Libmonster ID: RU-10472

"Краткие сведения о докладах и полевых исследованиях Института истории материальной культуры имени Н. Я. Марра Академии наук. СССР". Изд. АН СССР. Вып. 1 - Х. М. - Л. 1939 - 1941.

В конце 1941 г., когда Ленинград сжимало кольцо блокады, там вышел X выпуск "Кратких сообщений ИИМК".

Начав с сравнительно небольшого по объёму первого выпуска в 1939 г., "Краткие сообщения ИИМК" очень быстро развились в объёмистые книжки, насыщенные сведениями о новых научных открытиях, публикациями и рефератами. Выход их в свет был всегда радостным событием на историческом фронте. Орган Института превращался постепенно в регулярно выходящий журнал, на страницах которого освещалась не только деятельность Института, но и важнейшие работы местных учреждений и отдельных исследователей.

Десять выпусков "Кратких сообщений ИИМК" 1 , вышедших за короткий срок, за два с небольшим года, из которых последний был годом войны, содержит свыше 160 статей, сообщений, рефератов и публикаций. Они отражают различные области археологических знаний и деятельности Института, а также свидетельствуют об обогащении всей советской археологии новыми памятниками, открытыми за этот короткий срок. При этом нужно помнить, что в "КС" отражена далеко не вся работа советских археологов, так как значительная её часть публиковалась в органе Института - "Советской археологии" 2 - я капитальной археологической серии "Материалы и исследования по археологии СССР" 3 .

Наиболее полно отражён в "КС" раздел палеолита и неолита: ему посвящено более 45 статей и заметок. И это естественно, так как именно в этой области за последние годы было сделано много новых открытий и проведено немало археологических исследований. За период существования советской власти, территория России ещё более обогатилась памятниками древнейшей поры истории человечества. Крым и Средняя Азия, Украина и арктический Север, Южный Урал и дальний северовосток Сибири включались в археологическую карту палеолита и неолита СССР. О размахе археологической работы и развитии научной методики, сочетающей археологический метод с методами геологии, палеозоологии, палеонтологии, антропологии, палеоботаники и почвоведения, свидетельствует обзор 67 докладов, сделанных на III конференции по изучению четвертичного периода, состоявшейся в Киеве в 1939 г. и посвященной итогам научных достижений 1938 г. (III, 44 - 53).

Одним из крупнейших по значению районов палеолитических местонахождений является Украина и, в частности, берега Десны. П. И. Борисковский исследовал наиболее раннюю верхнепалеолитическую стоянку под Новгородом-Северским (Пушкари I) с хорошо сохранившимися следами большого коллективного жилища - полуземлянками площадью около 50 кв. м, с очагами и скоплением костных остатков животных; стены жилища были укреплены в нескольких местах вертикально вкопанными костями мамонта (II, 10 - 12; IV, 34 - 36). Последующие раскопки памятника позволили дать приблизительную реконструкцию этого жилища (VII, 81 - 86). Раскопки другой верхнепалеолитической стоянки - Костенки IV на Дону - дали исключительно интересный комплекс из двух больших, коллективных жилищ (34X5,5 и 21X5,5 м), представлявших собой неглубокие длинные выемки с очагами и шалашеобразными двускатными покрытиями. Повидимому, эти жилища входили в состав крупного посёлка и размещались по определённому плану (ст. А. П. Рогачёва, IV, 36 - 41). Палеолитическое местонахождение на реке Сейме, близ Рыльска, намечает связующее звено между изученными районами палеолитических местонахождений Дона и Десны (ст. С. Н. Замятнина, VIII, 96 - 101). Произведённое Трубчевским музеем обследование среднего течения Десны выявило ряд новых памятников переходного к неолиту типа и неолитических (ст. В. П. Левенок, X, 95 - 99).

Количество пунктов местонахождений памятников позднего палеолита в Крыму достигает ста. Критический пересмотр материала ряда местонахождений кремнёвой индустрии позволил С. Н. Бибикову отнести значительную их часть к неолитической поре, чем заполняется существовавший до того времени и не поддававшийся объяснению перерыв в цепи археологических этапов между палеолитом и ранним металлом в Крыму (IV, 26 - 31). Подвергнутая специальному изучению кисть человека из стоянки в гроте Кюик-Коба свидетельствует о том, что рука древнего обитателя Крыма ещё хранила черты универсальной, но примитивной хватательно-опорной лапы (ст. Г. А. Бонч- Осмоловского, II, 6 - 8) 4 .

Среди новых среднеазиатских палеолитических памятников первое место, бесспорно, принадлежит открытой А. П. Окладниковым в гроте Тешик-Таш в отрогах Гиссарского хребта (югозападный Узбекистан) стоянке раннего палеолита; в культурном слое были обнаружены вторые в СССР останки неандертальского человека -


1 В дальнейшем "Краткие сообщения ИИМК" обозначаются "КС", римская цифра в скобках обозначает номер выпуска "КС", а арабская - страницу.

2 В дальнейшем "Советская археология" обозначается "СА".

3 В дальнейшем "Материалы и исследования по археологии СССР" обозначаются; МИА СССР".

4 См. монографию Бонч-Осмоловского Г. А. о памятнике Грот Кюик- Коба. Палеолит Крыма. Вып. I. M. - Л. 1940, и рецензию А. П. Окладникова ("КС", IX. 125 - 128).

стр. 93

ребёнка 8 - 10 лет (II, 8 -9) 1 . Этим же исследователем был изучен синхронный Тешик-Ташу памятник - временное убежище в гроте Амир-Темир в горах Байсун-Тау (VI, 67 - 69). Найденные покойным Г. В. Григорьевым следы среднепалеолитической стоянки в Самарканде дали предварительные указания, облегчающие дальнейшие поиски памятников палеолита в Средней Азии (VIII, 89 - 90).

Южноуральская экспедиция, руководимая С. Н. Бибиковым, нашла лишь в бассейне реки Юрюзани 6 палеолитических пещерных стоянок, заполняющих в известной мере огромное "белое пятно" на карте палеолита между Волгой и Томском. В пещере Бурановской было найдено также неолитическое погребение и, повидимому, относящееся к этому периоду изображение лося и гарпуна, сделанное охрой на стене пещеры (III, 35 - 39). Новой точкой на археологической карте Приуралья является открытая М. В. Талицким верхнепалеолитическая стоянка в пойме реки Чусовой, близ Молотова, со следами временных шалашеобразных жилищ и кострищ (IV, 41 - 42).

Обзор новых палеолитических местонахождений Южной Сибири и опыт их исторической периодизации сделан Г. П. Сососновским (VII, 86 - 90). Открытая А. П. Окладниковым в 1936 г. верхнепалеолитическая стоянка на реке Ангаре, около села Буреть, является одним из крупнейших памятников каменного века в Сибири. Раскопки 1936 - 1940 гг., произведённые с исключительной тщательностью, позволили дать детальную реконструкцию посёлка человека начала послеледниковой эпохи (V, 40). Жилища представляли собой овальные в плане шалаши площадью около 25 кв. м, построенные в основном из костей животных; нижние стойки из крупных костей мамонта были упрочены каменными плитами и целыми черепами носорога; для сооружения кровли жилища человек использовал рога северного оленя, переплетая и связывая их между собой. Жилища Бурети объясняют огромное скопление оленьего рога Мальтинской (Сибирь) и Шуссенридской стоянок. Они сходны также с жилищами эскимосов и чукчей северовостока Сибири и Америки и дают возможность включить в исследование сибирского палеолита этнографический материал. Найденная в Бурети женская статуэтка передаёт характерную тяжёлую меховую одежду чукотско-эскимосского типа (V, 59 - 61; X, 16 - 31). Недалеко от раскопок посёлка было обнаружено позднейшее неолитическое семейное погребение мужчины, женщины и ребёнка, интересное по ритуалу и хорошо сохранившимся деталям убора (VII, 90 - 93).

Вопросам древнейшей истории народов Сибири и Севера было посвящено специальное совещание комиссии по этногенезу АН СССР. Доклады, зачитанные на совещании, опубликованы в IX выпуске "КС". Доклад А. П. Окладникова, давший сводную картину сибирского неолита, показал, что уже в это время намечаются территориальные группировки древних племён Сибири, у которых можно установить точки соприкосновения с культурой позднейших племён Сибири. Так, например, одежда энеолитических жителей Прибайкалья очень близка костюму современных эвенков, верования которых объясняют многое в неолитическом погребальном ритуале (IX, 5 - 18). Работа В. Н. Чернецова по этногенезу обских югров намечает основные этапы истории Среднего и Нижнего Приобья на материале открытых автором интереснейших памятников II тысячелетия до н. э. - I тысячелетия н. э. Процесс этногонии хантов (остяков) и манси (вогулов) заканчивается к V в. н. э.; одним из его условий были связи племён северозападной Сибири со степными скотоводческими племенами, носителями традиций скифо-сарматской культуры (IX, 18 - 28). Работы С. А. Токарева (IX, 58 - 62) и А. П. Окладникова (IX, 63 - 79) посвящены происхождению якутов. Ленская археологическая экспедиция, руководимая А. П. Окладниковым, открыла в долине Лены, между Якутском и Олекминском, ряд памятников неолита и бронзы Якутии, положив тем самым прочное основание изучению древнейшей истории племён, из которых сложилась народность якутов-сахаларов. Статья А. В. Мачинского о памятниках древней эскимосской культуры на Чукотке освещает вопрос о связях населения крайнего северовостока Сибири неолитической поры (IX, 80 - 89).

Особую группу памятников каменного века даёт территория Карело-Финской ССР, обладающая большим количеством стоянок и местонахождений от арктического палеолита, открытого и изученного Б. Ф. Земляковым (II, 12 - 13; VII, 21 - 27), до позднего неолита. Исследованиями последних лет установлено, что каменный век на территории Карело-Финской ССР продолжался до середины I тысячелетия до н. э. (ст. В. И. Равдоникаса, VII, 11 - 15). Озёрный край дал за последние годы ряд первоклассных памятников неолита. Знаменитый неолитический могильник на Оленьем острове Онежского озера, состоявший из 150 погребений с богатейшим инвентарём, открытый и изученный В. И. Равдоникасом и Н. Н. Чернягиным, отражён в "КС" лишь одной заметкой Е. В. Жирова об антропологическом облике оленеостровцев, обнаруживающем монголоидные черты (VI, 51 - 54) 2 .

Поздненеолитическим поселениям северо-восточного берега Онежского озера посвящены статьи Н. Н. Гуриной (V, 62 - 64; VII, 28 - 36). Из этих памятников интересна стоянка на мысу Вой-Наволок 9, давшая картину рыболовецкого посёлка с рядом зимних полуземляночных жилищ и летних лёгких шалашей и навесов. Обилие грузил свидетельствует о ловле рыбы сетями; орудия изготовлены преимущественно из кварца и роговика. Длительное переживание неолита


1 См. Окладников А. П. Неандертальский человек и следы его культуры в Средней Азии. "СА", VI, 5 - 22.

2 Более подробная информация в статье В. И. Равдоникаса. "СА", VI.

стр. 94

в Прионежье автор объясняет устойчивостью хозяйственной основы жизни - рыболовства. Работы 1940 г. увеличили количество неолитических стоянок; среди них особенно интересно поселение Оров-Наволок (1200 - 800 лет до н. э.), где неолитический в основной массе инвентарь сопровождался находками следов меди или бронзы (IX, 114 - 120). С новыми памятниками каменного века в северной полосе Европейской части СССР знакомят статьи В. И. Смирнова и Б. Ф. Землякова (стоянка на реке Кузнечихе в Архангельске; IX, 90 - 101), Г. А. Чернова (стоянки Большеземельской тундры; IX, ,101 - 111) и Г. И. Горецкого (стоянки около г. Кеми; IX, 111 - 114).

Так же плодотворны были работы археологов в лесном Заволжье и Верхнем Поволжье. В статье А. Я. Брюсова об археологических исследованиях в Вологодской области 1937 - 1940 гг. (X, 99 - 108) охарактеризован ряд новых неолитических памятников конца III начала II тысячелетий до н. э. Из них наибольший интерес представляет свайное поселение на реке Модлоне, хорошо сохранившее конструкцию жилищ и исключительно богатое находками (до тысячи на 1 кв. м), в том числе изделиями из кости и дерева. На небольшом участке Верхней Волги О. Н. Бадер обнаружил 36 неолитических памятников второй половины III и II тысячелетия до н. э.; в районе Петровских озёр были постоянные посёлки, откуда население выходило к берегам Волги для сезонной рыбной ловли, оставив здесь следы своего временного пребывания. Сопоставление верхневолжских памятников неолита с памятниками раннего металла (фатьяновская культура) позволило О. Н. Бадеру утверждать, что эти памятники принадлежали разным племенам, находившимся на различных этапах хозяйственного развития (II, 13 - 14). Интересное неолитическое жилище на притоке Молоти - реке Яне - описано в заметке Л. Я. Крижевской (VIII, 102 - 105). Краткое изложение большой работы по историческому обобщению и археологической периодизации памятников I тысячелетия до н. э. в Верхнем Поволжье даёт статья П. Н. Третьякова (II, 24 - 26) 1 .

Северокавказская экспедиция ИИМК дала исключительно богатые результаты, отражённые лишь в краткой информации покойного А. П. Круглова о работах 1939 г. (V, 65 - 69). Основной отчётный и исследовательский материал экспедиции был опубликован Институтом в специальном томе "Материалы по археологии Кабардино-Балкарии: неолитический могильник в Нальчике, поселение эпохи бронзы у хутора Долинского и др. ("МИА СССР" N 3). В III и V выпусках "КС" помещены две работы Б. Б. Пиотровского по истории Урарту, сделанные с характерной для автора широтой эрудиции и обстоятельностью аргументации. В статье "Урарту и Закавказье" освещаются значение Ванского царства, в древней истории и истории культуры Закавказья и роль урартов в этногонии закавказских народов. Статья "Припонтийские халдеи и урарты" посвящена чрезвычайно важному опросу - о неправильном отождествлении припонтийских халдеев с урартами. В большой статье Б. А. Куфтина "К вопросу о ранних стадиях бронзовой культуры на территории Грузии" (VIII, 5 - 36) дана сжатая характеристика культуры открытых автором погребальных памятников Триалети середины II тысячелетия до н. э., поразительных по варварской роскоши погребального ритуала и драгоценного инвентаря. Труд автора "Археологические раскопки в Триалети" (т. I, 1941) удостоен Сталинской премии.

Работа по эпохе бронзы отражена в "КС" лишь немногими мелкими заметками 2 . Б. Е. Деген-Ковалевский сделал попытки уточнить датировки "больших Кубанских курганов", определив их время рубежом II и I тысячелетий до н. э. (II, 14 - 17). Ю. В. Подгаецкий опубликовал краткую информацию о новых памятниках бронзовой эпохи на Среднем Дону конца II - начала I тысячелетия до н. э., характеризующихся значительным развитием металлургии (II, 17 - 19).

Генезису ананьинской культуры посвящена статья А. В. Збруевой. В эпоху бронзы граница лесостепи находилась значительно севернее, в связи с чем в Прикамье встречаются поздние памятники степной бронзы. Воздействие более передовой степной культуры привело к упрочению скотоводства и земледелия, являющихся хозяйственной основой общества ананьинского этапа; вторым конституитивным элементом ананьинской культуры была предшествующая ей лесная так называемая сейминская культура, от которой идут формы основных орудий труда ананьинской эпохи (IX, 37 - 42). Антропологический тип людей этого времени, по данным Т. А. Трофимовой, обнаруживает монголоидные черты, указывающие на начавшееся ещё в доананьинскую пору смешение европеоидного и монголоидного типов на границе леса и степи (IX, 42 - 47). Первичная информация об археологических работах Куйбышевской экспедиции и наиболее интересном памятнике - Луговском могильнике, - изученном А. В. Збруевой, существенно дополняет данный круг вопросов (X, 108 - 111).

Статьи Г. П. Сосновского (VIII. 36 - 42) и А. П. Окладникова (VIII, 106 - 112) о погребениях на Ангаре (VII-II вв. до н. э.) дают материал для характеристики местных таёжных племён, обладавших своеобразной культурой, отличающейся от сибирской степной. Писаницы (рисунки на камне) того же времени, изданные Г. П. Сосновским, представляют интересные изображения животных и облавной охоты на оленей (VI, 54 - 58). Заметка К. В.Сальникова


1 См. Третьяков П. Н. К истории племён Верхнего Поволжья в первом тысячелетия н. э. "МИА СССР" N 5. М. и Л. 1941.

2 Значительное число крупных работ этого раздела помещено в I т. "МИА СССР" - "Археологические памятники Урала и Прикамья". М. и Л. 1941.

стр. 95

о раскопках городища Чудаки (Челябинская область) даёт описание интереснейшего поселения второй половины I тысячелетия до н. э. с рядом больших (до 130 кв. м) и малых полуземляночных жилищ патриархальных семей (V, 69 - 71). Истории древнейшей сибирской металлургии посвящены заметки С. С. Черникова (район верховьев Иртыша; II, 22 - 23) и А. А. Иессена (Приенисейский край; V, 45 - 47), дающие ценные сведения не только исторического, но и практического значения (вопрос о месторождениях олова).

Великолепные памятники культуры древнекыргызской (хакасской) аристократии VII-X вв. н. э. открыты С. В. Киселёвым и Л. А. Евтюховой - богатейшие погребения в каменных курганах Копёнского чаатаса (могильника). Предварительные данные о них опубликованы в "КС". Драгоценные изделия из золота и серебра, прекрасно орнаментированные сосуды, набор седельных блях, образующих целые охотничьи сцены, по-новому освещают сложный характер искусства и культуры азиатских степей, близкой сассанидскому Ирану и Китаю эпохи Тан (III, 39 - 42).

Большая и многообразная работа специалистов ИИМК как в области непосредственного полевого исследования древнейших памятников истории человека в СССР, так и в плане широкого обобщения добытых новых материалов подготовила коллектив к выполнению труднейшей задачи - написанию I тома "Всемирной истории". Работа эта, прерванная войной, нашла частичное отражение в "КС". Удачным образцом новой исторической интерпретации обширного археологического материала европейского неолита является статья Е. В. Кричевского "Мезолит и неолит Европы" (IV, 6 - 12), в которой автор даёт целостную историческую концепцию рождения неолита, появления его различных вариантов, их эволюции и перехода к новому этапу - культуре раннего металла. На место антиисторической концепции буржуазной археологии, сводившей сложную картину жизни неолитической Европы к скрещениям и передвижениям четырёх "культурных кругов", автор поставил вполне конкретную, определяемую процессом выделения земледельческих и скотоводческих племён эволюцию европейской культуры III - II тысячелетий до н. э. Развитием и детализацией тем этой работы является статья того же автора "Из истории Дунайского Понизовья в неолитическую эпоху" (VIII, 49 - 62).

К числу подобных же исследований, посвящённых вопросам древнейшей культуры человечества, относятся статье "А. П. Окладникова о происхождении Лука и его месте в истории первобытного человека (V, 17 - 22) и П. И. Борисковского "Освоение огня" (VI, 47 - 51)".

Разделу античной археологии посвящены 14 статей и заметок, касающихся главным образом вопросов археологического изучения античных колоний Северного Причерноморья. Статьи Т. Н. Книпович о новых работах по раскопкам Ольвийского некрополя дают предварительную публикацию новых погребений архаического времени, свидетельствующих о различиях культуры местного населения и греческих колонистов (VI, 80 - 82; X, 112 - 120) 2 . Та же проблема ставится в заметке О. А. Артамоновой о следах древнейшего догречсекого поселения VII-VI вв. до н. э. на острове Березань с остатками жилищ чрезвычайно примитивных форм, ввиде ямы-землянки (V, 49 - 54).

Статья П. Н. Шульца о раскопках Варварского поселения на правом берегу Буга, в 42 км выше Ольвии, также содержит интересные данные о материальной культуре местного негреческого населения, сохраняющего в сравнительно поздний период (IV в. до н. э.) свой архаический облик. Открытый раскопками жилищно-хозяйственный комплекс состоял из ряда колоколообразных землянок, связанных между собой подземными, вырытыми в лёссе ходами и представлявших в этом смысле прототип позднейших славянских грунтовых жилищ. С жилищами связаны ямы для хранения хозяйственных припасов. Повидимому, население посёлка было ещё полукочевым, и скотоводство составляло важнейшую отрасль его хозяйства, но в то же время оно было знакомо и с земледелием (V, 71 - 75).

Особый раздел работы античного сектора ИИМК составляла деятельность Боспорской экспедиции, начавшей с 1932 г. систематические раскопки боспорских городов Мирмекия и Тиритаки (см. доклад В. Ф. Гайдукевич, I, 6 - 7). Специальная статья В. Ф. Гайдукевич о раскопках Тиритаки знакомит читателя с рядом интересных открытий, сделанных Боспорской экспедицией ИИМК в 1939 году. Они подтвердили предположение, что Тиритака была специфическим промышленным центром, важнейшим промыслом которого была засолка рыбы. Засолочные ванны занимали в I - III вв. н. э. значительную часть городской территории. Открытые в 1939 г. 5 рыбозасолочных ванн общим объёмом около 42 куб. м характеризуют масштаб заготовок, рассчитанных, несомненно, на экспорт. При одном из рыбозаготовительных комплексов была найдена плотно закупоренная амфора IV-V "в. н. э, с остатками нефти, что свидетельствует об использовании нефти в качестве горючего уже 1500 лет назад. В открытых в этом же раскопочном сезоне остатках городского дома позднеримского времени, погибшего от пожара, сохранился интересный вещевой инвентарь домашнего обихода и хозяйства. При доме была небольшая рыбозасолочная ванна,


1 Более 20 крупных работ по истории каменного века опубликовано в специальном томе "МИА СССР" - "Палеолит и неолит СССР". М. и Л. 1941.

2 Отчеты о раскопках Ольвии в 1935- 1936 гг. вместе с материалами и исследованиями изданы в I томе "Ольвия" Институтом археологии АН УССР. Киев. 1940. См. рец. В Ф. Гайдукевич. КС", X, 130 - 136.

стр. 96

видимо, для заготовки домашних припасов, а также небольшой "тарапан" для выжимки винограда. Вместе с открытой крупной винодельней II в. до н. э. эта частная винодельня III-V вв. н. э. даёт интересный материал для характеристики виноделия на Боспоре. Жизнь в Тиритаке продолжалась до VI-VII вв., когда город прекратил своё развитие (IV, 54 - 58). Одной из ценнейших находок - тиритакскому монетному кладу - посвящена специальная статья А. Н. Зографа (VI, 58 - 61); клад содержит 2093 монеты, относящиеся к 234 - 276 гг. н. э., и является исключительно ценным источником для изучения истории Боспора и, в частности, для характеристики денежного кризиса, постигшего экономику Боспора в середине III в. 1 .

Большой исследовательский опыт коллектива антиковедов ИИМК позволил подойти к решению сложной задачи написания капитальной "Истории античной культуры", работа над которой успешно велась до войны.

Археологическое Изучение территории Средней Азии получило со времени существования советской власти необычайно широкий размах. С результатами работы за период 1919 - 1939 гг. знакомит обзор А. Ю. Якубовского (VI, 14 - 23). Институт принимал участие в больших экспедициях, осуществлявшихся рядом организаций, что позволило охватить археологическим исследованием обширные районы Средней Азии и поставить крупные стационарные раскопки.

Интереснейшие результаты работы Хорезмской экспедиции 1937 - 1939 гг., возглавлявшейся С. П. Толстовым, отражены лишь обзором итогов работ 1939 г., в организации которых принимали участие 8 учреждений, представлявших 4 республики и 5 городов. Собранные экспедицией обширные материалы открыли неизвестную до того древнюю культуру Хорезма, памятники которой были погребены в песках Каракумов и Кызылкумов. Археологическая карта значительной части Хорезма включает теперь памятники огромного периода - от неолита до эпохи великих хорезмшахов. Открыты разнообразные типы поселешй и изучена их история, обследованы интереснейшие памятники архитектуры и изобразительного искусства, найдены хорезмийские монеты и другие многочисленные источники, позволяющие судить о своеобразии и высоком уровне культуры Хорезма. Раскопки городища Джанбас-Калы открыли богатое вещевыми находками сооружение последних веков до н. э. - атеш-кеде (храм огня), служившее домом общественных собраний (последние века до н. э.). Это позволило сделать вывод о значительных пережитках первобытно- общинного строя в быту эллинистического Хорезма. Изучен первый точно датированный комплекс античной харезмийской культуры - крепость Аяз-Калы (конец I-начало II в. н. э.). Обследование зоны мёртвого Беркут-калинского канала и арыка Чермен-яб выяснило интересные стороны древней ирригации и истории культурных земель Хорезма, а также систему крепостей и фортов XI- XIII вв., защищавших торговые пути Хорезма (VI, 70 - 79).

Экспедиция 1939 г. в долину реки Заравшана положила начало археологическому изучению города Пайкенда и продолжала раскопки городища Тали-Барзу в центре Согда, начатые Г. В. Григорьевым в 1936 году. Культурные наслоения памятника охватывают время от I тысячелетия до п. э. до начала VIII в. н. э. и достигают 18 метров. Раскопки позволили наметить основные вехи истории древнего города Ривдада - столицы домусульманских владетелей Согда - и дали многообразный материал по истории культуры и искусства. Не меньший исторический интерес представляет открытие согдийского замка VII- VIII вв. н. э. на горе Муг: здесь были найдены документы из архива согдийского царя, написанные на бумаге, коже и палках (VI, 24 - 34). Раскопки города Варахша - столицы владетелей Бухарского оазиса III-IV вв., - произведённые В. А. Шишкиным, привели к открытию развалин дворцового здания, украшенного росписью и прекрасной алебастровой скульптурой, свидетельствующими о высоком развитии искусства, связанного с искусством Индии (X, 3 - 15). Раскопки древнего Термеза позволили установить с большой полнотой историю города от III в. до н. э. до XVIII - XIX вв. и открыли ряд архитектурных памятников различных эпох, остатки городской канализации, роскошный дворец правителей Термеза XI-XII вв. площадью около 7 тыс. кв. м с богатой декоративной отделкой и другие объекты (VIII, 113 - 116).

Археологические исследования 1939 г. в Семиречье, производившиеся под руководством А. Н. Бернштама, охватили ряд памятников. Беркарринский могильник III в. до н. э. - II в. н. э. около озера Бийли-Куль дал богатый материал для характеристики древних кочевых племён Казахстана. Обследование Алмаатинской области выяснило в основных чертах древнюю историческую географию края и определило местонахождение и характер культурных напластований древней столицы кочевников-карлуков Коялык- Койлык. В 1939 г. был открыт Кенкольский могильник на реке Талас, раскопки которого дали блестящие находки, в том числе хорошо сохранившиеся ткани и одежды, предметы вооружения и т. п., освещающие культуру кочевников рубежа н. э. Исследования Чуйской долины были завершены составлением её археологической карты, одновременно были начаты стационарные работы на древних урочищах городов Сарыга и Беласугуна (IV, 42 - 48).

Специальная статья А. Н. Бернштама (VI, 34 - 43) посвящена истории согдийской колонизации Семиречья. В другой статье автор публикует данные о первоклассном памятнике прикладного искусства - золотой


1 Отчётные материалы раскопок Тиритаки и Мирмекия за 1932 - 1934 гг., а также ряд исследований отдельных объектов опубликован ИИМК вместе с отчётами о раскопках Херсонеса (1931 - 1933) в томе "МИА СССР" - "Археологические памятники Боспора и Херсонеса". М. -Л. 1941.

стр. 97

диадеме из найденного в Каргалинском ущелье в 1939 г. погребения. Автор определяет его как погребение шамана начала н. э. и считает диадему шаманским головным убором (V, 23 - 31). Социалистическое переустройство Средней Азии и связанные с ним огромные ирригационные работы поставили перед археологами задачу - осуществить археологический .надзор за этим гигантским строительством. Статья М. Е. Массона даёт краткое представление об интереснейших материалах, полученных в итоге наблюдения за строительством Большого Ферганского канала имени И. В. Сталина, давшего как бы грандиозный "археологический разрез" Ферганской долины (VI, 52 - 54).

Важнейшей проблемой, разрабатывавшейся ИИМК в последние годы, была этногония славян и в особенности восточных славян. Формирование древнейшей культурной общности племён Поднепровья, Поднестровья и Повисленья, как показывает интересная работа Е. Ю. Кричевского (III, 3 - 13), намечается уже на грани неолита и бронзы. На этой огромной территории и складываются протославянские племена (венеды, лугии, племена Дакии и др.). Археологические памятники Поднепровья позволяют установить линию связи от скифов-земледельцев к восточным славянам-антам. Праславянские племена Среднего и Верхнего Поднепровья в первой половине I тысячелетия н. э. отличались друг от друга по уровню культурного развития: северные племена были более отсталыми. Борьба славянства с Византийской империей в VI-VII вв. вызвала передвижение северных племён к югу, консолидацию восточного славянства и окончательное сложение в последующие столетия в условиях борьбы с воинственными соседями основ русского государства (доклад М. И. Артамонова; VI, 3 - 14). Рефераты докладов П. Н. Третьякова, посвященных результатам углублённого исследования славянства, особенно лесной полосы (II, 3 - 5; V, 10 - 16), отражают итоги больших работ, опубликованных в I томе специальной серии "Этногенез славян" 1 , поэтому в "КС" эти конкретные штудии нашли очень слабое отражение. Статья М. А. Тихановой посвящена мало разработанному в науке вопросу о роли района Западного Причерноморья (Дакии и Нижней Мезии) в развитии культуры Поднепровья и Поднестровья в первые века н. э. (VIII, 67 - 71).

Информационная заметка Г. П. Гроздилова подводит краткие итоги изучения памятников I тысячелетия н. э. в Волхово-Мсатинском районе (II, 26 - 27). Война прервала начатую в 1940 г. обширную работу Славянско днепровской экспедиции, которая ставила своей задачей выявление и изучение славянских памятников I тысячелетия н. э. С программой и результатами работ 1940 г. знакомит статья руководителя экспедиции П. Н. Третьякова (X, 120 - 124).

Большая работа ИИМК в области поисков, исследования и обобщения новых памятников истории СССР с древнейших времён и до позднего средневековья, отражённая в рассмотренных выпусках "КС" лишь в небольшой мере, послужила основой для успешного разрешения коллективом Института сложнейшей задачи - написания первых двух томов капитальной "Истории СССР". В них в систематическом и целостном изложении дана история колоссальной территории Союза от появления на ней человека и до образования Киевского государства 2 .

В области русской археологии особый интерес представляют отдельные статьи М. К. Каргера, посвященные археологическим раскопкам последних лет в Киеве. История Киева до эпохи Владимира Святого получила теперь предварительное освещение. В VIII-IX вв. на месте современного города было три отдельных городища. Одно занимало небольшую площадь на отроге Киевской горы, второе располагалось на Щекавице, третье - на Киселёвке. Языческие некрополи этих городищ содержат погребения горожан- ремесленников и воинов-дружинников. В эпоху Владимира ров, отделявший древнее городище на Горе, был засыпан и на его месте построена Десятинная церковь (I, 9 - 10; VI, 61 - 66). Раскопки остатков древнейшего памятника русского зодчества - Десятинной церкви, - помимо ценных историко- архитектурных сведений, дали ряд новых чрезвычайно интересных археологических данных. Таковы погребения X и XI веков. Одно из них, по предположению автора, является погребением князя Ростислава Мстисливича (1093 г.) и замечательно тем, что сохраняет при христианском ритуале старую, языческую традицию положения трупа с оружием, в данном случае мечом с великолепно отделанными серебром ножнами (IV, 12 - 20). Второе погребение, обнаруженное под фундаментом Десятинной церкви, принадлежало к языческому некрополю X в. и содержало останки богатого дружинника-воина, погребенного в срубе с оружием и боевым конём (V, 79 - 82).

Особый интерес представляет открытие тайника Десятинной церкви, тщательное исследование которого позволило воскресить один из трагических эпизодов обороны Киева от монголов в 1240 году: укрывшиеся в храме горожане пытались вырыть подземный ход из тайника к склону горы и избежать гибели, но были погребены в нём под обломками рухнувшего храма. При останках людей, погибших в тайнике, был найден исключительно богатый археологический материал (X, 75 - 85). Анализ серии обломков мраморного саркофага, собранных при очистке засыпи тайника Десятинной церкви, позволял автору поставить вопрос о принадлежности этой гробницы к погребению князя Владимира Святого или его жены, византийской принцессы Анны (VII, 76 - 80).

Статьи М. К. Картера и Н. Н. Воронина (III, 14 - 27) об архитектуре Галицко- Волынского княжества посвящены историко-


1 "МИА СССР", VI. М. - Л. 1941, а также монография П. Н. Третьякова в V томе "МИА СССР".

2 Издана Институтом на правах рукописи. "История СССР". Т. I и II. М. - Л. 1939.

стр. 98

культурным и художественным связям Западной Украины с Киевом и с великорусским центром - Владимиро-Суздальской землёй XII-XIII веков.

Л. А. Мацулевич в интересной статье ставит вопрос о взаимосвязи архитектурного развития XIV-XVI вв. Эстонии и Новгородско-Псковской земли (X, 47 - 53). Этому вопросу посвящены статьи Х. Питса об архитектуре средневекового Таллина (X, 40 - 47), обзор археологических работ в Эстонии за 20 лет Г. Моора (X, 89 - 95) и заметка Г. И. Мосберг об этническом составе населения Прибалтики по археологическим данным (VIII, 71 - 81).

На Специальном пленуме ИИМК, посвященном древнейшему прошлому Карело-Финской ССР, были заслушаны названные выше доклады В. И. Равдоникаса, Н, Ф. Землякова и Н. Н. Гуриной (VII). Отметим представляющую особый интерес часть доклада В. И. Равдоникаса, посвященную вопросам формирования культуры карельского народа и её связи с русской культурой (VII, 15 - 19).

Из отдельных статей и заметок в области русской археологии отметим информацию Я. В. Станкевич о раскопках Михайловского могильника IX-X вв. под Ярославлем (II, 27 - 28); работы И. И. Ляпушкина по славяно-русским поселениям на Дону и Тамани IX-XII вв. (IV, 58 - 62; VI, 89 - 92); первичное сообщение Н. Н. Воронина об открытии остатков дворцового ансамбля XII в. в Боголюбове (II, 29 - 30); статью А. Д. Варганова об обнаруженных им фрагментах фресковой росписи XIII в. в Суздальском соборе (V, 38 - 40). Новую область археологического исследования открывает предварительная информация С. А. Таракановой о сплошном обследовании сельских поселений и боярских усадеб в пятинах Великого Новгорода, намечающем интересную историко-географическую картину новгородской деревенской периферии (V, 40 - 45). Краткие сведения о результатах ряда экспедиций 1938 г. по изучению древнерусских городов (Старая Ладога, Новгород, Псков, Владимир и Боголюбов) помещены в общем обзоре работы ИИМК (I, 14 - 16).

Общим вопросам истории культуры древней Руси посвящены частью упоминавшаяся выше статья М. И. Артамонова (VII, 11 - 14) и доклад Н. Н. Воронина (VII, 3 - 10). В последнем автор подводит основные итоги работы коллектива авторов I тома "Истории культуры древней Руси", особенно подчёркивая различие культуры Киевской Руси и культуры периода феодальной раздробленности, роль ремесла и города в формировании русской культуры, высокий уровень культуры домонгольского времени и роль монголов в появлении симптомов "отсталости".

Ряд статей "КС" посвящен вопросам археологии и истории народов Восточной Европы, с которыми соприкасалась древняя Русь. В статье М. В. Талицкого "К этногенезу коми" на основе сопоставления археологических данных и сведений письменных источников дана своеобразная концепция формирования народа коми. Картина конкретного поселения X в. - Родановского городища - родового посёлка с крупными (50 - 60 кв. м) домами большесемейных общин с их хозяйственным бытом даёт яркое представление о культуре раннего этапа жизни коми. Процесс оформления коми-народа протекал под влиянием Руси (Вычегодская группа) и волжских болгар (Верхнекамская группа) (IX, 47 - 54). Антропологические данные по коми, приведённые в заметке Н. Н. Чебоксарова, не расходятся с заключениями этой статьи (IX, 54 - 58).

Интересный материал для древнейшей истории мордвы дают изученные Е. И. Горюновой протомордовские городища Теньгушевское и Нароватовское. Первое, относящееся к началу н. э., представляло родовой посёлок с рядом большесемейных полуземлянок с глинобитными очагами и разнообразным хозяйственно-бытовым инвентарём; хозяйство посёлка сочетало примитивное подсечно-мотыжное земледелие со скотоводством; была также развита охота; знакомство с плавкой железа и медным литьём ещё не вытеснило окончательно кремнёвые орудия (V, 76 - 79). ;

Отсутствие погребальных памятников на территориях, заселённых восточномордовскими племенами, дало В. В. Гольмстен основание предположить, что в этих районах был распространён способ надземного погребения. Собранные автором данные (Ибн-Фадлан, мордовский фольклор) доказывают, что таким способом являлось погребение умерших на деревьях, известное у ряда примитивных народов (V, 56 - 58).

Статья В. В. Гольмстен и Е. И. Горюновой "О мордовском феодализме" направлена против модернизации рядом историков общественного строя мордвы; на основе учёта археологических и этнографических данных авторы убедительно показывают полную несостоятельность теории мордовского "феодализма", порожденной односторонним пользованием скудными письменными источниками и неправильной интерпретацией мордовского фольклора (VIII, 42 - 48). Работа небольшого коллектива сотрудников ИИМК - специалистов по истории и археологии народов Поволжья - была завершена законченной перед войной монографией "История культуры мордовского народа", впервые обобщившей накопленный в прошлом и особенно за период существования советской власти огромный исторический материал.

Из больших археологических работ по изучению Болгар, проводимых А. П. Смирновым, в "КС" дана информация лишь об одном интереснейшем памятнике - бане XIV в., хорошо сохранившей свою конструкцию и детали архитектурной отделки. Находившаяся по соседству с главной площадью Великих Болгар баня представляла богатейшее сооружение из белого камня и кирпича с цветной штукатуркой стен, лепными украшениями, фонтаном ввиде 12-лепесткового цветка, центральным отоплением и водопроводом для горячей и холодной воды. Сходная по своему типу с восточными банями, особенно крымскими, баня, открытая в Болгарах, вероятно, принадлежала к числу трёх

стр. 99

бань, упоминаемых при описании города автором XIV в. Абульфедой (VI, 82 - 88).

Археологическое изучение средневекового Крыма представлено тремя статьями. А. Л. Якобсон, давно работающий над памятниками Херсонеса, опубликовал интересный материал из раскопок 1940 г. - три гончарные печи XI- XII вв., производившие кровельную черепицу и хозяйственную посуду. Обстоятельно описанная система работы гончарных мастерских приводит автора к ряду ценных выводов об организации средневекового ремесла (X, 53 - 62). В другой работе, анализирующей материалы раскопок жилых кварталов Херсонеса XIII-XIV вв., А. Л. Якобсон даёт картину городской планировки и социальной топографии города (V, 31 - 38). Заметка С. Н. Бибикова, посвященная малоизученным крепостным сооружениям позднесредневекового Крыма, описывает остатки небольшого укрепления XIV-XV вв. мангупского княжества - Чоргунского исара (исар-стена). Заметка Л. И. Лаврова о домонгольском доме-башне Ади-юх в Черкесии описывает редкое в западном Предкавказье военно-бытовое сооружение типа западноевропейского донжона (VII,. 98 - 101). Статья А. М. Беляницкого об организации ремесла в Самарканде XV-XVI вв. определяет виды ремёсел, характеризует эволюцию социального положения ремесленников, разделение труда внутри мастерской (VI, 43 - 47).

Подытоживая наш обзор, выразим пожелание, чтобы ИИМК как можно скорее восстановил довоенный размер и продуктивность своей исследовательской работы, идя всё дальше по завещанному основателем Института академиком Н. Я. Марром пути превращения археологии в подлинно историческую науку - историю материальной культуры, выводы которой строятся на широкой основе всех видов исторических источников. Надо также пожелать, чтобы Институт и издательство Академии наук СССР обеспечили восстановление и бесперебойное издание исключительно ценных Кратких сообщений ИИМК".


© libmonster.ru

Permanent link to this publication:

https://libmonster.ru/m/articles/view/КРИТИЧЕСКИЕ-СТАТЬИ-И-ОБЗОРЫ-КРАТКИЕ-СВЕДЕНИЯ-О-ДОКЛАДАХ-И-ПОЛЕВЫХ-ИССЛЕДОВАНИЯХ-ИНСТИТУТА-ИСТОРИИ-МАТЕРИАЛЬНОЙ-КУЛЬТУРЫ-ИМЕНИ-Н-Я-МАРРА

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Svetlana GarikContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://libmonster.ru/Garik

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

Н. Воронин, КРИТИЧЕСКИЕ СТАТЬИ И ОБЗОРЫ. КРАТКИЕ СВЕДЕНИЯ О ДОКЛАДАХ И ПОЛЕВЫХ ИССЛЕДОВАНИЯХ ИНСТИТУТА ИСТОРИИ МАТЕРИАЛЬНОЙ КУЛЬТУРЫ ИМЕНИ Н. Я. МАРРА // Moscow: Russian Libmonster (LIBMONSTER.RU). Updated: 11.11.2015. URL: https://libmonster.ru/m/articles/view/КРИТИЧЕСКИЕ-СТАТЬИ-И-ОБЗОРЫ-КРАТКИЕ-СВЕДЕНИЯ-О-ДОКЛАДАХ-И-ПОЛЕВЫХ-ИССЛЕДОВАНИЯХ-ИНСТИТУТА-ИСТОРИИ-МАТЕРИАЛЬНОЙ-КУЛЬТУРЫ-ИМЕНИ-Н-Я-МАРРА (date of access: 31.07.2021).

Found source (search robot):


Publication author(s) - Н. Воронин:

Н. Воронин → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Svetlana Garik
Москва, Russia
640 views rating
11.11.2015 (2089 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes
Related Articles
Анонс Изучение новой теории электричества, пожалуй, нужно начинать с анекдота, который актуален до сих пор. Профессор задаёт вопрос студенту: что такое электрический ток. Студент, я знал, но забыл. Профессор, какая потеря для человечества, никто не знает что такое электрический ток, один человек знал, и тот забыл. А ларчик просто открывался. Загадка электрического тока разгадывается, во-первых, тем что, свободные электроны проводника не способны
Catalog: Физика 
Как нам без всякой мистики побеседовать с человеческой душой и узнать у нее тайны Мира.
Catalog: Философия 
2 days ago · From Олег Ермаков
АВГУСТ ФОН КОЦЕБУ: ИСТОРИЯ ПОЛИТИЧЕСКОГО УБИЙСТВА
2 days ago · From Россия Онлайн
ОТТО-МАГНУС ШТАКЕЛЬБЕРГ - ДИПЛОМАТ ЕКАТЕРИНИНСКОЙ ЭПОХИ
Catalog: Право 
2 days ago · From Россия Онлайн
ПРОТИВОБОРСТВО СТРАТЕГИЙ: КРАСНАЯ АРМИЯ И ВЕРМАХТ В 1942 году
2 days ago · From Россия Онлайн
ИСТОРИЯ ДВУСТОРОННИХ ОТНОШЕНИИ РОССИИ И БОЛГАРИИ В XVIII-XXI веках
Catalog: История 
2 days ago · From Россия Онлайн
Г. С. Остапенко, А. Ю. Прокопов. НОВЕЙШАЯ ИСТОРИЯ ВЕЛИКОБРИТАНИИ XX - начала XXI века.
Catalog: История 
3 days ago · From Россия Онлайн
ЭУДЖЕНИО КОЛОРНИ: АНТИФАШИЗМ, ЕДИНАЯ ЕВРОПА, СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ ИДЕЯ И ФЕДЕРАЛИЗМ
Catalog: История 
3 days ago · From Россия Онлайн
МЕЖДУ "ПРОЛЕТАРСКИМ ИНТЕРНАЦИОНАЛИЗМОМ" И "СЛАВЯНСКИМ БРАТСТВОМ". РОССИЙСКО-ЮГОСЛАВСКИЕ ОТНОШЕНИЯ В КОНТЕКСТЕ ЭТНОПОЛИТИЧЕСКИХ КОНФЛИКТОВ В СРЕДНЕЙ ЕВРОПЕ
Catalog: История 
3 days ago · From Россия Онлайн
Великая война 1914-18 гг. Наградной лист от 09.06.1915 на Начальника пулеметной команды 10-го Кубанского пластунского батальона, Прапорщика Ивана Дмитриева. Обоснования награждений орденами Св. Анны 4 ст. с надписью "За храбрость" (Аннинское оружие) за бои на ст. Сарыкамыш (Кавказский фронт), Св. Станислава 3 ст. с мечами и бантом, за бои в Галиции (Юго-Западный фронт), производства в чин хорунжего, за бои в с.Баламутовка (Юго-Западный фронт, Буковина,).

Actual publications:

Latest ARTICLES:

Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
КРИТИЧЕСКИЕ СТАТЬИ И ОБЗОРЫ. КРАТКИЕ СВЕДЕНИЯ О ДОКЛАДАХ И ПОЛЕВЫХ ИССЛЕДОВАНИЯХ ИНСТИТУТА ИСТОРИИ МАТЕРИАЛЬНОЙ КУЛЬТУРЫ ИМЕНИ Н. Я. МАРРА
 

Contacts
Watch out for new publications: News only: Chat for Authors:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Russian Libmonster ® All rights reserved.
2014-2021, LIBMONSTER.RU is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Russia


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones