Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: RU-8776

Share with friends in SM

Проф. Ш. Штейнберг

Начало германской экспансии на Ближнем Востоке восходит ещё к 80-м годам XIX века. Прибытие в 1880 г. в Стамбул немецкой военной миссии фон дар Гольца недаром вызвало сенсацию в Европе. Германское военно-политическое влияние в Турции, до этого времени крайне незначительное, чрезвычайно выросло. Турецкая армия, по существу, попала под контроль германского генерального штаба.

Однако ни миссия фон дер Гольца, ни заметная активность германской дипломатии в Турции ещё не являлись началом развёрнутой агрессии Германии на Ближней Востоке. Скептическое и недоверчивое отношение Бисмарка к колониальной политике хорошо известно. Старый канцлер в последний период своего правления допускал и даже покровительствовал сравнительно мелкам колониальным германским предприятиям в Экваториальной Африке или на архипелагах Тихого океана, однако крупная и рискованная авантюра на Ближнем Востоке, способная ввергнуть Германию в войну с Англией или Россией, либо с той и другой одновременно, не соблазняла его.

Когда в 1888 г. Вильгельм II хотел ознаменовать своё вступление на престол демонстративной поездкой по Ближнему Востоку, Бисмарк резко возражал, опасаясь внешнеполитических осложнений. "Но ведь Турция - это мост на пути к германскому мировому господству", - изрёк молодой кайзер одну из своих любимых трескучих фраз. "Такого слова нет в моём" лексиконе", - сухо ответил канцлер.

И если Бисмарк всё же поощрял активизацию германской политики в Турции и, в частности, одобрил миссию фон дер Гольца, то главным образом в расчёте на то, что, увеличив свой удельный вес и влияние на Ближнем Востоке, Германия получит новые выгодные средства дипломатического воздействия на своих европейских партнёров.

Но к концу 80-х годов Бисмарк уже, явно устарел со своей традиционной континентально-европейской политикой. Молодой германский финансовый капитал не хотел оставаться пассивным свидетелем раздела мира. Лозунги колониальной экспансии и морских вооружений раздавались всё громче и громче. Милитаристическая лихорадка охватила страну. Среди наиболее притягательных и ценных объектов германской колониальной экспансии едва ли не на первом месте находились страны Ближнего Востока.

В октябре 1888 г. германская финансовая группа, в которой главную рель играли "Дейче банк" и "Вюртембергише банк", добилась у турецкого правительства концессии на постройку в Анатолии железнодорожной линии от Немила до Анкары (496 км) и приобретение ранее выстроенной небольшой линии Хайдар - Паша - Исмид. Это был первый участок знаменитой впоследствии Берлин-Багдадской железной дороги.

Опираясь на содействие и покровительство султана Абдул-Гамида, который рассчитывал на Германию как на опору против царской России. Англии и Франции, немцы энергично шли к цели. Один из виднейших заправил анатолийской железнодорожной концессии, директор "Вюртембергише банк" д-р Альфред Каулла, писал в своём меморандуме от 11 октября 1891 г., что железная дорога, доведённая только до Багдада, будет неважным финансовым предприятием. "Иное дело, если дорога будет продолжена от Багдада до Персидского залива и станет, таким образом, великим путём в Индию"1 .

Предпринятое в 1898 г. Вильгельмом II с нарочитой пышностью путешествие в Турцию; Сирию, Палестину свидетельствовало о там, что великодержавные мечты германских империалистов отнюдь не являются платоническими. Правда, кайзер балаганно кривлялся, то рядясь в арабские бурнусы и тюрбаны и распинаясь в своей бескорыстной любви к мусульманским народам, то с увлечением играя роль крестоносца, преемника Фридриха Барбароссы и Готфрида Бульонского. Однако под прикрытием бутафории и фанфаронад делались более серьёзные дела: вскоре после возвращения кайзера было достигнуто соглашение о строительстве железнодорожной линии на Багдад и далее, к побережью Персидского за-


1 "Die Grosse Politik der Europaischen Kabinette". Bd. 14. Teil 2, S. 445 - 446.

стр. 46

лива по маршруту Кония - Адана - Расэль-Айн - Нисибин - Мосул - Багдад - Баора с ответвлениями на Алеппо и Ханикин.

Разумеется, значение такой концессии выходило далеко за пределы торговых и экономических интересов. Пустынные в то время земли Восточной Анатолии, Месопотамия и особенно побережье Персидского залива едва ли могли рассматриваться как выгодный рынок для германской промышленности. Зато стратегические преимущества для владельца такой железнодорожной магистрали были очевидны.

Так, на рубеже XIX и XX вв. начался знаменитый немецкий Drang nach Osten, угрожавший жизненным интересам великих европейских держав.

Немецкая железнодорожная магистраль, пролезавшая Месопотамию и добравшаяся до вод Персидского залива, этого важнейшего участка обороны Индии, была бы револьверам у виска Британской империи. А между тем германская дипломатия имела и более серьёзные намерения насчёт Персидского залива и Красного моря. В конце 90-х годов в Берлине возникла идея создания в этих водах немецкого порта и угольной станции, - иными словами, германской военно-морской базы, там, где до сих пор безраздельно царил британский флаг. Вначале выбор немцев пал на Маскат (султанат Оман).

В 1699 г. Бюлов передал императору докладную записку некоего обер-лейтенанта Вертера, в которой предлагал заключить с оманским султаном Фейсалом-бин-Тюрки договор о протекторате Германии над его владениями. По проекту Вертера, Германия могла бы взять на себя защиту Омана от других европейских держав, предоставив ему ежегодную субсидию в 20 - 30 тыс. рупии, наконец снабдить его оружием, взамен чего султан дает немцам в аренду порт на оманском побережье1 .

Однако и Бюлов и тогдашний германский посол в Лондоне граф Гацфельд предостерегали кайзера от увлечения этой, явно нереальной и опасной идеей. Консул в Багдаде Рихарц высказывался в пользу Ковейта2 , и это предложение встретило весьма сочувственное отношение в высших правительственных кругах и больше всего со стороны Вильгельма И. В декабре 1899 г., по распоряжению императора, в Ковейт была отправлена комиссия, якобы для железнодорожных изыскании, под руководством генерального консула Штемриха и инженера фон Каппа. Немецкие агенты, однако, а ели беседы с шейхом Ковейта далеко не только на железнодорожные темы.

Активность немцев проявлялась и в других районах Ближнего Востока. Кайзер соблазнял своего "друга" Абдул-Гамида проектом Геджасской железной дороги для перевозки паломников к святыням ислама. Одновременно "Дейче банк" и "Общество анатолийских железных дорог" вели переговоры с Портой о концессии на сооружение в Иемене железнодорожной линии от побережья Красного моря (Ходейда) в глубь страны (Санаа).

Германские дипломаты делали всё возможное, чтобы рассеять естественно возникшие в России и Англии подозрения и усыпить их бдительность. Подчёркивался "чисто коммерческий" характер германских интересов на Ближнем Востоке, отсутствие у Германии каких-либо политических и военных целей. При этом англичанам делались поиски намеки на то, что рост влияния способен лишь ослабить влияние России, а стало быть, принести прямую выгоду Великобритании3 . В то же время, давая инструкции германскому послу в Петербурге, Бюлов писал: "Разве России помешает, если в Турции будут зарабатывать деньги немецкие фабриканты, инженеры, купцы, вместо английских, австрийских или французских?"4 .

Однако такой, например, факт, как поездка германского военного атташе в Турцию майора Моргена в район Эрзерума для инспектирования турецких войск, расквартированных вдоль закавказской границы, явно противоречил успокоительным речам берлинских дипломатов. По этому поводу русский министр иностранных дел Муравьёв выразил резкий протест, указав, что такого рода деятельность официального германского военного представителя выходит за рамки чисто коммерческих интересов и плохо вяжется с мирными декларациями германского правительства.

Любопытны собственноручные замечания Вильгельма на полях этих докладов Бюлова. "Так дерзко, - писал кайзер, взбешенный протестом Муравьёва, - мог разговаривать Николай I с Фридрихом-Вильгельмом IV. При мне же с этим покончено. Руки по швам и стоять смирно, господин Муравьёв, когда вы разговариваете с германским императором"5 .

Подобные сердитые окрики служили только для внутреннего потребления. До поры до времени германская дипломатия маскировала свои агрессивные намерения и одновременно продолжат играть на противоречиях в лагере своих противников. Видный чиновник германского министерства иностранных дел фон Мюльберг писал "весьма секретно" первому секретарю германского посольства в Лондоне Экардштейну: "Нам следует таким образом использовать азиатское соперничество Англии и России, чтобы, то отдавая поклон британскому льву, то делая книксен русскому медведю.


1 "Die Grosse Politik". Bd. 14. Teil 2, N 3996, S. 510.

2 Депеша Рихарца канцлеру Гогенлоэ от 10 марта 1899 года. "Die Grosse Politik". Bd. 14. Teil 2, N 4000, S. 514.

3 "Die Crosse Politik". Bd. 14. Teil 2, S. 453.

4 Депеша Бюлова Радолину N 172 от 24 марта 1899 года. "Die Grosse Politik". Bd. 14. Teil 2. N 4000, SS. 533 - 534.

5 "Die Grosse Politik". Bd. 14. Teil 2, N 4022, SS. 554 - 555.

стр. 47

дотянуть нашу дорогу ли Ковейта на Персидском заливе"1 .

Ещё грубее эта же мысль выражена в одной из собственноручных резолюций кайзера; "Когда британцы и русские погрызутся, мы сможем в качестве третьего радующегося сунуть Багдадскую дорогу в карман"2 .

Как известно, германские расчёты не осуществились. Интриги кайзеровской агентуры в арабских странах и на Персидском заливе встретили энергичный отпор со стороны Великобритании. Во время свидания кайзера с английским королём Эдуардом VII в Гамбурге в августе 1901 г. немцам был вручён составленный министром иностранных дел Англии лордом Ландсдоуном меморандум, касавшийся англо-германских отношений на Дальнем Востоке, в Марокко и на Персидском заливе. По этому последнему вопросу в меморандуме указывалось, что Англия, имеющая значительные интересы на Персидском заливе, не может безразлично отнестись к каким бы то ни было событиям, способным изменять существующее положение дел или дать другой державе специальные права я привилегии над территорией, принадлежащей шейху Ковейта, с которым правительство его величества имеет определенные соглашения"3 .

Несколько позже, в 1903 г., лорд Ландсдоун сделал ещё более определённые заявления по этому поводу, указав, что попытка какой-либо державы приобрести базу на Персидском заливе будет означать для Великобритании "casus belli". Это заявление было подкреплено демонстративной поездкой лорда Керзона (тогда вице-короля Индии) на флагманском судне индийской эскадры по портам Персидского залива. Немцам пришлось отступить.

Не увенчались успехом и старания германской дипломатии расколоть силы её противников. Англо-французское соглашение 1904 г., ликвидировавшее соперничество обеих держав в Африке (Египет, Марокко), заложило основы Антанты. Вскоре за этим последовала и хорошо известная англо-русская конвенция 1907 г. о размежевании сфер влияния в Азии. Ставка немцев на непримиримость англо-русских противоречий на Востоке оказалась битой. Вместо англо-русской грызни и англо-французских конфликтов наметилась возможность создания мощной антигерманской коалиции. В самой Турции после младотурецкой революция (1908 - 1909) позиции германской дипломатии явно ухудшились.

Со времени Мидхат-паши англофильство стало традицией турецких либералов. Для них Англия была страной классического парламентаризма, к тому же английская дипломатия ориентировалась не на султана и его реакционно-клерикальное окружение, а на оппозиционные умеренно-либеральные круги. Новый английский посол в Турции Джеральд Лоузер в своей речи официально приветствовал турецкую революцию. После аннексии Боснии и Герцеговины австрийцами (1908) во многих турецких городах началась кампания бойкота австрийских товаров. "Можно было и впрямь подумать в эти дни, что австро-германское влияние в Турции пало, чтобы никогда больше не возродиться, - писал Мандельштам, тогда драгоман царского посольства в Константинополе4 . Но германская дипломатия сумела быстро переориентироваться и завязать связи с руководящими младотурецкими кругами.

Старания немцев оказались небезуспешными. Не последнюю роль здесь сыграло то обстоятельство, что некоторые видные младотурки были лично связаны с Германией и слыли германофилами. (Махмуд-Шефкет-паша, получивший в Германии военное образование, новый великий визир Хакки-паша, близкий друг германского посла барона Маршала-фон-Биберштейна.) В полном смысле слова своего человека обрели немцы в лице Эмвера, одного из самых беспринципных политических авантюристов. В августе 1910 г. в Мариенбаде состоялась встреча великого визиря Хакки-паши с австро-венгерским министром иностранных дел графом Эренталем, в результате которой был улажен австро-турецкий конфликт. Это была серьёзная победа германской дипломатии и явный провал нового, младотурецкого правительства, молчаливо санкционировавшего таким образом захват Боснии и Герцеговины.

Однако в этот первый период, правления "иттихадистов"5 германское влияние ещё не могло считаться окончательно упрочившимся в Турции. Новое турецкое правительство и младотурецкая партия, намечая новый курс внешней политики, были вынуждены считаться с некоторыми серьёзными практическими обстоятельствами и прежде всего учесть катастрофическое состояние турецких финансов. К 1910 г. дефицит турецкого государственного бюджета достиг 10,5 млн. лир. Германский финансовый капитал был в те времена ещё относительно слабым.

Главным финансовым рынком для Турции оставался Париж, и с этим как-никак приходилось считаться новым правителям Турции. Но когда франко-турецкие переговоры по поводу нового займа зашли в тупик, немцы поспешили использовать выгодную ситуацию. Германо-австрийский консорциум, объединивший 39 банков и банкирских домов Германии и Австрии, предоставил Турции заем в сумме 7 млн. лир.

Германское влияние давало себя всё больше чувствовать в руководящих правительственных учреждениях Турции к осо-


1 "Die Grosse Politik". Bd. 17, N 5213, S. 375.

2 "Die Grosse Politik". Bd. 17. N 5239, S. 411.

3 Ibidem, N 5033, S. 123.

4 Mandelstam A. "Le sort de l'Empire Ottoman", p. 58. Paris. 1917.

5 Младотурки (от названия младотурецкой партии "Иттихад ве терекки" ("Единение и прогресс").

стр. 48

бенно в турецкой армии. Ещё накануне младотурецкой революции, в марте 1907 г., султанское правительство заключило договор с германской фирмой "Deutsche Munition und Waffenfabrik" об устройстве в городе Зайтун-Бурну патронного завода. В дальнейшем был заключён ряд контрактов с заводами Круппа на поставку орудий и снарядов и сделаны крупные заказы фирме Шварцкопф на постройку миноносцев для турецкого флота1 . Всё шире и шире практиковались отправка турецких офицеров в Германию и приглашение немецких инструкторов на ответственные посты в турецкой армии. Так, чрезвычайный бюджет турецкого военного министерства на 1909 - 1910 гг. предусматривал ассигнование 500 тыс. золотых пиастров на командировки турецких офицеров в Германию2 . В 1911 г. во главе всей интендантской службы турецкой армии был поставлен германский инструктор.

Уже с конца прошлого столетия пропаганда колониальных захватов приняла в Германии чрезвычайно интенсивный характер, причём ближневосточные проблемы в этой пропаганде занимали всё более значительное место. Особенную активность развила знаменитая "Пангерманская лига" ("Alldeutscher Verband"), этот идеологический, центр германского разбойничьего империализма, В 1898 г. Лига опубликовала свой манифест под заглавием "Права Германий на турецкое наследство" ("Deutschlands, Anspruche an das turkische Erbe"). "Коль скоро, - говорилось в манифесте, - события приведут к распаду Турецкой империи, никакая другая держава не сможет серьёзно протестовать против того, чтобы Германская империя получила для себя некоторую часть"3 .

Виднейший теоретик пангерманизма Фридрих Науман тогда же в своей работе "Азия", написанной в результате путешествия автора в Сирию и Палестину, конкретизировал положения, выдвинутые в манифесте Лиги: "Если немцы хотят поддержать Оттоманскую империю, им следует ввести туда силу труда. Это означает помещение капитала в самом широком смысле слова: людей, денег, крестьян, ремесленников, солдат, административных служащих, рельсы, банки, машины... Точно так же как турки поручают обучение своих солдат немецким офицерам, а укрепление своих крепостей - Круппу, они когда-нибудь почувствуют необходимость в методах немецкой администрации"4 .

В последующие годы пангерманская пропаганда обогатилась рядом специальных трактатов, посвященных политическим задачам германского империализма на Ближнем Востоке (работы Таниенберга, Хассе, Эриста Иека, Риттера, Шефера, Пауля, Рорбаха и др.), в которых агрессивные концепция германской политики на Ближнем, Востоке обретали ещё большую конкретность и смелость. Эрист Иек доказывал, что открытие морского пути в Индию в конце XV в., подорвавшего старинный континентальный путь из Центральной Европы на Восток, привело к упадку Малой Азии и к обнищанию Германии. Дорога Берлин-Багдад должна реставрировать прежнее положение вещей5 . Вот как грезился грядущий немецкий рай известному пангерманцу Риттеру: "Конфедерация государств Центральной Европы (Mitteleuropa) как держава-протектор Малой Азии с привилегией колонизации страны - вот единственное решение восточного вопроса, выгодное для Германии, Австро-Венгрии и самой Турции"6 .

Пауль Рорбах, пожалуй, наиболее красноречивый из всей плеяды теоретиков германского империализма, в своей широко известной книге "Немецкая идея в мире" разработал целую систему германской "культурной экспансии" на Ближнем Востоке - "от Средиземного моря до Персидского залива" - путём распространения сети германских школ и "инфильтрации немецкого духа"7 .

Известный немецкий военный публицист генерал фон Бернгарди высказывался ещё более определению. В своих книгах "Германия и предстоящая война" ("Deutschland und der nachste Krieg") и "Наше будущее" ("Unsere Zukunft") он с фельдфебельской бесцеремонностью утверждает, что осуществить идею колониальной и морской гегемонии Германии невозможно без войны с Англией. По мнению Беренгарди, избежать войны ...можно будет только в том случае, если Англия покинет своих континентальных союзников, если она предоставит Германии полную свободу рук на морях и в колониях, если она не будет препятствовать австрийской экспансии на Балканском полуострове и германской политике в Малой Азии, развитию германского флота и приобретению угольных станций"8 .

Хотя германская угроза была своевременно осознана и в Лондоне, и в Петербурге, но англо-русское соглашение 1907 г, ещё не являлось прочным и длительным союзом: англо-русские противоречия продолжали существовать, и германская дипломатия пыталась использовать их, чтобы разъединить силы своих естественных противников.


1 "Вооружённые силы Турции". Секретный обзор Главного управления Генерального штаба, стр. 144. СПБ. 1912.

2 Там же, стр. 177.

3 Andler Ch. "Collection des documents sur le pangermanisme". Vol. III, p. 156. Paris. 1915 - 1917.

4 Ibidem, p. 192 - 193.

5 Ernst Yaekh "Deutschland im Orient nach dem Balkan-Kriege", 1913, SS. 13 - 14.

6 Riller "Berlin - Bagdad", S. 64.

7 Andler Ch. Op. cit., p. 386.

8 Barker Ellis J. Autocratic and democratic Germany. "Nineteenth century and after". Vol. LXXV, Februar 1914, p. 259.

стр. 49

И потсдамское соглашение 1911 г. и англо-германские переговоры, тянувшиеся почти вплоть до войны 1914 г., означали, что маневры немцев не всегда были бесплодны. Да и в самой Турции германским агентам удаюсь гари помощи демагогии о "мирном проникновении" усыпить бдительность и, даже залучить в свои сети многих легковерных и недальновидных турецких политических деятелей.

В январе 1913 г. очередной путч в Стамбуле привёл к злости пресловутый "триумвират" (Энвар, Талаат, Джемаль), беспринципную клику, которая как нельзя более подходила для осуществления планов германского империализма. Немцы искусно использовали характерные свойства неудачного "турецкого Бонапарта"- Энвера; его непомерное честолюбие, авантюризм. Они охотно поощряли пантюркистские и панисламистские бредни Энвера и его сподвижников. Союз с Германией в глазах новых турецких правителей был наиболее верным средством для реализации их собственных великодержавных планов.

С этих пор германский империализм прочно завоевал командные позиции в Турецкой империи. Фактически закулисным хозяином, в стране становится германский посол, барон фон Вангенгейм. Пока ещё декорум по отношению к Англии и Франции соблюдался. Английский адмирал Лимнус ещё сохранял руководство турецким флотом.

Осенью 1913 г., по окончании балканской войны, министр финансов Джавид возобновил переговоры с Парижем о займе и официально заявил в интервью, напечатанном в газете "Стамбул": "Мы можем ориентироваться на Францию и только на Францию"1 . Джемаль отправился во Францию с дружественным визитом.

Заигрывание младотурецких диктаторов с Францией и Англией в этот период имело своей целью выиграть время, необходимое для того, чтобы Турция могла оправиться от последствий двух предыдущих неудачных войн (итало-турецкой и балканской) и сделать необходимые приготовления. Некоторую роль в этих дипломатических зигзагах играли и надежды на заключение нового займа в Париже.

Но, разумеется, не вся младотурецкая партия разделяла прогерманскую позицию "триумвирата". Чем больше увязала Турция в тенётах немецких империалистов, тем сильнее охватывала тревога широкие круги турецкого общества. В рядах партии "Единение и прогресс" крепла оппозиция, к которой примыкали некоторые видные младотурецкие деятели.

В ноябре 1913 г. в Стамбул прибыла знаменитая германская военная миссия генерала Лиман фон Сандерса. Это уже была открытая демонстрация подчинения Турции немцам. Лиман фон Сандерс официально был назначен лишь командиром одного из турецких корпусов, однако фактически он взял в свои руки верховное командование всей турецкой армией. Вскоре английский адмирал Лимнус получил отставку, и турецкий флот перешёл под контроль германского адмирала Сушона.

Оставалось только зафиксировать создавшееся положение вещей, закрепить формальным союзным договором. Такой договор и был заключён в конце июля 1914 г., буквально за несколько дней до начала войны.


1 Mandelstam A. Op. cit., p. 70

 

Orphus

© libmonster.ru

Permanent link to this publication:

https://libmonster.ru/m/articles/view/ГЕРМАНСКИЙ-ИМПЕРИАЛИЗМ-НА-БЛИЖНЕМ-ВОСТОКЕ-НАКАНУНЕ-МИРОВОЙ-ВОЙНЫ-1914-1918-ГОДОВ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Mikhail SechinContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://libmonster.ru/Sechin

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

Ш. ШТЕЙНБЕРГ, ГЕРМАНСКИЙ ИМПЕРИАЛИЗМ НА БЛИЖНЕМ ВОСТОКЕ НАКАНУНЕ МИРОВОЙ ВОЙНЫ 1914-1918 ГОДОВ // Moscow: Russian Libmonster (LIBMONSTER.RU). Updated: 10.09.2015. URL: https://libmonster.ru/m/articles/view/ГЕРМАНСКИЙ-ИМПЕРИАЛИЗМ-НА-БЛИЖНЕМ-ВОСТОКЕ-НАКАНУНЕ-МИРОВОЙ-ВОЙНЫ-1914-1918-ГОДОВ (date of access: 23.09.2019).

Found source (search robot):


Publication author(s) - Ш. ШТЕЙНБЕРГ:

Ш. ШТЕЙНБЕРГ → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Mikhail Sechin
Ekaterinburg, Russia
981 views rating
10.09.2015 (1473 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes

Related Articles
Преграды к созданью Единой Теории Поля и путь одоления их. Barriers to the creation of the Unified Field Theory and the path of overcoming them.
Catalog: Философия 
3 days ago · From Олег Ермаков
ЯНТАРНЫЙ ПУТЬ
Catalog: География 
5 days ago · From Россия Онлайн
ПЕРВАЯ В РОССИИ КНИГА О ФРАНЦУЗСКОЙ БУРЖУАЗНОЙ РЕВОЛЮЦИИ КОНЦА XVIII ВЕКА
5 days ago · From Россия Онлайн
АЛЕКСЕЙ АЛЕКСЕЕВИЧ БРУСИЛОВ
5 days ago · From Россия Онлайн
ЕГИПЕТ: ЭВОЛЮЦИЯ ПОЛИТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ
5 days ago · From Россия Онлайн
А. Т. БОЛОТОВ - УЧЕНЫЙ, ПИСАТЕЛЬ ЭНЦИКЛОПЕДИСТ
5 days ago · From Россия Онлайн
Несмотря на недолгое существование казино Crystal Casino на онлайн-рынке, сейчас оно является одним из самых развитых и уважаемых онлайн-казино. Это российское онлайн-казино предлагает несколько сотен различных игр, доступных на настольных компьютерах, а также на смартфонах и планшетах.
Catalog: Лайфстайл 
5 days ago · From Россия Онлайн
МОСКОВСКИЕ ОХОТНИКИ ПРЕДПОЧИТАЮТ ЯСТРЕБОВ И СЕТТЕРОВ
Catalog: Лайфстайл 
10 days ago · From Россия Онлайн
НЕНУЖНАЯ НЕОБХОДИМОСТЬ
Catalog: Лайфстайл 
10 days ago · From Россия Онлайн

Libmonster, International Network:

Actual publications:

LATEST FILES FRESH UPLOADS!
 

Actual publications:

Загрузка...

Latest ARTICLES:

Latest BOOKS:

Actual publications:

Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
ГЕРМАНСКИЙ ИМПЕРИАЛИЗМ НА БЛИЖНЕМ ВОСТОКЕ НАКАНУНЕ МИРОВОЙ ВОЙНЫ 1914-1918 ГОДОВ
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate $ to Libmonster ($)

Russian Libmonster ® All rights reserved.
2014-2019, LIBMONSTER.RU is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Russia


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Germany China India Sweden Portugal Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Uzbekistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones