Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: RU-8679
Author(s) of the publication: В. А. ВИННИК, В. А. ПОНОМАРЧУК

Share with friends in SM

Пролегомены

Вряд ли кто станет возражать, что вне системы социальных институтов в права вступает единственное право - право силы. А потому они как система стабильных образцов социального взаимодействия, основанная на формализованных правилах, законах, обычаях и ритуалах не просто структурная часть социума, но базис его жизнеспособности, в котором постепенно складывающиеся формы "правил игры" в обществе, организующие взаимоотношения между людьми, находят отражение в уже сложившейся правовой системе и организационно санкционируются государством. Как раз эти, формально зафиксированные, "писанные", "правила игры" (право), но обычно не писанные кодексы поведения (мораль и нравственность), которые лежат глубже формальных правил и дополняют их, и определяют рамки поведения субъекта, в пределах которых он свободен в реализации своего потенциала. На наш взгляд, именно эта свобода индивида в его взаимоотношениях с ближайшим окружением и с социумом в целом как проблема осознанной необходимости "всеми и каждым" быть гражданином и есть по сути дела единственная поистине "общечеловеческая ценность" 1 . Понятно, в таком случае вряд ли можно обойти вниманием обсуждение роли и места социальных институтов и прежде всего наиболее важного из них для становления человека и его ценностных ориентаций - института образования.

Почему мы говорим здесь именно об институте образования как о социальном институте, определяющем сам процесс становления человека? Да потому, что институт образования в лице дошкольных учреждений и общеобразовательной школы делает доступными социокультурные ценности, в том числе и знания как социальные ценности, для любого входящего в социум субъекта, независимо от морального, нравственного, образова-

стр. 121


тельного и т. д. потенциала его семьи. В этом плане огромным социальным достижением советской системы образовательной политики и социальной политики государства было обеспечение "всем и каждому" доступа к базовому образованию. Причем уровень этой "базы" неизменно повышался в соответствии с ростом экономического потенциала государства. Вызывает сожаление тот факт, что Россия существенно снизила гарантии государства для доступа своих граждан к ценностям образования. И даже конституционно закрепила отступление на этом "фронте". Согласно традициям и принципам, сложившимся в отечественной педагогике, образовательный процесс включал не только освоение знаний в сфере естественных наук, не ограничивался, говоря языком досоветского периода, проблемами "реальных училищ", позволявших осваивать профессию, но ставил проблемы гуманитаризации и гуманизации образовательного процесса, проблему становления человека как достойного гражданина.

Уже в прошлом и даже позапрошлом веке в отечественной педагогике наметился переход от культуры воспитания (Ж. -Ж. Руссо) и культуры обучения (Я. А. Коменский) к культуре образования, определенной Гегелем как "тандем гимназии и университета". Именно традиции образования были осознаны и получили развитие в идеях воспитывающего обучения, что не могло не получить отражения как проблема становления индивида не только и не столько как специалиста-профессионала, но гражданина.

Правда, нельзя не отметить, что проблематика формирования гражданственности в предшествующий период специально не разрабатывалась и рассматривалась лишь в контексте так называемого "коммунистического воспитания". В числе его ориентиров, правда, назывались воспитание нравственное, военно-патриотическое и просто патриотическое, идеологическое, а собственно гражданственность как-то оставалась в тени. Неудивительно, что эта проблематика все еще недостаточно осознана, и даже энциклопедические издания, как правило, обходят ее. Квинтэссенцией разных аспектов немногочисленных определений этого понятия, на наш взгляд, может стать следующая трактовка: гражданственность - это сознательная включенность в дела социума и государства на базе самоопределения в отношении его социальных идеалов, приверженность его интересам и готовность идти на жертвы ради них. Понятно, что в таком случае социальная направленность личности человека определяется

стр. 122


его самокритичным, лишенным иллюзий гражданским самосознанием. Последнее, будучи нравственной основой и социальным ориентиром конструирования каждым из членов социума своего социального идеала, окрашивает в специфические тона восприятие и впечатления о соотнесенности и идеологической направленности социальных событий, оценку социальных институтов и субъектов экономической и политической деятельности, их установок, стереотипов и предрассудков, что и определяет реальное поведение человека.

В этой связи пропедевтической необходимостью трактовки роли и места гражданственности становится необходимость разобраться с вопросами морального и нравственного потенциала общества в аспекте становления гражданского самосознания как социокультурного феномена. А поскольку гражданские позиции входящего в жизнь социума во многом связаны с проблемами правосознания, то исследование проблемы становления гражданина предполагает рассмотрение соотношения категорий "мораль", "нравственность", "право". Это заставляет нас обратить специальное внимание на особенности ценностных ориентаций в этой сфере.

Своевременная и точная оценка их состояния, анализ условий формирования и влияния конкретных факторов на этот процесс при вхождении подростка в социум в качестве его полноправного субъекта весьма важна для организации эффективной работы по воспитанию гражданственности и принятия оптимальных решений органами управления всех уровней. Особое значение приобретает она в условиях социальных потрясений, поскольку в такие периоды "расшатываются" общепризнанные социальные нормы, идет "ломка" правовых отношений и тем самым создаются реальные предпосылки формирования молодежи, негативно ориентированной в отношении социальных ценностей. Причем это касается как ценностей традиционных, так и только- только получающих признание.

Эффективность и достоверность анализа положения дел в социуме, равно как и эффективность принимаемых и проводимых в жизнь управленческих решений, несомненно, зависит от адекватности подхода к трактовке ценностных ориентаций в сфере гражданственного самосознания. А таковые существенно отличаются от ориентаций на тот или иной конкретный вид образовательной или профессионально-трудовой деятельности.

Различия видятся нам прежде всего в следующем.

стр. 123


1. Обретение ориентаций на тот или иной вид образовательной или профессионально-трудовой деятельности вполне правомерно трактовать как атрибут социализации, овладения определенной социальной ролью. Школа как базовый компонент института образования вместе с семьей вполне справляется с этой задачей. Даже в условиях ее реформирования. Более того, как раз реформирование школы и направлено на создание предпосылок для эффективного восполнения трудового потенциала социума в соответствии с изменившимися требованиями.

2. В тех же случаях, когда речь идет о становлении гражданина, об обретении подростком гражданского самосознания, следует говорить уже не просто о социализации, но о становлениисоциальной направленности личности. Понятно, что в таком случае на первый план выступает не столько потенциальный социально-профессиональный статус подростка и его ценностные ориентации на трудовую деятельность, сколько сам процесс вхождения индивида в культуру социума и обретение определенного - пусть даже на бытовом уровне - понимания феномена человека. Подчеркнем, что в этом случае в центре внимания оказываются отнюдь не проблемы "цивилизованного", или, что то же самое, "правового" общества, но проблемы культуры, проблемы трактовки человека как социокультурного феномена. Тем самым формирование социальной направленности личности предполагает содержательность трактовки ценностных ориентаций как динамичного, исторически определенного феномена социальной жизни, диктующего закономерности и конкретику самого подхода к феномену культуры и феномену человека, а тем самым и к проблемам правовой и гражданской культуры индивида и ее последующей операционализации. Причем операционализации в диапазоне "право-знание - право-сознание".Иными словами, речь идет о позициях подростка как гражданина, выступающего в одной из альтернативных ипостасей. В одном случае это пассивный исполнитель принятых кем-то законодательных актов, причем нередко исполнитель бездумный, не рассуждающий.

стр. 124


Следствием такой позиции может стать как правопослушное поведение, так и поведение девиантное, противоправное. Но всегда в поступках такого человека будет сквозить безразличие к делам государства, общества и окружающих. В другом - речь будет идти о молодом человеке, имеющем личностную позицию в отношении всего происходящего вокруг него и стремящегося активно повлиять на разрешение возникающих социальных проблем. Иными словами, о гражданине не в формальном смысле этого слова, но о человеке с активной гражданственной позицией, с позицией "Кто, если не я?".

Вследствие этого смысловым ядром анализа ценностных ориентаций в сфере гражданского самосознания не может не стать рассмотрение специфических условий вхождения индивида в культуру социума с учетом деятельности реальных социальных институтов, в первую очередь - семьи и школы, т. е. рассмотрение условий формирования подростка как индивидуальности.Таким образом, и на уровне практическом, в том числе и в непосредственно педагогическом плане, и на уровне теоретическом, в общефилософском плане, проблема "становление гражданина" диктует требование триединства рассмотрения условий становления ценностных ориентаций и влияния на этот процесс:

* во-первых, ближайшего окружения, в том числе семейного круга;

* во-вторых, социальных институтов, прежде всего института образования;

* в-третьих, социальной ситуации в целом - социально-экономической и политической системы, особенностей "официальной" трактовки проблем гражданского самосознания и отражения их на "бытовом" уровне.

Уроки прокламируемой в недавние годы деидеологизации школы и ее негативных последствий как для государства и общества в целом, так и для нравственных позиций подростков, неопровержимо свидетельствуют в пользу необходимости специального внимания к формированию ценностных ориентаций социокультурного плана как основы становления гражданина. Это в свою очередь предполагает осознание социумом в лице органов управления следующих моментов:

стр. 125


* социальной значимости реалий ценностных ориентаций молодежи как феномена правосознания и гражданского самосознания;

* необходимости учета особенностей и динамики условий формирования ценностных ориентаций, специфики межличностного общения подростков и изменения референтности для них конкретных контингентов их ближайшего окружения и социальных институтов;

* важности оптимизации путей и методов воспитательных воздействий социальных институтов на становление гражданина;

* осознания возможностей, тенденций и перспектив воздействия института образования на становление гражданственно-правовой культуры подростка.

Специальное внимание к вопросам обеспечения адекватности сущностных характеристик отечественного образования требованиям социальной ситуации в стране важно и по следующему основанию. Реформа школы в стране в начале 90-х годов прошлого века проводилась поспешно, была мало подготовлена и осуществлялась нередко явочным порядком. Достаточно вспомнить о буме с выпуском "скороспелых" и недостаточно апробированных учебников. Стремление реформаторов школы в целях повышения качества образования и приближения его к канонам "цивилизованных стран" для обеспечения "конвертированности", желание отойти от таких пороков советской школы, как излишняя ее заорганизованность, идеологизированность и авторитарность формирования содержания гуманитарных дисциплин еще раз продемонстрировало, что благими намерениями вымощена дорога в ад.

Деидеологизация школы обернулась невниманием к традициям отечественной педагогики, к идеям воспитывающего обучения, к проблемам школы как к институту не просто обучения, но как к институту образования, институту становления гражданина. Стал преобладать крен в сторону использования педагогических и психологических технологий зарубежных специалистов с целевой установкой на становление индивидуалиста с корпоративной моралью, узкого специалиста, готового прежде всего к конкурентной борьбе в сфере бизнеса.

"Технологичность" зарубежной педагогики и ее относительную ущербность при сопоставлении с воспитательным потенциалом советской школы даже со всей ее "авторитарностью, еди-

стр. 126


номыслием и заорганизованностью" достаточно четко зафиксировал известный американский психолог и педагог У. Бронфенбреннер. Будучи в течение многих лет руководителем международного проекта сравнения школьного образования в разных странах, еще в 1976 г. в своей книге "Два мира детства. Дети в США и СССР", переведенной на многие языки, он отмечал, что основным отличием американской и советской школ является огромное внимание последней не только к обучению предметам, но и воспитанию. Более того, он специально подчеркнул, что для привычного советскому педагогу термина "воспитание" в английском языке не существует эквивалента.

Переняв нацеленность в основном на процесс обучения, прежде всего на совершенствование педагогических технологий, как бы забывая, что образование - это процесс формирования индивидуальности, неповторимого "единичного" образа, реформаторы эпохи перестройки отказали воспитательным аспектам образовательного процесса в должном внимании. Тем более, что срочно требовалось бороться с "родимыми пятнами тоталитаризма" путем деидеологизации школы. На фоне такой борьбы была как-то "забыта" одна из основных функций института образования - формирование гражданственности. Перефразируя известное замечание А. Зиновьева "Целились в партию, а попали в Россию", об итогах реформирования и деидеологизации школы можно сказать, что "целились в авторитаризм и единомыслие в школе, а попали в становление гражданина и патриота".

Гражданственность и нравственность как социокультурный феномен

Практически никто сегодня не отрицает, что "первый конкретный факт, который подлежит констатированию, - телесная организация этих индивидов и обусловленное ею отношение их к остальной природе" 2 . Но если здесь поставить точку, то вполне логичен вывод о генетической и территориальной предопределенности гражданского статуса индивида 3 . Однако, если принять во внимание, что человек - не только и не столько природное существо, что он - человеческое природное существо, то логичен вывод об иной природе феномена осознания себя гражданином: таковой выступает как эпифеномен сформировавшихся при становлении личности вполне конкретных цен-

стр. 127


ностных ориентаций, ставших основой социальной направленности личности субъекта.

В первом случае сама способность быть человеком и средства реализации этой способности трактуются как рядоположенные и имеющие единую, родовую, природу. Во втором полагается, что они не тождественны, поскольку в телесной организации индивида средства способности стать человеком не закреплены наследственно. Более того, они отделены от этой самой способности не только во времени, но и в пространстве, образуя органы не биологической, а социальной системы: само существование индивида как человеческого природного существаобусловлено вхождением в культуру социума. И такое вхождение в культуру есть исторически обусловленный момент развертывания целостного процесса, говоря словами К. Маркса,становления природы человеко м в онтологическом плане, момент обретения способности и навыков целенаправленной, целесообразной деятельности. Отсюда следует, что:

* нельзя исходить из признания феномена существования неких "общечеловеческих ценностей" как таковых, "самих по себе": они всегда определены и в общественном сознании, и в сознании индивидуальном конкретно-исторически;

* важно выявить реальное соотношение содержания категорий "нравственность - мораль - право" в контексте трактовки системы взаимодействия "индивид - общество - государство" как феномена, имеющего специфические особенности на каждом из этапов становления социума;

* вряд ли рационально опираться при решении проблем формирования гражданственности и правосознания на "опыт цивилизованных стран" с иными культурно-бытовыми традициями, а тем более с иными принципами построения социума и государства, нерефлексивно принимая постулаты так называемого "правового общества" как якобы имеющими непреходящую общечеловеческую ценность "для всех времен и народов".

В конечном счете, позиции субъекта как гражданина выступают отражением взаимодействия личности и социума, правосознания и права как определенная - идеологическая! - форма социальных отношений в области права, каковые определяются одновременно правосознанием (достояние гражданина) и

стр. 128


действующим правом (достояние социума), а также динамикой реалий социума и деятельности его социальных институтов.

В самом понятии "правосознание" фиксируются два его аспекта:

* идеологический - соотнесенность с правом, т. е. с совокупностью фиксированных норм и правил, регулирующих социальные отношения, а также с комплексом учреждений как представителей социальных институтов, обеспечивающих их реализацию;

* социально-психологический - соотнесенность с личностными моментами, моментами социально-психологическими и этическими, т. е. моментами правосознания и осознания себя гражданином.

Сущность идеологического момента правосознания и правоосознания себя с позиций гражданственности составляет право как форма общественного сознания, представляющая собой некую систему общеобязательных социальных норм, охраняемых силой государства, соблюдение которых обеспечивается мерами государственного воздействия, включая принуждение. Таким образом, в идеологическом плане, который по сути дела отражает один из аспектов гражданственности позиций субъекта, право выступает как важнейший социальный регулятор, определяющий характер взаимоотношений государства и личности.

Сущность социально-психологического момента правосознания раскрывается, на наш взгляд, в понятиях морали и нравственности как основных элементов этической составляющей ценностных ориентаций, этого базового компонента социальной направленности реальной личности.

К сожалению, в подавляющем большинстве изданий не дифференцируются указанные понятия: термины "мораль" и "нравственность" даются как синонимичные. При этом констатируется, что в качестве сферы общественного сознания мораль, выполняя роль общественного социального института, оказывается хранилищем, накопителем вырабатываемых в обществе и различных группах норм, представлений о должном, желательном. Отражая требования к индивиду, принципы морали поддерживают и санкционируют определенные общественные устои, строй жизни и формы общения (или, напротив, требуют их изменения) в самой общей форме. А потому мораль принадлежит к числу основных типов нормативной регуляции действий человека: она регулирует его поведение и сознание во всех сферах об-

стр. 129


щественной жизни в отличие от особых требований, предъявляемых человеку в каждой из таких областей, как труд, семья и т. д.

Принципы морали, полагают сторонники указанной точки зрения, имеют социально-всеобщее значение и распространяются на всех людей, фиксируя в себе "общее и изначальное", что и составляет ценностный базис общества, культуру межчеловеческих взаимоотношений 4 . Однако утверждение, что мораль фиксирует "общее и изначальное" по меньшей мере вызывает сомнение, ибо вряд ли существует некая мораль вне времени и пространства. Как говорится, "ныне, присно и во веки веков". И что значит "изначальное"? Внеисторическое? Но ведь такие авторы сами отмечают, что моральные нормы являются отображением жизненно-практического и исторического опыта.

Столь же неоднозначную реакцию вызывает и постулат "в морали громадную роль играет индивидуальное сознание (личные убеждения, мотивы и самооценки), которое позволяет человеку самому контролировать, внутренне мотивировать свои действия" 5 . Да, в морали имеет место взаимодействие, столкновение индивидуального и общественного сознания. Но именно взаимодействие. И только в этом плане можно говорить, что здесь имеет место "автономия человеческого духа" 6 . Ведь если бы здесь имела место полная автономия, то и речи бы не шло об оценке в системе морали не только практических действий людей, но и их мотивов, побуждений и намерений. Но в отличие от нравственности их выполнение основано на нравах и обычаях, т. е. на общественном мнении, а отнюдь не на совести 7 .

Да, в постулируемом в двуединстве "мораль - нравственность" есть место не только общественной оценке, но и оценке совести, т. е. самооценке субъекта. Но все же понятия мораль и нравственность следует развести, чтобы выделить абсолютное и релятивное в морально-нравственном пространстве оценок: релятивность моральной оценки, носящей исторически-классовый, общественно-групповой характер, и реальную абсолютность нравственной оценки, оценки совести, ее "вневременной", поистине общечеловеческий характер. При таком разведении тезис О. Г. Дробницкого "Сила и оправдание моральных требований состоят в том, что субъект должен обращать их на себя и только через опыт собственной жизни предъявлять их и другим" представляется справедливым, если прочитать его как "Сила и оправдание нравственных требований...." и далее по тексту. Ибо в отличие от морали нравственность - это всегда саморефлексия, а

стр. 130


отнюдь не оценка со стороны. Недаром приведенные выше положения нередко подкрепляются ссылкой на "Золотое правило", и тем самым на проблемы категорического императива И. Канта 8 .

И. Кант, противопоставляя нерефлексивное поведение 9 поведению рефлексивному 10 , относит последнее к сфере практического разума, к сфере его априорных, а тем самым и вневременных, законов. К сожалению, многие авторы при рассмотрении проблематики категорического императива, даже приводя оба авторских его определения, обращают внимание главным образом только на одну сторону проблемы: на сущностную характеристику нравственного закона - альтернатива "цель - средство" 11 . И практически никогда не отдают должного второму моменту: констатации того, что это всегда фиксация тождества личности и социума, их континуальное равенство 12 . А ведь только при должном внимании к этой стороне дела достигается понимание того, что решающая роль в оценке своих действий, поступков и помыслов для нравственного человека принадлежит его собственной самооценке. Самооценке в качестве бесконечно богатого и континуально равного всему обществу свободного человека. И тем самым не нуждающегося в оценке "со стороны", как не нуждается и не может быть оценено "со стороны" - в принципе! - само человечество. Потому-то гражданственность выступает всегда как атрибут нравственной позиции. Потому-то античные Олимпийские игры, будучи вполне реальной школой гражданственности и воспитания гражданина, заставляли замолкать бога войны Ареса: позиция "всех и каждого" из античных граждан как членов сообщества "цивилизация греков" оказывалась выше сиюминутных корпоративных интересов субъекта как представителя определенного полиса. Иными словами, при самоопределении античных греков торжествовали нравственные позиции решающей роли принадлежности к своей цивилизации как единому целому при осознании континуального равенства и даже тождества каждого из граждан и цивилизации в целом. Таким образом, хотя гражданственность тесно связана с патриотизмом, но выступает при этом его высшей формой. Здесь уместно напомнить о логике образовательного процесса, логике формирования, а, точнее, содействия становлению неповторимой индивидуальности, культивируемой А. Дистервегом: специальное образование должно основываться на общечеловеческом образовании - сначала осознание себя как человека, затем как гражданина и лишь затем как члена нации 13 .

стр. 131


Таким образом, при проработке проблемы нравственности, как видим, весьма важна сама трактовка феномена человека и образовательного процесса, ибо нравственность и нравственный императив получают конкретное выражение с позиций свободы в зависимости от понимания сущности феномена гражданственности. Заметим, что исторический опыт свидетельствует: в условиях рыночных отношений с господством частной собственности правовое - а тем самым и гражданское - равенство лишь постулируется, поскольку в этом случае общество не предоставляет ребенку сразу с момента рождения возможность стать человеком, континуально равным обществу. Ибо это даже потенциально возможно лишь в случае максимально полного вхождения в культуру социума уже на ранних этапах развития. Как умственного, так и физического.

Еще одно замечание. При деидеологизации школы начался поиск новых "символов веры". И многие стали искать заменитель ушедших в прошлое ценностей в обращении к религии. Как следствие - активная пропаганда идей так называемой "религиозной нравственности". В этой связи и мы не можем обойти эту проблему.

На наш взгляд, исходным пунктом анализа в таком случае должен стать тезис: замена одной идеологии на другую возможна лишь в случае их существенных расхождений в сущностном плане. Тем не менее, многие бывшие члены КПСС, включая и нынешних руководителей КПРФ, и нынешних демократических лидеров, что имплицитно предполагало атеизм, пытаются предстать перед публикой глубоко верующими. Правда, верят они, в отличие от известного шолоховского персонажа, уже не столько "в одну коммунистическую партию", но и в бога и черта. А потому не вызывают удивления уверения руководителей и идеологов КПРФ на страницах коммунистической печати в близости коммунистических и религиозных канонов. Коль это так, то вроде бы не стоит ломать копья с деидеологизацией школы. И, как предлагают некоторые "вновь обращенные", ввести в целях повышения уровня и качества нравственного воспитания в программу школы уроки Закона Божьего.

Как ни печально для них, это не выход из создавшегося положения. Во-первых, потому, что такие уроки будут противоречить в содержательном плане данным естественно-научных дисциплин. Правда, в плане воспитания гражданина это не решающий аргумент. Тем более, что перед нами пример "право-

стр. 132


вого" разрешения этого противоречия - "обезьяний процесс" в США. Гораздо важнее в этом случае "во-вторых": вызывает сомнения сама возможность на религиозных принципах воспитать достойного нравственного гражданина. И вот почему: социокультурный подход с его концепцией тождества гражданственных и нравственных позиций альтернативен трактовке феномена человека как божественной данности (религия), равно как и данности природной (цивилизация), ибо последние построены на идентичных по своей сути "символах веры". В первом случае - это вечно существующие божественные заповеди, во втором - все та же вера, пусть даже в нечто иное: либо в "вечность", неприходящесть и справедливость "священной частной собственности" и право сильного, либо в примат индивидуализма перед общинностью, в вечность и незыблемость идеологем типа "своя рубашка ближе к телу". Вследствие практически полного совпадения "логики" религиозной и логики "цивилизованного" человека 14 , на наш взгляд, достаточно рассмотреть здесь постулаты религиозные.

И в христианстве, и в иудаизме, и в мусульманстве определяемая догматами веры "нравственность" выступает как результат не выбора-самоопределения, но выбора-торговли индивида со сверхчеловеческими и сверхъестественными, неприродными и несоциальными силами. Иными словами, стимулируется извне. Путем ли сиюминутного поощрения или поощрения обещанием достойной "загробной жизни" - не суть важно в данном случае. Поэтому, например, поступок шахида-смертника оценивается с точки зрения правоверного мусульманина как правовой и высоконравственный, пусть даже этот поступок по "цивилизованным" оценкам противоправен и бесчеловечен. Иными словами, "нравственность" религиозного человека, по сути дела, - это либо предмет торговли индивида с высшими силами, либо правовая норма. Но коль такая торговля вошла в обычай, то, даже не будучи закреплена законодательно, она "освящена" корпоративной моралью конкретных конфессий и цивилизаций. Это же можно сказать и о так называемой "нравственности" "цивилизованного" человека, определяемой и в этом случае, как мы отмечали выше, не совестью, но принципами морали, поддерживаемыми общественным мнением.

Можно констатировать, что лишь при конкретно-историческом социокультурном подходе к феномену человека выявляются корни формирования нравственности как категоричес-

стр. 133


кого императива. Такой подход неразрывно связан с представлением о человеке как о самоцели, о высшей ценности социума. Известный тезис К. Маркса "свободное развитие каждого есть условие свободного развития всех" 15 и есть, по сути дела, кратко сформулированное всеобщее сущностное определение собственно человеческой жизнедеятельности. Как раз такое ее определение и является основой нравственного самоопределения, выступает основой гражданственности социальных позиций и ценностных ориентаций субъекта.

Разумеется, мы не первые, кто настаивает на необходимости различения нравственности и морали. Так, А. С. Арсеньев подчеркивал, что нравственность формируется вместе с личностью, составляя принцип ее бытия и неотделима от "Я" индивида. Мораль же в готовом виде предписывается индивиду как нечто, противостоящее его "Я", и чему это "Я" должно себя подчинить. Поэтому мораль связана с внешней целесообразностью как необходимостью, а нравственность - с целеполаганием самого индивида, т. е. со свободой 16 .

И нравственность как реальный способ отношения человека к другому человеку и к самому себе - к человеку "вообще", и гражданственность как реальный способ отношения индивида к социуму и государству как конкретно- исторической общности проявляются в реальном действии, а не только в сознании. В конечном счете, проявления нравственности и гражданственности как феноменов свободно выбранной индивидуальной позиции субъекта всегда неразделимы, означают способность и умение отдавать себе отчет в социальном смысле своих поступков и решений, и в соответствии с таковым осознанно и нравственно действовать.

В связи с этим гражданственность и ее развитие свидетельствуют о глубоком овладении индивидом социально позитивными ценностями и наделении таковых личностным смыслом, а потому гражданственность выступает основополагающим компонентом объективной нравственности ценностных ориентаций 17 .

Такой подход многое дает для понимания сути гражданственности, ибо позволяет зафиксировать определенную иерархичность оценок практических действий и мотиваций личности:

нравственность - бескомпромиссная самооценка прежде всего помыслов и тем самым недопущение безнравственного поступка, самооценка, независимая от оценок "со стороны": ни со стороны "других", ни со

стр. 134


стороны государства; оценка другого с позиций нравственности - это оценка поступка другого как своего собственного, без снисхождения к мотивациям в аспекте проблематики "гипотетического императива" И. Канта и выбора средств;

мораль - это корпоративная, "общественная" оценка "со стороны" и помыслов, и поступков без реакции со стороны государства и отсутствие последствий для индивида со стороны государства, поскольку мораль - область действия нравов и обычаев, а не законов;

право - это оценка "со стороны", но уже государством, поступков, но не помыслов субъекта, формализовано зафиксированная в законе с указанием реакции государства на конкретный поступок 18 .

Проведенный методологический анализ создает базу для определения социологических и педагогических индикаторов сформированности социально позитивных ценностных ориентаций и направленности личности, ибо в этом случае идет речь об оценке социально-психологических характеристик группы и личности, а потому разведение понятий "нравственность" и "мораль" неизбежно. Ведь нравственность никогда, в отличие от морали, не может быть групповой, корпоративной, но, отражая индивидуальные черты конкретного человека, его личностные характеристики, в то же время она отражает уровень его сознания как гражданина, определяя социальную направленность его личности. Иными словами, феномен гражданственности, выступая как социокультурный феномен и принадлежа ценностям социума как некоей общности, тем не менее всегда личностен.

Рассмотрение феномена человека в социокультурном аспекте, равно как и рассмотрение проблемы гражданственности в соотнесенности с нравственностью и моралью, позволяет в определенной степени приблизиться к пониманию сущности феномена гражданского, правового общества и тем самым его проблем.

Гражданственность и логика гражданского общества

На рубеже тысячелетий все большее и большее распространение получала политизированная и в то же время предельно "атомизированная" трактовка гражданственности как феномена "правового" или "гражданского" общества. Подход к идее гражданственности в этом случае существенно отличается от рас-

стр. 135


смотренного выше. Сторонники идеи поиска особой стати гражданского общества в институтах политической демократии подчеркивают, что институты политической демократии призваны формировать в обществе гражданственное сознание подобно тому, как, например, важнейшие социальные институты семьи и образования призваны в каждом очередном подрастающем поколении подтверждать и укреплять социально-ценностные и нравственные 19 ориентиры социума. При этом гражданственное сознание трактуется как индивидуально выработанная позиция в отношении основополагающих прав человека. При этом гражданин - отнюдь не всегда бездумный конформист по отношению к "своей" политической системе, какой бы она ни была, ибо он не может в нравственном плане не выступать с позиций права субъектности - личностного суверенитета, свободы совести и т. д.

Понятие "гражданское общество" впервые нашло отражение как определенная социально-политическая технология, отражавшая реалии Нового времени и отвечающая качественно новому социально-экономическому состоянию общества XVII-XVIII вв. в Западной Европе. За его узким, "технологическим" смыслом тем не менее скрывается реальный смысл конкретно-исторического подхода к социально-экономическим явлениям. Вполне закономерна вследствие этого серия вопросов. Возможен ли плюрализм "гражданских обществ", отвечающий разным социально-экономическим системам? Или же гражданское общество не имеет по данному, социально-экономическому, основанию никаких вариантов? Или же, наконец, социально-политическая технология "гражданское общество" хотя исторически и была введена определенной социально-экономической моделью, но автономна по отношению к иным социально-экономическим технологиям?

Основные варианты ответа на эти вопросы достаточно прозрачны. Все совершенно ясно с вариантом, рассматривающим социально-политическую технологию "гражданское общество" во взаимно-однозначном соответствии с возникшей в XVII-XVIII в. в Западной Европе социально-экономической моделью. За этим вариантом - свершившийся исторический факт. Однако вряд ли содержательны попытки на этом основании считать западноевропейскую модель гражданского общества безальтернативной: ничто не мешает предполагать альтернативные механизмы строительства гражданского общества по двум другим указанным вариантам.

стр. 136


Обобщая многочисленные исследовательские позиции, можно констатировать, что гражданское общество в современном понимании как многомерные реалии существующей социально-экономической и социально-политической системы - это и развитое индустриальное производство, и рынок, и демократия, и развитая наука, и самоорганизованное плюралистичное общество, отличающееся толерантностью, и многопартийная система, связывающая самоорганизованное общество с либеральным (недеспотическим) государством 20 . Заметим, что все перечисленные измерения взаимозависимы, составляют единую целостную систему и ни одно из них не может существовать в отсутствии других.

Вместе с тем, гражданское общество в строгом смысле как отвечающее поведению именно гражданина, а не вообще личности или экономического субъекта, - это социально-политическая подсистема общества, механизмом которой является электорально-партстроительный процесс 21 . Это обстоятельство четко фиксирует, в частности, Г. Г. Дилигенский в своем определении гражданского общества как общества автономных индивидов ( граждане -электорат) и автономных социальных субъектов ( граждане -политические партии), функционирующих независимо от политической власти и способных на нее воздействовать 22 . Поведение тех и других граждан в качестве независимых от системы политической власти субъектов и способных на нее воздействовать и составляет механизм гражданского общества, который удачно назван А. Б. Зубовым "социально-политическим рынком" 23 .

Политические партии как негосударственные общественные образования, вызывая к жизни феномен общественного мнения, выступают тем самым посредниками в установлении договорамежду двумя равноправными субъектами социального управления - обществом и государством. Именно политические партии и есть основной инструмент превращения общества из объектав субъект социального управления на базе формирования в обществе "эпидемии" общественного мнения 24 . И с этим вряд ли можно спорить: в том-то и дело, что в этой роли политические партии незаменимы - на сегодняшний день не существует никакой иной технологии строительства гражданского общества.

Но если согласиться с этим, на постсоветском пространстве основная проблема - отсутствие системы социального управле-

стр. 137


ния соответствующего "принятой в мире" технологии строительства гражданского общества. Однако, на наш взгляд, дело не в этом. Гражданственность как нравственный принцип и нравственность как основа гражданственности позволяют увидеть проблему плюрализма и единомыслия под совершенно иным углом зрения:

в гражданском обществе необходимость многопартийности и плюрализма мнений определяется самой логикой конкуренции, борьбы корпоративных, групповых интересов за доступ к законодательным органам, что позволяет провести законы, фиксирующие право сильного, право стоящего у власти;

в нравственном обществе, поскольку гражданская позиция определяется в полном согласии с принципом категорического императива, борьба корпоративных интересов исключена, ибо совесть не бывает "корпоративной", а потому каждый самоопределяется в соответствии с интересами социума в целом.

Закономерен вывод: если все исходят из принципа общего блага, то возможно ли в принципе исключить единомыслие и единство в поступках и действиях? 25 Но это в нравственном обществе, в обществе, где каждый следует принципам гражданственности как нравственной основе социума и государства. В гражданском обществе же рефлексия носителя идеи гражданственности подменяется технологичностью принятия решения и демократичностью "выбора" из представленных "корпорациями" альтернатив. Тем самым практически снимается сама идея гражданственности как проблема нравственного выбора отношений гражданина и социума, или, точнее, их взаимодействия. При этом торжествует тонко подмеченный финским писателем М. Ларни постулат: "Общественное мнение - это всегда частное мнение, ставшее эпидемией". При понимании этого вряд ли может вызвать удивление тот факт, что как раз в период деидеологизации школы и стремления к построению "правового, гражданского общества" активизировались "четвертая власть" - СМИ. На словах деидеологизированная, но реально ангажированная, выступающая в качестве средства, метода и основного механизма манипулирования сознанием, эта ветвь власти, превращая "частные мнения" в эпидемию "общественного", она стала своего рода реальной референтной группой. Сам факт приобретение референтности этим внешним для субъекта фак-

стр. 138


тором существенно ограничивает свободный выбор недостаточно зрелой и недостаточно образованной личности. Общество в таком случае получает не нравственную личность с ее категоричностью в самоопределении отношений с социумом и с каждым конкретным человеком по шкале "цель - средство", но личность "моральную" с присущей ей склонностью к конформному поведению, для которой готовые ориентиры и схемы поведения оттесняют на второй план ее свободное - нравственное - самоопределение. Соответствующим образом формируются "гражданские" позиции индивида: правопослушность в этом случае во многом определяется не собственной системой убеждений, но внешними для субъекта факторами - позицией его группы, корпорации, клана.

Почему же феномен гражданственности и соответствующего ему правосознания получает именно такое воплощение в реалиях гражданского общества? В альтернативе "человеком рождаются - рожденное женщиной существо становится человеком только при вхождении в культуру социума" - при выборе первой антитезы быть человеком - означает просто обладать телом, характерным для Homo sapiens как биологического вида. Обладать на правах своеобразной частной собственности, которой может распорядиться и кто-то другой без риска применения адекватных мер по отношению к нему со стороны государства. Ведь в гражданском обществе зачастую предоставлена возможность отделаться штрафом за нанесение морального или телесного ущерба, т. е. возможность "откупиться" за нанесение ущерба этой весьма специфической частной собственности. И это понятно, коль основной характеристикой человека в таком обществе является пресловутое "он стоит столько-то".

Признание индивидуалистичности, своего рода "атомарности" субъекта в обществе с господством товарных отношений и системы свободного рынка переводит проблему гражданственности с нравственных характеристик в плоскость политическую, диктуя особенности построения законов и права в целом. Правовое общество, снимая проблему личностной нравственной ответственности в кантовской трактовке категорического императива, переводя ответственность в плоскость корпоративно-групповой морали, тем самым просто подразумевает неизбежность выхода за существующие правовые рамки и поиск возможностей если не перепрыгнуть, то обойти закон. Этому не в последнюю очередь служит и признание основным законом правового общества

стр. 139


формулы: разрешено все, что не запрещено. Вследствие этого знание правовых норм становится побуждением не только и не столько к реализации правопослушного поведения, сколько к поиску обходных действий по отношению к зафиксированным в законе запрещениям. Как свидетельствуют данные исследования, проведенного под руководством одного из авторов, на знание законов в не меньшей степени ориентируются правонарушители как на средство профилактики и смягчения наказаний 26 . Право- сознание тем самым подменяется в этом случае право-знанием. Иными словами, "снимается" проблема нравственности как выбора гражданской позиции: ведь нравственный человек правопослушен прежде всего потому, что не можетсознательно нарушить правовые нормы, защищающие интересы социума в целом. И в то же время столь же сознательно готов нарушить правовые нормы, если они нарушают последние. Иными словами , основное для него не консенсус, но истина. "Лимит на революции" - и научные, и политические - для нравственного человека никогда не исчерпан.

В обществе с господством товарно-рыночных отношений, т. е. в обществе "победившего индивидуализма", неизбежен примат индивидуально-личностных ценностей перед общественными. Вступает в права постулат: личность выше государства или общества, что неизбежно диктует примат права над моралью и тем более над нравственностью. И тем самым примат личных интересов перед идеей гражданственности. Неудивительно, что одним из первых требований демократических преобразований была деидеологизация школы, закономерно имевшая следствием устранение взаимной ответственности гражданина и социума, практическое устранение идеи гражданственности как неотъемлемого компонента образовательного процесса. Это не могло не привести и реально приводит к криминализации общества. А потому проблема формирования правосознания гражданина отнюдь не проблема личности и индивидуального сознания, но проблема господства определенных установок общественного сознания:

или право выше нравственности, и тогда оно выступает как право сильного, а общественное мнение - лишь как ставшее эпидемией мнение частное;

или нравственность выше права, и тогда в обществе доминируют гражданственные позиции, определяя его правовой прогресс в соответствии с укреплением эко-

стр. 140


номической мощи и ориентированности государства и социума на идеи гуманизма и социальной справедливости. Третьего не дано.


1 Игнорирование этого факта в Конституции Российской Федерации привело к интересной правовой коллизии, которой почему-то - то ли в силу правовой безграмотности, то ли вследствие традиции русского человека создавать себе трудности, а потом героически их преодолевать без опоры на свои конституционные права - не воспользовался ни один "отказник" от службы в армии. Ведь для отказа от исполнения этой "почетной обязанности" вполне достаточно указать на Конституцию, провозглашающую примат интересов индивида перед интересами государства и социума и тем самым освобождающую от обязанностей по отношении к государству и обществу, если это противоречит личным интересам субъекта. Но это, как говорится, к слову.

2 Маркс К., Энгельс Ф. Немецкая идеология // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Изд. 2. Т. 3. С. 19.

3 Кстати, на этих позициях тождественности "природного существа" и "человеческого природного существа" строятся основные законы многих стран: еще не мыслящий и не рефлектирующий новорожденный, "природное существо", для которого его "родина" ограничивается пределами колыбели, обретает статус гражданина в соответствии с местом своего рождения. Более того, потенциальным гражданином США становится рожденный на территории этой страны вне зависимости от гражданства его родителей, чем, кстати, пользуются многие политики и другие представители так называемой "элиты" России, отправляющие своих жен рожать за океан.

4 Дробницкий О. Г. Мораль // Философский энциклопедический словарь. М., 1989. С. 378.

5 Там же.

6 Маркс К. Заметки о новейшей прусской цензурной инструкции // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Изд. 2. Т. 1. С. 13.

7 Этот факт зафиксирован и в фольклоре. Так, Л. Успенский приводит в "Книге о словах" исключительно точное замечание о моральной оценке как оценке со стороны: "Напустили мораль на девку, всю измарали".

8 "Не делай другим того, чего не хочешь, чтобы причиняли тебе" // Философский энциклопедический словарь. М., 1989. С. 200.

9 Обозначаемое им как гипотетический императив, т. е. волевые действия, сопровождающие повседневную практическую деятельность человека, руководствуясь которыми человек не ставит перед собой вопроса о нравственной цели своих действий, а лишь решает вопрос о выборе средств соответственно заданной цели.

10 Обозначаемому им как сфера действия императива категорического.

11 "Поступай так, чтобы ты всегда относился к человечеству и в своем лице, и в лице всякого другого также как к цели и никогда не относился бы к нему только как к средству" // Кант И. Собр. соч. в 6 т. Т. 4. ч. 1. М., 1965. С. 270.

12 "Поступай только согласно такой максиме, руководствуясь которой ты в то

стр. 141



же время можешь пожелать, чтобы она стала всеобщим законом" (там же. С. 260).

13 Дистервег А. Избранные педагогические сочинения. М., 1956. С. 171.

14 Цивилизация, будучи "усеченной", огрубленной формой культуры, противостоит ей точно так, как противостоит трактовка глубинной сущности органической системы с механистических позиций, как собственно системы механической. Точно так, как поп-культура не отражает глубин собственно культуры человечества как органической целостности. Да и в основу современной цивилизации Запада положены принципы одного из религиозных течений - протестантизма, о чем писал еще М. Вебер. Но об этом не стоит говорить скороговоркой - это предмет специального анализа. Пока же можно ограничиться справедливым замечанием А. Дистервега: "Глубокое изучение ...устраняет узость взглядов, национальную и церковную ограниченность". Дистервег А. Избранные педагогические сочинения. М., 1956. С. 238.

15 Маркс К., Энгельс Ф. Манифест Коммунистической партии // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Изд. 2. Т. 4. С .447.

16 Арсеньев А. С. Проблемы цели в воспитании и образовании. Научное образование и нравственное воспитание // Философско- психологические проблемы развития образования. М., 1981. С. 78.

17 Кстати, аналогичных позиций придерживался и В. А. Сухомлинский, подчеркивавший: "Гражданское видение мира - это живая плоть и кровь нравственности". Сухомлинский В. А. Рождение гражданина. М., 1979. С. 173.

18 См.: Гончаров Н. В., Сапрунов А. Г. Ценностные ориентации молодежи в сфере правосознания: методология исследования. Краснодар- Москва, 1997.

19 На наш взгляд, все же, скорее, моральные.

20 Резник Ю. М. Гражданское общество как объект социологического познания // Вестник МГУ. Серия 18: "Социология и политология". N 2. С. 36 - 37.

21 Т. е. механизмом строительства институтов демократии.

22 Дилигенский Г. Г. Что мы знаем о демократии и гражданском обществе? // Pro et Contra. 1997. Т. 2, N 4. С. 5.

23 Зубов А. Б. Современное русское общество и civil society: границы наложения // Pro et Contra. 1997. Т. 2, N 4. С. 36.

24 Достаточно вспомнить организованный "рост рейтинга" Б. Н. Ельцина перед вторым президентским сроком.

25 В семейном плане социальные последствия плюрализма поступков и действий членов микросоциума или их единства при нравственном отношения к ближнему достаточно четко отразил Л. Н. Толстой в самой первой фразе романа "Анна Каренина": "Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему". Как тут всерьез не задуматься об идее щедринского героя ввести единомыслие в России? Разумеется, не насильственным путем, но на базе обеспечения нравственного, а не корпоративного, подхода к решению ее проблем. Может быть, это и есть та самая искомая, но так и не находимая "национальная идея"?

26 Гончаров Н. В. Ценностные ориентации в системе профилактики противоправного поведения подростка. Автореф. дис. канд. социолог. наук. М., 1998; Сапрунов А. Г. Формирование правосознания молодежи как социальный регулятор девиантного поведения. Автореф. дис. канд. социолог. наук. М., 1999.

Orphus

© libmonster.ru

Permanent link to this publication:

https://libmonster.ru/m/articles/view/ГРАЖДАНСКОЕ-ОБЩЕСТВО-ЦЕННОСТНЫЕ-ОРИЕНТАЦИИ-И-НРАВСТВЕННЫЙ-ВЫБОР

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Iosif LesogradskiContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://libmonster.ru/Lesogradski

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

В. А. ВИННИК, В. А. ПОНОМАРЧУК, ГРАЖДАНСКОЕ ОБЩЕСТВО: ЦЕННОСТНЫЕ ОРИЕНТАЦИИ И НРАВСТВЕННЫЙ ВЫБОР // Moscow: Russian Libmonster (LIBMONSTER.RU). Updated: 10.09.2015. URL: https://libmonster.ru/m/articles/view/ГРАЖДАНСКОЕ-ОБЩЕСТВО-ЦЕННОСТНЫЕ-ОРИЕНТАЦИИ-И-НРАВСТВЕННЫЙ-ВЫБОР (date of access: 16.09.2019).

Publication author(s) - В. А. ВИННИК, В. А. ПОНОМАРЧУК:

В. А. ВИННИК, В. А. ПОНОМАРЧУК → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Iosif Lesogradski
Москва, Russia
1054 views rating
10.09.2015 (1467 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes

Related Articles
МОСКОВСКИЕ ОХОТНИКИ ПРЕДПОЧИТАЮТ ЯСТРЕБОВ И СЕТТЕРОВ
Catalog: Лайфстайл 
4 days ago · From Россия Онлайн
НЕНУЖНАЯ НЕОБХОДИМОСТЬ
Catalog: Лайфстайл 
4 days ago · From Россия Онлайн
Российское онлайн-казино предлагает нам игры производства NetEntertaiment, Microgaiming и других менее известных разработчиков.
Catalog: Лайфстайл 
4 days ago · From Россия Онлайн
Рассматривается гравитационное поле, как энергетическая структура взаимодействия гравитирующих объектов. Предлагается расчёт гравитационных взаимодействий с точки зрения гравитационного потенциала взаимодействия частиц. Даны определения потенциала гравитационного пля. Вводится понятие ГРАДИЕНТА гравитационного потенциала взаимодействующих частиц. Вычислена энергия Вселенной, которая является постоянной величиной.
Catalog: Физика 
5 days ago · From Владимир Груздов
В событиях электорального Майдана 2019 года, приведшего к власти команду Зеленского, прямо явила себя Мать живущих Луна, устремив Украину, корабль наш, стезею Добра.
Catalog: Философия 
6 days ago · From Олег Ермаков
Симультанный синестетический образ "Музыка красоты", созданный Ириной Мирошник для синестетической музыкотерапии, объединяет комплементарные (взаимодополняющие) и скоординированные художественные образы: изобразительный — картина «Рождение Венеры» Сандро Боттичелли и музыкальный — «Музыка Первичного Океана» Ирины Мирошник. Создание симультанных (от франц. simultane — одновременный) художественных образов в синестетических композициях — это новая тенденция персоналистической культуры будущего — синестетический симультанизм. Синестетический симультанизм основывается на законах и принципах Координационной парадигмы развития (КПР), как общенаучной теории координации, альтернативной диалектике и метафизике.
Причина утраты людьми смысла древних имен. The reason of loss of the meaning of ancient names by people.
Catalog: Философия 
14 days ago · From Олег Ермаков
За последние месяцы международным общественным мнением очередной раз была выражена крайняя обеспокоенность напряженностью в споре о суверенитете в Южно-Китайском море, внезапно обострившемся после ряда внезапных и необоснованных действий Китая в районе ЮКМ
19 days ago · From Марина Тригубенко
3 июля 2019 года крупнейшее исследовательское судно Китая «Морская геология 8» в сопровождении двух тяжелых кораблей береговой охраны и целой флотилии вспомогательных судов незаконно вошла в район отмели Ты Тинь в блоке 06-01 в юго-западной части архипелага Спратли, расположенный в исключительной экономической зоне (ИЭЗ) и континентальном шельфе в Южно-Китайском море. Ряд китайских морских судов спровоцировали действия против вьетнамской береговой охраны вокруг буровой установки проекта Нам Кон Шон - проект совместного предприятия Вьетнама с Россией. Китайские морские геологи сразу начали проводить сейсмические исследования дна. Одновременно они потребовали вывода оттуда японской буровой платформы Хакури 5, которая по контракту с «Роснефтью» и «Петровьетнам» уже более месяца ведёт разведочное бурение в этом же месте.
25 days ago · From Марина Тригубенко

Libmonster, International Network:

Actual publications:

LATEST FILES FRESH UPLOADS!
 

Actual publications:

Загрузка...

Latest ARTICLES:

Latest BOOKS:

Actual publications:

Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
ГРАЖДАНСКОЕ ОБЩЕСТВО: ЦЕННОСТНЫЕ ОРИЕНТАЦИИ И НРАВСТВЕННЫЙ ВЫБОР
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate $ to Libmonster ($)

Russian Libmonster ® All rights reserved.
2014-2019, LIBMONSTER.RU is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Russia


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Germany China India Sweden Portugal Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Uzbekistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones