Libmonster ID: RU-16571
Author(s) of the publication: Н. Л. РОГАЛИНА

Трактовка российского аграрного кризиса начала XX в., его сущности и исторических причин тесно связана с содержанием аграрного вопроса. В известном отношении понятие "аграрный кризис" в России начала XX в. выступает как псевдоним "аграрного вопроса". Современные дискуссии об уровне сельскохозяйственного развития, критериях экономического роста, потенциале раннекапиталистической модернизации имеют прямое отношение к данной проблеме. Как отметил П. Грегори, "сила сложившегося в конце XIX в. консенсуса относительно агарного "кризиса" является поистине впечатляющей, причем это убеждение до сих пор остается предметом веры среди историков" 1 . Действительно, нынешняя историко-экономическая литература воспроизводит все оттенки мнений об аграрном кризисе, относящихся к тому времени: от отрицания 2 , до констатации его относительного характера 3 , от признания факта абсолютного малоземелья 4 , до характеристики борьбы за его преодоление как народнохозяйственной задачи, связанной с реализацией национально- государственных интересов 5 .

В этой связи выдвигаются на первый план такие дискуссионные вопросы, как состояние сельскохозяйственной сферы на фоне растущего перенаселения; его "общинное измерение", а также институциональные средства преодоления аграрного кризиса.

Россия вступила в XX век как страна поздней индустриализации, сельскохозяйственная и земледельческая. В том "современном" экономическом росте, который она переживала до 1913 г. в течение примерно тридцати лет, ведущая роль принадлежала аграрному производству. Более половины национального дохода производилось в данной сфере; экономический потенциал страны концентрировался именно здесь. В пореформенной России увеличивался объем продукции сельскохозяйственного сектора (в начале XX в. прирост составлял около 2,5% в год). Наблюдался рост и в расчете на душу населения (около 1% в год) 6 ; с начала 1880-х годов до 1905 г. производство и потребление сельскохозяйственной продукции, а также основной сельскохозяйственный капитал увеличивались быстрее, чем сельское население. Статистика обнаруживает быстрое наращивание зернового экспорта. Между 1884 и 1904 гг. экспорт возрастал на 3,5% в год, а производство зерна - на 2,5% 7 .


Рогалина Нина Львовна - доктор исторических наук, профессор Исторического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова.

стр. 10


Сельское хозяйство глубоко втягивалось в денежное обращение не только в результате развития внутреннего и внешнего рынка, но и под влиянием растущего обмена сельскохозяйственных товаров на промышленные. Ряды годичных индексов, выражающих уровень цен сельскохозяйственных и промышленных товаров по отношению к среднему уровню 1890 - 1899 гг., принятому за 100, показывают, что начиная с 1900 г. сельскохозяйственный индекс стоял выше промышленного. Это значит, что в сельском хозяйстве положение было все время лучше, чем в промышленности 8 .

Росла реальная заработная плата в сельском хозяйстве. Темп роста производительности сельскохозяйственного труда составлял три четверти от роста производительности труда в промышленности 9 , при этом доля сельского хозяйства в народном доходе превышала долю фабрично-заводской промышленности почти в три с половиной раза 10 . Согласно данным о железнодорожных перевозках, в начале века внутренний рынок для русского зерна возрастал быстрее и был устойчивее внешнего 11 . Экономический рост и повышение уровня жизни были связаны друг с другом по западноевропейской модели, хотя и действовал ряд факторов, ограничивавших покупательную способность населения 12 .

Это был умеренный и трудный рост, в котором решающее место принадлежало крестьянскому производству. В пореформенный период происходило рыночное перераспределение земельного фонда, земля неуклонно перемещалась от помещиков к крестьянству, а доходность земли значительно повысилась. В России более, чем в иных европейских странах, крестьянское землевладение преобладало над частновладельческим. Крупные землевладельцы имели в своих руках примерно четверть всех земель сельскохозяйственного пользования, а трудовому крестьянству принадлежало свыше 2/3 удобной земли 13 . К 1905 г. дворяне владели 53,2 млн. дес. земли, а общины - 124,1 млн. десятин. Из 240 млн. дес. на долю надельной, крестьянской приходилось 139 млн. десятин 14 . По количеству удобной земли на душу (2,6 га) Россия превосходила Францию и Германию (1,8 га) 15 .

В связи с улучшением транспортных условий и ростом разделения труда между отдельными естественноисторическими регионами усиливалось включение крестьянства в рыночные отношения. Крестьянское хозяйство выступало на первый план как поставщик сельскохозяйственных и интенсивных культур, продуктов животноводства. Растущий спрос увеличил площадь под зерновыми культурами - пшеницей и ячменем. Основная масса товарного хлеба производилась крупными крестьянскими хозяйствами юга и востока страны. Выход крестьянства на рынок определялся не столько необходимостью нести высокие обязательные платежи (хотя размер их возрастал в связи с расходами на покупку и аренду помещичьих земель), сколько удовлетворением потребностей и развитием собственного хозяйства.

Интенсификация крестьянского хозяйства означала поглощение в 2 - 3 раза большего количества труда, чем при экстенсивных зерновых культурах и выражалась в увеличении посевов кормовых трав, пропашных культур. Она сопровождалась ростом потребления заводского (улучшенного) сельскохозяйственного инвентаря 16 . Несмотря на уменьшение средних наделов, урожаи росли (31 пуд с десятины в 1870 - 1880 гг., 43 пуда в 1900 - 1910 гг., рост в 140%) 17 . Значит, урожайность постепенно поднималась и на выпаханных землях.

Крестьяне сами искали и находили средства преодоления или смягчения аграрного перенаселения. Одним из таких действенных путей было отходничество. Оно выражало новые экономические возможности, существование альтернативных источников повышения благосостояния и доходов. К концу XIX в. было выбрано около 8 млн. паспортов (то есть почти треть сельского населения Европейской России в какой-то степени оторвалась уже от земледелия, целиком или частично).

Оптимизируется производственное использование земли, приводятся в соответствие с требованиями менового хозяйства все факторы производства (земля, труд, капитал); растет дифференциация - свидетельство здорового

стр. 11


хозяйственного подъема и показатель увеличения предложения рабочей силы. Повышение стоимости земли было связано с нарастанием эффективного спроса на нее со стороны зажиточного крестьянства. В частной собственности у крестьян уже находилось 13,2 млн. дес. земли (17%), в арендные отношения вовлекались не только купчие, но и надельные земли (всего 27 375 тыс. дес, что составляло около 20% к площади надельной земли) 18 .

Данные о структуре распределения крестьянской земли в начале XX в. зафиксировали четкую закономерность: в местностях, где больше общий размер пашни и надел на двор, больше и размер арендованной земли и процент хозяйств, прибегавших к аренде. Более половины хозяйств, имевших в наделе 2,7 дес. арендовали в среднем по 1,6 дес. на хозяйство, а среди обладавших наделом в 5 дес. практически все (95%) арендовали почти 9 дес. еще добавочно 19 .

Таким образом, состояние аграрной сферы в целом и место в ней крестьянского трудового хозяйства - центральной фигуры земледелия - не позволяют оценивать положение как ухудшающееся. Хозяйственный подъем в одних губерниях соседствовал с падением народного благосостояния в других. Едва ли можно говорить о земельном голоде, о хроническом недоедании, о растущем обнищании сельского населения и "голодном" экспорте как явлениях всеобщих. Русские историки и экономисты не связывали аграрный кризис с ситуацией, описанной Мальтусом, то есть не считали, что численность населения росла быстрее, чем производство продуктов питания 20 .

Важно то, что аграрное развитие было противоречивым, но явственно поступательным. Позитивные сдвиги, вызванные реформой 1861 г., проявились еще до столыпинских аграрных преобразований. Действительные проблемы отечественного сельского хозяйства состояли в его технической слабости, низком уровне производительности труда и урожайности культур, продуктивности животноводства, в отсталой агротехнике. Производительность труда в сельском хозяйстве росла ежегодно на 1,5%, то есть вровень с приростом населения, который обгонял увеличение посевной площади. Отставание (в три и более раза) в производстве на душу населения от европейских стран, и пятикратная разница в урожайности были не результатом плохих климатических условий или абсолютного малоземелья, а преобладания натурального хозяйства с неправильной организацией территории, принудительным севооборотом, экстенсивным производством, передельно- общинным землепользованием.

"Существующие хозяйственные порядки - залежное хозяйство нашего юга, юго- востока, трехполье центра и большей части северного полесья - не отвечают условиям современной густоты крестьянского населения, не соответствуют размерам того надельного и вненадельного земельного фонда, на котором хозяйствуют крестьяне", - писал в 1907 г. А. А. Кауфман 21 . Сказанное относится как к общинной, так и к подворной России. И там и там царили принудительный севооборот и чересполосица, от которых страдали малоземельные и многоземельные хозяйства. По мере сгущения населения возрастала ценность земли, и крестьянин должен был заняться ее улучшением, но это не всегда зависело от его воли: в деревне требовалось общее согласие и согласованные работы.

Общинный строй сохранялся в селениях, признанных во время Крестьянской реформы состоящими на общинном праве, даже в том случае, если там не производилось переделов (в 1906 г. к таковым относилась примерно треть). Община находилась на разных стадиях развития: "На западе она разрушилась, в центре она переживает тяжелый кризис, к востоку и на Урале она еще живет, за Уралом она бодра и процветает, далее она еще только начинает складываться", - говорил в Думе в связи с обсуждением указа 9 ноября 1906 г. кадет А. И. Шингарев 22 . Как и все хозяйственные формы, община эволюционировала. Пореформенный распад и кризис общинных институтов - большой патриархальной семьи, сходов, волостных судов - развивался постепенно и отчетливо сказался в падении земельно-распреде-

стр. 12


лительных функций, в росте числа беспередельных общин (где проживало около 40% общинников).

Общинное хозяйство было нацелено на обеспечение продовольственных, потребительских нужд. Господство общинности выражалось в уравнительности, усредненности, в "обсогласивании несогласных" на сходах по ключевым вопросам. Принцип самодеятельности и личной ответственности община подменяла надеждой на помощь "мира" и уравнительную справедливость. Стремление поставить каждого хозяина в равные условия часто противоречило хозяйственным соображениям. Общину нельзя рассматривать как землеустроительный аппарат: ее цель - равнение земли, но не освобождение от принудительного севооборота и не коммассация земли (то есть сведение узких полос в широкие). Право каждой мужской души на земельный пай в общинных угодьях с необходимостью создавало малоземелье общинного землевладения. Такой порядок подталкивал размножение населения, одновременно затрудняя отход от земли невозможностью реализации наделов. Общинное право на землю держало малоземельных общинников в деревне, препятствовало выделению безземельных. Тем не менее в Европейской России наделы имели 12,5 млн. дворов, а 2,2 млн. были безземельными 23 .

Общинные управленческие структуры теряли авторитет, а ликвидация круговой поруки (в 1903 г.) и отмена выкупных платежей (с 1907 г.) сократила прерогативы мира в податной сфере. Неизбывен дуализм общинника - коллективиста и хозяина. Как индивидуалист он реализовал свое право на труд, а как общинник - право на землю. Крестьянин не был арендатором общинной земли, он имел здесь "кусок земли в натуре", равный с другими надел; усадебная и пахотная земля в общине использовались индивидуально, а сенокосная, выгон, лес, а также земли, признаваемые неудобными - совместно.

Крестьянин не был наделен собственностью, и весь строй крестьянской поземельной общины выступал не как правовой, а как антисобственнический. Право на труд разлагало общину; чем больше затрачивалось труда, тем сильнее оказывалось сопротивление земельным переделам. Если в условиях натурального хозяйства, когда земля использовалась экстенсивно, старые формы аграрного строя не вызывали неудобств, то со временем принудительный оборот стал ощущаться как стеснение. Чем шире община распространяла свое влияние и выполняла распределительно-передельные функции, тем более скапливалось сельское население, тормозилась внутренняя миграция и задерживалась колонизация окраин. Другая отрицательная сторона общины - ограничение инициативы, понижение подвижности населения, его хозяйственной энергии, что диктовалось сущностью общинных порядков землепользования. Прирезая землю одним и отрезая у других в соответствии с числом душ мужского пола, община подталкивала размножение населения, создавая избыточное предложение рабочих рук и едоков. Община приспосабливала землю к семье, в то время как семья должна была приспосабливать землю к требованиям производства.

Из-за общинного землевладения размножение сельского населения шло в среднечерноземных губерниях гораздо быстрее, чем в нечерноземных. Здесь была распространена наибольшая брачность и рождаемость; несмотря на высокую смертность, коэффициент прироста оставался высоким. Сельскохозяйственные заработки в степи лишь отчасти заменяли промысловое отходничество. Господство зернового трехполья при предельной перепаханности полей и ежегодном пустовании почти трети возделываемой площади вело к ухудшению обработки пашни, деградации почв, истощению полей и порче сенокосов, к падению значения скотоводства. Земля выпахалась, или, как говорили крестьяне, "выболталась": при таком хозяйстве она не могла давать лучших и устойчивых урожаев. Средний уровень урожайности общинных земель был на треть ниже частновладельческих.

Избыток земледельческого населения возник под действием передельного общинного механизма в условиях архаичных систем хозяйствования.

стр. 13


"Земельные переделы имели своей конечной целью не улучшение экономического благосостояния общины, а равномерное распределение происшедшего уже ухудшения между всеми членами общины", - отмечал Л. Н. Литошенко 24 . Если общине не удавалось расширить свое землевладение, то средний уровень обеспеченности каждого работника опускался с каждым переделом все ниже 25 .

Для объяснения того положения, в котором оказалось крестьянское хозяйство к началу XX в., используется понятие "аграрный кризис". В трактовке данной проблемы обозначились две концепции (натурально-хозяйственная, или "теория малоземелья") и народнохозяйственная ("производственная"). Первая, преобладающая, рассматривала малоземелье как непосредственный результат наделения трудового крестьянства землей при освобождении от крепостной зависимости, как следствие кабальных условий аренды помещичьей земли, высоких платежей и налогов 26 .

На практике аграрное перенаселение субъективно воспринималось как малоземелье. Сами крестьяне постоянно жаловались на нехватку земли. В крестьянских прошениях 1905 г. быстрый рост народонаселения указывался в качестве одной из причин земельного дефицита 27 . Недостаток земли одинаково ощущался крестьянами при различном количестве земли и шел от низкого уровня производства. Количество земли, а не способы ее использования волновали крестьян. Они стремились, сохраняя экстенсивную трехпольную систему, снижать "факторы риска" созданием недостающего запаса прочности, гарантирующего выживание. Такой запас прочности виделся им в существенном приращении земельного фонда, несмотря на то, что в чужих хозяйствах зарабатывали больше, чем в собственном хозяйстве 28 .

Общинную концепцию "земельного поравнения" и "дополнительного наделения" из фонда государственных и владельческих земель разделяла народническая интеллигенция. "Не признавать малоземелья, - писал Н. П. Макаров, - представлялось равносильным признанию справедливости существовавших и политического строя, и социальных отношений". "Говорить об интенсификации, о росте крестьянских хозяйств было психологически трудно: какая там эволюция, когда деревня просто голодает или "вымирает"", - констатировал он 29 . Теория малоземелья предполагала, что каждый должен кормиться из собственного сельского хозяйства, добывая нужные ему продукты в натуре; что все население может жить доходом от собственной земли, что площадь эта точно предопределяет величину дохода. Получалось, что размер землевладения должен расти в том же темпе, в каком идет размножение сельского населения. Этот подход отразил как неразвитые потребности крестьянства, так и социалистический идеал земельной общности и равенства, приоритет натурально-потребительского хозяйства над рыночным, производящим.

Второй подход рассматривал аграрный кризис как агрикультурный, как несоответствие в данных хозяйственных условиях емкости территории и численности населения. Он интерпретировал аграрный кризис как кризис натурального хозяйства вообще, и старопахотных великорусских земель в частности 30 . П. Б. Струве, П. П. Маслов, Б. Д. Бруцкус, С. Н. Прокопович, Л. Н. Литошенко предприняли углубленное изучение происхождения и развития аграрного кризиса 31 . В "Критических заметках к вопросу об экономическом развитии России" (1894 г.) Струве впервые выразил мысль об аграрном перенаселении как об историческом наследии натурального хозяйства, а Маслов определял этот кризис как кризис крестьянского продовольственного хозяйства 32 .

Оценки уровня и масштабов аграрного перенаселения весьма спорны и противоречивы. Считается, что к началу XX в. избыток рабочей силы в 50 губерниях Европейской России составил от 5 до 33 млн. лиц рабочего возраста, что вследствие господствующей хозяйственной организации страна теряла непроизводительно не менее трети своего запаса рабочих сил. Из 50 губерний Европейского центра с 1885 по 1901 г. выселилось около 1,2 млн

стр. 14


душ обоего пола, а естественный прирост сельского населения составил 20 млн. человек 33 .

Проследить влияние аграрного строя на процесс размножения населения довольно трудно, ибо оно перекрещивалось с влиянием многих иных факторов. Нарастанию кризиса способствовали не только отмеченные черты земельного строя (включая помещичью эксплуатацию и невыгодную для крестьян аренду земли), но и аграрная политика правительства, основанная на патернализме и бюрократической опеке. Самодержавие слишком долго опиралось на этот свой "палладиум", видя в общине основу государственности. Даже "эпоха особых совещаний" 1902 - 1905 гг., с ее осмыслением проблем общинного землевладения, не ознаменовалась принятием коренных решений. Правительственный курс, сочетая экстенсивные и интенсивные меры, колебался между "сохранением в неприкосновенности общинного строя" и осознанием необходимости "облегчить выдел крестьянам в частную собственность причитающихся на их долю участков надельной земли" 34 . Это были попытки сочетать сохранение общины и сословно-правовой обособленности крестьянства с элементами либерализма в земельном деле.

Верховная власть не решалась на реформирование поземельных отношений, пока аграрная революция не обнаружила сплачивающую и разрушительную роль общины. Правительственный проект профессора финансового права П. П. Мигулина предусматривал передачу общинам на правах частной собственности около половины (20 млн. дес.) пахотной земли; ожидалось, что это увеличит наделы до размеров, позволяющих вести правильное полевое хозяйство. Другой проект - главноуправляющего землеустройством и земледелием Н. Н. Кутлера - доводил цифру дополнительного наделения до 25 млн. дес. для чего пришлось бы пустить в ход не только государственные, но и частновладельческие земли. Таким образом, дополнительное наделение стало рассматриваться как неизбежное условие социального мира. При этом никакой уверенности, что крестьянские общины станут вести рациональное хозяйство, а не обратят различные угодья в пашню, как и раньше, не было. Земельный голод мог быть при этом утолен лишь временно и частично 35 . Поэтому прав был Струве: "Ликвидация хозяйств в пользу крестьянского не может устранить перенаселения значительной части России... и даже если уничтожение избыточного населения путем указанной ликвидации было бы достижимо и последняя была бы возможна, то это, при условии натурального хозяйства, отбросило бы нас только на несколько десятков лет назад, а затем мы вернулись бы преблагополучно к той точке, на которой находимся теперь. Вопрос о подъеме всего народного производства стоял бы перед нами в еще большей наготе" 36 .

Поиск институциональных средств борьбы с малоземельем и перенаселением составил крупнейшую теоретическую и практическую проблему. Если сельскохозяйственное население должно жить исключительно доходом с собственной земли, "иметь право на землю", то площадь крестьянского землепользования должна увеличиваться в том же темпе, что и рост населения. "Геометрическая" точка зрения предполагала дополнительное наделение крестьян за счет принудительного отчуждения частновладельческих земель - как радикальное средство против малоземелья. Программные положения главных политических партий по аграрному вопросу объединял принцип дополнительного наделения крестьян землей. С этой позиции они критиковали позже как столыпинские мероприятия, так и все другие менее радикальные средства борьбы с малоземельем 37 .

От имени партий и от своего собственного политики и ученые-экономисты предлагали различные нормы наделения крестьян - потребительские (продовольственные), рабочие (трудовые), указные (1861 г.) и т.д. 38 При этом не учитывалось, что сущность аграрного перенаселения не сводима к статистическим подсчетам запасов избыточной рабочей силы в сельском хозяйстве, поскольку нормы трудоемкости различных отраслей и продолжительности рабочего дня разные 39 . А главное - основной экономический

стр. 15


принцип хозяйственного расчета при измерении "нормального" количества труда неприменим к крестьянскому хозяйству с его специфической рациональностью.

Вывод: "земли всем не хватит" и "ни о каком земельном просторе у нас не может быть речи" прозвучал еще в 1906 году 40 . Согласно некоторым исчислениям, при существующих приемах крестьянин, чтобы "сыту не быть, но и с голоду не умереть", должен был иметь участок в 30 дес. значит, для дополнительного наделения требовалось 35 млн. дес. земли 41 . Даже вовлечение в оборот основной части земли "культурных" помещиков не спасало бы положения. Соответствующие подсчеты сулили незначительную земельную прибавку 42 . Добавление земли, которой не было, привело бы не только к расширению пределов общинного уклада, но и к общей архаизации землевладения, падению производительности земли и труда. В то же время увеличение среднерусского крестьянского урожая с 40 до 60 пудов на десятину (по расчетам ученых-агрономов, весьма скромное) было бы равносильно расширению площади крестьянского землепользования в полтора раза 43 .

Наконец, наделение крестьян за счет владельческих земель означало бы попытку решения аграрного вопроса путем внеправового перераспределения земельного фонда с нарушением принципа безусловной - гарантированности имущественных прав. В своей думской речи о земельной реформе 10 мая 1907 г. П. А. Столыпин отмечал: "Если признавать принцип обязательного количественного отчуждения, то есть принцип возможности отчуждения земли у того, у кого ее много, чтобы дать тому, у кого ее мало, надо знать к чему (это) поведет в конечном выводе - это приведет к той же национализации земли... Никто не будет прилагать свой труд к земле, зная, что плоды его трудов могут быть через несколько лет отчуждены... Словом, признание национализации земли, при условии вознаграждения за отчуждаемую землю или без него, приведет к такому социальному перевороту, к такому перемещению всех ценностей, к такому изменению всех социальных, правовых и гражданских отношений, какого еще не видела история" 44 .

Реальные способы преодоления аграрного перенаселения должны были быть разносторонними и многообразными. Аренда и покупка земель, активное участие сельского населения в выгодных промыслах - отхожих и местных, переселение на окраины - являлись, несомненно, важными, но паллиативными мерами, не способными преодолеть аграрный кризис. Они, как и увеличение распашки и некоторый рост урожайности, не могли предотвратить измельчание хозяйственных единиц и вытекавшие отсюда народнохозяйственные последствия. "Достижение длящегося, прочного результата - серьезного качественного подъема крестьянского хозяйства со ступени "истощающегося" или "сохраняющегося" на ступень "развивающего" производительные силы земли" 45 требовало перехода к интенсивным путям развития - индустриализации, углублению профессиональной дифференциации, развитию рынка сельскохозяйственного труда.

Поиск этих путей сопровождался яростными, непримиримыми спорами. А. В. Пешехонов писал, что аграрная проблема трудна не только для ума, но и для сердца, поскольку "экономическая проблема так тесно переплеталась с правовой и культурной, денежное хозяйство - с натуральным, крепостные формы - с капиталистическими" 46 .

Специалисты оценивали всю экономическую политику в зависимости от того, смягчает она аграрное перенаселение или, напротив, углубляет. Они считали, что "относительное" малоземелье, то есть нерациональное использование наличного земельного фонда, явно преобладало над "абсолютным" малоземельем, то есть объективной невозможностью прокормиться с данного надела 47 . Ученые искали средства борьбы с аграрным кризисом в частности, и разрешения аграрной проблемы в целом, опираясь как на российский, так и на мировой опыт. Многие подходили к исследованию аграрного кризиса с позиций агрономов и кооператоров, интересуясь в первую очередь условиями производства. Они признавали, что общинный порядок выступает как

стр. 16


исторически данный, с которым надо считаться, что "в общинной России можно на пути культуры пройти еще довольно длинный путь в рамках принудительного севооборота" 48 .

Вопрос об общине обсуждался с точки зрения ее совместимости с техническим прогрессом крестьянского хозяйства. В отличие от западных коллег российские специалисты находили общину способной к изменениям 49 . Они считали, что община рано или поздно придет к уничтожению принудительного севооборота, и связывали это кардинальное обстоятельство с углублением меновых отношений, приближением рынков, открывающим крестьянину простор для личной инициативы и развития духа предприимчивости 50 .

Утверждение частной собственности на надельную землю представлялось движущей силой рационализации общинного землевладения. К тому были все объективные условия - развитость рыночных отношений, личная свобода, индивидуалистический менталитет 51 . Однако нормы обычного права диктовали отрицательное отношение к частной собственности на землю. Община была лишена таких базовых цивилизационных ценностей, как свобода и собственность. В крестьянском сознании труд ценился выше права собственности. Соответственно, индивидуальная и коллективная поземельная собственность создавали различную хозяйственную психологию, выступая как антиподы. В составе Государственных дум депутатов крестьян - сторонников личной поземельной собственности было меньшинство против представителей сельских обществ, которые независимо от партийной принадлежности требовали полного и безвозмездного отчуждения владельческих земель 52 .

Аграрное перенаселение являлось закономерным явлением при росте населения и ограниченности территории. Кризис традиционного общества наступил в связи с исчерпанностью ресурсов экстенсивного развития. Новая плотность населения заставляла менять привычные формы земледелия, переходить к более интенсивным, прибегать к переселениям, колонизации, отходничеству. Проблему избыточного труда обостряла его низкая производительность. При более рационально организованном народном труде сельское население находило достаточный заработок в своих наделах, в чужих хозяйствах, в отхожих промыслах, в городах. Это создавало необходимость решительно менять аграрный курс правительственной политики, отказываться от патернализма в отношении общины, переосмыслив в свете опыта 1905 г. две кардинальные проблемы: 1) неприкосновенность общинного крестьянского землевладения; 2) незыблемость крестьянского сословного строя. Требовались совокупные, взаимосвязанные средства повышения производительности и улучшения быта земледельческого населения. Предстояло выработать такие принципы землевладения и землепользования, которые соответствовали бы интересам общества, переходящего к интенсивному типу развития.

Дискуссия о сравнительной эффективности средств борьбы с аграрным перенаселением получила хозяйственные аргументы в ходе столыпинской аграрной реформы. Меры в области новой переселенческой политики, землеустройства, индивидуализации землепользования, кредитования и кооперирования способствовали рассасыванию аграрного перенаселения. Из самых перенаселенных центральных губерний колонизация унесла почти половину естественного прироста сельского населения. Правительство всемерно расширяло колонизационный фонд. В результате реформ постепенно сокращался слой полукрестьян-полурабочих, сильно продвинулась профессиональная дифференциация населения. К 1913 г. более 6 млн. дес. земли перешли в руки трудящегося населения, но произошло это не по "справедливой" оценке, а по рыночной цене. В 1916 г. на долю частновладельческих посевов приходилось всего 7,5 млн. дес. из общего числа посевов 72 млн. десятин 53 .

Мировая война затормозила дальнейшее развитие столыпинской реформы, а общинная революция 1917 - 1918 гг. возродила крестьянскую веру в

стр. 17


спасительность пространства и надежду на расширение землепользования. Сдвинувшаяся было масса (в 1916 г. только 39% крестьянской земли не было индивидуализировано) 54 сомкнулась, почти поглотив участково- подворную форму землепользования, как конкурирующую и как раздражающий пример. Усилилось действие общинного передельного механизма, что наряду с другими факторами, порожденными войной, имело сокрушительные последствия как для народного хозяйства, так и для самого крестьянства.

П. Н. Першин писал о событиях 1917 - 1918 гг.: "Вне всяких условий справедливости и рациональности земля попадала в руки тех, кто оказывался ближе к ней, земля распределялась не по нуждаемости, а по силе захватить ее". Другой аграрник, Л. Н. Литошенко, констатировал: "Распределение отобранной земли не отвечало ни принципам экономической целесообразности, ни нормам отвлеченной справедливости" 55 . Реальный душевой прирост землепользования крестьян Першин и П. Месяцев оценивали в 21%. В 29 губерниях Европейской России до революции приходилось по 1,87 дес. на едока, а после революции - 2,26 десятины. 8 млн. семейств перебрались из города в деревню за 1917 - 1920 гг., усилив аграрное перенаселение до катастрофических масштабов 56 .

Сочетание принципа национализации с общинным землепользованием и переделами оказалось самым пагубным с народнохозяйственной точки зрения способом регулирования земельных отношений. Революция наглядно показала, что не величина надела и дополнительное наделение имели значение, а способность поднять уровень производства. Аграрная революция закончилась для крестьян великим разочарованием: ожидаемого земельного простора не получилось. Для русского же сельского хозяйства в целом эта революция была громадной силы разрушительным процессом. Голод, разразившийся в России как следствие революционного распределения земли, обнаружил, что переделить землю - не значит еще преодолеть аграрный кризис.

Аграрники-марксисты продолжали списывать кризис перенаселения на дореволюционную крестьянскую нищету и капиталистическое наследие 57 , однако нэповская реальность показала, что аграрное перенаселение нарастало, поскольку было вызвано не помещичьей и кулацкой эксплуатацией, а резким ухудшением функционирования всего народного хозяйства. Средний размер посевной площади на душу населения составил в 1922 г. - 0,45, в 1924 г. - 0,59, в 1925 г. - 0,62 десятины 58 .

В 1924 г. Н. Д. Кондратьев и Н. П. Огановский оценивали аграрную революцию двояко: с точки зрения текущей политики - отрицательно, поскольку она способствовала углублению распада и деградации сельского хозяйства, вызвала массовые переделы, сильнейшее поравнение и нивелировку общей передвижкой вниз, измельчание хозяйств и умножение группы беспосевных. Но сохранялась надежда, что в перспективе результаты могут быть иными, благодаря изменениям в земельном режиме, уничтожившим препятствия для развития производительных сил. Разрабатывая перспективный план по сельскому хозяйству, специалисты называли два выхода из аграрного кризиса: 1) удаление из деревни всей массы избыточного населения; 2) переход к интенсификации сельского хозяйства через восстановление естественного плодородия почвы и увеличение продукции с единицы сельскохозяйственной площади 59 .

Со временем нерешенная проблема аграрного кризиса, нарастающего перенаселения деревни становилась коренной для дальнейших судеб страны. Больший, в 2 - 3 раза по сравнению с дореволюционным временем, рост безработицы был вызван слабой мобильностью производственных ресурсов, потерей региональной специализации, а также разрушением сложившихся центров сельскохозяйственного и несельскохозяйственного отходничества. В деревне насчитывалось ежегодно 2 млн. избыточных рабочих рук, но лишь четверть из них направлялась на заработки в город, а промышленность могла поглотить, например, в 1926 г. не более 100 тысяч 60 .

стр. 18


Поскольку закрепления крестьянской частной земельной собственности не предусматривалось, страна лишалась действенного средства борьбы с центральной социально-экономической проблемой - аграрным перенаселением. Изъятие земли из товарного оборота косвенно содействовало укреплению общины, а народнохозяйственные интересы требовали более эффективных средств мобилизации земли, чем практикуемые краткосрочная и мелкая аренда. Для полноценного восстановления аграрного сектора нужны были развитая производственная и профессиональная дифференциация населения, разумное сочетание капиталов и земли. В правящих кругах преобладала боязнь концентрации земли, в то время как следовало опасаться ее дробления и распыления.

О том, что мобилизация земли и вовлечение ее в товарообмен должны стать задачей и целью аграрной политики, мужественно говорили Н. Д. Кондратьев и Н. П. Макаров, А. И. Хрящева при обсуждении "Общих начал землепользования и землеустройства" в 1927 году. Они ставили вопрос о создании института компенсации затрат на улучшение земли при оставлении земли в случае перехода ее в другие руки 61 . То, что отходник лишь сохранял право на наделение землей при возвращении, "в очередь", и той лишь землей, которая оставалась после выбывающих, было несправедливо и не способствовало разрежению аграрного перенаселения. Кондратьев указывал, что экстенсивный период организации производства подходит к концу и что главной проблемой является проблема производственного накопления, которой противостоит уравнительность, и "ничья земля". Необходимы не механическое укрупнение, а производительная аренда, рационализация, интенсификация производства, развитие фермерства 62 .

Таким образом, проблема ликвидации аграрного перенаселения наряду с ростом товарности сельского хозяйства выступала как самая насущная. Подъем производительных сил требовал индивидуализации землепользования, расширения аренды и придания ей цивилизованных форм, отказа от национализации земли. Выделяя главное в анализе аграрного кризиса начала XX в., проделанного российскими учеными, следует отметить, что понятие "русский аграрный кризис" в их интерпретации выступает как сложное и системное, выражает состояние экономики, страдавшей от перенаселения. Наши предшественники уделили большое внимание историческим причинам возникновения этого кризиса, усматривая их как в особенностях сложившегося аграрного строя, так и в нерациональной политике правительства.

Исследование данной проблемы должно стать не описательным, а аналитическим. В начале века были заложены основы такого подхода. При этом было установлено, что крестьянское малоземелье есть не оборотная сторона многоземелья помещиков, а прямое и недвусмысленное выражение негибкости хозяйственных систем, слабого разделения труда и недоразвития профессиональной дифференциации. Поэтому аграрный кризис не разрешался в собственных пределах сельского хозяйства. Определяющее значение имела общая динамика народного хозяйства.

Примечания

Статья подготовлена при поддержке РГНФ, проект N 0301 - 00712.

1. ГРЕГОРИ П. Экономическая история России: что мы о ней знаем и чего не знаем. - Экономическая история. Ежегодник. 2000. М. 2001, с. 11.

2. Там же, с. 12, 63; ПУШКАРЕВ С. Г. Россия. 1801 - 1917 гг. М. 2002, с. 331.

3. МИРОНОВ Б. Н. Социальная история России. Т. 1. СПб. 2000, с. 27, 60; ТЮКАВКИН В. Г. Великорусское крестьянство и столыпинская аграрная реформа. М. 2001, с. 69.

4. ЗЫРЯНОВ П. Н. Поземельные отношения в русской крестьянской общине во второй половине XIX - начале XX в. В кн.: Собственность на землю в России. Саратов. 2002, с. 195; МИЛОСЕРДОВ В. В. Крестьянский вопрос в России. М. 1998, с. 113; ТИМОШИНА Т. М. Экономическая история России. М. 2000, с. 145.

стр. 19


5. АМОСОВ А. А. Экономический и эволюционный аспект национально- государственных интересов. - Вопросы экономики, 1994, N 2, с. 9; БАЙРАУ Д. Янус в лаптях. - Вопросы истории, 1992, N 1, с. 20; КАБАНОВ В. В. Пути и бездорожье аграрного развития России в XX веке. - Вопросы истории, 1993, N 2, с. 38; Россия XIX-XX вв. Взгляд зарубежных историков. М. 1996, с. 178.

6. ГРЕГОРИ П. Ук. соч., с. 34.

7. Сборник статистико-экономических сведений по сельскому хозяйству России и иностранных государств. Т. 8. СПб. 1915, с. 338.

8. КОН С. Опыт советской национализации. В кн.: НЭП. Взгляд со стороны. М. 1991, с. 97.

9. ГРЕГОРИ П. Ук. соч., с. 25; СТРУМИЛИН С. Г. Проблемы экономики труда. М. 1964, с. 275 - 317.

10. ВАЙНШТЕЙН А. Л. Избр. труды. Советская экономика. 20-е годы. Кн. 1. М. 2000, с. 241.

11. БРУЦКУС Б. Д. Экономия сельского хозяйства. Пг. 1924, с. 97, 100; ГАРСКОВА И. М., ДАВЫДОВ М. А. Структура хлебного рынка России в конце XIX - начале XX в. В кн.: Россия на рубеже XIX-XX вв. М. 1999, с. 202.

12. МИРОНОВ Б. Н. Ук. соч., с. 60 - 61, 411, 466; МЕРЛЬ Ст. Экономическая система и уровень жизни в России и Советском Союзе. - Отечественная история, 1998, N 1, с. 99; СМИРНОВ В. С. Экономика предреволюционной России в цифрах и фактах. - Там же, 1999, N 2, с. 3.

13. БРУЦКУС Б. Д. О природе русского аграрного кризиса. В кн.: Сб. ст., посвященных П. Б. Струве. Прага. 1925, с. 64; БЕЛОУСОВ Р. Экономическая история России. XX век. Кн. 1. М. 1999, с. 48; GATRELL P. The Tsarist Economy. 1850 - 1917. NY. 1986, p. 105 - 108.

14. Статистика землевладения 1905 г. СПб. 1907, с. 130 - 131. Средние расчеты земельной обеспеченности в 8,7 дес. пахотной земли на двор и 2,6 дес. на душу по 46 губерниям Европейской России, вероятно, следует считать преуменьшенными, поскольку они отнесены ко всему крестьянству, без учета покинувшего земледелие многомиллионного населения (ЕРМОЛОВ А. С. Наш земельный вопрос. М. 1906, с. 62).

15. МАСЛОВ П. П. Аграрный вопрос в России. Т. 1. СПб. 1906, с. 204. 1 десятина = 1,1 га.

16. КАФЕНГАУЗ Л. Б. Развитие русского сельскохозяйственного машиностроения. Харьков. 1910; ЛИТОШЕНКО Л. Н. Таможенное обложение в России сельскохозяйственных машин и орудий и его значение для русского сельского хозяйства. Харьков. 1910; ПОЛФЕРОВ Я. Я. Сельскохозяйственные машины и орудия, их производство и ввоз в Россию. Пг. 1914; Статистика землевладения 1905 г., с. 130 - 131.

17. ТЮКАВКИН В. Г. Ук. соч., с. 69.

18. Дебаты о земле в Государственной думе (1906 - 1917 гг.). Док. и мат-лы. М. 1995, с. 87; ВАЙНШТЕЙН А. Л. Ук. соч., с. 77.

19. Аренда. Свод трудов местных комитетов. СПб. 1903, с. 5.

20. Данный подход находит ныне поддержку в современных российских и зарубежных исследованиях. С. Хок, суммируя сложившиеся взгляды по данному вопросу, отмечает отсутствие влияния на рост населения мальтузианских, разрушительных факторов. По его данным, неурожаи в начале 1890-х годов и кризисная смертность не связаны с давлением перенаселения. Хок делает правомерный вывод о том, что "ортодоксальные взгляды на перенаселение России под влиянием угрозы мальтузианского кризиса требуют пересмотра, и все то, что этот "кризис" привнес в наше понимание развития дореволюционной России, вызывает серьезные сомнения" (ХОК С. Л. Мальтус: рост населения и уровень жизни в России. 1861 - 1914. - Отечественная история, 1996, N 2, с. 38, 42. Д. Тодес также отмечает, что идея борьбы за существование, воспринимавшаяся как метафора мальтузианской доктрины, была для русских бессмысленной и противоречила их системе ценностей (см. МИРОНОВ Б. Н. Пришел ли постмодернизм в Россию? - Там же, 2003, N 3, с. 139).

21. КАУФМАН А. А. Аграрный вопрос в России. М. 1907, с. 139.

22. Государственная Дума. 1906 - 1917. Стенограф, отчеты. Т. 3. М. 1995, с. 143.

23. ТЮКАВКИН В. Г. Ук. соч., с. 78.

24. ЛИТОШЕНКО Л. Н. Социализация земли в России. Новосибирск. 2001, с. 119.

25. ЗЫРЯНОВ П. Н. Крестьянская община Европейской России в 1907 - 1914 гг. М. 1992, с. 197.

26. ВОРОНЦОВ В. П. Очерки крестьянского хозяйства. Статьи 1882 - 1886 гг. М. 1911, с. 256- 257; КАБЛУКОВ И. А. Об условиях развития крестьянского хозяйства в России. В кн.: Очерки по экономике землевладения и земледелия. М. 1908, с. 377; КОЧАРОВСКИЙ К. Р. Народное право. М. 1906, с. 33; ПЕШЕХОНОВ А. В Земельные нужды. В кн.: Нужды деревни. СПб. 1904, с. 19; ПОСНИКОВ А. С. Аграрный вопрос в третьей Думе. - Вестник Европы, 1909, N 1, с. 236, 245.

27. ВЕРНЕР Э. М. Почему крестьяне подавали прошения и почему не следует воспринимать их буквально. В кн.: Менталитет и аграрное развитие России (XIX-XX вв.). М. 1996, с. 201.

стр. 20


28. По расчетам Ермолова, на своей земле крестьянин получал с десятины 9 руб. 35 коп., а с обрабатываемой им владельческой земли - 17 рублей (ЕРМОЛОВ А. С. Ук. соч., с. 53).

29. МАКАРОВ Н. П. Крестьянское хозяйство и его эволюция. Т. 1. М. 1920, с. 9, 125. Трудовики заявляли, что для интенсификации нужен минимум землепользования в 8 - 10 десятин. Им возражали: в развитых странах она начиналась и при 2 - 3 десятинах (КОЗБАНЕНКО А. Г. Партийные фракции в I и II Государственной думе. М. 1996, с. 223; ЛОХТИН П. Безземельный пролетариат в России. М. 1905, с. 150 - 151).

30. БУЛГАКОВ С. Н. Капитализм и земледелие. Т. 2. СПб. 1900, с. 230; КАУФМАН А. А. Аграрный вопрос в России. Изд. 2-е. М. 1918, с. 170 - 174; МЕНДЕЛЕЕВ Д. И. Заветные мысли. М. 1995, с. 44, 50, 131; ОЗЕРОВ И. Х. Аграрный вопрос в России. М. 1906, с. 14; ПРОКОПОВИЧ С. Н. Аграрный кризис и мероприятия правительства. М. 1912, с. 172, 177; ЧУПРОВ А. И. К вопросу об аграрной реформе. М. 1906, с. 13.

31. СТРУВЕ П. Б. Критические заметки к вопросу об экономическом развитии России. СПб. 1894; МАСЛОВ П. П. Аграрный вопрос. СПб. Изд. 3-е. Т. 1. 1906; БРУЦКУС Б. Д. Аграрное перенаселение и аграрный строй. - Сельское и лесное хозяйство, 1922, N 7 - 8; ЕГО ЖЕ. О природе русского аграрного кризиса; ПРОКОПОВИЧ С. Н. Ук. соч.

32. См. СТРУВЕ П. Б. Ук. соч., с. 284; Общественное движение в России в начале XX века. Т. 2. Ч. 2. СПб. 1910, с. 203. Маслов назвал это явление "перенаселением в недоразвитой капиталистической среде" (МАСЛОВ П. П. Перенаселение русской деревни. М. - Л. 1930, с. 4, 11, 261).

33. Материалы Комиссии 1901 г. Ч. 1. СПб. 1903, с. 249; ВОРОНЦОВ В. Судьбы капиталистической России. СПб. 1907, с. 186, 188 - 189; Аграрный вопрос. М. 1905, с. IX, 56.

34. ВРОНСКИЙ О. Г Государственная власть России и крестьянская община в годы "великих потрясений". М. 2000, с. 77; МЭЙСИ Д. Земельная реформа и политические перемены. - Вопросы истории, 1993, N 4, с. 6 - 11.

35. МИГУЛИН П. П. Аграрный вопрос. Харьков. 1906, с. 41; Аграрный вопрос в Совете министров (1906). М. -Л. 1924, с. 49.

36. СТРУВЕ П. Б. Ук. соч., с. 284.

37. См. Программные документы политических партий и организаций. М. 1990; Политические партии России (конец XIX - первая треть XX века). М. 1996;. КОЗБАНЕНКО А. Г. Ук. соч., с. 190; Российские либералы: кадеты и октябристы. М. 1996, с. 11 - 13.

38. Например: "потребительской" нормой (с учетом промысловых доходов) у кадетов считалось количество земли, достаточное для "покрытия средних потребностей в продовольствии, одежде, жилище и для несения повинностей". А это - от 10 до 30 десятин. Остальные партии отстаивали трудовую норму, то есть гипотетическую площадь, якобы позволявшую целиком приложить рабочую силу данного хозяйства (Памяти М. Я. Герценштейна. Сб. ст. М. 1907, с. 4 - 13; РОЖКОВ Н. А. Аграрный вопрос и его решение в программах различных партий. М. 1906, с. 31 - 36. "Трудовую норму вычислить трудно, нам придется определять ее на глаз, приблизительно", - признавал курский депутат, земский статистик по профессии Г. Н. Шапошников, агитируя в Думе за проект трудовой группы и призывая к отчуждению всех земель, превышавших трудовую норму (Государственная дума. Созыв I. Сессия 1-я. Т. 1. СПб. 1906, с. 979).

39. Величину наделения крестьян разных категорий пытались определить нормативно. Редакционная комиссия по выработке положений 19 февраля 1861 г. считала, что "задача выработки таких норм неразрешима". К аналогичному выводу пришло и внепартийное совещание статистиков-экспертов в Петербурге в 1906 году (КАУФМАН А. А. Аграрный вопрос, с. 53). В 1917 г., ввиду подготовки Временным правительством новой аграрной реформы, были предприняты новые попытки в данном направлении. Н. П. Макаров говорил об огромных технических трудностях установления трудовых норм, в основе которых лежали все исчисления избыточного труда (II Всероссийский съезд Лиги аграрных реформ. Вып. 2. М. 1917, с. 37).

40. ОЗЕРОВ И. Х. Ук. соч., с. 41.

41. МАНУЙЛОВ А. А. Поземельный вопрос в России. В кн.: Аграрный вопрос. М. 1905, с. 32; ПУШКАРЕВ С. Г. Ук. соч., с. 414.

42. Идея дополнительного наделения землей с целью доведения хозяйства до уровня потребительской нормы была весьма популярна, но встречала аргументированный протест. Выступая в I Думе при обсуждении проекта 42-х, главноуправляющий землеустройством и земледелием А. С. Стишинский (сменивший на этом посту Кутлера в 1906 г.), говорил, что "прибавление всей могущей быть отчужденной земли увеличит крестьянское землевладение в среднем на одну с небольшой десятичной дробью десятину на наличную мужского пола душу" (Государственная дума. 1906 - 1917. Стенограф, отчеты. Т. 1. М. 1995, с. 145). Ермолов называл цифру - 0,8 десятины (ЕРМОЛОВ А. С. Ук. соч., с. 17, 35).

43. Аграрный вопрос, с. 306. По мнению Чупрова, доведение урожая на крестьянских землях до средней германской урожайности или же до уровня лучших отечественных хозяйств в 3,5

стр. 21


раза превысило бы эффективность передачи всей земли крестьянам (Государственная дума. 1906 - 1917. Т. 3, с. 126).

44. СТОЛЫПИН П. А. Полное собрание речей в Государственной думе и Государственном совете. М. 1991, с. 87.

45. КАУФМАН А. А. Аграрный вопрос и переселение. - Агрономический журнал, 1917, N 3 - 4, с. 38.

46. ПЕШЕХОНОВ А. В. Ук. соч., с. 5.

47. БРУЦКУС Б. Д. Аграрный вопрос и аграрная политика. Пг. 1922, с. 56; КАУФМАН А. А. Аграрный вопрос в России. М. 1918, с. 48; ШАНИН М. Муниципализация или раздел в собственность? Вильна. 1907, с. 29.

48. БРУЦКУС Б. Д. Землеустройство и расселение за границей и в России. СПб. 1909, с. 25 - 26.

49. МОЗЖУХИН И. В. Землеустройство в Богородицком уезде, Тульской губернии. Вып. 14 Семинария по политической экономии проф. И. М. Гольдштейна. М. 1917, с. 258 - 289; ПЕРШИН П. Н. Организация территории трудового хозяйства при предстоящей земельной реформе. 5-й вып. "Трудов комиссии по подготовке земельной реформы" при Главном земельном комитете. Пг. 1917, с. 11 - 12; Труды первого кооперативного съезда. М. 1908, с. 10.

50. ЛИТОШЕНКО Л. Н. Социализация земли; ПРОКОПОВИЧ С. Н. Ук. соч.; ЛОСИЦКИЙ А. Е. К вопросу об изучении степени и форм распадения общины. М. 1916.

51. МИРОНОВ Б. Н. Ук. соч. Т. 1, с. 59.

52. Государственная дума. 1906 - 1917. Стенограф, отчеты. Т. 1, с. 135 - 137, 188 - 189, 199, 200- 201; Т. 2. М. 1995, с. 200, 201, 204 - 205; т. 3, с. 129 - 133; ВРОНСКИЙ О. Г. Ук. соч., с. 173- 179.

53. Николай Дмитриевич Кондратьев. Особое мнение. Кн. 1. М. 1993, с. 38.

54. ЛОСИЦКИЙ А. Е. Ук. соч., с. 1.

55. ПЕРШИН П. Н. Очерки земельной политики русской революции. М. 1918, с. 79; ЛИТОШЕНКО Л. Н. Сельскохозяйственный кризис. - Сельское и лесное хозяйство, 1922, N 9 - 10, с. 7.

56. За 5 лет. М. 1922, с. 295.

57. БАЗЫКИН (РОСИНСКИЙ). Была ли в России аграрная революция? - Сельское и лесное хозяйство, 1922, сентябрь-октябрь, с. 19; ДУБРОВСКИЙ С. М. Фетишизм частной собственности. - Там же, июль-август, с. 42, 43, 54: ЛИБКИНД А. Аграрное перенаселение в СССР. М. 1930, с. 3, 41.

58. Современная экономическая конъюнктура и природа советского хозяйства. - Бюллетень Экономического кабинета проф. С. Н. Прокоповича, 1928, N 56, с. 2, 6; Секрет расширения посевов. - Там же, 1929, N 66, с. 1,3, 4, 7; Итоги 1924/25 г. - Бюллетень Конъюнктурного института, 1925, N 11, с. 6.

59. КОНДРАТЬЕВ Н. Д., ОГАНОВСКИЙ Н. П. Перспективы развития сельского хозяйства СССР. Вып. 1. М. 1924, с. 11, 38

60. Известия, 6.XI.1926.

61. Основные начала землепользования и землеустройства. М. 1928, с. 182.

62. Николай Дмитриевич Кондратьев. Особое мнение. Кн. 2, с. 5.


© libmonster.ru

Permanent link to this publication:

https://libmonster.ru/m/articles/view/АГРАРНЫЙ-КРИЗИС-В-РОССИЙСКОЙ-ДЕРЕВНЕ-НАЧАЛА-XX-ВЕКА

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Россия ОнлайнContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://libmonster.ru/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

Н. Л. РОГАЛИНА, АГРАРНЫЙ КРИЗИС В РОССИЙСКОЙ ДЕРЕВНЕ НАЧАЛА XX ВЕКА // Moscow: Russian Libmonster (LIBMONSTER.RU). Updated: 05.03.2021. URL: https://libmonster.ru/m/articles/view/АГРАРНЫЙ-КРИЗИС-В-РОССИЙСКОЙ-ДЕРЕВНЕ-НАЧАЛА-XX-ВЕКА (date of access: 21.04.2021).

Publication author(s) - Н. Л. РОГАЛИНА:

Н. Л. РОГАЛИНА → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Россия Онлайн
Москва, Russia
100 views rating
05.03.2021 (47 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes
Related Articles
Анализируются тепловые проблемы Земли. Рассматриваются физические параметры нейтронного ядра Земли. Определяется масса ядра Земли. Определяется потенциал взаимодействия нейтронного ядра Земли и свойства потенциалов взаимодействия. Ядро Земли предоставляет собой нейтронный объект. Диаметр ядра ≈125
Catalog: Физика 
5 hours ago · From Владимир Груздов
Донесения Л. К. Куманина из Министерского павильона Государственной думы, декабрь 1911 - февраль 1917 года
Catalog: История 
8 hours ago · From Россия Онлайн
Рассчитывается ядро дейтрона, как взаимодействие двух нуклонов на ядерном расстоянии. Дан анализ, структурных единиц энергии нуклонов до взаимодействия и после взаимодействия. Определим дефект массы - как энергию связи нуклонов в ядре. Получено значение ядерной гравитационной постоянной
Catalog: Физика 
В современной теории электричества током проводимости принято считать ток свободных электронов. И теория переменного тока, строится на предположении, что электроны могут менять направление движения на противоположное направление. К тому же, в современной теории электричества сложилось мнение, что кулоновские силы действуют только между зарядами. На самом же деле, в металлических проводниках существует проводник с нулевым зарядом. И именно этот проводник с нулевым зарядом является центральным элементом электричества, без которого никакой ток никуда не побежит потому, что разность электрических потенциалов между проводником с нулевым зарядо и отрицательным (или положительным) потенциалом источника тока рождает в цепи силу движения зарядов – ЭДС.
Catalog: Физика 
Людовик XVI
Catalog: История 
Yesterday · From Россия Онлайн
Власть и флот в России в 1905-1909 годах
Yesterday · From Россия Онлайн
Магистерская или дипломная работа - это иголка в одном мягком месте у любого студента.
Yesterday · From Россия Онлайн
Потенциал взаимодействия всех масс Вселенной, образует энергетическую потенциальную структуру, которая определяется и поддерживается этим потенциалом. Массы частиц образуют потенциально взаимодействующие структурные энергии частицы, которые сохраняют свою структурную энергию во всех процессах расширения Вселенной.
Catalog: Физика 
2 days ago · From Владимир Груздов
Управление генерал-квартирмейстера Штаба главнокомандующего армиями Юго-Западного фронта. Штабная документация. Дело: №343 О действиях 9-й армии Юго-Западного Фронта (Великая война 1914-1918гг), в составе которой действовали 1 и 2-я Кубанские пластунские бригады.
Возвращаясь к напечатанному. О главной причине краха социализма.
2 days ago · From Россия Онлайн

Actual publications:

Latest ARTICLES:

Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
АГРАРНЫЙ КРИЗИС В РОССИЙСКОЙ ДЕРЕВНЕ НАЧАЛА XX ВЕКА
 

Contacts
Watch out for new publications: News only: Chat for Authors:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Russian Libmonster ® All rights reserved.
2014-2021, LIBMONSTER.RU is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Russia


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones