МАРИЯ ГАНЬКИНА, педагог-словесник, главный редактор журнала "Игра и дети", г. Москва

Культпоход в музей должен быть не просто очередным мероприятием, а в контексте каких-то заданий, дел, затей на уроках. Чтобы ружьё (поездка в музей) выстрелило (сработала не впустую), много нужно предварительной и во многом интригующей работы. Ученики автора озадачены: НАЙТИ В МУЗЕЕ ЧТО-ТО, ЧТО НЕ ЗВУЧАЛО НА НАШИХ УРОКАХ. А потом выбрать из этого ПЯТЬ ШТУК "САМОГО-САМОГО". Поэтому у каждого под мышкой - аписная книжка. По музею ребята ходят очень деловито, выискивая, вынюхивая, тщательно сортируя информацию. Записывают, сидя на корточках, опершись о перила, подставляя друг другу спину и вызывая у местных бабушек-смотрительниц слёзы умиления.

УРОК В МУЗЕЕ

"Пятый класс. Пора выводить в литературный музей", - со стеснённым сердцем думает городской учитель, тоскливо представляя себе детей, расползающихся, как тараканы, растекающихся, как подтаявшее мороженое, проваливающихся, как сквозь землю, растворяющихся в воздухе, ускользающих из-под носа... На перекрёстке (ужас!), в метро (кошмар!), на Тверской (жуть!), в махоньком московском домике Чехова, что на Садовой-Кудринской (тоже ничего хорошего!)...

Представишь себе эту вечно мельтешащую, бубнящую, сморкающуюся, хихикающую, толкающуюся компанию в "приличном месте" - и становится тошно. Придётся краснеть, выслушивая охваченных благородным негодованием бабулек: мол, совершенно невоспитанные дети, и куда только смотрят взрослые! И т. д.

Водить же ребят строем, по-фельдфебельски гаркать, держимордой обходить ряды, пылать взглядом дракона и постоянно быть начеку всеми тремя головами - можно. Хотя совестно. Да и скучно. А потом, в наказание, выслушать монотонную лекцию экскурсоводши, которая оживляется, только когда шикает на детей? Нет, увольте! Но, с другой стороны, надо "выполнять план мероприятий". В итоге - загубленный день, а главное - нервы.

Так? Или всё же можно иначе?

"Взглядом самурая"

Каждый наверняка делает это по-своему. У нас же поход в литературный музей выглядит так.

Предположим, что вы со своими ребятами работаете над образом "пребывающего в музее" (так же, как в свое время над образом "пишущего", "слушающего", "читающего"). И с каждым разом этот образ крепнет, обрастает новыми подробностями. Вы обсуждаете, в освоении каких поз и ролей этого образа каждый из вас нынче продвинулся. Ребята делятся друг с другом своими наблюдениями... Это стратегия. Как насчёт тактики?

Выражением на лице приглашаю детей посетить перед дальней дорожкой всем известное заведение. Сбор во дворе!

Дети наработали множество способов объединяться в команды. Быстро устраиваем компании по пять-шесть человек. Каждый входящий в неё запоминает "своих" и обязан на всем маршруте туда и обратно удерживать их в поле зрения "взглядом самурая" (смотрю вперёд - вижу все, что справа и слева).

У каждой команды свой клич. Придумывают что-то невообразимое: "Сохатые!", "Розочки с кремом!", "Бледнолицые!", было даже "Чпок!" В обязанности капитана (одноразовая выборная должность) входят регулярные переклички. Теперь представьте-ка на минуточку - эдак посреди Арбата вдруг раздаётся:

- Хливкие шорьки!

И отзыв:

- Пырялись по мове!

Учителю же надо бежать впереди в очень хорошем темпе, и тогда ребятам не до трепотни и проволочек. Они озабочены одним - как бы не упустить из виду прыткого учителя. Тут волей-неволей и самим приходится то и дело пускаться в галоп.

Сравните эту картину с обычным раскладом. Учитель каждую минуту оглядывается и подгоняет отстающих. Дети заняты своими разговорами и на дорогу не глядят, поскольку знают, что учитель их всегда окликнет. К тому же процессию замыкает парочка мам, которые тоже глядят зорким соколом. В нашей же ситуации не учитель боится (на самом деле, конечно, боится, только виду не подаёт) потерять детей, а дети - учителя!

Ну, и конечно, работает жёсткое правило: отстал - стой как вкопанный на том месте, где потерялся, и жди, пока тебя отыщут.

На роль Сусанина

"Идти с Соней по городу, - жаловалась Сонина мама всем подряд, - это ж какие нервы надо иметь!" И поэтому не отпускала Соню ни на шаг от себя. Зная, что мама всегда на чеку, своенравная Соня могла спокойно рвануть наперерез машине. Я и сама, честно говоря, побаивалась. Но вот Соню отпустили с нами в музей. (И правда, сколько ж можно! Да и завидно девчонке: ведь после каждой вылазки класс бурлил впечатлениями.)

Возвращаемся - Сонина мама навстречу. С ужасом в глазах слышит про наш "метод" и, совершенно поражённая, - про свою дочь. А Соня и впредь выглядела на улицах нашей столицы вполне пионеркой...

Минут за десять до выхода я раскладываю в классе подробную карту Москвы. Народ над ней зависает и прокладывает пальцем сегодняшний маршрут. Кто-то всегда вызывается на роль Ивана Сусанина.

И не учитель (!), а "Сусанин" бегает вдоль вагона, предупреждая (в том числе и меня), что "на следующей выходить".

В метро блюдётся специально оговоренный образ "едущего в метро": солидное уступание места, солидное чтение солидной книжки. А для тех, кто не захватил книжку, - абсолютно не солидная (в игре трудно удержать "тяжёлый вес") традиционная "балда" или "крокодил", чаще всего вместе с учителем.

Чтобы "ружьё выстрелило"

Музей (а также театр, прогулка и вообще любая вылазка) - не просто очередное мероприятие, то есть не сам по себе, а всегда в контексте каких-то заданий, дел, затей на уроках словесности. Чтобы ружьё (поездка в музей) выстрелило (сработала не впустую), много нужно предварительной и во многом интригующей работы.

Мои ребята всегда озадачены: НАЙТИ В МУЗЕЕ ЧТО-ТО, ЧТО НЕ ЗВУЧАЛО НА НАШИХ УРОКАХ (чего никто не знает). А потом выбрать из этого ПЯТЬ ШТУК "САМОГО-САМОГО" (правильно, интересненького). Поэтому у каждого под мышкой - записная книжка.

По музею ребята ходят очень деловито, выискивая, вынюхивая, тщательно сортируя информацию. Записывают, сидя на корточках, на лестнице, опершись о перила, подставляя друг другу спину и вызывая у местных бабушек-смотрительниц слёзы умиления.

"Таинственный карла"

Вот, например, "музейный" листочек из записной книжки шестиклассницы Ксюши.

(В комнатах Н. В. Гоголя, что на Гоголевском бульваре в помещении библиотеки.)

1) Гоголь был ростом 1 м 60 см!

2) Гоголь в детстве хотел стать скрипачом.

3) Его кличка была "таинственный карла".

4) Написал "Ганса Кюхельгартена", которого плохо приняли критики.

5) Его хозяин под фраком носил вериги.

6) Гоголю ставили пиявки, а это было нельзя.

7) Отец Матвей требовал, чтобы Гоголь отрёкся от своего идола - Пушкина.

8) Похоронен на Новодевичьем кладбище.

Восемь пунктов вместо положенных пяти. Это ещё что, бывало и двадцать пять. А теперь попробуй-ка отказаться от двадцати интересных подробностей в пользу пяти самых-самых!

Следующего урока мы все ждём с нетерпением, чтобы поделиться своими находками. Ребята, что называется, "грызут удила", и круглое слово Гоголь (без моголя тоже не обходится) перепасовывается от одного к другому.

Ручная работа

Опыт показал, что парадное слушанье заправского экскурсовода (как, впрочем, и учителя), который лихо отбарабанивает лекцию положенное ему время, сильно

проигрывает в сравнении с нашей режиссурой (ай, спасибо Вячеславу Михайловичу Букатову - это он подсказал ход про пять штук "самого-самого").

К сожалению, мы не раз напарывались на экскурсоводов, которые произносят свою долгоговорку, невыносимо скучая (это в лучшем случае, в худшем - ещё и обхамят). Понятно, что для них - это способ выжить. Попробуй-ка десять раз на дню произносить один и тот же текст. А как это делают учителя на уроках? Бывает, так же формально. Но, бывает, и иначе. Как, наверное, в любой профессии: можно вроде бы одно и то же, а делать по-разному, всякий раз входя в новую ситуацию.

Для учителя эта новая ситуация - даже не каждый день, или урок, или класс. А конкретный ребёнок. Так что школьная казёнщина - во многом среда выживания учителя. Учителя на потоке. Или у учителя должно быть немного учеников, у врача - немного пациентов, у экскурсовода... Вот тогда - ручная работа. Чувствую, что дальше пришлось бы пенять на нашу экономику, а не хочется.

Так что мы уж как-нибудь сами. Будем бродить по залам, ползать по стенкам, виснуть над стеклом, читать надписи...

- Ребя, скорей сюда! Видели?

- Мария Владимировна, идите сюда! Что я нашла!

И всё же во все времена в любом деле были и есть люди, которые халтурить просто не умеют - они так устроены. Или не хотят - им это противно.

У Толстого в Хамовниках

Это было в хамовническом доме Толстого. Тогда я использовала такой приём: своим пятиклассникам сообщила, что они повезут третьеклассников в музей Толстого и проведут в нём экскурсию. Но сначала, мол, мы съездим в Хамовники сами и, если будет нужно, послушаем экскурсовода.

С экскурсоводом нам страшно повезло (к сожалению, я не помню, как зовут эту замечательную женщину). Она оказалась прирождённым педагогом. Говорила не поверх голов, а глаза в глаза слушателям. Ощущение было, что она рассказывает это только НАМ, ЗДЕСЬ и СЕЙЧАС.

В её рассказах была тайна, интрига, драматургия. В столовой: "Поглядите, как расставлена посуда, стулья. Здесь есть три загадки. Первая: как вы думаете, где сидел Лев Николаевич?.. А где Ванечка?.." Все версии детей она внимательно выслушивала!

Попытка сторожившей реликвии бабули рявкнуть на детишек (не заходить, мол, за верёвочку! убрать руки!) была пресечена ею так: "Марь Иванна, а расскажите-ка, что это там такое в углу стоит?" И растроганная вниманием Марьиванна поведала нам ещё одну историю...

Вместо отведённых на урок в музее сорока минут мы бродили по толстовскому дому целых полтора часа. Уже темнело (а электричества в доме нет), мебель накрывали чехлами, персонал ворчал, а наша экскурсоводша всё отвечала и отвечала на вопросы детей...

Памятник неизвестному экскурсоводу

Мои пятиклассники, готовясь повести третьеклассников на экскурсию в дом-музей Льва Толстого в Хамовниках, старались всё поскорее и поподробней записать. Дома эти каракули были расшифрованы, и у каждого получилось пространное сочинение. Вот некоторые из них - живые свидетельства той легендарной экскурсии.

Таня Р.

Площадь усадьбы в Хамовниках - 1 га. У Толстого было тринадцать детей, из них шесть мальчиков. К сожалению, четверо детей умерло от наследственной болезни, не дожив до пяти лет.

После пятидесяти лет Толстой стал верующим. Он перестал носить богатые одежды и попросил, чтобы жена сшила ему крестьянскую рубаху. После того эта рубаха стала называться толстовкой.

А ещё в богатых семьях было принято, чтобы глава семьи сидел во главе стола. Но после того как Толстой поверил в Бога, он отдал своё место старшему сыну, да к тому же стал вегетарианцем. Семья Толстых разделилась на две части. Толстого хорошо понимали дочери, особенно старшая, а на стороне матери были мальчики.

Когда у Толстого родился младший сын, родилась и внучка Аня - от старшего сына. Ваня верил, что если ребёнок умрёт до семи лет, то он станет ангелом, и он очень хотел умереть в семь лет. Так и случилось. Ваня умер между семью и восемью годами.

А ещё Толстой очень любил животных. Любимая собака у него была Милка.

Ксюша Л.

Я узнала для себя много нового. Например, я не знала, что дети Толстого зимой катались на подносах с крыши, что Толстой с женой собирали визитки.

Когда я туда вошла, мне показалось, что я перелетела в девятнадцатый век!

Мне очень понравилось в Ванечкиной комнате. Особенно, его лошадь.

Я даже не думала, что у портних есть своя комната в графском доме.

Мне очень понравилась шуба Толстого, даже не верилось, что он в ней ходил.

Я совершенно поразилась: как же, тогда были велосипеды?

Мы заходили в разные комнаты, и они все были, как волшебные. Я заметила, что у дочек комнатки скромные, а у Софьи Андреевны с мальчиками - богатые комнаты.

У Софьи Андреевны роскошная комната: стол с бархатной скатертью, картины, диван и много других прелестей, которые необходимы для важной дамы.

А в Танечкиной комнате было не очень красиво: стул, кровать, стол и только несколько женских безделушек.

В доме были ещё "катакомбы" (так их называл Ге), комнаты Толстого, гостиная и многое другое.

Андрей И.

Что меня сразу озарило, так это то, что стоял среднего роста медведь с лаковой тарелочкой. В эту лаковую тарелочку гости клали свои визитки. А ещё этот медведь жил в Ясной поляне.

[...] А когда к Толстому приехала тёща, то она сказала:

- Я хочу курицу.

А Лев Николаевич Толстой принес курицу, привязал её к ножке стула и сказал:

- Режь сама.

[...] Сейчас у Толстого более двухсот потомков. А ещё, в молодости Толстой был заядлым охотником. И у него около Хамовников стояла даже своя псарня.

А Хамовники называются Хамовниками, потому что там шили из хамовного полотна.

Вера Л.

Первым делом, я заметила будочку для любимой таксы Льва Николаевича Милки.

Мария Владимировна попросила нас, чтобы мы подождали её одну минуточку. Пока Марии Владимировны не было, мы с Катькой успели осмотреть ещё три маленьких домика. Первый домик - кухонька. Второй - туалет. А третий - дом кучера.

И вот открылась дверь, Мария Владимировна медленно спустилась с лестницы и сообщила следующую вещь. Оказывается, она наняла экскурсовода!

Все сделали грустные лица. И сказали:

- Мария Владимировна, зачем?! Попадётся какая-нибудь Злюка-Клюка Шестнадцатая и всю экскурсию испортит!

Но оказалось наоборот. Экскурсоводка попалась наидобрейшая! Всякий раз внимательно выслушивала все наши вопросы. И подробно отвечала на них. Всегда боясь кого-либо из нас обидеть, она обращалась с нами очень ласково.

Из её объяснений я запомнила одиннадцать комнат. В первой комнате жил младший сынок Ваня. В Ваниной комнате было две простые кроватки - для него и для няни, маленький секретер и сундук с игрушками.

На кухне стоял длинный-длинный стол. Он был длиной где-нибудь четыре метра. Там, около стола, стояло где-то девять стульчиков. На самом главном месте, приготовленном для Толстого, сидел старший сын. Напротив - Софья Андреевна.

Так как Лев Николаевич, Ваня и две дочери постились, рядом с ними стояла маленькая супница с вегетарианским супом. Зато жена и мальчики не постились и спокойно ели супы с мясом.

В гостиной стоял огромный рояль. Под ним лежала шкура медведя, который чуть не убил Толстого. Когда звучал вальс, дети вместе собирались под рояль и слушали музыку на шкуре. В комнате около двери ещё стоял стол для гостей.

Комната Софьи Андреевны - самая богатая, в ней есть много драгоценных ковров, зеркал. Диваны, маленький комодик и всё женское (она не любила бедность).

В комнате, где жила Сашенька, я успела не очень много увидеть (там была загородка). Кажется, там были кресло-качалка и шкаф.

В Таниной комнате - столик, чёрный диван, шкафчик. У неё вся комната напичкана картинками. Она очень любила, кажется, рисовать себя.

Рядом с кабинетом Толстого была маленькая комнатка. Там стоял велосипед Толстого и ботинки, сшитые им. В комнате Толстого был стул с подпиленными ножками, секретер и стул для гостей.

Ещё там была самая бедная комната, там жила швея. Она спала на сундуке (ничем не укрытом). У неё был стол, на котором лежали утюг, зеркало и иголки.

Костя С.

В доме Толстого шестнадцать комнат. В том числе большой зал, в котором лежит шкура убитого медведя с выбитым зубом; шахматы; в середине комнаты стоит стол с блюдцами и тарелками.

В комнате няни младшего сына - детский бильярд и много игрушек.

В столовой стоит большой стол и одиннадцать стульев. На столе три супницы: одна - большая, другая - поменьше, третья - самая маленькая. Около места Толстого вместо бокала стоит стакан, потому что Толстой стал к пятидесяти годам вегетарианцем и не пил вина. На стене висит портрет его дочери.

В комнате его жены на маленьком столике лежит листок из романа "Война и мир". Толстой писал очень непонятно. Он свалился с лошади и сломал руку. После этого ему сделали две операции. Только жена понимала его почерк, и она переписывала всё красиво и аккуратно. Ещё в её комнате стояли две кровати с загородками.

В комнату прислуги ведут "катакомбы" (тёмные коридоры). В конце "катакомб" - крутая ступенька. Около этой ступеньки стоит медный таз. Левее - шкафы, в которых до сих пор хранится одежда [...]

[...] У входа на второй этаж стоит чучело медведя. У него в лапах есть блюдце, в которое посетители клали визитные карточки и загибали у них уголки.

Герман С.

[...] Больше всего мне понравилось то, что в доме так много печек и что Толстой в юности очень любил охотиться.

Однажды он пошёл на охоту и его чуть не загрызла медведица, но его спас крестьянин: он отпугнул медведицу.

Я впервые узнал, что ученики Толстого катались на подносах с крыши флигеля и что гости, если приходили или не могли прийти на праздник или на похороны, то оставляли визитки и загибали углы - нижние или верхние. Нижний угол - "выражаю соболезнование", а верхний - "поздравляю". Так насчиталось около трёхсот визиток, и визитки клали на блюдце у чучела медведя.

Толстой сам сделал пару сапог.

Настя Н. не ездила с нами в Хамовники. Но задание владеть как минимум пятью интересными подробностями ей никто не отменял. На следующий за экскурсией день был урок литературы, и на уроке Насте пришлось держать ухо востро, наковыривая информацию из наших бесед. Подробностей столько, что как их упомнишь? Не грех что-то и перепутать. Насте пришлось попотеть. Худо-бедно, а вот её домашнее задание.

"Что я узнала про дом Толстого.

1) У него над кроватью висел медведь, который чуть не убил Толстого.

2) У него была собака. Её звали Милка.

3) Он купил свой дом в 1802 году.

4) Он знал 30 языков.

5) Перед смертью ему подарили велосипед.

Всё!"

(Отрывок из кн. М. Ганькиной "Грамматическая аптечка", изд. "Генезис", 2010.)

Publisher:

Permanent link for scientific papers (for citations):

Found source (search robot):

Publication author(s) - Мария Ганькина:

Comments: