Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: RU-8942

Share with friends in SM

I

Темы по истории британской внешней политики и международных отношений Великобритании стали в течение последних 25 - 30 лет заметной частью работ современной английской историографии. До первой мировой войны английская буржуазная историография сравнительно мало занималась вопросами истории внешней политики и гораздо больше внимания уделяла темам внутренней, в особенности парламентской, истории Англии.

Ещё в книге "Расширение Англии" крупнейший идеолог раннего британского империализма Джон Сили, которого с полным основанием можно считать предшественником современной буржуазной историография британской внешней политики, жаловался на пренебрежение к темах по истории внешней и колониальной политики и на увлечение историков изложением и анализом перипетий парламентской борьбы. Сили считал такое пренебрежение следствием недостаточного кругозора историков-либералов и непонимания ими основных задач исторического познания. Сили был неправ в своём объяснении, однако несомненно, что либерализм гладстонианской поры с его характерным сочувствием к "малой Англии" и отрицанием необходимости в расширении пределов Англии оказывал влияние на влечение английских историков к темам внутренней истории страны.

Но английские историки того времени были, помимо всего прочего, лишены возможности пользоваться документами, необходимыми для научного исследования вопросов истории внешней политики и международных отношений. Архив министерства внешней политики (Форейн Оффис) не был доступен для большинства историков; ещё Файф, автор известной обобщающей работы "История Европы XIX века", в предисловии к её второму изданию (1883) счёл своим долгом выразить благодарность за предоставленный ему впервые министром иностранных дел лордом Гренвилем доступ к неизданным документам министерства за 1792 - 1814 годы. Документы же периода после 1815 г. были скрыты от историков вплоть" до окончания войны 1914 - 1918 годов. Поэтому при написании второй части своей работы (1815 - 1878) Файф был уже лишён возможности прибегать к неизданным документам и основывался на материале парламентских "синих книг" или парламентских прений. Мы обязаны двум новейшим исследователям (Темперлей и Пенсон) указанием на явную недостаточность этих источников для исследования скрытых мотивов и пружин британской внешней политики. Оба автора в свете новых материалов подвергли рассмотрению характер представлявшихся парламенту публикаций Каннинга, Пальмерстона, Дерби, Солсбери и других британских министров и нашли, что эти публикации были в высокой степени тенденциозны1 . Между тем работа Файфа оставалась своего рода общепризнанным и авторитетным учебником и отправным пунктом для суждений о международных отношениях Великобритании в 1789 - 1878 годах2 .

После войны 1914 - 1918 гг. (точнее, в 1919 г.) архив министерства иностранных дел был передан в Главное архивное управление (Public Record Office). С тех именно пор документы 1815 - 1870 гг. стали доступны для английских и иностранных исследователей3 . Документы же, датированные после 1870 г., и сегодня могут быть предоставлены в распоряжение историков - только британских подданных - по специальному разрешению министра иностранных дел. Что же касается документов по истории британской внешней политики от 1914 г. и до наших дней, то разработка их допускается лишь по специальному поручению министерства иностранных дел, и документы эти хранятся не в Главном архивном управлении, а непосредственно в самом министерстве иностранных дел.

Принимая во внимание, что министерство иностранных дел было создано только в 1783 г. на основе двух статс-секретариатов (Южного и Северного)4 и что архив министерства в первые годы его существования и до прихода Каннидага на пост министра в 1822 г. был поставлен очень и


1 Мы имеем в виду работу Temperley H. and Penson L. "Publication of Bluebooks on British Foreign Policy". L. 1937.

2 Книга Файфа переведена на русский язык. Файф Я. "История Европы XIX века". Под ред. И. В. Лучицкого. М. 1904.

3 Автор этих строк работал над документами Форейн Оффиса за 20-е годы XIX в. в Public Record Office в 1925 году. См. "Дело о выдаче декабриста Николая Тургенева английским правительством" в сборнике "Тайные общества в России". М. 1926.

4 См. нашу статью "Форейн Оффис" в журнале "Мировое хозяйство и мировая политика" N 9 за 1942 год.

стр. 90

очень неважно5 , не приходится удивляться тому, что исследователи XVIII и начала XIX в. не так уж много могли извлечь из специальных архивов министерства. Им приходилось обращаться к документам личных архивов, переписке государственных деятелей и, как сказано выше, парламентским публикациям, которые в этой именно области уступали всем другим, заслуженно прославленным "синим книгам".

Моментом, с которого начинается усиленное изучение вопросов внешней политики Великобритании в английской историографии, следует считать издание в 1922 - 1923 гг. "Кембриджской истории британской внешней политики"6 . Эта коллективная работа в трёх томах под редакцией Уорда и Гуча вышла в серии коллективных исторических предприятий Кембриджской школы английских историков, уже достаточно известных к тому времени. Первое из этих предприятий - "Кембриджская история нового времени" - была уже тогда закончена; "Кембриджская история средних веков", начатая до первой мировой войны, продолжала издаваться; "Кембриджская история древнего мира" была уже предпринята, а "Кембриджская история Британской империи", "Кембриджская история Индии" и "Кембриджская история Польши" последовали за "Кембриджской историей внешней политики", которая, таким образом, занимает хронологически центральное положение среди всех этих предприятий7 . Новейшим из них является "Кембриджская экономически история Европы" под редакцией недавно умерших Клефема и Пауэр, - из печати вышел только первый том её8 .

Сопоставляя "Кембриджскую историю внешней политики" с предшествующими кембриджскими изданиями, можно сразу же отметить черты отличия: предшествующие коллективные издания Кембриджской школы и, в частности, "Кембриджская новая история" рассчитаны были на студентов и преподавателей истории в средней школе, а также на широкую публику, интересующуюся историей; справочно-библиографический отдел рассчитан был и на читателей-специалистов, которые хотели бы иметь под рукой необходимый им справочный материал. Статьи "Кембриджской новой истории", как правило, не были основаны на документах и не представляли собою оригинальных исследований: они были написаны специалистами, которые использовали для этой цели свою широкую эрудицию и более ранние свои и чужие специальные труды. Другое дело - статьи "Кембриджской истории британской внешней политики". Большинство их авторов не шло по проторенному ранее ими и другими авторами пути, а составляло статьи заново, сплошь и рядом привлекая неопубликованный материал.

Редакция "Кембриджской истории британской внешней политики" сочла желательным дать в приложении к трёхтомнику некоторые важные документы по истории британской внешней политики и среди них, например, меморандум Кестльри от 5 мая 1820 г., который новейшая английская историография с тех пор считает одним из краеугольных камней британской политики XIX - XX веков. Позиции, выдвинутые впервые авторами "Кембриджской истории британской внешней политики" в этой публикации, подготовленной в первые годы после войны 1914 - 1918 гг., остались и затем характерными для английской буржуазной историографии и получили дальнейшее развитие в специальных работах и исследованиях.

II

Возвращаясь к вопросу о материале, которым пользуются в своих работах историки английской школы, следует отметить привлечение ими иностранных архивных документов. Можно указать, что в годы между двумя мировыми войнами английские историки имели широкий доступ к архивам Вены и отчасти Берлина. В меньшей мере занимались они в архивах Парижа и Вашингтона; во всяком случае, упоминания об этих архивных фондах реже встречаются в специальных исследованиях.

Английская историческая школа мало прибегала к архивам царской России, открытым для исследователей после Великой Октябрьской социалистической революции. Американские историки были в этом отношении инициативнее. Повидимому, английские историки опасались, что сами будут вынуждены приложить руку к разоблачениям истинной роли британского империализма в развязывании мировой войны. Участие в разработке материалов царских архивов обязало бы их положительно отозваться и о факте открытия архивов, что, принимая во внимание политику Форейн Оффиса, запрещающего доступ иностранных учёных к английским документам, датируемым после 1870 г., оказалось бы косвенно критикой своего правительства. У американцев не было оснований бояться ни того, ни другого. Они не считали возможным встретить в русских архивах опасной (для дипломатии США) документации, и кроме того американские историки непрочь были рекомендовать и другим европейским правительствам последовать советскому примеру в отношении Архивов. Но английские историки внимательно следили за всеми советскими публикациями документов, и "Красный архив" в Англии был наиболее читаемым из всех журналов исторической документации. Можно сослаться в этом отношении на историка Гуча, который


5 Ср. работу Tilley and Hazelee ("Foreign Office". I. 1930.

6 Cambridge History of British Foreign Policy, ed. by A. Ward and G. Gooch. В журнале "Историк-марксист" N 2 за 1926 г. дана оценка этой "Истории британской внешней политики".

7 О "Кембриджской истории Польши" см. "Известия отделения истории и философии" N 4 за 1944 год.

8 Cambridge Economic History of Europe. Vol. I. ed. Clapham and Power. L. 1942.

стр. 91

в течение всех лет, истекших с 1917 г., наблюдал за всеми советскими публикациями, и на английского премьер-министра Давида Ллойд-Джорджа, который в связи с изданием своих "Военных мемуаров" счёл необходимым свериться в "Красном архиве" с документами переписки Янушкевича и Сухомлинова9 .

Следует также обратить внимание на один особенный источник по истории международных отношений, который стал доступен английским учёным после 1917 года. Это архив русского посольства в Лондоне, который оказался в распоряжении русских белогвардейцев (в частности октябриста барона Мейендорфа, некоторое время читавшего курс истории России в Лондонском университете) и был "открыт" ими для английских историков; на него ссылается Палеви в своей "Истории английского народа" (т. 1-й "Эпилога" 1895 - 1905), извлечения из него печатались Сетон-Уотсоном, и следы его местонахождения, до сих пор не обнаруженного, ведут в "Школу славянских исследований в Лондоне"10 .

Следует отметить систематическое сотрудничество английских историков с министерством иностранных дел Англии. Министерство постаралось поставить историческую науку на службу задачам внешней политики. Английский историк Дж. Кларк во вступительной лекции, которую он в качестве профессора новой историк (заведующего, кафедрой имени короля)11 прочитал в Кембридже, пишет о широком привлечении историков и годы второй мировой войны к работе в государственных учреждениях вообще и в министерствах иностранных дел и информации в частности12 . Впрочем, такое сотрудничество практиковалось ещё в 1914 - 1918 годах.

Можно отметить три важнейшие области такого сотрудничества:

а) В 1920 г. был создан Британский институт международных отношений на основе возникшего в годы первой мировой войны отдела разведки (Intelligence department) министерства иностранных дел. Институт, вокруг которого группируются многие учёные-историки, работает непосредственно по заданию Форейн Оффиса на помощь министерству по своей инициативе. Членами и сотрудниками института могут быть только британские подданные; его совещания проводятся закрыто, и можно считать, что только часть работ института предназначена для публикации. Институт существует на основе специального устава; он помещается в доме Питта Старшего (Чэтэм-хауз в Лондоне).

б) Отдельные историки привлекаются для конкретных поручений по подготовке изданий документов и составлению "Официальной истории войны"13 . Примером такого рода следует считать поручение, данное Гучу и Темперлею об издании документов о "происхождении мировой войны" (1914 - 1918 гг.). Оно было дано историкам от имени министра иностранных дел (он же и премьер-министр) в первом лейбористском правительстве - Рамзея Макдональда и затем подтверждено от имени министра иностранных дел Остина Чемберлена в консервативном правительстве Болдуина. У Кларка мы нашли указание на то, что издание "Документов" Гуча и Темперлея предполагается продолжить, но мы не имеем сведений, кто и как будет его осуществлять.

в) В годы второй мировой войны отдельные историки были "мобилизованы" на работу в государственные учреждения, в частности в Форейн Оффис и в министерство информации для составления исторических справок и пропагандистских выступлений. Отдельные историки (например, Джордан - автор книги "Англия и Франция в их отношении к Германии в 1919 - 1933 гг.") в последние годы появлялись среди экспертов английских делегаций на международных конференциях.

III

В числе предшественников современной английской историографии британской внешней политики можно отметить трёх авторов. Только один из них являлся историкам по специальности и по профессии - это был профессор истории в Кембридже, упомянутый нами Джон Сили14 .

Сили писал в последней четверти XIX века. Главная его работа - "Расширение Англии" - вышла в 1883 г.; другая важная работа - "Развитие британской политики" - появилась в 1896 г., непосредственно посла смерти Сила.

Основные положения, взятые современной английской историографией у Сили, можно вкратце суммировать следующим образом:

1. Процесс истории Англии следует рассматривать как процесс расширения пределов Британской империи и распростране-


9 Гуч опубликовал несколько изданий книги "Recent revelations of European diplomacy" ("Недавние разоблачения в области дипломатической истории") и в этих изданиях уделил большое внимание русским и немецким документам, посвященным истории происхождения первой мировой войны. См. ниже о тенденции этой и других работ Гуча; Ллойд-Джордж "Военные мемуары". Томы I - II. гл. 13-я, стр. 304 - 316. М. 1934.

10 Этот архив должен был быть передан СССР в 1924 году.

11 Clark G. "Historical Scolarship and historical thought". L. 1944. Его предшественниками на этом посту (назначение осуществляется премьер-министром и подписывается королём) были Сили и Кингсли.

12 Об этом известно, между прочим, также из послужного списка Темперлея, Тойнби, Вебстера, Сетон-Уотсона и др.

13 Clark. Op. cit., p. 3 - 6.

14 О Джоне Сили и его работах см. нашу статью "Джон Сили как историк великой Британии" ("Доклады и сообщения исторического факультета МГУ", вып. 3-й, М. 1945), в которой даны основные биографические данные о Сили и анализ места, занимаемого им в историографии британского империализма.

стр. 92

ния англо-саксонской расы по земному шару. В этот процесс Сили включал и США, рассматривая их как часть англосаксонского единства. В силу этого для Сили война Соединённых Штатов за независимость - историческое недоразумение, ошибка обеих сторон; эта война не разрывает единства англо-саксонской истории, её внутренней общности. Тем более единой представляется Сили история Англии и её доминионов.

2. Внешняя политика Великобритании основывается на принципе преемственности основных политических целей, вне зависимости от пребывания у кормила правления различных политических партий. Она носит якобы надпартийный, национальный характер. Принцип преемственности Сили усматривает в политике либералов и консерваторов на протяжение XIX в. и в особенности вигов и тори в XVIII веке. Современная историография стремится, в полном согласии с тенденцией Сили, возвести этот принцип в догмат поведения, в доктрину, которой должна следовать внешняя политика страны в дальнейшем. Таким образом, классовый характер внешней политики Англии всячески затушёвывается.

3. Географическое положение Англии как острова (или группы островов) у берегов Европы является исходным моментом для её политики, направленной на равновесие сил в Европе, т. е. противопоставление коалиции "малых стран" под руководством Англии крупнейшей военной державе Европы, претендующей на европейскую гегемонию. Борьба против такой державы имеет, однако, своей основной задачей господство Англии над внеевропейскими колониями и опорными пунктами.

Второй из предшественников современной британской историографии, А. Г. Мэхэн, американец по национальности, был профессором военно-морского училища в США. Мэхэн более всего интересовался влиянием "морской силы" (термин Мэхэна) на историю и в этой связи занимался темой развития британского морского могущества.

Среди положений Мэхэна, к которым ныне возвращаются новейшие представители английской буржуазной историографии, следует отметить два наиболее важных и требующих критического преодоления.

Первое из этих положений сводится к утверждению, что англо-американское сотрудничество вытекает непосредственно из географии и исторического опыта обеих англо-саксонских стран. В частности, залогом осуществления доктрины Монро, предусматривавшей недопущение вмешательства европейских держав в дела американского континента, было сотрудничество с Англией, уже в самом начале давшей свою санкцию (в лице Каннинга) на признание южноамериканских республик; это сотрудничество выражалось в защите Америки с помощью английского "большого флота".

Второе положение Мэхэна, воспроизводимое ныне британскими авторами, пишущими историю британской внешней политики, заключается в том, что понимание основных задач внешней политики и военной доктрины доступно лишь узкому кругу посвященных духовной и политической аристократии. От демократии, указывает Мэхэн, трудно добиться ассигнований на военные нужды для активной (читай: экспансионистской. - И . З. ) внешней политики. Необходимость раскрыть задачи внешней политики перед народом лишает, по мнению Мэхэна, руководителей дипломатии возможности соблюсти необходимую для успеха тайну (ту тайну, в которой, по выражению Ленина, рождается война. - И. З. ). Демократическая дипломатия обречена на неудачу (т. е. неудачу целей империалистической экспансии).

Важнейшие работы Мэхэна - "Влияние морской силы на историю" (The influence of Sea-Power upon History 1680 - 1783. L. 1890) и "Влияние морской силы на французскую революцию и империю" (The influence of Sea-Power upon French Revolution and Empire". L. 1892 - 1893) - вышли в начале 90-х годов XIX пека. Мэхэну была предложена кафедра в Кембридже, освободившаяся после смерти Сили, и хотя Мэхэн не принял этого предложения, он оставался для британского академического и политического мира persona gratissima. Кембридж и Оксфорд дали ему звание доктора honoris causa15 . Если Сили являлся ранним идеологом британского империализма, несомненным проводником в области истории взглядов своих современников Джозефа Чемберлена и Сесиля Родса, то А. Мэхэн был ранним идеологом американского империализма, рупором взглядов Теодора Рузвельта, который признавал Мэхэна своим учителем; Сили выступал против гладстонианцев с их концепциями "малой Англии", Мэхэн - против американских радикалов типа сенатора Петтигрю (автор "Торжествующей плутократии").

Третьим предшественником современной буржуазной историографии британской внешней политики следует считать Нормана Энджелла, либерального публициста, выступившего перед первой мировой войной с книгой "Великая ошибка"16 . Впоследствии вышло второе издание этой книги17 .

У этого пацифиста и апологета британской политики современные английские историки взяли в несколько изменённом виде следующее основное положение его работы; "Стремление к войне является ошибкой с точки зрения правильно понятых экономических интересов Великобритании. Как мастерская мира, как мировой перевозчик и мировой банкир, Великобритания


15 На русском языке вышли в 1896 - 1898 гг. обе книги Мэхэна; второе, сокращённое издание второй книги в двух томах вышло в 1940 г. с предисловием А. Молока. Ленинград. Изд-во НКВМФ.

16 Angell Norman "The Great Illusion". 1911, 1931.

17 В 1931 г. Норман Энджелл получил титул сэра из рук коалиционного правительства Макдональда - Болдуина - Саймона.

стр. 93

больше заинтересована в мире, чем в войне; война несёт в себе неизбежный ущерб, куда более значительный, по существу, чем асе те выгоды, которые могли бы быть от войны получены, даже в случае полной победы" (стр. 201).

Совершенно ясно, что положения, заимствованные из работ Сили, Мэхэна и Энджелла, являются антинаучными положениями, в корне противоречащими действительной истории.

Соединённые Штаты на протяжении основного периода своей истории, т. е. с конца XVIII в. до первой мировой войны, вели с Великобританией две значительные войны (война за независимость и война 1812 - 1814 гг.). В гражданской войне 1861 - 1865 гг. Англия фактически осуществила интервенцию в американские дела, и, как известно, международный трибунал осудил эту интервенцию. Дипломатическая история англо-американских отношений осложнена множеством дипломатических конфликтов, не раз едва не приводивших к вооружённым столкновениям (дела Канады, американские лойялисты, западная граница, Венецуэла и т. п.). Если англо-американские отношения имеют вообще свою традицию, то это традиция борьбы, которой Соединённые Штаты не знали в своих отношениях с Россией или Францией. В "то время как Россия и Франция никогда не заключали союзов, направленных непосредственно против Соединённых Штатов (хотя, может быть, мексиканскую авантюру Наполеона III можно считать направленной против США), Англия в 1902 г. заключила с Японией союз - одно из международных соглашений, наиболее враждебное интересам Соединённых Штатов.

Таким образом, Сили и Мэхэн дают неверные, по существу, положения; их теоретический базис - англо-саксонский расизм, содержащий лженаучное положение о том, что американцы являются не самостоятельной нацией, а частью англо-саксонской расы. Следует напомнить, что ещё до первой мировой войны лженаучность этого утверждения была разоблачена И. В. Сталиным. И. В. Сталин в своей классической работе "Марксизм и национальный вопрос"18 даёт определённое указание об образовании североамериканской нации, отличной от английской нации.

Географическое положение, рассматриваемое как исходная точка для внешней политики, - такова ложная теоретическая позиция, которую, кстати сказать, усердно развивали фашистские "геополитики" в Германии. Географическое положение по-разному отражается в политике разных периодов в развитии страны, и это отражение зависит от тех классов, которые стоят у власти. Затушёвывание классовой борьбы, апологетика экспансионистских устремлений собственного империализма, представление о неравноправии народов (одни из которых признаются "историческими", или обладающими "правом на экспансию", а другие - "неисторическими", т. е. являющимися объектом экспансии) - вот что скрывается за понятием "географической судьбы" у Сили, Мэхэна и других представителей англо-американской империалистической историографии и их германских спутников-геополитиков.

Теория Энджелла была непосредственно направлена против ленинской теории империализма. Хотя по времени книга Энджелла предшествует работе Ленина "Империализм, как высшая стадия капитализма", но распространение взглядов Энджелла, по существу, не замеченных перед войной 1914 - 1918 гг., приходится на период, когда ленинские положения, столь блестяще подтверждённые всем ходом истории, вызвали у империалистической публицистики стремление противопоставить им взгляды Энджелла. Гобсон, книге которого дал положительную оценку Ленин, направил, по существу, свою работу против Энджелла и его сторонников, а марксистско-ленинская историография показала обусловленность войн природой империализма и интересами монополистического капитала.

Энджелл и его единомышленники успокаивают трудящиеся массы тем, что, дескать, весь исторический опыт указывает на невыгодность войны и для правящих классов. Такого рода пацифистские упражнения в исторической публицистике; убаюкивающие читателей-трудящихся, крайне опасны тем, что отвлекают внимание от деятельности поджигателей войны. Ведь хорошо известно, что вплоть до самой войны 1939 - 1945 гг. в Англии находились последователи Энджелла, отрицавшие опасность войны вообще ("Дейли экспресс" в 1939 г. выходила с аншлагом "В этом году не будет войны"). Да и теперь, по окончания войны, разве те же последователи Энджелла не оправдывают свой отказ от разоблачения закоренелых тори - поджигателей войны - и от каких бы то ни было решительных мер противодействия фашизму в самой Англии ссылкой на "миролюбие Англии" и на то, что британский фашизм "не опасен"?!

Анализ указанных корней современной английской историографии убеждает нас в том, что в ней нашли своё сочетание ложные выводы и софизм, взятые у реакционных и квазилиберальных (пацифистских) писателей недавнего прошлого.

IV

Обращаясь к современным представителям историографии внешней политики в Англии, мы можем отметить два центра, вокруг которых группируется большинство учёных. Это прежде всего Кембриджская школа и затем указанный нами выше Институт международных отношений. Вне этих двух центров стоят немногие авторы, преимущественно публицисты, отдельные произведения которых представляют для нас интерес, хотя бы их составители и не имели настоящей академической выучки и во многом не удовлетворяли тем требованиям, которые предъявляются к научным работам.

Среди важнейших работ Кембриджской


18 И. В. Сталин "Марксизм и национальный вопрос". Соч. Т. II, стр. 294 - 295.

стр. 94

школы, кроме вышеупомянутой коллективной трёхтомной "Кембриджской истории британской внешней политики", следует упомянуть восемь томов "Истории Парижской мирной конференции"19 , написанной в сотрудничестве с лондонским Институтом международных отношений, и "Британские документы о происхождении мировой войны" (1914 - 11918)20 в тринадцати томах.

"История Парижской мирной конференции" представляет собой серию статей и материалов по истории договоров Версальской системы. Рассмотрение этого обширного труда показывает, что в нём имеются в основном работы трёх родов. К первому роду относятся записки и меморандумы, составленные авторами по тем или иным проблемам непосредственно на конференции или в связи с конференцией. Ко второму роду относятся статьи, материал для которых авторы почерпнула не только из документов, но и из собственных впечатлений на конференции. Эти авторы, как, впрочем, и первые, были экспертами или участниками конференции в Париже. Только небольшая часть статей относится к третьему роду - это произведения, написанные специалистами-историками, лично не участвовавшими в работах конференции, а привлечёнными впоследствии редакцией издания.

Уже из этого анализа составных частей коллективного труда, написанного под редакцией лидера Кембриджской школы - покойного историка Темперлея21 , можно видеть, что это издание является официозным: выраженные в нём точки зрения отражают мнение правительственных кругов. Это вовсе не означает, что всегда и во всех случаях члены английского правительства должны согласиться с выраженными в этом труде мнениями. Характерно, что сам Ллойд-Джордж вступал в полемику с Гарольдом Темперлеем по ряду вопросов, подвергшихся рассмотрению на страницах этой работы, и что историки оказались в этой полемике консервативнее премьера, в своё время примкнувшего к коалиции с консерваторами, но ещё не совсем растерявшего свой былой либерализм.

Следует отметить успех этого предприятия в том смысле, что оно оказалось справочным изданием, которым, несмотря на явную его тенденциозность, очень широко пользуются и не только в Англии. Теперь, когда начинают печатать в Соединённых Штатах новые, ранее не известные материалы о Парижской мирной конференции, тенденциозность этого труда обнаруживается всё яснее и яснее. Но для справок английской восьмитомной работой пользуются всюду и при этом усваивают если не точку зрения английских авторов, то, во всяком случае, сделанный ими отбор фактов". Полезно отметить, что авторы "Истории Парижской мирной конференции", не дожидались того, чтобы прошло достаточное количество времени после конференции, а писали буквально по горячим следам: первый том издания относится к 1920 г., когда Трианонский договор подписывался, а Лозаннского договора ещё нельзя было и различить в дымке ближайшего будущего.

13 томов (последний том в двух частях) "Британских документов о происхождении войны" представляют собою извлечение из архивов министерства иностранных дел Великобритании, изданное впротивовес ранее появившимся советским публикациям и начатой германской публикации, - "Die Crosse Politik der europaischen Kabinette". Не подлежит сомнению, " что с приходом к власти лейбористской партии в 1924 г. радикальные политические деятели партии во главе с членами союза демократического контроля заставили Макдональда обещать издание английской публикации, которая могла бы выявить степень вины правящих слоев Великобритании и других стран за войну 1914 - 1918 годов. Движущей силой в союзе демократического контроля был Морел, о котором Ленин отзывался как о честном либеральном буржуа - более честном, чем Каутский, не побоявшемся выступить в начале мировой империалистической войны против своего правительства. Успех Морела на выборах в Бирмингеме, где Морел был выставлен против Черчилля (вследствие, этого Черчилль оказался на некоторое время вне парламента), поднял популярность Морела в рядах лейбористской партии. Но хотя инициатива в этом деле принадлежала радикальным кругам лейбористской партии, Макдональд поручил подготовку документов к печати таким двум либеральным историкам, которые вполне могли быть одобрены его консервативным преемником - Остином Чемберленом.

Британская публикация представляет отбор документов по темам: каждый том или полутом относится к той теме, которую редакторы считали главной для данного периода. В 13-м томе (во 2-й части) редакция дала перечень документов, которые представляются наиболее значительными для всего издания. Редакция не оговорила случаи, когда вместо полного текста документов даны извлечения из них, но, как правило, редакторы производили отбор по иному принципу: исключая целые документы, а не части их. Мы не можем судить о полноте издания, поскольку лишены доступа к архивам, откуда взяты документы. Но тенденция, проведённая Гучем и Темперлеем в отборе документов, проступает достаточно отчётливо: в британской политике 1898 - 1914 гг. якобы нет твёрдо уловимых конкретных целей, ради которых Англия согласна была бы воевать; прямого обещания Англия никому не давала, в безоговорочные или безусловные союзы ни с Францией, ни с Россией не вступала, но


19 "History of the Peace conference of Pads", volumes 1 - 8. Ed. H. Temperley. London. 1920 - 1926.

20 "British documents on the origins of the War (1898 - 1914)". Ed. G. by Gooch and H. Temperley. 13 vols and 14 parts. L. 1916 - 1938.

21 См. нашу статью "Гарольд Темперлей". "Известия Отделения истории и философии" N 1 за 1946 год.

стр. 95

удерживала немцев от "безумия", указывая, что общественное мнение Англии может не допустить нападения Германии на Францию (см., в частности, ответ короля Георга V принцу Генриху прусскому) и побудить правительство объявить Германии войну. Так, Англия сохраняла необходимую свободу рук и, добавим мы, подталкивала к войне других, оставаясь сама до поры до времени в стороне.

С технической стороны английская публикация документов выполнена отлично: уровень издания выше немецкого, и разобраться в его содержании не представляет труда. Публикация осуществлялась в хронологической последовательности, том за томом, но общий план публикации был составлен редакторами сразу, при первом знакомстве с документами.

Из индивидуальных работ кембриджской группы историков следует отметить: работу Тревельяна об Эдуарде Грее22 , книги Гуча по истории предвоенной (накануне 1914 г.), историй международных отношений23 , книгу Вудварда об англо-германском морском соперничестве24 и монографию Темперлея о Каннинге25 .

Тревельян, самый известный из современных английских историков и, несомненно, самый читаемый из "их, является автором ряда обобщающих книг по истории Англии (однотомник, охватывающий историю Англии от бриттов до войны 1914 - 1918 гг., однотомник по истории Англии в XIX в. и очень благоприятно встреченный широкой буржуазной печатью однотомник по "Социальной истории Англии" от времён Чосера до Викторианской эры включительно). Маститому историку, который охарактеризовал свои политические убеждения как "виггизм конца XVIII века", поручил составление своей политической биографии сам Грей, знакомый с биографией другого лорда Грея (автор парламентской реформы 1832 г.), ранее написанной Тревельяном. В книге об Эдуарде Грее автор имел возможность использовать дневник Грея, куда более содержательный и интересный, чем те мемуары, которые в своё время опубликовал Эдуард Грей. Тревельян составил литературно-политический портрет английского министра иностранных дел 1906 - 1915 гг., который имеет целью защитить Грея от обвинений в непосредственной виновности в войне. Он изобразил Грея как высокоморального джентльмена, "аристократа духа", лично чуждого каким бы то ни было непозволительным поступкам или служению материальным интересам. Читатель, возможно, принял бы это изображение, сделанное в блестящем литературном стиле, если бы не то обстоятельство, что наиболее наблюдательные современники, начиная с Ллойд-Джорджа и кончая Камбоном решительно разошлись с оценкой Тревельяна. Апология Грея написана красиво, но очень неубедительно; стремление Грея заставить воевать других за Англию, его участие в союзе с русским царизмом, его предстательство за столыпинскую Россию, его защита реакционного царизма в парламенте, его тайные - от народа и парламента - переговоры с Францией - всё это Тревельян обходит молчанием.

В то же время книга Тревельяна о Грее даёт критически настроенному читателю позитивный материал по вопросу о характерных приёмах британской дипломатии. Неторопливость в принятии решений, уменье сохранить свободу рук, превосходные способности к красивой фразе, в которую можно облечь даже самые низменные побуждения, - вот интересные стороны материала, который встречается в книге Тревельяна о Грее.

Двухтомное исследование Гуча о предвоенной дипломатии представляет собой сборник статей на одну и ту же тему - о происхождении войны 1914 - 1918 годов. Гуч даёт портреты дипломатов и политических деятелей перед войной. Он приходит к убеждению, что ни Англия, ни Германия не являются виновницами войны; ни Бетман-Гольвег, ни Грей, ни Асквит, ни даже Вильгельм II не могут считаться виновными в организации столкновения, приведшего к кризису европейской цивилизации. Если искать виновника вообще (а Гуч выражает сомнение в том, что этого виновника можно найти), то, по мнению Гуча, основную долю вины несёт на себе Россия. Это утверждение Гуча не является случайным: оно соответствует общей тенденции буржуазной историографии в Англии: её выводы относительно происхождения первой мировой войны отличаются решительным преувеличением роли царской России и отрицанием решающей роли англо-германского антагонизма.

Своеобразен метод исследования Гуча. Он изучает положение каждого отдельного деятеля так, как дело должно было представляться этому деятелю, будь то Грей или Бетман-Гользег, Буриан или Сазонов. Объективной картины для Гуча нет: он выступает в роли адвоката каждого, о ком пишет. Пожалуй, среди других английских историков Гуча можно считать наибольшим германофилом, и он сам зарекомендовал себя таковым в своей автобиографии, специально написанной по заказу немецкого издательства.

Книга Вудварда об англо-германском морском соперничестве представляет весьма документированное и солидное исследование; автор обладает большой эрудицией в области самых разнообразных исторических источников: английских и немецких архивов, общей и специальной печати, литературы по вопросам морских вооружений (в том числе и технической), памфлетов, брошюр, книг и т. п. Но вся эта разнообраз-


22 Trevelyan G. "Gray of Fallodon, being the life of Edward Gray, first Earl of Fallodon". London. 1937.

23 Gooch G. "Before the war studies in diplomacy". Vols. 1 - 2. London. 1936 - 1938.

24 Woodward E. "Great Britain and the German Navy". London. 1935.

25 Temperley H. "The foreign policy of Canning, 1822 - 1827. England. The Neo-Holy Alliance and the New World". London. 1925.

стр. 96

ная эрудиция автора служит одной цели - стремлению подчеркнуть тот вывод что англо-германский антагонизм на море, да и во всех других областях, сам по себе мог и не привести к войне, что, таким образом, войну вызвали иные причины, в частности интересы русского империализма на Востоке. Мы уделили разбору монографии Темперлея о Каннинге специальное внимание в другом месте26 . Каннинг - одна из наиболее интересных фигур в английской дипломатии XIX века. Он представляет собою то лучшее, что дала эта дипломатия. У Темперлея Каннинг оказывается продолжателем Кестльри, своего постоянного соперника и даже личного врага. Таким образом, Темперлей принял участие в пересмотре исторических репутаций, который теперь совершается новейшими представителями английской буржуазной историографии. Темперлей подчинился той реакционной тенденции в изображении Кестльри и Каннинга, которая ведёт своё начало от представителя другой школы в английской историографии - профессора Вебстера из Британского института международных отношений. В предисловии к своей монографии Темперлей пытается сгладить впечатление, создающееся у читателя от того, что затор монографии о Каннинге уступает первенство в формулировке британской внешней политики в пользу Кестльри и делает Каннинга не более как блестящим популяризатором идей последнего. Но читатель, знакомый с действительным положением вещей, вспомнит, как оценивали современники (скажем, такие, как Шелли и Байрон) деятельность Кестльри, фактического проводника реакционной политики Священного Союза в самой Англии: Кестльри был в их глазах воплощением реакции, английским Меттернихом, хотя бы во имя доктрины равновесия сил он и начал борьбу против гегемонии крепостнической России в Европе. Темперлей становится теперь на ретроградную точку зрения, когда хвалит Каннинга только за умелое продолжение политики равновесия, которой служил в меру своих сил (а вернее, своей бездарности) Кестльри. При такой оценке этих деятелей становится непонятной радость, откровенно выраженная Меттернихом после смерти Каннинга, и его искреннее сожаление после самоубийства Кестльри.

V

Среди важнейших публикаций Лондонского института международных отношений надо отметить "Ежегодники", издаваемые под редакцией научного руководителя Института - профессора Арнольда Тойнби27 . Эти" "Ежегодники", или "Обзоры международных отношений" за тот или иной год, составляли первоначально продолжение упомянутых нами выше восьми томов "Истории Парижской мерной конференции". Первый из них охватывал поэтому не один год, а период с 1920 по 1923 г., затем уже следовали дальнейшие обзоры, обычно по одному тому за год, но иногда, как, например, в 1925 г., за год выпускались два тома. Дополнительно к обзору институт предпринял систематическую публикацию документов по внешней политике и международным отношениям Великобритании28 .

Конечно, такие обзоры были не под силу одному только учёному; перед нами работа коллектива. В этом коллективе роль редактора-руководителя была более значительной, чем в кембриджских коллективных изданиях, и "Обзоры" Тойнби не распадались уже на ряд статей отдельных авторов. Перед нами систематические обзоры событий внешней политики и международных отношений за календарный год, в которых редакция стремится обеспечить хронологическое и последовательное изложение фактов дав им официозное английское объяснение. "Обзоры" Тойнби - научный полуфабрикат; это - ещё не исследование и вместе с тем это не публицистика, - это попытка собрать основной фактический материал в удобочитаемой справочной форме. У "Ежегодников" Тойнби есть, по правде сказать, предшественники, имеющие длительный опыт такого рода работ: общие обзоры событий парламентской и общей истории Англии, публикуемые более полутораста лет. Мы имеем" в виду, конечно, "Annual Register", издание, продолжающееся поныне и хорошо известное каждому историку. Но в "Ежегодниках" Тойнби материал более специален и более обработан: это обзор с определённой тенденцией, и построен он для нужд не столько широкой публики, сколько работников того же Форейн Оффиса.

Успех "Ежегодников" Тойнби был и остаётся значительным. Можно с уверенностью ждать, что на книжных полках специальных библиотек по вопросам истории дипломатии новейшего времени "Ежегодники" Тойнби потеснили все остальные справочные издания; американские эксперты пользуются ими чаще, чем своими собственными изданиями. При этом в литературе не делалось попытки дать критический разбор отдельных томов серии. В нашем обзоре мы можем отметить, что в "Ежегодниках" Тойнби тенденция представлена не в грубой форме и делается попытка максимально "беспристрастного", даже, если угодно, бесстрастного изложения предмета. Однако тенденция в "Ежегодниках", конечно, видна: цитируются документы, появившиеся, как правило, только в английской печати, исключения редки и касаются печати немногих стран - американской, французской, немецкой, почти никогда советской. "Ежегодники" Тойнби не


26 См. статью "Гарольд Темперлей" в "Известиях Отделения истории и философии АН СССР" N 1 за 1946 год.

27 Survey of International Relations, ed. by Arnold Toynbee. 1920 - 1923; followed by other volumes, up to 1939 - 1941. London. 1925/1944.

28 Documents on International Affairs. Published by the Institute of International Affairs. Series for the years 1929 - 1939.

стр. 97

дают критического изложения британской внешней политики. Ошибки её не вскрываются даже в форме констатации или регистрации последующего отношения к ней со стороны британского общественного мнения. Есть вещи совершенно неприемлемые: таково отношение "Обзоров" к "красному письму" - фальшивке, пущенной в ход английскими реакционерами в 1924 г. (Британский институт не отказался от утверждения о подлинности этого "документа"). Неприемлемо и отношение новейшего из "Ежегодников" к советско-финской войне 1939 - 1940 годов. Редакция берёт под свою "защиту поведение Великобритании в этом случае. При всём том нельзя было бы упрекнуть составителей "Ежегодников" в специфической антисоветской тенденции. Авторы Британского института следуют формуле Киплинга: права она или неправа, я всегда на стороне моей страны. Они тенденциозны, так сказать, во всём и всегда.

Из отдельных работ лондонского центра историков, так куш иначе примыкающих к Институту международных отношений, упомянем две работы Сетон-Уотсона: одну - о политике Великобритании в Европе29 и другую - более специальную - "Дизраэли, Гладстон и восточный вопрос"30 , затем монографию Вебстера о Кестльри31 (в двух томах), книги Карра о британской внешней политике между двумя войнами32 и книгу Джордана об "Англии и Франции в их отношении к Германии33 .

Сетон-Уотсон является одним из виднейших английских историков Балканского полуострова. Его общая работа по истории румынского народа и ряд сочинений по истории славянства сделали его широко известным в кругу британских учёных. Сетон-Уотсон занял видное место в специальном научно-исследовательском и учебном заведении - "Школе славянских исследований" в Лондоне. Известно, что Сетон-Уотсон принимал деятельное участие в работе органов пропаганды британского правительства в 1917 - 1918 гг. (Крью Хауз) под руководством покойного Нортклиффа.

В общей работе по вопросу о политике Великобритании в Европе Сетон-Уотсон делает попытку установить определённую "доктрину поведения" Великобритании. Эта работа, вышедшая в 1937 г., обращается против системы "идеологических союзов" (т. е. борьбы против фашизма и гитлеризма, как её понимали тогда прогрессивные демократические круги). По мнению Сетон-Уотсона, Великобритания никогда на настаивала на общности взглядов (политических или моральных) как основе внешнеполитического соглашения. Типичными для Англии "союзами интересов", при отличных в корне идеологических установках, были союзы в XIX в. с Францией в годы Наполеона III, с Турцией Абдул-Гамида и Японией в 1902 г. (Сетон-Уотсон, как и большинство английских историков, разумеет под XIX столетием период от 1815 до 1914 г.).

Ключом к британской политике в XIX в., по мнению Сетон-Уотсона, следует считать стремление Великобритании не допустить ничьей гегемонии в Европе (в этом отношении, как видим, Сетон-Уотсон принимает всецело теорию Сили) и сохранить за собой ведущее положение в Средиземном море. Заслуживает быть отмеченным, что Сетон-Уотсон первым из британских историков в столь острой форме защищает идею британского господства в Средиземном море: его книга представляет собой попытку дать историческое обоснование британских претензий на Средиземноморье. Сетон-Уотсон выступает от имени истории против пакта с Италией, заключённого Чемберленом в том же году, когда вышла в свет работа учёного (1937). Сетон-Уотсона можно назвать, пожалуй, консерватором-черчиллианцем в отличие от чемберленовцев, тогда преобладавших в партии, а также в консервативной партийной публицистике.

Не меньший интерес представляет специальная работа Сетон-Уотсона "Дизраэли, Гладстон и восточный вопрос". Написанная на основе многочисленных архивных документов и превосходного знания памфлетной и периодической литературы, книга Сетон-Уотсона ставит вопрос о том, кто был прав в полемике об отношении к России, Турции и балканским странам - Дизраэли или Гладстон. Сетон-Уотсон критикует Дизраэли за привезённый им из Берлина "мир с честью", низко оценивает заигрывания Дизраэли с джингоистскими кругами ("толпой"), не понимавшими истинных целей Британии. Сетон-Уотсон считает, что, пожалуй, Гладстон был дальновиднее, когда, с одной стороны, стремился к соглашению с Россией и, с другой - намеревался сохранить за Англией расположение славянских и других народов Балканского полуострова. Защита прогнившей Турецкой империи недёшево обошлась Англии: она потеряла, и надолго, симпатии Балкан, где английская политика стала синонимом оттоманского ига. Через двадцать лет сам Солсбери признавал, что английские дипломаты "ставили не на ту лошадь". Англия фактически играла роль послушного орудия Бисмарка и помогала Германии овладеть позициями на Ближнем Востоке. Специалисты отмечают, что в других работах английских учёных того же направления делаются в последнее время попытки реабилитации русской политики на Балканах при Игнатьеве и Гирсе, в противоположность старой школе английских историков, для которых Игнатьев был своего рода bete noire.


29 Seton-Watson R. "Britain in Europe. 1789 - 1914". London. 1937.

30 Seton-Watson R. "Disraeli, Gladstone and the Eastern question". London. 1935.

31 Webster C. "The foreign policy of Gastleragh". Vol. I (1812 - 1815) and II (1815 - 1822). London. 1925 (2) and 1933 (I).

32 Carr E. "Britain. A study of foreign policy from the Versailles treaty to the outbreak of the war", 1939; Caar E. "Conditions of peace 1942 - 1943". London. 1945.

33 Русский перевод под ред. автора статьи вышел в 1945 году.

стр. 98

В распоряжении Сетон-Уотсона не было документов из архива Ольги Новиковой, этого негласного представителя русского правительства в Лондоне, хотя ей и кружку английских политических деятелей, который группировался вокруг неё, английский историк придаёт очень большое значение34 .

Вебстер - учёный специалист Министерства иностранных дел по вопросам истории - составил ещё в 1919 г. для британской делегации на Парижской мирной конференции небольшой трактат о Венском конгрессе. Уже в этом трактате он пытался пересмотреть обычное мнение о конгрессе как о сборище реакционных политиков и государей, пренебрегших основными требованиями народов. В этой небольшой работе Вебстер превозносил роль Кестльри как организатора "системы конгрессов" и деятеля, сообщившего переустройству Европы в 1815 г. черты постоянства.

Вебстер уже тогда предпринял пересмотр установившегося среди современников и в литературе XIX в. взгляда на Кестльри как на врага всего прогрессивного в политике и общественной жизни и взял на себя роль апологета по отношению к этому закоренелому тори начала XIX века. Затем Вебстер посвятил пятнадцать лет изучению внешней политики Кестльри, опубликовав двухтомную монографию о нём. Второй том этой монографии, посвященный 1815 - 1822 гг., вышел ранее первого - в 1925 г., затем через восемь лет вышел первый том, относящийся к 1812 - 1815 годам.

Вебстеру удалось приобрести значительный авторитет в среде английских историков. Другие авторы, посвятившие Кестльри свои работы (Марриотт, Альджернон Сесиль, Никольсон), следуют его выводам. Для Вебстера Кестльри - человек, предвосхитивший идею Лиги наций, создатель "европейского концерта", борец против гегемонии России Александра I на европейском материке. Полный отрыв вопросов внешней политики от проблем политической и классовой борьбы в Англии, пренебрежение к радикальной политической мысли Англии 10-х и 20-х годов прошлого века, ограничение кругозора дипломатическими документами и их в достаточной мере произвольное истолкование - вот характерные черты монографии Вебстера. Хотя Вебстер начинает своё изложение политики Кестльри с 1812 г. (Кестльри получил своё назначение в апреле этого "рокового" года), он обходит молчанием роль Англии в франко-русской войне 1812 г., бесславный "нейтралитет" Англии в этой войне, выразившийся в отсутствии всякой реальной помощи русскому союзнику и в решительном отказе от русского посредничества в англо-американском конфликте 1813 года. Апологетическое изображение Кестльри, которое осуществляет английский историк, для вдумчивого читателя совершенно очевидно.

Книги Карра, посвященные недавнему прошлому британской политики, заслужили автору большую известность в политических кругах. К первой из его книг дал предисловие лорд Галифакс, один из видных деятелей консервативной партии, министр иностранных дел в кабинете Чемберлена, а затем английский посол в Соединённых Штатах Америки в годы второй мировой войны. Сам автор получил после издания своих работ назначение на влиятельный пост; он стал главным редактором самой влиятельной консервативной газеты в Англии - "Таймс".

Работы проф. Карра стоят на грани публицистики. В этих работах нет документальной основы, они представляют собой попытку объяснить, почему Англия вынуждена была воевать вторично с Германией, т. е. почему Версальский мир, в создании которого Англия принимала столь деятельное участие, оказался непрочным. Работы Карра содержат признание англо-германского антагонизма и, в частности, признание Германией угрозы и для Англии. В них меньше того ханжества, которое заставляло английских историков типа Марриотта повторять неверные и неубедительные заявления о защите Англией европейской цивилизации в 1914 г. вопреки своим собственным интересам и неуязвимости Англии со стороны германской агрессии. Работы Карра являются, так сказать, и более самокритичными, чем другие, хотя "самокритика" Карра весьма и весьма слаба и представляет собой только критику Ллойд-Джорджа с консервативных позиций. Наиболее интересны указания Карра на то, что для Англии "баланс равновесия сил" в Европе сменился "балансом сил" в мире, включающем остальные континенты, и что Англия перестала быть островом со стратегической, а следовательно, и политической точек зрения35 .

Книга Джордана известна советскому читателю, и в нашей печати появились отзывы о ней. Мы отсылаем читателя к обширному предисловию проф. Б. Е. Штейна, помещённому в русском издании книги. Уместно, пожалуй, отметить, что Джордан относится к младшему поколению учёных, работающих в лондонском центре британской историографии по вопросам внешней политики. В книге Джордана отразились достоинства и недостатки школы: превосходное знание источников, умелое составление обзора-справки для текущих политических целей, но и несомненная политическая тенденциозность в соответствии с британской - официальной - точкой зрения на предмет. Но Джордан оказывается интересным свидетелем истекших событий, в частности он раскрывает перед нами картину поддержки английскими властями реакционного генералитета в Германии впротивовес демократическим силам среди немецкого народа.


34 Архив Ольги Новиковой хранится в Государственной публичной библиотеке имени В. И. Ленина в Москве.

35 В этой связи полезло обратить внимание на издание Лондонского института международных отношений - "Strategical and political interests of the United Kingdom". L. 1939.

стр. 99

VI

В качестве характерных историко-публицистических работ английской школы следует отметить трёхтомное произведение популярного английского писателя-литератора Гарольда Никольсона о старой и новой дипломатии36 .

Гарольд Никольсон - сын видного английского дипломата сэра Артура Никольсона (одно время посла в России, а затем постоянного заместителя министра иностранных дел накануне войны 1914 - 1918 гг.) - сам имел касательство к дипломатии, будучи одним из младших сотрудников английской делегации на Парижской мирной конференции 1919 года. По своему воспитанию, карьере и принадлежности к определённому общественному кругу Никольсон, с 1925 г. перешедший на литературное поприще, имел возможность встречаться с руководителями британской внешней политики. Его книги, представляют собой сочетание мемуаров, личных наблюдений и составленных по источникам описаний. Тогда как мемуаристы вообще сплошь да рядом затушёвывают публицистический характер своих воспоминаний и их политическую направленность, Никольсон в этом отношении очень откровенен. Следует указать, что Никольсон не отказался и от практической политики: в течение ряда лет (в 30-х годах) он был членом парламента от группы национал-лейбористов (сторонников Макдональда), а в годы войны был одно время товарищем министра информации.

Основной тезис книг Никольсона (в том числе и переведённой на русский язык небольшой книжки "Дипломатия") заключается в том, что "старая дипломатия" экспертов была лучше новой дипломатии, которую Никольсон называет "демократической" и которая, по его мнению, означает отклонение дипломатов от понятия чести и пользы дела в пользу демагогии, необходимой для того, чтобы иметь успех перед лицом "улицы". Никольсон издевается над дипломатией Вильсона - в этом отношении его публицистические работы идут вразрез с установившимся стремлением английских официозных историков продемонстрировать единство англо-американской политики в давнем и недавнем прошлом. Издевательство над дипломатией Вильсона необходимо Никольсону-публицисту, чтобы обосновать свой тезис. Вильсон "виновен" в том, что поставил дипломатию в зависимость от всех политических сомнений, колебаний, страстей и поворотов современной демократии. Никольсон забывает прибавить при этом, что представителями "демократии" для него оказываются не сами народы мира, а такие их обманщики, как Херсты и Нортклифы. Никольсон делает своей мишенью не пародию на подлинную демократию, а воюет против настоящей демократии в пользу реакционной дипломатии прошлого.

В своих сочинениях, относящихся к истории внешней политики Великобритании, Никольсон защищает тайную дипломатию.

В Англии Никольсон имеет значительный успех среди буржуазных читателей как литератор. Для советского читатели его книга (второй том трёхтомного произведения), изданная в русском переводе под редакцией автора настоящей статьи и с предисловием акад. И. М. Майского, имеет тот интерес, что является показанием много знающего и много видевшего на своём веку свидетеля37 .

К публицистическим работам, заслуживающим внимания, надо отнести также большой том, посвященный истории англо-советских отношений, составленный супругами Коутс38 .

В. П. Коутс и его супруга З. Коутс в течение 25 лет безустали трудятся над укреплением дружественных отношений между народами Великобритании и Советского Союза. В качестве секретаря англо-русского парламентского комитета В. Коутс положил много труда на содействие развитию политических, экономических и культурных отношений между обеими странами. У супругов Коутс на протяжении их работы накопился огромный материал по истории англо-советских отношений. Этот материал они собрали и представили читателю в своей книге. Получилась книга пороков и ошибок английской политики в отношении великой советской державы, книга, чрезвычайно интересная по своему материалу. Но супруги Коутс - не историки по специальности, они не могли представить читателю ни марксистского анализа интересов, которые "делали политику" в 20-х и 30-х годах в Англии по отношению к СССР, ни даже анализа содержания этой политики по периодам, с объяснением смены в настроениях и установках правящих групп. Поэтому работа супругов Коутс является скорее материалом для историка, чем исследованием обобщающего характера39 .

Нет нужды в нашем обзоре историографии останавливаться на публицистических произведениях Ванситтарта, Григга и др. Научный уровень консервативной публицистики того типа, который представляют собой произведения лорда Ванситтарта, крайне низок, несмотря на литературные претензии и дипломатическое прошлое автора. Лорд Ванситтарт, повидимому, не скрывает своего презрения к "плебсу", когда позволяет себе утверждать, что Англия никогда не воевала против фашизма, а воевала только против "германизма"; у его соотечественников неплохая политическая память и совсем другие взгляды.


36 Nicolson H. "Sir Arthur Nicolson, first lord Carnock, 1930 (I), Peacemaking - 1919, 1934 (2). Curzon; the last phase. 1934 (3).

37 Никольсон Г. "Как делался мир в 1919 году". М. 1945.

38 Coates W. and Coates Z. "A history of Anglo-Soviet relations", with a foreword by David Lloyd George. London. 1944.

39 Редакция "Вопросов "старик" в одном из ближайших номеров подвергнет книгу супругов Коутс специальному разбору.

стр. 100

VII

По своей политической принадлежности многие из английских представителей академического мира, занимающиеся историей внешней политики, принадлежат к либеральной партии. Эта партия была в начале XX столетия по преимуществу "профессорской" партией. К либералам так или иначе примыкают Тревельян, Гуч, покойный Темперлей; либералом был Тойнби. Консерваторы насчитывают в своих рядах Вебстера и Сетон-Уотсона, а также Карра (при всей условности этого партийного отнесения). Никольсон, как мы указывали, - национал-лейборист. Но эта группа, по существу, давно уже объединилась с консерваторами. Лейбористов среди историков, занимающихся вопросами внешней политики Великобритании, гораздо меньше, чем среди лиц, занятых темами по экономической истории (там сказалось влияние Веббов). Так, к лейбористам примыкает в последнее время, повидимому, Тойнби, к числу их можно отнести и Джордана. Среди публицистов к леволейбористскому лагерю примыкают Коутсы и Зиллиакус40 .

При всём разнообразии партийно-политических позиций представителей современной буржуазной историографии английской внешней политики следует указать на общность их взглядов по основным вопросам. Из "стиля" выпадают только немногие публицистические работы радикальных авторов, не имеющих академической выучки и официального положения в научном мире.

Разбирая отдельные работы новейших представителей английской историографии, мы имели случай остановиться на важнейших конкретных утверждениях школы. В заключение позволительно будет суммировать некоторые общие их позиции, нуждающиеся в критическом преодолении.

В числе антинаучных тезисов, настойчиво выдвигаемых новейшими представителями британской историографии, имеется тезис о том, что Великобритания - от Питта Старшего и до Ллойда-Джорджа - являлась непрестанной защитницей "свободы малых стран" и идеологом "доктрины невмешательства". Этот тезис, берущий своё начало от "Кембриджской истории британской внешней политики", решительно противоречит установленным историческим фактам. Мы знаем о деятельном вмешательстве британской реакции во внутренние дела Франции в годы революции XVIII в., об упорной поддержке американских реакционеров (лойялистов) во время войны за независимость и об интервенции в годы гражданской войны в США (1861 - 1865), об интервенции в СССР в 1917 - 1920 гг., об интервенции в Турцию в 1919 - 1922 гг., в Китай в 1925 - 1927 гг. о пресловутом "невмешательстве во вмешательство" в дела Испании в 1936 - 1939 гг. и, наконец, об интервенции в Грецию в 1944 - 1946 гг., продолжающуюся и поныне. Британская буржуазия, душительница революций, охотно связывалась с реакционерами-феодалами заграницей, видя в них удобных контрагентов, а иногда и союзников в борьбе с местными прогрессивными (буржуазными) силами, оспаривавшими британскую промышленную или колониальную монополию. Можно вспомнить о дружественных отношениях английских фритредеров и русских помещиков-монархистов, о близости английских вигов и американских южан-рабовладельцев, о поддержке со стороны английских конституционалистов французских ультрароялистов или поддержке Пальмерстоном Наполеона III, вплоть до содействия, оказанного лейбористом Макдональдом реакционным элементам в Египте, в противовес Вафду (1924).

Другим характерным антинаучным тезисом на рассмотрении которого мы уже останавливались выше, является утверждение о том, что Великобритания не только не хотела войны 1914 - 1918 гг., но и могла избежать её, если бы следовала только своим непосредственным интересам. Этот тезис обобщается и относится ко многим войнам. В ряде работ новейшие представители английской исторической школы утверждают, например, что Великобритания не была агрессором в войне против французской революции, и ставят в один ряд, отождествляют английскую контрреволюционную войну против Франции времён революции и последующие войны против наполеоновской Франции41 . Несомненно, исподволь уже ведётся "работа" по историческому обоснованию того тезиса, что интересам собственно Англии якобы соответствовал нейтралитет и в войне 1939 - 1945 гг. и Англия будто бы защищала в ней только европейскую цивилизацию, а не собственную независимость. Распространяются, пока в публицистике, неверные данные о пределах и значении участия Англии в войне, периоду 1940 - 1941 гг. придаётся решающее значение. Верные антинаучному и ложному тезису Эдуарда Фримана - "История есть политика прошлого, политика есть история, опрокинутая в настоящее", - современные представители английской буржуазной историографии не останавливаются перед ложными и опасными историческими аналогиями.

Тем более важной является задача критики лженаучных утверждений и софизмов английской школы со стороны советской марксистско-ленинской историографии.

Мобилизуя сокровища архивов, открытых Великой Октябрьской социалистической революцией, широко прибегая к использованию зарубежных архивных фондов, ставших доступными в результате второй мировой войны, советская наука должна дать ряд исследований, в которых должны быть установлены прогрессивные моменты участия Великобритании в международных отношениях прошлого (например, политика республики XVII в., в годы Каннинга, борьба Гладстона против турецких зверств в


40 Нашему читателю памятна его книга "Внешняя политика Великобритании", изданная под псевдонимам "Бдительные", М. 1935.

41 Ср., в частности, работу Брайанта: Bryant A. "Years of endurance, 1793 - 1802". London. 1942.

стр. 101

Болгарии, участие в борьбе Объединённых наций против гитлеризма, и в то же время определить и исследовать периоды, когда основная линия британской внешней политики была и оставалась реакционной. Советские историки свяжут линию британской внешней политики с развитием классовой борьбы в самой Великобритании, т. е. сделают то, от чего, как правило, намеренно отказываются представители английской школы.

Orphus

© libmonster.ru

Permanent link to this publication:

https://libmonster.ru/m/articles/view/ИСТОРИОГРАФИЯ-ВНЕШНЕЙ-ПОЛИТИКИ-ВЕЛИКОБРИТАНИИ-В-ЕЕ-НОВЕЙШИХ-ПРЕДСТАВИТЕЛЯХ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Alexei ChekmanekContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://libmonster.ru/Chekmanek

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

И. ЗВАВИЧ, ИСТОРИОГРАФИЯ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В ЕЕ НОВЕЙШИХ ПРЕДСТАВИТЕЛЯХ // Moscow: Russian Libmonster (LIBMONSTER.RU). Updated: 14.09.2015. URL: https://libmonster.ru/m/articles/view/ИСТОРИОГРАФИЯ-ВНЕШНЕЙ-ПОЛИТИКИ-ВЕЛИКОБРИТАНИИ-В-ЕЕ-НОВЕЙШИХ-ПРЕДСТАВИТЕЛЯХ (date of access: 18.09.2019).

Found source (search robot):


Publication author(s) - И. ЗВАВИЧ:

И. ЗВАВИЧ → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Alexei Chekmanek
Южно-Сахалинск, Russia
2206 views rating
14.09.2015 (1465 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes

Related Articles
ЯНТАРНЫЙ ПУТЬ
Catalog: География 
9 hours ago · From Россия Онлайн
ПЕРВАЯ В РОССИИ КНИГА О ФРАНЦУЗСКОЙ БУРЖУАЗНОЙ РЕВОЛЮЦИИ КОНЦА XVIII ВЕКА
9 hours ago · From Россия Онлайн
АЛЕКСЕЙ АЛЕКСЕЕВИЧ БРУСИЛОВ
9 hours ago · From Россия Онлайн
ЕГИПЕТ: ЭВОЛЮЦИЯ ПОЛИТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ
9 hours ago · From Россия Онлайн
А. Т. БОЛОТОВ - УЧЕНЫЙ, ПИСАТЕЛЬ ЭНЦИКЛОПЕДИСТ
9 hours ago · From Россия Онлайн
Несмотря на недолгое существование казино Crystal Casino на онлайн-рынке, сейчас оно является одним из самых развитых и уважаемых онлайн-казино. Это российское онлайн-казино предлагает несколько сотен различных игр, доступных на настольных компьютерах, а также на смартфонах и планшетах.
Catalog: Лайфстайл 
10 hours ago · From Россия Онлайн
МОСКОВСКИЕ ОХОТНИКИ ПРЕДПОЧИТАЮТ ЯСТРЕБОВ И СЕТТЕРОВ
Catalog: Лайфстайл 
6 days ago · From Россия Онлайн
НЕНУЖНАЯ НЕОБХОДИМОСТЬ
Catalog: Лайфстайл 
6 days ago · From Россия Онлайн
Российское онлайн-казино предлагает нам игры производства NetEntertaiment, Microgaiming и других менее известных разработчиков.
Catalog: Лайфстайл 
6 days ago · From Россия Онлайн

Libmonster, International Network:

Actual publications:

LATEST FILES FRESH UPLOADS!
 

Actual publications:

Загрузка...

Latest ARTICLES:

Latest BOOKS:

Actual publications:

Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
ИСТОРИОГРАФИЯ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В ЕЕ НОВЕЙШИХ ПРЕДСТАВИТЕЛЯХ
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate $ to Libmonster ($)

Russian Libmonster ® All rights reserved.
2014-2019, LIBMONSTER.RU is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Russia


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Germany China India Sweden Portugal Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Uzbekistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones