О. Е. ФРОЛОВА, кандидат филологических наук Имя собственное, называющее человека (антропоним), может относиться к реальному человеку (Пушкин, Хрущев), а также к литературному или мифологическому персонажу (Анна Каренина, Зевс). При этом известное имя может быть подлежащим или дополнением в предложении (Обломов Ганчарова стал одним из самых популярных персонажей русской литературы) или семантическим предикатом (Ну, ты - просто Обломов). Довольно большая группа антропонимов, известных практически всем носителям русского языка и культуры, тяготеет, прежде всего, к тому, чтобы указывать на носителя имени: Александр Первый, Александр Невский, Алексий Второй, Анна Андреевна Ахматова, Борис Годунов, Леонид Ильич Брежнев, Иосиф Александрович Бродский, Николай Иванович Вавилов, Наташа Ростова, доктор Живаго. За каждым именем здесь стоит некоторое мысленное досье, фиксирующее, как правило, набор достижений или достоинств его носителя. Сравнительно меньшая группа имен, способна занимать позицию семантического предиката в предложении: Пушкин, Баба-Яга, Дед Мороз, Обломов. Они олицетворяют сформировавшиеся в языковом и культурном сообществе типовые представления о некоторых ситуациях и качествах (см.: Гудков Д. Б. Прецедентное имя и проблемы прецедентности. М., 1999). Имена собственные обеих групп активно используются в языке средств массовой информации. Употребление антропонимов первой группы рассчитано на узнавание и апеллирует к экстралингвистическим знаниям носителя языка. Антропонимы второй группы значительно активнее воспроизводятся в повседневном устном общении и обиходной речи. Именно эти имена собственные способны к семантическим переносам. Можем продемонстрировать различие в функционировании имени собственного в "непредикатном" и предикатном режиме. Энциклопедический словарь фиксирует информацию о носителе имени "Сусанин Иван Осипович - крестьянин Костромского уезда. Зимой 1613 г., спасая царя Михаила Федоровича, завел отряд польских интервентов в непроходимое лесное б ... Читать далее