Libmonster ID: RU-17341
Author(s) of the publication: Ю.М. ИЛЬИН

28 сентября 1999 г. в Институте Африки РАН состоялось торжественное заседание, посвященное 40-летию Института Африки - головного центра отечественной африканистики, которое предшествовало трехдневной работе восьмой всероссийской конференции африканистов Африка на пороге третьего тысячелетия". В работе форума участвовали ученые из Москвы, Санкт- Петербурга, Екатеринбурга, Нижнего Новгорода, Казани, Саратова, Владимира, а также из Донецка, представители МИД РФ и ряда общественных организаций, африканского дипломатического корпуса в РФ, российские и африканские аспиранты и студенты.

Ученых-африканистов приветствовал вице-президент РАН акад. В.Н. Кудрявцев, который зачитал обращение президента РАН акад. Ю.С. Осипова. Приветственный адрес министра иностранных дел И.С. Иванова коллективу института огласил директор департамента Африки МИД РФ И.И. Студенников. С приветствиями также выступили министр культуры и образования Габонской Республики Даниэль Она-Ондо, директор Института Дальнего Востока РАН чл.- кор. МЛ. Титаренко, зав. кафедрой африканистики Санкт-Петербургского университета А.А. Жуков, Чрезвычайный и Полномочный посол Республики Кот- д'Ивуар в РФ Дьендоннэ Эссьенн.

На первом пленарном заседании с докладом "Африка - падчерица глобализации" выступил председатель Научного совета РАН по проблемам экономического, социально-политического и культурного развития стран Африки, директор Института Африки A.M. Васильев (*).

Работа конференции проходила в 12 секциях. С докладами и научными сообщениями выступили более 200 человек (1), в том числе ученые из Кении, Нигерии, ЮАР, Канады, США и Франции, а также аспиранты из Анголы, Гвинеи, Зимбабве, Кении, Кот-д'Ивуара, Мавритании, Нигерии, Сенегала и Эфиопии, обучающиеся в Москве. Кроме того, свои тезисы представили африканисты из Австрии, Анголы, Бельгии, Великобритании, Ганы, Германии, Греции, Италии, Камеруна, Канады, Нигерии, Португалии, Судана, США, Франции, Узбекистана, Украины, ЦАР, Эфиопии и ЮАР.

Конференция африканистов ставила своей целью подвести итоги исследований в области отечественной африканистики в конце XX в. и наметить их основные направления на первое пятилетие XXI в. Перед участниками конференции стояла задача рассмотреть широкий круг проблем по следующим направлениям: экономика, российско-африканские отношения и экономическое сотрудничество, история, международные отношения, политика, социология, этнография, философия, география, право и строительство национальной государственности, культура, языкознание, литературоведение, религия, а также относительно новое направление - регионализм и федерализм в полиэтническом государстве.

В докладах и выступлениях секции "Экономика Африки: уроки прошлого и надежды на будущее" были рассмотрены актуальные проблемы развития мирохозяйственных связей в конце XX в., возможности интеграции Африки, международные торговые и финансовые потоки, характерные тенденции в деятельности транснациональных компаний и банков в странах континента, а также роль иностранных инвестиций в реформировании экономики и проблемы государства и рынка. При обсуждении докладов особое внимание уделялось особенностям


* Полностью доклад A.M. Васильева опубликован в журнале "Азия и Африка сегодня" (2000, N 1, с. 2-8; N 2, с. 10-14).

стр. 133


развития стран Африки в условиях переходного периода, некоторым общим методологическим подходам к оценке социально-экономической ситуации, складывающейся в отдельных отраслях и странах, а также социальным последствиям экономических преобразований.

Расхождение во мнениях вызвал вопрос об индустриализации африканских стран, снижении значения традиционных сырьевых отраслей и выдвижении на первый план поиска своего места в больших технологических системах, разработке альтернативных источников энергии, биотехнологий и т.д. Были высказаны различные точки зрения на перспективы африканской экономики в условиях сокращения реального сектора и расширения сферы услуг (так называемая "экономика символов", а также досуг, туризм и др.), отрыва финансов от реального сектора.

В ряде докладов затрагивались финансовые проблемы, которые представляются чрезвычайно сложными для решения в странах Африки, тем более что внешняя задолженность их растет, а темпы роста ВВП остаются незначительными (по данным ЮНКТАД). В то же время, благодаря реформированию инвестиционного законодательства, перспективы притока прямых иностранных инвестиций в ряде африканских стран в последние годы заметно расширились, и этот опыт в определенной степени может быть использован Россией. Дискуссию вызвал доклад В. В. Павлова (Ин-т Африки) о росте влияния транснациональных банков (ТНБ). ТНБ все в большей степени берут на себя те функции, которые ранее выполняли государственные органы индустриальных стран и которые не ставят перед собой задачу кредитовать промышленность или сельское хозяйство. Деятельность ТНБ ведет к отсечению реального сектора экономики в африканских странах от современного банковского обслуживания, что не позволяет африканцам разместить свои авуары, препятствует закупке импортного оборудования, приводит к огромным издержкам в национальном секторе. В то же время Африка насчитывает всего 15 банков, контролируемых частным национальным капиталом, а ТНБ не допускают национальный капитал ни в сферу внешней торговли, ни в сферу кредитования инвестиционных проектов.

В дискуссии по этому вопросу Даниэль Она-Ондо подчеркнул, что во всем мире существует немного подлинно крупных банков и прорыв ТНБ в Африку - дело не новое, а их внедрение в зону франка имеет основной целью продвижение французской торговли. Д. Она-Ондо изложил суть государственной политики Габона, касающейся создания национальных банков, фондов поддержки малых и средних предприятий, решения вопросов, связанных с узостью внутреннего рынка и необходимостью крупных начальных капиталовложений.

Рассмотрение проблем ресурсно-сырьевой ориентации экономики, т.е. создания ВВП за счет продажи сырья, полуфабрикатов и др., привело к выводу о возможности использования опыта Африки Россией, тем более что по коэффициенту "развитости" в 1998 г. Россия вышла из числа развитых государств. Что касается Африки, то, по оценкам, приведенным с помощью специальных матриц, ее экономика находилась в текущем десятилетии в стадии экономической деградации.

Вопросы, касающиеся взаимодействия государства и рынка, также, по мнению выступавших, являются актуальными как для Африки, так и для России, а роль каждого из этих факторов в хозяйственном развитии постоянно порождает новые теории и споры, что приводит к выводу о необходимости взвешенного подхода и учета колебаний экономической и политической конъюнктуры в отдельных странах и в мире в целом.

Одной из острейших проблем, рассмотренных на заседании секции, является положение в ее аграрном секторе. Было высказано мнение о том, что в африканской деревне традиционное хозяйство как таковое было разрушено, а новые способы и модели хозяйствования привить не удается, так как для этого нужно глубокое понимание вековых особенностей и традиций, сложившихся в аграрном секторе, нужна философия хозяйствования.

Не менее острыми для Африки являются вопросы занятости и подготовки специалистов. Безработица здесь достигает 30 млн. человек, а неполная занятость характерна почти для половины населения континента, при этом безработица среди молодежи в 3-4 раза выше, чем среди лиц среднего возраста. Выступавшие подчеркнули необходимость регулирования рынка труда, ибо социальные последствия безработицы слишком серьезны. Много общих точек соприкосновения для России и Африки нашли участники секции и при обсуждении проблемы минимизации коррупции в странах с переходным типом экономики.

Противоречивость и сложность процессов экономического развития в странах Африки была продемонстрирована выступавшими на примерах таких стран, как Кот-д'Ивуар, Мали, Уганда,

стр. 134


Малави. В этих государствах периоды некоторого оживления экономической деятельности сменялись глубоким спадом, причиной чему служили как внешние, так и внутренние субъективные и объективные факторы, а также отсутствие, как правило, цельной концепции реформирования экономики. В дискуссии поднимались вопросы поиска своей экономической "ниши" для стран, обладающих специфическими ресурсами или наладивших узкоспециализированное производство. Одновременно с этим подчеркивалась необходимость сбалансированного развития.

В целом дискуссия показала, что Россия и страны Африки сталкиваются с общими проблемами на путях реформирования экономики. Остается много спорных моментов в предлагаемых концепциях развития. Требуют к себе пристального внимания опыт прошлого и зачастую невостребованные, но имеющие ряд положительных моментов варианты развития. Представляется также необходимым при выработке экономических решений учитывать традиции населения, его менталитет.

Рассматривая тему "Экономическое развитие в условиях глобализации", Ю.М. Осипов подвел итоги более чем 30-летнего периода независимого развития стран Африки. Он отметил крайне неблагоприятное социально-экономическое положение большинства стран континента и их перспективы. По его мнению, несмотря на некоторые позитивные сдвиги, ряд стран, расположенных к югу от Сахары, по-прежнему остается на обочине мирового прогресса, а под ударами кризиса 80-х годов многие африканские страны, по сути, оказались на грани экономического и финансового банкротства и вынуждены бороться за свое выживание. Схема "догоняющего развития" не вписывалась в специфические реалии африканской жизни, подавляя импульсы "закономерного экономического развития", его "естественные фазы и периоды". Углубление кризисной ситуации в Африке усиливало тенденцию к смене вех. Реформы либерального толка стали рассматриваться почти как универсальное средство решения обострившихся проблем. Популярности этих реформ в немалой степени способствовал "демонстрационный эффект" экономического либерализма на Западе. Однако "перестройка" в африканском регионе проходит не столь гладко, как того хотелось бы идеологам современного монетаризма. Если вначале не отвергались напрямую программы стабилизационно-структурной адаптации, то уже вскоре стали обнажаться противоречия с международными финансовыми организациями, и прежде всего с МВФ, которые требовали от африканских властей строго соблюдать "оздоровительные предписания".

Оживились споры относительно места и роли государства на переходном этапе рыночно ориентированного развития и, особенно, при решении проблем социальной адаптации населения к реформам. Столь же заметно менялись взгляды на приватизацию государственной собственности. Одновременно выявились расхождения в позициях по поводу стратегии международного содействия развитию Африки, а также методов приспособления экспорта и валютного режима стран региона к структурным сдвигам в мировой экономике и торговле. Суть вопроса, по мнению Ю.М. Осипова, заключается не в том, надо или не надо развивать рыночные отношения, а в том, как их развивать, какова должна быть стратегия и тактика решения этой сложной задачи.

С докладами выступили также: Б.Б. Рунов "Становление глобальной экономики и изменение условий интеграции Африки в мировое хозяйство", Г.Е. Рощин "Некоторые аспекты долговой проблемы стран Тропической Африки", Ж. Дорна (Ангола) "Всемирная торговая организация и проблемы наименее развитых стран Африки", С.А. Бессонов (Гос. ун-т-Высшая школа экономики, Москва) ""Экономика развития" как методологическая основа разработки и реализации политики развития", Е.В. Морозенская "Государство и рынок: взаимоисключение или взаимодополнение?", А. В. Никифоров "Аграрные преобразования в Африке: итоги и перспективы", B.C. Баскин "Экономическое развитие в условиях глобализации", И.Б. Маценко "Состояние и перспективы рынка труда в Африке в условиях структурных реформ", В. П. Морозов "Африканские страны в системе международных торговых отношений", З.И. Токарева "Эволюция экономики Республики Кот-д'Ивуар: от упадка к стабилизации и подъему" и др.

На заключительном заседании секции были рассмотрены итоги социально- экономического развития стран Африки за последние годы с учетом данных сессии МВФ, посвященной проблемам инфляции и нищеты в современном мире. По данным МВФ, для стран Африки южнее Сахары за 1995-1998 гг. экономический рост составил в среднем 4% в год, а в 1999 г. -

стр. 135


2,9%. Инфляция сопровождалась значительным снижением темпов роста по сравнению с 1995 г., когда она составляла 40,4, а в 1998 г. снизилась до 10,5%, а в 1999 г. оценивается в 11,4%.

В работе секции "Противоречия социально-политической модернизации" тематика докладов и научных сообщений концентрировалась в двух блоках вопросов. Один из них - ход, характер, противоречивость социальных изменений в странах Африки, сочетание и коллизии модернизирующихся и традиционных компонентов в эволюции африканских обществ. Отмечалось, что процесс модернизации, начавшийся еще в период колониализма, сопряжен в то же время с негативными последствиями - нарушением целостности традиционных обществ, частичным разрушением складывавшихся веками норм хозяйствования и социальных отношений (выступление Ю.В. Потемкина). Причем это весьма болезненно сказывается на положении крестьянских масс, составляющих в большинстве африканских стран свыше половины населения.

Было отмечено, что претерпели немалые изменения и традиции большесемейной и племенной солидарности. Прямое или косвенное привлечение колониальной администрацией верхних "этажей" традиционных иерархий к системе управления породило феномен патронажно-клиентельных отношений. В постколониальный период клиентелизм стал органической чертой управленческого аппарата, питающей коррупцию, непотизм и т.п., что создало соответствующее представление о моральном облике африканской бюрократии и во многом определяет низкую эффективность социально-экономической политики большинства африканских государств.

Деколонизация Африки ознаменовалась экономическим оживлением, постепенно создавалась современная социальная инфраструктура, повышавшая качество жизни широких слоев населения и служившая в конечном счете целям общественной модернизации. В социальных связях наметился отход от традиционных норм, дальнейшее их ослабление. Однако прогрессивная тенденция социально-экономического развития иссякла уже к 80-м годам, и 20 последних лет останутся в истории Африки периодом обострения широкого спектра социальных проблем. Если в прошлом кризис охватил лишь традиционные отношения, то в 80-90-е годы он распространился и на социальную сферу.

Важным элементом социального кризиса является усиление в последние годы дезинтегративных тенденций на разных уровнях - семьи, общины, этноса, нации (государства). Как отметила О.Б. Громова, эти тенденции в известной мере связаны с процессом общественной модернизации (углубляющиеся социальная дифференциация, разделение труда, социальная стратификация и т.д.). Вместе с тем некоторые аспекты данного процесса создают реальную угрозу ослабления и распада социальной ткани, имеют негативное воздействие на социально- политическую атмосферу. С ростом безработицы (выступление Н.Г. Алабужиной) ослабевает социальное взаимодействие трудящихся, разрываются производственные и семейные связи, сужаются межличностные отношения. Вынужденная эмиграция подрывает устои социальной интеграции на родине, что не может "компенсироваться" тягой к этнической консолидации эмигрантов в принимающей стране. Такое беспрецедентное по масштабам явление, как беженцы в Африке, играет негативную роль в разрыве социальных связей. Социальная дезинтеграция усиливается и в результате постепенного размыва традиционных систем ценностей.

В последние годы на континенте усилились этнополитические конфликты. Они не раз выливались в кровопролитные и затяжные войны. Межклановые, межэтнические, межконфессиональные конфликты и гражданские войны приобретают экстремальный характер (Демократическая Республика Конго, Сьерра-Леоне, Ангола и др.). Противоречия на этноконфессиональной почве становятся мощным фактором социальной, а порой и государственной дезинтеграции и даже фактической деэтатизации (Сомали).

Зам. директора Института Африки Л.В. Гевелинг затронул малоисследованную на африканском материале проблему организованной преступности и коррупции, основными институциональными субъектами которых стали лутократия (лидеры организованной преступности) и клептократия, одновременно выступающие в качестве социальных общностей и вторичных форм организации власти. В последние два десятилетия в Африке интенсивно развивается так называемая негативная экономика (НЭК) - материальная основа лутократии. В отличие от позитивной экономики хозяйственное "подполье" функционирует вопреки общественным нормам и с целью быстрого обогащения доминирующих в нем социальных субъектов. Главные проявления НЭК - наркобизнес, подделка денег, крупномасштабные финансовые мошенничества, контрабанда, незаконная иммиграция и проституция,

стр. 136


организованный рэкет и т.д. НЭК создает предпосылки для формирования параллельных и латентных социальных структур, составляющих значительную часть преступного мира. Эти криптосоциальные группы нередко трансформируются во властные центры, играющие заметную роль как в функционировании политических и экономических структур в самих африканских странах, так и в международной преступной деятельности.

Докладчик обратил внимание на развитие клептократии, которая базируется на разветвленных системах политической и экономической коррупции, позволяющей группам высокопоставленных должностных лиц использовать служебные полномочия для самообогащения и укрепления своего общественного положения. Клептократов и лутократов сближает их общая референтная группа - плутократия, свойственные им отношения социального паразитизма, сопоставимый материально-нравственный ущерб, наносимый обществам африканских, а отчасти и неафриканских стран. Борьба с организованной преступностью формально ведется в Африке уже несколько десятилетий, однако позитивные результаты антикоррупционных кампаний до сих пор остаются более чем скромными.

Широкая палитра (политическая, социальная, экономическая, этническая, правовая) тематики секции позволила ее участникам выступить с докладами и научными сообщениями по многим аспектам этих направлений. Так, Ж.О. Огункойя (Лагосский ун-т, Нигерия) обратил внимание на наличие тесной связи между социальной нестабильностью в Африке и пауперизацией населения. Только депауперизация, считает ученый, приведет Африку к миру. Аналогичную точку зрения высказал другой представитель того же университета - К. Огундоволе. Среди множества проблем, с которыми столкнулась Африка после обретения независимости, он отметил низкий уровень управленческой культуры, коррупцию, большую внешнюю задолженность, политическую нестабильность, во многом обусловленную неадекватностью межэтнических отношений, и др.

С докладом "Политическая и экономическая антропология кочевого общества", основанным на полевых исследованиях в Сахаре и Сахеле, выступил Андре Буржо (Нац. совет научных исслед., Франция). Он проанализировал социальную структуру кочевников-туарегов и политические роли каждой из основных страт этого относительно замкнутого общества, искусственно разделенного границами нескольких государств.

Доклад В.И. Гусирова "Реколонизация Африки: опасность или спасение?" обратил внимание на существующую точку зрения о неспособности многих африканских стран обеспечить свое политическое существование без каких-либо новых моделей колониальной зависимости от помощи развитых стран Запада. По мнению докладчика, африканское общество видит возможность решения проблем социально-экономического и политического развития лишь на путях тех или иных форм реколонизации. Будет ли усиливаться эта тенденция - покажет время.

И. В. Следзенский в докладе "Демократизация. Сопоставление кризисных тенденций развития в евро-африканском и евразийском пространствах" выдвинул положение о формировании в постколониальный и постсоветский периоды относительного тождества (но не идентичности) кризисных тенденций развития в евро-африканском и евразийском пространствах. Он отметил, что распад СССР расширил возможность сопоставлений постсоветского и постколониального миров. По его мнению, условия и ход общественной эволюции в этих ареалах во многом совпадают. Это относится, в частности, к кризису общенациональной идентичности, более или менее явно замещаемой этнизмом и регионализмом: к возрождению традиционных социальных и политических структур (родовых, племенных, общинных), к подъему этнического, а в некоторых случаях и политического ислама и т.д.

В докладах и выступлениях по второму (политическому) блоку вопросов прослеживалась мысль, что политические перемены последних лет, которые проходили под лозунгом демократизации, нередко сопровождались внутренними конфликтами и междоусобными войнами на базе этнической неоднородности государств. Б. Г. Петрук отметил, что при отсутствии устойчивых демократических институтов африканские лидеры опираются на свои этносы, религиозные организации, региональные группировки и на силовые структуры. Вместе с тем в ряде африканских стран процесс политической модернизации проходил в более или менее эволюционном русле.

Преподаватель Лагосского университета О.М. Огбинака (Нигерия) отметил, что военное правление является формой господства и подавления, которое навязывается африканским странам как внутренними, так и внешними силами. Милитаризм препятствует стремлению к опоре на собственные силы, росту и развитию африканских народов. По его мнению, проект

стр. 137


"демилитаризации" остается минимальным требованием, направленным на сдерживание разрушительных тенденций, которые закрепляют экономическую отсталость и политическую нестабильность в регионе.

Это положение было проиллюстрировано в выступлении нигерийской аспирантки РУДН А.Э. Ифеомы, отметившей, что после достижения независимости Нигерией в 1969 г. в стране произошло более 10 военных переворотов и за этот период лишь немногим более 10 лет у власти находились гражданские правительства. Установление военно-диктаторских методов правления приводило к насилию, межэтническим противоречиям и войнам.

Активной роли армии в политической жизни государств был посвящен доклад Ю. Г. Сумбатяна (МГУ), по мнению которого эта роль объясняется переходным характером африканских обществ и внешними причинами, в основном противоборством в период "холодной войны" двух мировых систем - капитализма и социализма. В 80-90-е годы начался процесс трансформации военных режимов в гражданские. В ряде стран (Заир, Конго, Мали, Того, Чад, Либерия, Эфиопия) переход к многопартийности сопровождался этническими конфликтами, войнами, ростом числа беженцев. Но в Африке есть и другие примеры. Так, Л.О. Низская отметила, что легитимный переход власти от одного лидера к другому (Бенин, Замбия) стал уже реальным, хотя пока и нетипичным явлением в Тропической Африке. В выступлении П.М.Л. да Консейсау (Ангола) была подчеркнута бесперспективность решения ангольского конфликта военным путем, что проявилось в кризисе УНИТА, в расколе ее руководящей группы.

Политические изменения в Африке показали их тесную взаимосвязь с политической культурой африканского общества. Н.И. Высоцкая в докладе "Тропическая Африка: политические реформы и политическая культура" отметила, что эта взаимосвязь проявляется в особенностях поведения государственных верхов, бюрократической буржуазии, представителей среднего класса, широких слоев населения в городах и сельской местности. Специфика социальной структуры африканского общества, противоречивость интересов составляющих его слоев и классов предопределили неоднородность политической культуры в странах Тропической Африки. Наиболее адекватными сложившемуся социальному размежеванию, по мнению Н.И. Высоцкой, являются различия между субкультурой элиты, массовой политической культурой и субкультурой среднего класса. Но в целом политическая культура является производной от общей африканской культуры и отражает уровень социально-экономического развития. В выступлении Л.М. Садовской была проанализирована роль лидера в сплочении политических сил страны и консолидации общества: социальная значимость политического лидера зависит от политической культуры и активности масс.

Большой интерес вызвала проблема легальности и легитимности политического лидера. Между тем в Африке чаще всего к власти приходят в результате государственного переворота или в ходе вооруженной борьбы. В качестве примера был представлен Лоран-Дезире Кабила - самопровозглашенный третий президент Демократической Республики Конго, путь которого к установлению авторитарной власти показал в своем докладе Ю.Н. Винокуров.

Тема доклада Н.Д Косухина - идеологические течения в незападных обществах, являющихся "особой цивилизационной общностью", которая развивается по модели "догоняющего развития". Происшедшие в мире глобальные изменения привели к коренному переосмыслению и трансформации общественно- политических теорий и концепций в незападных обществах: формируются новые парадигмы, базовые характеристики, которые влияют на складывающиеся социально-экономические и политические реальности на планете.

Участники секции пришли к выводу, что конфликтное и противоречивое взаимодействие основных идейно-политических течений - консерватизм, либерализм, социал-демократия и марксизм - составляют идеологическую канву общественно-исторического мирового развития.

В ряде освободившихся от колониализма стран социалистическая перспектива служила символом национального сплочения и единства. Здесь появились различного рода концепции социализма национального типа, которые включали традиционные отношения коллективизма и религиозные взгляды. Однако и в развивающемся мире социалистические идеи не привели к эффективному экономическому развитию, и произошла определенная идеологическая переориентация. Так, в Африке на смену социалистической и националистической риторике пришла демократическая фразеология, которая в институциональном плане вылилась в формирование политических организаций на этнорелигиозной основе. Вместе с тем происходит ренессанс традиционных взглядов, которые выходят на уровень официальной идеологии. Эти взгляды и

стр. 138


настроения питаются прагматизмом и связаны с проблемой выживания африканских стран и народов. Продолжаются и поиски идеологии, которая обеспечила бы легитимность правящей элиты, выполняла бы мобилизующие и интегрирующие функции.

Большое место в дискуссии на секции заняла проблема роли религиозного фактора в политической жизни. Отмечалось, что в период антиколониальной борьбы религия была в глазах угнетенных народов символом их былой независимости, что предопределило ее важную роль в формировании идеологии национально-освободительного движения. Так, уже в XIX в. с зарождением и усилением антиколониального движения в странах с мусульманским населением ислам стал одним из важнейших факторов политической жизни. После освобождения в ряде таких стран ислам был провозглашен официальной идеологией. Конституции этих стран декларируют верность законам шариата, гарантируют религиозное образование, признают в той или иной степени авторитет мусульманских богословов и правоведов, предусматривают создание различного рода советов улемов (священников) с совещательными функциями, министерств религии и т.д. В докладе В.И. Комар "Религиозный фактор в политической жизни африканских стран (80-90-е годы)" отмечалось, что политическая эволюция африканского общества способствовала политизации религии, которая нередко выступает как самостоятельная сила, активно воздействующая на поведение и деятельность как политических деятелей, так и правящих групп и политических партий.

Научная полемика в секции показала, что в 90-е годы политический процесс в африканских странах отличается большим своеобразием, развитием деструктивных явлений. Либерально-демократические идеи во многих случаях были восприняты африканской элитой как возможность добиться прихода к власти определенной этнической группы или региона. Однако демократизацию невозможно осуществить посредством принятия концепций, чуждых африканским народам, она должна проводиться с учетом политических, этнических и культурных традиций африканского общества. Отход от этого принципа лишает демократический процесс поддержки со стороны народа.

Ясно также, что политические перемены не ведут автоматически к решению сложных социально-экономических проблем африканских стран. К тому же веяния демократии нередко усиливают национализм, порождают гражданские войны и конфликты. В конечном счете характер политических систем на континенте определяется уровнем развития общества, его политической культурой. В большинстве африканских стран нет ни социально-экономических, ни культурных предпосылок для укоренения демократической системы. Здесь велика роль этнического, конфессионального, общинного, сословно-кастового сознания, что объясняется неразвитостью социально-классовой структуры местного общества. Традиционные структуры и соответствующие им элементы общественного сознания не только сохраняются, но и будут продолжать оказывать серьезное воздействие на общественную жизнь и идеологические процессы.

Участники секции "Ближний Восток и Северная Африка: ислам и реформы в переходном обществе", опираясь на научные определения типологических особенностей отдельных групп арабских государств, обсудили ряд ключевых проблем современного Арабского Востока: способен ли ортодоксальный ислам блокировать процессы экономической и социальной модернизации; каковы причины кризиса государственности, в частности какую роль играют в этом процессе крах этатической модели экономики и общества, растущая бюрократизация общественно-экономической жизни, рост коррупции в государственных структурах власти, каковы степень и формы кризиса государственности и т.п. Эти проблемы были освещены в докладах А.А. Ткаченко, А.Ю. Даньшина (Центр ближневосточной культуры "Ал-хаят"), В. В. Орлова (ИСАА при МГУ), Б. Лбу-Лябана (Канада), Г.Л. Гукасяна (ИВ РАН) и др.

Ряд докладов и выступлений был посвящен методологии анализа отношений между исламом, государством и обществом как в колониальную, так и в постколониальную эпоху. Были высказаны различные точки зрения относительно тех факторов, которые главным образом предопределяют конфликтность или сотрудничество между ними. При этом отмечался высокий динамизм в эволюции причинно-следственных связей, характерный для последних десятилетий. Эта тематика нашла отражение в докладах Ю. В. Ирхина (РУДН), И.О. Абрамовой и др.

Одно из центральных мест в работе секции заняло обсуждение экономической программы различных - ортодоксальных, радикально-экстремистских и умеренных - исламских течений как в целом в арабском мире, так и в отдельных странах Северной Африки и Персидского залива. Были рассмотрены важнейшие элементы и структуры "исламской экономической

стр. 139


модели", степень различий или близости к элементам и структурам рыночной экономики (европоцентристской по своему характеру). С докладами по данному кругу вопросов выступили В.К. Виганд, Г.И. Смирнова (ИВ РАН), Е.И. Миронова.

Участники секции проанализировали также современные процессы, протекающие в арабских странах, России и Эфиопии, важной или доминирующей частью которых является исламская цивилизация, обратив особое внимание на те характеристики, которые определяют ее консерватизм, устойчивость, восприимчивость к новациям, способность эволюционировать и т.д. (Ю.М. Кобищанов, Э.А. Шауро, И. аль-Хассан - Судан, В.В. Разумный - Украина). Были рассмотрены такие актуальные вопросы, как влияние различных социальных слоев арабского общества, групп и движений на усиление роли ислама, роль и место исламских ценностей в общественной жизни, практика и принципы внешней политики отдельных исламских государств.

В работе секции "Африка в мировом сообществе и российско-африканские отношения" в центре внимания оказались следующие проблемы: место Африки в современном мире, внешнеполитические приоритеты России в регионе, перспективы развития международных отношений в целом и в Африке в частности. Круг поднятых на секции проблем был разделен на три блока.

Первый блок - глобализация мировой экономики и место наименее развитых стран в этом процессе, поляризация современного мира и новые политические реалии, сложившиеся на планете после распада СССР. В докладе Л.П. Калининой и в дискуссии отмечалось, что либерализация и глобализация мирового хозяйства создали условия для более эффективного экономического развития, однако многие наименее развитые страны (НРС) не смогли этим воспользоваться в силу слабости своего экономического потенциала. Несмотря на бурные интеграционные процессы, мир становится экономически более поляризованным (по данным ООН, число НРС постоянно растет). По мнению докладчика, возможность успешного интегрирования НРС в мировое рыночное пространство весьма проблематична, поскольку эти страны испытывают трудности структурного характера, технологическую отсталость, сильную зависимость от экспорта сырьевых товаров, низкий уровень образования рабочей силы, политическую нестабильность. Было также отмечено, что бегство капиталов превращается в неотъемлемый аспект глобализации экономических систем и отношений между отсталыми и развитыми странами.

Дискуссию вызвал доклад зам. директора Института Африки В.Г. Шубина "Миф об однополярном мире". Споры вызвала постановка вопроса о том, был ли мир в годы "холодной войны" действительно биполярным и какой мир пришел ему на смену: однополярный или многополюсный. Как отмечалось в выступлениях, многополярность мира усилилась в последние годы. События в Ираке, агрессия НАТО против Югославии, развитие событий в Африке показывают, что растет сопротивление диктату США и их возможность влиять на события в мире становится значительно меньше, нежели их амбиции. Ряд положений докладчика вызвал возражения. Так, В. В. Лопатов подчеркнул, что однополярный мир - отнюдь не миф, если учесть финансовое господство американского капитала, опережающие темпы экономического развития США и небезуспешные попытки США действовать с позиции силы, не считаясь с остальным миром. Аналогичное мнение высказал и представитель Эфиопии Г.Д. Демексса.

Л.М. Янчишина, затронув тему будущего миропорядка, отметила, что, хотя роль африканских государств в глобальной экономике ослабевает, для формирующейся глобальной модели международного военно-экономического сотрудничества роль малых и средних государств, в том числе африканских, растет. В Африке накоплен и продолжает пополняться значительный арсенал оружия. После распада СССР географическое распределение потоков оружия в регион претерпевает изменения. Европейские производители оружия, уступив лидерство США, продолжают вести борьбу за африканский рынок. Ведущие страны Запада привязывают Африку к своему военно-политическому комплексу, и, хотя импорт оружия африканскими странами снижается, это не сопровождается замедлением темпов милитаризации континента. Гонка вооружений приобретает новые черты, меняется структура и качество оружия. При этом поток оружия в Африку из Европы и США определяется не только коммерческими интересами, но и геостратегическими соображениями каждой из держав, не скрывающих политическую подоплеку военно-экономического сотрудничества и рассматривающих зарубежные поставки вооружений как необходимую составную часть внешней политики.

стр. 140


Второй блок проблем на секции охватил весь комплекс российско-африканских отношений. Зам. директора института И.С. Борисов в докладе "Состояние и потенциал всестороннего сотрудничества РФ с государствами Африки" отметил резкое падение объема связей России с Африкой за прошедший период радикальных реформ в СССР/РФ. Хотя "заслуга" в этом принадлежит в первую очередь России, нельзя не винить и африканских руководителей, достаточно пассивно отнесшихся к развитию негативных тенденций в сфере сотрудничества с Россией. Особенно пострадали экономические, научно-технические и культурные связи. Меньший урон понесли политическое и военно-техническое сотрудничество, хотя качество и уровень последнего в обозреваемый период оказались несравненно ниже того, что был достигнут во времена СССР. Цифры, которыми обычно оперируют, оценивая падение объемов российско- африканского сотрудничества, неадекватно отражают, по мнению докладчика, положение дел.

Робкие усилия отдельных предприятий частного сектора российской экономики по освоению рынков стран Африки дают весьма скромные результаты. И до тех пор, пока российское правительство не начнет осуществлять активное и последовательное юридическо-договорное. финансово-кредитное, организационно-транспортное обеспечение торгово-экономических связей РФ с партнерами из Африки, дальнейшее развитие российско-африканского сотрудничества в торгово-экономической и научно-технической сферах будет проходить крайне медленно и болезненно. Как отметил докладчик, отношения России со странами Африки должны быть радикально реструктурированы. Если раньше они основывались на идеологической базе, то в новых условиях логично отдать приоритет экономическим отношениям. К сожалению, такая реструктуризация пока не произошла. Оценивая возможные перспективы развития отношений России со странами континента, И.С. Борисов отметил, что под влиянием событий вокруг Ирака, Судана, Ливии, Югославии российское руководство начинает переоценивать внешнеполитические приоритеты. Наблюдается тенденция возрождения интереса африканских государств к сотрудничеству с Россией. Подтверждение тому - визиты в Россию африканских руководителей и российских государственных деятелей - в Африку. Это дает шанс надеяться на активизацию контактов, на расширение сфер сотрудничества.

В.В. Лопатов в докладе "Постсоветские проблемы российско-африканских отношений" отметил, что огромные усилия, предпринимавшиеся ранее по развитию торгово-экономического сотрудничества со странами Африки, а также значительные финансовые и материальные ресурсы, представленные в виде кредитов на развитие их экономики, были фактически преданы забвению. Имидж России как правопреемницы СССР в качестве великой державы резко снизился в глазах африканцев. При выработке новых подходов к преодолению нынешней ситуации могут быть, по мнению докладчика, найдены дополнительные резервы мобилизации промышленного и интеллектуального потенциала для решения задач хозяйственного развития, в том числе за счет активизации внешнеэкономических связей с Африкой. В.В. Лопатов предложил разработать концепцию внешнеэкономических связей с отдельными регионами мира и определить место и роль каждого из них во внешней политике страны: создание в структуре правительства РФ органа, ответственного за формирование российской внешнеэкономической политики в Африке; определение приоритетных направлений развития связей со странами континента; принятие программы поддержки и стимулирования промышленного экспорта российских товаропроизводителей в Африку.

О снижении экономического потенциала России и сокращении объема российско- африканских связей говорилось в докладе B.C. Баскина "Россия и стратегия обновленного сотрудничества с Африкой и другими государствами Юга в XXI в.". В. К. Виганд обратил внимание на недостатки проектов сотрудничества СССР со странами Африки, в частности, охарактеризовал негативные экономические и экологические последствия для Египта и Судана строительства Асуанской плотины и металлургического комбината для Алжира.

П.И. Куприянов в докладе "Программа перспективного развития Нигерии "Вижн- 2010" и российско-нигерийские отношения" расценил перспективы российско- нигерийских отношений как весьма благоприятные. Оптимизм вселяет, по его мнению, тот факт, что у власти в стране вновь находится лидер прогрессивного толка президент О. Обасанджо, начавший активную борьбу с коррупцией и способствовавший подписанию российско-нигерийского соглашения о совместной борьбе с ней.

Попытка рассмотреть российско-африканские отношения в контексте взаимоотношений стран континента с другими государствами мира была предпринята Т.Л. Дейч ("Китай и Россия в Африке в канун XXI в.") и М.Л. Вишневским ("Россия и США в Африке в 90-е годы:

стр. 141


некоторые итоги"). Доклад Т.Л. Дейч содержал сравнительный анализ средств, методов и результативности политики Китая и России на африканском направлении. Если Китай, открыв двери во внешний мир, сумел привлечь инвестиции, технологии и ноу-хау развитых стран, дав тем самым бурный толчок развитию экономики и расширению экспорта в развивающиеся страны, в том числе африканские, то российская политика открытости привела к обратным результатам: фактическому свертыванию производства, зависимости национального рынка от мирового, утечке капиталов. Что касается "третьего мира" и Африки в частности, то она оказалась на задворках российской внешней политики. Если Китай как один из новых центров силы современного многополюсного мира неуклонно наращивает политическую и дипломатическую активность в Африке, то российско-африканские отношения до последнего времени переживают стагнацию. И хотя в последнее время в этой области наметился некоторый прогресс, состояние политических связей России со странами континента явно не отвечает потенциальным возможностям сторон. Перенеся центр тяжести африканской политики в экономическую сферу, Китай сумел реформировать технико-экономические отношения со странами Африки. Сохранив регулирующую роль государства в этих отношениях, он сделал ставку на прямое сотрудничество между предприятиями взамен исключительно межправительственных соглашений, сочетание банковских и коммерческих кредитов, создание совместных предприятий. Россия же, утратив многое из опыта советско-африканского технико-экономического сотрудничества, пока не сумела построить новые взаимовыгодные отношения со странами континента. Резкое снижение доли России в мировом товарообороте, сырьевой тип ее участия в мировом экспорте - тревожный симптом, и стимулирование российско- африканских торгово-экономических отношений - лишь маленький шаг к решению проблемы. И, по мнению докладчика, помочь в этой области может опыт Китая - некогда отсталой аграрной страны, а ныне одного из ведущих экспортеров мира, чья доля в мировой торговле более чем утроится, по прогнозам специалистов, к 2020 г., составив 10%.

Третий блок вопросов касался безопасности на Африканском континенте и роли международных организаций, а также отдельных стран, в первую очередь России, в процессе урегулирования африканских конфликтов. Сегодня Африку не без основания называют "континентом конфликтов", "четвертым миром", "континентом бедности" (на континенте находятся 33 из 48 беднейших государств мира). Докладчики и участники дискуссии попытались дать ответ на вопросы: кто виноват в том, что десятки лет Африка остается ареной кровопролитных конфликтов; каковы пути решения споров и стабилизации политической ситуации на континенте; насколько действенны усилия международных организаций, направленные на урегулирование конфликтов; может ли Россия, испытывающая сложности аналогичного плана, помочь Африке?

И.Л. Лилеев считает целесообразным создавать в кризисных точках континента постоянно действующие информационные центры, которые предупреждали бы международные организации о назревающих конфликтах. А международные организации (ОАЕ, ООН и др.) обязаны обеспечивать вмешательство специальных сил для немедленного разъединения враждующих сторон. Геррит К. Оливиер (ЮАР) отметил, что, в случае нарушения прав человека, необходимо самим африканским странам сообща решать свои проблемы и только при крайней необходимости прибегать к помощи ОАЕ. По мнению В. Н. Гаврилова (Ин-т военной истории), принцип "нового интервенционизма" (ввод войск в зону конфликта вместо миротворцев без применения оружия) чреват негативными последствиями, такими, как геноцид, массовые нарушения прав человека, угроза региональному и даже глобальному миру. "Новый интервенционизм" неминуемо ведет к дискредитации идеи миротворчества и в конечном счете - к разделу мира на зоны влияния.

Найти баланс между возможностью примирения и насилием призвал И. Либенберг (ЮАР). Д.В. Поликанов в докладе "Перспективы российского участия в урегулировании конфликтов в Африке" отметил, что в последнее время наблюдается рост посреднических инициатив России в Африке, ибо она - член "тройки наблюдателей" и коспонсор мирного процесса в Анголе - предоставляет гуманитарную помощь жертвам конфликтов, а МЧС РФ активно сотрудничает с ОАЕ.

Ряд выступлений касался конфликтных ситуаций в тех или иных "горячих точках" континента: X. Коче и Г.Д. Демексса (оба - Эфиопия) - территориальных конфликтов на Африканском Роге и междоусобной войны Эфиопия-Эритрея, Бубакир Барри (Сенегал) - конфликта в сенегальской провинции Казаманс.

стр. 142


Секция "Африка и век уходящий. Взгляд историка" рассмотрела три блока проблем: теория и практика колониализма и антиколониализма; традиционное общество и воздействие колонизации; российская диаспора в Африке.

Наибольший интерес вызвали доклады В. А. Субботина, М.Ю. Френкеля, А. Б. Летнева, Е.А. Глущенко и Л. С. Билезина (ИВИ РАН), в которых анализировались различные аспекты колониализма и особенности деколонизации Африки.

Интерес вызвал доклад В.П. Хохловой "Пушкинский юбилей 1937 г. и российская диаспора "первой волны" в Африке". В нем впервые в отечественной историографии была рассмотрена тема ознакомления африканской аудитории с творчеством великого русского поэта, дана оценка вклада российских эмигрантов в развитие взаимосвязей между двумя культурами.

Ряд докладов был посвящен постколониальной Африке: B.C. Мирзеханов (Саратовский гос. ун-т) "Интеллектуалы Африки: эволюция франкоязычной интеллигенции в постколониальный период", А.В. Андреев "Роль и место Республики Гвинея в противоборстве глобальных центров силы (СССР, США и КНР) в 60-е годы".

Африканские ученые, участвовавшие в работе секции, представили ряд докладов: М. Огбеди (Нигерия) "Обмены в области образования как средство для ускорения развития и укрепления всеобщего мира: понимание африканского опыта", О. Type (Гамбия) "Положение Гамбии в мировой экономике".

В заключение участники секции отметили необходимость разумного соотношения изучения конкретно-исторических сюжетов с их глубоким теоретическим осмыслением. Это относится к различным историческим феноменам - колониализму и антиколониализму, традиционализму и фундаментализму и т.д. Подчеркивалась важность дальнейшего изучения проблемы демократизации в Африке, становления гражданских обществ, серьезного исследования этнических противоречий, роли Африки в период "холодной войны" и др.

Секция "Человек, этнос и культура в ситуациях общественного перелома" рассмотрела следующие проблемы: цивилизационные модели кризисных ситуаций: Африка, Восток, Россия, Запад; проблемы цивилизационной и социокультурной совместимости; место и роль переломных эпох в общем процессе социокультурной эволюции; актуализация этничности и современные перспективы национальной, многонациональной и транснациональной государственности, нашедшей отражение в докладах Д.М. Бондаренко, А.В. Коротаева (РГГУ), И.Л. Алексеева, А.Д. Саватеева, И.Т. Катагощиной, С.Б. Сенюткина (Нижегородский гос. ун-т).

Проблематика докладов была дополнена такими дискуссионными темами, как содержание переходных исторических эпох с точки зрения цивилизационного развития и соотношения современного политического ислама и исламского фундаментализма. Было отмечено, что содержание переходных исторических эпох не сводится к революционным преобразованиям в экономическом базисе и политической надстройке общества. Это масштабный и протяженный во времени процесс трансформации способов существования человека и моделей понимания мира, что проявляется и ощущается прежде всего в перестройке экзистенциального мира человека, сопровождается кризисом ценностных ориентиров человеческого существования, нарушением исторической памяти общества и устоявшихся культурных смыслов. В дискуссии по проблеме современного политического ислама подчеркивались его существенные отличия от традиционного исламского фундаментализма (тотальное насилие, в том числе по отношению к единоверцам, стремление к полному подчинению личности человека и повседневной жизни мусульманской общины власти исламских лидеров, тенденция к всеобъемлющей идеологизации духовной и социальной жизни). Эти черты сближают политизированный ислам с экстремистскими движениями, придавая ему черты тоталитарной идеологии, а в организационном плане - тоталитарных сект.

Участники секции "Регионализм и федерализм в полиэтническом государстве. Африка и СНГ: сравнительный анализ" предполагали обсудить с африканскими коллегами общее и особенное в процессах регионализации, выяснить специфические особенности различных моделей федерализма в странах Африканского континента и странах Содружества. К сожалению, на заседаниях секции не присутствовали африканские коллеги. В силу этого только в докладе Р.Н. Исмагиловой "Воздействие традициональных структур и институтов на межэтнические отношения и этнополитическую ситуацию (некоторые размышления о положении в африканских государствах и Российской Федерации)" прослеживались российско-африканские

стр. 143


параллели. Сравнительный анализ ситуации в полиэтнических государствах был основан ею на материалах полевых исследований в 21 африканской стране, а также наблюдениях, сделанных в России, Казахстане, Узбекистане и др. Докладчик показала, что такие традиционные институты, как власть вождей и старейшин, этносоциальная стратификация и кастовая замкнутость, домашнее рабство и его пережитки, клановая иерархичность этнических сообществ, продолжают существовать не только в африканских странах, но и в некоторых регионах РФ и других странах СНГ. В условиях "этнического ренессанса" эти социальные феномены оказывают все более заметное воздействие на межэтнические отношения и политическую стабильность политических государственных преобразований. Устойчивую и высокую адаптированность традиционных структур Р.Н. Исмагилова объясняет тем, что они базируются на передаваемых из поколения в поколение культурных, моральных и социальных ценностях, обычаях, автохтонных религиозных верованиях и культах. Факты, приведенные в докладе, свидетельствуют о том, что, несмотря на многообразные внешние влияния и взаимодействие с другими культурами, этническая культура является относительно автономной и достаточно стабильной в том, что касается ее традиционных форм, и именно эти черты культуры позволяют ей выполнять функции дезинтеграции или интеграции.

Что касается специфических особенностей российского этнического федерализма, то все участники секции были едины во мнении - кризис федеративных отношений в РФ обусловлен прежде всего этническим принципом государственного строительства. Среди прочих факторов, негативно влияющих на процесс становления новой федерации назывались бюджетный волюнтаризм центра и налоговый произвол региональных элит, коррупция федеральных чиновников и сепаратизм ряда субъектов Федерации, превращение этничности в разменную монету в политическом торге Москвы и республиканских этнократов, а также многие другие реалии современной российской действительности. Вместе с тем участники дискуссии признали, что федерализм как форма региональной демократии может рассматриваться в качестве оптимальной модели государственного устройства России. При этом была выражена уверенность, что сочетание национально-государственного и административно-территориального принципов государственного строительства имеет ситуативный, политически конъюнктурный характер.

Секция "Юг Африки" обсудила три темы: "Экономика стран Юга Африки и потенциал их сотрудничества между собой и с Россией", "Внешняя политика - прошлое и настоящее" и "Социальные проблемы". Доклад А. В. Притворова был посвящен новым явлениям африканской действительности, которые связаны с дележом ресурсов Африки, прежде всего на ее Юге, финансово-ресурсными группировками, которые ведут свое происхождение от концессионных компаний начала XX в. Именно с этим явлением связано обострение этнических, социальных и экономических проблем, парализующих прогресс народов континента, возникновение крупномасштабного вооруженного конфликта, охватившего территорию от Судана до Намибии. Докладчик указал на особую опасность, которую представляют нелегальный сбыт алмазов в обмен на оружие, вербовка наемников, акты геноцида, перерождение некоторых в прошлом освободительных движений (например, УНИТА в Анголе) в наемные бандформирования.

Выступившие в дискуссии чл.-кор. РАН В. Г. Солодовников, В.Г. Шубин и А.С. Покровский отметили, что в законодательном порядке деятельность международного спекулятивного капитала, по существу, в Южной Африке никак не ограничена, что чревато неконтролируемым развитием событий. Л.А. Демкина отметила, что такие социальные явления в Южной Африке, как урбанизация и индустриализация, императивно надлежит рассматривать через призму этнических процессов и соответственно оценивать уровень национальной консолидации, становления наций в Южной Африке. Несмотря на определенные сдвиги, социальная структура ее населения продолжает нести на себе отпечаток прошлого, что подтверждается следующими фактами: из 13,5 млн. экономически активного населения 32% - безработные, главным образом чернокожие южноафриканцы, а вклад в экономику 1,5 млн. южноафриканцев, занятых в так называемом неформальном секторе, составляет всего 6,7%. Т. Потхиетер (ЮАР) подчеркнул, что "черные" при этом недовольны своей бедностью, а "белые", главным образом предприниматели, - политикой "усиления черных". Выход из положения он видит в развитии системы подготовки "черных" предпринимателей и общего образования.

При обсуждении проблем развития стран Юга Африки выступили: С. Лоув (ЮАР), посол Намибии в РФ М.Н. Капеваша, Г. Ферхоеф (ЮАР), Л.Н. Рытов, И.Либенберг (ЮАР).

стр. 144


Участники секции пришли к выводу, что происходящие в ЮАР и других странах Юга Африки процессы приобретают характер противоборства источников конфликтности (преступность, наемничество, сырьевая ориентация деятельности компаний, стагнация экономики) с источниками развития (укрепление государств-наций, политической этики и воли новых лидеров и поддерживающих их сил, поощрение национального капитала и тех промышленных кругов, которые стремятся к развитию производительных сил, созданию новых технологий и обмену последними с Россией). Было отмечено, что конфликтная обстановка в регионе препятствует расширению сотрудничества между государствами Юга Африки и Россией, в том числе в области образования и науки.

Работа секции "Мужчины, женщины, дети. Новые образцы и роли" привлекла к себе большой интерес. Это можно объяснить как новизной проблематики, так и междисциплинарным характером гендерных исследований. Положение женщины в Африке, ее роль в решении проблем экономического и социального развития на континенте - эти вопросы лишь недавно стали объектом исследований отечественных африканистов. Образ африканки все более привлекает внимание исследователей, поскольку, как отметила И.Г. Рыбалкина, ее политический, социальный портрет, особенности сознания и поведения известны менее, чем других представительниц прекрасного пола.

В дискуссии на эту тему Н.А. Ксенофонтова отметила, что анализ структур африканских обществ различных эпох и цивилизаций показывает: в основе всех форм общественных отношений продолжает оставаться единство и противоборство мужского и женского начал, а оба пола - мужской и женский - являлись первыми антагонистами в истории. Эта полюсность лежит в основе всех культурных классификаций. В африканских цивилизациях она закреплена в строго зафиксированных ролях, которые расписаны обычным правом и морально- этическими нормами для женщины во все периоды ее жизненного цикла - от рождения до смерти, подразумевая ее загробное существование.

Тема взаимоотношения женщин и мужчин, занимающих центральное место в архаической картине вселенной в традиционном африканском обществе, была освещена в докладах Н.Б. Кочаковой, Т.Ф. Сиверцевой (ИВ РАН), З. Окундоволе (Нигерия). В ходе дискуссии был затронут ряд методологических вопросов, в том числе касающихся некоторых основополагающих понятий, а также современных методик востоковедных и африканских гендерных исследований.

Одно из заседаний секции было посвящено проблеме смешанных русско- африканских браков, особенностям адаптации россиянок в мире мужа-африканца, гражданским и профессиональным судьбам детей от расово-смешанных браков, живущих как в России, так и в Африке. Процесс гуманизации общественной жизни возрождает отечественный исследовательский интерес к изучению отдельной личности, небольших групп людей, объединенных общими интересами, общей судьбой. Среди них - наши соотечественницы (свыше 6 тыс.), в разное время вышедшие замуж за африканцев и поселившиеся на Африканской континенте. Эта проблема была освещена в докладе Н.Л. Крыловой. "Русские женщины в Африке. Процесс социокультурной адаптации через разнорасовый брак", а также в докладе З. Окундоволе - русской женщины, свыше 20 лет прожившей в межрасовом браке в Нигерии. Оба доклада рисуют социально- культурный, психологический портрет русской женщины в ее брачном исходе в иную культуру, иную цивилизацию. Интересным было выступление президента Фонда помощи детям от расово-смешанных браков "Метис" Э.Г. Менса, имеющей опыт работы в США, Африке и России.

На секции был рассмотрен также блок проблем, посвященных африканке в Африке и за ее пределами, посредством анализа литературных произведений. Полезность исследования гендерных проблем в подобном культурологическом ракурсе несомненна, ибо именно художественная литература обладает уникальными средствами выражения сложного, во многом противоречивого и многообразного мира женщины, в который невозможно проникнуть иными исследовательскими методами. Пожалуй, ни один из исследовательских приемов так не владеет техникой изучения души человека на уровне нюансов и психологических полутонов, как это делает художественная литература. И это убедительно доказала С.В. Прожогина (ИВ РАН), анализируя феномен метисности, отразившийся в творчестве Нины Бурауи, талантливого романиста, полуалжирки, полубретонки, испытавшей на самой себе муки человека, отстраняемого от сообщества людей по причине своей с ним несхожести. Выступление Н. Ю. Ильиной

стр. 145


(РУДН) было посвящено образу африканки в современной англоязычной литературе Тропической Африки, в котором отразилось изменение за текущее десятилетие социального, экономического, психологического статуса женщины континента.

Ряд докладов был посвящен вопросам гражданско-правового статуса женщин и детей, проблеме насилия, роли обычного права в создании современной африканской и расово-смешанной семьи. М.К. Гордина (ИНПРАВ РАН) обратила внимание на отсутствие соответствующих межправительственных соглашений, усложняющих гражданско-правовое существование русской женщины в Африке. Дискуссию вызвал доклад аспиранта Института этнологии и антропологии РАН У. Камара (Гвинея) о роли обычного права в системе семейно-брачных отношений на примере народа сусу. Отмечалось, что законодательства в области семьи и брака на континенте отличаются огромным разнообразием и формировались под влиянием местной историко-культурной традиции и связанной с ней системой обычного права, а также под влиянием континентального права, составляя, таким образом, тесное переплетение обычного права и действующего законодательства.

Двенадцать докладов секции "Литературоведение" охватывали литературу разных регионов континента - Тропической, Южной и Северной Африки, включая литературу североафриканской диаспоры во Франции. В докладах, основанных на новейшем материале, в частности на результатах исследований, проводившихся в странах континента, освещались наиболее заметные явления литературного процесса первой половины 90-х годов в африканских странах. Тема докладов Н.Д. Ляховской, А.В. Коптеловой, М.Д. Громовой, Е.А. Ряузовой (все - ИМЛИ), Г. Аквавива (Италия) - развитие прозаических жанров, тенденции слияния "элитарной" и "массовой" романистики, характерной для писателей Западной и Восточной Африки. Доклад С.В. Прожогиной был посвящен произведениям, созданным во Франции принадлежащими ко второму поколению осевшей здесь в эпоху борьбы за независимость и в постколониальный период североафриканской диаспоры молодыми писателями, ощущающими свою принадлежность к французской культуре и образу жизни и вместе с тем невозможность полной интеграции в европейское общество и самоотождествления с "родным", этническим, арабо-мусульманским миром.

И.Д. Никифорова (ИМЛИ) в докладе "Развитие африканских литератур XX в. в сравнительно-типологическом рассмотрении" охарактеризовала процесс развития африканских литератур как движение от локальной обособленности ко все большему осознанию в конце XX в. общности проблем современного человечества и все более глубокой включенности в общемировой литературный процесс. На пороге третьего тысячелетия африканские литературы входят в мировую словесность как ее органическая, неотъемлемая и стремительно развивающаяся часть, убедительным свидетельством чему являются художественные достижения африканских писателей последней четверти XX столетия.

На секции "Лингвистика" было рассмотрено разнообразие языков и языковых процессов в Африке, отмечены важные аспекты в современном научном знании об африканских языках. Задачей секции являлся разносторонний охват всей обширной научной парадигмы африканского языкознания, включающей и структурные описания языков на различных уровнях - фонетическом, лексическом, грамматическом, и сопоставительные межъязыковые исследования, как синхронные, так и исторические, а также междисциплинарные разработки - социолингвистические, текстологические, лингвокультурные. Следует отметить, что компаративистские соображения, особенно касающиеся эволюционных языковых процессов на континенте, приводились во многих докладах.

В центре внимания секции "Север и Юг в преддверии новой эры" находилась проблема изменений мирового контекста, без учета которых сейчас невозможно корректное рассмотрение и понимание сути внутрирегиональных коллизий, в том числе и на Африканском континенте. Поэтому на секции подробно рассматривались такие темы, как глобальные тенденции развития, включая вероятность контрнаступления восточных цивилизационных моделей, типология складывающегося мироустройства, меняющийся характер экономической, политической и культурной деятельности на планете. Предметом внимания секции стала методология социальных исследований, поиск научного инструментария, наиболее подходящего для изучения современных общественных процессов.

Е.А. Брагина (ИМЭМО РАН) в докладе "Меняющийся характер мировой экономики" отметила, что глобализация как экономический феномен конца XX в. сейчас широко признана

стр. 146


теоретически. Однако докладчик полемически заострила ситуацию, сформировав тезисы: "глобализация не глобальна" и "глобализация несет миру как небывалые возможности, так и серьезные угрозы".

Первый тезис подтверждается тем фактом, что иерархичная структура мирового хозяйства наряду с усиливающимися позициями Севера, сохраняющимися прежде всего за счет его научно-технического превосходства, содержит в себе вектор дальнейшей "периферизации" (примитивизации) ряда стран Юга. Состоятельность второго тезиса докладчик подтвердила тем, что в период "азиатского финансового кризиса" относительно слабая включенность в процесс глобализации ряда развивающихся стран, в том числе африканских, помогла удержать темпы роста их экономики от резкого падения. Одним из результатов "провала рынка", каким явился азиатский кризис, может стать, по мнению Е.А. Брагиной, очередное изменение роли государства в экономическом развитии стран Юга. Хроническая институциональная слабость большинства африканских государств отрицательно воздействует на их развитие в меняющемся мире, снижая возможности роста частного предпринимательства.

Б. Деспинэ-Жоховска (Нац. центр научных исслед. Франции) рассмотрела историческую динамику концепции "Север-Юг". Проблема цивилизационной идентичности России, выявление признаков, сближающих социум с ситуацией, характерной для стран третьего мира, стали предметом анализа в докладе А.Л. Андреева (Рос. независимый ин-т соц. и нац. проблем), Кризисная трансформация российского общества, по его мнению, сопряжена со сменой экономической модели и перестройкой социальной структуры и не исключено, что она потребует заново определить цивилизационную ориентацию России, ряд характерных черт которой все более сближают российский социум со странами Африки.

При обсуждении темы "Глобальные тенденции развития мировой системы" в центре внимания был доклад В.М. Коллонтая (ИМЭМО) "Постколониальный мировой экономический порядок". Полвека, прошедшие после распада колониальных империй, позволяют выявить глубинные тенденции постколониального развития международных, в том числе и мирохозяйственных, отношений. За истекший период были заложены основы нового мирового порядка, по-новому ставящего развивающиеся страны в неравноправное положение. В.М. Коллонтай провел поэтапный анализ данного процесса, осветив его преимущественно с экономической стороны.

А.И. Неклесса в докладе "Мировой Север и мировой Юг: новая конфигурация" проанализировал складывающиеся формы мирового порядка, базирующиеся на тесном взаимодействии, а подчас и фактическом слиянии экономических и политических функций международного сообщества. На геоэкономическом Западе создано особое национальное богатство: развитая социальная, административная и промышленная инфраструктура, обеспечивающая создание сложных наукоемких, оригинальных изделий и образцов, значительная часть которых затем тиражируется - отчасти в процессе экспорта капитала в другие регионы планеты. Новой геостратегической реальностью стал находящийся в переходном, хаотизированном состоянии постсоветский мир, похоронив под обломками плановой экономики некогда могучий полюс власти - прежний Восток. Утратил единство также, по мнению докладчика, мировой Юг, бывший Третий мир, представленный в мировой картографии несколькими автономными пространствами. Так системообразующий фактор (в геоэкономическом смысле) постепенно перемещается из североатлантического региона в азиатско- тихоокеанский. Здесь, в пределах Большого тихоокеанского кольца, включающего и такой нетрадиционный компонент, как ось Индостан - Латинская Америка, формируется второе промышленное пространство планеты - Новый Восток, в каком-то смысле пришедший на смену коммунистической цивилизации, заполняя образовавшийся с ее распадом биполярный вакуум. Одновременно на задворках цивилизации формируется еще один, весьма непростой персонаж - архипелаг территорий, пораженных вирусом социального хаоса, постепенно превращающийся в самостоятельную растущую антисистему - Глубокий Юг. Бытие этого мирового, по мнению А.И. Неклессы, андеграунда определено теневой глобализацией асоциальных и криминальных тенденций различной этиологии.

Методическим проблемам современного обществоведения была посвящена группа докладов, объединенных темой "Новое мироустройство: методологические аспекты современного обществоведения". С докладами на эту тему выступили М.А. Чешков (ИМЭМО) и Л.И. Медведко (ИВ РАН). Рассмотренные проблемы вряд ли могут найти однозначное решение, хотя бы в силу их трансформационного характера, кардинально меняющего на наших

стр. 147


глазах облик человеческого универсума. Что же касается вывода о роли и месте Африки в формирующемся глобальном контексте, то, несмотря на достаточно успешное, в целом, экономическое развитие континента в последние годы, участники секции все же склонялись скорее в сторону пессимистического прогноза в отношении его будущего в Новом мире.

На заключительном заседании участники конференции почтили память ученых- африканистов, недавно ушедших из жизни: В.Н. Вавилова, В.Н. Кудрявцева, В.М. Мисюгина, Н.В. Охтиной, И.Е. Синициной, Г.В. Смирнова, В.И. Шараева.

Автор признателен председателям и сопредседателям секций, материалы которых были использованы при подготовке обзора: В.П. Морозову, B.C. Баскину, Ю.В. Потемкину, Н.Д. Косухину, А.А. Ткаченко, Т.Л. Дейч, А.Б. Летневу, Д.М. Бондаренко, В.Р. Филиппову, Р.И. Исмагиловой, А.В. Притворову, Н.Л. Крыловой, М.Д. Громову, А.И. Ковалю, А.И. Неклессе.


ПРИМЕЧАНИЯ

1 Подробно см.: Африка на пороге третьего тысячелетия. Тезисы докладов. VIII всероссийская конференция африканистов. М., 1999 (на рус. и англ. яз.).


© libmonster.ru

Permanent link to this publication:

https://libmonster.ru/m/articles/view/ВОСЬМОЙ-ВСЕРОССИЙСКИЙ-ФОРУМ-АФРИКАНИСТОВ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Россия ОнлайнContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://libmonster.ru/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

Ю.М. ИЛЬИН, ВОСЬМОЙ ВСЕРОССИЙСКИЙ ФОРУМ АФРИКАНИСТОВ // Moscow: Russian Libmonster (LIBMONSTER.RU). Updated: 13.01.2022. URL: https://libmonster.ru/m/articles/view/ВОСЬМОЙ-ВСЕРОССИЙСКИЙ-ФОРУМ-АФРИКАНИСТОВ (date of access: 19.01.2022).

Publication author(s) - Ю.М. ИЛЬИН:

Ю.М. ИЛЬИН → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex


Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Россия Онлайн
Москва, Russia
26 views rating
13.01.2022 (6 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes
Related Articles
К 90-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ ЛЬВА ЗАЛМАНОВИЧА ЭЙДЛИНА (1909-1999). Л.З. ЭЙДЛИН В СУДЬБЕ В.М. АЛЕКСЕЕВА
Catalog: Разное 
Yesterday · From Россия Онлайн
ЮРИЙ АШОТОВИЧ ПЕТРОСЯН (к 70-летию со дня рождения)
Yesterday · From Россия Онлайн
РЕЦЕНЗИИ. С ВОСТОКА СВЕТ. С.А. Серова. Театральная культура серебряного века в России и художественные традиции Востока (Китай, Япония, Индия). М., Институт востоковедения РАН, 1999, 219с.
Yesterday · From Россия Онлайн
ОБСУЖДЕНИЕ КНИГИ. А.Д. ВОСКРЕСЕНСКИЙ. РОССИЯ И КИТАЙ: ТЕОРИЯ И ИСТОРИЯ МЕЖГОСУДАРСТВЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ. М., Московский общественный научный фонд; ООО "Издательский центр научных и учебных программ", 1999, 408 с.
Yesterday · From Россия Онлайн
РОССИЯ И АЗИЯ, ИЛИ АНТИ-БЖЕЗИНСКИЙ (ОЧЕРК ГЕОПОЛИТИКИ 2000 ГОДА)
Yesterday · From Россия Онлайн
БЛИЖНЕВОСТОЧНЫЙ УЗЕЛ: КАК ВСЕ ЗАВЯЗЫВАЛОСЬ
Yesterday · From Россия Онлайн
ДИПЛОМАТИЧЕСКИЙ ДЕБЮТ СССР В ТРОПИЧЕСКОЙ АФРИКЕ: ИЗ ИСТОРИИ СОВЕТСКО-ЛИБЕРИЙСКИХ ОТНОШЕНИЙ, 1945-1960 гг.
Catalog: Право 
Yesterday · From Россия Онлайн
САНКТ-ПЕТЕРБУРГ
Catalog: Разное 
2 days ago · From Россия Онлайн
ПРОБЛЕМЫ БЕЗОПАСНОСТИ В АЗИАТСКО-ТИХООКЕАНСКОМ РЕГИОНЕ
3 days ago · From Россия Онлайн
ВЛАДИМИРЦОВСКИЕ ЧТЕНИЯ
Catalog: История 
3 days ago · From Россия Онлайн

Actual publications:

Latest ARTICLES:

Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
ВОСЬМОЙ ВСЕРОССИЙСКИЙ ФОРУМ АФРИКАНИСТОВ
 

Contacts
Watch out for new publications: News only: Chat for Authors:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Russian Libmonster ® All rights reserved.
2014-2022, LIBMONSTER.RU is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Russia


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones