в Розарио выражает сочувствие Октябрьской революции и Советской России, которое впрочем довольно скоро начинает перемежаться с протестами против "красного террора". Под влиянием этого течения анархистский профцентр "Фора дель кинто" (V съезда) переименовывается в "Коммунистическую ФОРА" ("Federacion Obrеra Argentina Comunista" "FORAC"). Это переименование сопровождалось признанием "в принципе" диктатуры пролетариата, по во всем остальном идеология и тактика, вся повседневная деятельность "Коммунистической ФОРА" остались прежними - анархистскими, сектантскими. Это не могло способствовать поднятию престижа анархо-коммунистической ФОРА, которая в эти годы бурного подъема имела массовую базу лишь среди портовых рабочих крупных городов.

Иначе развивается в этот период синдикалистская "ФОРА IX конгресса", в рядах которой, как и во всем мировом синдикализме этого периода, обнаруживаются две тенденции: одна революционная, стоящая на позиции борьбы классов и тяготеющая к коммунизму, и другая - оппортунистическая, соглашательская, развивающаяся в сторону 100-процентного реформизма. Впрочем в Аргентине как стране полуколониальной это развитие и окончательное размежевание представляли собой более длительный и извилистый процесс, чем те же процессы в странах Европы.

Борьба этих двух тенденций придает двойственный характер и международной ориентации ФОРА. С одной стороны, ФОРА решительно высказывается за Октябрьскую революцию и Страну советов: ее X съезд, происходящий в декабре 1918 г., постановляет единогласно: "Выразить свою самую полную солидарность и сочувствие рабочим России и Германии в их героических усилиях, направленных на осуществление заветных желаний, составляющих нерв творческой деятельности мирового пролетариата: освобождение труда и уничтожение проклятой экслоатации человека человеком,


64 " Historia del socialismo marxista en la Republica Argentina", 1919.

стр. 322

что является первичным условием для установления режима свободных и равных между собой производителей"; в этой же резолюции съезд "подымает горячо свой голос за укрепление Российской социалистической федеративной советской республики, которая посвящает себя осуществлению этих наивысших устремлений пролетариата" 65 . В ноябре 1920 г. ФОРА официально празднует 3-летие Октябрьской революции. И в то же самое время ФОРА присоединяется к Амстердамскому интернационалу профсоюзов с момента его зарождения в 1919 г., хотя она отнюдь не стоит целиком на его позиции.

При этом синдикалистская ФОРА растет чрезвычайно быстро, привлекая в свои ряды неорганизованных рабочих и ряд старых; профсоюзов, ранее автономных или примыкавших к анархистскому профцентру 66 . В руководящем органе ФОРА, федеральном совете, при преобладании там синдикалистов принимают участие также и коммунисты. Успехи синдикалистской Фора дель Новено" были основаны прежде всего на ее активном участии в поднимавшемся забастовочном движении. Но в решающие моменты стачечного движения синдикалистская ФОРА не только отстает от боеспособности широких масс, но и проявляет явные колебания, пассивность и склонность к соглашению с капиталистами.

Застрельщиками стачечного движения в Аргентине выступили рабочие транспорта, сухопутного и водного. Эти рабочие обладали наиболее крепкими и многочисленными профсоюзными организациями по своей ориентации: реформистскими в своем большинстве у железнодорожников и синдикалистскими у водников. Забастовки железнодорожников возникают с начала 1918 г., завершаясь всеобщей забастовкой, охватывающей значительное большинство рабочих железнодорожного транспорта страны. Реформистское руководство железнодорожных союзов делает однако все, что в его силах для то го, чтобы затормозить борьбу радикализирующихся масс. В январе 1919 г. начинается забастовка водников, которая вскоре принимает общенациональный характер. После 26 дней упорной стачки предприниматели проделывают маневр, соглашаясь якобы на предъявленные рабочими требования. Но через два дня они объявляют локаут, посредством которого пытаются нанести удар федерации моряков, являвшейся становым хребтом синдикалистской ФОРА. Этот локаут продолжался 70 дней и закончился компромиссом после того, как вмешалось правительство и заставило судовладельцев пойти на некоторые уступки рабочим.

Видя быстрое нарастание революционного рабочего движения, господствующие классы сделали попытку затормозить этот подъем в самом начале. Грандиозная кровавая баня, устроенная ими в январе 1919 г. в Буэнос-Айресе, должна была терроризировать рабочих.

События "кровавой недели" ("Semana tragica") были связаны с забастовкой на одной металлической фабрике в Буэнос-Айресе 67 . Хозяин этой фабрики, желая скорее покончить с забастовкой, обстрелял без всякого повода с помощью своей вооруженной стражи мирное рабочее собрание. В ответ на это 8 января в столице совершенно стихийно вспыхнула массовая забастовка протеста. 9 января забастовка становится всеобщей, причем приостанавливается движение внутригородского транспорта. Тогда правительство и буржуазия переходят к новой провокации. 100-тысячная похоронная процессия, сопровождавшая трупы убитых рабочих, вновь была подвергнута обстрелу. Чаша терпения рабочих масс переполнилась. На-


65 "Federation Obrera Regional Argentina. Memoria у balance del consejo federal al Undecimo Congreso, I - 1919; II - 1920, p. 39.

66 A. Hernandez, La organizacion slndlcal en Argentina, "La correspondence Sud Americana" N 2, 1426, p. 22.

67 A. Hernandez, La Semana tragica, "El trabajador latino-americano" N 28 - 29.

стр. 323

чиная с 10 января, движение выливается в партизанскую уличную борьбу рабочих с поллц1ей. Рабочие громят оружейные магазины и начинают строить баррикады. Только после этого синдикалистская ФОРА принимает вечером 9-го числа решение "взять на себя руководство всеобщей забастовкой в федеральной столице" 68 , впрочем предварительно созывается еще собрание делегатов и секретарей, которое окончательно санкционирует всеобщую забастовку ночью 10 января. Однако и теперь ФОРА не думает приняться за действительное руководство массовым движением, а взамен этого посылает делегацию для переговоров с властями. Когда предприниматель фабрики, из-за которой разгорелись события, соглашается словесно удовлетворить требования рабочих, а министр внутренних дел обещает выпустить всех арестованных, ФОРА принимает решение немедленно прекратить борьбу, это решение было подтверждено на новом делегатском собрании 11 января. Борющиеся массы продолжали еще бастовать, частично до 14 и даже 15 января, но ФОРА уже считала свою миссию законченной.

В этот момент начинают действовать буржуазия и правительство, подталкиваемые иностранными империалистами. С 12 января начинается массовое убийство революционных рабочих на улицах Буэнос-Айреса. Основную роль в этой бойне играют отряды черносотенной "аргентинской патриотической лиги" ("Liga patriotica Argentina"), составившейся в это время из представителей столичной "золотой молодежи" и лумпенов. Бойня направляется вскоре против "главных носителей красной опасности "русских- эмигрантов - и превращается в организованный еврейский погром. Для запугивания мелкобуржуазных кругов пускается в оборот безграмотное измышление об угрожавшем существующему порядку легендарном "совете", в организации которого обвиняются совершенно случайно попавшиеся люди. Несколько суток подряд непрерывно продолжалась дикая "охота на русских". В общем было убито не менее 1 600 чел. В эти самые черные для аргентинского пролетариата дни ФОРА ограничивалась словесными протестами. Ее представители отправились к президенту 15-го числа, т. е, когда уже само правительство решило прекратить зашедший слишком далеко погром и заставило вмешаться гарнизон, который ранее совершение бездействовал или далее помогал громилам.

Кровавая бойня "трагической педели" не сломила боевой энергии аргентинского пролетариата. Рабочее движение, форсируемое внутренними экономическими причинами и возрастающим влиянием героической борьбы"

ГОДЫ

Число

забастовок

стачечников

1914

64

14137

1915

65

12077

1916

80

24321

1917

138

136062

1918

196

133042

1919

367

308961

1920

206

134015

1921

86

139 751


68 FORA. Memoria у balance аl XI congreso. "Semana sangriente", р. 5.

стр. 324

советского пролетариата, развивается с особой силой и размахом именно в 1919 г., охватывая наибольшее число участников. Об этом можно судить по официальным данным (несомненно преуменьшенным) о забастовочном движении военного и послевоенного периодов (см. таб. на стр. 324).

Помимо упоминавшейся уже забастовки моряков начинается снова движение среди железнодорожников, не получающее впрочем большого развития. В самом Буэнос-Айресе стачечное движение охватывает самые разнообразные отрасли; происходит целый ряд забастовок печатников, который завершается крупной стачкой, приостановившей на две недели издание крупнейших органов буржуазной печати: "Прессы" ("La Prensa") и "Нации" ("La Naсion").

Забастовочное движение развивается не только в крупных центрах Аргентины, но охватывает многие провинциальные города и окраины. В Мендозе "местная рабочая федерация" проводит в 1919 г. несколько всеобщих забастовок. Последняя из них заканчивается кровавым разгромом рабочего движения. Многие руководители движения и революционные рабочие были во время этого разгрома убиты и ранены, а часть их брошена в глубине безводной, пустынной "пампы", где они перемерли от голода и жажды. Забастовочное движение охватывает даже отдаленные малонаселенные районы так называемых "территорий", которые до сих пор не знали еще классового рабочего движения. Крупные конфликты происходят в Южном Чако, Формоза и др., на принадлежащих иностранному капиталу предприятиях по лесоразработкам и добыче танина, где господствуют чисто крепостническое условия труда. В забастовке на предприятиях английской компании "Ла Форесталь" (Сапта-фесинское Чако) бастующие рабочие с успехом отбивают нападение воинских частей, даже становятся временно хозяевами положения на предприятиях и добиваются своей сплоченностью частичной победы.

XII. Развитие аргентинского рабочего движения с начала экономического кризиса и эволюция его различных течений

Забастовочное движение продолжает развиваться и в 1920 г., причем на фоне развивающегося кризиса бои принимают все более и более упорный характер. Эти бои благодаря плохому и оппортунистическому руководству заканчиваются все чаще и чаще, особенно к концу года, поражением рабочих. Весь год продолжается упорная борьба моряков. В самом Буэнос-Айресе происходят стачки металлистов, обувщиков, печатников. В провинции забастовочная волна продолжает территориально расширяться, захватывая все новые и новые местности и районы, среди них многие впервые 69 . Стоящая у власти всецело запродавшаяся иностранным империалистам буржуазно-помещичья банда пытается задушить движение путем специального "рабочего законодательства", устанавливающего полную полицейскую регламентацию всей деятельности профсоюзов. В ответ на эти попытки "реформировать" рабочее законодательство пот, знаменем синдикалистской ФОРА развертывается мощное движение пролетарского протеста против реакционного закона. Проведя большую агитационную кампанию, ФОРА созывает в конце июля 1919 г. специальный чрезвычайный профсоюзный съезд, решением которого "Федеральный совет уполномочивается немедленно, по введении в действие этого антирабочего законодательства, провести объявление всеобщей забастовки на всей территории республики"70 .


69 Подробное перечисление дается в уже цитировавшемся "Memoria у balance del Consejo federal al XI congreso de la FOR A", p. 20.

70 Ibid., p. 24.

стр. 325

В исполнение этого решения съезда ФОРА организует 10 августа демонстрацию протеста, которая проходит по всей стране с больший успехом. Ввиду единодушного протеста аргентинского рабочего класса вылившегося в внушительную демонстрацию единого фронта, в которой принята активное участие и "Интернациональная социалистическая партия, господствующая клика не решается придать реакционному проекту силу закона. С ноября 1919 г. ФОРА начинает кампанию за отмену старых антирабочих законов (закона "Об общественной безопасности" и о "Местожительстве"). Эта кампания достигает своего кульминационного пункта в праздновании 1 мая 1920 г., сопровождающемся в крупных центрах почти полной всеобщей забастовкой.

1921 г. знаменует собой несомненный общий спад движения, хотя отдельные арьергардные классовые бои носят исключительно напряженный характер. Самым крупным из этих боев была патагонская стачка, развернувшаяся в овцеводческих поместьях аргентинского юга. В 1920 г. рабочие этих "эстансий" (поместий) добились значительного улучшения своего положения, но капиталисты и помещики, в значительной части иностранцы, перешли вскоре в наступление и отняли у рабочих почти все их завоевания, стремясь прежде всего разгромить возникшие рабочие организации. Тогда с. -х. рабочие, к которым сразу присоединились и рабочие мясохладобоен, начинают забастовку. Эта забастовка превращается вскоре в подлинное вооруженное восстание и ожесточенную партизанскую борьбу бастующих рабочих с помещичьими бандами и правительственными войсками. Раздобывшие вооружение рабочие овладевают поместьями, захватывают в своп руки автомобили, берут в качестве заложников не успевших удрать владельцев и полицейских, перерезывает все телеграфные и телефонные провода, соединяющие район с внешним миром.

В руководстве этим бурно развивавшимся, но не имевшим четкой установки и программы движением принимают активное участие наряду с революционными синдикалистами и анархистами также и отдельные рабочие-коммунисты. Попытки делегата, посланного в Патагонию синдикалистской ФОРА, добиться прекращения забастовки, оказываются совершенно безрезультатными. К тому же эти попытки встретили столь сильное возмущение бастующих рабочих, что ФОРА сочла нужным дезавуировать поведение своего делегата.

Отряды конной "национальной гвардии" в течение месяцев не могли справиться с восставшими пролетариями. Тогда правительство сосредоточило в районе забастовки крупные военные силы, которые, после того как рабочие сдали под конец без сопротивления все имевшееся у них оружие, произвели чудовищную расправу. За рабочими охотились, как за дикими зверями. Арестованные подвергались ужасным пыткам в полицейских застенках, очень многих убивали на месте, заставляя их предварительно рыть себе могилы. Так кроваво заканчивается в Аргентине первая волна послевоенного революционного рабочего движения.

Обострение классовой борьбы в годы послевоенного революционного подъема усилило процессы размежевания среди рабочих организаций Аргентины. В недрах Аргентинской социалистической партии, превратившейся к этому времени в значительную политическую силу, оформляется левое крыло, борющееся за полную поддержку Советской России и даже за присоединение соцпартии к Коминтерну. Оно отстаивает эти взгляды в своем двухнедельнике "Ясность" ("Claridad"). На съезде социалистической партии в январе 1921 г. "левым" не удается провести решение о присоединении партии к Коминтерну (их резолюция собирает однако свыше трети голосов). Но они добиваются постановления съезда о выходе социалистической партии из II Интернационала (социалистическая партия вскоре исправляет эту

стр. 326

"ошибку" на своем следующем съезде в 1923 г. и возвращается обратно в лоно II Интернационала). Сама по себе эта "левая" оппозиция была центристской группировкой людей, симпатии которых к коммунизму были в большинстве случаев временными, преходящими. Именно поэтому вхождение в 1921 г, большой части исключенных из социалистической партии "левых" в компартию принесло последней мало пользы, послужив подкреплением находившимся в ней ранее оппортунистическим элементам. Отдельные примыкающие килевым." рабочие элементы были затем всецело ассимилированы компартией. Но руководители "левых", мелкобуржуазные и буржуазные интеллигенты, войдя в партию, начали работать за установление в избирательной борьбе "единого -фронта" с социалистической партией. Эта тяга к "единому фронту" доходила до того, что социалистическая партия даже поднимала вопрос об осуществлении этого "единства" в наиболее полной форме путем роспуска компартии и ее обратного вхождения в социалистическую партию 71 .

Аргентинской компартии удается преодолеть реформистскую болезнь этого течения ("frentismo"), хотя борьба с нею была проведена механически, главным образом посредством одних организационных мер, необходимых но недостаточных. Так же механически партия вела борьбу и с выявлявшимся ультралевым уклоном, отражавшим анархические тенденции и получившим свое законченное выражение в последующий период. Аргентинская компартия, не ограничиваясь усилением борьбы на парламентском поприще, несомненно укрепляет свою связь с рабочими массами. Она начинает проникать в профдвижение, но все лее остается слабой организацией, в значительной мере кружково-сектантского характера, неспособной руководить крупными массовыми боями.

В результате начинавшегося в 1921 г. спада первой революционной волны послевоенных лет и под влиянием общих процессов, происходивших в это время в мировом анархизме, анархистская "ФОРА дель кинто" быстро теряет те "коммунистические" тона, в которые она окрашивалась во время революционного подъема. Правда, еще в 1921 г. ФОРА уполномочивает своего европейского представителя связаться с Коминтерном. Этот делегат участвует с совещательным голосом на III конгрессе Коминтерна и на учредительном конгрессе Красного интернационала профсоюзов. Но заслушав его доклад, анархистская ФОРА дезавуировала сочувственную коммунизму позицию этого делегата в Москве и высказалась против присоединения к Профинтерну, хотя и" считала еще необходимым в этот период подтвердить, что она стоит "в принципе" за диктатуру пролетариата. Вскоре ФОРА откинула и присвоенное ею название "коммунистической", ставшее особенно бессмысленным теперь, когда она начала вести с коммунизмом самую ожесточенную борьбу. Ее пресса переходит к бешеной травле коммунизма и Советской России. Она соревнуется с черносотенной буржуазной прессой, пытаясь посредством грязного потока клеветнических измышлений доказать, что между "московскими властями" и любым тираническим правительством мира нет никакой разницы. Поворот анархистской ФОРА против коммунизма и Советской России не способствует разумеется росту ее влияния среди рабочих масс. Она еще более замыкается в сектантскую скорлупу и еще больше отрывается от пролетарских масс. И все же анархистская ФОРА не раз еще обнаруживает исключительную живучесть именно в силу исключительно благоприятных для анархизма специфических условий Аргентины.

Что касается синдикалистской ФОРА, то она, выявив свою полную неспособность руководить движением в усложнившейся обстановке кризиса,


71 Ghitor, Informe sobre la sclucidn de la crisis del P. C. de la Argentina, "El movimiento revolugonario en la America Latina", p. 372.

стр. 327

быстро теряет то большое влияние, которым она пользовалась в предыдущий период, и значительно уменьшается численно. Вместо с тем в ее недрах усиливается борьба различных течений: ортодоксально-синдикалистского, реформистского и коммунистического. В результате ожесточенной внутренней борьбы "ФОРА дель повено" распадется, что официально санкционируется решением ее XI съезда о самоликвидации.

Усиливавшаяся в массах тяга к установлению единства профдвижения обусловила создание в конце 1921г. комитета единства. В этом комитете наряду с синдикалистами, прежними руководителями ФОРА, принимали участие и революционные профработники-сторонники Профинтерна, которые одно время даже имели в нем большинство. Попытки комитета привлечь к объединению и анархистскую ФОРА оказались столь же безрезультатными, как и все то, что предпринималось в этой области ранее. Несмотря на это, в результате работы комитета был созван в 1922 г. съезд, на котором помимо союзов, примыкавших ранее к синдикалистской ФОРА, участвовало немало независимых профсоюзов и несколько союзов, примыкавших к анархистской ФОРА.

Этот съезд создал новое "Профсоюзное объединение Аргентины" "УСА" ("Union sindical Argentina" "USA"). Ожесточенная борьба различных течений приняла на этом "съезде единства" столь острые формы, что большую часть своего времени съезд потратил на вопрос о проверке мандатов (один коммунистический мандат был аннулирован на том основании, что его носитель был не только профсоюзным вождем, но и членом муниципалитета). Утвержденная съездом платформа УСА содержала обычные синдикалистские положения об отрицании права политических партий вмешиваться в ее дела, о запрещении совмещать выборные посты в УСА с парламентской работой, о том, что профсоюзы - это все, и что в случае революции имение они возьмут в свои руки власть и т. д.

Правосиндикалистские, реформистские элементы, нерешившиеся даже поставить на этом съезде во проса о вхождении в Амстердам (к которому примыкала старая синдикалистская ФОРА), провалили однако значительным большинством в блоке с анархо-синдикалистскими элементами и предложение о присоединении к Профинтерну. Съезд принял решение о сохранении автономности аргентинского профсоюзного движения, отказавшись от посылки делегатов и в Москву и в Берлин. Сочувствие масс Профинтерну было однако в этот период настолько сильным, что руководство УСА считало необходимым, подчеркивая правда свою автономность, вступить в переписку с Профинтерном. Революционные профработники и коммунисты начали вскоре принимать значительное участие в этом новом профсоюзном объединении, которое играло большую роль в развитии аргентинского рабочего движения в дальнейшем.

Так развивался в первые послевоенные годы в важнейших Латиноамериканских странах подъем революционного рабочего движения. Этот подъем привел к созданию коммунистических партий - помимо Аргентины, Мексики, Чили и Бразилии- также и в Уругвае, где чрезвычайный съезд соцпартии принял в 1920 г. решение о безоговорочном присоединении к Коминтерну. После этого уругвайская партия приняла 21 условие и переименовалась в 1921 г. в компартию, начав очищаться от матерых реформистов.

Однако история развития и укрепления этих компартий, которые на первых порах своего существования были очень слабы организационно и идеологически, неотделима от рассмотрения дальнейших этапов революционного и рабочего движения в странах Латинской Америки, что уже выходит за рамки настоящей статьи.

Orphus

© libmonster.ru

Постоянный адрес данной публикации:

http://libmonster.ru/m/articles/view/РЕВОЛЮЦИОННЫЙ-ПОДЪЕМ-И-РАБОЧЕЕ-ДВИЖЕНИЕ-В-СТРАНАХ-ЛАТИНСКОЙ-АМЕРИКИ-В-ПЕРВЫЕ-ПОСЛЕВОЕННЫЕ-ГОДЫ

Похожие публикации: LRussia LWorld Y G


Публикатор:

Vladislav KorolevКонтакты и другие материалы (статьи, фото, файлы и пр.)

Официальная страница автора на Либмонстре: http://libmonster.ru/Korolev

Искать материалы публикатора в системах: Либмонстр (весь мир)GoogleYandex

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

Генрих Я-н, РЕВОЛЮЦИОННЫЙ ПОДЪЕМ И РАБОЧЕЕ ДВИЖЕНИЕ В СТРАНАХ ЛАТИНСКОЙ АМЕРИКИ В ПЕРВЫЕ ПОСЛЕВОЕННЫЕ ГОДЫ // Москва: Русский Либмонстр (LIBMONSTER.RU). Дата обновления: 15.08.2015. URL: http://libmonster.ru/m/articles/view/РЕВОЛЮЦИОННЫЙ-ПОДЪЕМ-И-РАБОЧЕЕ-ДВИЖЕНИЕ-В-СТРАНАХ-ЛАТИНСКОЙ-АМЕРИКИ-В-ПЕРВЫЕ-ПОСЛЕВОЕННЫЕ-ГОДЫ (дата обращения: 19.08.2017).

Найденный поисковым роботом источник:


Автор(ы) публикации - Генрих Я-н:

Генрих Я-н → другие работы, поиск: Либмонстр - РоссияЛибмонстр - мирGoogleYandex

Комментарии:



Рецензии авторов-профессионалов
Сортировка: 
Показывать по: 
 
  • Комментариев пока нет
Свежие статьиLIVE
Публикатор
Vladislav Korolev
Moscow, Россия
426 просмотров рейтинг
15.08.2015 (735 дней(я) назад)
0 подписчиков
Рейтинг
0 голос(а,ов)

Ключевые слова
Похожие статьи
Золото? Какое золото?
Каталог: Право 
22 часов(а) назад · от Россия Онлайн
ОРГАНИЗАЦИЯ СТРОИТЕЛЬСТВА ГОРОДОВ В РУССКОМ ГОСУДАРСТВЕ В XVI-XVII ВЕКАХ
Каталог: Строительство 
2 дней(я) назад · от Марк Швеин
БАЛТИЙСКИЙ ФЛОТ НАКАНУНЕ ВЕЛИКОГО ОКТЯБРЯ
2 дней(я) назад · от Марк Швеин
ПРОБЛЕМЫ НОВЕЙШЕЙ ИСТОРИИ И МЕТОДОЛОГИИ В ЖУРНАЛЕ "KWARTALNIK HISTORYCZNY" ЗА 1970-1976 ГОДЫ
Каталог: История 
2 дней(я) назад · от Марк Швеин
Сущность пола и игра полов в Мироздании. The essence of sex and the game of sexes in the Universe.
Каталог: Философия 
4 дней(я) назад · от Олег Ермаков
Л. А. ЗАК. ЗАПАДНАЯ ДИПЛОМАТИЯ И ВНЕШНЕПОЛИТИЧЕСКИЕ СТЕРЕОТИПЫ
Каталог: Политология 
6 дней(я) назад · от Марк Швеин
"РОССИЙСКО-КУБИНСКИЕ И СОВЕТСКО-КУБИНСКИЕ СВЯЗИ XVIII-XX ВЕКОВ"
Каталог: Право 
6 дней(я) назад · от Марк Швеин
В. Ф. ПЕТРОВСКИЙ. АМЕРИКАНСКАЯ ВНЕШНЕПОЛИТИЧЕСКАЯ МЫСЛЬ КРИТИЧЕСКИЙ ОБЗОР ОРГАНИЗАЦИИ, МЕТОДОВ И СОДЕРЖАНИЯ БУРЖУАЗНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ В США ПО ВОПРОСАМ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ И ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ
Каталог: История 
6 дней(я) назад · от Марк Швеин
ПЕРВОЕ ОПИСАНИЕ от ПЕРВОИСТОЧНИКА известной ОПЕРАЦИИ «ЗВЁЗДОЧКА».Статья была НАПЕЧАТАНА 50 ЛЕТ НАЗАД в газете «Советская Белоруссия» в 1967г..........В статье ПРИВОДИТСЯ ОТ ПЕРВОИСТОЧНИКА ПЕРВОЕ ОПИСАНИЕ известной успешно ПРОВЕДЕННОЙ В НАЧАЛЕ 1944 ГОДА ПАРТИЗАНАМИ ОТРЯДА имени ЩОРСА ОПЕРАЦИИ «ЗВЁЗДОЧКА» по освобождению из немецкого плена воспитанников Полоцкого детдома..........На втором этапе операции приняли участие летчики 105-го отдельного авиаполка для осуществления переброски детей через линию фронта...Тогда СОВЕРШИЛ ПОДВИГ ЛЕТЧИК МАМКИН..........Освобождение почти 200 детей — ЭТО ЕДИНСТВЕННЫЙ СЛУЧАЙ В ИСТОРИИ ПАРТИЗАНСКОЙ БОРЬБЫ во время Великой Отечественной войны..........Эту ПРАВДИВУЮ ИНФОРМАЦИЮ от ПЕРВОИСТОЧНИКА ВАЖНО СОХРАНИТЬ для ПОТОМКОВ (ОТЕЦ был ОДНИМ из РАЗРАБОТЧИКОВ и УЧАСТНИКОВ ОПЕРАЦИИ)..........Данное ПЕРВОЕ ОПИСАНИЕ от ПЕРВОИСТОЧНИКА становится КРАЕУГОЛЬНЫМ КАМНЕМ ИСТИННОЙ ВОЕННОЙ ИСТОРИИ
Каталог: История 
7 дней(я) назад · от Владимир Барминский
ДВИЖЕНИЕ БАЛАШОВЦЕВ
Каталог: Политология 
8 дней(я) назад · от Марк Швеин

ОДИН МИР - ОДНА БИБЛИОТЕКА
Либмонстр - это бесплатный инструмент для сохранения авторского наследия. Создавайте свои коллекции статей, книг, файлов, мультимедии и делитесь ссылкой с коллегами и друзьями. Храните своё наследие в одном месте - на Либмонстре. Это практично и удобно.

Либмонстр ретранслирует сохраненные коллекции на весь мир (открыть карту): в ведущие репозитории многих стран мира, социальные сети и поисковые системы. И помните: это бесплатно. Так было, так есть и так будет всегда.


Нажмите сюда, чтобы создать свою личную коллекцию
РЕВОЛЮЦИОННЫЙ ПОДЪЕМ И РАБОЧЕЕ ДВИЖЕНИЕ В СТРАНАХ ЛАТИНСКОЙ АМЕРИКИ В ПЕРВЫЕ ПОСЛЕВОЕННЫЕ ГОДЫ
 

Форум техподдержки · Главред
Следите за новинками:

О проекте · Новости · Отзывы · Контакты · Реклама · Помочь Либмонстру

Русский Либмонстр ® Все права защищены.
2014-2017, LIBMONSTER.RU - составная часть международной библиотечной сети Либмонстр (открыть карту)


LIBMONSTER - INTERNATIONAL LIBRARY NETWORK