Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: RU-7684

Share with friends in SM

Социально-экономический и государственный строй стран древнего Востока отличался большой застойностью и архаичностью. В течение тысячелетий здесь продолжал существовать общинный строй, на котором основывался типичный древневосточный деспотизм, уходящий своими корнями в глубокую древность. На это указывал еще Ф. Энгельс в "Анти-Дюринге", говоря, что "там, где уцелел древний общинный быт, он всюду, от Индии до России, служил целые тысячелетия основанием самых грубых государственных форм восточного деспотизма. Только там, где он распался, самостоятельное развитие пошло вперед, и первым шагом по пути экономического производства было усиление и развитие производства посредством рабского труда1 .

Сравнивая древневосточное общество с античным, Энгельс с предельной четкостью отметил специфические черты древневосточного общества в виде древнего общинного строя и восточного деспотизма.

В странах древнего Востока правящий класс рабовладельческой аристократии, жестоко эксплоатировавший трудовые массы, состоявшие из свободных и рабов, нуждался для охраны своих классовых интересов в мощном и централизованном государственном аппарате строго деспотического типа. Только деспотический режим мог удерживать в повиновении свободных бедняков и обездоленных рабов и тем самым гарантировать правящему классу неизменность и устойчивость этого общественного строя, основанного на резком классовом расслоении. Эту свою социальную задачу восточный деспотизм выполнял, с одной стороны, при помощи жестоких форм принуждения, с другой стороны, при помощи идеологического воздействия на сознание масс, пропагандируя в искусстве и в религии идеологию божественного происхождения и божественного значения царской власти. Проводя мысль о богоустановленности царской власти и о том, что царь является не только наместником и наследником богов на земле, но даже живым воплощением божества, жречество внушало массам мысль о беспрекословном подчинении высшему и непререкаемому авторитету царя.

Это обоготворение царя восходит своими корнями к седой древности, к эпохе родового строя, когда первобытное сознание человека наделяло, колдуна и знахаря сверхъестественными способностями и когда авторитет магической силы санкционировал власть и богатство


Помещая интересную статью В. Авдиева, редакция считает недостаточно выясненным в литературе вопрос о существовании в древнем Египте рабовладельческой системы или своеобразной формы феодализма - Ред.

1 Энгельс, Анти-Дюринг, Партиздат, 1932, с. 129.

стр. 133

вождя. Пережитки этого магического ореола, который являлся идеологическим обоснованием вполне реальной власти вождя, сохранялись в течение очень долгого времени. Так, например, еще в конце XIX в. южноафриканские матабелы верили в то, что их вождь может по своему желанию низводить дождь с неба, вызывать бурю и грозу и делать хорошую погоду. Для того чтобы вызвать после длительной засухи дождь, необходимый для посевов, этот вождь варил в громадном котле особую магическую жидкость, приносил духам предков в жертву десять черных быков и произносил при этом обращенную к этим духам молитву2 .

Малайцы верят в то, что от магической силы вождя зависит урожай злаков и фруктовых деревьев. По представлению малайцев магическая сила вождя пребывает в особых знаках царской власти, которые обоготворяются ими как фетиши3 . В Палоппо на Целебесе таким фетишем, магическим носителем сверхестественной царской власти считаются две игрушечные пушки, которые магически охраняют селение. В Биме важнейшим фетишем царской, власти считается священная лошадь, на которую запрещено садиться и которая содержится в конюшне вождя4 . Старый португальский историк Дос-Сантос сообщает, что вождь кафров юго-восточной Африки (Софала) считает сам себя богом Его соплеменники, веря в него, как в бога, обращаются к нему в случае голода, неурожая или засухи с просьбой, чтобы он при помощи своей магической силы и своей магической связи с духами своих предков низвел бы дождь с неба и тем обеспечил стране хороший урожай. За эту помощь они ему приносят подарки. В случае неудачи они не теряют веры в магическую силу своего вождя, но приносят ему снова на этот раз более богатые дары, полагая, что они в прошлый раз недостаточно умилостивили своего грозного и жадного вождя5 .

Эта идеология обоготворения вождя, превратившегося в условиях древневосточного общества в царя-деспота, нашла наиболее полное выражение в искусстве и в религии древнего Египта. Уже на древнейших изображениях архаической эпохи, относящихся к первым династиям, мы видим своеобразную религиозную эмблематику, окружающую священным ореолом обоготворяемого царя. На большой булаве фараона Нармера изображена торжественная церемония "появления" фараона, окруженного придворными и слугами. Фараон восседает на низком троне, стоящем под балдахином, к которому ведут девять ступеней. В руках у царя знак власти надсмотрщика и царя-бич, а на голове - красная корона Нижнего Египта. У подножья балдахина стоят двое слуг с опахалами в руках, а позади балдахина находятся высшие должностные лица, визирь и носитель сандалий царя и трое людей с длинными шестами. Наконец, религиозный характер всей этой сцены подчеркнут изображением богини-коршуна, парящей над царским балдахином. В образе коршуна жители древней южной столицы Нехебт (по-гречески Илифиасполь) почитали свое местное божество, охранявшее, по их верованиям, неприкосновенность царской власти. Это интереснейшее изображение6 ясно показывает нам, как уже в архаическую эпоху церемония "по-


2 James George Frazer, Les origines magiques de la royauté, с. 128 - 129.

3 Там же, с. 130.

4 Там же, с. 133.

5 Там же, с. 144.

6 J. Capart, Debuts de lart en Egypte, p. 241, fig. 171.

стр. 134

явления" царя окружалась большой торжественностью и даже особой религиозной эмблематикой, что должно было подчеркнуть божественное значение царской власти.

На печати фараона Джер-та7 , относящейся к той же древнейшей эпохе египетской истории, мы видим аналогичное изображение фараона, торжественно восседающего на своем троне. Фараон здесь изображен дважды. В одном случае его голова украшена красной короной Нижнего Египта, в другом случае - белой короной Верхнего Египта. Очевидно, это изображение относится к эпохе объединения обоих Египтов, северного и южного, под властью единого царя. Возможно, что это объединение было сперва оформлено в виде личной унии двух царств. Уступая местным сепаратистским тенденциям, фараоны в эту эпоху изображали себя дважды: в образе царя южной и в образе царя северной страны. Такой обычай сохранился в Египте вплоть до позднего времени. Прочность этого пережитка глубокой древности, конечно, в значительной степени объясняется тем, что царская власть в Египте издревле санкционировалась религиозными установлениями. Консервативность религии сохранила в течение всей древнеегипетской истории исконное деление Египта на две части. На печати Джер-та перед изображением фараона мы видим далее начертание царского имени, заключенное в прямоугольник, изображающий фасад царского дворца, увенчанный изображением покровителя царской власти, солнечного бога Гора в образе сокола. Перед царскими именами стоят высокие шесты с перекладинами наверху, на которых помещены восходящие к эпохе древней религии тотемизма фигуры бога Упуата ("Открывающего путь") в образе идущего шакала и символы магической звериной шкуры. Очевидно, эти шесты являются не чем иным, как религиозными штандартами, под охраной которых должна была пребывать священная особа обоготворяемого царя.

Фараона, сидящего в наосе под балдахином, к которому ведут три ступени, мы видим и на костяной табличке фараона Дена, найденной в Абидосе8 . Тут же рядом помещено чрезвычайно интересное изображение бегущего фараона. Очевидно, это ритуальный бег фараона, который в течение всей древнеегипетской истории занимал видное место в религиозном культе, символизируя собой стремление и сыновнюю готовность фараона исполнить волю божества9 . В этой ритуальной церемонии фараон выступает перед нами в качестве сына бога и первосвященника, совершающего, возможно, сыновний культ богопочитания.

Но фараон, по учению древнеегипетских жрецов, был не только живым воплощением бога на земле и его верховным первосвященником, но в то же время и верховным правителем, организующим хозяйство и управление в мирное время и побеждающим врагов на поле брани во время войны. Так и изображали фараона древнеегипетские художники со времен архаики. На одной булаве архаической эпохи10 фараон изображен в короне Верхнего Египта. Фараон держит обеими руками мотыку, древнейшее египетское орудие, служившее для вскапывания земли. Позади фараона стоят слуги с высоки-


7 Fl. Petrie, Royal Tombs, vol. 2, pl. 15. Quibell, Archaic Objects, vol. 2, pl. 6, N 108.

8 J. Capart, Цит. соч., с. 245, рис. 174.

9 H. Kees, Der Opfertanz des Äegyptischen K önigs, Leipzig 1912.

10 J. Capart, Цит. соч., с. 243, рис. 173. См. Брэстед, История Египта, т. 1, рис. 18.

стр. 135

ми опахалами. Перед фараоном стоит согнувшись человек, держащий в руках корзину, из которой он сыплет семена в борозду, проводимую рукой фараона. Над этим человеком изображены люди, держащие в руках штандарты. Масперо пытался видеть в этой сцене церемонию "вскапывания земли", совершаемую фараоном при торжественной закладке храма. Но изображение сеятеля заставляет предположить, что эта сцена изображает скорее церемонию торжественного начала сева. Торжественное открытие полевых работ самим фараоном, напоминающее аналогичный древнекитайский обычай, должно было символизировать верховную власть фараона в деле хозяйственной организации страны.

Изображение фараона в образе воина-победителя находим мы на табличке из слоновой кости, принадлежавшей фараону Дену-Усефаю11 . Левой рукой царь держит коленопреклоненного врага, а правой рукой широким жестом заносит над его головой булаву. Справа от пленника стоит неизменный царский штандарт с фигурой бога Упуата.

Развернутую сцену царского триумфа видим мы на известной таблице фараона Нармера, находящейся в Каирском музее12 . Сцена разделена здесь на три последовательных момента". Сперва фараон изображен символически - в виде быка, разрушающего своими рогами вражескую крепость. От фараона в ужасе бегут его враги. Далее мы видим такую же картину, как и на табличке Дена: фараон, увенчанный короной Верхнего Египта, заносит булаву над головой поверженного врага, "Позади фараона стоит царский сандалоносец. Помещенная над головой пленника идеограмма гласит: "Царь Гор победил страну "Озеро гарпуны" и взял там 6000 пленных". Эта сцена триумфа, подобно изображению царя в наосе и ритуального бега фараона, сохранилась в древнеегипетском искусстве почти неизменной в течение тысячелетий. Наконец, третий момент сцены триумфа на таблице Нармера изображает фараона, направляющегося к полю битвы, чтобы осмотреть тела убитых врагов. Впереди фараона идут штандартоносцы с фигурами двух соколов, Упуата и звериной шкурой на длинных шестах, за ними следует визирь с письменным прибором на плече, далее шествует фараон в короне Нижнего Египта. Шествие замыкает носитель сандалий фараона.

Эти описанные нами архаические рельефы имеют большое значение как по своей тематике, так и по своей художественной форме. Тематика их отражает довольно развитый общественный и государственный строй во главе со священной особой обожествляемого фараона. Царя окружает пышный штат придворного чиновничества, главные представители которого - визирь, носитель сандалий и носитель опахала с правой стороны царя, изображенные на наших рельефах, - сохранили свои древние титулы в течение всей исторической эпохи. Художественная форма, так же как и тематика, отражает идеологию обоготворения царской власти. В образе фараона, торжественно сидящего в наосе, на троне и под балдахином, совершающего свой ритуальный бег или поражающего поверженного врага, мы видим классические и канонические для всего последующего вре-


11 L. Borchardt, Das Grabdenkmal des Könlgs Ne-Wser-Re, S. 39, Abb. 20 nach A. Z. 1897, S. 7 ff.; Bissingu. Bruckmann, Denkmäler ägyptischer Sculptur, Text, S. 33.

12 J. Capart, Цит. соч., с. 236 - 237, рис. 167 - 168. Брэстед, Цит. соч., т. I, рис. 19. Quibell, Hieraconpolis, vol. I, p. 29.

стр. 136

мени изображения обожествленного монарха. На этих рельефах величие и мощь монарха, неограниченно правившего всей страной и всеми своими подданными, подчеркивается тем, что фигура фараона изображена в большем масштабе, чем все остальные фигуры людей. Фигура царя торжественно и величественно возвышается над всеми остальными, равная по своим размерам лишь фигурам богов. И этот способ изображения обоготворенного царя сохранялся в египетском искусстве в течение всей истории древнего Египта. Так искусство наряду с религией проводило в жизнь и утверждало догмат о божественной сущности царя и царской власти.

Так же отчетливо отразился этот круг мыслей и в древнеегипетской архитектуре, которая в своих монументальных сооружениях с древнейших времен проводила в жизнь идеологию обоготворения царской власти. Древнейшими монументальными постройками Египта являются храмы и гробницы, служившие торжественными, освященными религией и магией, дворцами для живого или мертвого, вождя племени.

Храмовые постройки Египта восходят к глубочайшей древности. Правда, от этих древнейших храмов не сохранилось вещественных остатков, но все же в общих очертаниях мы можем восстановить их внешнюю форму по некоторым дошедшим до нашего времени изображениям. Я имею в виду древнейшие типы изображений зданий в египетской гиероглифике и резной рисунок храма на одной табличке, найденной в царской гробнице в Абидосе13 . Судя по этим изображениям, храмы древнего Египта или, вернее, часовни были высокими прямоугольными хижинами, сплетенными из прутьев, а позднее сложенными из кирпича-сырца. Углы и крыша были скреплены толстыми деревянными брусьями или столбами. Высокая прямоугольная дверь была со всех сторон скреплена ровными наличниками. На фасаде непосредственно под крышей возвышались, выступая из стены, три деревянных перекладины, которые, очевидно, служили для привязывания священных эмблем. К храму обычно примыкал священный, обнесенный невысокой стеной храмовый дворик, посреди которого возвышался религиозный символ, главный предмет культа.

Как видно по этим изображениям, древнейший тип храма или часовни, в котором также, очевидно, находился какой-либо предмет культа, священный фетиш или священное изображение божества, был не чем иным, как копией хижины вождя племени. Разница была лишь в том, что в хижине вождя жил вождь, носитель власти, а в хижине храма находился священный фетиш или божество, источник религиозно-магической силы. А так как с очень древних времен особа вождя, ставшего впоследствии царем, окружается религиозно-магическим авторитетом и царь признается не только первосвященником, но даже живым воплощением божества, то храм и дворец сливаются воедино, образуя подчас единый смысловой и художественный комплекс. Свое внешнее эмблематическое выражение этот факт находит в том, что священное, может быть даже магически потаенное, имя царя вписывалось в гиероглифический знак "дома", изображенный в виде прямоугольного фасада дворца, а титул царя звучал - "великий дом" - "пер аа", откуда происходит позднейшее слово "фараон". Как мы уже видели на целом ряде рельефных изображений архаической эпохи, в этом храме-дворце перед особой обоготворяе-


13 J. Capart, Egyptian Art, London 1923, pl. 13. Брэстед, История Египта т. I, с. 46, рис. 27.

стр. 137

мого царя совершался религиозно-магический церемониал, который должен был наглядно, выражать основные догматы идеологии обоготворения царской власти.

Но если церемониальный культ обожествляемого царя совершался с древних времен в особом здании, в храме, то культ умершего царя концентрировался либо в его гробнице, либо в особом погребальном и культовом сооружении, в заупокойном храме, так или иначе связанном в гробницей царя. Пустынные пески и сухой воздух пустыни в течение семи тысяч лет сохранили грандиозные гробницы первых египетских фараонов.

В 1895 - 1896 гг. французский египтолог Амелино раскопал близ Абидоса ряд таких гробниц, а наиболее интересную из гробниц открыл в 1897 г. Морган при содействии Видеманна и Жекье в Негада14 . Эта гробница, являющаяся любопытнейшим образцом древнейшей египетской архитектуры, представляет собой громадный массив, сложенный, из сырцового кирпича, оцементированного нильским илом. Длина этой прямоугольной гробницы равняется 54 м, а ширина - 27 м. Наружная стена гробницы образует ряд правильно расположенных уступов и ниш, напоминающих орнаментацию стал и саркофагов Древнего царства, как например, саркофага Менкаура15 . Внутренняя часть гробницы состоит из 21 комнаты. Пять комнат, вытянутых в ряд, расположено в центре, а 16 опоясывает их, образуя как бы вытянутый прямоугольник. Тело, как предполагает Морган, было, очевидно, похоронено в центральной комнате, которая к тому же является самым крупным помещением в гробнице. Здесь были найдены части человеческого скелета: несколько фаланг правой руки, части черепа и зубы. В соседних комнатах было найдено множество интереснейших предметов, сделанных из камня, глины, кости, дерева, стеклянной пасты, меди и золота. Это по большей части сосуды, статуэтки, части мебели, погребальная утварь, украшения, печати и тому подобные предметы, дающие богатейший материал для восстановления искусства, быта, религии и наконец в широком смысле всей культуры архаического Египта.

Большой интерес представляют также и гробницы, раскопанные Амелино. Простейшие из них образуют большой квадрат, либо прямоугольник, вырытый прямо в грунте и окруженный стеной из сырцового кирпича. Несколько более сложную форму находим мы в гробнице фараона Дена расположенной немного южнее описанных гробниц. Гробница Дена образует большой прямоугольник, обнесенный необычайно толстой кирпичной стеной. Отличие этой гробницы состоит в том, что пол гробницы выстлан большими плитами из розового гранита и что входом в гробницу служит длинная лестница, обнесенная со всех сторон толстой кирпичной стеной. Еще большей сложностью своего плана отличается гробница фараона Джа (или Джета), состоящая из большой центральной, очевидно, погребальной залы, вокруг которой расположена вереница маленьких комнат или часовен, в которых было найдено множество стэл частных лиц, повидимому приближенных царя. Это ясно говорит о том, что социальная структура земной гиерархии целиком переносилась в загробный мир. Наконец, наиболее сложной по своему плану и по своей форме является гробница фараона Ти, раскопанная Амелино в


14 J. de Morgan, Recherches sur les origines de l'Egypte. Etnographie préhistorique et tombeau royal de Négadah, Paris 1897, p. 147 - 202.

15 D. Macnep, о Египет, 1915, с. 40, рис. 43.

стр. 138

1896 - 1897 гг. Эта гробница образует вытянутый неправильной формы четыреугольник длиною в 83 м. Эта огромная гробница разделяется на 57 комнат, из которых одна расположена в центре, а 56 - строго симметрично, несколькими параллельными рядами, вокруг главной центральной комнаты16 .

Большие размеры этих древнейших гробниц, сложность их плана, множество комнат, находящихся в них, и громадное количество самых разнообразных предметов, составлявших заупокойный инвентарь, - все это говорит о том, что эти гробницы служили местом совершения сложного заупокойного церемониала, очевидно, постепенно вырабатывавшегося со времен глубокой древности и зафиксированного в религиозно-магических текстах уже в позднейшую классическую эпоху. Громадные размеры гробниц и богатство заупокойного инвентаря должны были свидетельствовать о божественном величии обоготворяемого фараона, возглавлявшего класс аристократии, а религиозная эмблематика, ясно выступающая на древнейших изображениях и надписях, указывала на тесную связь, установившуюся между аппаратом государственной власти и религиозной идеологией, между машиной классового порабощения и классовой пропагандой.

В эпоху Древнего царства, в эпоху расцвета централизованной бюрократической монархии, опиравшейся на тесно сплоченный и мощный класс рабовладельческой аристократии, социальная функция искусства, в частности архитектуры, проявляется с особенной четкостью и силой. Грандиозные постройки, выдержанные в строгом и величественно монументальном стиле, свидетельствуют о колоссальных экономических ресурсах, сосредоточенных в руках правящей аристократии, возглавляемой священной особой царя.

Древнейшие из этих построек относятся ко времени 3-й династии. Я имею в виду комплекс зданий, включавший ступенчатую пирамиду Джосера в Саккара, раскопанный в течение последних лет Фертом и довольно подробно описанный Лауэром17 . Этот сложный архитектурный комплекс, расположенный в большом прямоугольном священном участке, в центре которого находится ступенчатая пирамида, обнесен стеной, украшенной симметрично расположенными выступами. Вся группа зданий состоит из следующих построек: из большой гробницы и часовни, колоннады большого храма, посвященного торжеству "хеб-сед" (30-летнего юбилея царя), и прилегающего к нему маленького храмика, из гробниц и часовен дочерей царя, царевен Хетепхер-небти и Инет-ка-ес, двора сердаба, заупокойного храма, непосредственно примыкающего к пирамиде, и длинного ряда кладовых. Особенный интерес представляет для нас двор или, вернее, храм "хеб-сед", образующий довольно сложный и несколько запутанный архитектурный конгломерат. Главную срединную часть этого храма образует длинный прямоугольный двор. На этот двор, служивший, очевидно, для торжественных церемоний, выходят своими главными лицевыми фасадами три ряда часовен, обнесенных толстыми массивными стенами. Среди них следует отметить две часовенки, расположенные в юго-восточном углу. К их фасадам, украшенным кан-


16 J. de Morgan, Цит. соч., гл. 6; G. Jéquier, Monuments contemporains du tombeau royal de Négadah, p. 233, fig. 781; p. 237, fig. 796; p. 242, fig. 814, 815.

17 "Annales du Service des Antiquites de l'Egypte", vol. 27, p. 112 - 133; vol. 28, p. 81 - 88, 89 - 113, vol. 29, p. 97 - 129.

стр. 139

нелированными колонками, ведут лестницы. Как предполагает Лауэр, здесь могли быть расположены ниши со статуями, причем лестницы весьма возможно служили для коленопреклонений. За этими двумя часовенками идет ряд более простых по своей архитектуре часовен, снабженных лишь угловыми пилястрами и тремя расположенными посередине каннелированными колоннами.

Но все же каменная монументальная архитектура раскрывает свои классические формы строгого стиля и все свое идеологическое значение лишь в последующую эпоху 4-й или даже 5-й династии, к которой относятся великие пирамиды в Гизэ, заупокойный погребальный храм Хафры и храм солнца, построенный фараоном Не-усер-Ра в Абу-гурабе. Социальное значение этих построек чрезвычайно велико. Они дают нам величественные образцы монументальных храмов и гробниц, служивших, несомненно, целям классовой пропаганды. Их грандиозные размеры должны были свидетельствовать о социально-экономической мощи правящей аристократии и сверхчеловеческой власти обожествляемого фараона. Четкая, конструктивная монументальность их форм отражала строгую гиерархичностъ закосневшего социально-политического строя централизованной деспотии. Храм соединялся с гробницей в единое целое, образуя классический тип погребального или заупокойного храма, в котором царь-первосвященник должен был совершать торжественный религиозно-магический церемониал при жизни и в котором он должен был быть погребен после своей смерти вместе с ближайшими членами своей семьи. Здесь вечно должен был совершаться в память его сыновний культ царского богопочитания его потомками, а сам он должен был вечно жить в статуях своих двойников, как вечно живущий бог. Эту мысль должна была подчеркивать вся архитектура здания, об этом должны были говорить многочисленные идеализованные изображения обоготворяемого монарха, наконец, об этом должны были гласить те надписи, которые впервые появляются на стенах погребальных комнат в пирамидах фараонов 6-й династии в Саккара и которые образуют древнейший религиозно-магический свод, проникнутый идеологией обоготворения царской власти.

В некоторых "Текстах пирамид" необычайно образно и ярко раскрывается догмат о божественной сущности царской власти: так в гл. 422 пирамиды Пепи мы читаем:

"Пришли к тебе дух твой и сила твоя, 
как к богу, наместнику Озириса... 
Знатные бога - на руках твоих, 
Восклицают они: 
"Идет этот Пепи 
На трон Озириса. 
Идет дух этот, 
пребывающий в Недит, 
могучий, пребывающий в Тинисе 
(Абидосе. - В. А.)
 Говорит с тобой Изида. 
Приветствует тебя Нефтида.
Подходят к тебе духи и поклоняются. 
Открыты тебе Врата Неба, 
отверсты тебе Врата Прохлады. 
Ты находишь Ра стоящим. 
Он подзывает тебя.
стр. 140

Он берет тебя за руку и ведет тебя к двум святилищам неба.
Он сажает тебя на престол Озириса...
О Пепи этот! Стоит Пепи этот
на престоле твоем,
первый среди живых.
Сердца их трепещут от страха перед тобой. 
Живо имя твое на земле,
Старо имя твое на земле.
Не разрушаешься ты, не погибнешь ты во веки веков"18.

Все эти тексты, имеющие явно ритуальный характер, наряду с целым рядом сакральных изображений вскрывают перед нами основные черты догмата о божественном происхождении и божественной сущности царя и царской власти.

На целом ряде изображений эпохи Древнего царства мы ясно видим отточенные формы этого культа царя. Так, на одном рельефе, найденном при раскопках могильного памятника фараона Не-усер-Ра, изображена львиноголовая богиня Сохмет, кормящая грудью юного фараона. Это символическое изображение должно было передавать мысль о том, что фараон, законный потомок и наследник богов, вместе с молоком матери впитывает в себя божественную сущность царской власти. Комментарий к этому изображению мы находим в "Текстах пирамид". Так, на стр. 480 текстов пирамиды Униса мы читаем:

"Кормит его Изида, дает ему грудь Нефтида"19 . Далее, на стр. 1241 - 1242 пирамиды Нофер-ка-Ра мы читаем:

"Селкит дает свою руку Пепи Нофер-ка-Ра.
Она подносит свою грудь ко рту Пепи Нофер-ка-Ра"20.

Близость фараона к богам ясно изображена и на другом рельефе, также найденном при раскопках могильного памятника Не-усер-Ра. На этом изображении21 мы видим фараона Не-усер-Ра сидящим на низком троне, на подножии которого изображены божества Нила, держащие символический и гиероглифический знак соединения двух Египтов. Голова фараона украшена уреем и высоким головным убором, состоящим из бараньих рогов и двух перьев, которые являются символами бога солнца. В левой руке фараон держит три знака жизни. Слева к фараону подходит шакалоголовый бог Анубис, подносящий левой рукой к носу фараона дыхание жизни, символизированное иероглифическим и символическим знаком жизни "анх". Правой рукой бог Анубис кладет в правую руку фараона три соединенных знака жизни. Позади фараона стоит богиня Нехбет, голова которой украшена убором в форме крыльев коршуна. Правая рука богини, охраняющая фараона, лежит на его правом плече; в левой руке богиня держит символический знак жизни. Фигуры фараона Не-усер-Ра, бога Анубиса и богини Нехбет выдержаны в строго гиератическом торжественном стиле. И в теме, и в ее художественной трактовке выражена мысль о том, что фараон получает свою жизнь от богов и потому равен им во всем.


18 K. Sethe, Pyramidentexte, 9. P. 5.

19 J. Maspero, Inscriptions des Pyramides de Saqqarah, p. 64.

20 Там же, с. 445.

21 L. Borchardt, Das Grabdenkmal des Königs Ne-Wser-Re, Pl. 16, S. 92. Bissingu. Bruckmann, Denkmäler agyptischer Sculptur, Taf. 16-A.

стр. 141

Это религиозно-художественное изображение служит наглядным выражением идеологии обоготворения царской власти. И как контраст к идеализированной, торжественной, сакральной и условно изображенной фигуре царя в нижней части рельефа помещены изображения "людей свиты дворца" и "людей свиты фараона", сделанные в гораздо меньшем масштабе. Люди свиты изображены слегка в профиль, спины их подобострастно наклонены. Здесь ясно видна та социальная пропасть, которая отделяла обоготворяемого царя от его подданных и которая столь характерно отразилась в соответствующих художественных изображениях.

Аналогичное изображение находим мы на одном рельефе, покрывающем прямоугольный столб в заупокойном храме фараона Пепи II22 . Здесь изображен солнечный бог, обнимающий фараона и тем свидетельствующий о той близости, которая, по учению египетских жрецов, существовала между богами и царями.

Наконец, фараона-победителя, поражающего своего коленопреклоненного врага, видим мы на миниатюрном рельефе, найденном в развалинах могильного памятника фараона Не-усер-Ра. Это изображение иконографически воспроизводит тот канонический тип царского триумфа, который мы констатировали на рельефах архаической эпохи с именами фараонов Дена и Нармера23 .

Далее, торжественные гиератические облики фараонов эпохи Древнего царства находим мы в идеализированных царских портретах. Такова маленькая статуэтка строителя великой гизэхской пирамиды, фараона Хуфу, сделанная из слоновой кости24 , таковы многочисленные статуи сидящего "на троне фараона Хафры, строителя второй но размерам пирамиды25 , такова целая серия скульптурных портретов фараона Менкауры, изображенного сидящим на троне, стоящим рядом со своей женой или идущим рядом с богиней Хатхор и богиней-покровительницей того или иного нома26 .

Все эти идеализованные скульптурные, сделанные с большим техническим совершенством портреты фараонов 4-й династии ясно вскрывают в искусстве идеологию обоготворения царской власти. Искусство и религия выполняют одну и ту же социальную функцию пропаганды культа царской власти. Художник изображает обоготворяемого царя, а жрец совершает перед этим изображением религиозный обряд. О наличии культа царской власти уже в эпоху Древнего царства ясно говорят имена и титулы целого ряда жрецов обоготворенных царей первых династий, сохранившиеся в надписях Древнего царства. Таковы жрецы, совершавшие культ древних царей Ка, Сехем, Хепер, Сент, Периебсен, Хуфу, Хафра, Менкаура, Не-усер-Ра; Ньфер-ка-Ра и другие27 . Больше того, при больших усыпальницах, главным образом, пирамидах и припирамидных храмах царей Древнего царства, состоял целый громадный штат особых жрецов, совершавших из века установленный заупокойный культ в честь этих обоготворенных властителей древности.


22 "Annales du Service des antiquités de i'Egypte", t. 27, pl. 3.

23 См. сноски 11 и 12.

24 J. Capart, Débuts de l'art en Egypte, fig. 188.

25 O. Steindorff, Kunst der Aegypter, S. 179 - 180.

26 J. Maspero, Essais sur l'art égyptien. Sur quelques portraits de Mycerinus, fig. 1 - 9.

27 Amélineau, Le culte des rois préhistoriques d'Abydos sous l'ancien empire ègyptien. "Journal asiatique", mars - avril 1906.

стр. 142

Идеология обоготворения царской власти, пронизывающая собой все египетское искусство и всю египетскую религию, нашла свое выражение также и в памятниках последующего времени, в памятниках Среднего царства. Так, на рельефе из Коптоса мы видим, как фараон Сенусерт I бежит с веслом в руке по направлению к статуе бога Мина, совершая ту церемонию священного бега, которую в день торжественной закладки храма мог совершать лишь один фараон в качестве наследника и сына бога и его живого воплощения на земле28. На другом рельефе, происходящем из храма Амона в Фивах, изображен тот же фараон, которого обнимает своими руками бог Пта29 .

Таким образом и в эпоху Среднего царства продолжал существовать культ царя и царской власти. Царя попрежнему изображали в качестве земного бога, охраняющего страну от врагов и поражающего их своей булавой. Традиционная тема поражения царем коленопреклоненного врага снова встречается в художественных памятниках этой эпохи, как например, на рельефе из храма Ментухотепа I30 .

Прекрасный комментарий к этим художественным изображениям находим мы в литературе того времени, которое является порой блестящего расцвета литературного творчества в древнем Египте. Так называемые "Поучения" этой эпохи нередко содержат яркие и выразительные характеристики идеального царя и благого правителя, которые должны были укрепить в массах представление о божественном происхождении и значении царя и царской власти. Так, в известном "Поучений фараона Аменемхета I" в уста этого царя вкладываются следующие слова, дающие выпуклый облик идеального достойного обоготворения фараона:

"Я посылал в Элефантину, я достигал Дельты, я стоял на границах государства и созерцал его внутренние области, я раздвинул ее границы моими деяниями. Я умножал пшеницу и любил бога ячменя. Нил был благосклонен ко мне. Не было при мне ни голодного, ни жаждущего. Жили в мире благодаря моим делам. Все, что я приказывал, было хорошо. Я ловил львов и крокодилов. Я хватал нубийцев Вавата, брал в плен ливийцев Маджа, прогонял, как собак, азиатов. Я выстроил дворец и покрыл его золотом, сделал двери из бронзы. Соорудил навеки: вечность пугается этого"31 .

В этом отрывке характерен перечень тех подвигов царя, которые он себе ставит в особую заслугу: победы над внешними врагами, мудрое правление, которое обеспечивало благоденствие подданным и сооружение великих памятников, которые должны были навеки сохранить память о деяниях великого обоготворяемого царя.

В другом "поручении", сохранившемся на могильной плите Бельможи Схотепибра, современника Сенусерта III, уже дается развернутая идеология обоготворения царской власти. Царь здесь прямо изображается божеством, которому должны поклоняться его подданные, ибо от его воли зависит их благосостояние. Текст гласит:

"Я говорю великое, возвещаю и даю уразуметь вечный план жизни, проводить время жизни в мире. Прославляйте царя в телесах ваших, носите его в сердцах ваших. Он - бог премудрости, живущий в сердцах. Очи его ищут всякую плоть. Он - солнце лучезарное, озаряющее


28 J. Capart, Art Egiptien, Paris 1905, vol. I, pl. 43.

29 Там же, pl. 44.

30 Там же, vol. 2, pl. 140.

31 Б. А. Тураев, История древнего Востока, Спб. 1913 г., т. I, с. 225.

стр. 143

обе земли больше солнечного диска. Он зеленит больше великого Нила; он наполняет обе земли силой; он - жизнь, дающая дыхание. Дает он питание последующим ему, насыщает идущих по пути его. Питание есть царь, умножение - уста его, он - производитель существующего, он - Хнум, родитель людей... Сражайтесь за имя его, очищайтесь, клянясь жизнью его, и будете свободны от нищеты. Возлюбленный царя будет блажен, а враг его величества не найдет себе гробницы - его труп бросят в воду. Поступайте так и вы будете славны вовеки и здравы будут тела ваши"32 .

Эта надпись представляет для нас особый интерес; так как в ней резко подчеркнут классовый смысл идеологии обоготворения царской власти. Автор, изображая царя божеством, призывает всех людей ему беспрекословно повиноваться, обещая им за это всякие блага, а ослушникам царской власти грозит страшными карами. Очевидно, усиливающееся в эту эпоху классовое расслоение приводила нередко к социальным движениям, к мятежам и восстаниям, что заставляло усиливать гнет принуждения и в то же время прибегать к более тонким и глубоким способам идеологического порабощения масс, которые так ярко отразились в этих "поучениях".

Особенно сильное влияние эта идеология обоготворения царской власти должна была оказывать, когда она облекалась в высоко художественные формы, в формы поэтического произведения, например, гимна или славословия царю. Таков прекрасный с литературной точки зрения гимн фараону Сенусерту III, сохранившийся в одном папирусе 12-династии из Кахуна. В этом гимне мы находим такие яркие и образные поэтические отрывки:

"Хвала тебе Ха-кау-Ра, наш Гор, Нетер-Хеперу...
Защищающий страну и расширяющий ее границы,
Покоряющий иноземные страны своей короной,
Схватывающий своими руками обе страны,
А чужеземные области (уничтожающий?) своими руками,
Убивающий народы луков, даже не ударяя своей булавой,
Посылающий стрелу, даже не натягивая тетивы лука.
Его сила разбила троглодитов в их стране.
Во время кровавой бойни он умертвил тысячи людей из
                                                                  племен луков,
Которые напали на его границы. Он выпускает стрелу из лука подобно Сехмет, 
Уничтожая тысячи из тех, которые не знали его
                                                                  могущества.
Язык его величества замыкает Нубию и от его слов бегут
                                                                  бедуины...
Как велик владыка для своего города! 
Он один равен миллиону, остальные же люди малы... 
Как велик владыка для своего города.... 
Он подобен Сехмет против врагов, которые переступают
                                                                  его границы.
Он пришел к нам и соединил обе страны... 
Он пришел к нам и взял под свою защиту обе страны. 
Он дал покой обоим берегам.
Он пришел к "нам и дал жизнь Египту, уничтожив его
                                                                 страдания"33.

32 Б. А. Тураев, История древнего Востока, т. I, Сиб. 1913 г., с. 253.

33 A. Erman, Literatur der Aegypter, Leipzig 1923, S. 179 - 181.

стр. 144

В этих поэтических преувеличениях автор, очевидно, пытался дать образ царя как сверхестественного существа, жестоко уничтожающего своих врагов и дарящего всякое благо своим подданным. И отсюда должна была сама собой возникать мысль о том, что такой царь есть божество и к тому же божество благодетельное, которому должны повиноваться и поклоняться все люди. В некоторых надписях эта мысль о божественном происхождении и значении царя выражается чрезвычайно ясно и просто. Так например; в большой абидосской надписи царя 13-й династии Неферхотепа мы читаем:

"Я его (Озириса - В. А.) сын, его охранитель, его подобие, от него произошедшее, верховный глава великой палаты его отца, которому Кэб отдал свое наследие с согласия девятерицы богов. В исполнении своей великой должности, порученной мне богом Ра, я являюсь прекрасным сыном..."34 .

Идеология обоготворения царской власти и царя как наследника и преемника богов выражена здесь с предельной четкостью и краткостью, как в богословской формуле, впитавшей в себя догматику тысячелетий.

В эпоху Нового царства (2 - 1 тыс. до н. э.) усилившаяся торгово-колониальная экспансия Египта вызвала необходимость нового усиления центральной власти. Поэтому вполне естественно, что в эпоху Нового царства все еще продолжал существовать или может быть лишь принял новые формы культ великих царей времени Древнего царства. Об этом мы узнаем из надписи на марсельской статуе Хонтутебу, в которой упоминается жрец покойного фараона 6-й династии Тети, носившей звание "писца жертвенника владыки двух стран"35 .

Но если в эпоху Нового царства обоготворялись цари Древнего царства, то, конечно, и власть современных фараонов постоянно подкреплялась широкой пропагандой царского культа. Именно в эту эпоху получает отточенные формы и широко пропагандируется в искусстве догмат богосыновства царя. Древний титул фараона - "сын солнца" - получает яркое и наглядное обоснование как в художественных изображениях, так и в религиозных текстах, в которых бог постоянно называет царя "сыном от плоти моей"36 . В храмах устраивались специальные залы, посвященные изображениям царского культа, которые назывались "великий дом" или "здание его, находящееся в храме"37 . На стенах зала обычно изображались главные моменты священной жизни обоготворяемого царя: его рождение, его коронация, празднование 30-летнего юбилея и т, п.

Эти изображения довольно хорошо сохранились в развалинах двух храмов 18-й династии: в храме царицы Хатшепсут в Дейр-эль-Бахри и в храме царя Аменхотепа III в Луксоре. Тот факт, что изображения в этих двух храмах почти совершенно тождественны, ясно говорит о том, что жречество выработало особый трафаретный тип художественной и религиозной пропаганды царского культа. Длинная серия религиозных изображений, имеющих своей целью доказать божественное происхождение царя и царской власти, обычно распадается на три группы: бракосочетание царицы и бога, рождение ца-


34 Pieper, Die grosse Inschrift des Königs Neferhotep in Abydos. Leipzig 1929 S. 15 - 16.

35 Ed. Naville, Le roi Teta Merenphtah, A. Z. 16, 1878, p. 70.

36 A. Moret, Du caractère réligieux de la roayuté pharaonique p. 39.

37 Там же, с. 40.

стр. 145

ревича или царевны и признание его богами в качестве своего потомка и земного воплощения божества. Священный рассказ начинается с пролога, происходящего на небе. Бог солнца и верховный бог Фив Амон сообщает совету девяти богов свое намерение создать для Египта нового царя и предлагает богам приготовить все необходимое для царственного младенца38 . Дальше следует довольно реалистическое изображение и описание того, как бог Амон спустился к царице для того, чтобы зачать ребенка. Бог Амон и царица Яхмос изображены сидящими на троне, который поддерживают две богини, а помещенный тут же иероглифический текст подробно описывает зачатие царевны и приводит речи бога и царицы. Амон благословляет свою дочь и предсказывает ей счастливое царствование:

"Соединяющаяся с Амоном, первая из достойных (Хатшепсут - В. А.) - будет имя этой дочери, которую ты родишь, так как так последовали слова твои. Она будет благодетельно царствовать во всей этой земле, ибо моя душа принадлежит ей, мое сердце принадлежит ей, моя воля принадлежит ей, моя корона принадлежит ей, дабы она правила над двумя странами, дабы она вела всех живущих..."39 .

Эти слова, ярко подчеркивая тесную связь между богами и царями, должны были выразить основной догмат о божественном происхождении царской власти.

Следующая группа изображений и текстов, охватывающая тему "рождение царевны", начинается с описания того, как Амон призывает бога - творца Хнума - и говорит ему, что он зачал царевну. В ответ на это Хнум обещает ему вылепить на гончарном круге ребенка и его двойника, что тут же наглядно изображено на рельефе 40 . Далее художник, пытаясь более реалистически изобразить этот легендарный сюжет, показывает, как боги творческой силы Хнум и Хе-кет ведут беременную царицу в родильный покой. Царица проходит мимо богов, находясь под непосредственной охраной Амона. Вслед за тем следует сцена рождения ребенка и, наконец, важнейший для пропаганды царского культа эпизод "признания царевны богами". Рельеф изображает, как Амон берет на руки ребенка и как гласит текст: "сжимает, обнимает, качает ту, которую он любит больше всего", и говорит ей:

"Приди, приди в мире, дочь от плоти моей, которую я люблю, Маат-ка-Ра, царский образ, который будет появляться на троне Гора живых вовеки"41 .

В заключение приводятся сцены кормления царевны молоком богини - коровы Хатхор - и записи имен будущей царицы богиней истории Сафехет. Все эти религиозные изображения и надписи должны были дать теоретическое обоснование идеологии обоготворения царской власти и в то же время с максимальной наглядностью показать, каким образом царь или царица "реально рождались" от божества, являясь, как гласят тексты, сыном или дочерью от плоти бога. В этом заключался весь пропагандный смысл этих изображений и надписей, которые должны были объяснить, почему фараона титуловали "великим богом", "благим богом" или "сыном солнца".


38 Ed. Naville, The Temple of Deir-el-Bahari (18 Dyn.), vol. II, pl. 46. A. Moret, Цит. соч., с. 48 - 49.

39 A. Moret, Цит. соч., с. 52; Ed. Naville, Цит. соч., vol. 2, pl. 47.

40 Ed. Naville, Цит. соч., vol. 2, pl. 48.

41 Там же, vol. 2, pl. 52.

стр. 146

Но если фараон считался сыном бога, то он в качестве его преемника должен был не только наследовать его власть, но и закреплять свою связь с ним, периодически совершая особый религиозно-магический ритуал заупокойного сыновнего культа. Торжественно выполняя ряд важнейших религиозно-магических церемоний, принося различные жертвы богам, совершая перед лицом богов обряд бега, фараон, по учению египетских жрецов, как бы постоянно магически возобновлял свою связь с богами, что давало ему право и возможность неограниченно, деспотически править всей страной и всеми людьми в качестве "сына солнца" и наследника власти богов на земле.

И на "сыновнее" отношение фараона к богам боги отвечали ему чисто "отеческим" отношением, даря ему жизнь. Это мы видим на целом ряде изображений, где боги подносят к носу царя "дыхание жизни" в виде гиероглифического символа жизни "анх"42 , предварительно подвергая царя ритуальному очищению, ибо основным требованием египетской религии было требование ритуальной чистоты 43 .

Целый ряд торжественных праздников давал внешнее, чрезвычайно пышное оформление этой идеологии обоготворения царя. Среди этих праздников особо важное значение имел праздник 30-летнего юбилея (хеб-сед), во время которого фараон в торжественной процессии шел к особому павильону, где он короновался и совершал обряд соединения юга и севера. После ритуального метания стрел и выпуска четырех птиц фараон поднимался к верховному божеству, где и получал свыше символы 30-летних юбилеев, где богиня кормила его своим молоком и где царские имена записывались на листьях дерева вечности "ашед".

Вполне естественно, что царей часто изображали в виде богов, на головах их часто красуются священные короны божества44 . Иногда изображение царя в точности воспроизводило облик древнего бога Озириса, сидящего на троне под балдахином. В левой руке обожествленный царь обычно держит символы озирийской власти - бич и жезл, а в правой - символ жизни45 . И наоборот, Озириса иногда изображали в виде обоготворенного царя древности, который правит в загробном мире совершенно так же, как живой фараон правит в мире земном, что приводило подчас к полному отождествлению понятий "царь" и "бог"46 .

Эпоха 18 - 19-й династии является эпохой высшего развития древнеегипетской торговли и связанной с этим военной экспансии. Центральная государственная власть, державшая в своих руках громадный земельный фонд, фактически руководившая внешней торговлей и распределявшая среди аристократии земли и военную добычу, нуждалась для поддерживания своего авторитета в проведении особой религиозно-классовой пропаганды, которая внешне выражалась в торжественном царском культе. В эту эпоху фараона особенно часто изображали в образе божества, и даже нередко перед культовой статуей и даже может быть перед самим царем совершались культовые обряды; этим самым подчеркивалось божественное значение цар-


42 Ed. Navile, Цит. соч., vol. 4, pl. 106; vol. I, pl. 2. P. Lacau, Stéles du Nouvel Empire ("Catalogue général des antiquités du Musée du Caire"), pl. 70.

43 A. Moret, Цит. соч., с. 215 - 216.

44 Lepsius, Denkmäler, 2, 2-a. A. Erman, Äegypten und ägyptisches Leben im Alterum, Tübingen 1923, S. 65, Abth. 17 - c. Medinet-Habu Reports, Orient. Institut of the University of Chicago, comm. N 10, Chicago 1931, fig. 30.

45 Davies N. de G., TheTombof Huy, London 1926, pl. 4.

46 A. Erman und H. Gropow. Worterbuch deragyptischen Sprache, Bd. 2, S. 361.

стр. 147

ской власти. Так, на одном изображении мы видим, как фараона Горемхеба, торжественно украшенного царским военным шлемом и сидящего на троне, несут 12 ливийцев. Двое слуг обмахивают царя высокими опахалами, а впереди идет жрец, кадящий перед царем длинным кадилом, как перед статуей бога. Над головой царя изображен солнечный диск, символ бога солнца, с которого спускаются на голову царя символические знаки жизни и благоденствия47 . При Горемхебе культ царя должен был получить особенное значение, ибо Горемхеб, как известно, был ставленником жречества и в своей политической деятельности в значительной степени опирался на мощное фиванское жречество. В одной надписи этого времени мы читаем, как фиванские жрецы Амона через своего оракула провозгласили Горемхеба царем.

"Когда прошло много дней, между тем как старший сын Гора (Горемхеб - В. А.) был первым и наследным князем всей этой страны, вот сердце августейшего бога Гора, владыки Алебастронполя, пожелало возвести своего сына на свой вечный престол... Гор проследовал с ликованием в Фивы... и со своим сыном в объятьях - в Карнак, чтобы привести его к Амону, чтобы облечь его в сан царя"48 .

В эпоху напряженной борьбы Египта за сохранение своих экономических и военных позиций на крупных рынках и торговых путях Передней Азии, когда фараоны 19-й династии обороняли северные границы от натиска хеттов, обоготворение царской власти и культ царя должны были с особенной настойчивостью проводиться в широкие массы, являясь демагогическим средством воздействия на сознание народа. Вполне естественно, что с этой же целью правительство и жречество вводили и поддерживали царский культ среди войска, которое было реальной основой господства аристократии, возглавлявшейся обоготворяемым царем. Целая коллекция памятных плит из Хорбета говорит нам о том, что в восточной части Дельты, где в то время находилась одна из экономических и военных баз египетского государства, довольно широко был распространен культ царя Рамзеса II. Владельцы этих плит, по большей части представители средних имущих слоев, военные и царские писцы, а иногда и ремесленники и представители трудовых слоев общества, например, корабельщики, привратники и прачечники, в своих надписях называли царя "богом", "великим богом", "благим богом", "солнцем правителей", "владыкой сияния", давая ему в то же время и ряд других пышных эпитетов, подчеркивающих ясно выраженный культ царя49 .

Близость царя к богам и охрана его богами постоянно изображались художниками этой эпохи. Фараон Эхнатон, введший в Египте религию единого солнечного бога Атона, и его ближайшие преемники любили изображать себя под охраной верховного солнечного бога. Фараоны последующей эпохи, вернувшиеся к древней политеистической религии своих предков, обычно изображали себя под охраной древних богов, как например, богини Нехбет, изображенной на стенах храма в Мединет-Абу в виде коршуна, который своими распростертыми крыльями осеняет Рамзеса III во время охоты, битвы и триумфа над врагами50 . Гиероглифические символы многолетия, жиз-


47 Lepsius, - Denkmäler, Abth. 3, Blatt 121.

48 Брэстед, История Египта, т. II, с. 80.

49 G. Roeder, Ramses II als Gott, A. Z., Bel. 61, Leipzig 1926, S. 62 - 64.

50 Medinet - Habu Reports, Orient Institut of the University of Chicago, Comm. N 10 Chicago 1931, fig. 7, 8, 12, 15, 27.

стр. 148

ни и всякого благополучия как бы ниспадают из лап этого коршуна на голову царя.

Культ царя, являвшийся отличительной чертой древневосточного деспотизма, сохранил свое значение и вплоть до поздней эпохи древнеегипетской истории. Образ царя часто отождествлялся в религиозных текстах с обликом небесного солнца. В одном позднем гимне из Эдфу царь называется богом Хепер, богом Атумом и даже "появляющимся на земле, подобно Атону на небе"51 . Целый ряд церемоний царского культа сохранился в египетской религии до очень позднего времени, являясь внешним выражением консервативной идеологии обоготворения царской власти. Обряд воздвижения столба-джеда, символа спинного хребта Озириса, очевидно, совершался царем, как это мы читаем в одном демотическом тексте52 . В этой же надписи упоминается интересный религиозный обряд, который, очевидно, заключался в том, что царь должен был итти к "храму двойника, великого владыки Гелиополя, чтобы лицезреть двойника, великого владыку Гелиополя, который там покоится"53 .

Этот ритуал лицезрения бога солнца Ра, совершавшийся в Солнечном Граде сохранился вплоть до эфиопской эпохи. Фараон 24-й династии Пианхи (8 в. до н. э.) в одной своей надписи подробно описывает, как он "поднялся к большому балконному окну, чтобы лицезреть Ра в его "доме бенбен" (святилище солнца в Гелиополе - В. А.). Сам царь стоял там в одиночестве". После окончания обряда, который, судя по надписи, царь совершал один в качестве единственного на земле сына, наследника, наместника и воплощения солнечного бога, святое святых явлений бога запечатывалось личной печатью царя54 .

Сакральный характер царской власти и тесная связь деспотии с жречеством ярко отразились в надписи, относящейся к 6-му году царствования фараона 25-й династии Тахарки (7 в. до н. э.). Изображая себя в качестве идеального правителя, при котором "истина царила в управлении, а ложь была пригвождена к земле", Тахарка подчеркивает свои заслуги, выдвигая на первое место свое благочестие и свои многочисленные дары богам и храмам. Именно с этими своими добродетелями связывает Тахарка то изобилие, которое царило при нем в стране, "подобно тому, как это было во времена "Владыки всего" (т. е. Озириса - В. А.). Таким образом, указывая на свою тесную связь с храмами и жречеством, Тахарка находит возможным сравнивать свое царствование с легендарным царствованием верховного бога Озириса и тем как бы отождествлять себя, эфиопского царя, с древним национальным богом Египта. В конце этой надписи Тахарка говорит о том большом наводнении, которое послали боги, вняв его молитвам.

Этот документ ясно говорит о том, как идеология обоготворения царской власти, проводившаяся жречеством и деспотическим государством с целью укрепления существующего социального строя, была целиком воспринята иноземными завоевателями, поработившими


51 E. Chassinat, Edfou, vol. 2, p. 29. Selim Hassan, Hymnes religieux du Moyen Empire, Le Caire 1930, p. 64.

52 W. Spiegelberg, Zwei Kalksteinplatten mit demotischen Texten, A. Z., Bd. 50, Leipzig 1912, S. 33.

53 Там же.

54 Urk, Bd. III, S. 39, K. Sethe, Zwei bisher ubersehene Nachrichten... A. Z., Leipzig 1917, Bd. 53, S. 54.

стр. 149

Египет, но подпавшими под влияние великой древнеегипетской культуры 55 .

Обычным типом государства на древнем Востоке было государство деспотическое во главе которого стоял обоготворяемый царь. Классический тип этого деспотического государства, тесно связанного с жречеством и идеологически опиравшегося на религиозную санкцию, мы находим в древнем Египте, но аналогичные образцы государственной системы, может быть не столь ярко выраженные, существовали и в других странах древнего Востока. Так, недавние раскопки в Уре показали, что в древнем Шумере правители уже 3-й династии Ура обоготворялись во время своей жизни, причем после их смерти им поклонялись как богам. Так же, как и в Египте, царь занимал важное место в культе, и храм был во всех своих существенных чертах дворцом царя-бога56 . В целом ряде надписей цари и исаки (патэси) подчеркивали свою близкую связь с богами, укрепляя свой авторитет при помощи религии.

Эту же религиозную санкцию своей деспотической власти использовали вавилонские цари. Царь Хаммурапи, судебник которого является важнейшим источником для изучения хозяйственного и общественного строя древнего Вавилона, пишет в нем:

"Ану и Энлиль призвали меня, Хаммурапи, славного богобоязненного князя, для водворения в стране справедливости и истребления беззаконных и злых, чтобы сильный не притеснял слабого так, чтобы я подобно Шамашу восходил над черноголовыми и освещал страну для благосостояния народа. Я Хаммурапи, пастырь избранный Энлилем, изливший богатство и изобилие, снабдивший всем Ниппур, связь небес и земли... Полновластный царь царей, брат бога Замамы... Божественный царь царей, мудрый.., которому по праву принадлежит скипетр и корона, которыми снабдила его мудрая богиня - мать..."57 .

Вполне естественно, что такая же идеология обоготворения царской власти должна была существовать и в Ассирии, где при дворе ассирийских деспотов существовал пышный этикет, который принуждал даже знатных вельмож падать к ногам обоготворяемого царя и целовать его ноги. Особенно торжественным был церемониал восшествия на престол ассирийского царя. Жрец возлагал на голову царя венец и говорил: "Венец на твоей голове обозначает: Ашшур и Нинлиль - владыки твоей диадемы. Да защищают они тебя сто лет. Да благо будет твоей ноге в храме, твоим рукам у алтаря Ашшура, твоего бога. Да благо будет твоему священству и священству твоих сыновей перед Ашшуром. Да даст Ашшур в храме скипетру твоему и твоей стране речь, слух, справедливость и право"58 . В Персии эпохи Ахеменидов эта религиозная санкция царской власти уже является отголоском далекого прошлого. В Накширу-стамской надписи Дарий указывает на то, что его власть освящена авторитетом верховного бога: "Когда Аурамазда увидел эту землю в восстании, он вручил ее мне, сделал меня царем - я царь. Волей Аурамазды я вернул ее на надлежащее место. Все, что я совершил,


55 V. Vikentieff, Haute crue du Nil, Le Caire 1930, p. 60 - 62.

56 Woolley, Excavations at Ur, Univ. Pensylw., "Museum Journal", vol. 22; 3 - 4; p. 257, Philadelphia 1931.

57 И. М. Волков, Законы вавилонского царя Хаммурапи, с. 19 - 20.

58 B. Meissner, Babylonien und Assyrien, B. I, S. 64.

стр. 150

я совершил по воле Аурамазды. Аурамазда послал мне помощь. Аурамазда защитил меня от всякого зла и мой дом и эту страну"59 . История древней Индии, древнего Китая и древней Америки обнаруживает целый ряд таких элементов, которые позволяют нам сближать древнюю культуру этих стран с культурой великих народов классического древнего Востока. Так, во всех этих странах в эпоху перехода от родового строя к рабовладению мы видим особый тип деспотического государства и специфическую идеологию обоготворения царской власти. В древнеиндийских законах Ману очень четко формулировано учение о божественном значении царя, который считался как бы земным воплощением небесных богов. "Царь есть воплощение восьми божеств, хранителей мира: луны, огня, солнца, ветра, Индры, владык богатства и воды (Кувера и Варуна) и Ямы. Так как царь есть воплощение владык мира, то для него не существует нечистоты, ибо чистота и нечистота смертных обязаны своим происхождением и устранением (этим) владыкам мира"60 .

В древнем Китае в эпохи Инь и Чжоу мы находим ясно выраженные формы деспотического государства, возглавляемого обоготворяемым царем. Царь в качестве верховного первосвященника совершал культ предков и культ богов, а царская резиденция состояла из дворца царя, окруженного храмами: храмом предков и южным храмом торжественных царских аудиенций. А в некоторых легендах в поэтической форме проводилась мысль о божественном происхождении царя. По древним сказаниям царь Му таинственно родился от брака царицы, жены царя Чао, с духом предка Чу. Наконец, в другой легенде рассказывалось, что мать предка клана Tseu (яйцо) по имени Киен-Ти проглотила однажды яйцо, которое уронила пролетавшая ласточка. В результате этого она чудесным образом зачала ребенка, которому при его рождении дали имя Tseu (яйцо). Потомок этого клана Тан Победоносный основал династию Инь61 .

Наконец, в древней Америке, в государстве древних инков мы находим аналогичную идеологию обоготворения царя. Верховный инка, так же как египетский фараон, назывался сыном солнца и считался богом. Воля этого типичного деспота считалась законом, а нарушение этого закона - святотатством, которое строго каралось. Придворный этикет своими пышными формами подчеркивал божественное значение царской власти. Обоготворяемому царю могли служить лишь его жены и сестры, а простые инки не должны были даже смотреть ему в лицо. Подданные должны были подходить к верховному инке босиком и с поклажей на спине, сгибаясь под ее тяжестью в знак почтения и уважения, оказываемого царю-богу62 .

Эта идеология обоготворения царя и царской власти, существовавшая во всех государствах древневосточного типа, в полной мере соответствовала их социально-экономической структуре. Концентрация громадных земельных фондов и экономических ресурсов в руках деспотического государства и резкое классовое расслоение, отделявшее непроходимой пропастью массы обездоленных рабов от правящей рабовладельческой аристократии, вызывали к жизни появление культа царя и царской власти, при помощи которого массам внушалась мысль о недосягаемости божественной власти и о вечной не-


59 В. А. Тураев, История древнего Востока, т. 2, с. 203.

60 "Законы Ману". Перевод Эльмановича, 1913, с. 111, 129 - 130.

61 J. Maspero, La Chine antique, 1927, р. 45, 58.

62 Baudin, Empire socialiste des Incas, p. 63.

стр. 151

изменности существующего классового строя, основанного на жестокой эксплоатации трудовых масс и возглавляемого властью обоготворяемого деспота. Таким образом, эта идеология обоготворения царя и царской власти являлась мощным орудием порабощения сознания масс. Поэтому вполне естественно, что в годы великих социальных потрясений, когда трудовые массы, доведенные до последней крайности жестокими формами рабовладельческой эксплоатации, поднимали знамя восстания, народный гнев поднимался нередко и против царя, в котором жрецы заставляли видеть "благого бога". В Лейденском папирусе, содержащем интереснейший текст, описывающий крупный социальный переворот, мы читаем об этом совершенно ясно:

"Смотрите, совершается нечто такое, что не совершалось даже в древние времена. Бедняки прогоняют царя.

Смотрите, тот, кто был погребен, как сокол, лежит на носилках; то, что скрывалось в пирамиде, лежит опустошенным.

Смотрите, дело дошло до того, что страну ограбили и лишили царской власти: и это сделали всего лишь несколько безрассудных человек.

Смотрите, люди ожесточились против царской змеи, защитницы бога Ра, которая охраняет обе страны".

В этом ярком описании одного из древнейших известных в истории народных восстаний мы уже явственно чувствуем твердую поступь далеких предшественников великих вождей рабов - Эвна, Клеона и Спартака.

 

Orphus

© libmonster.ru

Permanent link to this publication:

https://libmonster.ru/m/articles/view/ИДЕОЛОГИЯ-ОБОГОТВОРЕНИЯ-ЦАРЯ-И-ЦАРСКОЙ-ВЛАСТИ-В-ДРЕВНЕМ-ЕГИПТЕ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Lidia BasmanovaContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://libmonster.ru/Basmanova

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

В. АВДИЕВ, ИДЕОЛОГИЯ ОБОГОТВОРЕНИЯ ЦАРЯ И ЦАРСКОЙ ВЛАСТИ В ДРЕВНЕМ ЕГИПТЕ // Moscow: Russian Libmonster (LIBMONSTER.RU). Updated: 24.08.2015. URL: https://libmonster.ru/m/articles/view/ИДЕОЛОГИЯ-ОБОГОТВОРЕНИЯ-ЦАРЯ-И-ЦАРСКОЙ-ВЛАСТИ-В-ДРЕВНЕМ-ЕГИПТЕ (date of access: 21.07.2019).

Found source (search robot):


Publication author(s) - В. АВДИЕВ:

В. АВДИЕВ → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Lidia Basmanova
Vladivostok, Russia
1417 views rating
24.08.2015 (1426 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes

Related Articles
Симультанный художественный образ Ирины Мирошник «Одиночество Христа» объединяет комплементарные (взаимодополняющие) художественные образы: изобразительный — картина Ивана Николаевича Крамского «Христос в пустыне», и музыкальный — Bach. Prelude No.14 F sharp minor WTC V2 в исполнительской интерпретации Ирины Мирошник. Симультанные художественные образы создаются на основе законов и принципов Координационная парадигма развития (КПР) и метода координации И.М.Мирошник.
Важность военной ветеринарии в развитии нашего общества и отдельных отраслей знаний неоценима, так же как и ее практическое применение в организации материально-технического обеспечения войск и сил флота,, в различных видах ее деятельности.
Харизма и ораторское искусство – залог успеха в любом начинании
11 days ago · From Россия Онлайн
Два матерых лжеца предлагают народу поход к ложной, внешней опоре, чтобы под шумок движения к ней чистить его карманы. Оплот же страны — в ней самой. Two seasoned liars offer people a crusade to a false, external support in order to clean out their pockets under the guise of movement to it. But the strength of the country is in itself.
Catalog: Философия 
13 days ago · From Олег Ермаков
27 июня в Москве состоялась международная конференция «Споры в Южно-Китайском море и поиск мирного решения». Конференция была организована совместно Международной ассоциацией юристов-демократов (IADL) и Международным фондом "Дорога Мира" в контексте многих напряженных и сложных событий в регионе Южно-Китайского моря. В конференции приняли участие представители из Ассоциации юристов Вьетнама и Вьетнамской Дипломатической академии.
13 days ago · From Марина Тригубенко
Великая Отечественная война оставила столь сильный и незаживающий след в судьбах людей бывшего СССР, что неуместными выглядят жалкие потуги современных некоторых кинематографистов представить это великое событие мировой истории как лёгкую и беззаботную компьютерную "стрелялку". данная статья представляет собой рецензию на фильм "Т-34".
Метафизика исторического процесса. Metaphysics of the historical process.
Catalog: Философия 
19 days ago · From Олег Ермаков
Центральный Совет МОО Ветеранов Тыла Вооруженных сил Российской Федерации (МТО ВС РФ) сердечно поздравляет полковника ветеринарной службы ЗАНОЗИНА АЛЕКСАНДРА ФЕДОРОВИЧА с Днем Рождения, его 97 - летием! Желает доброго здоровья и прекрасных дней на пороге Столетия! Действующий состав и Ветераны Тыла ВС РФ, в частности Военной ветеринарии, любят, уважают, чтут Заслуги уважаемого Ветерана и самого крайнего участника Великой Отечественной войны в военной ветеринарии - АЛЕКСАНДРА ФЕДОРОВИЧА! Передают нынешнему поколению все его наставления, заветы и пожелания! Заместитель председателя Центрального Совета Ветеранов Тыла ВС РФ, генерал-майор ветеринарной службы запаса Виталий Ветров

Libmonster, International Network:

Actual publications:

LATEST FILES FRESH UPLOADS!
 

Actual publications:

Загрузка...

Latest ARTICLES:

Latest BOOKS:

Actual publications:

Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
ИДЕОЛОГИЯ ОБОГОТВОРЕНИЯ ЦАРЯ И ЦАРСКОЙ ВЛАСТИ В ДРЕВНЕМ ЕГИПТЕ
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate $ to Libmonster ($)

Russian Libmonster ® All rights reserved.
2014-2019, LIBMONSTER.RU is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Russia


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Germany China India Sweden Portugal Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Uzbekistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones