Либмонстр - всемирная библиотека, репозиторий авторского наследия и архив

Зарегистрируйтесь и создавайте свою авторскую коллекцию статей, книг, авторских работ, биографий, фотодокументов, файлов. Это удобно и бесплатно. Нажмите сюда, чтобы зарегистрироваться в качестве автора. Делитесь с миром Вашими работами!

Libmonster ID: RU-6805
Автор(ы) публикации: М. Н. Покровский

поделитесь публикацией с друзьями и коллегами

Чернышевский и крестьянское движение конца 1850-х годов 1

Эпоха, когда выступил Чернышевский, как революционер, носит у нас, - носила по крайней мере, теперь к счастью уже не носит, - название "эпохи великих реформ". Наши буржуазные историки так густо замазывали всякими реформами этот период, который Ленин приводил, как один из примеров революционной ситуации, так густо замазывали этот период всякими реформами, что приходится производить над этой эпохой работу, аналогичную работе реставраторов старых картин, когда, снимая слой за слоем то, что было намазано, иногда открывают не только новые краски и новый рисунок, но и совершенно новый сюжет, не тот, который был первоначально изображен на картине. Операция, которую буржуазные историки произвели над эпохой Чернышевского, в достаточной мере достопримечательна, и 10 минут стоит об этом поговорить.

Если вы возьмете даже самые левые, наиболее добросовестные изображения этой эпохи, ну, скажем, изображение, которое дал Вас. Ив. Семевский, вы увидите, с одной стороны, работу царских канцелярий, - "делопроизводителей", как называл их иронически Чернышевский в одном выкинутом отрывке своей знаменитой статьи "Материалы для решения крестьянского вопроса". Работа этих "делопроизводителей" освещается необычайно тщательно и о всякой, даже маленькой, контраверзе в редакционных комиссиях все знают, иногда даже знают читатели учебников. С другой стороны, чрезвычайно подробно передавалась вся та либеральная болтовня, которая шла по поводу этих проектов. Следовательно, с одной стороны - проекты, с другой стороны - либеральная болтовня. А что делали массы? Массы якобы ничего не делали. Они смирнехонько дожидались пока царь, с одной стороны, уважаемые либералы, с другой стороны, поднесут им на блюдечке волю. А воля, как вы знаете, была такая маленькая, что поднести ее можно было на блюдечке очень маленьком, можно было ее поднести на блюдечке для варенья. Вот как собственно представляется дело. Буквально так, товарищи. Буквально так! Даже в самом добросовестном изображении


1 В основу этой статьи легло "вступительное слово", произнесенное ее автором на торжественном заседании по случаю столетия со дня рождения Н. Г. Чернышевского. Этим об'ясняются некоторые внешние особенности статьи: обращения и т. п. Но "вступительное слово" значительно дополнено фактическим материалом (цитаты и т. д.).

стр. 3

крестьянской реформы, которое мы имеем от буржуазного периода, у В. И. Семевского, мы встречаем только одно упоминание о том, что были крестьянские волнения в это время, не в 1861 году, не после манифеста - тут были такого размера волнения, что их скрыть было нельзя, а вот в предыдущий период, после того, как царь выпустил свои рескрипты, и до того момента, когда был опубликован манифест 19 февраля, в эти три года - 1858 - 59 - 60, крестьяне якобы сидели смирно. Первые четыре месяца 1858 года, говорит Семевский, крестьяне волновались, до того момента, когда в "Губернских Ведомостях" были опубликованы рескрипты, значит, волновались крестьяне только потому, что они настоящего царского слова не знали и не видали, а когда они царские слова увидели, прочитав в "Губернских Ведомостях" рескрипты, то волнения прекратились. При этом тонкий намек на то, что эти волнения едва ли не муссировались крепостниками, которые хотели запугать "доброго" царя Александра Николаевича, хотевшего освободить крестьян. Вот как изображал дело самый левый и самый добросовестный из буржуазных историков. Что же говорить об остальных, ну, скажем, о профессоре Иванюкове, который списал добрую половину своей книги из самой древней истории крестьянской реформы, вышедшей в 1863 г. из под пера одного левого бюрократа, довольно ярко освещавшего некоторые эпизоды канцелярской борьбы и некоторых ее героев - оттого книга и могла выйти в 1863 г. только в Берлине. При этом случилась такая вещь, что писал- то эти страницы некий левый бюрократ, а защищал диссертацию и получил научную степень доктора Иванюков. Но это - уже из области наших старых академических нравов, на этом я сейчас останавливаться не буду.

Что же действительно происходило в деревне? О том, что происходило действительно в деревне, об этом не писали буржуазные историки, об этом не мог писать и Чернышевский, поскольку он был скован требованиями царской цензуры. Он повторяет в той статье, которую я уже цитировал, официальную ложь, будто крестьяне были совершенно спокойны. Тут надо иметь в виду, что названная статья Чернышевского ("Материалы" и т. д.) является великолепным, изумительным образчиком военной маскировки. Статья, по существу, представляет собою прямую угрозу помещикам и весьма обстоятельное изложение лозунгов крестьянского движения, о котором Чернышевский, разумеется, прекрасно знал. Чтобы провести через цензуру такую вещь, статья была уснащена бесконечным множеством благонамеренных словес и комплиментов дворянству. Можно себе представить, какая саркастическая улыбка играла на губах Николая Гавриловича, когда он выписывал все это! Крестьяне должны были быть спокойны, это была часть той инсценировки, которая была поставлена перед 1861 годом. Но в деревне были наблюдатели, не связанные цензурой, потому что они были сами цензурой, наблюдатели зоркие и деловые. Это были люди, которые нам уже много доставили ценного исторического материала, это были жандармы. И вот, когда вы читаете архив III отделения собственной его величества канцелярии, то тогда вы начинаете понимать, какое тогда в деревне было действительно идиллическое спокойствие.

стр. 4

Вот отрывок из доклада шефа жандармов царю за 1858 год. "Некоторые дворяне... выходили из пределов осторожности, требуемой нынешними обстоятельствами. Одни переносили крестьянские усадьбы на новые места или переменяли у них земельные участки; иные переселяли крестьян в другие свои имения, уступали их степным помещикам не только за бесценок, но и даром; третьи - отпускали крестьян на волю, без земли и вопреки их желанию, сдавали их в рекруты в зачет будущих наборов, отправляли в Сибирь на поселение; одним словом, вообще, употребляли разные средства, чтобы избавиться от излишнего числа людей и чтобы сколь возможно меньшее число их наделять землею. За сим некоторые, но весьма немногие помещики, не изменяя прежнего управления, своими несправедливыми и суровыми поступками выводили крестьян из терпения. - Крестьяне с своей стороны, при ожидании переворота в их судьбе, находятся в напряженном состоянии и могут легко раздражиться от какого-либо внешнего повода. У них, как выражаются помещики, руки опустились и они не хотят ни за что приниматься с усердием. Многие понимают свободу в смысле вольницы, некоторые думают, что земля столько же принадлежит им, сколько помещикам; еще же более убеждены, что им принадлежат дома и усадьбы. Как помещики, страшась чересполосицы и не желая иметь соседями крестьян-домовладельцев, более всего возражают против уступки им усадеб, так и крестьяне не могут помять, почему они должны будут выкупать усадьбы, которые ими обстроены и в которых жили отцы и деды их. Беспорядки, наиболее теперь случающиеся, состоят в том, что крепостные люди или уклоняются от платежа оброка и от других повинностей или оказывают неповиновение старостам и самим владельцам. Волнения целых деревень, требовавшие личного действия высших губернских властей или пособия воинских команд, происходили там, где помещики в распоряжениях своих не сообразовались с настоящим духом времени или где являлись подстрекатели. Такие волнения более или менее важные проявлялись в продолжение года в 25 губерниях. Хотя случаев неповиновения было в сложности довольно много, но в обширной империи они почти незаметны. Если же взять во внимание покорность крестьян в большей частя помещичьих имений, то можно сказать, что общее спокойствие сохранено и что беспорядков доселе происходило несравненно менее, чем ожидали и предсказывали".

Приходилось радоваться, что не разразилось общего бунта! Как только появились царские рескрипты, в деревне разгорелась такая классовая борьба, какой не было раньше, и это совершенно понятно, потому что теперь дело было уже у самого порога. С одной стороны, помещики начали грабить крестьян, совершенно безудержно грабить, иногда в буквальном смысле слова. Пользуясь тем, что крепостные не имели права собственности, не могли покупать землю на свое имя, помещик отбирал землю, заведомо купленную крестьянином. Вся губерния знала, что земля куплена крестьянином, а помещик говорил: за кем записана? за мной, значит моя, давай сюда. Гофмаршал князь Кочубей, потомок одного из либеральных "друзей"

стр. 5

Александра I, пытался оттягать у своих мужиков 10.000 десятин земли, купленной когда-то на имя его бабушки. Меня, говорит, в то время и на свете не было - да и у нашего управляющего в те года доверенность была не в порядке. Тайный советник Шереметев держал своих уфимских крестьян по ревизским сказкам в Нижегородской губернии. Крестьяне были промышленники, кожевники - быстро богатели. Как только разбогатеет мужичок, Шереметев его сейчас и требует на "место жительства" (т. е. в Нижегородскую губернию). Тому разорение, он мечется - но ничего не поделаешь: "закон". И приходится половину своих накоплений отдать барину. Так крестьяне торговали кожей башкирских лошадей и коров, а Шереметев драл кожу с самих крестьян. Видя, что подходит реформа, Шереметев решил розничные операции заменить одной оптовой - и потребовал со всей деревни, чохом, 130 тыс. рублей (позже спустил до 100 тысяч). Отсюда, конечно, "беспорядки".

Чаще просто сгоняли со старых наделов. Это вздор, будто отрезки вышли из каких-то петербургских канцелярий. Отрезки начались в жизни помещичьих имений гораздо раньше, чем высказалась первая канцелярия. Канцелярия только, как следовало ожидать, регистрировала то, что проделывали помещики в деревне. Огромное большинство "беспорядков", упоминаемых в жандармских бумагах, вызваны перенесением усадеб на другое место - не даром Чернышевский именно этому перенесению усадеб отводит столько места в своей статье.

Еще более интересна такая вещь, - особенно для тех, кто привык думать, что наше крестьянское движение было совершенно бессмысленным, "стихийным". Шла отчаянная борьба из-за сельских властей к моменту реформы. Крестьяне желали иметь своих бурмистров и своих старост, которые представляли бы и защищали бы их интересы, а помещик желал, чтобы оставались его старые сторожевые псы, которых он поставил в крепостное время. На этой почве происходило бесконечное количество трагедий, происходило бесконечное количество столкновений, которые усмиряются только при помощи военных экзекуций, - войска пускаются в ход на каждом шагу, - только при помощи жестокой порки. И опять мы встречаем одно из самых аристократических имен, владельца огромных вотчин в Тверской губернии, генерал-ад'ютанта Зиновьева. Тут жандармские бумаги начинают казаться выписками из "Пошехонской Старины" Салтыкова. Зиновьев пишет усмирявшему жандарму: "Вы принимали самое деятельное и благотворное участие в прекращении беспорядков, возникших в имении моем, Тверской губернии в Бежецком уезде. - Благодаря твердым и вместе с тем кротким, христианским мерам Вами принятым, порядок был восстановлен быстро и я уверен, на прочном основании. - Вменяю себе в обязанность искреннейше благодарить Вас за труды, Вами при этом понесенные. - В заключение долгом считаю сообщить Вам, что я имел случай о полезном содействии Вашем в настоящем деле донести до высочайшего сведения государя императора, и что его величество изволил при этом отозваться, что отлично- усердная служба Ваша уже давно известна его величеству". А губернское правление - естественный конкурент жандармов - на основа-

стр. 6

нии произведенного им следствия писало конфиденциально в Петербург о "кротких и христианских мерах" следующее: "Подполковник Симановский, по сообщенным, частным образом, сведениям, прибыв в имение, послал священников уговаривать народ, чтобы повиновался. Крестьяне с изумлением спрашивали: в чем же и когда было наше неповиновение? Затем жандармский штаб-офицер требовал к себе по 10 - 20 человек и заставлял их подписать бумагу, что теперешнего бурмистра, на которого они жаловались и просили сменить, будут держать бурмистром. О жалобах крестьян на бурмистра не было и помину. Для подписки первые были потребованы несколько человек с деревни Ильинска, а из них первый должен был подписаться Трофим, старик от 50 до 60 лет. На слова штаб-офицера: подписывай, что теперешнего бурмистра будете держать бурмистром, Трофим отвечал: "это дело мирское, я не могу один без мира" (бурмистры в этом поместьи испокон веку, говорят крестьяне, избирались миром и потом утверждались помещиком). С этим словом штаб-офицер стал бить Трофима по лицу, топал ногами, а потом велел сечь. Трофим только кричал: подпишусь, на что хотите подпишусь. Крестьянина этого вынесли почти без чувств; священник причащал его. Видели Трофима на третий день после наказания: вся голова была избита; на лице синие пятна; спина темномалиновая; он лежал спиной кверху, держась руками за живот, и беспрестанно повторял: ах, батюшки, перерезали. Вслед за Трофимом должен был подписаться Андрей Гордеев. Он сказал: дай бумагу, мы ее на миру прочтем. Опять собственноручные побои; вся борода осталась в руках штаб- офицера. Крестьяне рассказывают, что он многих истязал так; ведь все в лицо, да за бороду норовит; пред ним на колена: за что истязуешь? а он кляпкой в лицо. Зачинщиками выставлено до 5 крестьян и писарь, которых назначено предать суду; а остальные человек 20, вовлеченные в дело, подвергнуты наказанию розгами административным порядком. Высекли большею частью тех, которые жаловались на бурмистра. Секли жестоко: у Филиппова на третий день после наказания вынимали сучья из тела".

В 1860 г., по одним официальным данным, было запорото насмерть 65 крестьян. По одним официальным данным, а вы догадываетесь, что, едва ли один из десяти случаев попадал в официальную сферу, остальные девять десятых остались в домашнем быту. Это было в 1860 г. Не думайте, что это запарывали людей на смерть во времена царицы Екатерины, запарывали Простаковы, Скотиадины. Это было в 1860 г., когда был налицо весь Пушкин, когда был налицо весь Лермонтов, был налицо весь Гоголь, был написан "Рудин" Тургенева, было написано "Утро помещика" Льва Толстого, - в это время запарывали на смерть людей в деревне. Вот каким сильным зверем было крепостное право даже накануне своего падения. Оно было отнюдь не беззубым зверем, не старым облезлым львом, у которого шкура наполовину слезла. Это был довольно таки смелый и сильный хищник, и недаром он так себя показал потом в 1905 г.

Так вот, товарищи, в какой обстановке происходила ожесточенная борьба между крестьянами и помещиками из-за выборов сельских властей. Вот вам другой момент.

стр. 7

Но этим то интересное, что имеется в жандармском архиве, не ограничивается. Пока мы видим еще старый трафарет борьбы помещиков с крестьянами, и дальше как будто крестьяне не идут. Но вчитайтесь в донесения. Для усмирения крепостных иногда "имеют неосторожность" вызывать казенных крестьян и удельных и что же оказывается? Моментально устанавливается общий фронт между крестьянами удельными и казенными и крепостными, и жандармы настоятельно начинают рекомендовать не употреблять этого опасного приема, не вызывать для усмирения государственных и удельных крестьян. Мало того, очень часто агитаторами среди крепостных оказываются именно государственные крестьяне, менее задавленные рабством, более привычные к свободному обращению, нежели крепостные.

Вот что писал саратовский жандарм (уже в июне 1860 года) своему начальству - охарактеризовав сначала воззрения саратовских помещиков на крестьянский вопрос: "Гораздо более единодушия в действиях и логичности в суждениях по крестьянскому делу встречается между крепостным сельским населением; не вдаваясь ни в какие предположения, оно не изменяет уже раз составленному себе понятию относительно своего освобождения; и понимая слово освобождение чисто в буквальном смысле, остается покуда спокойным, несмотря на часто весьма несправедливые поступки своих помещиков, в твердом убеждении, что в скором времени с совершенным освобождением, произвол их помещиков прекратится сам собою, и они получат полную самостоятельность. Останется ли сельское население спокойным впоследствии, когда преувеличенные их надежды не осуществятся? - составляет уже совершенно другой вопрос, который может разрешить одно только время. Замечательно, что с некоторого времени сословие государственных крестьян начинает принимать участие в крестьянском деле; по частным сообщенным мне сведениям, государственные крестьяне с. Большая Сердоба Петровского уезда имели намерение внушить соседним с ними помещичьим крестьянам, что так как они скоро будут свободными, то могут освободить себя от излишнего повиновения своим помещикам и не платить оброка. Хотя попытка эта не имела решительно никаких последствий и не была приведена в действие, но обстоятельство это заслуживает отчасти внимания в том отношении, что служит новым доказательством в необходимости для общего спокойствия и успокоения взволнованных умов, поспешить окончательным разрешением крестьянского" вопроса, чего с увеличивающимся нетерпением ожидают вообще все сословия не исключая самих дворян". А рядом с государственными крестьянами мы встречаем и мелкую городскую буржуазию, мелких чиновников, студентов, и даже мелкопоместных помещиков, совсем, как в пугачевские времена. Таким образом, вовсе не одни крепостные бунтуют против помещиков, а против крепостнического государства выступает сплошной шеренгой весь крестьянский строй.

Я вам уже сказал, что для усмирения бунтовавших и ограбленных предварительно крестьян вызывались войска. Иногда "имели неосторожность" расквартировывать солдат в крестьянских избах. Жандармы очень предостерегают против такой "неосторожности", ибо моментально устанавливается

стр. 8

контакт между крестьянином, одетым в мундир, и крестьянином в зипуне, и крестьянин, одетый в мундир, тоже человек более бывалый, начинает учить крестьян как им действовать. Солдаты начинают учить крестьян, как им себя вести. Для того, чтобы это вредное явление предотвратить, приходится избегать размещать солдат в крестьянских избах, а размещать их в пустом здании фабрики и т. п., строго следя, чтобы не было никакого соприкосновения между крестьянами и их будущими усмирителями. Но среди крестьянской массы были не только солдаты, посланные на экзекуции, но были солдаты отпускники и эти отпускники во главе с унтер- офицерами, иногда гвардийских полков - Павловского, Измайловского и т. д. всюду оказывались вождями крестьянского движения. Всюду они идут впереди.

Надо к этому прибавить, что на те же самые годы падает совершенно проглоченное, сжеванное нашей буржуазной историографией громадное движение крестьян против откупов, охватившее целый ряд губерний. Об этом движении упоминает Чернышевский, но как глухо до легальной печати, через сколько подушек доходит это упоминание! У него есть статья "Вредная добродетель", где он говорит о сговоре ковенских крестьян не пить водку. Вот что осталось от этого движения. Приведем и его характеристику по донесениями III Отделения. "В течение 1859 года случилось у нас событие совершенно неожиданное. Жители низших сословий, которые, прежде казалось, не могут существовать без вина, начали добровольно воздерживаться от употребления крепких напитков. Это проявилось еще в 1858 году в Ковенской губернии, под влиянием римско-католического духовенства, которое, с разрешения епархиального начальства, в церквах приглашало народ присоединиться к братству трезвости, установленному Папою Пием IX, с обещанием за то его благословения и отпущения грехов. Проповеди сии имели такой успех, что до февраля 1859 года почти вся Ковенская, а вскоре и более половины населения Виленской и Гродненской губерний, принадлежали к братству трезвости. В то же время подобное стремление возникло в Приволжском крае. Возвышение новым откупом цен на вино, весьма дурное его качество и увеличение дороговизны на все вообще предметы, привели крестьян к решимости отказаться от употребления вина, если не навсегда, то по крайней мере временно. Это началось в Саратовской и вслед затем зароки повторились в Рязанской, Тульской и Калужской губерниях, крестьяне на мирских сходках добровольно отрекались от вина, целыми обществами составляли о своих обетах письменные условия, с назначением денежных штрафов и телесных наказаний тем, которые изменят этому соглашению, и торжественно, с молебствиями, приступали к исполнению условий. Этим примерам последовали в скором времени жители разных местностей Самарской, Орловской, Владимирской, Московской, Костромской, Ярославской, Тверской, Новгородской, а также Воронежской, Курской, Харьковской и других губерний.

Содержатели откупов всемерно старались отклонить крестьян от трезвости: угрожали взысканием правительства за уменьшение питейных доходов, понижали цены на вино, даже предлагали оное в некоторых местах безвозмездно. Но крестьяне твердо хранили свои обеты и только в двух случаях отступили от своих намерений: 1) в Сердоб-

стр. 9

ском уезде, Саратовской губернии, откупщик об'явил, что цена водки возвышена для того, чтобы уделять по 1 рублю с ведра на их выкуп, и это удержало крестьян от составления условий о трезвости; 2) Московской губернии, в Серпуховском уезде, содержатель откупа заплатил за жителей села Дракина недоимки 85 рублей и также успел от зарока их отклонить. Правительство признало нужным при таковых обстоятельствах обратить внимание только на самовольные поступки ревнителей трезвости, которые принуждали других к воздержанию штрафами и взысканиями, а потому местным начальством было предписано не допускать произвольного составления жителями каких-либо обществ и письменных условий, а также самоуправных наказаний... С другой стороны, содержатели питейных откупов, пользуясь правом продажи улучшенного вина по возвышенным, вольным ценам, отпускали потребителям только это вино, отказывая в полугаре, который они обязаны продавать по 3 р. сер. за ведро. Таким образом, дороговизна вина и дурное его качество возбудили в народе, кроме обетов трезвости, общее неудовольствие. Еще в феврале месяце возник в С. Петербурге слух о намерении крестьян разбивать питейные д о м а. Этот слух не имел последствий, но тогда же здесь произведено было дознание, которым подтвердилось, что полугара в продаже не было, а равно, что вино отпускалось по ценам возвышенным и не полною мерою. По высочайшему повелению, об этом было пред'явлено Совету гг. министров и сообщено министру финансов, для общего соображения, вследствие чего министр сделал распоряжение о внушении откупщикам, чтобы они непременно отпускали полугарное вино по надлежащей цене. Сообразно с этим были даны предписания по ведомствам министерства внутренних дел и государственных имуществ. Крестьяне, узнав о таковом распоряжении, начали толковать об указе против откупа и требовать из питейных заведений дешевого вина, а отказ в том был поводом к буйному самоуправству народа. Первое волнение обнаружилось 20 мая Пензенской губернии, в г. Наровчате, где во время базара толпа угрожала разбить питейные дома. Хотя наиболее виновные были немедленно арестованы, но беспорядок не прекратился и в течение трех недель разграблено в семи уездах той же губернии более 50- ти питейных домов. При этом местные начальники и сельские старшины были оскорбляемы, подвергались побоям и даже смертным угрозам; в селе Иссе ранен офицер, а в городе Троицке толпа, с кольями, напала на прибывшую воинскую команду. В то же время, Московской губернии, в Волоколамском уезде крестьяне, собравшиеся на ярмарку, близ Иосифова монастыря, разграбили три питейных дома, а вслед за тем местные жители разбили такие же дома в семи селениях Волоколамского и Богородского уездов. Слухи об этих событиях, переходя из одного места в другое, произвели подобные беспорядки в Тамбовской, потом в Саратовской, Самарской, Симбирской, Тверской, Оренбургской и Казанской, наконец, во Владимирской, Смоленской и Вятской губерниях. Замечено, что в Самарской губернии грабежи произведены из одних только корыстных видов, а в Вятской, по ограблении питей-

стр. 10

ного дома в селе Петровском, опились до смерти 8 человек. Буйства эти происходили большею частью при сборищах крестьян на ярмарки и на базары, сопровождались нанесением побоев служителям откупов, сельским старшинам и в некоторых местах чиновникам земской полиции, из которых одного крестьяне ранили, а двух покушались убить. В Самарской губернии староста села Тирша от полученных побоев умер. В городе Вольске крестьяне избили нижних чинов, переломали их оружие и ранили городничего. В городе Бугуруслане толпа смяла призванную команду казаков. Во многих местах, для укрощения буйства было употреблено содействие воинских команд, а по губерниям Пензенской, Тамбовской, Саратовской и Самарской был командирован штаб- и обер-офицеры корпуса жандармов, с частью нижних чинов. По высочайшему повелению в Пензенскую губернию, для принятия более деятельных мер к прекращению беспорядков, был отправлен генерал-ад'ютант Яфимович; по Тамбовской губернии восстановление спокойствия было возложено на генерал-ад'ютанта Толстого; в Самарскую послан был генерал-лейтенант Ладыженский с жандармским офицером и двумя сотнями казаков. Сверх того, в Пензенской губернии содействовал прекращению беспорядков ревизовавший означенную губернию сенатор Сафонов. Распоряжениями этих лиц, и по другим губерниям местных начальств народное волнение прекращено совершенно. Оказалось, что в 12 губерниях разграблено 220 питейных заведений, предупреждено 26 покушений". И в этом движении руководителями были отпускные солдаты: во время разгрома кабаков в г. Краснослободске, Пензенской губернии, "главными зачинщиками", которые и после "усмирения" толпы продолжали "произносить грубости и дерзости", были "бессрочно-отпускные рядовые полков: лейб-гвардии Павловского Влас Емельянов, Одесского пехотного Никита Васильев, государственные крестьяне: города Краснослободска Иван Шасин и села Гулин Гаврило Рысов".

Вот в какой обстановке царю Александру II пришла в голову одна из его "великих реформ" - отмена откупов. Откупа отменялись потому, что они стали одним из источников крестьянской революции. Корыстность продавцов водки и спаивание ими крестьян вызвали такое негодование низов, что нельзя было эти низы удержать и пришлось решиться на немедленную реформу и заменить откупа акцизом. Вот как было дело. Если вы присоедините к этому же грандиознейшие волнения железнодорожных рабочих, т. е. рабочих, которые строили тогда железнодорожную сеть и бунтовали и во Владимирской губернии, и в Крыму, и в Области войска Донского, и везде, где строилась железная дорога и где разыгрывались картины, хорошо вам знакомые по "Железной дороге" Некрасова, - вы поймете, на каком клокочущем вулкане стояло самодержавие Александра II в эти годы, когда, по буржуазной историографии, крестьяне мирно дожидались реформы, и вы поймете тогда значение революционного выступления Чернышевского. Он вовсе не был слишком ранним предтечей слишком медленной весны, - это был рупор, через который говорило негодование широчайших масс. Чернышевский проводил это негодование и в легальной форме в его называвшемся мною произведении-

стр. 11

"Материалы для решения крестьянского вопроса", о котором я уже сказал, что это не что иное, как в цензурном виде выраженные, ловко замаскированные лозунги крестьянского движения. Прежде всего, лозунг неперемещения усадеб. На этой почве отнятия у крестьян земли и переноса усадеб, как вы знаете, больше всего было волнений. Мы имеем тут и аргументацию в пользу передачи крестьянам лугов и лесов помещичьих - этого тоже требовали крестьяне во время своих выступлений. Словом, эта статья Чернышевского правильно' может быть названа легальным изданием его знаменитой прокламации - "Барским крестьянам". Вот, на какой основе возникла эта прокламация в так называемую эпоху великих реформ, когда народ якобы дождался мирно, какие воспоследуют благодеяния свыше. На самом деле, эта была эпоха, когда воздух в России был накален, как никогда, этот накаленный воздух, эта накаленная атмосфера дышет на нас из произведений Чернышевского, и она то и делает Чернышевского особенно близким следующему революционному поколению. Недаром большевики, старые большевики, основатели партии почти все, - вероятно, даже не почти, - они меня сейчас одернут, - а без исключения все воспитывались на Чернышевском. Чернышевский с той атмосферой революции, которая веет с его страниц, был той основой, на которой происходило революционное воспитание следующих поколений. И вот чем особенно близок нам Чернышевский, товарищи. Через него, через его писания смотрит на нас та революция, которая начала развертываться к России в 1859 - 61 годах, которая дала яркую вспышку пламени в 1905 г. и которая победила в 1917 году.

Orphus

© libmonster.ru

Постоянный адрес данной публикации:

http://libmonster.ru/m/articles/view/ЧЕРНЫШЕВСКИЙ-И-КРЕСТЬЯНСКОЕ-ДВИЖЕНИЕ-КОНЦА-1850-х-ГОДОВ

Похожие публикации: LRussia LWorld Y G


Публикатор:

Vladislav KorolevКонтакты и другие материалы (статьи, фото, файлы и пр.)

Официальная страница автора на Либмонстре: http://libmonster.ru/Korolev

Искать материалы публикатора в системах: Либмонстр (весь мир)GoogleYandex

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

М. Н. Покровский, ЧЕРНЫШЕВСКИЙ И КРЕСТЬЯНСКОЕ ДВИЖЕНИЕ КОНЦА 1850-х ГОДОВ // Москва: Русский Либмонстр (LIBMONSTER.RU). Дата обновления: 14.08.2015. URL: http://libmonster.ru/m/articles/view/ЧЕРНЫШЕВСКИЙ-И-КРЕСТЬЯНСКОЕ-ДВИЖЕНИЕ-КОНЦА-1850-х-ГОДОВ (дата обращения: 26.09.2017).

Найденный поисковым роботом источник:


Автор(ы) публикации - М. Н. Покровский:

М. Н. Покровский → другие работы, поиск: Либмонстр - РоссияЛибмонстр - мирGoogleYandex

Комментарии:



Рецензии авторов-профессионалов
Сортировка: 
Показывать по: 
 
  • Комментариев пока нет
Свежие статьиLIVE
Публикатор
Vladislav Korolev
Moscow, Россия
689 просмотров рейтинг
14.08.2015 (774 дней(я) назад)
0 подписчиков
Рейтинг
0 голос(а,ов)

Ключевые слова
Похожие статьи
Ключ к Тайне — имя Хеопс. The key to Mystery is the name of Cheops.
Каталог: Философия 
4 дней(я) назад · от Олег Ермаков
СОЮЗ ПОЛЬШИ И СОВЕТСКОГО СОЮЗА
Каталог: Право Политология 
6 дней(я) назад · от Россия Онлайн
РЕАЛЬНЫЙ д'АРТАНЬЯН
Каталог: Лайфстайл История 
6 дней(я) назад · от Россия Онлайн
Америка как она есть. ПО СТОПАМ "БРАТЦА БИЛЛИ"
Каталог: Журналистика 
7 дней(я) назад · от Россия Онлайн
Маркировка с повинной. Производителям генетически-модифицированных продуктов предлагают покаяться
Каталог: Экономика 
8 дней(я) назад · от Россия Онлайн
ПРОСРОЧЕННЫЕ ПРОДУКТЫ, ФАЛЬСИФИКАЦИЯ И СОМНИТЕЛЬНАЯ МАРКИРОВКА
Каталог: Экономика 
8 дней(я) назад · от Россия Онлайн
Молодёжь, не ходите в секту релятивизма. Думайте сами. И помните, там, где появляется наблюдатель со своими часами, там заканчивается наука, остаётся только вера в наблюдателя. В науке наблюдателем является сам исследователь. Шутовству релятивизма необходимо положить конец!
Каталог: Философия 
11 дней(я) назад · от Геннадий Твердохлебов
Российский закон о защите чувств верующих и ...богов - закон “с душком”, которому 2,5 тысячи лет
27 дней(я) назад · от Аркадий Гуртовцев
Предисловие, написанное спустя 35 лет Я писал эту статью, когда мне было 35, и меня, ничего не соображающего в физике, но обладающего логическим мышлением, возмущали те алогизмы и парадоксы, которые вытекали из логики теории относительности Эйнштейна. Но это была критика на уровне эмоций. Сейчас, когда я стал чуть-чуть соображать в физике, и когда я открыл закон разности гравитационных потенциалов, и на его основе построил пятимерную систему отсчета, сейчас появилась возможность на уровне физических законов доказать ошибочность теории относительности Эйнштейна.
Каталог: Физика 
30 дней(я) назад · от Геннадий Твердохлебов
Ветров Петр Тихонович учил нас Справедливости, Честности, Благоразумию, Любви к родным, близким, своему русскому народу и Родине! Об отце вспоминаю, с чувством большой Гордости, Любви и Благодарности! За то, что он сделал из меня нормального человека, достойного своих прародителей и нашедшего праведный путь в своей жизни!
Каталог: История 
30 дней(я) назад · от Виталий Петрович Ветров

ОДИН МИР - ОДНА БИБЛИОТЕКА
Либмонстр - это бесплатный инструмент для сохранения авторского наследия. Создавайте свои коллекции статей, книг, файлов, мультимедии и делитесь ссылкой с коллегами и друзьями. Храните своё наследие в одном месте - на Либмонстре. Это практично и удобно.

Либмонстр ретранслирует сохраненные коллекции на весь мир (открыть карту): в ведущие репозитории многих стран мира, социальные сети и поисковые системы. И помните: это бесплатно. Так было, так есть и так будет всегда.


Нажмите сюда, чтобы создать свою личную коллекцию
ЧЕРНЫШЕВСКИЙ И КРЕСТЬЯНСКОЕ ДВИЖЕНИЕ КОНЦА 1850-х ГОДОВ
 

Форум техподдержки · Главред
Следите за новинками:

О проекте · Новости · Отзывы · Контакты · Реклама · Помочь Либмонстру

Русский Либмонстр ® Все права защищены.
2014-2017, LIBMONSTER.RU - составная часть международной библиотечной сети Либмонстр (открыть карту)


LIBMONSTER - INTERNATIONAL LIBRARY NETWORK