Libmonster ID: RU-8928

Академия наук Союза ССР, Институт истории. Выпуск II. Изд-во Академии наук СССР. М. -Л. 1946. 414 стр. Ц. 31 р.

Выпущенный издательством Академии наук СССР второй сборник "Средние века" отражает заметный рост советской медиевистики и поэтому вызовет большой интерес. Сборник посвящен памяти умершего в 1942 г. акад. Д. М. Петрушевского. Значительную часть сборника составляют воспоминания о Д. М. Петрушевском его учеников, друзей и товарищей по работе, а также статьи о трудах этого выдающегося учёного. В воспоминаниях Р. Ю. Виппера, Е. А. Косминского, А. О. Неусыхина, С. В. Бахрушина Д. М. Петрушевский обрисован как преданный служитель науки, смелый новатор в своей области, строгий исследователь и одновременно горячий пропагандист научного знания.

Р. Ю. Виппер в своих воспоминаниях отмечает, какой животрепещущий интерес представляли для передовой русской интеллигенции 80-х - 90-х годов сюжеты, избранные Д. М. Петрушевским для своих первых научных трудов: "Рабочее законодательство Эдуарда III" и "Восстание Уота Тайлера". "Д. М. Петрушевский, - пишет Р. Ю. Виппер, - приближал средние века, эпоху, скрывавшуюся в туманной мгле, к живым вопросам современности, делая её народные движения актуальностью, вызывал сочувствие к интересам широких народных масс" (стр. 30).

Вполне признавая правильность этой характеристики, мы, однако, не можем считать обоснованным то положение Р. Ю. Виппера,

стр. 116

что Д. М. Петрушевский должен быть отнесённым к числу "русских просветителей". Если этот термин применяется здесь в том смысле, в каком мы говорим, например, о французских просветителях XVIII в., то это неверно. Применение же термина в смысле, отличном от распространённого, без каких-либо пояснений, может только запутать читателя.

Очень интересны и поучительны воспоминания о Д. М. Петрушевском как о профессоре, руководителе университетских семинариев, руководителе научной работы молодых учёных. Так, С. В. Бахрушин рассказывает в своих воспоминаниях о том благотворном влиянии, которое оказали на него лично и на других русских историков лекции и семинарии Д. М. Петрушевского в Московском университете.

Наряду с воспоминаниями в сборнике помещён ряд статей историографического характера, имеющих целью выяснить роль и значение научного творчества Д. М. Петрушевского в развитии медиевистики. Это статьи В. М. Лавровского, Н. А. Машкина, В. В. Стоклицкой-Терешкович, В. Ф. Семёнова, А. О. Неусыхина, Е. А. Косминского. В передовой даётся общая характеристика Д. М. Петрушевского как учёного. В статьях В. Ф. Семёнова, Н. А. Машкина, В. В. Стоклицкой-Терешкович и В. М. Лавровского подвергнуты анализу отдельные работы Д. М. Петрушевского.

Наиболее удачной нам представляется статья В. Ф. Семёнова "Восстание Уота Тайлера в исторической литературе и концепция Д. М. Петрушевского" (стр. 222). Большое достоинство этой статьи заключается в том, что она написана в широком историографическом плане. Книга Д. М. Петрушевского оценивается в ней не изолированно, а в ряду других трудов английских, французских, американских и русских историков, посвященных тому же сюжету. В. Ф. Семёнов ничуть не умаляет при этом заслуг предшественников Д. М. Петрушевского в исследовании избранного им сюжета. И тем не менее превосходство труда Д. М. Петрушевского в статье В. Семёнова выступает необычайно выпукло. Смелость и широта в постановке проблемы, строгость и точность методики исследования и, наконец, дух гуманности, горячего сочувствия крестьянам, которым пронизано всё содержание книги, - вот черты, которые отмечает В. Ф. Семёнов и которые делают "Восстание Уота Тайлера" Д. М. Петрушевского классическим историческим произведением, до сих пор непревзойдённым ни у нас, ни на родине восстания - в Англии. Второе достоинство статьи В. Ф. Семёнова заключается, с нашей точки зрения, в том, что в ней серьёзное внимание уделено концепции Д. М. Петрушевского, его методологии истории, причём концепция эта изучается В. Ф. Семёновым не статично, а и её историческом развитии. Автор сумел отчётливо показать, как: в своём стремлении к разрешению важнейших и наиболее общих исторических проблем, опираясь на строго проверенные исторические факты, Д. М. Петрушевский пришёл к выводам, весьма близким к марксистскому пониманию таких важнейших вопросов средневековой жизни, как разложение феодализма в Англии в XIV в. или характер крестьянского восстания 1381 г. в этой стране. Нельзя не согласиться с В. Ф. Семёновым, который утверждает, что в 90-е и 900-е годы Д. М. Петрушевский находился, несомненно, под влиянием самых передовых идей нашей эпохи - марксистских идей. Однако в дальнейшем, при переиздании своего замечательного труда, Д. М. Петрушевский внёс в него некоторые поправки, обнаруживающие уже иные идейные влияния на него, чуждые марксизму.

Д. М. Петрушевский сам неоднократно открыто заявлял об этом пересмотре своих методологических позиций. В предисловии к 3-му изданию "Восстания Уота Тайлера", вышедшему в 1927 г., автор писал о своей книге: "За двенадцать лет, которые протекли со времени выхода её в свет вторым изданием (у М. и С. Сабашниковых в 1914 г.), в научной литературе по социальной и экономической истории средневековой Англии не появлялось работ, которые бы внесли существенные изменения во взгляды автора на восстание 1381 г. и на место, занимаемое им в хозяйственной и социальной эволюции названной страны. Скорее можно сказать, что то, что сделано в этой области за это время, лишь укрепило позицию, занятую автором в этом вопросе. Если тем не менее аз-тору пришлось внести в свою работу немаловажные, по его мнению, поправки, то они были вызваны главным образом соображениями теоретического порядка, стоящими в связи с общим движением исторической мысли за последнее десятилетие"1 . В. Ф. Семёнов подробно выясняет, какие из своих общетеоретических положений подверг пересмотру Д. М. Петрушевский.

"Д. М. Петрушевский, - отмечает автор, - теперь, во-первых, решительно отказался от концепции натурального хозяйства для средневековой Европы; во-вторых, он изменил свой взгляд на феодализм, отказываясь от понятия "социального феодализма" и ограничиваясь пониманием феодализма как чисто политического и исторического явления" (стр. 238 - 239). Дальше автор задаётся вопросом, как этот пересмотр взглядов, произведённый Д. М. Петрушевским, отразился на его понимании восстания 1381 г. и его причин. В. Ф. Семёнов приходит к выводу, что новая система исторических взглядов, заимствованная Д. М. Петрушевским у таких западноевропейских реакционных теоретиков, как Допш, а также отчасти Риккерт, Макс Вебер и Виндельбанд, не сливается органически с содержанием его книги. Наоборот, новые теоретические взгляды автора вступают в явное противоречие с духом и направлением книги, с изложенными в ней результатами глубокого научного исследования. "Как и прежде, - говорит В. Ф. Семёнов, - "Восстание Уота Тайлера" продолжало оставаться крупнейшим, строго конкретным фундаментальным исследовани-


1 Петрушевский Д. "Восстание Уота Тайлера". 3-е, вновь переработанное издание 1927 года.

стр. 117

ем по "истории западноевропейского феодализма. Вот почему монографию Д. М. Петрушевского продолжали и Продолжают читать и изучать наши историки и наша учащаяся молодёжь высших учебных заведений, а также интересующиеся историческими вопросами широкие круги советской и партийной интеллигенции. В 1937 г. "Восстание Уота Тайлера" понадобилось выпустить новым изданием" (стр. 242).

Статья В. Ф. Семёнова говорит только об одном, правда, самом выдающемся, произведении Д. М. Петрушевского.

Более широкую задачу поставил перед собой А. О. Неусыхин, выступивший в сборнике со статьёй "Дмитрий Моисеевич Петрушевский" (опыт характеристики, стр. 12). Своеобразные черты Д. М. Петрушевского как учёного, как историка-исследователя выясняются здесь путём анализа не только его труда "Восстание Уота Тайлера", но и ряда других крупнейших (работ Д. М. Петрушевского. На более широком материале, чем В. Ф. Семёнов, А. О. Неусыхин показывает такую черту Д. М. Петрушевского, как его замечательная способность к синтезу, т. е. к широким историческим обобщениям. Если в "Восстании Уота Тайлера" эту способность Д. М. Петрушевский проявляет в том, что крестьянское восстание он рисует на фоне широкой картины разложения манориального хозяйства в Англии, то в "Очерках по истории средневекового общества и государства" он ставит и разрешает на конкретно-историческом материале ещё более широкую проблему - о смене античного общества феодальным. Наконец, в "Очерках из экономической истории средневековой Европы" Д. М. Петрушевский создаёт ещё более широкое историческое полотно - возникновения, развития И разложения феодализма на Западе. А. О. Неусыхин подчёркивает, что "опыт такого последовательного, конкретного и в то же время синтетического изображения разных стадий эволюции феодализма в их преемственной связи до сих нор стоит совершенно одиноко в мировой исторической литературе. И уже одно то, что Д. М. Петрушевский решился на подобный опыт, несомненно является его большой научной заслугой, - независимо от того, какова степень убедительности отдельных высказанных в этой книге суждений по существу" (стр. 20).

Признавая вместе с А. О. Неусыхиным огромную научную заслугу Д. М. Петрушевского в попытке дать обобщённую историю феодального общества с самого его возникновения и до начала его разложения, мы всё же не можем обойти вопрос о методологической концепции, положенной Д. М. Петрушевским в основу его широких исторических построений. Как раз в поздних изданиях "Очерков по истории средневекового общества и государства" и в "Очерках из экономической истории средневековой Европы" Д. М. Петрушевский больше всего отдал дань увлечению модными тогда буржуазно-реакционными теориями.

В своём введении к "Очеркам из экономической истории" Д. М. Петрушевский сочувственно цитирует и излагает враждебные марксизму, идеалистические теории Риккерта, Макса Вебера, Виндельбанда, а в резко полемической первой главе, "О некоторых предрассудках и суевериях, тормозящих развитие науки средневековой истории", он вслед за Допшем отрицает германскую общину, натуральный характер средневекового поместья, защищает идею многовекового культурного развития германцев до их столкновения с античным Римом, а также идею "аграрного капитализма" в средние Века.

Очень важно было бы выяснить, как эти Методологические колебания Д. М. Петрушевского отразились на последующих главах книги, носящих конкретно-исторический характер. Однако мы ничего не узнаем об этом из статьи А. О. Неусыхин, который даёт лишь самую общую характеристику исторических построений Д. М. Петрушевского, Подчёркивая те моменты, в которых Д. М. Петрушевский сближается с марксистским пониманием поставленных им проблем, и оставляй без внимания его идейные колебания и отступления на позиции реакционной буржуазной идеологии.

В статье Н. А. Машкина "Д. М. Петрушевский как историк Римской империи" (стр. 33) справедливо подчёркнуты заслуги Д. М. Петрушевского перед историей античного общества, ибо и в этой области Д. М. Петрушевский был смелым новатором, брался за разрешение сложнейших вопросов античной истории. "Глава "Очерков из истории средневекового общества и государства", носящая название "Государство и общество Римской империи", - говорит Н. А. Машкин, - отнюдь не является лишь введением к курсу истории раннего средневековья; в своё время это была первая попытка не только в нашей, но к во всей мировой исторической литературе систематического изложения социальной и экономической истории Римской империи" (стр. 34).

В. В. Стоклицкая-Терешкович выступает в сборнике с небольшой, но весьма квалифицированной статьёй "Д. М. Петрушевский как историк средневекового города". Подобна В. Ф. Семёнову, В. В. Стоклицкая-Терешкович уделила большое внимание выяснению точки зрения Д. М. Петрушевского по основным проблемам возникновения н развития городской жизни в средневековой Европе. Ей удалось выявить близость концепции Д. М. Петрушевского к теории Белова. Последнюю В. В. Стоклицкая-Терешкович подвергает критике, одновременно подчёркивая ее прогрессивные моменты.

В статье В. М. Лавровского "Петрушевский и его перевод поэмы Лэнглэнда" с помощью художественных образов Лэнглэнда очень тепло и задушевно рисуется моральный облик Д. М. Петрушевского, который "подобно лэнглэндовскому рыцарю сурово и непримиримо относился ко всякой Неправде и корысти в делах человеческих и делах исторических" (стр. 49).

А. А. Крушинской составлен указатель трудов и важнейших дат в научной деятельности Д. М. Петрушевского. В указателе отмечены не только крупнейшие труды Д. М. Петрушевского, но и статьи, написан-

стр. 118

ные им для журналов, для энциклопедического словаря Брокгауз-Ефрон, для сборников и хрестоматий. Указаны также рецензии и критические статьи, опубликованные в своё время в русских и иностранных журналах в связи, с выходом в свет новых произведений Д. М. Петрушевского. Составительница перечислила также те издания, которые вышли в свет под редакцией Д. М. Петрушевского, и сделанные им переводы. Всего в указателе отмечено 49 научных работ Д. М. Петрушевского.

Подводя итоги тому, что дано в сборнике о Д. М. Петрушевском, мы должны констатировать наличие весьма ценных воспоминаний, живо и убедительно воспроизводящих жизненный путь и творческий подвиг одного из крупнейших наших учёных, заслуженно пользующегося мировым признанием. Отрадно констатировать наличие в сборнике и первых опытов научных историографических исследований, выясняющих роль и значение трудов Д. М. Петрушевского в развитии мировой исторической науки. В этих первых опытах мы отметили ряд положительных моментов, но также и ряд недостатков. Основной из них - недостаточное выявление методологических ошибок и колебаний Д. М. Петрушевского и отсутствие анализа причин этого явления.

Кроме статей, посвященных Д. М. Петрушевскому, в сборнике "Средние века", вып. II, имеется большое количество исследовательских статей по различным вопросам истории средних веков. Эта часть сборника также представляет большой интерес. В числе авторов мы встречаем здесь акад. Грекова, акад. Виппера, чл. -корр. АН СССР Косминского, покойного проф. Н. П. Грацианского, проф. В. Э. Грабаря, проф. В. М. Лавровского, проф. С. И. Архангельского, проф. А. О. Неусыхина, проф. Б. Ф. Поршнева, М. М. Смирина, проф. Ф. А. Коган-Бернштейн и др.

Тематика научно-исследовательских статей в сборнике весьма разнообразна; хронологически она даже несколько выходит за рамки средних веков (статьи Р. Ю. Виппера, С. И. Архангельского и В. М. Лавровского). Бросается в глаза количественный перевес статей по позднему средневековью, относящихся к XIV, XV, XVI и XVII векам. Раннее средневековье представлено относительно беднее. В этом разделе отметим прежде всего статью покойного проф. Н. П. Грацианского "К толкованию термина villa в Салической Правде". Это - небольшое исследование, ограниченное и по своей задаче и по материалу. Тем не менее оно проливает яркий свет на одну из самых спорных проблем из жизни варварского общества. Анализируя различные материалы "Салической Правды", привлекая также и другие варварские правды, автор даёт очень точное и убедительное толкование термина villa как небольшого по размерам поселения людей, связанных кровным родством. Подвергнув такому же методическому и тщательному анализу титулы "Салической Правды", говорящие об отказе от родства, и титул de migrantibus, Н. П. Грацианский намечает таким образом путь превращения родовой общины в соседскую. Его статья наносит удар по тем антинаучным теориям, которые отвергают общину у германских варварских племён.

С большим интересом, и не только специалистами, будет прочитана статья А. О. Неусыхина "Понятие свободы в эдикте Ротари". Статья эта представляет часть монографии автора об эволюции свободы и собственности по варварским правдам. Как и в других частях этой работы, в главе об эдикте Ротари автор показывает себя тонким знатоком и остроумным толкователем труднейших текстов варварских правд. Под сухими юридическими нормами он умеет вскрыть основные тенденции того исторического процесса, который в конечном счёте приведёт к образованию классового феодального общества там, где ещё недавно господствовала первобытная родовая община. Свою задачу при исследовании эдикта лангобардского короля Ротари автор видит в том, чтобы "рассмотреть, как мыслили себе понятие "свободы" люди этой переходной эпохи, и под эволюцией этого понятия и его многообразных оттенков попытаться вскрыть процессы социально-экономического расслоения общества" (стр. 84). Автор приходит к выводам, что в эдикте Ротари отразились три стадии в понимании свободы: почти забытая "свобода" как полноправие всех членов родовой общины, которым противостоят только рабы; более диференцированное понимание этого термина, свойственное тому периоду, когда вырастает группа полусвободных и выявляется неравенство среди свободных, делящихся по степени их знатности, родовитости, достоинству; наконец, третий этап, когда низшие слои свободных всё теснее примыкают к группе полусвободных альдиев, вольноотпущенников и рабов, а верхние слои превращаются в газиндов, когда понятие свободы всё чаще приобретает смысл независимости от патрона-землевладельца. Насколько вески и убедительны выводы А. О. Неусыхина? Сам автор предупреждает нас о том, что "эти понятия изменялись медленней, чем скрывавшиеся под ними реальные отношения: поэтому и самые их оттенки, хоть и созданные ходом этих изменений, недостаточно отчётливо отражают результаты этих последних. Они лишь указывают направление развития, но не всегда фиксируют его последствия, б некотором смысле от них веет стариной" (стр. 112). Совершенно очевидно, что выявленные автором расхождения между тем, что зафиксировано в его источнике, и тем, что было в жизни, объясняются в первую очередь специфической природой источника.

Кроме отмеченных статей Н. П. Грацианского и А. О. Неусыхина, к разделу раннего средневековья должен быть отнесены две статьи об иммунитете. Одна из них - Д. С. Граменецкого "К вопросу о происхождении и содержании франкского иммунитета", другая - покойной Н. С. Михаловской "Каролингский иммунитет".

Особое место в сборнике занимает статья акад. Р. Ю. Виппера "Социальные идеи еван-

стр. 119

гелия от Луки". На основании новых убедительных данных Р. Ю. Виппер относит евангелие от Луки не к I веку н. э., как это долго было принято, а к середине II века. Совершенно по-новому и весьма своеобразно трактует Р. Ю. Виппер и вопрос о социальном содержании евангелия от Луки. Автор определяет это евангелие как руководство для денежных людей, образующих верхушку в христианских общинах, притом таких, которые живут в обстановке крупного городского центра, где происходит широкий непрерывный обмен (стр. 74). Можно считать эту точку зрения спорной, но нельзя отказать автору ни в блестящем знании, ни в глубоком понимании той идейной борьбы, которой сопровождались первые шаги в оформлении христианской церкви.

Блестящую эрудицию и замечательную способность проникновения в очень сложные явления культурной жизни раннего средневековья обнаруживает А. А. Фортунатов в статье "К вопросу о судьбе латинской образованности в варварских королевствах" (по трактатам Виргилия Марона, Грамматика). А. А. Фортунатов - знаток каролингского возрождения - выступает в этом сборнике с попыткой анализа культурной жизни самого раннего периода средневековья, отправляясь при этом от двух грамматических трактатов, автор которых известен под псевдонимом Виргилия Марона. Тщательное изучение грамматических трактатов этого автора позволило А. А. Фортунатову обрисовать ту культурную среду, из которой они вышли. Это грамматики, школьные преподаватели Гасконии, жившие на граня античного мира и средневековья.

"В общем, - пишет А. А. Фортунатов, - перед нами критический, переломный момент школы. Это уже не типичная риторико-грамматическая школа времён Авсония. Но это и не церковная школа раннего средневековья, представленная позднее Бедой, Алкуином и т. д. Перед нами момент разложения старой римской школы. Особенностью этого момента является отрыв от старой классической науки и литературы" (стр. 128). Говоря о той среде, из которой вышли грамматические трактаты Виргилия Марона, автор отмечает: "Варваризация даёт себя знать очень наглядно. Изучаемый нами автор, называющий сам себя Виргилием Мароном и являющийся профессиональным преподавателем грамматики, даёт нам исключительные по яркости и выпуклости картины этой варваризации" (стр. 115).

Исследование А. А. Фортунатова, имеющее как будто узко специальный интерес, даёт новые подтверждения глубочайшего кризиса, пережитого латинской культурой в результате варварских завоеваний. Таким образом, А. А. Фортунатов наносит своим исследованием ещё один удар по допшианской теории мирного, бескризисного перехода от античного общества к средневековому.

С основными положениями опубликованной в сборнике превосходной статьи акад. Б. Д. Грекова читатели журнала "Вопросы истории" уже знакомы. Исследование его было доложено на сессии отделения истории и философии АН СССР в Ленинграде1 .

Выдающееся научное значение имеет статья Е. А. Косминского и В. М. Лавровского "Манор Брамптон с XI по XVIII век" (стр. 200 - 221). И исторические судьбы манора Брамптон прослежены здесь за длинный отрезок времени - почти в семь веков. Е. А. Косминский, знаток аграрных отношений Англии, главным образом в XI - XIII веках. И в изучении манора Брамптон он отправляется от хорошо изученных им источников - Книги Страшного суда и Сотенных списков. Но привлечение нового документа - описи манора Брамптон, относящейся ко временя Генриха VIII, - позволяет автору пролить свет на менее изученный период в аграрной истории Англии - XIV - XV веков. Наблюдения Е. А. Косминского, относящиеся к этому периоду, представляют особый научный интерес.

"В противоположность процессу дробления держаний, характерному для XII - XIII вв., - полагает Е. А. Косминский, - мы наблюдаем в XIV - XV вв. процесс их собирания и укрупнения" (стр. 208). Автор называет время с XIV по XVI в. "золотым веком" для "крепкой" крестьянской верхушки, "которая платила низкие ренты, была, в сущности, почти свободной от какого бы то ни было давления манориальной администрации, получала барыши от роста спроса и цен на сельскохозяйственные продукты, вытесняла более "слабые" элементы деревенского населения" (стр. 205). И хотя автор в своих выводах остаётся всё время на почве манора Брамптон, внимательный читатель проникается постепенно убеждением, что Е. А. Косминский вплотную подошёл к разрешению важнейших общих вопросов, связанных с аграрным переворотом в Англии и всей дальнейшей судьбой английского крестьянства.

Статья В. М. Лавровского, являясь продолжением статьи Е. А. Косминского, по существу, служит продолжением работ Савина: она основана на источниках, найденных Савиным, и отвечает на те вопросы, которые в своё время были поставлены, но не нашли разрешения в трудах этого выдающегося русского историка.

Среди материалов, относящихся к XV, XVI и XVII вв., в сборнике преобладают статьи по истории культуры и идеологии. Назовём статью М. М. Смирила "Томас Мюнцер и учение Иоахима Флорского", статью Н. И. Радцига об Этьене Лабоэси, статью Ф. А. Коган-Бернштейн "Экономические взгляды Бодена (к вопросу о так называемой резолюции цен)". Статья проф. В. Э. Грабаря "Вселенские соборы западно-христианской церкви и светские конгрессы XV в." главным образом дополняет и развивает мысли автора, высказанные в ранее опубликованной работе "Вселенские соборы XII - XV вв. как органы международного общения"2 . Но в последнем разделе своей


1 См. "Вопросы истории" N10 за 1946 г., стр. 147.

2 См. "Вопросы истории" N3 - 4 за 1945 год.

стр. 120

статьи в сборнике - о светских конгрессах, проф. Грабарь даёт совершенно новый и весьма ценный материал. М. М. Смирин является специалистом по истории реформации и Крестьянской войны в Германии. В своей статье, помещённой в сборнике, он опровергает распространённое мнение о том, что на учении Томаса Мюнцера сильно сказалось влияние мистических идей Иоахима Флорского, жившего в конце XII века. Развернув основные положения учения Иоахима Флорского, М. М. Смирин подчёркивает в нём те черты, которые могли привлекать и интересовать Томаса Мюнцера, в частности идею о близком очищении мира от зла. Но пассивная созерцательность Иоахима Флорского была чужда революционной натуре и сознанию Мюнцера. Впротивовес распространённому мнению о мистических корнях учения Томаса Мюнцера автор подчёркивает оригинальность этого учения, в котором нашло отражение народное понимание реформации.

Статья Н. И. Радцига "Этьен де Лабоэси предшественник монархомахов XVI века" обнаруживает интерес советских медиевистов к французскому Возрождению, а вместе с тем и наличие разногласий в трактовке выдающегося представителя этого движения - Этьена Лабоэси3 . Не вдаваясь в существо этих разногласий, мы должны заметить, что Н. И. Радциг прав в своих попытках отыскать источник тираноборческих идей Лабоэси в народных движениях современной ему Франции.

А. Е. Рогинская в статье "Исторические взгляды Комина" пытается подтвердить тезис Сен-Бёва о том, что с Комина начинается политическая историография Франции. Автор хорошо изучил мемуары Комина, в которых нашёл отражение его богатый политический опыт. А. Е. Рогинской удалось определить политические симпатии и антипатии Комина, выяснить его отношение к основным фигурам и группировкам в политической борьбе его времени. Комин был приверженцем Людовика XI и ненавидел все те силы, которые противоборствовали централистской политике французского короля. Автор предупреждает читателей, что Комин не был теоретиком, что его мемуары - отнюдь не политический трактат. Всё же А. Е. Рогинская пытается вскрыть в мемуарах и социологическую концепцию Ф. Комина и его философию истории. К сожалению, эту попытку никак нельзя признать удачной. Неубедительны общие соображения автора по этому поводу. Автор, например, пишет: "Таким образом, не отдавая себе в этом ясного отчёта, Комин выдвигает новые слагаемые исторического процесса; он глухо, но вместе с тем ощутительно констатирует наличие классовой борьбы" (стр. 284). Противоречиво характеризует А. Е. Рогинская отношение Комина к буржуазии. С одной стороны, автор заявляет: "Комин видел и другую враждебную силу, противостоящую "мудрому государю", - буржуазию", но, с другой стороны, оказывается, что "Филипп де Комин, идеолог чиновно-служилого дворянства, частично отразил и чаяния подымавшейся буржуазии" (стр. 288). Такой же неубедительной и натянутой представляется нам и общая оценка философско-исторической концепции Комина, данная автором в следующей формулировке: "Эта своеобразная философия истории приближается к стихийному интуитивному постижению закона диалектики о борьбе и единстве противоположностей" (стр. 289 - 290).

Статья проф. Ф. А. Коган-Бернштейн "Экономические взгляды Бодена" представляет главу из докторской диссертации, защищенной, но пока ещё не опубликованной автором. Написанная с большой обстоятельностью, статья эта представляет большой интерес особенно потому, что автор прослеживает влияние экономических идей Бодена на такого замечательного мыслителя XVIII в., как Монтескье.

Статья Б. Ф. Поршнева "Народные восстания во Франции при Кольбере" - также глава из докторской диссертации - автора, посвященной крестьянским и плебейским восстаниям во Франции в XVI - XVII веках. На основании тщательного изучения восстаний крестьян и городских масс во Франции после Фронды Б. Ф. Поршнев приходит к весьма интересным выводам о временном разъединении двух основных антифеодальных сил: крестьянства и плебейских масс города. Крестьяне под ударами феодальной реакции переключаются в этот период на борьбу против господ, ослабляя, таким образом, нажим на королевский абсолютизм. В то же время формирующийся предпролетариат города всё чаще прибегает к типичным формам пролетарской борьбы - забастовкам. Общий фронт антифеодальной революционной борьбы против феодальной государственной власти оказывается, таким образом, ослабленным. Вот почему абсолютная монархия, чрезвычайно укрепившая свой бюрократический и военный аппарат при Кольбере, сумела обезопасить себя от революционных потрясений на ближайшее столетие.

Статья С. И. Архангельского, превосходного знатока истории английской революции, трактует мало изученный вопрос о роли клубменов в английской революции. Она написана на основе тщательно изученного большого фактического материала.

Рецензируемый сборник представляет, несомненно, выдающееся явление на нашем историческом фронте. Он свидетельствует о большой и плодотворной исследовательской работе, ведущейся советскими медиевистами. Ряды их поредели за время Отечественной войны, но советская медиевистика продолжает развиваться. Продолжают свои плодотворные исследования наши медиевисты-аграрники: Б. Д. Греков, Е. А. Косминский, В. М. Лавровский. Большая работа проводится группой специалистов по истории идей (Р. Ю. Виппер, А. А. Фортунатов, М. М. Смирин, Н. И. Радциг, Ф. А. Коган-Бернштейн). Сборник даёт читателю возмож-


3 См. статью Ф. А. Коган-Бернштейн "Трактат ла Боэси о добровольном рабстве" в журнале "Вопросы истории" N2 - 3 за 1946 год.

стр. 121

ность познакомиться с отдельными главами весьма ценных монографий, которые пока не вышли в свет.

И всё же рецензируемый сборник не может нас полностью удовлетворить, В предвоенные годы, а также во время войны советские медиевисты проделали большую работу по разоблачению фашистских фальсификаций в области истории средних веков. Однако за последние годы в Западной Европе и в Америке вышло немало работ по истории, в которых открыто или в замаскированном виде проводятся реакционные профашистские теории. Там пишутся книги, в которых идеализируется средневековье, в розовом свете изображается историческое прошлое отдельных стран и народов. В рецензируемом сборнике нет ни одной статьи о новых явлениях в западноевропейской или американской историографии. Медиевисты должны больше внимания уделить критике буржуазной историографии. Необходимо также расширить исследовательскую работу в области истории славянских народов. Наконец, необходимо критически оценить то богатое наследство, которое содержится в трудах таких замечательных учёных, как Виноградов, Савин, Петрушевский, полностью определить с точки зрения марксизма-ленинизма то место, которое они занимают в развитии нашей исторической науки.


© libmonster.ru

Permanent link to this publication:

https://libmonster.ru/m/articles/view/Критика-и-библиография-СРЕДНИЕ-ВЕКА-СБОРНИК

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Alexei ChekmanekContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://libmonster.ru/Chekmanek

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

З. МОСИНА, Критика и библиография. "СРЕДНИЕ ВЕКА". СБОРНИК // Moscow: Russian Libmonster (LIBMONSTER.RU). Updated: 14.09.2015. URL: https://libmonster.ru/m/articles/view/Критика-и-библиография-СРЕДНИЕ-ВЕКА-СБОРНИК (date of access: 04.08.2021).

Found source (search robot):


Publication author(s) - З. МОСИНА:

З. МОСИНА → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Alexei Chekmanek
Южно-Сахалинск, Russia
1006 views rating
14.09.2015 (2151 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes
Related Articles
Творцы Сфинкса и Пирамид, его свиты — Атланты, Луны древний люд.
Catalog: Философия 
3 hours ago · From Олег Ермаков
КРУГЛЫЙ СТОЛ" НА ИСТОРИЧЕСКОМ ФАКУЛЬТЕТЕ МГУ
Catalog: История 
Yesterday · From Россия Онлайн
Р. В. Долгилевич. СОВЕТСКАЯ ДИПЛОМАТИЯ И ЗАПАДНЫЙ БЕРЛИН (1963-1964 гг.)
Catalog: Право 
Yesterday · From Россия Онлайн
Анонс Изучение новой теории электричества, пожалуй, нужно начинать с анекдота, который актуален до сих пор. Профессор задаёт вопрос студенту: что такое электрический ток. Студент, я знал, но забыл. Профессор, какая потеря для человечества, никто не знает что такое электрический ток, один человек знал, и тот забыл. А ларчик просто открывался. Загадка электрического тока разгадывается, во-первых, тем что, свободные электроны проводника не способны
Catalog: Физика 
Как нам без всякой мистики побеседовать с человеческой душой и узнать у нее тайны Мира.
Catalog: Философия 
5 days ago · From Олег Ермаков
АВГУСТ ФОН КОЦЕБУ: ИСТОРИЯ ПОЛИТИЧЕСКОГО УБИЙСТВА
5 days ago · From Россия Онлайн
ОТТО-МАГНУС ШТАКЕЛЬБЕРГ - ДИПЛОМАТ ЕКАТЕРИНИНСКОЙ ЭПОХИ
Catalog: Право 
5 days ago · From Россия Онлайн
ПРОТИВОБОРСТВО СТРАТЕГИЙ: КРАСНАЯ АРМИЯ И ВЕРМАХТ В 1942 году
5 days ago · From Россия Онлайн
ИСТОРИЯ ДВУСТОРОННИХ ОТНОШЕНИИ РОССИИ И БОЛГАРИИ В XVIII-XXI веках
Catalog: История 
5 days ago · From Россия Онлайн
Г. С. Остапенко, А. Ю. Прокопов. НОВЕЙШАЯ ИСТОРИЯ ВЕЛИКОБРИТАНИИ XX - начала XXI века.
Catalog: История 
6 days ago · From Россия Онлайн

Actual publications:

Latest ARTICLES:

Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
Критика и библиография. "СРЕДНИЕ ВЕКА". СБОРНИК
 

Contacts
Watch out for new publications: News only: Chat for Authors:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Russian Libmonster ® All rights reserved.
2014-2021, LIBMONSTER.RU is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Russia


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones