Libmonster ID: RU-9995

М. БОДРИКОВ, кандидат экономических наук, главный бухгалтер ЗАО "Илья Муромец" (г. Санкт-Петербург)

Непреходящему интересу к наследию экономистов классической эпохи неминуемо сопутствуют не только нерешенные проблемы, но и многообразие теоретических моделей. Современные интерпретации не преодолевают, а скорее усугубляют этот недостаток. Требуется обобщить, точнее, подвести общее основание под альтернативные версии классической экономической теории. В данной статье представлена попытка решения этой задачи в отношении теории ценности.

Во второй половине XIX и практически на протяжении всего XX в. взгляды экономистов-классиков на ценность было принято классифицировать следующим образом: затратная теория А. Смита, трудовая теория Д. Рикардо и "полезностная" теория Ж.-Б. Сэя1. Однако со временем их начали трактовать как версии одной теории затратного объяснения цен. И если И. А. Шумпетер говорил об этом только как о рабочей гипотезе2, то теперь эта гипотеза воспринимается зачастую как доказанный тезис3.

В то же время в рамках первой интерпретации сегодня конкурируют по меньшей мере три традиции. Во-первых, предложенная ранними маржиналистами трактовка, согласно которой акцент делается на "реальных" затратах, трактуемых либо как себестоимость производства, либо как ресурс (или несколько ресурсов, как правило,


1 Некоторые исследователи придерживаются такой точки зрения и в настоящее время. См., например: O'BrienD. P. The Classical Economists Revisited. Princeton: Princeton University Press, 2004. P. 91; Афанасьев В. С. Первые системы политической экономии: Метод экономической двойственности. М.: ИНФРА-М, 2005. Гл. 6 - 8.

2 Причем только в отношении воззрений А. Смита, выделив у него "три несовместимые трудовые теории ценности", Шумпетер заключил: "Совершенно ясно, что объяснять товарные цены Смит собирался издержками производства". Что касается теории ценности Рикардо, то ее Шумпетер характеризует как "теорему аппроксимации" относительных цен к сравнительной трудоемкости товаров (Шумпетер И. А. История экономического анализа. СПб.: Экономическая школа, 2001. Т. 1. С. 241 - 242, 404 - 405; Т. 2. С. 778 - 780).

3 Например: Sowell T. On Classical Economics. New Haven and Yale: Yale University Press, 2006. P. 68, 77; Эволюция теории стоимости / Под ред. Я. С. Ядгарова. М.: Современная экономика и право, 2007. Ч. 2.

стр. 97

труд и земля), априорно наделенный свойством создавать продукт, из которого затем оплачиваются остальные ресурсы. Однако были и возражения против такой точки зрения: утверждалось, что сами затраты производны от фактора (субъективной) предельной полезности4. Впоследствии этой позиции придерживались как сторонники вальрасианской теории общего экономического равновесия5, так и отрицающие подобного рода обобщения экономисты австрийской школы6. Объяснения ценности, основанные на "реальных затратах", во избежание терминологической путаницы мы будем называть теориями ресурсоемкости.

Во-вторых, существует неоклассическое представление о классической теории ценности как имеющей значение частного случая модели спроса и предложения в условиях, когда на всех рынках действует постоянная отдача от масштаба и потому спрос не влияет на цены7. В настоящее время именно такая точка зрения доминирует в учебной литературе и подвергается наибольшей критике со стороны представителей других традиций8.

Хотя сторонники предыдущих двух традиций признают взаимозависимость всех элементов товарной экономики, они (за исключением представителей австрийской школы) допускают, что: все варианты реакции индивидуальных и групповых субъектов на изменение экономической конъюнктуры можно представить в виде функциональной зависимости; эти поведенческие функции допустимо задавать экзогенно; при этом соблюдается требование их независимости друг от друга. Осознание низкой практической значимости первой предпосылки и логической несостоятельности третьей побудили экономистов переключить внимание с анализа функций поведения экономических субъектов на анализ состояний товарной экономики.

На такой анализ, в-третьих, опирается воспроизводственная традиция, предлагающая интерпретацию затрат производства в контексте межотраслевых связей. Это харак-


4 Вальрас Л. Элементы чистой политической экономии, или Теория общественного богатства. М.: Изограф, 2000. С. 140 - 143, 334 - 336; Менгер К. Основания политической экономии // Австрийская школа в политической экономии. М.: Экономика, 1992. С. 77 - 78, сн. 1; Бём-Баверк О. Критика теории Маркса. Челябинск: Социум, 2002. С. 224 - 229. См. также: Шумпетер И. А. Указ. соч. Т. 2. С. 786, сн. 22.

5 Хикс Дж. Р. Стоимость и капитал. М.: Прогресс, 1988. Ч. I - II.

6 Мизес Л. фон. Человеческая деятельность: Трактат по экономической теории. Челябинск: Социум, 2008. С. 370, 596; Хайек Ф. Цены и производство. Челябинск: Социум, 2008. С. 39; Уэрта де Сото Х. Австрийская экономическая школа: рынок и предпринимательское творчество. Челябинск: Социум, 2007. С. 52 - 53.

7 Эта интерпретация берет свое начало со знаменитого Приложения I ("Теория ценности Рикардо") к "Принципам экономической науки" А. Маршалла, в котором предпринята попытка показать взаимодополняемость принципов затрат производства и предельной полезности (Маршалл А. Принципы экономической науки. М.: Прогресс, 1993. Т. III). Но еще раньше "необходимость и удовлетворительность" такого рода "дуализма" поставил под сомнение Бём-Баверк (Бём-Баверк Е. Основы теории ценности хозяйственных благ // Австрийская школа в политической экономии. С. 320 - 326).

8 Пожалуй, наиболее заметным защитником этой интерпретации является С. Холландер (Hollander S. Ricardo, the New View // Collected Essays. L.; N. Y.: Routledge, 1995). Он весьма категорично оценивает альтернативные интерпретации как "незаконнорожденные" (Hollander S. Classical Economics. A Reification Wrapped in an Anachronism? // Reflections on the Classical Canon in Economics: Essays in Honour of Samuel Hollander / E. L. Forget, S. Peart (eds.). L.; N. Y.: Routledge, 2001. P. 8). По его убеждению, "классики населяли "маршаллианскую", а не "марксистскую" вселенную" (Op. cit. P. 23). Вероятно, именно благодаря этой уверенности в учебной литературе закрепилось мнение, что либо Смит вообще не имел теории ценности, либо у него было некое подобие маршаллианской теории (Благ/г М. Экономическая мысль в ретроспективе. М.: Дело, 1994. С. 36; Негиши Т. История экономической теории. М.: Аспект Пресс, 1995. С. 93). Однако Холландер подчеркивает важность перехода к общему равновесию (Why Marshall was Right About Ricardo // Collected essays. P. 174). Этот новый аспект "дуализма" активно оспаривает Т. Пич. См.: Peach T.Interpreting Ricardo. Cambridge: Cambridge University Press, 1993. P. xii, 4 - 10; Peach T. Ricardo as a "Classical Economist": The "New View" Reexamination // History of Political Economy. 2007. Vol. 39, No 2. P. 293 - 306.

стр. 98

терно дли марксистской9 и неорикардианской (сраффианской10) школ. Самостоятельность воспроизводственного (или, как его еще называют, кругового) подхода следует особо подчеркнуть, потому что, как справедливо замечает П. Н. Клюкин, сложившаяся в нашей стране трактовка идей Сраффы необоснованно облачает их в вальрасианскую форму11. Кроме того было бы неоправданным упрощением отождествлять воспроизводственный подход с методом межотраслевого анализа. Сам по себе этот метод служит только аналитическим инструментом, и, как показывает практика, в его основу можно положить любые, даже самые жесткие предпосылки.

Одновременно наблюдается стремление сформулировать еще одну интерпретацию, восходящую к выдвинутой русскими экономистами начала XX в. М. И. Туган-Барановским и В. К. Дмитриевым идее "органического синтеза"12. По замыслу, она должна включать все важные элементы предыдущих традиций. Однако полного согласия о том, как это должно быть осуществлено, пока не наблюдается. Например, В. С. Афанасьев описывает согласованность теорий субъективной (индивидуальной) полезности и трудовой ценности в единицах общественно необходимого труда в рамках частичного анализа отдельных рынков (то есть в духе "маршаллианского синтеза"). Такое объяснение внутренне противоречиво, поскольку определение общественной необходимости подразумевает анализ состояния товарной экономики, а не условий частичного равновесия или индивидуального выбора13. В свою очередь, П. Н. Клюкин стремится подчеркнуть воспроизводственный аспект идеи "органического синтеза". Но, как он сам признает, предпринятые русскими экономистами попытки интегрировать элементы теорий полезности и равновесия функций спроса и предложения в анализ условий воспроизводства товарной экономики нельзя признать в полной мере успешными14. Во всяком случае, окончательная оценка того, насколько они "органичны", а не эклектичны, пока не дана.


9 Немчинов В. С. Экономико-математические методы и модели // Избранные произведения. М.: Наука, 1967. Т. 3; Dobb M. Theories of Value and Distribution since A. Smith: Ideology and Economic Theory. Cambridge: Cambridge University Press, 1973; Morishima M. Ricardo's Economics: A General Equilibrium Theory of Distribution and Growth. Cambridge: Cambridge University Press, 1989; The New Value Controversy And The Foundations Of Economics / A. Freeman, A. Kliman, J. Wells (eds.). Cheltenham: Edward Elgar, 2004. Добавим, что трудовая интерпретация также неоднородна. Не только И. А. Шумпетер, но и последователи К. Маркса отмечают у классиков различные трактовки трудовой теории ценности, что можно проследить по отечественной литературе: Рубин И. И. История экономической мысли. М. - Л.: Гос. изд-во, 1929. С. 189 - 191, 231; Брегель Э. Я. Политическая экономия капитализма. М.: Международные отношения, 1968. С. 39 - 40; Афанасьев В. С. Указ. соч. С. 102 - 120.

10 Сраффа П. Производство товаров посредством товаров. Прелюдия к критике экономической теории. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 1999; Pasinetti L. Lectures on the Theory of Production. N.Y.: Colombia University Press; L.: The Macmillan Press, 1977; Essays on Piero Sraffa; Critical Perspectives on the Revival of Classical Theory / K. Bharadwaj, B. Schefold (eds.). L.; Boston: Unwin Hyman, 1990. Обзор эволюции кругового анализа систем товарного обращения на русском языке можно найти в работе: Курц Х. Д., Сальвадори Н. Теория производства: долгосрочный анализ. М.: Финансы и статистика, 2004. С. 428 - 431.

11 Клюкин П. Н. Ревизия неорикардианской теории ценности и распределения: новые свидетельства и новые горизонты // Вопросы экономики. 2007. N 5. С. 117.

12 Туган-Барановский М. И. Учение о предельной полезности хозяйственных благ как причине их ценности // Юридический вестник. 1890. Т. 6, N 10. С. 192 - 230; Туган-Барановский М. И. Основы политической экономии. СПб.: Слово, 1909. Отд. I, гл. III; отд. III, гл. I.; Дмитриев В. К. Экономические очерки. М.: ГУ-ВШЭ, 2001.

13 Афанасьев В. С. Вклад австрийской школы в развитие трудовой теории стоимости (к проблеме единства экономической науки) // Вопросы экономики. 2002. N 2. С. 102 - 117. Схожее мнение высказывается в статье: Богомазов Г. Г. М.И. Туган-Барановский: жизнь и творчество // Вестник Санкт-Петербургского университета. 2005. Вып. N 1. С. 85 - 102 (Сер. 5).

14 Клюкин П. Н. "Экономические очерки" В. К. Дмитриева: опыт органического синтеза" или прелюдия к посттрудовой теории ценности? // Дмитриев В. К. Указ. соч. С. 23 - 46; Клюкин П. Н. Значение теоретического наследия Д. Рикардо: П. Сраффа, российская аналитическая традиция и их синтетическое восприятие // Рикардо Д. Указ. соч. С. 8 - 75; Клюкин П. Н. Творческое наследие Г. А. Харазова в контексте развития экономической теории воспроизводства // Вопросы экономики. 2008. N 2. С. 133 - 149.

стр. 99

Дискуссии между сторонниками различных интерпретаций ведутся уже полтора столетия без какой-либо надежды достичь консенсуса15. В такой ситуации полезно посмотреть на обсуждаемую проблему с другой стороны. Однако в рамках затронутой темы это сегодня едва ли возможно. Поэтому, выступая с интерпретацией классической теории ценности, необходимо предварительно определить позиции, с которых она ведется.

Содержащаяся в настоящей статье интерпретация находится в русле воспроизводственной традиции. Вместе с тем предлагаемая аргументация не является, строго говоря, ни марксистской, ни неорикардианской. Неорикардианцы, последовательно развивая недостаточно раскрытый классиками воспроизводственный подход, унаследовали вместе с тем и основные аналитические недостатки классической теории. Во многом они обусловлены отсутствием должного внимания к модели товарной экономики, из которой выводятся условия ее структурного анализа16. На этом фоне трудовая теория ценности Маркса демонстрирует непротиворечивую логику. Она не опирается на постулируемые как аксиомы "принципы" оценки относительных цен трудом, а покоится на фундаменте четко оговоренной модели производства товаров с одним первичным ресурсом. Но, к сожалению, решение Маркса прерывается в самом начале пути, и, чтобы его довести до конца, требуется переосмыслить логику построения классической теории товарной экономики17.

Логическая структура классической теории ценности

Объектом любой экономической теории ценности, то есть теории объяснения пропорций товарного обмена (относительных цен), выступает товарная экономика. И чтобы понять ту или иную ее версию, необходимо сначала ознакомиться с моделью производства и обращения товаров, на которой она основана. Классические


15 Обратим внимание на недавние дебаты в "Cambridge Journal of Economics": Kurz H. D., Mongiovi G. Interpreting Ricardo: a Rejoinder to Peach (2002. Vol. 26, No 3. P. 371 - 380) и Peach T. Interpreting Ricardo: a Further Reply to Sraffians (Ibid. P. 381 - 391), а также: GlynA. The Corn Model, Gluts and Surplus Value (2006. Vol. 30, No 2. P. 307 - 312), Peach T. A Note of Dissent on the "Index Number" Interpretation of Adam Smith's "Real Measure" (2008. Vol. 32, No 5. P. 821 - 826) и в "The European Journal of the History of Economic Thought": Garegnani P. Professor Samuelson on Sraffa and the Classical Economists (2007. Vol. 14, No 2. P. 181 - 242); Samuelson A. Classical and Neoclassical Harmonies and Dissonances (Ibid. P. 243 - 271); Garegnani P. Samuelson's Misses: A Rejoinder (Ibid. P. 573 - 585), на подборку статей в журнале "History of Political Economy" (2006. Vol. 38, No 1), а также на постоянное обсуждение трудовой теории ценности в журнале "Review of Radical Political Economics" (последняя статья: Dong-Min R. Interpretations of Marxian Value Theory in Terms of the Fundamental Marxian Theorem (2009. Vol. 41. No 2. P. 216 - 226)).

16 Поэтому мы присоединяемся к мнению П. Н. Клюкина: "Теперь, после Сраффы, для воспроизводства самой идеи воспроизводства необходимо совершить очередной круг" (Клюкин П. Н. Ревизия неорикардианской теории ценности и распределения... С. 137).

17 Эти тезисы мы обосновываем в статьях: "Критика неорикардианской теории стоимости и распределения" (Вопросы экономики. 2007. N 5. С. 138 - 154) и "Трудовая теория ценности: проблемные вопросы и историческое значение" (Там же. 2008. N 4. С. 110 - 129).

стр. 100

исследования в этой области опираются на две сформулированные А. Смитом логические цепочки18.

Первая демонстрирует эволюцию отношений обмена с тех пор, как стало проявляться разделение труда. Эта цепочка включает последовательность моделей прямого продуктообмена излишками производства ("в варварском состоянии общества"), общего товарообмена (когда "общество превращается в торговый союз", а один или несколько товаров наделяются функциями средства обмена) и, наконец, товарно-денежного обмена ("цивилизованное общество", атрибутом которого выступают деньги)19.

Вторая - развертывание модели производства продуктов как товаров20. В качестве отправного пункта предлагается рассматривать индивидуальное ручное производство ("общество первобытное и малоразвитое"), чтобы потом в исходную модель последовательно вводить усложняющие элементы, например образование капиталов и обращение земли в частную собственность.

Таким образом, классическая модель производства товаров описывает условия производства продуктов предпринимательского сектора экономики посредством трех видов первичных ресурсов: труда, запасов средств производства и земли21. Неявно подразумевается, что предприниматели наделены соответствующим (продуктовым или денежным) капиталом или фондом покупки первичных ресурсов22.


18 По мнению Й. Шумпетера, все стоящее в наследии Смита есть у его предшественников, причем в ряде случаев с лучшей аргументацией. Например, в вопросе о логике развертывания категорий товарной экономики предпочтение отдается Ф. Галиани. Заслугу Смита он видит только в том, что именно благодаря ему последовательность "разделение труда - бартер - деньги" получила "освящение временем" (Шумпетер И. А. Указ. соч. Т. 1. С. 240, 403, 480 - 481, сн. 8). Как показывает история экономической науки, существенное значение имеет не происхождение идей, а их преемственность и развитие. И в этом ракурсе вклад Смита значителен. Во всяком случае, его вполне достаточно для того, чтобы говорить об отдельном историческом этапе экономической науки.

19 Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. М.: Эксмо, 2007. С. 82 - 87, 289.

20 Смит А. Указ. соч. С. 103 - 105, 118 - 119.

21 В ряде не доведенных до логического завершения рассуждениях упоминается промежуточный продукт как "четвертый элемент" естественной цены. По голословному утверждению Смита, он редуцируется к сумме факторных доходов и тем самым устраняется из условий ценовой задачи. Спустя полтора века данный тезис доказал В. Леонтьев при помощи аппарата линейной алгебры (см.: Гранберг А. Г. Моделирование социалистической экономики. М.: Экономика, 1988. С. 166 - 170, 183 - 185).

22 Здесь и далее первичными называются ресурсы, которые, во-первых, необходимы по технологическим условиям производства продуктов, а во-вторых, оплачиваются в начале заданного периода товарного обращения, для чего предпринимателям требуется соответствующий фонд покупательной силы, именуемый капиталом. Наиболее строгое противопоставление первичных ресурсов ("первоначальных и всеобщих условий производства - труда и природных сил" или просто "первичных затрат") и капитала ("предварительно накопленного запаса продуктов") провел Д. С. Милль (Милль Д. С. Основы политической экономии с некоторыми приложениями к социальной философии. М.: Эксмо, 2007. С. 136, 519). Но, как и его учителя (Смит А. Указ. соч. С. 103, 121, 291 - 292; Рикардо Д. Начала аналитической экономии и налогового облегчения // Избранное. М.: Эксмо, 2007. С. 130 - 132), в своем определении капитала он смешивает два аспекта - "необходимые для производственной деятельности" средства производства (их запасы в роли первичных ресурсов) и "средства существования для работников во время производственного процесса" (фонд предметов потребления, за счет которого нанимаются рабочие). По всей видимости, это стало следствием допускаемого классиками отождествления фигур предпринимателя и собственника средств производства (и, возможно, неправильной трактовки физиократической теории авансов).

стр. 101

Формируемая описанным путем модель товарной экономики охватывает объектную область всего многообразия моделей классической теории ценности. Позднее они станут предметом подробного рассмотрения. Пока же признаем: бессмысленно отрицать тот факт, что неоднозначность восприятия классических воззрений на ценность обусловлена в первую очередь неоднородностью аргументов Смита23. Поскольку экономическая теория должна предложить монистическое объяснение ценности, обвинения в противоречивости последовали незамедлительно.

Действительно, логика предложенного Смитом порядка построения модели товарной экономики прямо указывает на то, что по мере ее усложнения все больше факторов включается в анализ. Однако монизм теории ценности подразумевает не некий единственный фактор количественной оценки меновых отношений, а однородность их теоретического объяснения. И с этих позиций аргументация самих классиков и существующие ее интерпретации имеют общий недостаток: либо игнорирование, либо ошибочное описание фундамента, на который она опирается.

Принцип регулирующей роли затрат производства

Намеченный Смитом подход к изучению отношений обмена товаров в тесной привязке к условиям их производства предопределил центральное место категории затрат в классической теории товарной экономики. Явно или скрытно затратное объяснение цен доминирует во всех представленных в ней моделях ценности24, что, несмотря на наличие других идей, позволяет объединить их в одну теорию, построенную на принципах воспроизводственного подхода. Для этого товарная экономика должна описываться замкнутой моделью товарного обращения, то есть как система дезагрегированных потоков товаров (продуктов и первичных ресурсов), циркулирующих между секторами


23 Согласно заслуживающему внимания наблюдению Шумпетера, первопроходцы всегда намечают несколько путей исследования (Шумпетер И. А. Указ. соч. Т. 1. С. 306, 377). И только благодаря этому каждый желающий находит у Смита то, что намеревается найти.

24 Пожалуй, можно согласиться с тем, что из ближайших последователей Смита только Сэй буквально называл цены продуктов "справедливым вознаграждением за издержки их производства" (Сэй Ж.-Б. Трактат по политической экономии. М.: Дело, 2000. С. 50 - 51). Но даже Рикардо, который, как считается, наиболее последовательно отстаивал трудовой подход, всегда подразумевал именно затраты производства, отводя труду более скромную роль либо "почти исключительного" или "главного" фактора относительных цен, либо средства их выражения. И если в раннем "Опыте о прибыли" и в первых главах "Начал политической экономии" трудоемкость действительно доминирует, то затем акценты меняются: "Цена товаров регулируется в конечном счете издержками производства" (Рискардо Д. Указ. соч. С. 328). Прямое подтверждение выдвинутого тезиса содержится и в "Предметном указателе", составленном ближайшим соратником Рикардо - Джеймсом Миллем, где в рубрике "Стоимость" фигурирует "Количество труда, затраченного на производство товаров, как главный источник меновой стоимости", а в рубрике "Товар" говорится: "Издержки производства регулируют цены товаров" (Там же. С. 378, 379). Наконец, самая категоричная формулировка содержится в "Примечаниях к книге г-на Мальтуса": "Издержки производства есть стержень, вокруг которого колеблются рыночные цены", а "Естественная цена - только иное название для издержек производства" (Там же. С. 398, 407).

стр. 102

домохозяйств и предприятий, важнейшим свойством которой является ценностная эквивалентность всех актов обмена25.

Как можно предположить, неоднозначность восприятия затратного объяснения цен порождается двояким толкованием понятия "затраты производства" самими классиками. С одной стороны, они определяются с позиций системы товарного обращения - как затраты для покупателя товаров, то есть с включением в них прибыли26. Закон ценности или эквивалентности обмена товаров по таким образом понимаемым затратам их производства выполняется по умолчанию, а главное - независимо от того, какое значение принимает прибыль. В то же время в качестве объекта критики классики выбирали более узкую категорию затрат для предпринимателя, покупающего необходимые по технологическим условиям производства ресурсы27. Понятно, что относительные цены пропорциональны таким затратам только при нулевой прибыли. Но в данном случае важно, что отмеченное разночтение прямо указывает на игнорируемый оппонентами воспроизводственный аспект применения принципа затрат производства.

Употребление затрат производства в узком смысле дало впоследствии повод обвинить теорию классиков в недостаточном внимании к условиям, лежащим на стороне спроса. Как известно, классики признавали влияние рыночной конъюнктуры лишь в переходные между нормальными состояниями экономики периоды, в остальных ситуациях сами колебания величин спроса и предложения они связывали с изменением условий производства, а значит, и затрат28. Критики утверждали, что при переменной отдаче от масштаба (отраслевого) производства спрос перестает быть нейтральным фактором ценообразования29. Такие замечания могли быть высказаны только с позиций метода частичного анализа отдельных рынков. И хотя классики допускали вытекающие отсюда исключения30, это, скорее, демонстрирует слабость их аналитического инструментария, нежели конкретизирует границы допустимости затратного объяснения цен.


25 Отмеченные черты воспроизводственного подхода заметно отличаются от альтернативных традиций затратного объяснения цен: априорного признания продуктов результатом одного только труда, последовательного способа выведения продуктовых цен из факторных доходов, а кроме того - от анализа макроэкономических агрегатов и австрийского тезиса о бессодержательности понятия "ценностной эквивалентности".

26 В наиболее явном виде это сформулировал Т. Мальтус: "Стоимость - это даваемая товару оценка, основанная на его издержках для покупателя" (цит. по: Маркс К. Теории прибавочной стоимости. М.: Политиздат, 1978. Ч. 3. С. 24). См. также: Милль Дж. С. Указ. соч. С. 510.

27 Такая критика особенно часто обращена в адрес Рикардо, вынужденного неоднократно делать оговорки по этому поводу: "Под издержками производства я неизменно подразумеваю заработную плату и прибыль" (Рикардо Д. Указ. соч. С. 406, см. также: С. 108, сн. 1; С. 328; С. 351, сн. 1; С. 631 - 632). Но даже после этого Вальрас утверждал: "Для него себестоимость определяет продажную цену" (Вальрас Л. Указ. соч. С. 350).

28 Смит А. Указ. соч. С. НО; Рикардо Д. Указ. соч. С. 328; Милль Дж. С. Указ. соч. С. 506, 554, 607.

29 Под влиянием неоклассической концепции переменной отдачи от масштаба началась длительная дискуссия об условиях, при которых спрос не оказывает влияния на цены и которые объединяются в рамках "теоремы о незамещении". На русском языке с ее положениями и краткой историей обсуждения можно ознакомиться в работах: Курц Х. Д., Сальвадори Н. Указ. соч. С. 58 - 59; Борисов К. Ю., Королев А. В. Теорема о незамещении в модели производства классического типа // Экономические исследования: теория и приложения. Вып. 1. СПб.: Европейский ун-т в Санкт-Петербурге, 2000. С. 111 - 139.

30 Милль упоминает три исключения: невоспроизводимые блага, совместное производство продуктов и международную торговлю (при отсутствии мобильности факторов производства) (Милль Дж. С. Указ. соч. С. 513, 607 - 611, 619).

стр. 103

В классической теории ценность выступает неотъемлемым атрибутом товарной экономики. Ее природа выводится из двух свойств товара: быть носителем потребительских качеств и иметь возможность обмениваться на другие товары. Причем акцент делается на том, что эти свойства "проявляются" в употреблении (первое) и в обмене (второе) благ, а не существуют как некие их внутренние свойства31. Иными словами, для классиков ценность выступает свойством не отдельных товаров, что приписывают им критики32, а мира товаров в целом - структурным параметром единой системы товарного обращения33. В этом, собственно говоря, и состоит ключевая идея воспроизводственно подхода к изучению товарной экономики.

Его реализация подразумевает определение периода, к которому приводятся потоки товарного обращения. И когда такой период определен, все структурные дисбалансы (не участвующие в кругообороте товаров запасы продуктов и рабочих рук, как и неудовлетворенные потребности экономических субъектов) остаются за пределами объекта исследования (вне модели данногосостояния товарной экономики, хотя они, безусловно, играют важную роль при объяснении переходных процессов). Поэтому апелляции к "спросу" как к необходимому условию ценообразования, по сути, только дублируют (в лучшем случае уточняют) содержание свойства потребительской ценности, без которого предлагаемые к обмену блага никогда не стали бы товарами34.

Тем не менее в арсенале критиков сохраняется, пожалуй, наиболее веский аргумент против классической теории ценности. Речь идет о том, что, поставив цены продуктов в зависимость от затрат, а значит и цен ресурсов, классики попали в логический круг выведения продуктовых цен из факторных доходов, а тех, в свою очередь, - из цен продуктов35. Для опровержения данного обвинения необходимо сначала реконструировать классические модели ценообразования.


31 Смит А. Указ. соч. С. 87; Рикардо Д. Указ. соч. С. 82 - 83; Милль Дж. С. Указ. соч. С. 496. Противопоставляемая впоследствии (и встречающаяся ранее) этим двум свойствам пара терминов "полезность и ограниченность" является лишь иной формулировкой двойственной природы товара. Рикардо называет полезность предпосылкой, а редкость - источником меновой ценности (Рикардо Д. Указ. соч. С. 378). О препятствиях на пути дарового получения благ как условии обмена и меновой ценности говорит Сэй (Сэй Ж. -Б. Указ. соч. С. 30). На том же основании Милль отождествляет "способность товаров к обмену" с "трудностью их получения" (Там же. С. 501 - 503).

32 Например: Вальрас Л. Указ. соч. С. 141; Менгер К. Указ. соч. С. 101; Мизес Л. фон. Указ. соч. С. 92, 193.

33 "Причины, коренящиеся в товарах, с которыми мы сравниваем данный товар, влияют на его стоимость по отношению к этим товарам, а причины, коренящиеся в самом данном товаре, влияют на его стоимость по отношению ко всем товарам" (Милль Дж. С. Указ. соч. С. 498). Акцент на меновой ценности обусловлен тем, что не существует иного способа оценки неоднородных потребительных свойств: "Нет такой меры, с помощью которой мы могли бы измерить потребительную стоимость: разными лицами она оценивается различно" (Рикардо Д. Указ. соч. С. 361).

34 Товаром классики называют любой предмет (в том числе работы и услуги), который распределяется посредством обмена. Отсюда "стоимость любого товара определяется не его наличным количеством, а его количеством, предлагаемым для продажи" (Милль Дж. С. Указ. соч. С. 548). В неорикардианской теории это зафиксировано предпосылкой об экзогенно заданной системе товарного производства (Сраффа П. Указ. соч. С. 22). В обоих случаях товарами признается только та часть произведенных продуктов и наличных первичных ресурсов, которая состоялась в обмене или, как предполагается в ex ante анализе, состоится в нем.

35 В той или иной интерпретации "ценовая тавтология" отмечается практически всеми "заинтересованными" сторонами: Маркс К. Капитал. М.: Политиздат, 1988 - 1989. Т. 2. С. 419, 431, 506, 693 - 694; Т. 3, ч. 2. С. 921; Дмитриев В. К. Указ. соч. С. 53 и 77; Сраффа П. Указ. соч. С. 35 - 36; Менгер К. Указ. соч. С. 128; Маршалл А. Указ. соч. T. I. C. 227; Вальрас Л. Указ. соч. С. 336; Рубин И. И. Указ. соч. С. 334; Шумпетер И. А. Указ. соч. Т. 1. С. 241 - 243, 403; Т. 2. С. 731, 775, 790 - 791; Блауг М. Указ. соч. С. 35; Афанасьев В. С. Первые системы... С. 112.

стр. 104

Модели ценообразования у классиков

В соответствии с предложенными Смитом этапами построения теории товарной экономики все многообразие классических концепций ценности можно свести к четырем моделям, которые, как это впервые показал Рикардо в главах 1 -2 "Начал политической экономии", также выстраиваются в последовательно усложняемую логическую цепочку. Она начинается с трудовой модели36, описывающей примитивное состояние общества с индивидуальным (самозанятым) ручным трудом как единственным первичным ресурсом производства продуктов, излишки которых предлагаются к обмену в пропорциях сравнительной трудоемкости. На примере предпринимательского сектора с двумя отраслями условия и решение ценовой задачи для данной группы моделей формализуются следующим образом:

где: pi - цена продукта i-го вида, i  п = 2 (a u b); wh - цена первичного ресурса h-го вида, h  т (в данной модели m = 1); aij - технологический коэффициент промежуточного потребления j-го продукта для производства единицы j-го продукта, j = i  п = 2 (a u b); lhj - технологический коэффициент прямого потребления первичного ресурса h-го вида для производства единицы j-го продукта; flhj - коэффициент полного потребления первичного ресурса /г-го вида для производства единицы j-го продукта.

Трудовую модель нельзя применить к системам производства, основанным на наемном труде и предполагающим, что предприниматели распоряжаются отсутствующими у рабочих запасами продуктов потребления. Поэтому на втором этапе вводится новый фактор - "продуктовый капитал", авансируемый в оплату труда, и доказывается, что принцип сравнительной трудоемкости и здесь сохраняет свое значение37. Развивая предыдущий пример, запишем:

где: πj- средняя (на единицу продукции j-го вида) прибыль на авансируемый предпринимателями капитал; r - общая норма прибыли на авансируемый предпринимателями капитал.


36 Слово "труд" в названии приводимых моделей используется условно, чтобы подчеркнуть, что один из первичных ресурсов в различных версиях классической теории ценности поставлен в привилегированное положение. При помощи аналогичных аргументов Р. Кантильон, например, строил "земельные" модели теории ценности (Шумпетер И. А. Указ. соч. Т. 1. С. 308; Негиши Т. Указ. соч. С. 68, 138 - 139).

37 Рикардо Д. Указ. соч. С. 94.

стр. 105

За эту особенность данную модель можно назвать квазитрудовой38. Со следующей моделью связана роковая ошибка рикардианской теории ценности. Продукты производятся в ней посредством двух видов первичных ресурсов (однородного наемного труда и однородного набора средств производства), а также авансируемого в их привлечение "продуктового капитала" (продуктов потребления рабочих и капиталистов)39:

где:  - структура первичных затрат производства j-го продукта (денежной ценности набора первичных ресурсов j-й отрасли) в расчете на затраты по оплате труда40.

Поскольку в общем случае отрасли предпринимательского сектора не используют первичные ресурсы в одинаковых пропорциях (γа ≠ γь), относительные продуктовые цены теперь даже формально не согласуются с принципом сравнительной трудоемкости:

Таким образом, модель (3) может быть охарактеризована как ошибочная (или, как ее называет Рикардо, "приблизитель-


38 Ее обычно называют рикардианской версией трудовой теории ценности. Но такую интерпретацию опровергнул сам Рикардо: "Я не говорю, что часть издержек производства товара измеряет его меновую стоимость, но говорю, что вся его стоимость будет пропорциональна части его издержек производства... относительная стоимость товаров пропорциональна количеству труда, затраченного на их производство. Эта стоимость может быть вдвое больше того, чего стоил труд" (Рикардо Д. Указ. соч. С. 426; С. 403, сн.).

39 Рикардо Д. Указ. соч. С. 91 - 105. Для домохозяйств капитал предпринимателя является первичным ресурсом домашнего производства или товарного производства первичных ресурсов. Иными словами, с позиций товарной экономики в целом капитал и первичные ресурсы относятся к исходным условиям ее состояния. Из этого следует, что в основанной на обмене экономике ни один первичный ресурс не является, строго говоря, единственным. Отсюда даже модель производства продуктов с одним наемным первичным ресурсом не может служить основанием теории прибыли от эксплуатации этого ресурса.

40 Рикардо определил данный показатель как "отношение между капиталом, предназначенным для содержания труда, и капиталом, вложенным в инструменты, машины и здания" (Рикардо Д. Указ. соч. С. 97). Позднее К. Маркс дал ему более лаконичное имя: "органическое строение капитала" (Маркс К. Капитал. Т. 1. С. 626). Обе формулировки неявно подразумевают авансирование капитала в первичные ресурсы. Сраффа предпочел более "нейтральный" термин "пропорция труда и средств производства" (Сраффа П. Указ. соч. С. 44), в котором, однако, трудом называется фонд оплаты труда, а средства производства не конкретизированы по источнику их возникновения (первичные запасы или промежуточный оборот), что существенно для формализации нормы прибыли. Кроме того, следует иметь в виду, что все показатели такого рода являются ценностными агрегатами, определяемыми на основе известной системы относительных цен, а потому их нельзя объявлять факторами товарных цен.

стр. 106

ная"41) квазитрудовая модель ценности. В силу указанной выше двойственности определения капитала классики не проводили четкого разграничения между второй и третьей моделями. Однако сделать это необходимо, чтобы установить пределы применимости принципа сравнительной трудоемкости и правильного понимания механизма "эффекта Рикардо".

Считается, что эффект Рикардо демонстрирует влияние экзогенных изменений в условиях распределения дохода (между участниками производственной деятельности) на относительные цены. С такой интерпретацией трудно согласиться. Во-первых, номинальная зарплата (а с ней и доля фонда оплаты труда в национальном доходе) не является зависимой переменной, а ее продуктовое содержание относится к исходным условиям анализа структурных параметров заданного состояния товарной экономики (иначе нельзя говорить о кругообороте товаров). Отсюда предположение о колебаниях "продуктовой зарплаты" не "трансформирует" цены, а переопределяет исходные условия структурного анализа. Во-вторых, отмечаемое в связи с этим несовершенство принципа сравнительной трудоемкости (о чем речь пойдет ниже) обусловлено изменением модели товарного производства. Поскольку наряду с трудом в составе первичных ресурсов теперь фигурируют и запасы средств производства, то даже расчет полной трудоемкости (то есть даже если бы Рикардо не упустил из виду этот момент42) не обеспечивает правильного решения, за исключением немыслимого случая, когда техническая вооруженность труда одинакова во всех отраслях. Поэтому обнаруженное Рикардо несоответствие относительных цен и сравнительных количеств живого труда - это результат ошибок, а не (названный в его честь) реальный "эффект распределения на цены".

Наконец, когда на последнем этапе в состав первичных ресурсов включается "земля" (множество невоспроизводимых в экономике, но используемых в товарном производстве ресурсов), от трудового подхода к измерению ценности уже ничего не остается. Получаемая модель цен, равных затратам производства, явным образом демонстрирует, что ее решение зависит от объяснения факторных доходов (цен первичных ресурсов):


41 Рикардо Д. Указ. соч. С. 100. Позднее Дж. Стиглер назвал ее "93%-ной трудовой теорией ценности" (Стиглер Дж. Рикардо и 93%-ная трудовая теория ценности // Вехи экономической мысли. СПб.: Экономическая школа, 1999. Т. 3. С. 162 - 177).

42 Провозгласив в третьем отделе первой главы "Начал политической экономии" принцип оценки относительных цен количеством полного труда (Рикардо Д. Указ. соч. С. 92), Рикардо уклонился от изучения способов его расчета и ввел упрощающую предпосылку о равном строении отраслевых капиталов. Она позволила ему оперировать количеством живого труда и сделать правильное для этих условий заключение: "Никакое изменение в заработной плате рабочих не вызвало бы какого-либо изменения в относительной стоимости этих товаров" (Там же. С. 94 - 95). В следующих двух отделах он снимает это допущение, но продолжает сравнивать количество живого труда при различномстроении капиталов.

стр. 107

Характерная особенность всех перечисленных моделей состоит в том, что их условия содержат только уравнения продуктовых цен. Отсюда множество неизвестных переменных в них превышает количество уравнений на число первичных ресурсов, а рассчитать относительные цены без дополнительных гипотез невозможно. Это и дало повод для обвинений в логическом круге теории затрат производства. На самом деле проблема заключается в несоответствии друг другу допускаемых условий товарного производства и предлагаемых моделей ценовой задачи, в которых проигнорировано существование сектора домохозяйств. Но вместо того чтобы восполнить этот пробел, классики занялись разработкой вспомогательных конструкций и формальных приемов приведения ценовой задачи к разрешимому виду.

Мнимая проблема меры ценности

Понимая неразрешимость системы продуктовых цен, классики обратились к исследованию "действительных оснований" ценности. По странному стечению обстоятельств, они не разграничивали два аспекта экономических измерений: масштабирование меновых пропорций в пределах отдельного периода и сравнение разнесенных во времени (или в пространстве) систем товарного обращения43. Недопустимость такого смешения была замечена практически сразу. При смене состояния товарной экономики бессмысленно искать причинно-следственные связи между одновременно изменяющимися ценами отдельных товаров. Поэтому вопрос, какая изменилась первой, некорректен44.

Представители классической школы этого не поняли. В том бесспорном факте, что затраты производства всех без исключения товаров подвержены обусловленным технологическим прогрессом изменениям, им виделась непреодолимая трудность. Исходя из этого, они почти обреченно утверждали, что "совершенной" (пригодной для межвременных сравнений) меры ценности в мире товаров не существует45.


43 Более того, в ряде случаев они отождествлялись с двумя задачами теории ценности: вычисления и объяснения меновых пропорций. Масштабирование меновых пропорций изучалось под рубрикой мерила ценности, а сравнение систем товарного обращения смешивалось с вопросом о регуляторе или "определяющем принципе" ценности // Смит А. Указ. соч. С. 92, 105, 122; Милль Дж. С. Указ. соч. С. 606.

44 См.: Рикардо Д. Указ. соч. С. 87. Одним из первых на это указал С. Бейли (См.: Маркс К. Теории прибавочной стоимости. Ч. 3. С. 125 - 171 и особенно цитаты на с. 126, 148 - 149, 162 - 166). По мнению К. Маркса, классики в этом вопросе допустили "невообразимое смешение понятий" (Маркс К. Капитал. Т. 1. С. 108, сн. 55). Для Вальраса это было "смешением двух очень разных вопросов: вопроса установления цен на продукт и вопроса изменения цен в прогрессивном обществе" (Вальрас Л. Указ. соч. С. 339, см. также С. 87).

45 "Неизменность есть существенное качество мерила реальной стоимости" и оттого "ничто не должно приниматься во внимание при выборе меры стоимости, кроме ее неизменности". Однако "иметь такую меру невозможно", и приходится выбирать "между несовершенной мерой меновой стоимости и такой мерой, которая неизбежно ошибочна в своей основе" (Рикардо Д. Указ. соч. С. 106, 401, 423, 426). См. также: Смит А. Указ. соч. Кн. I, гл. V; Рикардо Д.Указ. соч. С. 399, 422; Милль Дж. С. Указ. соч. Кн. III, гл. XV.

стр. 108

У последующих поколений экономистов это надуманное затруднение вызывало удивление46.

И хотя некоторые из классиков затратили немало усилий на разъяснение логической несостоятельности концепции общего (одновременного) повышения всех цен, апеллируя именно к изменчивой ценности счетных денег, в вопросе о межвременных сравнениях это не находило никакого отражения47. Не желая учитывать колебания общего уровня цен (то есть собственно ценового масштаба), они лишили себя возможности адекватно изучать динамику цен отдельных товаров. В итоге, пройдя мимо известной с давних пор концепции счетного товара48, они инициировали бесплодные поиски таких товаров, затраты производства которых изменяются, но в наименьшей степени.

При чтении пятой главы ("О действительной и номинальной цене товаров") "Богатства народов" возникает впечатление, что Смит догадывался о надуманности проблемы меры ценности. Он перебирает различные ценовые стандарты - располагаемый труд, хлеб, серебро - и в итоге приходит к правильному выводу, что в рамках заданного периода товарного обращения ("в данный момент и в данном месте") любой товар способен точно выполнять функцию меры меновых пропорций49. Но обращаясь затем к изучению исторических тенденций, Смит выдвигает ужеприемлемые меры - серебро (денежный товар) для короткого периода и хлеб - для долгого. После этого труд наделяется свойствами обеих мер.

В пользу последнего положения свидетельствует, по Смиту, то, что ценность труда и пропорция его обмена на хлеб не претерпевают значимых изменений во времени. При этом ценность труда трактуется Смитом двояко50: с точек зрения наемного работника и его нанимателя. Для первого ценность труда оценивается соотношением рабочего и свободного времени: "во все времена и во всех местах" он расплачивается за него "той же самой долей своей свободы и спокойствия". Именно в этом смысле "ценность труда для рабочего никогда не меняется", каким бы ни было его потребление. Иной смысл придается ценности труда в глазах нанимателя, для которого она не является постоянной величиной, так как оценивается отдаваемыми в обмен за него продуктами. Но только это имеет значение для экономической теории ценности.

Несогласованность выводов наблюдается и в сочинениях Рикардо. Первоначально (в "Опыте о прибыли") никакой проблемы меры меновых пропорций не отмечается, а натуральный (пшеничный) и денежный (золотой) стандарты мирно сосуществуют. Она осознается позднее при создании общей теории ценности (в первых главах "Начал политической экономии"). Рикардо покорно принял вывод Смита о подвижности ценового масштаба и сразу дистанцировался от межвременного аспекта


46 Если классики неверно формулировали задачу межвременных сравнений, то их оппоненты зачастую впадали в другую крайность и объявляли ее схоластической выдумкой. По словам Бейли, "ошибочно думать... будто стоимостное отношение может существовать между товарами различных периодов... а если не существует отношения, то не может быть и измерения" (цит. по: Маркс К. Теории прибавочной стоимости. Ч. 3. С. 156, 165). Этот тезис повторяют маржиналисты (Кларк Дж. Б. Распределение богатства. М.: Гелиос АРВ, 2000. С. 338) и австрийцы (Мизес Л. фон. Указ. соч. С. 209).

47 Например: Милль Дж. С. Указ. соч. С. 498 - 499, 532, 603 - 607. Подводя итоги дискуссии о мере ценности, Милль восклицает: "Этому вопросу придается большее значение, чем он заслуживает" (Там же. С. 603). Данное заключение следовало бы уточнить: этому вопросу не придавалось того значения, которое он заслуживает.

48 Шумпетер обнаруживает ее у схоластов, физиократов, а также у непосредственного предшественника английских классиков - Дж. Стюарта (Шумпетер И. А. Указ. соч. Т. 1. С. 118, 387 - 388).

49 Смит А. Указ. соч. С. 94, 102.

50 Там же. С. 90 - 91, 94.

стр. 109

измерений51. Но стремясь доказать принцип сравнительной трудоемкости, Рикардо обнаруживает уже упомянутый "эффект распределения", для регистрации которого (и для измерения цен) допущения о постоянной ценности денег уже недостаточно. Не сумев раскрыть природу этого "эффекта", он соглашается с приблизительностью трудовой меры, а для устранения соответствующей погрешности ("чтобы облегчить предмет настоящего исследования") вводит новое допущение - о средней структуре затрат производства денежного (счетного) товара52. Его очевидная неправдоподобность волновала Рикардо до конца жизни, но так и осталась на стадии "приблизительного решения".

На этом фоне Мальтус говорил о подчиненности затратного объяснения цен более общему закону спроса и предложения53. Впоследствии эту линию рассуждений продолжил Милль, который придал ей пригодный для неоклассического употребления вид. Другую позицию занял А. Торренс, сделавший акцент на авансируемый предпринимателями капитал и поставивший цены в линейную зависимость от капитальных вложений с общей нормой прибыли в качестве коэффициента пропорциональности54. При этом он упорно не замечал, что в случае предполагаемого отсутствия промежуточного потребления продуктов величина капитала точно равна затратам производства (сумме факторных доходов). Решение проблемы "ценовой тавтологии" эти новации не приблизили, но явно способствовали реанимации полезностной трактовки ценности и закона спроса и предложения.

"Задача Петти" и пределы неценовой редукции товаров

Выбор счетного товара позволяет сократить число неизвестных ценовых переменных только на единицу, что недостаточно для определения системы продуктовых цен в случае с двумя и более первичными ресурсами. Поэтому наряду с поисками приемлемой меры ценности классики изучали возможность количественной (не связанной с ценами или какими-либо иными стандартами ценности) редукции отраслевых комбинаций первичных ресурсов к количеству одного из них. Говоря современным языком, это позволило бы заменить матрицу технологических коэффициентов расхода множества первичных ресурсов вектором полученных после редукции однородных коэффициентов и моделировать условия ценовой задачи так, как будто в производстве используется один первичный ресурс.


51 Рикардо Д. Указ. соч. С. 95, 106, 108, 253.

52 Там же. С. 95, 107.

53 Malthus T. R. Principles of Political Economy. L.: John Murray, 1820. Ch. 2. P. 63 - 71. Это, однако, не мешало ему придерживаться зарплатного стандарта ценности (располагаемого труда), хотя он защищал его уже эмпирическими, а не теоретическими аргументами: "Из всех предметов наибольшая масса стоимости обменивается на труд" (цит. по: Рикардо Д. Указ. соч. С. 422). Любопытно, что Смит говорил прямо противоположное: "Товары гораздо чаще обмениваются, а потому и сравниваются с другими товарами, чем с трудом" (Смит А. Указ. соч. С. 89).

54 Torrens A. An Essay on the Production of Wealth. L.: Printed for Longman, Hurst, Rees, Orme, and Brown, 1821. P. 28 - 29, 39 - 40. С ним был согласен и С. Бейли: Bailey S. A Critical Dissertation on the Nature, Measure and Causes of Value. L.: Printed for R. Hunter, St. Paul's Churchyard, 1825. P. 223 - 224.

стр. 110

Данная задача унаследована классиками от физиократов и известна сегодня как "задача Петти"55. Однако, сформулировав задачу, ее автор сразу обратился к раздельному изучению факторных доходов. Этот анализ заканчивается выводом об их экзогенном характере по отношению к ценовой задаче. Более того, здесь намечен алгоритм воспроизводственного подхода к ее решению: земля приравнивается к набору продуктов, которые "она приносит", а труд - к набору продуктов потребления рабочих56. Вместе с тем едва ли Петти в полной мере это понимал, поскольку, анализируя факторы ценообразования первичных ресурсов, он столкнулся с необходимостью решить эту задачу уже для продуктов57. Налицо логическая замкнутость этой линии рассуждений, преодолеть которую Петти не смог.

Поэтому одновременно используется альтернативный (последовательный) способ определения факторных доходов. Теперь свою задачу Петти формулирует отдельно от задачи ценообразования, о способе решения которой без всякой двусмысленности заявляет: "действительный, а не мнимый путь определения цен товаров" состоит в расчете "количества рук", необходимых для их производства. Но данное правило он применяет лишь в отношении продуктов производства. Когда же речь заходит о первичных ресурсах, для их выражения (по сути, для их устранения из условий ценовой задачи) предлагается иная мера - продуктовая корзина рабочих ("продуктовые пайки"), в единицах которой теперь и агрегируются оба факторных дохода.

Таким образом, в своем решении Петти пренебрег, как очевидно, осознаваемой замкнутостью круговой системы товарных потоков и объяснял цены продуктов и первичных ресурсов, используя различные принципы, что не могло остаться незамеченным. Для преодоления этого противоречия Кантильон возвратился к задаче редукции наборов первичных ресурсов к количеству одного из них, который наделяется также функцией масштаба продуктовых цен. В качестве привилегированного ресурса он выбрал участок земли, который производит пищу на один день для взрослого мужчины (с поправками на качественные различия земли и труда). Но данное решение ставится под сомнение, ведь "участок земли" производит пищу не сам по себе, а в комбинации с трудом. К тому же потребление "взрослого мужчины" не исчерпывается пищей, тем более пищей растительного происхождения.

Эволюция метода количественной редукции привела к появлению класса теорий ресурсоемкое™58, согласно которым задача ценообразования решается в три этапа. Сначала устанавливается ресурс, которому вменяется вся вновь создаваемая ценность (поэтому ресурс называется субстанцией ценности). Затем рассчитывается полная ресурсоемкость обмениваемых продуктов ("воплощенное" в них или "используемое" для их производства количество ресурса-"субстанции"). Наконец,


55 "Нам очень желательно бы найти естественное уравнение между землей и трудом, чтобы быть в состоянии так же хорошо или даже лучше выражать стоимость при помощи одного из двух факторов, как и при помощи обоих, и чтобы быть в состоянии так же легко сводить один к другому, как пенсы к фунту" (Петти В. Экономические и статистические работы. М.: Соцэкгиз, 1940. С. 35, 122). Название задачи, по-видимому, ввел в оборот И. Шумпетер(Шумпетер И. А. Теория экономического развития. Капитализм, социализм и демократия. М.: Эксмо, 2007. С. 71). Добавим, что проблема редукции конкретного труда (или земли) к однородному виду является более поздним вариантом (и частным случаем) "задачи Петти".

56 "Я предлагаю, чтобы качество каждого участка было описано путем указания продуктов, которые он обычно доставляет", а "цена труда должна быть точно установленной" (Петти В. Указ. соч. С. 39, 41. См. также с. 122. Там же оправдывается практика законодательного регулирования заработной платы).

57 Петти В. Указ. соч. С. 72, 40 - 42.

58 К их числу относятся также всевозможные натуралистические (энергетические и информационные) принципы. Именно про такие "теории реальных затрат" Шумпетер говорил, что "принять любой предмет, на который обменивается товар, за объяснение его ценности было бы одной из худших ошибок в истории экономической теории" (Шумпетер И. А. История экономического анализа. Т. 1. С. 406).

стр. 111

определяются относительные цены товаров как отношения их полных ресурсоемкостей. Однако не любая структура экономики позволяет осуществить эту процедуру, поскольку здесь появляется новый аспект полной ресурсоемкости, состоящий в том, что выше было определено как количественная редукция нескольких первичных ресурсов к количеству одного из них.

Вообще комбинация первичных ресурсов сводится к одному из них простым способом посредством показателя ее структуры. Чтобы не усложнять рассуждения, допустим (придерживаясь исторических корней "задачи Петти"), что промежуточное потребление продуктов отсутствует, а для их производства используется только два первичных ресурса. Тогда полагая "привилегированность" первого из них, полную ресурсоемкость /-го продукта нужно рассчитывать по формуле:

где:  - показатель структуры набора первичных ресурсов j-й отрасли59fltj - полные затраты 1-го первичного ресурса в расчете на единицу j-го продукта.

Но позволяет ли эта редукция устранить из условий ценовой задачи цены первичных ресурсов? Очевидно, что нет. На самом деле она обеспечивает только следующее преобразование уравнения цены j-го продукта:

рj = (lyw1 + l2jw2)(1 + r) = l1j(w1 + βj w2)(l + r). (7)

Отсюда относительная цена двух участвующих в обмене продуктов, например, как в разбираемых выше примерах, a и b, равна:

Как видно, меновые пропорции по-прежнему зависят от цен первичных ресурсов. Единственное исключение наблюдается в гипотетической ситуации, когда структура их отраслевых наборов - однородная для всей экономики величина βa = βb)60. Объективное разнообразие применяемых в различных отраслях предпринимательского сектора технологий затрудняет серьезное восприятие этой гипотезы. Во всех же претендующих на правдоподобие ситуациях теория ресурсоемкости не соответствует сложности задачи. Иными словами, метод количественной редукции пригоден именно тогда, когда в нем нет никакой необходимости.


59 В отличие от упоминавшегося выше ценностного показателя структуры первичных затрат (γj), коэффициент βj характеризует технологические условия производства и соотносит натуральные величины - в данном случае количества применяемых земли и труда. В этом смысле Маркс употреблял термин "техническое строение капитала", в современной теории производства его назвали бы коэффициентом технологической комбинации ресурсов "изокванты Леонтьева" (с нулевой предельной нормой технического замещения), на практике он известен по показателям энерго- и материаловооруженности труда.

60 Но, как сказал Шумпетер, "для данного конкретного случая все теории ценности пришли бы к одинаковому результату" (Шумпетер И. А. История экономического анализа. Т. 1. С. 405).

стр. 112

Теория распределения как вспомогательная конструкция

Высшую ступень формальных способов решения ценовой задачи олицетворяет классическая теория распределения. Она была призвана дать независимое от продуктовых цен объяснение факторных доходов путем выявления закономерностей распределения конечного продукта между собственниками первичных ресурсов и тем самым привести число искомых неизвестных переменных в соответствие с исходными данными61.

Выделяется две традиции в реализации этой идеи "субординации" задач. Согласно одной факторные доходы определяются одновременно и независимо не только от продуктовых цен, но и друг от друга. Другую отличает взаимосвязанное моделирование факторных доходов. В "Богатстве народов" эти традиции только формируются, а потому еще не противопоставляются друг другу, что будет наблюдаться впоследствии. Жизненный путь первой традиции пролегает через труды Сэя и Мальтуса и ведет к неоклассической теории рынков. Ее альтернатива стала неотъемлемой частью творческого наследия Рикардо и до сих пор вдохновляет представителей неорикардианской и частично марксистской школ. Аргументация в рамках обоих подходов страдает серьезными недостатками.

Параллельное определение факторных доходов, которое сегодня ассоциируется с именем Смита, опирается на набор плохо взаимосвязанных тезисов о конъюнктуре спроса и предложения на рынках первичных ресурсов62. Во-первых, переход от естественных продуктовых цен к рыночным ценам первичных ресурсов основан на подмене режима анализа. Во-вторых, обращение к спросу и предложению не дает ответа на вопрос, в какой мере доходы собственников первичных ресурсов свободны от влияния цен потребительских продуктов. В самом деле, цены последних невозможно количественно оценить в отрыве от конъюнктуры товарных рынков (и уж тем более до анализа этой конъюнктуры), так как последняя входит в определение "прочих равных условий" частичного анализа рынков первичных ресурсов.

Альтернативный последовательный подход к проблеме распределения воплощен в концепции прибавочного продукта и остаточных доходов63. По сути, речь здесь идет лишь об иной формулировке


61 Этот последовательный алгоритм решения задач распределения конечного продукта и расчета продуктовых цен получил название "фундаментальной асимметричности классического подхода к решению задачи ценообразования"(Курц Х. Д., Сальвадоры Н. Указ. соч. С. 45).

62 Вопреки своим рассуждениям о постоянстве зарплаты Смит пишет: "Денежная цена труда необходимо определяется двумя моментами: спросом на труд и ценами на предметы необходимости и жизненного удобства". К ним добавляются факторы рыночной власти и классовых противоречий (Смит А. Указ. соч. С. 136, см. также с. 119 - 120, 131, 798).

63 Различие между Смитом и Рикардо в этом вопросе исчерпывается аналитической строгостью. В одних местах "Богатства народов" остаточным доходом Смит называл прибыль на капитал, остающуюся после оплаты заработной платы и земельной ренты (Смит А. Указ. соч. С. 107). В других частях текста в этом качестве фигурирует земельная рента как остаток после выплаты заработной платы и прибыли (Там же. С. 113, 187). Рикардо развивал только первую линию рассуждений, для чего переформулировал концепцию плодородной земли физиократов в концепцию прибавочного труда (Рикардо Д. Указ. соч. С. 142).

стр. 113

"задачи Петти" с той разницей, что чистый продукт теперь не просто выражается в натуральных единицах одного из первичных ресурсов, а вменяется его затратам в физическом смысле. Поскольку в этом случае на пропорции обмена не влияет распределение конечного продукта, относительные цены равны частному их "ресурсоемкостей". Но, как уже отмечалось, цена продукта эквивалентна его действительной цене ("ресурсоемкое™") только в крайне специфических ситуациях.

Возможно, именно поэтому Рикардо с самого начала пошел по пути последовательного исключения "избыточных" цен первичных ресурсов из условий ценовой задачи. Вся аргументация его версии теории "ценности и распределения" построена таким образом, чтобы избавиться от понятия "распределение". По всей видимости, главную трудность он видел в доходе землевладельцев. Во всяком случае, в первую очередь из анализа Рикардо устранил именно земельную ренту. После этого зарплату и прибыль он изучал взаимосвязанно и определил одновременно при помощи функции нормы прибыли от фонда оплаты труда. Последний, однако, зависит от продуктовых цен, из-за чего предложенный Рикардо алгоритм повторял логический круг, который был призван преодолеть64.

Но и без этого аргументация Рикардо неудовлетворительна. Не согласившись с концепцией абсолютной (усредненной) ренты Смита, он сосредоточил свои усилия исключительно на дифференциальной ренте, отражающей различия между качественно неоднородными участками земли. В действительности это несовместимые предпосылки. Абсолютная рента может существовать без дифференциальной, например, когда земля качественно однородна, но количественно ограничена по возможностям применения. Дифференциальная рента без абсолютной немыслима. Если земля находится в свободном доступе, т. е. не является предметом товарного обмена и не приносит абсолютной ренты, то ее неоднородность как причина дифференциальной ренты теряет свое значение.

Рикардо рассмотрел затраты производства сельскохозяйственных продуктов на наименее плодородной земле. По его мнению, если применяющие наименее эффективные технологии предприятия сельскохозяйственных отраслей не приносят дифференциальной ренты, то (при отсутствии абсолютной ренты) доход землевладельцев можно устранить из условий ценовой задачи, рассмотрев структуру затрат таких предприятий65. Это неверно.

Как и в случае неоднородности конкретных видов труда, ближайшим следствием неоднородности земли выступает увеличение числа ставок земельной ренты - в общем случае их будет столько, сколько категорий земли вовлечено в товарный оборот66.


64 Рикардо говорит про одну "теорию, в силу которой прибыль зависит от высокой или низкой заработной платы, а заработная плата - от цены предметов жизненной необходимости, цена последних зависит главным образом от цен на пищу, потому что количество всех других потребных предметов может быть увеличено почти беспредельно" (Рикардо Д. Указ. соч. С. 147).

65 Рикардо Д. Указ. соч. С. 116, 140. Под сельскохозяйственными понимаются отрасли, которые используют в производстве и покупают невоспроизводимые человеком (физически ограниченные) ресурсы, относимые к рубрике "земля".

66 Когда Рикардо обсуждает проблему неоднородности труда, он говорит не о "дифференциальной ставке зарплаты", а о том, что "труд различного качества вознаграждается различно" (Рикардо Д. Указ. соч. С. 89). Аналогичным образом сегодня никто не скажет "дифференциальная цена средства производства" или "дифференциальная цена потребительского продукта", но скажут - цены продуктов. Точно так же никто не осмелится утверждать, что (в "долгом периоде") норма прибыли на авансированный предпринимателями капитал снижается до нуля, речь будет идти о снижении до уровня ставки процента как цены привлечения капитала в производственный сектор.

стр. 114

Однако такое увеличение числа первичных ресурсов в модели товарного производства не затрагивает закон единой цены на однородный товар в отраслях предпринимательского сектора, даже если предприятия применяют различные технологии. Но если игнорировать затраты на покупку земли, а уравнение продуктовой цены моделировать в разрезе структуры остальных статей затрат наименее эффективного предприятия отрасли, то технологические коэффициенты расхода прочих ресурсов окажутся завышенными по сравнению с их фактическимисреднеотраслевыми значениями. В масштабах экономики получится, что предпринимательский сектор потребляет якобы гораздо больше таких ресурсов, нежели их в действительности продают (а может быть, даже имеют) домохозяйства, а земля, напротив, как будто и не торгуется на рынке. Это не только искажает исходные условия ценовой задачи, но и порождает ее несовместность (отсутствие решения), так как определитель структурной матрицы системы товарного обращения, составленной из технологических коэффициентов наименее эффективных предприятий отраслей (допускающей фиктивное нарушение балансов покупок и продаж первичных ресурсов), в общем случае не равен нулю. Другими словами, обращение к структуре затрат производства на предельной "земле" входит в противоречие с круговым анализом системы обращения товаров.

В итоге предложенное Рикардо решение игнорировать земельную ренту нельзя оправдать ни содержательно, ни формально. Доход земельных собственников занимает в структуре национального дохода более важное место, нежели полагал Рикардо. Сам факт его существования опровергает строгую (монотонную) зависимость между нормой прибыли и ставкой заработной платы67.

Таким образом, критический анализ классической теории распределения показывает, что представленные в ней модели были вынужденными и надуманными, а главное - не обеспечивали разрешимости ценовой задачи, обусловленной недоопределенностью ее исходных условий. На самом деле теория цен, равных затратам производства, не нуждается в такой поддержке.

Продуктовая зарплата как прообраз потребительского множества

Все рассмотренные способы преодолеть неполноценность условий ценовой задачи в классическом исполнении объединяет общая идея - концепция продуктовой зарплаты. Она фигурирует в рассуждениях Петти о "естественном уравнении труда и земли", в Смитовой теории действительной цены труда, в рикардианской функции нормы прибыли от ставки зарплаты. Согласно ей, потребление рабочих является исторически и социально обусловленной переменной экономического анализа, а потому для каждого данного периода товарного обращения задается определенным набором продуктов. Отсюда в условиях ценовой задачи ставку зарплаты можно заменить суммой произведений потребительских коэффициентов домохозяйств рабочих и искомых продуктовых цен.

Вместе с тем идея продуктовой зарплаты применима в частном случае, когда труд выступает в роли единственного первичного ресурса. Для понимания ее более общего значения требуется устранить дефект


67 По выражению Блауга, когда земля вовлечена в товарный оборот и приносит своим собственникам доход, структура долей остальных доходов "может быть и такой, и сякой" (Блауг М. Указ. соч. С. 97). Еще раньше на это указал Маркс (Маркс К. Теории прибавочной стоимости. Ч. 2. С. 208, 477).

стр. 115

классической модели товарной экономики, то есть дополнить ее сектором домохозяйств, а не удовлетворяться экзогенным определением скаляра или вектора потребительских коэффициентов.

Петти, как и большинство экономистов прошлого, для упрощения отождествлял потребительскую корзину с количеством "хлеба, который... покрывает все средства существования, подобно тому, как в молитве "Отче наш" это подразумевается под словами "хлеб насущный""68. Как показал В. К. Дмитриев, этот способ моделирования зарплаты совместим с любым числом продуктов. В то же время его решение носит сугубо формальный характер - он прямо заявляет, что видит свою задачу в определении нормы прибыли, "не выходя из производственных условий", а потому просто допускает, что нужное ("одно такое") уравнение (или набор уравнений) находится в составе подсистемы продуктовых цен69. Неудивительно, что вскоре он открывает "общее правило" зависимости этих цен от "условий спроса и предложения". И хотя, завершая первый очерк, Дмитриев поясняет, что понимает под ними "в конечном счете условия потребления"70, искать их он отправляется, изменяя воспроизводственному подходу. Сначала он переходит на уровень частичного анализа равновесия на отдельном рынке (конец первого и второй очерк), а затем обращается к анализу индивидуального потребительского выбора (третий очерк).

Гораздо ближе к правильному решению подошел К. Маркс. В его схемах воспроизводства уравнение сектора потребительских продуктов явным образом включает как условия их производства на одной стороне, так и условия их потребления домохозяйствами рабочих и капиталистов - на другой71.

Надо признать наличие серьезной причины, не позволяющей принять эту концепцию. Коль скоро теория распределения в терминологии классиков - это специфическое название подзадачи определения факторных доходов, то в таком случае от нее следовало бы вообще отказаться. Самые веские субъективные основания противиться этому были у Рикардо, провозглашающего законы распределения национального дохода между общественными классами главной задачей политической экономии. Ведь если земельная рента не влияет на меновые пропорции, а зарплата и норма прибыли определяются историческим уровнем прожиточного минимума рабочих, то связь между факторными доходами и классовыми противоречиями теряется, что противоречит самому духу рикардианской теории. Быть может, поэтому Сраффа проигнорировал концепцию продуктовой зарплаты: сначала он формулирует зарплату как экзогенно задаваемую долю фонда оплаты труда в национальном доходе, а затем выдвигает гипотезу экзогенной нормы прибыли72.

В целом можно заключить, что концепция продуктовой зарплаты предвосхитила современное понимание множества потребительских предпочтений и стала прообразом недостающей в классической теории товарной экономики модели сектора домохозяйств. Из нее следует, что цены первичных ресурсов, а также норма прибыли устанавливаются


68 Петти В. Указ. соч. С. 72.

69 Дмитриев В. К. Указ. соч. С. 77 - 79.

70 Там же. С. 126.

71 Маркс К. Капитал. Т. 2. С. 445, 453 - 465.

72 Как заметил один из представителей неорикардианской школы, "эти объяснения в действительности являются до некоторой степени гипотезами "к случаю" (ad hoc). У скептика они создают впечатление, что норма прибыли определяется произвольно (arbitrarily-determined) и не имеет никакого реального основания, кроме, может быть, классового интереса буржуа" (Фан Ю.-К. О норме прибыли в моделях Рикардо-Дмитриева-Сраффы // Дмитриев В. К. Указ. соч. С. 563). В связи с этим весьма примечательно, что в своей критике неорикардианской теории М. Моришиме приходится демонстрировать, как уравнение выраженной через потребительские коэффициенты ставки зарплаты устраняет подчеркнутую в ней "неразрешимость" ценовой задачи (Morishima M. Ricardo's Economics... P. 19 - 22).

стр. 116

вместе с продуктовыми ценами, а не до или после них, а задача распределения конечного продукта неотделима от задачи ценообразования на продукты предпринимательского сектора экономики73.

Источники и последствия классических ошибок

Проведенное исследование показало, что, несмотря на многие формальные различия, содержательные ошибки классического анализа товарных отношений имеют общие причины. В первую очередь это касается его объекта и предмета. Объект ограничивается рамками предпринимательского сектора, модель которого подменяет собой модель товарной экономики. Соответственно предметом исследования оказываются структурные параметры товарного производства только продуктов.

Подобная узость проблемного поля естественным образом приводит к неполноценному моделированию условий ценовой задачи, которое выражается в подмене системы уравнений товарных цен (цен продуктов и первичных ресурсов) подсистемой уравнений только продуктовых цен74 и влечет за собой дисбаланс числа неизвестных переменных и уравнений. Как следствие, получить решение без дополнительных предпосылок невозможно, и у классиков не было иного выхода, как ужесточать условия ценовой задачи.

Сегодня известно, что аппарат линейной алгебры позволяет решать задачи, в которых число искомых переменных превышает число уравнений на единицу. Большее число избыточных (относительно числа уравнений) неизвестных допускается, только если между ними дополнительно задано функциональное отношение. На реализацию этих возможностей, как представляется, и были направлены усилия экономистов классической эпохи.

Во-первых, они были склонны упрощать технологические условия производства продуктов, для чего принимали допущения об отсутствии их промежуточного потребления, о единственности первичного ресурса или о межотраслевом равенстве структуры отраслевых наборов первичных ресурсов, необходимом для их количественной редукции. Во-вторых, они изучали способы искусственного сокращения числа неизвестных переменных посредством выбора счетного товара, ошибочного применения принципа замыкающих затрат для избавления от ренты (третьего факторного дохода), а также функционального агрегирования факторных доходов (в форме зависимости нормы прибыли от ставки зарплаты). В-третьих, стоит упомянуть также апелляции к институциональным факторам (аргументам классовой борьбы), преследующие цель вывести отношения распределения из сферы экономического анализа в область социологии.


73 В этом отношении "вспомогательная" теория распределения сама страдает недугом "логического круга" (См. об этом: Блауг М. Указ. соч. С. 165). Общее решение ценовой задачи мы предложили в статье: Бодриков М. Трудовая теория ценности... С. 126 - 128.

74 Эту черту отмечал, кстати, Вальрас, когда говорил об "английской теории цены продуктов" (Вальрас Л. Указ. соч. С. 334).

стр. 117

Перечисленные приемы представлены в наследии классиков в различных сочетаниях, что не только затрудняет восприятие, но и объясняет многообразие его интерпретаций. Однако за всеми этими формальными ухищрениями скрывается содержательная неполноценность модели изучаемого объекта. В товарной экономике как товары обращаются не только производимые продукты, но и первичные ресурсы. Поэтому наряду с предпринимательским сектором в ее модели должен фигурировать сектор домохозяйств, реализующий своеобразные технологии товарного производства первичных ресурсов посредством потребления продуктов предпринимательского сектора. Применительно к задаче ценности это означает, что в составе системы ценовых уравнений наряду с уравнениями продуктовых цен обязательно присутствие уравнений цен первичных ресурсов.

Отмеченный недостаток усугубляется неадекватностью имевшегося в распоряжении классиков аналитического инструментария задаче структурного анализа товарной экономики75. Поэтому, даже если бы им удалось его избежать, рано или поздно они все равно должны были зайти в тупик. Во-первых, неспособность реализовать воспроизводственный подход к общему анализу товарной экономики ограничивает их внимание к частичным (а порой даже локальным - на уровне отдельных торговых операций) аспектам анализа. Во-вторых, они регулярно смешивают аналитические режимы и, постулируя независимость нормальных (долгосрочных) цен от влияния краткосрочных факторов спроса и предложения, впоследствии изменяют своему определению и возвращаются к краткосрочному анализу. В-третьих, они манипулируют предметом исследования и не только легко переходят от статического состояния товарной экономики к динамическому, но и не различают стационарные и нестационарные траектории.


75 Хотя первые математические работы, посвященные решению систем линейных уравнений, появились еще в конце XVIII в. (например, решение системы двух уравнений Г. Крамер предложил в 1750 г.), общая теория линейной алгебры сформировалась только во второй половине XIX в.


© libmonster.ru

Permanent link to this publication:

https://libmonster.ru/m/articles/view/КЛАССИЧЕСКАЯ-ТЕОРИЯ-ЦЕННОСТИ-СОВРЕМЕННОЕ-ЗВУЧАНИЕ-НЕРЕШЕННЫХ-ПРОБЛЕМ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Alexei GelmanContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://libmonster.ru/Gelman

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

М. БОДРИКОВ, КЛАССИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ ЦЕННОСТИ: СОВРЕМЕННОЕ ЗВУЧАНИЕ НЕРЕШЕННЫХ ПРОБЛЕМ // Moscow: Russian Libmonster (LIBMONSTER.RU). Updated: 28.09.2015. URL: https://libmonster.ru/m/articles/view/КЛАССИЧЕСКАЯ-ТЕОРИЯ-ЦЕННОСТИ-СОВРЕМЕННОЕ-ЗВУЧАНИЕ-НЕРЕШЕННЫХ-ПРОБЛЕМ (date of access: 01.08.2021).

Found source (search robot):


Publication author(s) - М. БОДРИКОВ:

М. БОДРИКОВ → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Alexei Gelman
Норильск, Russia
1921 views rating
28.09.2015 (2134 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes
Related Articles
Анонс Изучение новой теории электричества, пожалуй, нужно начинать с анекдота, который актуален до сих пор. Профессор задаёт вопрос студенту: что такое электрический ток. Студент, я знал, но забыл. Профессор, какая потеря для человечества, никто не знает что такое электрический ток, один человек знал, и тот забыл. А ларчик просто открывался. Загадка электрического тока разгадывается, во-первых, тем что, свободные электроны проводника не способны
Catalog: Физика 
Как нам без всякой мистики побеседовать с человеческой душой и узнать у нее тайны Мира.
Catalog: Философия 
2 days ago · From Олег Ермаков
АВГУСТ ФОН КОЦЕБУ: ИСТОРИЯ ПОЛИТИЧЕСКОГО УБИЙСТВА
3 days ago · From Россия Онлайн
ОТТО-МАГНУС ШТАКЕЛЬБЕРГ - ДИПЛОМАТ ЕКАТЕРИНИНСКОЙ ЭПОХИ
Catalog: Право 
3 days ago · From Россия Онлайн
ПРОТИВОБОРСТВО СТРАТЕГИЙ: КРАСНАЯ АРМИЯ И ВЕРМАХТ В 1942 году
3 days ago · From Россия Онлайн
ИСТОРИЯ ДВУСТОРОННИХ ОТНОШЕНИИ РОССИИ И БОЛГАРИИ В XVIII-XXI веках
Catalog: История 
3 days ago · From Россия Онлайн
Г. С. Остапенко, А. Ю. Прокопов. НОВЕЙШАЯ ИСТОРИЯ ВЕЛИКОБРИТАНИИ XX - начала XXI века.
Catalog: История 
4 days ago · From Россия Онлайн
ЭУДЖЕНИО КОЛОРНИ: АНТИФАШИЗМ, ЕДИНАЯ ЕВРОПА, СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ ИДЕЯ И ФЕДЕРАЛИЗМ
Catalog: История 
4 days ago · From Россия Онлайн
МЕЖДУ "ПРОЛЕТАРСКИМ ИНТЕРНАЦИОНАЛИЗМОМ" И "СЛАВЯНСКИМ БРАТСТВОМ". РОССИЙСКО-ЮГОСЛАВСКИЕ ОТНОШЕНИЯ В КОНТЕКСТЕ ЭТНОПОЛИТИЧЕСКИХ КОНФЛИКТОВ В СРЕДНЕЙ ЕВРОПЕ
Catalog: История 
4 days ago · From Россия Онлайн
Великая война 1914-18 гг. Наградной лист от 09.06.1915 на Начальника пулеметной команды 10-го Кубанского пластунского батальона, Прапорщика Ивана Дмитриева. Обоснования награждений орденами Св. Анны 4 ст. с надписью "За храбрость" (Аннинское оружие) за бои на ст. Сарыкамыш (Кавказский фронт), Св. Станислава 3 ст. с мечами и бантом, за бои в Галиции (Юго-Западный фронт), производства в чин хорунжего, за бои в с.Баламутовка (Юго-Западный фронт, Буковина,).

Actual publications:

Latest ARTICLES:

Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
КЛАССИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ ЦЕННОСТИ: СОВРЕМЕННОЕ ЗВУЧАНИЕ НЕРЕШЕННЫХ ПРОБЛЕМ
 

Contacts
Watch out for new publications: News only: Chat for Authors:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Russian Libmonster ® All rights reserved.
2014-2021, LIBMONSTER.RU is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Russia


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones