Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: RU-7997

Share with friends in SM

Прошло двадцать пять лет с начала первой мировой империалистической войны. Обе империалистические группы держав мобилизовали для этой чудовищной по своим масштабам истребительной войны около 75 миллионов солдат. Все остальное трудоспособное мужское и женское население как воевавших, так и "нейтральных" стран обслуживало потребности войны. Первая мировая империалистическая война стоила трудящимся массам 10 миллионов убитыми, около 20 миллионов ранеными, калеками и инвалидами. За четыре с лишним года войны было расстреляно в воздухе 210 миллиардов долларов.

Государственный, военный и полицейский аппараты, партийные организации, университетские кафедры, церковь, наука, техника, печать, искусство - все было мобилизовано в обоих враждебных лагерях для обслуживания и усиления интенсивности мировой бойни, для укрепления "победного духа" и усиления шовинистического угара в массах, для противодействия распространению революционных идей и пораженческих настроений, для организации победы одной империалистической группы хищников над другой с целью передела мира.

В первой империалистической войне участвовали все великие капиталистические державы, "политика которых в течение целого ряда десятилетий состояла в непрерывном экономическом соперничестве из-за того, как господствовать над всем миром, как душить маленькие народности, как обеспечить себе тройные и десятерные прибыли банковского капитала, захватившего весь мир в цепь своего влияния"1 .

Идеологи буржуазии и социал-патриоты в обоих лагерях называли войну 1914 - 1918 годов "последней" войной, за которой должен был якобы наступить "постоянный мир и благоденствие народов". Однако годы после версальского мира были очень мало похожи на обещанные мирные времена. А с приходом Гитлера к власти вторая империалистическая война поставлена на очередь дня и стала фактом. Япония ведет уже с 1937 года настоящую войну в Китае, фашистская Италия захватила беззащитную Абиссинию, фашистские Германия к Италия приступили к переделу Европы и захвату слабых европейских государств.

Характеризуя современное международное положение, товарищ Сталин сказал в отчетном докладе на XVIII с'езде ВКП(б): "Уже второй гад идет новая империалистическая война, разыгравшаяся на громадной территории от Шанхая до Гибралтара и захватившая более 500 миллионов населения. Насильственно перекраивается карта Европы, Африки, Азии. Потрясена в корне вся система послевоенного так называемого мирного режима"2 . Международный разбой, направленный против слабых народов, угроза независимости малым народам и государствам, уничтожение послевоенной договорной системы, которая давала хотя и призрачную, но все же гарантию безопасности вновь возникшим и старым государствам, - такова теперь международная обстановка.

1

"В наше время не так-то легко сорваться сразу с цепи и ринуться прямо в войну, не считаясь с разного рода договорами, не считаясь с общественным мнением. Буржуазным политикам это известно достаточно хорошо" (Сталин).

Еще раньше, чем началась война 1914 - 1918 годов, империалисты каждого лагеря приступили к систематическому обману общественного мнения, пытаясь ввести его в заблуждение и свалить ответственность за войну на противную сторону.

31 июля 1914 года Вильгельм II заявил с балкона королевского дворца берлинским демонстрантам: "Тяжелая пора, внезапно нагрянула на Германию. Завистники всюду принуждают нас к справедливой обороне. Нам насильно вкладывают меч в руку... но мы покажем противникам, что означает нападение на Германию"3 .


1 В. И. Ленин. Соч. Т. XXX, стр. 335.

2 И. Сталин. Отчетный доклад на XVIII с'езде партии о работе ЦК ВКП(б), стр. 5.

3 Schulthess "Europaischer Geschichtskalender", S. 370. 1914.

стр. 67

В тот же день и в то же время Бетман-Гольвег говорил ? балкона канцлерского дворца: "Последняя деятельность нашего императора была посвящена сохранению мира... но если все его хлопоты будут напрасны, но если нам насильно вложат меч в руку, то мы выступим в поход с чистой совестью, что не мы хотели войны"1 .

Еще война не начиналась, а ее поджигатели спешили наперебой выбросить пропагандистские лозунги: враги-завистники навязывают Германии войну, и она обязана обороняться.

Эта лживая версия причин развязывания мировой войны имеет хождение в Германии еще и в наши дни. Она нужна была тогда для оправдания грабительских целей войны, ради которых она и была начата. Она нужна и сейчас, для оправдания агрессивных планов Гитлера путем исторических аналогий: так, мол, было в прошлом, так есть и в настоящем: на фашистскую Германию "нападают", как "напали" в 1914 году на Германию вильгельмовскую.

Вслед за об'явлением Германией войны Рошга и Франции в вторжением Германия в гарантированные ею же нейтральные страны - Люксембург и Бельгию, германское правительство увидело себя вынужденным оправдываться перед мировым общественным мнением. Бетман-Гольвег поспешил заявить 4 августа 1914 года с трибуны рейхстага, что Германия "сейчас находится в вынужденной обороне, а нужда не знает никаких законов". Это была наглая ложь. Никто не "вынуждал" Германию нападать на Бельгию, как и на другие страны, которые не угрожали ее национальным интересам. Однако канцлер все же признал, что образ действий германского правительства "противоречит законам международного права", но тут же раз'яснил, что вина за это падает на Францию. Германия не обратила внимания на бельгийский и люксембургский протесты, так как, видите ли, "Франция может ждать, мы же не можем".

Питая еще обманчивую надежду на нейтралитет. Англии, Бетман-Гольвег торжественно заявил по поводу Бельгии: "Несправедливость - говорю открыто - несправедливость, которую мы этим совершили, мы попытаемся исправить, как только мы достигнем нашей военной цели"2 . Таким образом, уже в самом начале войны, которую германское правительство об'явило "оборонительной", были выдвинуты "военные цели", которые не имели ничего общего с обороной и выявляли сущность и политическое содержание задач германского империализма в войне.

"Наши военные цели" не только предопределили характер войны: они предопределили и ее продолжительность, так как ни одна капиталистическая держава не могла согласиться, не будучи окончательно побежденной, на те условия "мира", которые выставлял германский империализм.

"Наши военные цели" и торжественное обязательство восстановить после войны Бельгию исключали друг друга. Однако Бетман-Гольвега очень мало занимало в тот момент обязательство "восстановить Бельгию". Ему нужно было успокоить Англию, которая тогда еще не об'явила войны Германии. Это было самое важное. Как и все германские империалисты, он надеялся на полную победу Германии, а победителей не судят. Государственный деятель, назвавший перед тем международный договор "клочком бумаги", не мог думать серьезно о выполнении собственного обещания. Однако бельгийскую "ошибку", заключавшуюся в том, что Бетман-Гольвег признал "несправедливость" оккупации Бельгии, германские реакционеры никогда не могли простить канцлеру. Прочтя заявление канцлера о Бельгии, председатель пангерманского союза Генрих Класс воскликнул: "Теперь война также и с внешне-политической стороны проиграна"3 .

Таким образом, еще до того, как была развязана империалистическая война 1914 - 1918 годов, германский империализм пустил в ход лживую легенду о том, что на него "напали" и он, "обороняясь", был "вынужден" вторгнуться в Бельгию. Эту ложь распространяют фашистские историки и по сей день. Она имеет последователей и в кругу нефашистских историков и принята на веру даже и некоторыми советскими историками, еще не освободившимися от ошибок "школы" Покровского.

Задолго до возникновения войны к ней совершенно открыто готовились все империалистические государства, а Германии в этом отношении принадлежало среди империалистов одно из первых мест.

"Война 1914 года была войной за передел мира и сфер влияния. Она задолго подготовлялась всеми империалистическими государствами. Ее виновники - империалисты всех стран.

В особенности же эта война подготовлялась Германией и Австрией, с одной сторо-


1 Schulthess "Europaischer Geschicht-skalender", стр. 371. Агрессивная роль германского империализма в развязывании первой мировой войны уже освещена нами в июльском номере "Исторического журнала" за 1938 год, поэтому возвращаться к этому вопросу теперь излишне.

2 Verhandlungen dts Reichstags. Stenographische Berichte. Bd 306, S. 4.

3 Heinrich Сlass "Wider den Strom" S. 307 - 308. Leipzig. 1932.

стр. 68

пы, Францией, Англией и зависимой от них Россией - с другой"1 .

Агрессивный характер германского империализма и его активнейшая подготовка к войне особенно ярко иллюстрируются теми "программами мира", конкретная разработка которых была закончена уже в первые месяцы войны и широко пропагандировалась вплоть до октября 1918 года. Изучение этих "программ мира" имеет тем более актуальное значение, что эти "программы" целиком и полностью воспроизводятся Гитлером.

Как только германские войска вступили в Бельгию, в правительственных и буржуазно-юнкерских кругах началась оживленная агитация и обсуждение аннексионистских "программ мира". Все газеты сразу были заполнены проектами ограбления других стран. Аннексия Бельгии и большей части Франции была предрешена. 19 августа 1914 года Вильгельм II заявил статс-секретарю по морским делам адмиралу фон Тирпицу: "Франция должна быть раздавлена"2 . Еще до вступления германских войск во Францию председатель Немецкого банка Гвиннер заявил адмиралу Каппеле об условиях мара с Францией: "Три миллиарда долларов и французские колонии"3 .

Весть о высадке англичан во Франции была встречена в шовинистических кругах с радостью. Они говорили: "Тем лучше, тогда и они (англичане) будут тотчас уничтожены". Бетман-Гольвег, забыв о торжественном обязательстве восстановить Бельгию, сказал Тирпицу 28 августа, что он намерен аннексировать Намюр, Льеж, Антверпен и территорию севернее его, а из Южной Бельгии сделать буферное государство.

Безбрежны были планы и относительно территориальных захватов на Востоке.

Аннексионистским движением руководили пангерманский союз, об'единявший ряд военных и шовинистических союзов (военный, морской, колониальный союзы, союз борьбы с социал-демократией и др.), юнкерские об'единения, буржуазные политические партии (национал-либеральная партия, консервативная и независимая консервативная партия, католический центр) и реакционная профессура. Аннексионистское движение поддерживали и субсидировали банки, всевозможные промышленные организации и юнкерство: фирмы Крупна, Тиссена, Стиннеса, рейнские и вестфальские заводчики железа и рурские бароны угля, центральное об'единение германских промышленников, союз германских промышленников, германский имперский союз средних классов, союз сельских хозяев (помещики) и др.

В самом начале войны, в августе 1914 года, магнаты промышленности, Всеобщая компания электричества, Юлиус Вольф и Густав Штреземан от имени Комитета промышленных объединений и за ними "цвет" буржуазно-консервативной мысля: профессора Шиман, Шумахер и много других деятелей науки и искусства - подали канцлеру записки с требованием присоединить к Германии Бельгию и железорудные бассейны Лонгви и Бриэ во французской Лотарингии. Они требовали обширных аннексий на востоке и западе, приобретения угольных станций и морских баз за морем.

И правительство не желало плестись в хвосте движения. Оно попыталось его возглавить.

26 августа Бетман-Гольвег обратился г, министру внутренних дел Клеменсу Дельбрюку с предложением определить, сколь далеко простираются залежи руды во французской Лотарингии и сумму желательной контрибуции4 . Через два дня, 28 августа, министр по делам колоний Зольф представил план передела колоний. 8 сентября наместник Эльзас-Лотарингии Дальвиц подал канцлеру план "исправления" границы с Францией; к плану была приложена записка- крупных промышленников братьев Рехланг с требованием аннексировать бассейны Лонгви и Бриэ, Западные Вогезы, Бельфор и т. д. Бетман-Гольвег одобрил обе записки. Таковы были первоначальные официальные и неофициальные "военные цели". О них знали лишь близкие к правительству круги, и они тщательно скрывались от общественности.

Таким образом, одновременно с распространением лживой легенды о "нападении" на Германию германские поджигатели войны начали формулировать захватнические пели войны, которые должны были явиться "компенсацией" за "нападение". Действуя за кулисами, юнкерство и финансовый капитал развили бешеную агитацию через свои "независимые" общественные организации. 28 августа президиум пангерманского союза постановил взять руководство аннексионистским движением в свои руки и выставил следующие "военные цели": 1) приобретение за счет России обширных территорий для поселения


1 "Краткий курс истории ВКП(б)", стр. 155.

2 A von Tirpitz "Deutsche Ohnmachtspolitik im Weltkriege", S. 62. Berlin. 1926.

3 Там же, стр. 67.

4 Die Ursachen des deutschen Zusammen-bruches im Jahre 1918. Das Werk des Untersuchungsausschusses der verfassunggebenden deutschen Nationalversammlung und des deutschen Reichstages. 1919 - 1928, 4 Reihe, Bd. 12, 1. S. 35 ("Die Ursachen").

стр. 69

немецких крестьян, а именно: Польши, Литвы, Белоруссии, прибалтийских губерний и Украины; 2) аннексия Бельгии; 3) аннексия французских железорудных бассейнов Лонгви и Бриэ и перенесение германской границы западнее Бельфора, Хуля, Вердена и реки Соммы; 4) уничтожение морского владычества Англии, приобретение новых колоний и, наконец, о) все захваченные Германией территории должны быть "очищены от людей"1 .

Эти грабительские в варварские требования были выработаны при ближайшем и активном участии Гугенберга. Их одобрил также Крупп фон Болен2 . Лидеры национально-либеральной партии Бассерман и Штреземан, а также Гуго Стиннес были недовольны их "умеренностью". Стиннес требовал перенесения западной границы далеко на запад от устья реки Соммы и включения в Германскую империю всей Нормандии, мотивируя свое требование стратегическими соображениями в отношении Англии и наличием в Нормандии крупных залежей железной руды3 .

Еще дальше всех этих ультра-аннексионистских планов пошел лидер католического центра Матиас Эрцбергер. 2 сентября 1914 года Эрцбергер разослал во все высшие военные и правительственные учреждения меморандум, в котором он требовал, "чтобы Германия обеспечила себе военное господство на континенте на все времена". Эрцбергер не довольствовался территориальным ограблением всего мира. Он требовал также контрибуции: 1) для возмещения непосредственно военных расходов; 2) для возмещения всех прочих убытков, связанных с войной; 3) для покрытия всех имперских долгов; 4) для создания колоссального инвалидного фонда; 5) для создания фонда на постройку морских кабелей и радиостанций и 6) для создания фонда на социальные нужды4

В начале сентября Тиссен лично докладывал в ставке верховного главнокомандующего о необходимости аннексировать французские железорудные богатства.

2

Шовинистическое и аннексионистское настроение господствовало в те дни во всей германской буржуазной печати. Максимилиан Гарден писал 28 августа 1914 года в своем журнале "Die Zukunft": "Германия имеет право расширить свою сферу господства, и она имеет силу претворить это в жизнь". Превознося воинственность древних германских варваров, Гарден уверял, что и современные ему немцы "то изнежены в длительном мире" и что "война всегда была их главным замятием". В силу этого "Германия хочет увеличиваться, конкретизировать подвиги своих солдат... Право Германии основано на силе. Для этого она начала войну". Гарден требовал захвата Танжера, Антверпена, Калэ, Тулузы и Тулона. До их присоединения он не рекомендовал "болтать о мире".

Депутат рейхстага Фридрих Науман написал во время битвы на Марне брошюру "Германия и Франция", которую следовало бы чаще перечитывать современным французским капитулянтам. Этот "умеренный" аннексионист, поклонник французской культуры и Жана Жореса, писал буквально следующее: "Самое ужасное случилось: республика так же побеждена, как, и цезаризм... С Францией как с великой державой уже покончено!" Говоря о возможном для Франции мире, он писал: "Vae victis!" ("Горе побежденным!"). Теперь Бисмарк окончательно победил!" Облекая свои рассуждения в форму элегического сочувствия к французам, Науман резонерствовал и укорял Францию в том, что она не изменила союзу с Россией, подобно тому как Италия изменила союзу с Германией и Австро-Венгрией. Судьба Франции была, мол, в ее собственных руках. Она этого не сделала. "И тогда во Францию хлынуло море бойцов в великолепном порядке". Самым лучшим исходом для Франции, отвечал за нее Науман, будет сепаратный мир с Германией. Однако она должна поспешить, "пока этот мир имеет для нас ценность". Германская любовь к миру, признавался Науман, означает обеспечение "разгрома русских и англичан". Что же касается Франции, то проба сил уже закончена. "Продолжение войны ничего не изменит, ибо государство, которое само не может защитить себя против соседа, всегда будет зависеть от других государств, все равно, как бы они ни назывались: Россия, Англия или Германия"

Науман предлагал поэтому Франции признать неумолимый факт, удовлетвориться положением второстепенной державы, сделаться нейтральной страной, придти с Германией к соглашению о своих колониях, а также о Бельгийском Конго, попросту передать все это Германии, а затем вместе с нею выступить против Англия5 .


1 Heinrich Class "Wider den Strom", S. 320 - 323.

2 Там же, стр. 326.

3 Там же, стр. 327 - 328.

4 A. von Tirpitz. Op. cit., S. 69 - 72.

5 Такие планы и намерения относительно Франции господствовали в те дни и в головах Вильгельма II и Бетман-Гольвега. Предполагалось после разгрома Франции предложить ей "мир" и оборонительно-наступательный союз. С Россией Германия разделается сама, а затем вместе с французским флотом покончит с Англией. (См. A. von Tirpitz. Op. cit., S. 62.)

стр. 70

Заботы Наргапа простирались и на Бельгию. Он и ее "не давал в обиду". Германия лишь "обеспечит за собой то, что необходимо в военном отношении, все равно, будет ли это мало или много"1 .

В то время кап Науман дописывал последние строки своей брошюры, которая сделалась на короткое время платформой "умеренных" аннексионистов, французские армии разбили германские полчища и дали другое направление истории. Однако мысли Баумана примечательны во многих отношениях: они приобретают особое значение теперь, в послемюнхенские дни, когда капитулянтская политика правительственной клики во Франции помогла Гитлеру низвести Францию при совершенно иных условиях чем в 1914 году почти на положение второстепенной державы. Они убедительно показывают, какая участь ожидает великий французский народ после того, как правительство Даладье - Боннэ предало Испанию, Австрию. Чехо-Словакию и других союзников Франция.

Ганс Дельбрюк, консервативный историк и также "умеренный" аннексионист, сформулировал в сентябре 1914 года в очень осторожных выражениях "военные, цели" Германии следующим образом: "Нашей целью должны быть сохранение нынешнего политического равновесия на суше и завоевание равновесия на море"2 .

За такой "непатриотичный" образ мыслей Ганс Дельбрюк был взят под жестокий обстрел правой печати. "Умеренно"-консервативная "Пост" писала, что "европейское равновесие является словесным выражением по прикрытию перевеса наших врагов" и что "только профессора истории и предвоенная дипломатия верили в этот призрак и приносили ему жертвы". "Теглихе рундшау" назвала выступление Дельбрюка "водянистой песней о благодати политической умеренности" и "преступлением перед германским делом". Она ему противопоставляла его предшественника Трейчке, который в 1870 году в тех же "Прусских ежегодниках" требовал "укрепления наших границ" и т. д. "Дейче тагесцейтунг" прямо писала: "Господин профессор Дельбрюк служит вообще непозволительным, а в настоящее время просто недостойным образом интересам вражеской заграницы, так как его выступление подает повод думать, "что шовинизм у нас справляет оргии"3 .

После этого нагоняя Дельбрюк в следующем номере (октябрь) редактируемых им "Прусских ежегодников" конкретизировал свои требования и, к удовольствию своих критиков, написал, что Россия должна потерять не только Польшу, но и все "чужеродные" области на западной границе. Повторяя мысли Шумана, Дельбрюк писал: "Пи императорская, ни демократическая Франция не смогла удержаться на ступени великой державы. Это была последняя проба сил". Благодаря слабому увеличению населения "Франция будет постоянно спускаться все ниже", и ей ничего не остается сделать, если она вообще хочет существовать, "как выработать себе совершенно новую, народную душу".

Для Дельбрюка уже тогда было ясно, что и "Англия ни при каких обстоятельствах не может политически выиграть эту войну". Даже победа над Германией не спасет ее как мировую державу. Дельбрюк, как и Науман, не допускал возможности поражения Германии и требовал "равновесия на море", т. е. "чтобы Германия была так же сильна на море, как Англия"4 .

Расширяя все время свои аннексионистские апетиты, Дельбрюк оставался "умеренным" аннексионистом, так как апетиты других аннексионистов в это время шли гораздо дальше. В сентябре 1915 года Дельбрюк писал в "Прусских ежегодниках": "Мы победители, мы можем себе поставить положительные цели... Само собой понятно, что раз германский император освободил и прибрал к своим рукам такие старые немецкие города, как Митава и Рига. (Рига была взята немцами через два года. - Ф. Н. ), то он их так же не вернет обратно, как он не вернул Страсбурга в 1871 году, - в этом должно быть полное единодушие"5 .

Коллега и единомышленник Дельбрюка, профессор истории Эмиль Даниэльс писал в той же книжке журнала (стр. 180): "Война будет стоить России не только ее западных границ, но также ее положения, которое она себе приобрела на христианском и магометанском Востоке со времен Екатерины II".

Если перевести эту публицистику на простой и понятный язык, то она означала, что Германия должна аннексировать Польшу, Прибалтику, Белоруссию и Украину и кроме того занять место России на Балканском полуострове и в Малой Азии. Таковы были вожделения "умеренных" аннексионистов.

3

Победное и шовинистическое настроение господствовало, как мы видим, в правительственных и капиталистических кругах


1 Friedrich Naumann "Deutschland und Frankreich", Stutgart - Berlin, S. 3, 9, 17. 20, 23, 25, 27. 1914.

2 Hans Delbruck "Krieg und Politik 1914 - 1916", S. 60. Berlin. 1918.

3 Цит. по "Vorwarts". 4 Oktober 1914, N 271.

4 Hans Delbruck. Op. cit., S. 61 - 70.

5 Там же, стр. 143.

стр. 71

не только в дни победы у Шарлеруа (25 августа 1914 года), но и после поражения на Марне. "Я был на этой неделе в Берлине, - писал директор Германо-Американского пароходного общества Альберг Балин 1 октября 1914 года фон Тирпицу, - и меня устрашили безбрежные мечтания, которым предаются не только в Берлине, но также и выдающиеся деятели из Рейнской области и Вестфалии. Высадку нашей армии в Англии они считают как нечто само собой понятное, отнятие у нее ее лучших колоний не требует даже дискуссий. Что мы удержим в своих руках Калэ, Булонь, Остенде и Антверпен, - об этом уже давно решено. Английский флот не должен превышать размеров нашего флота, а контрибуция колеблется между 30 - 40 миллиардами. Египет принадлежит к тем колониям, которые мы себе оставили на дессерт"1 .

Такие завоевательные настроения господствовали в Германии и тогда, когда первая битва на Марне разбила всякую реальную возможность победы. Эти настроения искусственно поддерживали промышленные и юнкерские организации, банковский капитал. Захватнические тенденции находили себе питательную почву и среди мелкой буржуазии, надеявшейся пристроить своих безработных сынков в аннексированных областях.

Ссылаясь на громко выраженные имущими классами требования аннексий, министры, генералы и адмиралы в свою очередь требовали завоевания всего мира. Так например начальник морского генерального штаба адмирал Поль заявил 15 октября 1914 года Бетман-Гольвегу: "Мы должны получить Антверпен, Брюгге, Остенде и Дюнкирхен. Брюссель... Гибралтар должен отойти к Испании, Мальта к Италии, Египет к Турции. Александретта и Мессина наши опорные пункты. На Востоке должно быть отодвинуто все русское... колонии переходят к нам сами по себе"2 .

Это говорилось 25 лет тому назад. Но захватнические планы того времени мало отличаются от гитлеровских планов передела мира. То, что сказал адмирал Поль в 1914 году, можно прочесть в германском фашистском официозе "Фелькишер беобахтер" или в одном из официозов Муссолини. Обстановка изменилась, но об'екты захватов остались те же, и их добиваются те же классы, которые в 1914- 1918 годах залили землю кровью, чтобы ограбить весь мир.

Прусские юнкера имели свои особые аннексионистские планы. О них мы узнаем из записки прусского министра внутренних дел фон Лебюля от 29 октября 1914 года, два тезиса которой гласили: "1. Мы не должны отказаться от того, что нам хотя и пригодилось бы, но чего мы не могли бы переварить. 2. Мы должны взять все, что нам хотя непосредственно не нужно, но должно быть отобрано у противника для того, чтобы он в будущем был слабее по сравнению с нами"3 .

От министров не отставали и владетельные князья. Они выставляли такие дикие аннексионистские требования приращений их территорий, которые даже превосходят все вышеизложенное.

Вся эта пикая аннексионистская пляска носила пока еще подготовительный характер. Это были пока еще авангардные разведки, режиссеры этого движения нащупывали почву, подсчитывали своих сторонников и противников, готовились к определению окончательных требований.

С самого начала наметалось два аннексионистских течения: "умеренно"-аннексионистское, которому сочувствовал Бетман-Гольвег, и ультра-аннексионистское, которое поддерживали пангерманские организации, финансовый капитал, юнкерство и гогенцоллернская "духовная лейб-гвардия" в лине реакционной профессуры.

14 октября 1914 года, через месяц после поражения на Марне и других неудач на западном фронте и после разгрома русскими австро-венгерских армий н занятия Галиции и Буковины, канцлер обратился с строго доверительным письмом ко всем имперским центральным учреждениям и затребовал от них представления докладов с соображениями об экономическом и военном закреплении Бельгии за Германией. Об этом официальном аннексионистском творчестве дает понятие совместная записка двух имперских министерств: внутренних дел и иностранных дел - от 31 декабря 1914 года за подписями Дельбрюка и Циммермана. Оба ведомства требовали восстановления Бельгии "как вассального государства... находящегося в распоряжении Германской империи".

Для закрепления Бельгии с военной точки зрения, писали оба министра, Германия должна держать там постоянные гарнизоны, занять все железные дороги и иные транспортные средства, крепости и порты и запретить Бельгии иметь свою армию. Она должна содержать на свой счет германские гарнизоны и уплачивать ежегодно известную сумму Германии за "освобождение"... от собственной армии. Суд и судопроизводство должны перейти к Германии. Бельгия лишается права, сношения с другими государствами. Бельгийские колонии передаются Германии, а Бельгия включается в германский таможенный со-


1 A. von Tirpitz. Op. cit. S. 134 - 135.

2 Там же, стр. 142 - 143.

3 Полный текст этой записки см. в "Die Ursachen". Reihe 4. Bd. 12, I. Anlage II, S. 187-193.

стр. 72

юз "без права голоса в таможенных делах". Она обязана ввести у себя германское таможенное законодательство и передать взимание таможенных сборов германским чиновникам. Вся экономическая жизнь подчиняется германскому финансовому капиталу, вместо франка вводится германская марка, а вместо бельгийского - германское рабочее законодательство.

Такую участь готовили германские официальные аннексионисты бельгийскому народу: экономическое и политическое рабство, полевые суды и осадное положение, передача всех материальных богатств жадному и ненасытному победителю, вечный рабский труд на поработителей в качестве вознаграждения за чинимые ими насилия.

Однако эти апетиты официальных кругов являются "скромными" и "умеренными" по сравнению с требованиями буржуазных политических партий, так называемых "общественных" и "культурных" организаций, выражавших интересы монополистического капитала и юнкерства.

В декабре 1914 года пангерманский союз разослал во все концы страны в тысячах экземпляров меморандум, составленный Классом и Гугенбергом, в котором были сформулированы ультра-аннексионистские требования на Западе, Востоке и за морем. Этот меморандум в результате длительного обсуждения центральными комитетами и местными комитетами буржуазных партий, правлениями крупных хозяйственных организаций финансового капитала, на кафедрах университетов и в "культурных" обществах был положен в основу целого ряда других записок и меморандумов, которые были направлены в марте- июле 1915 года имперскому канцлеру, верховному военному командованию и целому ряду влиятельных лиц. Эти меморандумы представляли собой программу "мирных целей" германской буржуазии, которую она требовала от правительства провести в жизнь.

Меморандум Класса-Гугенберга требовал перенесения германской границы с Францией западнее прямой линии Булонь-Верден-Бельфор. На востоке меморандум требовал включения в границы Германской империи земель, лежащих восточнее прямой линии, идущей от озера Пейпус до устьев Днепра. Сибирь пангерманцы отдавали Японии, а себе брали все колонии Британской империи.

За пангерманским меморандумом стояли крупные хозяйственные и политический организации, представители которых принимали самое активное участие в выработке и формулировке этого меморандума. Это все те же Кирдорф, Гуго Стиннес, Борзиг, Тиссен, Вольф, Гугергберг, братья Рехлин. Рейш (от тяжелой промышленности), Фридрихе (от союза германских промышленников), барон Вангенгейм и Резике (от союза сельских хозяев) и др.

В марте был выработан той же верхушкой финансового капитала и юнкерства другой аннексионистский документ, известный под именем "меморандума шести хозяйственных организаций" монополистического капитала (центральное об'единение германских промышленников, союз промышленников, союз сельских хозяев, германский имперский союз средних классов, немецкий крестьянский союз, об'единение христианских союзов немецких крестьян).

Для поддержки требований меморандума шести организаций пангерманский союз в конце июня 1915 года созвал в Берлине нечто вроде с'езда представителей интеллигенции, который утвердил проект меморандума, составленный Андреасом Гильдемейстером. Этот документ, известный под названием "меморандум профессоров", превосходил по своим наглым завоевательным требованиям даже требования пангерманского союза и шести хозяйственных организаций. Политическая цель "профессоров", в числе которых находилось 234 представителя крупной промышленности и сельского хозяйства, 168 служителей религиозных культов и 18 генералов и адмиралов, была, по их словам, очень "скромна": они хотели лишь "оказать поддержку правительству формулировкой ясно выраженной воли народа при ожидающих его бесконечно трудных и разнообразных переговорах"1 .

Меморандумы пангерманских об'единений, шести хозяйственных организаций монополистического капитала и пангерманских "профессоров" являются обобщением всех хищнических требований имущих классов Германии. Они сводились к следующему:

1. Безраздельное господство Германии для начала над четырьмя континентами.

2. Передел земного шара на основе передачи Германии всех мировых материальных, продовольственных и сырьевых ресурсов.

3. Будущий "мир" должен обеспечить Германии ее господство на вечные времена.

4. На границах Германии не должно быть ни одной сильной державы.

5. Будущая Германская империя делится на, коренную полноправную Германию - "колыбель германизма" - и на "завоеванную Германию", жители которой лишаются всех политических прав, а также всего


1 На этом с'езде образовалась постоянная "профессорская" организация для пропаганды в стране идей "германского мира" во главе с Дитрихом Шеффером - "Der Unhabhangige Ausschus fur einen deutschen Frieden". См. Heinrich Class "Wider den Strom", 398.

стр. 73

нх движимого и недвижимого имущества в пользу немцев.

6. Односторонний характер промышленного развития Германии устраняется созданием обширной сельскохозяйственной базы для колонизации избыточного коренного немецкого населения из метрополии.

7. "Сельскохозяйственная база" должна снабжать метрополию "здоровыми крестьянами", "крепкими и выносливыми солдатами", продовольственными продуктами и промышленным сырьем и "усилить независимость Германии от заграницы".

8. Единственно пригодные для этой цели земли находятся на Востоке, в России. Они должны быть присоединены к Германии, потому что земля там "без хозяина" и крестьянское население России якобы не знает еще оседлости и "вовсе не так срослось со своей землей, как население Центральной и Западной Европы", где "германская культура усваивалась в течение 700 лет".

9. Ограбленная и искалеченная Россия отбрасывается далеко от Балтийского и Черного морей и делается во всем зависимой от Германии.

10. Борьба между славянством я германизмом разрешается в пользу последнего тем, что Россия навсегда отделяется от западного и южного славянства, которое становится добычей победоносного германизма.

Завоевательная программа германского финансового капитала и юнкерства, выраженная в трех меморандумах1 , сделалась предметом мечтаний немецкого мещанства. Эту программу крупно-капиталистическая, аграрно-юнкерская и вся зависимая от финансового капитала печать пропагандировала на все лады вплоть до осени 1918 года, стараясь привить ее всему германскому народу. Ультрааннексионистское движение, охватившее все имущие классы и зависимые от них прослойки германского общества, является прекрасной иллюстрацией всемогущества финансового капитала. "Факты говорят, - писал Ленин летом 1915 года, - о повальном присоединении к империалистам всех имущих классов вплоть до мелких буржуа и "интеллигенции..."2 . Ленин, далее, дал классическое об'яснение этих фактов, показав, почему они неизбежны и "законны" при империализме: "Империализм есть подчинение всех слоев имущих классов финансовому капиталу и раздел мира между 5 - 6 "великими" державами, из которых большинство участвует теперь в воине. Раздел мира великими державами означает то, что все имущие слои их заинтересованы в обладании колониями, сферами влияния, в угнетении чужих наций, в более или менее- доходных местечках и привилегиях, связанных с принадлежностью к "великой" державе и к угнетающей нации"3 .

Достаточно беглого ознакомления с аннексионистскими программами германского империализма 1914 - 1918 годов и с завоевательными планами Гитлера, развитыми в его книге "Моя борьба", чтобы сразу убедиться в том, что последние старательно списаны с первых. Гитлер принял всю разбойничью программу пангерманцев, усилил ее, придал ей мистический и истерический стиль и выдал за свою. Вся внешняя политика германского фашизма, все его разбойничьи акты в Центральной Европе и устремления на запад и восток производятся в направлении, предначертанном еще пангерманцами при последнем Гогенцоллерне и развитом п усиленном гитлеровскими каннибалами.

4

Были ли такие общественные группы в лагере буржуазии, которые боролись против этого аннексионистского безумия? В самом начале войны возникли небольшие группы буржуазных пацифистов: "Лита новее отечество" под руководством "известного спортсмена" барона фон Теппер-Ласки, "Лига германского мира" под руководством профессора Квиде и подобные им антианнексионистские группы интеллигентов. Враждебную, антианнексионистскую позицию занимал и профессор Ферстер. Эти группы и отдельные интеллигенты пытались выступить против завоевательной политики с чисто пацифистских позиций, но они вскоре принуждены были под ударами репрессии прекратят свою деятельность.

Были и другие буржуазные группировки, которые также не одобряли пангерманских аннексионистских планов, считая их утопией.

Первое место среди этих группировок занимала профессорская группа во главе с Гансом Дельбрюком, о котором мы говорили выше, фон Листом и Дернбургом. Была еще группировка - "Народная лига за свободу и отечество"-под руководством профессора Фридриха Мейнека, Трельча, Геркнера и др. Известный Пауль Рорбах возглавлял группировку интеллигентов, аннексионистская программа которой выражена названием журнала, который Рорбах издавал во время войны, - "Das Grosserе Deutschland" ("Увеличенная Германия").


1 Текст "меморандума шести хозяйственных организаций". См. Schulthess "Europaicher Geschichtskalender", 1915, 2 Teil, S. 1400 - 1405. Текст "меморандума профессоров" ом. S. Grumbach "L'Allemagne annexioniste", p. 99 - 108. Paris. 1917

2 В. И. Ленин. Соч. Т. XVIII, стр. 256.

3 Там же.

стр. 74

Все эти группы об'единяли видных профессоров н ученых, бывших дипломатов, некоторых промышленников вроде Карла-Фридриха, фон Сименса, редакторов газет " Берлинер тагеблат" и "Франкфуртер цейтунг". Все эти лиги поддерживали впротивовес крайним аннексионистам "мирные цели" Бетман-Гольвега. Какова же была программа последнего?

Эту программу он об'явил 28 мая 1915 года в рейхстаге и облек ее в такую неопределенную форму, что она могла удовлетворить и пангерманцев и "умеренных" аннексионистов, так как и те и другие могли ее толковать по своему желанию.

Бетман-Гольвег призывал депутатов и страну, "опираясь на нашу чистую совесть, на наше правое дело и на наш победоносный меч", "оставаться твердыми до тех пор, пока мы не завоюем и не создадим все только возможные реальные гарантии и полную безопасность, чтобы никто из наших врагов - ни в отдельности, ни совместно - не осмелился опять начать вооруженный поход"1 .

Правые буржуазные партии были в общем довольны заявлением канцлера. Рейхстаг решил по предложению лидера консервативной фракции графа Вестарна прекратить прения и, выражая полное единство и доверие к политике правительства, закончить заседание без обсуждения его декларации.

Формула "реальные гарантии" сделалась отныне официальной программой "военных целей" до конца войны.

В конце 1916 года наступил кризис в мировой войне. Поражение немцев под Верденом и победы Брусилова над австро-венгерскими армиями летом 1916 года убедили руководящие круги германского империализма, что Германия не может победить Антанту силой оружия. Не изменили положения и одержанные затем победы немцев над Румынией. Германия и ее союзники к тому времени исчерпали почти все экономические и материальные ресурсы. Население голодало. Подходили к концу и людские резервы. В стране нарастало возмущение рабочего класса, начались голодные беспорядки. Положение в Австро-Венгрии было еще более угрожающим. Надо было маневрировать, успокоить массы, дать им надежду ва скорое заключение мира. Поскольку войну нельзя было скоро закончить военными средствами, а нарастание- революционного движения становилось все более угрожающим, в руководящих империалистических кругах обоих лагерей произошел некоторый поворот, который Ленин тогда же назвал политическим поворотом "от империалистической войны к империалистическому миру".

12 декабря 1916 года германское правительство предложило от своего и своих союзников имени странам Антанты послать в одну из нейтральных стран представителей для "мирных" переговоров, благоразумно умолчав, на каких условиях оно предлагает вести переговоры.

Нас в данном случае интересуют не эти переговоры, а то действительные условия, которые Бетман-Гольвег перед тем выработал со своими союзниками и которые Германия намеревалась предложить странам Антанты, если бы они пошли на переговоры. Эти условия приобретают особый интерес, так как за ними стояли не "частные" империалистические группы, а само кайзеровское правительство с Бетман-Гольвегом во главе, и, следовательно, они носили официальный характер.

Германия намеревалась требовать на будущей мирной конференции:

1) возвращения всех территорий Германии, Австро-Венгрии и Турции, которые эти государства имели до войны, германских колоний и отмены аннексии англичанами Египта и Кипра; 2) подчинения Бельгии Германии под видом "обеспечения безопасности" последней; если бы сепаратные переговоры с королем Альбертом не привели к этой цели, - тогда открытая "аннексия полосы территории, включая Льеж, для защиты нашей западной промышленной области"; 3) присоединения к Германии французских железорудных бассейнов Лонгви, Бриэ и Люксембурга; 4) присоединения к Германии Литвы и Курляндии и отделения от России Польши с тем, "чтобы получить хорошую проходящую с севера на юг стратегическую границу против России; 5) "свободы морей" и свободы судоходства на Нижнем Дунае; 6) присоединения Бельгийского Конго; 7) торгового договора с Россией на выгодных условиях; 8) передачи Германии английских горных концессий в России; 9) стратегического улучшения границ Австро-Венгрии за счет России, Италии, Румынии, Сербии (включая Белград), присоединения Черногории и об'явления германского протектората над Албанией; 10) увеличения Болгарии за счет Румынии и Сербии и присоединения к Греции Северного Эпира ввиде вознаграждения за нейтралитет; 11) контрибуции за военные расходы2 .

Однако даже эта завоевательная программа Бетман-Гольвега не совсем удовлетвори-


1 Verhandlungen des Reichstages. Stenographische Berichte. Bd. 306, S. 141 - 143.

2 Stenographische Berichte des Untersuchunprsausschusses der Deutschen Nationalversammlung. Bd. 2. Beilagen, Teil II. NN 75 - 82, SS. 79 - 89.

стр. 75

ла крайние элементы финансового капитала и юнкерство. Это была одна из главных причин ожесточенной кампании против канцлера, закончившейся в июле 1917 года его отставкой.

Германский империализм получил с первого дня войны безоговорочную и активную издержку официальных лидеров германской социал-демократии своим аннексионистским программам. Повторяя за империалистами ложь со оборонительном характере войны для Германии, германские правые социал-демократы Шейдеман, Давид, Ленч и др. были не только социал-шовинистами, но и законченными социал-империалистами. Социал-пацифисты-центристы - и прежде всего Каутский, - выступавшие с лозунгом "Мир без аннексий и контрибуций", по существу, также разоблачили себя как верные слуги германских аннексионистов. Как и центристы стран Антанты, каутскианцы в Германии не скупились на разоблачение грабительских программ империалистов, но только не "своих" империалистов, а империалистов из лагеря противников "своей" буржуазии в войне.

Ленин блестяще разоблачил Каутского, как и социал-пацифистов стран Антанты:

"Присмотримся внимательнее к ...политическим лозунгам и аргументам Каутского и его единомышленников, - писал Ленин. Когда дело касается России, т. -е. империалистского соперника Германии, тогда Каутский выдвигает не абстрактное, не "общее", а совершенно конкретное, точное, определенное требование: Константинополь не должен достаться России. Он разоблачает тем самым действительные империалистские замыслы... России. Когда дело касается Германии, т. -е. именно тай страны, буржуазии и правительству которой большинство партия, считающей Каутского своим членом (л назначившей Каутского редактором своего главного, руководящего, теоретического органа, "Neue Zeit"), помогает вести империалистскую войну, тогда Каутский не разоблачает конкретных империалистских замыслов своего правительства, а ограничивается "общим" пожеланием или положением: Турция не должна быть чьим бы то ни было вассальным государством!!"1 .

Единственными в Германии действительными борцами против германского (и международного) империализма были германские левые социал-демократы, спартаковцы, во главе с Карлом Либкнехтом и Розой Люксембург, беспощадно разоблачавшие разбойничьи цели и аннексионистские планы германского империализма. Им одним в Германии принадлежит заслуга интернационалистской революционной пропаганды в массах и идейная мобилизация авангарда рабочего класса для борьбы за революционный выход из войны.

5

Германские поджигатели войны, учитывая трудность дальнейшего ведения воины и слабость надежды на победу Германии в конце 1916 - начале 1917 года, пытались использовать разразившуюся в феврале 1917 года революцию в России для укрепления своих военных позиций и реализации своих захватнических целей. Но они просчитались.

Навязав Советской России брест-литовский грабительский мир, германские империалисты решили, что отныне нет никаких препятствий к осуществлению их смехотворно широких завоевательных планов. "Восточная" программа была весною 1918 года в основном "выполнена". Оставалось, по их понятиям, лишь покорить запад. Морская гегемония, а за ней и мировая придут сами собой, раз Англия и Франция будут разбиты. Таковы были планы германского империализма в феврале-марте 1918 года.

Однако Октябрьская социалистическая революция, свергнувшая российских империалистов и вынужденная пойти на брестский мир, одновременно нанесла сокрушительный удар по империализму в целом и с наибольшей силой ударила по его наиболее слабому звену, каким был в тот момент империализм центральных держав и в первую голову Германии.

Германскому империализму не удалось разрешить поставленной задачи. Народные массы оккупированных стран оказывали упорное сопротивление захватчикам. Созданные германским командованием марионеточные правительства, вроде правительства гетмана Скоропадского на Украине, могли держаться только на штыках германской армии.

Против захватчиков началась партизанская война на Украине и в Белоруссии. Оккупационная армия, находясь в соприкосновении с населением революционной Украины и Белоруссии, начинала разлагаться и перестала быть послушным орудием в руках командования.

Чтобы продолжать войну на западе, необходимо было и после брестского мира продолжать войну на востоке. Оказалось, чего германский империализм никак не ожидал, что надо было "завоевывать каждый шаг, чтобы получить хлеб и сырье, без которых Германия существовать не может и которые получать военным насилием в оккупированной стране стоит


1 В. И. Ленин. Соч. Т. XIX, стр. 366-367.

стр. 76

слишком больших усилий и слишком многих жертв"1 .

Недооценивая значения восточного Фронта, германский империализм бросился осуществлять "западную" аннексионистскую программу. В кровавых боях с 21 марта до начала июля 1918 года германским армиям удалось одержать ряд крупных местных побед. Они опять перешли, как в 1914 году, реку Марну н угрожали Парижу. Разбить англо-французские армии им не удалось, зато они довели собственные армии до полного истощения и разложения. А между тем уже были готовы к бою грозные американские армии. В новом наступлении, 15 июля 1918 года, немцы потерпели жестокое поражение и были отброшены за Марну. 8 августа союзные армии генерала Фонта начали контрнаступление. Германские армии были разбиты наголову. "8 августа, - писал Людендорф, - представляет самый черный день германской армии в истории мировой войны".

8 августа было днем катастрофы для германского империализма. Его армии перестали быть слепым орудием в руках начальников. Один германский военный историк пишет о 8 августа: "Германскому командованию пришлось убедиться в горькой истине, что так ясно обнаружившееся во 2-й армии падение духа было не единичным явлением, оно имелось в таких же размерах во всей армии"2 .

Людендорфу пришлось делать печальный вывод: "Наш боевой механизм уже больше не был полноценным. 8 августа показало падение нашей боеспособности... Войну надо было кончить"3 .

В речи, посвященной годовщине Октябрьской социалистической революции (6 ноября 1918 года), Ленин дал такую опенку одной из главных причин поражения Германия:

"Германская армия не потому оказалась негодной, небоеспособной, что была слаба дисциплина, а потому, что солдаты, отказавшиеся сражаться, с восточного фронта перенесены на- западный немецкий фронт и они перенесли с собою то, что буржуазия называет мировым большевизмом"4 .

Однако даже и в эти грозные для германского империализма дни его руководители все еще думали, что ему удастся удержать все завоевания на востоке и на западе.

Хотя на коронном совете 14 августа 1918 года было признано, что "победа невозможна", и решено было начать мирные переговоры, но Гинденбург все еще требовал сохранения за Германией Бельгии и французских железорудных бассейнов Лонтви и Бриэ.

А между тем болгарская армия была в середине сентября разбита англо-французскими армиями в Македонии, а 11-я германская армия была взята целиком в плен. Болгария сдалась на милость победителей.

Чтобы задержать быстро надвигавшуюся революцию в стране, германский империализм "опробовал перестроиться.

В образованное "парламентское" правительство принца Макса Баденского были включены и социал-патриоты, так как только они могли использовать доверие масс и попытаться удержать рабочих в повиновении. Но революции предотвратить уже никто не мог.

4 ноября восстали матросы германского флота и подняли красное знамя на всех боевых судах. К 8 ноября во всей Германии, кроме северовосточного угла с Берлином, Бреслау и Кенигсбергом, возникли советы рабочих депутатов. Войска всюду переходили на сторону восставших.

Волны революции перебросились на фронт и бушевали вокруг ставки. 9 ноября пролетариат сверг монархию Гогенцоллернов. 10 ноября, на рассвете, Вильгельм И бежал в Голландию.

Восстание австро-венгерской армии на итальянском фронте положило конец войне и на этом фронте. Революция в Австро-Венгрии свергла монархию Габсбургов.

11 ноября, на рассвете, в вагоне генерала Фоша в Компиенском лесу было подписано перемирие между действующими армиями Антанты и Германии. Первая империалистическая война кончилась.

* * *

Почти каждый день можно встретить в международной печати сравнение нынешней политической обстановки с обстановкой кануна первой империалистической войны. Нет сомнения, что между ними есть очень много общих черт. Основное и главное состоит в том, что и первую и вторую империалистические войны породили империалистические противоречия. В современной международной обстановки имеются, однако, и такие черты, которые ее коренным образом отличают от предвоенной обстановки 1914 года. Тогда господствовала безраздельно во всем мире капиталистическая система. Ныне мир разделен на две принципиально разные социально-политические системы. Победа социализма на одной шестой земного шара, экономическая, политическая, культурная и военная мощь Советского Союза, морально-политическое единство советского наро-


1 В. И. Ленин. Соч. Т. XXIII, стр. 11.

2 Т. фон Бозе "Катастрофа 8 августа 1913 года", стр. 266. Военгиз. 1937.

3 Еriсh Ludendorff "Meine Kriegserinnerungen 1914 - 1918". S. 531. Berlin. 1919.

4 В. И. Ленин. Соч. Т. XXIII, стр. 259.

стр. 77

да являются величайшим Фактором мира. В отличие от буржуазно-демократических государств, поощряющих своей политикой уступок фашистские агрессивные государства на новые разбойничьи акты и развязывающих мировую войну, Советский Союз ведет последовательную политику мира, готов ответить двойным ударом на любой улар со стороны поджигателей войны и стоит "за поддержку народов, ставших жертвами агрессии и борющихся за независимость своей родины" (Сталин).

Товарищ Сталин дал исчерпывающее об'яснение причин разгула международного бандитизма, которым безнаказанно занимаются Япония, Германия и Италия: "Главная причина состоит в отказе большинства неагрессивных стран и, прежде всего, Англии и Франции от политики коллективной безопасности, от политики коллективного отпора агрессорам, в переходе их на позицию невмешательства, на позицию "нейтралитета"1 .

В этой краткой формуле товарищ Сталин очень ярко охарактеризовал крупнейший поворот в международной политике, суть которого заключается в том, что руководящие круги Англии и Франции отказались от тех принципов, на которых хотя непрочно, но все же держалась вся послевоенная система международных отношений и которые были зафиксированы в версальских договорах и в статуте Лиги папин: защита коллективной безопасности, суверенность и равноправие малых государств. Рушилась целая полоса истории, 20-летняя эпоха между первой и второй империалистическими войнами, которую кратко называют: от Версаля до Мюнхена.

Империалистические интересы финансового капитала толкали вильгельмовскую Германию к созданию на костях славянских, румынского и иных народов "Срединной Европы", чтобы, опираясь на ее людские и материальные ресурсы, завоевать мировую гегемонию. Разгром центральных держав в 1918 году положил конец этим планам.

Ныне фашистская Германия, преследующая еще более обширные кровавые, грабительские, империалистические цели чем ее предшественница - вильгельмовская Германия, - начала с разрушения тех государств и порядков, которые были созданы в результате поражения центральных держав. Создание "Срединной Европы" поставлено в порядок дня политики фашистской Германии.

Уроки первой империалистической воины не прошли даром для народных масс. Тогда, при совершенно иных условиях, "международный империализм своей главной задачей ставит свержение большевизма". За выполнение этой задачи в первую очередь принялись империалисты центральных держав. Однако "пролетариат западной Европы поднялся и не оставил камня на камне в Австро-Венгрии"2 . Та же участь постигла и германский империализм. "Сначала, - сказал Ленин 8 ноября на VI всероссийском чрезвычайном с'езде Советов,- он невероятно раздулся на три четверти Европы, разжирел, а потом он тут же лопнул, оставляя страшнейшее зловоние"3 .

Эта участь ждет все фашистские агрессивные державы и в первую очередь фашистскую Германию. Красное знамя советов взовьется над освобожденной от фашизма Германией.


1 И. Сталин. Отчетный доклад на XVIII с'езде партии о работе ЦК ВКП(б), стр. 13.

2 В. И. Ленин. Соч. Т. XXIII, стр. 260.

3 Там же, стр. 266.

Orphus

© libmonster.ru

Permanent link to this publication:

https://libmonster.ru/m/articles/view/ВОЕННЫЕ-ЦЕЛИ-ГЕРМАНСКОГО-ИМПЕРИАЛИЗМА-В-ПЕРВОЙ-МИРОВОЙ-ИМПЕРИАЛИСТИЧЕСКОЙ-ВОЙНЕ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Анна СергейчикContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://libmonster.ru/Sergeichik

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

Ф. НОТОВИЧ, ВОЕННЫЕ ЦЕЛИ ГЕРМАНСКОГО ИМПЕРИАЛИЗМА В ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ИМПЕРИАЛИСТИЧЕСКОЙ ВОЙНЕ // Moscow: Russian Libmonster (LIBMONSTER.RU). Updated: 28.08.2015. URL: https://libmonster.ru/m/articles/view/ВОЕННЫЕ-ЦЕЛИ-ГЕРМАНСКОГО-ИМПЕРИАЛИЗМА-В-ПЕРВОЙ-МИРОВОЙ-ИМПЕРИАЛИСТИЧЕСКОЙ-ВОЙНЕ (date of access: 11.12.2019).

Found source (search robot):


Publication author(s) - Ф. НОТОВИЧ:

Ф. НОТОВИЧ → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Анна Сергейчик
Vladikavkaz, Russia
832 views rating
28.08.2015 (1566 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes

Related Articles
Гравитация, как, свойство материи является постоянной проблемой во все времена во всём многообразии. Со времён Ньютона гравитация, так и остаётся сущностью притяжения. Как бы не были изобретательны мыслители в двадцатых годов двадцатого века, основывали свои мышления на замкнутой системе - звёзды, солнце, планеты, Земля. Галактики, расширение Вселенной, появились чуть позже.
Catalog: Физика 
1600 ЛЕТ АРМЯНСКОЙ ПИСЬМЕННОСТИ
2 days ago · From Россия Онлайн
К ПРОБЛЕМЕ ВОССТАНОВЛЕНИЯ ТАТАРСКОГО АЛФАВИТА НА ОСНОВЕ ЛАТИНСКОЙ ГРАФИКИ
2 days ago · From Россия Онлайн
ЛОКАЛЬНАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ СОВРЕМЕННЫХ РОССИЯН (ОПЫТ ИЗУЧЕНИЯ НА ПРИМЕРЕ ПЕРЕСЛАВЛЯ-ЗАЛЕССКОГО)
2 days ago · From Россия Онлайн
Медаль была учреждена Декретом № 30 Республики Куба от 10 декабря 1979 года. Она выполняется в металле с различными слоями на поверхности: со слоем золота — I степень, со слоем серебра — II. Награждение ею производится указом Государственного совета Республики Куба за соответствующие боевые заслуги. Медалью «Воин-интернационалист» I степени награждаются «военнослужащие Революционных вооруженных сил, находящиеся как на действительной службе, так и в запасе и на пенсии, которые отличились в высшей степени в совершении боевых действий во время выполнения интернациональных миссий».
Учебное пособие составлено автором из отдельных глав и лекций, предварительно опубликованных онлайн в 2018-2019 гг. В пособии рассматриваются физические основания ряда применяемых моделей; некоторые аспекты нерелятивистского формализма в неупругом рассеянии протонов; взаимодействие нуклонов в свободном пространстве; метод связанных каналов; нерелятивистские и релятивистские подходы в изучении процессов рассеяния и ядерной структуры; релятивистские и нерелятивистские эффекты в рассеянии протонов; деформационная модель в методе искаженных волн, практическое применение деформационных моделей к неупругому рассеянию протонов. оптическая модель ядра в неупругом рассеянии протонов; применение некоторых элементов формализма для анализа экспериментальных данных по неупругому рассеянию протонов.
Catalog: Физика 
5 days ago · From Анатолий Плавко
В 2019 году Российская Федерация и Вьетнам проводят «Перекрёстный год Вьетнама и России», посвященный 25-й годовщине подписания Договора об основах дружественных отношений и приуроченный к 70-летию установления дипломатических отношений между Вьетнамом и Россией (30/01/1950-30/01/2020). Участвуя в мероприятиях в рамках Перекрёстного года, парламенты двух стран играют важную роль в развитии российско-вьетнамского сотрудничества, а также в углублении всеобъемлющего стратегического партнерства между двумя странами.
Рецензии. РЕЦ. НА: Н. Ф. МОКШИН. МИФОЛОГИЯ МОРДВЫ: ЭТНОГРАФИЧЕСКИЙ СПРАВОЧНИК
10 days ago · From Россия Онлайн
ВЫДАЮЩИЙСЯ ИССЛЕДОВАТЕЛЬ СЕВЕРНЫХ НАРОДОВ (К 150-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ В. И. ИОХЕЛЬСОНА)
10 days ago · From Россия Онлайн

Libmonster, International Network:

Actual publications:

LATEST FILES FRESH UPLOADS!
 

Actual publications:

Загрузка...

Latest ARTICLES:

Latest BOOKS:

Actual publications:

Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
ВОЕННЫЕ ЦЕЛИ ГЕРМАНСКОГО ИМПЕРИАЛИЗМА В ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ИМПЕРИАЛИСТИЧЕСКОЙ ВОЙНЕ
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Russian Libmonster ® All rights reserved.
2014-2019, LIBMONSTER.RU is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Russia


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Portugal Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones