Libmonster ID: RU-17746

Статья посвящена изменениям в представлениях о славянстве после завершения наполеоновских войн в Европе. Рассмотрен процесс возникновения движений за возрождение национального языка и культуры у славянских народов и распространения идеи славянского единства.

The article is devoted to shifts, which occurred in the concepts of Slavic peoples after the end of the Napoleonic wars in Europe. It considers the birth of the movements for the revivification of national languages and cultures among Slavic folks and widespread of the idea of Slavic unity.

Ключевые слова: славянское возрождение, 1812 год, славянское единство, панславизм.

Победа российского войска, народа, Российской империи над Наполеоном -величайшее событие не только в истории России и русского народа, но и в мировой истории, прежде всего Европы. Война, как известно, разделилась на два периода - освободительный и европейский (европейский поход русской армии). Из школьных учебников всем хорошо известно, что после завершения войны в 1815 г. произошло позорные превращение России в "жандарма Европы". Но картина совсем не так однозначна.

Прежде всего победа России в войне с Наполеоном изменила представления о славянстве. Уже в 1818 г. А. Ф. Воейков так характеризовал "другие времена", современные ему: "Друг добродетели, победы, славы, / Смиренный церкви сын, / Полувселенной повелитель, / Вселенныя освободитель, / Свое достоинство изведал Славянин!" [1. С. 267 - 268].

В пределах "вселенной", освобожденной российским войском, находились другие славянские народы: прежде всего польский, еще не забывший о прежней государственности Речи Посполитой, потерянной в результате трех ее разделов в конце XVIII в., в пределах которой и формировались народы и нации поляков, украинцев и белорусов. Не имели собственной государственности и западные славяне - чехи, словаки, словенцы, жившие в составе Габсбургской империи, носившей тогда название Священной Римской империи германской нации. Все они подвергались онемечиванию, и вопрос о языке и национальной культуре для них стоял очень остро. В несколько иной, но в целом сходной ситуации в Османской империи пребывали сербы и болгары, непосредственно не испытавшие воздействия наполеоновских войн. Результатом же русско-турецких войн XVIII в. стало бегство болгар из родных мест в соседние регионы Российской империи.


Хорошкевич Анна Леонидовна - д-р ист. наку, ведущий научный сотрудник Института славяноведения РАН.

стр. 90

Начнем с деятелей Чешского национального возрождения, новая оценка славянства которыми приближалась к цитированной выше мысли Воейкова. В конце XVIII в. - в начале XIX в. в пределах Габсбургской империи на территории Чехии возникло национальное движение за возрождение чешского языка и славянской культуры, быстро формировалась идея "общеславянского единства", которая впервые еще намеком прозвучала в 1614 г. у хорвата Ю. Бараковича [2]. Корни этой идеи эпохи славянского возрождения восходят к Средневековью, когда церковные организации православных славян уже четко понимали, что главным их оплотом может быть государь или великий князь всея Руси и его преемник -царь России [3]1.

Словацкий пастор и знаменитый поэт, писавший, правда, на чешском языке, Ян Коллар (1793 - 1829) считал, что славяне "заслуживают, чтобы определили и описали их жизнь, характер и свойства, причем как добрые, так и плохие". Честь победы над Наполеоном Коллар приписывал русскому солдату, которого и прославлял как "казны хранителя" в 61-м сонете четвертой песни сборника "Дочь славы": "Твой дух могучий, твои в беде не дрогнувшие плечи!" [5. С. 189]. Та же идея пронизывает другое стихотворение, в котором он описывал наводнение в Старых Шалеровцах 24 января 1799 г. "На помощь! - крик несется к небесам. Но нет нигде поблизости спасенья. Оно приходит из России к нам [...] Три казака, заслышав крик вдали, спустили в воду челн без промедленья и полтораста человек спасли". В 137-м сонете Ян Коллар даже пожар Москвы истолковывал как знак, "чтобы ясней вселенная (опять "вселенная"!) прочла историю мою (т.е. столицы. - А. Х.) при этом свете и знала, чем для Руси я была и каковы мои родные дети!" [5. С. 109]. Он писал, подобно А. С. Пушкину: "Москва горящая! Для нас ты символом победы стала!" [5. С. 203].

Победоносная для России война казалось бы подкрепила пророчество немецкого философа И. Г. Гердера о возрождении величия и единства славянского мира, которое нашло отклик прежде всего в Богемии. По словам чешского ученого-филолога Йосефа Юнгмана (1773 - 1847), наиболее активная деятельность которого приходится на первую половину XIX в., победа над Наполеоном "возвысила славянский мир и окажет немалое воздействие на развитие и совершенствование русских [...] теперь ясно также, что музы обоснуют свою резиденцию на севере" (цит. по [6. С. 38]). Юнгманну вторил И. А. Марек: "Там на Востоке дух Славии веет [...] Там славянам открыты горизонты" (цит. по [6. С. 42]). Симпатии к России испытывал и такой деятель Чешского национального возрождения - "будителей", как Вацлав Ганка (1791 - 1861), в 1817 г. подготовивший перевод сербских и двух русских народных песен. Любовь Ганки к собственной родине была столь велика, что подвигла его, ученика великого основателя славянской филологии Йозефа Добровского, на создание якобы древних - так называемых Краледворской и Зеленогорской рукописей2. Особенно плодотворен был Франтишек Ладислав Челаковский (1799 - 1852). В 1822 - 1827 гг. он подготовил публикацию "Славянские национальные песни", куда наряду с чешскими, словацкими, польскими, сербскими, болгарскими и другими включил русские и украинские. А в 1829 г. он создал цикл "Отзвук русских песен" по мотивам былин о русских богатырях. В последний год жизни - в 1851 г. - Челаковский успел издать сборник "Мудрости славянских народов в пословицах".

При этом симпатии чешских будителей к России сочетались с идеей славянского единства, будущей "Всеславии", которая особенно отчетливо выражена в сборнике "Дочь славы" Яна Коллара, первое издание которого вышло в 1824 г.


1 В самой России первого царя прославляли как "в благодати всея вселенныя концех возсиявшего" [4. С. 306].

2 Точку в долгой истории полемики по поводу подлинности этих произведений поставила Л. П. Лаптева.

стр. 91

Это произведение по праву считается первым манифестом панславизма. 20-й сонет, как показали В. А. Мильчина и А. Л. Осповат, был вскоре переведен на английский, затем на французский и, наконец, с французского - на русский, чтобы быть опубликованным в феврале 1831 г. в N 11 журнала "Телескоп" в следующем виде: "Исполинская дщерь Славян, могущественная Россия, когда соединишь ты в одну рукоять эти разметанные ветви одного корня, когда сольешь в один поток эти расплесканные волны одной крови?" [7. С. 101]. Очевидно именно на это Пушкин и ответил "Клеветникам России", заимствовав образ у Коллара: "Славянские ль ручьи сольются в Русском море? / Оно ль иссякнет? Вот вопрос".

Для Яна Коллара сомнений не было. В мечтах поэт видел "Славы храм", возведенный на "дряхлых руинах": "Страну создайте, слившись воедино [...] Пусть из частей различных будет тело". Границы этого "тела" Коллар раздвигает от Афона и Царьграда не только до Волги, Уральских гор, к Камчатке, но и далее за океан. "Повсюду - наша родина, о братья! [...] где только речь славянская слышна [...] Везде Всеславия, везде она!" [5. С. 113]. Но при этом советовал потомкам: "Но голову (славянское тело. -А. Х.) должно одну иметь" - Россию, на которую он смотрел с большой надеждой.

Общеславянский патриотизм характерен был и для знаменитого филолога И. Линде, и у него панславизм также сочетался с идеей главенства единственной независимой славянской страны - России. Эти литературная и политическая утопии эпохи романтизма не только родственны, но и происходят из одного корня.

В России идея славянского единства стала известной после поездки в Европу географа, этнографа П. И. Кеппена (1793 - 1864), выпускника Харьковского, позднее доктора философии Тюбингенского университета, члена-корреспондента Санкт-Петербургской императорской академии наук, который познакомился с Яном Колларом в Пеште 27 мая 1822 г. От автора он и получил сборник "Дочь Славы". Связи с чешскими литераторами поддерживали и другие русские ученые. О. М. Бодянский, с 1837 по 1842 г. находившийся в командировке во многих славянских странах, в 1837 г. стал автором специального исследования "О народной поэзии славянских племен". Ученый уже со студенческих лет особо интересовался словацкой литературой, результатом чего в 1835 г. стала публикация обширной рецензии на сборник Коллара "Светские песни словаков в Венгрии" (1834 - 1835). Считалось, что Бодянский заразил своим "панславизмом молодую неопытную молодежь". Видимо, не только ему была не чужда идея славянского единства, недаром плодом европейского путешествия П. И Кеппена оказалось "Собрание словенских памятников, находящихся вне России", книга 1 (она же и последняя), которая была издана в 1827 г. Не исключено, что продолжения не последовало после польского восстания начала 30-х годов XIX в.

Это восстание в какой-то степени уменьшило воздействие войны 1812 г. и направило мысль славянских писателей, ученых и мыслителей по другому руслу.

Под впечатлением этого восстания в 1832 г. замечательный польский поэт Адам Мицкевич (1798 - 1855) написал третью, можно сказать автобиографическую часть поэмы "Дзяды" (день поминальной памяти усопших). В отличие от своих чешских и словацких современников, имевших чисто романтическое представление о России, он, член Виленского общества любителей науки (филоматов) и филоретов (любителей добродетели), весьма подробно и реалистично рассказал о разгроме этого, казалось бы, совершенно невинного в политическом смысле общества и судьбе его членов, высланных в Россию. Сам Мицкевич находился в заточении с 23 октября 1823 г. до 24 апреля 1824 г. В третьей части "Дзядов", действительно поминальной, как и "Отрывке", созданном несколько позднее, он суммировал свои представления о России, в которой провел пять лет (1824 - 1829): пустынная, заснувшая под снегом страна, в которой не видно ни людей, ни памятников куль-

стр. 92

туры, открытое пространство не только для морозов и свирепых ветров, но, самое главное, для зла и Сатаны ("Дорога в Россию"), со столицей в городе смерти для человека ("Петербург"), в городе несвободы, откуда царь, подобный Ироду, сеет неволю по всей Европе ("Моим друзьям").

Однако в это же время прозвучал и голос в защиту России, как великого и могучего государства, каковые якобы только и потребны для развития рода человеческого. Этот голос принадлежал одному из предводителей польского восстания 1830 - 1831 г. графу Адаму Туровскому, эмигрировавшему во Францию, но в 1834 г. решившемуся вернуться в Российскую империю, автору брошюры "Правда о России и о восстании в польских провинциях"3. Он утверждал, что едва на исторической сцене появились Россия и Польша, главным стал "единственный вопрос, кому из них суждено стать во главе империи, объединяющей все народы славянские". Именно в этом Туровский видел источник всех предшествующих войн и утверждал, что "Славония нуждается в единстве, ей потребны одна глава, один дом, одно направление, одна воля" и что де теперь этот вопрос окончательно решен в пользу России. Однако, только для автора брошюры, "который рожден в Польше", значит принадлежит "Славонии. Россия этот мир представляет и воплощает, она его сердце, его душа". С ним не согласился другой российский подданный бывший дипломат князь П. Б. Козловский. В своих замечаниях он прежде всего подверг сомнению само понятие Славонии, которое Туровский якобы "позаимствовал у господ Рылеева, Пестеля и прочих, которые изобрели союз славянских племен". Козловский подчеркнул и практическую неосуществимость идеи выделения славянских территорий, ссылаясь на опыт внешней политики Петра Великого, отнюдь не ограничивавшегося завоеванием подобных земель. Он попытался опровергнуть утверждение Туровского относительно подчинения церковной власти светской в России.

Любопытную эволюцию проделал и Мицкевич. В середине 1840-х годов он выступил "пропагандистом", употребляя стандартный термин идеи славянского единства. В "Лекциях по славянской литературе", читанных им в Парижском Коллеж де Франс в 1840 - 1844 гг., поэт говорил от имени всего славянства - в первую очередь поляков (их он несколько обособлял от других ветвей славянства), русских, чехов, сербов и утверждал, что все они составляют целостное тело, сохраняемое на протяжении веков благодаря языковому единству. И все это несмотря на то, что общеславянский язык, по Мицкевичу, разделился подобно древу с двумя ветвями на язык чехов-лехов (поляков) и Руси. Характерными для всех славян он считал мирный нрав, доброту, мужественность и богобоязненность, свойственные и отдельным представителям данной этнолингвистической христианской общности. Неразвитость языческой мифологии и отсутствие жрецов подготовило славян к легкому принятию христианства, которое, по Мицкевичу, вполне соответствовало их духу: "Это племя религиозное, племя простое, племя доброе и сильное" [9. S. 211]. Этот более взвешенный подход к идее славянского единства прозвучал из уст Мицкевича незадолго до новой волны восстаний в Европе.

На ту же тему несколько раньше, в 1832 г., весьма недвусмысленно высказался будущий (1834 - 1849) министр просвещения России С. С. Уваров (1786 - 1855), автор формулы, определенной им самим как "соединение духовное", а на самом деле основы государственной политики России - триединства: "православие, самодержавие, народность", более чем через 150 лет снова востребованного в Российской Федерации.

В панславизме, занесенном от западных славян, грезивших не только о национально-государственном самоопределении, как условии национального возрож-


3 Цитаты из этого произведения, равно как и замечаний П. Б. Козловского приводятся в переводе В. А. Мильчиной, А. Л. Осповата [8].

стр. 93

дения, и в отечественном славянофильстве с его неприятием государственности Уваров увидел угрозу неопределенной "русскости", в понятие которой входили все подданные императора. (Поэтому он и не внял призыву академика М. П. Погодина 1842 г. взять западных славян под покровительство России хотя бы в области национальных культур, науки и просвещения.) Тем более опасными ему показались идеи исторической и культурной самобытности "малороссов". Если "братчики" (члены Кирилло-Мефодиевского братства), по его мнению, стремились к разъединению, то славянство, напротив, жаждет уничтожения "провинциального духа", "слияния всех местных патриотизмов в один общий патриотизм, сосредоточения всех сил в руках одного вождя и в недрах одной Церкви" [9. С. 203]. Страх не заставил Уварова обвинить "малороссов" в природном, исконном сепаратизме, он, украинец по отцу, считал, что его соотечественники стали жертвой "мятежного духа польского". В министерском циркуляре 27 мая 1847 г. были поставлены все точки, в том числе и над одной из составных уваровского триединства: "Народность наша состоит в беспредельной преданности и повиновении самодержавию, а славянство западное не должно возбуждать в нас никакого сочувствия. Оно само по себе. Мы сами по себе. Мы сим торжественно от него отрекаемся" (выделено мной. - А. Х.). Усилия Уварова по обеспечению духовно-политической изоляции страны оказались бесполезны. Доктрина народности, выродившись в монархическую идею, привлекательную для династии и бюрократической элиты, не предотвратила политический кризис конца 50-х - начала 60-х годов XIX в. Добавим- неплохой урок для современных отечественных политологов и их хозяев...

Подводя итоги рассмотрению вопроса о влиянии войны 1812г. на формирование идеи панславизма, можно выделить два первых этапа - бурного романтического подъема до 1830 - 1831 гг. и некоторого отрезвления надежд славянских народов на Россию после польского восстания. Напротив, в России в это время идея панславизма привела к формированию славянофильства, по существу оппозиционного имперской власти.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Воейков А. Ф. Послание к моему другу-воспитаннику о пользе путешествия по Отечеству // Вестник Европы. 1818. Ч. XCIX. N 9.

2. Одесский М. П., Кацис Л. Ф. А. С. Пушкин и Я. Коллар. Из комментария к стихотворению "Клеветникам России" // А. С. Пушкин и мир славянской культуры. М., 2000; Одесский М. П., Кацис Л. Ф. Пушкин-Коллар-Мицкевич // Известия АН. Сер. лит. и русск. яз. Т. 58. N 3; Одесский М. П., Кацис Л. Ф. Поэтика славянской "взаимности". В. В. Хлебников и В. В. Маяковский. 2003.

3. Россия и греческий мир в XVI веке. М., 2004. Т. 1. N 5, 59, 64. С. 131, 177, 1841. 03 - 31.05. 1508 г., 1547/1548 гг., 28. 08. 1550.

4. Полное собрание русских летописей. М., 1965. Т. 29.

5. Коллар Ян. Сто сонетов. М., 1973.

6. Очерки истории чешской литературы XIX-XX вв. М., 1963.

7. Телескоп. 1831. N11.

8. Гуровский А. Правда о России и восстании в польских провинциях // http://lib.pushkinskiy dom.ru.

9. Mickiewicz A. Literature slowianska // Mickiewicz A. Dziela w 16 t. Warszawa, 1955. T. XI.


© libmonster.ru

Permanent link to this publication:

https://libmonster.ru/m/articles/view/ВОЙНА-1812-ГОДА-И-ИДЕЯ-СЛАВЯНСКОГО-ЕДИНСТВА

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Россия ОнлайнContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://libmonster.ru/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

А. Л. ХОРОШКЕВИЧ, ВОЙНА 1812 ГОДА И ИДЕЯ СЛАВЯНСКОГО ЕДИНСТВА // Moscow: Russian Libmonster (LIBMONSTER.RU). Updated: 06.08.2022. URL: https://libmonster.ru/m/articles/view/ВОЙНА-1812-ГОДА-И-ИДЕЯ-СЛАВЯНСКОГО-ЕДИНСТВА (date of access: 12.08.2022).

Found source (search robot):


Publication author(s) - А. Л. ХОРОШКЕВИЧ:

А. Л. ХОРОШКЕВИЧ → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex


Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Россия Онлайн
Москва, Russia
32 views rating
06.08.2022 (6 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes
Related Articles
ПОИСК ОБЩЕГО ЗНАМЕНАТЕЛЯ ЗАСЛУГ В МОНАРХИИ ГАБСБУРГОВ В XVIII ВЕКЕ: ОРДЕН СВ. СТЕФАНА
Catalog: История 
8 hours ago · From Россия Онлайн
И вновь простой русский солдат заслонил своей грудью мир, приняв удар на себя. Цена нашей победы над атомом - тысячи человеческих жизней. Но они не пропали даром, благодаря чернобыльскому опыту в стране создана лучшая в мире система радиоактивной защиты, Сегодня мы готовы к отражению любых угроз
ПАМЯТИ СИГУРДА ОТТОВИЧА ШМИДТА (1922-2013)
Yesterday · From Россия Онлайн
О КНИГЕ М. ГАЕКА "ВОСПОМИНАНИЯ О ЧЕШСКИХ ЛЕВЫХ" (РАЗМЫШЛЕНИЯ РОССИЙСКОГО ИСТОРИКА)
2 days ago · From Россия Онлайн
ПРОБЛЕМА ЭФФЕКТИВНОСТИ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ КОМИНФОРМА И МОТИВЫ ЕГО РОСПУСКА В КОНТЕКСТЕ ОТНОШЕНИЙ СССР И СТРАН СОВЕТСКОГО БЛОКА С ЮГОСЛАВИЕЙ. 1949-1956
Catalog: История 
2 days ago · From Россия Онлайн
ВЛИЯНИЕ БАЛКАНСКИХ ВОЙН 1912-1913 ГОДОВ НА НАЦИОНАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ В СЛОВЕНСКИХ ЗЕМЛЯХ
2 days ago · From Россия Онлайн
ЧЕШСКИЕ ПЕРЕСЕЛЕНЧЕСКИЕ ГОВОРЫ НА СЕВЕРНОМ КАВКАЗЕ И В ЗАПАДНОЙ СИБИРИ
Catalog: История 
2 days ago · From Россия Онлайн
К ЮБИЛЕЮ СВЕТЛАНЫ МИХАЙЛОВНЫ ТОЛСТОЙ
Catalog: История 
3 days ago · From Россия Онлайн
ПАМЯТИ ЕЛЕНЫ КОНСТАНТИНОВНЫ РОМОДАНОВСКОЙ (1937-2013)
Catalog: История 
3 days ago · From Россия Онлайн
К 90-ЛЕТИЮ ЕЛЕНЫ ЗАХАРОВНЫ ЦЫБЕНКО
Catalog: История 
3 days ago · From Россия Онлайн

Actual publications:

Latest ARTICLES:

Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
ВОЙНА 1812 ГОДА И ИДЕЯ СЛАВЯНСКОГО ЕДИНСТВА
 

Contacts
Watch out for new publications: News only: Chat for Authors:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Russian Libmonster ® All rights reserved.
2014-2022, LIBMONSTER.RU is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Russia


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones