Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: RU-8078

Share with friends in SM

Проф. В. Кирпотин

В декабре 1825 года Лермонтову было 11 лет. Домашние разговоры о восстании декабристов были известны мальчику-поэту, обладавшему исключительной памятью и любовью к необычному. Воспоминания о деятелях 14 декабря, несомненно, поддерживались и семейными преданиями и чтение запрещенной литературы.

Мемуары Д. Милютина устанавливают, что среди учащихся Московского Благородного пансиона, где учился Лермонтов, были широко распространены произведения Рылеева и "декабристские" стихотворения Пушкина. Московский университет, куда затем перешел поэт, еще усилил его интерес к литературному наследию декабристов. Герцен и Огарев пропагандировали в студенческой среде идеи декабризма и распространяли тетрадки с запрещенными изданиями, причем они в этом отношении вовсе не были исключением. "Мы и наши товарищи, - рассказывается в "Былом и думах", - говорили в аудитории открыто все, что приходило в голову, тетрадки запрещенных стихов ходили из рук в руки, запрещенные книги читались с комментариями, при всем том я не помню ни одного доноса из аудитории, ни одного предательства"1 .

Судя по следам, оставленным в творчестве поэта, к Лермонтову вполне могут быть применены следующие герценовские слова:

"Рассказы о возмущении, о суде, ужас в Москве сильно поразили меня; мне открывался новый мир... не знаю, как это сделалось, но, мало понимая или очень смутно, в чем дело, я чувствовал, что я не с той стороны, с которой картечь и победы, тюрьмы и цепи"2 .

Лермонтов начал писать в 1828 году. Для формирования и выявления политических настроений поэта большое значение имеют следующие три года: 1829, 1830 и 1831. Произведения этих лет пропитаны ясно выраженным политическим свободолюбием.

Юный поэт много и настойчиво думал о будущем России, о характере грядущих революционных потрясений и об их вероятном исходе. При оценке политических размышлений Лермонтова необходимо помнить, что ему в 1832 году минуло только 18 лет. В стихотворениях 1829 - 1832 годов выразились настроения и думы юноши, почти мальчика, - правда, гениального. Кроме того, во времена Лермонтова резко изменился характер общественного мнения по сравнению с предшествовавшей декабристской эпохой. Старые программы отжили свой век, время дворянской революционности закончилось. Поли-

1 А. И. Герцен "Былое и думы". Т. I, стр. 205. 1937.

2 Там же, стр. 118.

стр. 115


Слева дом, где родился М. Ю. Лермонтов, на Красноворотской площади в Москве.

тическая мысль переживала трудную полосу. В рассматриваемые годы не определились еще тенденции развития новой, демократической идеологии. Лермонтову не на что было ориентироваться. Он мог только искать. Насколько трудны были поиски, показывает история политического и философского развития Белинского, а, ведь Белинский был мыслителем и политиком по преимуществу, и ему его искания должны были быть легче, чем Лермонтову, который, прежде всего, был поэтом. Несмотря на интенсивнейшие политические увлечения Лермонтов сам понимал, что к окончательным выводам он сможет придти только через "мышления в годы". Нет ничего удивительного, поэтому в том, что взгляды Лермонтова отличались неясностью, незрелостью, были пропитаны многими противоречиями.

Для Лермонтова главнейшим средством осмысления предполагаемых революционных событий в России была аналогия с событиями французской революции в соединении с воспоминаниями о пугачевском восстании. Такой аналогией, несомненно, является написанное в 1830 году " Предсказание":

"Настанет год, России черный год,
Когда царей корона упадет;
Забудет чернь к ним прежнюю любовь,
И пища многих будет смерть и кровь;
Когда детей, когда невинных жен
Низвергнутый не защитит закон;
Когда чума от смрадных, мертвых тел
Начнет бродить среда печальных сел,
Чтобы платком из хижин вызывать,
И станет глад, сей бедный край терзать;
И зарево окрасит волны рек:
В тот день явится мощный человек,
И ты его узнаешь - и поймешь,
Зачем в руке его булатный нож:
И горе для тебя! - твой плач, твой стон
Ему тогда покажется смешен;
И будет все ужасно", мрачно в нем,
Как плащ его с возвышенным челом"1.
Считается, что стихотворение это написано под впечатлением холерных бунтов 1830 года. "Чума", то есть холера 1830 года, в самом деле, произвела сильное впечатление на Лермонтова. "В конце сентября холера еще более свирепствовала в Москве, - рассказывает Сушкова. - Тут окончательно ее приняли за чуму или вообще отравление; страх овладел всеми; балы, увеселения прекратились, половина города была в трауре, лица вытянулись, все были в ожидании горя или смерти, Лермонтов от этой тревоги вовсе не похорошел"2 . Эпидемия отразилась в его поэтических набросках "Чума в Саратове", "Чума" и др. Вероятно, известны были Лермонтову и случаи народных волнений на почве холеры. Однако мрачная обста-

1 М. Лермонтов. Полное собрание сочинений. Изд. "Academia". Т. I, стр. 128.

2 Е. Сушкова. "Записки", стр. 130. Изд. "Academia".

стр. 116
новка мора и связанного с ним потрясения обострили определенный круг мыслей Лермонтова, но не были их первопричиной. По содержанию своему "Предсказание" связано не с холерой, а с размышлениями Лермонтова о характере революции в России. "Предсказание" представляет сжатое поэтическое изложение событий великой буржуазной французской революции (так, как понимал их Лермонтов), примененное к России. Предполагаемые этапы революционных событий в России рисовались Лермонтову в следующем виде: сначала свержение монархии, потом анархия, потом выдвижение военного диктатора вроде Наполеона. Такие же этапы прошла, по мнению Лермонтова, буржуазная революция во Франции конца XVIII века. Этот взгляд удержался у Лермонтова и в дальнейшем его развитии. Совершенно таким же образом рисует он картины французской революции в "Сашке" (1839 год). Более распространенное изложение "Сашки" является превосходным комментарием к "Настанет год, России черный год".

И в "Сашке" господство якобинцев и революционный террор изображены как анархия, как неистовство безумной черни. В "Сашке" говорится о возвышении Наполеона в том же духе, как в "Предсказании" говорится о выдвижении военного властителя.

Для правильной, исторической оценки взглядов Лермонтова нужно напомнить, что он был дворянским протестантом, дворянским бунтарем. Все дворянские революционеры-декабристы относились отрицательно к якобинскому периоду революции. Пушкин также не сумел справедливо оценить революционный террор и революционную диктатуру мелкой буржуазии во Франции. Даже Герцен называл Петра деспотом "по образцу Комитета общественного спасения" и сравнивал Павла с Робеспьером1 . В приведенном из "Сашки" отрывке ясно видно прямое воздействие пушкинского "Андрэ Шенье". Не следует, поэтому делать вывода, что Лермонтов опасался предвидимой им перспективы революционных потрясений в России. Мрачный, роковой колорит "Предсказания" не должен нас вводить в заблуждение. Он просто выдержан в духе романтической школы. Лермонтов очень часто рисовал события и лица, которым сочувствовал, как нечто таинственное, грозное, ужасное, роковое. Свободу он также не раз сопровождал эпитетами вполне в духе "Предсказания". Напомним хотя бы из "Поля Бородина":

"Брат, слушай песню непогоды:
Она дика как песнь свободы"2.
В 1830 году голова Лермонтова была наполнена острыми политическими мыслями. Гениальный мальчик с чувством восторга мечтал о глубоких революционных потрясениях. Политически неопытный и никем не руководимый, он предполагал, что революция в России развернется аналогично событиям во Франции в конце XVIII века.

Революционные настроения Лермонтова усилились под влиянием июльской революции во Франции. Уже первый стихотворный его отклик на парижские события рисует пережитый им душевный под'ем при получении известия о насильственном низвержении Бурбонов. В восторженном отклике Лермонтова вновь употреблены трагические, мрачные эпитеты, применяемые для описания событий народного восстания:

"10 июля (1830 г.).
Опять вы, гордые, восстали
За независимость страны,
И снова перед вами пали
Самодержавия сыны,
И снова знамя вольности кровавой
Явилося, победы мрачной знак,
Оно любимо было прежде славой:
Суворов был его сильнейший враг"3.
Лермонтов оценивает июльскую революцию как победу над самодержавием. Термин "самодержавие" свидетельствует об аналогии с положением вещей в России.

Июльской революции Лермонтов посвятил еще одно стихотворение, озаглавленное "30 июля (Париж) 1830 года" и дошедшее до нас в полном виде:

"Ты мог быть лучшим королем,
Ты не хотел. - Ты полагал
Народ унизить под ярмом. -
Но ты французов не узнал! -
Есть суд земной и для царей. -
Провозгласил он твой конец; -

С дрожащей головы твоей
Ты в бегстве уронил венец. -
И загорелся страшный бой;
И знамя вольности как дух
Идет пред гордою толпой. -
И звук один наполнил слух;
И брызнула в Париже кровь. -
О! чем заплотишь ты, тиран,
За эту праведную кровь,
За кровь людей, за кровь граждан.

Когда последняя труба
Разрежет звуком синий свод;
Когда откроются гроба,
1 В очерке "О развитии революционных идей в России". Гл. III.

2 М. Лермонтов. Полное собрание сочинений. Т. I, стр. 283.

3 Там же, стр. 139.

стр. 117


Автограф стихотворения М. Ю. Лермонтова "10 июля (1830 год)".

И прах свой прежний вид возьмет;
Когда появятся весы,
И их подымет судия...
Не встанут у тебя власы?
Не задрожит рука твоя?..

Глупец! что будешь ты в тот день,
Кать ныне стыд уж над тобой?
Предмет насмешек ада, тень,
Призрак, обманутый судьбой!
Бессмертной раною убит,
Ты оборвешь молящий взгляд,
И строй кровавый закричит:
Он виноват! он виноват! - "1.
Стихотворение это очень важно для оценки политической эволюции Лермонтова. Сочувствие революции, враждебность самодержавию выражены в нем ясно и ярко. Мало того, это стихотворение свободно от мрачных красок, в нем нет картины кровавой анархии, и в нем нет даже намека на неизбежность установления диктатуры типа наполеоновской. Тон его радостный, торжествующий. И понятно: ничей разум ив может размышлять без опоры на реальную действительность. До июля 1830 года политическая мысль Лермонтова опиралась на преломленные через классово ограниченное сознание факты французской революции и пугачевского восстания и на впечатления о холерных бунтах. Политической среды в настоящем смысле этого слова он не имел. В ряде стихотворений Лермонтов жалуется на одиночество, на то, что его не понимают. Естественно, что политическое воодушевление поэта должно было порождать фантастические картины. Но как только мысль юноши смогла хоть сколько-нибудь опереться на действительный опыт, на действительные факты, его представление о революции становится значительно более реальным. Разбираемое стихотворение свидетельствует, какие замечательные успехи могла бы сделать политическая мысль Лермонтова, если бы поэт попал в благоприятные условия развития. В 1830 году Лермонтов вслед за выражением восторга по адресу июльских событий во Франции стал призывать к (революционной борьбе в России, причем о борьбе за свободу на своей родине он писал не в мрачных красках "Предсказания", а с светлым воодушевлением стихов о французском восстании. Таков "Новгород" (3 октября 1830 года):

"Сыны снегов, сыны славян,
Зачем вы мужеством упали?
Зачем?.. Погибнет ваш тиран,
Как все тираны погибали!..
До наших дней при имени свободы
Трепещет ваше сердце и кипит!..
Есть бедный град, там видели народы
Все то, к чему теперь ваш дух
летит"2.
В 1830 - 1831 году политическое воодушевление и бодрость прочно держатся у Лермонтова. Они звучат в сатире "Пир Асмодея" (речь второго демона) и в зашифрованном стихотворении "О, полно извинять разврат":

"О, полно извинять разврат!
Ужель злодеям щит порфира?
1 М. Лермонтов. Полное собрание сочинений. Т. I, стр. 146.

2 Там же, стр. 162.

стр. 118


Автограф стихотворения М. Ю. Лермонтова "Новгород".

Пусть их глупцы боготворят,
Пусть им звучит другая лира;
Но ты остановись, певец,
Златой венец не твой венец.

Изгнаньем из страны родной
Хвались повсюду как свободой;
Высокой мыслью и душой
Ты рано одарен природой;
Ты видел зло и перед злом
Ты гордым не поник челом.

Ты пел о вольности, когда
Тиран гремел, грозили казни;
Боясь лишь вечного суда
И чуждый на земле боязни,
Ты пел, и в этом есть краю
Один, кто понял песнь твою"1.
К кому бы ни было обращено эго стихотворение, оно полно политического мужества и достоинства: лучше изгнание или даже казнь чем подчинение "тирану", то есть самодержцу, чем отказ от политического свободолюбия и независимости.

Политические интересы и политическое воодушевление Лермонтова этих лет нашли себе отражение не только в лирике, но в поэмах и драмах. Круг политических и социальных идей Лермонтова выступает в них даже более определенно, чем в лирике. Первым из произведений большого жанра, насыщенных революционными идеями, является незрелая, но вполне законченная поэма "Последний сын вольности" (1830 год). Сюжет ее - борьба Вадима Новгородского против Рюрика. Вадим "был традиционной фигурой для выражения политически оппозиционных и революционных настроений. В 1793 году вышла трагедия Княжнина "Вадим Новгородский". Пьеса подверглась немедленному запрещению со стороны Екатерины II, увидевшей в ней вызов самодержавию. В период под'ема декабристского движения замысел произведения о Вадиме увлекал Пушкина и Рылеева. Точно так же постоянный интерес в декабристских кругах вызывали исторические воспоминания о гражданском устройстве средневековых русских республик Новгорода и Пскова. Рылеев советовал Пушкину, сосланному в Михайловское: "Ты около Пскова: там задушены последние вспышки русской свободы; настоящий край вдохновения - и неужели Пушкин оставит эту землю без поэмы"2 . Интерес Лермонтова к Новгороду и к Вадиму вполне соответствовал декабристским традициям. "Последний сын вольности" - антиабсолютистская поэма. Видно, что ненависть к самодержавию у Лермонтова - не случайное настроение:

"Нет сожаленья у князей:
Их ненависть, как их любовь,
Бедою вечною грозит"3.

Леда, обольщенная Рюрикам, воскли-
цает:
"Проклятье на него! - злодей...
Наш князь!.."4.
1 М. Лермонтов. Полное собрание сочинений. Т. I, стр. 274.

2 Переписка Пушкина. Под редакцией Салтова. Т. I, стр. 166.

3 М. Лермонтов. Полное собрание сочинений. Т. III, стр. 124.

4 Там же, стр. 125.

стр. 119


Лермонтов-студент Московского университета (1830 - 1831 год).

(С портрета работы Заболотского).

А мать Леды в стоическом отчаянии выражает несомненную мысль самого автора о ничтожестве граждан при самодержавном правлении:

"Закон судьбы несокрушим,
Мы все ничтожны перед ним..."
Характеризуя самодержавие, молодой Лермонтов проявлял политическую наблюдательность и оригинальность политического мышления. "Последний сын вольности" не является, конечно, подлинно историческим произведением. Это - поэтическое иносказание, опирающееся на романтические представления о прошлом России. Превратив Рюрика в носителя принципа самодержавия, Лермонтов отмечает, что одним из методов его господства был обман масс и то, что мы вправе назвать на современном нам языке политической демагогией:

"Своей дружиной окружен
Веред народ являлся он,
Свои победы исчислял,
Лукавой речью убеждал!
Рука искусного льстеца
Играла глупою толпой;
И благородные сердца
Томились тайною тоской..."1.
Эти черты самодержавия Лермонтов нашел, конечно, не в летописном сообщении о Вадиме. Он списал их с Николая I, укреплявшего свой престиж и свой режим военными победами и лживой демагогией. Недаром в официальную формулу, употреблявшуюся для характеристики политики Николая I, было внесено слово "народность": православие, самодержавие и народность. Слово это реально обозначало только крепостное право, но ему было придано внешнее выражение, приспособленное для удовлетворения патриотически-националистических чувств.

В "Последнем сыне вольности" мы находим характерное и для лермонтовской лирики сочетание темы политической свободы с темой национально независимости. Это сочетание, как уже было отмечено, явилось результатом западноевропейских политических и литературных влияний, воспринятых еще декабристами. Однако политическую актуальность для России, победившей Наполеона, имела только антисамодержавная тема. "Последний сын вольности" передает не романтическую древность, а настроения людей, переживших поражение декабристов и сохранивших их вольнолюбивые традиции. Поема дышит непримиримой враждой к автократии, превратившей все население страны в рабов. Она воспевает вражду "до конца" к "князьям", она призывает умереть в борьбе, если нельзя сохранить свободную жизнь.

"Последний сын вольности" хорошо передает состояние свободолюбивых людей, составлявших ничтожную горсть среди массы подчинившихся рабскому положению. Когда Рюрик, Трувор и Синав, нарушив договор, захватная власть в свои руки, против узурпаторов поднялись только тридцать юношей. Они храбро бились за свободу, но одолеть врагов не могли. Из тридцати храбрецов осталось только шесть, охваченных сознанием безнадежности борьбы.

Сознание безнадежности было обусловлено не силой "варягов", а, дряблостью, политическим вырождением их трусливых современников, потерявших былые доблести. Юноши, жалея об участи поруганной Леды, не подымались на защиту попранной свободы:

"Жалели юноши об ней,
Проклятья тайные неслись
К властителю; - ах! не нашлись
В их душах чувства прежних дней,
Когда за отнятую честь
Мечом бойца платила месть"2.
В конце концов, верными витязями свободы остаются лишь двое - Вадим и седой певец Ингелот. Вадим вызывает на смертный бой Рюрика. Он обращается к славянам с пламенной предсмертной речью, но призыв к согражданам, потерявшим былое свободолюбие, был напрасен;

1 М. Лермонтов. Полное собрание сочинений. Т. III, стр. 123.

2 Там же, стр. 126.

стр. 120
"И речь все души потрясла,
Но пробудить их не могла!.."1.
Вадим один вступает в неравный бой за свободу, за родину, за свою поруганную любовь. Он отдает свою жизнь, побуждаемый словами Ингелота:

"..через много, много лет
Все будет славиться Вадим,
И грозным именем твоим
Народы устрашат князей
Как тенью вольности своей,
И скажут: он за милый край,
Не размышляя, пролил кровь,
Он презрел счастье и любовь...
Дивись ему - и подражай!"2.
В этих словах заключены и пафос и политическая идея поэмы. Лермонтов, живший среди людей, предавших идеалы декабристов, пресмыкавшихся перед Николаем I, пост "до конца вражду" к самодержавию и призывает вслед за молодым Пушкиным и Рылеевым подражать Вадиму!

Написанная в том же году трагедия "Испанцы" отразила в себе те же политические идеи. "Испанцы" - романтическая трагедия, к тому же созданная поэтом, только еще выходящим из юношеского возраста. Впечатления и настроения, навеянные русской действительностью, трансформированы в ней под воздействием литературных влияний в фантастический мир условных испанцев, эффектных страстей, поставленных на ходули характеров. Но благодаря таланту, искренности и глубокой серьезности, целей жизненное, реальное содержание пробивает себе дорогу сквозь резко выраженные черты романтического канона. Критика нравов составляет у Лермонтова одно целое с критикой режима, и, конечно, не Испания, а последекабристская Россия обвиняется в пламенных стихах:

"И деньги сей земли, владеют счастьем
неба,
...И люди заставляют демонов краснеть
Коварством и любовью к злу!..
У них отец торгует дочерьми,
Жена торгует мужем и собою.
Король народом, а народ свободой;
У них, чтоб угодить вельможе или
Монаху, можно человека
Невинного предать кровавой пытке"3.
"Тон общества менялся наглядно, - вспоминал Герцен, - быстрое нравственное падение служило печальным доказательством, как мало развито было между русскими аристократами чувство личного достоинства... Напротив, являлись дикие фанатики рабства: одни из подлости, а другие хуже - бескорыстно"4 .

"Испанцы" - не иносказание. Однако только живая боль от реальных впечатлений, испытанных в России, только интенсивные политические размышления об отечественных делах могли вызвать такой страстный крик души, протестующей и против правителей-тиранов и против безгласности управляемых. Фернандо взывает:

"Где суд в Испании?
Есть сборище разбойников!.."5.
Испанец подает реплику:
"У нас не любят очень долго мешкать,
Когда какой-нибудь монах обижен: -
Сейчас сожгут, хотя не виноват"6.
Ноэми трагически твердит:
"Закон - тиран!"7.
И все они правы по отношению к законам и нравам испанской монархии времен инквизиции - и в то же время это русские голоса, возмущенные положением своего русского отечества. Судебная неправда и произвол были одним из самых страшных зол николаевской монархии. Россия "В судах черна неправдой черной", - писал на исходе царствования Николая I даже Хомяков. "Черная неправда" господствовала в России и во времена Лермонтова. Она была естественным, неизбежным следствием самодержавия.

Так же как при создании "Последнего сына вольности", Лермонтова, писавшего "Испанцев", огорчал и возмущал не только политический режим, но и гражданская расслабленность, падение гражданских нравов. В "Испанцах" виден будущий автор "Думы":

"не могу, -
говорит Фернандо, -
Я видеть хладнокровно, как они
Стараются друг другу делать зло,
С притворной добротой...
Не могу
Я видеть общего стремления к
ничему,
Или для золота разбитые сердца!.."8.
Пафос "Последнего сына вольности" заключается в стремлении к политической свободе, пафос "Испанцев" создается идеей гражданского равенства. Идея эта выражена Лермонтовым с обычным для него

1 М. Лермонтов. Полное собрание сочинений. Т. III, стр. 134.

2 Там же, стр. 130.

3 М. Лермонтов. Полное собрание сочинений. Т. IV, стр. 50.

4 Герцен "Былое и думы". Т. I, стр. 114.

5 М. Лермонтов. Полное собрание сочинений. Т. IV, стр. 110.

6 Там же, стр. 120.

7 Там же, стр. 121.

8 Там же, стр. 24.

стр. 121


Н. В. Станкевич.

в этот период трагически-романтическим преувеличением положений и характеров. Центральное место среди персонажей "Испанцев" занимает еврей - символ самого гонимого, самого презренного, самого бесправного существа, с точки зрения средневековой идеологии.

Фернандо сначала, не знает, что он еврей. Безвестный сирота, воспитанный испанским дворянином, он, стремясь соединиться с любимой девушкой, встречает первое препятствие в своем низком происхождении. Эмилия говорит своей мачехе:

"Поверьте, благородство не в бумагах,
А в сердце".
С точки зрения феодальной, дворянско-крепостнической морали, это заявление - бунт против законов божеских и социальных. И Фернандо в самом деле бунтует:

"...благодарность! - благодарность!..
За что? - за то ль, что каждый день
Я чувствовать был должен, что рожден
Я в низком состояньи, что обязан
Всем, всем тому, кого душою выше"1.
Требуя согласия на брак с Эмилией, Фернандо - бродяга, найденыш - произносит великое и крамольное слово "равенство", в XVIII веке взорвавшее феодальную иерархию во Франции, слово, повторенное Радищевым и декабристами в России... Лермонтов вполне последователен в употреблении этою слова. Люди равны между собою, не только низкорожденный по сравнению с более знатным, но даже еврей - парий, расово нечистый, проклятый, с точки зрения феодально-христианской идеологии, - равен испанцу, дворянину и католику!

"Как будто бы евреи уж не люди!
Наш род древней испанского - и их
Пророк рожден в Ерусалиме!"2 -
размышляет Ноэми. Она верят - и ее устами говорит сам автор, - что восторжествует, в конце концов, равенство, национальное, религиозное, гражданское:

"Гонимый всеми, всеми презираем:
Наш род скитается по свету: родина,
Спокойствие, жилище наше - все не
наше. -
Но час придет, когда и мы восстанем!.."3.
Фернандо, еще не зная, что он сам по рождению еврей, говорит, обращаясь к Моисею:

"Дай руку;
Не думай, что боюсь я оскверниться,
Не почитай Фернандо за глупца;
Ты человек..."4.
"Человек" - понятие отвлеченное. Человек, рассматриваемый абстрактно равен другому человеку. Это равенство - понятие буржуазного гражданского общества. Для подлинного равенства необходимо не только юридическое равноправие, но еще уничтожение классов. В буржуазном употреблении понятие равенства скрывает классовые различия и потому представляет эксплоататорское общество в прикрашенном виде. Но по отношению к сословно-феодальному обществу понятие гражданского равенства обладает огромной взрывчатой силой. Люди друг другу равны: Фернандо, найденыш и еврей, может свободно любить Эмилию, дочь дворянина и христианина. Но если так, то все сословные перегородки подлежат уничтожению - они не выдерживают суда разума и истории - вместе с законами церкви и абсолютизмом, освящающими и увенчивающими сословный строй. Отвлеченное понятие равенства открывает двери для буржуазной демократии. "Испанцы" и "Последний сын вольности" связаны не только хронологически: они связаны по существу, той связью, которую им придал XVIII век в Европе, Радищев и декабристы - в России. Гениальный мальчик, хранивший в своих бумагах рукописи обоих названных произведений, оказывался хранителем огня, который Николай I напрасно думал залить кровью, заглушить репрессиями.

1 М. Лермонтов. Полное собрание сочинений. Т. IV, стр. 5.

2 Там же, стр. 39.

3 Там же, стр. 42.

4 Там же, стр. 69.

стр. 122


Н. П. Огарев.

Идейные мотивы, побудившие Лермонтова написать "Испанцев", имели далеко не абстрактное, не экзотически-романтическое значение. Русский ключ к ним дан в лермонтовском замысле трагедии о молодом поповиче или мещанине, вынужденном окончить жизнь самоубийством. Этот ключ открывает двери в тайники политического мышления Лермонтова, носившего в этот период оформленно революционный характер.

Отвлеченно романтическому представлению о равенстве предстояло в России пройти весьма важное конкретно историческое испытание. Человек, твердящий о равенстве, но равнодушно проходящий мимо крепостного права, выявил бы себя пустым фразером - и только. Лермонтов же был весьма последователен в своих зреющих революционных убеждениях. От отвлеченного он спустился к конкретному, от учения о гражданском равенстве, примененного в художественной форме к испанским евреям, он перешел к русскому мужику. Лермонтов осудил крепостное право и выступил против него с трагическим неистовством в двух пьесах "Menschen und Leidenschaften" (1830 год)" и "Странный человек" (1831 год). В груди Юрия ("Menschen und Leidenschaften") бунтуют страсти, "жестокие, мятежные, противные законам"1 . Юрий разочаровался вообще в "людях". Он вынес горькие уроки не только из своих семейных взаимоотношений и любовных переживаний: Юрий переживал разочарование политическое и социальное. Юрий - фигура автобиографическая, тем обязательней для нас внимательней вникнуть в содержание надежд, крушение которых он переживает с таким мученьем. "Я же тот Юрий, которого ты знал прежде, - обращается наш герой к своему другу Заруцкому, - не тот, который с детским простосердечием и доверчивостью кидался в об'ятья всякого, не тот, которого занимала несбыточная, но прекрасная мечта земного, общего братства, у которого при одном названии свободы сердце вздрагивало и щеки покрывались живым румянцем. О! друг мой! - того юношу давным-давно похоронили. - Тот, который перед тобою, есть одна тень; человек полуживой, почти без настоящего и без будущего, с одним прошедшим, которого никакая власть не может воротить"2 . "Любовь мою к свободе человечества, - говорит он дальше, - почитали вольнодумством"3 . Недаром Лермонтов указывает, что страсти Юрия "противны законам". Это сказано очень точно. Противны законам не любовь его, не семейные раздоры, а вольнодумство, содержащее в себе мечты о земном всеобщем братстве и мечту о свободе. То и другое - не фраза, не риторический оборот, не надстройка над любовными и семейными неурядицами, а точное название обуревавших Лермонтова страстей.

Поэт искал перехода от отвлеченных мыслей о правильных людских взаимоотношениях к оценке действительного положения вещей в России. Уже в "Menschen und Leidenschaften" есть очень колоритная сцена, рисующая нрав Марфы Ивановны Громовой

А. И. Герцен.

1 М. Лермонтов. Полное собрание сочинений. Т. IV, стр. 146.

2 Там же, стр. 130.

3 Там же, стр. 131.

стр. 123
как крепостной помещицы. Поваренок разбил кружку.

"Как ты это сделал, мерзавец... - кричит Громова, - знаешь ли, что она 15 рублей стоит? Эти деньги я у тебя из жалованья вычитаю - как ты ее уронил, - отвечай же, болван?.. Ну - что ж ты? Говори.

(Мальчишка хочет говорить).

Как? Ты еще оправдываться хочешь... Эх, эх! брат - в плети его, в плети на конюшню..."1 .

Антикрепостнические идеи особенно сильно звучат в пьесе "Странный человек" (1831 год). В ней есть сцена, хотя в художественном отношении еще не зрелая, как и вся пьеса, но важная по содержанию, очень смелая, революционная по своему существу. К Белинскому, одному из действующих лиц пьесы, приходит ходок от крестьян с просьбой откупить их у жестокой помещицы.

Выслушав рассказ о зверских издевательствах этой помещицы, Белинский восклицает:

"Да что, в самом деле, кто-нибудь из соседей, или исправник или городничий не подадут на нее просьбу? - на это есть у нас суд. Вашей госпоже плохо может быть.

Мужик. Где защитники у бедных людей? У барыни же все судьи подкушены нашим же оброком. Тяжко, барин! тяжко стало нам!... Рассказывают горнишные: раз барыня рассердилась, так, вишь, ножницами, так и кольнула одну из девушек... ох! больно... а как бороду велит щипать волосок по волоску... батюшка!... ну!... так тут и святых забудешь... батюшка!... (падает на колени перед Белинским) о! кабы ты нам помог?... купи нас! купи, отец родной! (рыдает).

Владимир (в бешенстве). Люди! люди! - и до такой степени злодейства доходит женщина, творение иногда столь близкое к ангелу... о! проклинаю ваши улыбки, ваше счастье, ваше богатство - все куплено кровавыми слезами. Ломать руки, колоть, сечь, выщипывать бороду волосок, по волоску!.. о боже!.. при одной мысли об этом я чувствую боль во всех моих жилах... я бы раздавил нотами каждый сустав этого крокодила, этой женщины!.. один рассказ меня приводит в бешенство!.."2 .

В сцене этой много деталей, показывающих, что мальчик-поэт вполне зрело, представлял себе значение крепостного права для политического и социального строя страны. Крепостной раб не может найти защитника, потому что вся администрация, включая и судебную, целиком базировалась на крепостничестве как на своем основании. Крепостной не мог обратиться в суд не только вследствие почти непредвиденных юридических преград, но и потому, что судья был подкуплен помещиком его же - крестьянским - оброком. Владимир Арбенин, главный герой пьесы, возмущается не злоупотреблениями властью со стороны отдельной помещицы, а социальным строем страны, при котором только и были возможны такие злоупотребления. "О мое отечество! мое отечество!" - восклицает он.

Лермонтов жил воображением в романтически приподнятом и нередко в романтически иллюзорном мире. Любимые им книги рисовали отвлеченные страсти, отвлеченный и экзотический, романтически преображенный мир. Лермонтов, в самом деле, как это отмечали все исследователи, очень много внимания уделял личным переживаниям. Были периоды, когда содержанию своей внутренней жизни Лермонтов склонен, был придавать гиперболизированные, чуть ли не космические размеры. В "Странном человеке" Владимир Арбенин, возмущаясь раскрывшейся перед ним картиной крепостного права, в то же время утверждает, что страдания одинокой особенной личности глубже, нестерпимей, чем страдания мужиков:

"Владимир. Есть люди, более достойные сожаления, чем этот мужик. Несчастия внешние проходят, - но тот, кто носит всю причину своих страданий глубоко в сердце, в ком живет червь, пожирающий малейшие искры удовольствия... тот, кто желает и не надеется... тот, кто в тягость всем, даже любящим его... тот! - но для чего говорить об таких людях? - им "не могут сострадать: их никто, никто не понимает".

Это рассуждение вызывает негодующую реплику Белинского:

"Опять за свое! О, эгоист! как можно сравнивать химеры с истинными несчастиями? Можно ли сравнивать свободного с рабом"3 .

Нельзя не признать справедливости этого замечания Белинского. Точно так же нельзя не призвать и того, что автор, вложивший в уста своему персонажу такую реплику, понимал первенствующее значение политических и социальных вопросов по сравнению с узко индивидуальными переживаниями, как бы трагичны они ни были. Замкнуться в себе - значит уйти от мира. Тесный круг эгоистической личности уводит от борьбы за улучшение участи страдающих и угнетенных. Такая мысль была политической мыслью. Она родилась в результате интенсивных размышлений о социальных и гражданских

1 М. Лермонтов. Полное собрание сочинений. Т. IV, стр. 140.

2 Там же, стр. 210 - 211.

3 Там же, стр. 211.

стр. 124
судьбах своего отечества и человечества. Не случайно Лермонтов называет Владимира Арбенина, наделенного гениальным дарованием, не великим человеком, а странным человеком. Он странный человек потому, что слишком много занят своей особой в стране, народ которой был порабощен и политически и социально.

Все это показывает, сколько реального и земного было в творчестве Лермонтова. В нем с самого начала литературной деятельности обнаруживаются задатки писателя-трибуна. Время сделало его романтиком. Но соприкосновение с революционной политической и социальной мыслью увлекало его на путь обличительного реализма. Негодование юноши-писателя вызывает и крепостное право, и поколение сытых и равнодушных, лишенных идеала бездельников, "дряни александровского поколения", всплывшей на поверхность после поражения декабристов. "Вхожу в гостиную, - говорит Владимир, - там играют по 5 копеек в мушку. Я посмотрел: почти ни слова не оказал. Мне стало душно. Не понимаю я этой глупой карточной работы: нет удовольствия ни для глаз, ни для ума, нет даже надежды, обольстительной для многих, выиграть, опустошить карманы противника. Несносное полотерство, стремление к ничтожеству, пошлое самовыказывание завладело половиной русской молодежи; без цели таскаются всюду, наводят скуку себе и другим..."1 .

Интересно отметить, что именно в 1831 году, году интенсивнейших революционных настроений и социальных размышлений, Лермонтов предполагал перевести работу над "Демоном" из плана высокого романтизма в план реалистический и сатирический: "Memor. Написать длинную сатирическую поэму "Приключения Демона", - записывает он у себя в тетради. Намерение это осталось неосуществленным, но оно очень показательно.

Политические и социальные идеи произведений Лермонтова обусловливались соединением декабристских традиций с умственной атмосферой Москвы и в особенности Московского университета начала тридцатых годов. В Москве сильнее, чем в Петербурге страшились отголоски декабризма. Произведения Рылеева и запрещенные стихи Пушкина гуляли по рукам и среди учащихся Благородного пансиона и среди студентов.

Передовая часть студенческой молодежи начала тридцатых годов смотрела на себя как на продолжателей декабристов. Она была воодушевлена гражданскими чувствами. "Мы были уверены, - писал Герцен, - что из этой аудитории выйдет та фаланга, которая пойдет вслед за Нестелем и Рылеевым, и что мы будем в ней"2 .

Лермонтов не был исключением в студенческой среде. Воспринятые им предания о декабристах и знакомство с бесцензурной литературой, увлечение Байроном и Шиллером вполне подготовили его для того, чтобы идеи, воодушевлявшие студенческую молодежь, были восприняты им сочувственным образом.

Одновременно с Лермонтовым, в Московском университете учились Станкевич, Белинский, Герцен, Огарев. Вокруг каждого из них группировались молодые люди, одаренные талантами, с живыми философскими, общественными и политическими интересами. Идейная жизнь студенческой среды определялась не казенным преподаванием, а исканиями этих начинающих деятелей.

Лермонтов одинаково с ними отрицательно относился к плохим профессорам, он участвовал в их общих оппозиционных выступлениях, в том числе и в обструкции профессору Малову ("маловской истории"), приобретшей общественное значение и даже политический оттенок. Перемещение идейного центра философской, общественной и независимой политической мысли в Москву, относительно более свободной от непосредственного давления императорской бюрократии, благоприятствовало образованию в университете и журналистике ячеек новой общественной идеологии, продолжающих, с одной стороны,

В. Г. Белинский.

(С портрета К. Горбунова. 1837 год).

1 М. Лермонтов. Полное собрание сочинений. Т. IV, стр. 194.

2 Герцен "Былое и думы". Т. I, стр. 204.

стр. 125


К. Ф. Рылеев.

традиции декабристов, а с другой - открывающих пути уже разночинно-демократической мысли. К тому же 1830 год, год, когда Лермонтов перешел из университетского пансиона в число студентов, был богат политическими событиями. Эпидемия холеры развязала общественную самодеятельность. Правительство не могло управиться с холерой без содействия общества. Холерные беспорядки наводили на размышления о прочности социального строя в России, напоминали грозные картины движения Пугачева, предвещали их повторение в будущем. В Россию докатывались сведения о революционных потрясениях во Франции - все это действовало на умы и стимулировало развитие политической мысли. "Два листа" "Journal des Debats" (с известиями об июльской революции. - В. К. ), - писал Герцен - ... я перечитал сто раз, а их знал наизусть...

Славное было время, события неслись быстро. Едва худощавая фигура Карла X успела скрыться за туманом Голируда, Бельгия вспыхнула, трон короля-гражданина качался; какое-то горячее, революционное дуновение началось в прениях, в литературе. Романы, драмы, поэмы - все снова сделалось пропагандой, борьбой...

Мы следили шаг за шагом за каждым словом, за каждым событием, за смелыми вопросами и резкими ответами, за генералом Лафайетом и за генералом Ламарком, мы не только, подробно знали, но горячо любили всех тогдашних деятелей, разумеется, радикальных, и хранили у себя их портреты от Манюеля и Бенжамена Констана до Дюпон де Лера и Армана Кареля.

Середь этого разгара, вдруг, как бомба, разорвавшаяся возле, оглушила нас весть о варшавском восстании..."1 .

Вот откуда черпал Лермонтов общественно-политическую идеологию своего творчества: политическое вольнолюбие, мечты о гражданском равенстве, отрицательное отношение к крепостному праву, интерес к вопросам революции.

Насколько идеи и настроения Лермонтова были типичны для передовых кругов московского студенчества, показывает сравнение его творчества этого периода с юношеской драмой Белинского "Дмитрий Калинин". Исследователи давно уже отметили сходство сцен, облачающих крепостное право, в пьесе великого критика и "Странном человеке" Лермонтова. "В один и тот же 1830 - 31 год, - писал С. А. Венгеров, - в одной и той же литературной форме, одно и то же крайне редко тогда встречавшееся чувство негодования и возмущения крепостным правом выразили из всей русской литературы два юных чембарца..." (Венгеров об'яснял это "до жуткости странное совпадение" общностью прототипов некоторых персонажей Лермонтова и Белинского. Недалеко от Чембара жила помещичья семья Мосоловых, отличавшаяся необычайно жестоким обращением с крестьянами. Д. А. Мосолов был в 1840 году задушен за невероятный деспотизм и разврат крепостными женщинами при помощи трех лакеев; его родная сестра, помещица села Полян, была в 1850 году сожжена крестьянами, не выдержавшими ее дикого произвола. Когда Лермонтов и Белинский были студентами, Мосоловы невозбранно неистовствовали в своих владениях. "Подвиги" их были широко известны чембарцам, следовательно, и обоим юношам-писателям. И у Белинского и у Лермонтова тиранкой является женщина. Вероятно, оба они воспользовались своими наблюдениями над Мосоловой. Однако родство между юношескими драмами Лермонтова и трагедией Белинского неизмеримо шире, чем общность прототипа одного из персонажей. Общие идеи, общие настроения, сходные положения с пьесой Белинского имеются не только в "Странном человеке", но во всех грех ранних пьесах Лермонтова. Ленинскую (персонаж Белинского) напоминает не только злая барыня из "Странного человека", но и старуха Громова из "Mensehen und Leidenschaften".

Практика крепостного права была такова, что всякий, писавший об его ужасах, должен был изображать сходные явления: самодурство и произвол, эксплоатацию и прямой грабеж, мордобой и сечение на

1 А. И. Герцен "Былое и думы". Т. I, стр. 230, 231.

стр. 126
конюшне. Неизмеримо важнее эмпирического сходства между отдельными положениями и деталями общность идейных позиций Лермонтова и Белинского, обнаружившаяся в их пьесах. Только потому, что оба они были противниками крепостного права, оба смотрели на вето как на преступное унижение прирожденного человеку достоинства, они могли одинаковым образом воспользоваться известным им примером Мосоловой. И у Лермонтова и у Белинского отрицательное отношение к крепостному праву было проявлением, может быть, не достаточно еще оформленного, но одинакового общественно-политического умонастроения. Оба протестуют против законов божеских и человеческих, оправдывающих тиранство и рабство. Оба выступают страстными апологетами равенства и свободы. Внутреннее единство существует не только между "Странным человеком" и "Дмитрием Калининым", но между "Дмитрием Калининым" и "Испанцами", написанными, казалось бы, на совершенно различные темы. В пьесе Белинского отпущенник, сын лакея, любит дочь богатого помещика, в пьесе Лермонтова подкидыш, еврей, любит дочь испанского дворянина. Одинаковая ситуация рождает одинаковую трагическую развязку. Драматургически оба произведения родились из подражания романтическим трагедиям Шиллера, но увлечение Шиллером было проявленном одной и той же умственной "московской" атмосферы. Поэтому реплики Дмитрия повторяют не только неистовую форму, но изложенное уже выше содержание реплик Фернандо: Дмитрий восклицает: "Когда законы противны правам природы и человечества, правам самого рассудка, то человек может и должен нарушать их. Неужели я потому только не имею права любить девушку, что ее отец носит на себе пустое звание дворянина и что он богат, а я без имени и беден? Она меня любит: вот неот'емлемое право и мне отвечать ей тем же!"1 . Те же самые мысли, почти теми же словами, выражал в стихотворной форме Фернандо, облаченный в испанский костюм. Возлюбленная Дмитрия Софья утверждала, "что права происхождения, предки суть не что иное, как предрассудки, постыдные для человечества, что единственно одни достоинства личные должны давать права на почести и славу". Герои и Лермонтова и Белинского обращают свой протест не только против земных законов, но и против божеских. Они обвиняют бога в неустройстве мира, их богоборческие тирады совершенно одинаковы по своему смыслу: "но если он (бог) точно вездесущ, - говорит Юрий в своем монологе ("Menschen und Leidenschaften"), - зачем не препятствует ужасному преступлению, самоубийству; зачем не удержал удары людей от моего сердца?.. зачем хотел он моего рождения, зная про мою гибель?.. Где его воля, когда по моему хотенью я могу умереть или жить?.. О! человек, несчастное, брошенное создание... он сотворен слабым; его доводит судьба до крайности..."2 .

С теми же обвинениями к небесам обращается и Дмитрий Калинин. "Неужели то премудрое, милосердное существо, - кричит он в бешенстве, - которое мы называем богом, посылает людей на землю, как колодников на каторгу?.. В таком случае можно ли сказать про человека, что он есть образ и подобие бога его сотворившего? Можно ли сказать, чтобы это низкое, презренное существо было произведено на свет высочайшей премудростью? Притом, ежели эта высочайшая премудрость, по свойственному ей всеведению, знала впредь, что люди рано или поздно должны будут дойти до крайней степени нравственного унижения, что они никогда не могут быть счастливыми, то для чего же она производила их?"3 .

Фернандо горит местью, месть - единственно доступная для него форма непримиримого протеста. "А если решусь жить - то это для мщения, и мщения самого ужаснейшего!.." - говорит Дмитрий. Фернандо закалывает Эмилию, чтобы она не досталась ненавистному человеку, Дмитрий - Софью. Фернандо умирает на костре, Дмитрий, бежав из тюрьмы, сам поражает себя кинжалом, но оба остаются до конца внутренно свободными. Последние слова Дмитрия: "Свободным жил я, свободным и умру!" Испанец, присутствовавший на суде Фернандо, свидетельствует:

"...его пытали долго.
Вопросы делали - он все молчал, ни
слова
Они не вырвали у гордого Фернандо -
И скоро мы увидим дым и пламя!"
"Дмитрий Калинин" и юношеские драмы гениального поэта - не только результат одинакового подражания Шиллеру, но и свидетельство увлечения однородными идеями.

В "Странном человеке" есть сцена, подтверждающая, что Лермонтов был хорошо знаком и с бытом и с содержанием теоретических вопросов, дебатировавшихся

1 В. Г. Белинский. Полное собрание сочинений. Т. I, стр. 52.

2 М. Лермонтов. Полное собрание сочинений. Т. IV, стр. 173.

3 В. Г. Белинский. Полное собрание сочинений. Т. I, стр. 83.

стр. 127
в передовых студенческих кружках. Сцена эта рисует комнату студента Рябинова. "Бутылки шампанского на столе и довольно много беспорядка". Студенты говорят о московской театральной жизни. Негодуют, что "Разбойники" Шиллера были поставлены не в полной редакции. Обсуждают игру Мочалова. Читают стихи спорят по общественным вопросам, причем спор затрагивает проблему "народности" и проблему путей исторического развития России, решая которые бывшие студенты тридцатых годов к началу сороковых разделились на западников и славянофилов:

"Вишневский. Господа! когда-то русские будут русскими? -

Челяев. Когда они на сто лет подвинутся назад, и будут просвещаться и образовываться снова-здорово.

Вишневский. Прекрасное средство! - Если б тебе твой доктор только такие рецепты прописывал, то, я бьюсь об заклад, что ты теперь не сидел бы за столом, а лежал бы на столе! -

Заруцкой. А разве мы не доказали в 12 году, что мы русские? - такого примера не было от начала мира! - мы современники, и вполне не понимаем пожара Москвы; мы не можем удивляться этому поступку; эта мысль, это чувство родилось вместе с русскими; мы должны гордиться, а оставить удивление потомкам и чужестранцам! ура! господа! здоровье пожара Московского?"1 .

В реплике Чиляева, несомненно, присутствует зародыш будущего славянофильства; из ответа Вишневского и Заруцкого видно, что Лермонтов относился, к националистическим крайностям иронически. Ответ Вишневского и заключение Заруцкого содержат в себе мысли западников и патриотов, взор которых был устремлен не в прошлое, а в настоящее и будущее. В самом деле, смешно было доказывать, что русские потеряли - или еще не обрели - своего национального лица тогда, когда они сыграли такую колоссальную роль в европейской истории.

Лермонтов полюбил Москву с ее напряженной для того времени общественной и идейной жизнью. Самое название древней столицы ассоциировалось с эпопеей отечественной войны, со славной победой над Наполеоном и зарождавшимися революционными течениями:

"Москва, Москва!.. люблю тебя как
сын,
Как русский, - сильно, пламенно и
нежно!.."2.
Лермонтов был участником напряженных умственных исканий передового студенчества. Несмотря на аристократическую приверженность к светской жизни, несмотря на склонность к индивидуалистической замкнутости Лермонтов любил студенческую московскую жизнь. Да это и не могло быть иначе: в Москве Лермонтов осознал себя писателем, ощутил в себе призвание гениального поэта и не мог не интересоваться бившей вокруг напряженной идейной жизнью.

Анализ творчества Лермонтова дает убедительные доказательства тесных связей, существовавших между поэтом и "Молодой Россией" 30-х и 40-х годов. Вот почему его литературное наследство является превосходным историческим материалом для суждения о настроениях умов молодого поколения его эпохи, а вместе с тем искания, мысли и чувства эпохи об'ясняют характер политических мотивов и творчества поэта.

1 М. Лермонтов. Полное собрание сочинений. Т. IV, стр. 206.

2 М. Лермонтов. Полное собрание сочинений. Т. III, стр. 366.

Orphus

© libmonster.ru

Permanent link to this publication:

https://libmonster.ru/m/articles/view/ИСТОЧНИКИ-ПОЛИТИЧЕСКИХ-ИДЕАЛОВ-М-Ю-ЛЕРМОНТОВА

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Анна СергейчикContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://libmonster.ru/Sergeichik

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

В. КИРПОТИН, ИСТОЧНИКИ ПОЛИТИЧЕСКИХ ИДЕАЛОВ М. Ю. ЛЕРМОНТОВА // Moscow: Russian Libmonster (LIBMONSTER.RU). Updated: 29.08.2015. URL: https://libmonster.ru/m/articles/view/ИСТОЧНИКИ-ПОЛИТИЧЕСКИХ-ИДЕАЛОВ-М-Ю-ЛЕРМОНТОВА (date of access: 27.09.2020).

Found source (search robot):


Publication author(s) - В. КИРПОТИН:

В. КИРПОТИН → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Rating
0 votes

Related Articles
Новый социализм нужно строить, опираясь на новую теорию социализма. Новая теория социализма отказывается от диктатуры пролетариата, ибо практика развития старого социализма показала, что диктатура пролетариата не может быть не чем иным, как только диктатурой кучки коммунистических чиновников, или, как очень остроумно назвала её Роза Люксембург «диктатурой НАД пролетариатом». А появление у руля этой диктатуры таких предателей как Ельцин, неизбежно ведёт социализм к краху. Новый социализм, построенный на старой теории, ждёт такая же участь.
Малоизвестные страницы истории Великой Отечественной войны. Сейчас, когда открылись как отечественные, так и зарубежные архивы, стало возможным воссоздать картину одного из драматических эпизодов самого начального периода войны..... Западный фронт, бои в июне-июле 1941 года на втором стратегическом рубеже..... 22-ая армия под командованием генерал-полковника Ф.А. Ершакова..... Бои армии в Белоруссии на берегах реки Западная Двина на участке Дрисса - Дисна - Полоцк..... Начало широкого наступления немцев на восток было положено с маленького плацдарма в районе города Дисна
Catalog: История 
В статье рассматривается отражение образа Соловья-разбойника в романе М. А. Булгакова "Мастер и Маргарита" в связи с эпизодом свиста Бегемота и Коровьева при прощании героев с Москвой, а также связь образа Бегемота с образом Соловья-разбойника и героя древнеиндийского эпоса - Панду, а шире - связь русской литературы через "Закатный роман" Булгакова и поэму "Руслан и Людмила" А. С. Пушкина с древнеиндийскими произведениями: "Махабхаратой" и "Рамаяной".
Солнечная система является фрагментом распада нейтронного ядра нашей Галактики Млечный путь. Выброс нейтронного фрагмента Солнца из нейтронного ядра нашей Галактики произошёл приблизительно 10млр. лет назад. Всё это время нейтронный фрагмент перемещается по одному из спиральных рукавов нашей Галактики. Расширение происходит примерно по гиперболической траектории, которая вращается вокруг центра. Полный оборот вокруг центра нейтронного ядра Галактики, Солнце совершает примерно за 230млн.лет. Удаление от центра Галактики до Солнечной системы \simeq27700св. ле
Catalog: Физика 
15 days ago · From Владимир Груздов
Раскрытие тайны диалектики идеального и материального в реальном мире и в сознании человека
Catalog: Философия 
25 days ago · From Аркадий Гуртовцев
Энергия частицы является ключевым объяснением расширения Вселенной. В процессе расширения Вселенной участвуют пять частиц. Четыре массовые - нейтрон, протон, электрон и позитрон. Пятая частица условно без массовая - фотон. Позитрон и фотон не являются строительными кирпичиками материи Вселенной. Эти частицы выполняют вспомогательные функции в процессах преобразования материи и расширения Вселенной. Окружающий материальный мир организован из нейтронов, протонов и электронов. Сочетания, комбинации и перестановки этих трёх частиц, образуют окружающий нас мир
Catalog: Физика 
29 days ago · From Владимир Груздов
При любом взаимодействии масс, на любом уровне, создаются потенциалы взаимодействия в любых процессах расширения Вселенной. Этим определением рассмотрим вопросы, связанные с массой и энергией взаимодействующих объектов. Когда объекты (частицы, молекулы) потенциально взаимодействуют, они создают градиенты потенциального взаимодействия. Эти градиенты регулируют энергию и массу объектов и Вселенной в целом.
Catalog: Физика 
45 days ago · From Владимир Груздов
Жан Ланн
Catalog: История 
49 days ago · From Россия Онлайн
Кризис муниципальных финансов в России в 1917 г.
Catalog: Экономика 
49 days ago · From Россия Онлайн
Благотворительная деятельность предпринимателей Парамоновых на Дону. 1914-1915 гг.
Catalog: История 
49 days ago · From Россия Онлайн

Libmonster, International Network:

Actual publications:

LATEST FILES FRESH UPLOADS!
 
Наталья Свиридова·jpg·25.22 Kb·137 days ago

Actual publications:

Загрузка...

Latest ARTICLES:

Latest BOOKS:

Actual publications:

Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
ИСТОЧНИКИ ПОЛИТИЧЕСКИХ ИДЕАЛОВ М. Ю. ЛЕРМОНТОВА
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Russian Libmonster ® All rights reserved.
2014-2020, LIBMONSTER.RU is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Russia


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Portugal Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones