20 - 22 апреля 1979 г. в Упсале (Швеция) состоялся международный симпозиум "Скандинавия и Византия", организованный Упсальским университетом при участии Королевской шведской Академии наук. Это был первый международный форум в Скандинавии по проблемам связей скандинавских стран с Византией и Русью, знаменующий собой расширение и углубление византиноведческих исследований в Швеции. В симпозиуме приняло участие около 120 ученых из восьми стран - Дании, Норвегии, США, СССР, ФРГ, Финляндии, Франции, Швеции.

Открытие симпозиума проходило в присутствии короля Швеции Карла XVI Густава. Председатель оргкомитета симпозиума Э. Пильц подчеркнула значение византиноведческих исследований для изучения истории и культуры скандинавских стран, отметила выдающийся вклад научных школ СССР, Франции, Германии и США в выявление форм и путей влияния Византии на Западную и Восточную Европу. Цель симпозиума состояла в обнаружении основных направлений взаимосвязей Северной Европы с Русью и Византией в различных областях культуры и искусства в VIII - XIV веках. Ректор Упсальского университета М. Хольмдаль приветствовал расширение международных связей этого учебного заведения, подчеркнув их особое значение в тех областях знания, которые призваны осветить историю дружеских контактов между различными народами, взаимодействие и взаимовлияние их культур. Ю. Ринне, митрополит г. Хельсинки, посвятил свое выступление роли традиций в древности и в современном мире. Задачу византиноведческих исследований он видит не только в выяснении особенностей византийской истории и культуры, но и в изучении влияния Византии на окружающие ее страны, на становление культуры современной Европы.

Далее работа симпозиума проходила по трем секциям: "Археология" (10 докладов), "Филология" (8 докладов) и "Искусство и археология" (16 докладов).

Советские участники симпозиума выступили на заседаниях первой и третьей секций. Доклад Е. А. Мельниковой "Скандинавские рунические надписи как источник по истории народов Восточной Европы" был посвящен характеристике русско-скандинавских отношений XI в. в свете изучения рунических надписей из скандинавских стран и СССР. Свидетельствуя об интенсивности и разнообразии контактов Древнерусского государства со странами Северной Европы, в первую очередь Швецией, рунические надписи в то же время не дают оснований для выводов о сколько-нибудь значительной роли скандинавов в политической жизни Руси. Интерес вызвал доклад А. И. Комеча о деревянных резных колоннах из Новгорода, содержащий их характеристику как частей портала деревянного храма. Автор указал на переплетение византийских и скандинавских мотивов в местном искусстве. Г. М. Штендер посвятил свое выступление связям монументальной живописи Новгорода и Готланда в XI - XII вв., а также пока малоизвестным росписям русских деревянных построек.

В секции "Археология" наибольшее внимание было уделено нумизматическим вопросам. В докладах наряду с анализом конкретных проблем (атрибуция отдельных видов монет, выявление характера скандинавских подражаний византийским монетам и т. д.) были поставлены и две более общие темы. Б. Мальмер (Швеция) показала, что хотя по сравнению с арабскими число византийских монет, найденных в Скандинавии, невелико, однако их роль в становлении местной чеканки чрезвычайно велика. Наряду с английскими они служили образцами для создания древней-

стр. 152

ших монет Швеции, Дании, Норвегии Путям распространения в Скандинавии влияния византийской чеканки был посвящен доклад С. Моррисон (Франция). Она подчеркнула, что хронологическое распределение византийских монет, найденных в скандинавских странах, совпадает с периодами наибольшей активности скандинавов в Византии, что подтверждается и данными письменных источников. Нет сомнения в том, что византийские монеты привозили в Скандинавию возвращавшиеся после службы в "варяжской гвардии" шведы и норвежцы. Большой интерес для зарубежных исследователей представили два доклада, касавшиеся славяно-русской археологии. Основанный на изучении новейшей советской археологической литературы, доклад Ю. Кальмера (Швеция) был посвящен становлению Киева как городского центра. Опираясь на материалы археологических работ последних лет, особенно на Подоле, автор выделил три основных этапа развития города: предгородской (VI - первая половина IX в.), протогородской (середина IX - конец X в.) и городской. Нечеткость определения термина "город" в отличие от поселения предгородского типа (главный принятый докладчиком критерий - размеры поселения и количество населения), а также отрыв археологических источников от письменных привели автора к значительному "омоложению" Киева и недоучету его роли в IX - X веках. Интересными были сопоставления развития Киева и таких крупнейших городов Центральной Европы, как Прага и Краков. В докладе А. Стальсберг-Альсвик (Норвегия) рассматривался вопрос о ранних находках скандинавских вещей на территории СССР, большая часть которых может быть датирована IX - X вв., причем типологически они синхронны находкам в самой Скандинавии.

В центре внимания работы секции "Филология" стоял вопрос о происхождении этнонима "Русь". Доклады шведских ученых К. Фалька, С. Экбу и А. Тулина показали, что, несмотря на, казалось бы, всестороннюю изученность этого вопроса, в связи с развитием лингвистических и топонимических исследований возникает ряд новых аспектов, требующих тщательной проверки.

Доклады секции "Искусство и археология" были посвящены преимущественно сопоставлению конкретных памятников живописи и архитектуры Византии, Руси и Скандинавии, причем особый интерес, вызвали фрески готландских церквей в Гарде и Челлунге, находящие близкие аналоги в росписи новгородских церквей (доклад Э. Пильц). Г. Сванстрем (Швеция) дал общую характеристику взаимодействия культурных влияний Западной и Восточной Европы на Готланд в XII - XIII веках.

Постоянный адрес данной публикации: