Libmonster ID: RU-9055

I

Общая теория систем (ОТС) А. И. Уемова претендует на статус универсальной системной методологии и в то же время на теоретическое обоснование этой методологии. На поверку оказывается, что методология эта - чисто элементаристская концепция системного подхода. И обосновывает (или пытается обосновать) А. И. Уемов именно ее, а отнюдь не собственную оригинальную концепцию, как ему представляется. Покажем это и обратимся к работе, в которой наиболее полно изложен предлагаемый им вариант ОТС, а именно, к его работе "Системный подход и общая теория систем".

Начнем с факта, который сразу бросается в глаза при анализе теоретических построений А. И. Уемова. Факт этот - субстантивирование свойств и отношений. В самом деле, свойства и отношения вещей А. И. Уемов ставит на одну доску с самими вещами и постоянно ведет поэтому речь о свойствах отношений [1. С. 126]. Об отношениях между свойствами [1. С. 117]. Об отношениях между отношениями [1. С. 166]. Об отношениях между вещами и их свойствами [1. С. 211]. В полном соответствии с такого рода рассуждениями он говорит и о связях между свойствами объекта [1. С. 54]. Или о связях вещи со своими свойствами [1. С. 211].

Субстантивирование свойств и отношений совершенно очевидно и в работе А. И. Уемова "Логические основы метода моделирования". Он утверждает в ней, что между линейными свойствами объекта (речь идет о массе и объеме) существует качественное различие. Что свойства эти обладают качественной определенностью

стр. 154


[2. С. 90]. И что их, свойства, нельзя поэтому рассматривать как чистые количества [2. С. 90].

Это старая гносеологическая ошибка. Ошибка, о недопустимости которой говорил еще И. Кант. Послушаем его. Вещь, говорил И. Кант, лишь постольку суть субстанция, поскольку она отлична от своих предикатов и определений [3. С. 723]. И к этой идее, т. е. к идее "сущности", отличной от характеристик и предикатов ее, приводит только практика, опыт [3. С. 723].

Мысль Канта предельно ясна. Нельзя отождествлять вещь с ее характеристиками. И Кант предупреждает: "...Если бы мы захотели создать из материи, доставляемой нам восприятием, совершенно новые понятия о субстанциях, силах и взаимодействиях, не заимствуя из опыта даже примера их связывания, то мы попали бы в мир фантазий" [3. С. 213]. Уместно отметить также, что Аристотель предупреждал о недопустимости субстантивирования свойств [4. С. 324]. А Т. Гоббс замечал, что субстантивирование свойств - источник ложных заключений и выводов. Вот его слова: "Вторую причину абсурдных утверждений я приписываю тому обстоятельству, что имена тел даются их акциденциям или имена акциденций даются телам, как это делают те, кто говорит, что вера влита или вдунута, между тем как ничто, кроме тела, не может быть влито или вдунуто во что-нибудь...[5. С. 329].

Субстантивируя свойства и отношения, А. И. Уемов, однако, отказывается признавать это. Или не замечает, что его трактовка свойств и отношений de facto означает их субстантивирование. Поэтому, возможно, он говорит о недопустимости, как он выражается, экстенционального понимания свойств и отношений, т. е. понимания их как вещей [2. С. 120 - 121]. Поэтому же, возможно, он сохраняет и "старые" субстанции, т. е. вещи. В результате рассуждения о свойствах отношений или об отношениях между свойствами мирно соседствуют у него с рассуждениями о свойствах вещей или об отношениях между вещами [1. С. 85].

Еще одно обстоятельство обращает на себя внимание. Попытка А. И. Уемова обосновать правомерность фактического субстантивирования им свойств и отношений. Вот некоторые его высказывания на этот счет. "Для диалектического материализма само собой разумеющимся является признание объективности отношений, как и объективности вещей", - говорит он [1. С. 11]. Некоторые же философы, утверждает он далее, отрицают это: "Материя, по их мнению, - это вещи, что же касается отношений, то они субъективны и поэтому не относятся к сфере материального" [1. С. 11].

стр. 155


А вот опровержение позиции этих (не называемых поименно) философов: "...Существовали ли отношения между вещами, равно как и свойства вещей, до человека и человечества? Или же тогда были одни вещи, без свойств и отношений? Если мы дадим положительный ответ... и будем исходить из ленинского определения материи как объективной реальности, данной нам в ощущениях, то отсюда следует, что понятие материальности относится не только к вещам, но также к свойствам и отношениям вещей... независимо от человечества существуют такие вещи, как Солнце, такие свойства, как электропроводность, такие отношения, как "больше"..." [1. С. 12 - 13].

Это один сплошной клубок путаницы. Показать это несложно. Начнем с общеизвестного, с того, что понятие материальной субстанции лежит в основе материализма как гносеологического направления. Или является стержневым понятием. Причем материальность субстанции как раз и означает, что она есть независимый от сознания источник наших ощущений. Совершенно равноценным в гносеологическом плане является утверждение, что материя - объективная реальность, данная нам в ощущениях. Все противники материализма поэтому постоянно опровергали (или пытались опровергать) существование материальной субстанции, справедливо полагая, что такого опровержения было бы вполне достаточно для опровержения материализма. Материальность, следовательно, есть независимость от сознания именно субстанции. Утверждение А. И. Уемова о материальности не только вещей, но и свойств и отношений неминуемо означает поэтому субстантивирование свойств и отношений. Как и утверждение о независимом от человечества (правильнее сказать - от сознания человека) существовании как вещей, так и свойств и отношений. Или утверждение об их "равной" объективности.

II

Коснемся тех последствий, которые влечет субстантивирование свойств и отношений А. И. Уемовым. Покажем, что приведенные выше утверждения Т. Гоббса и И. Канта совершенно верны. И актуальны! Для этого необходимо рассмотреть трактовку А. И. Уемовым принципа всеобщей связи. Ибо трактовка им этого принципа целиком и полностью определяется субстантивированием свойств и отношений. А принцип этот лежит в фундаменте всех его теоретических построений, в фундаменте его ОТС. Вот что говорит он

стр. 156


об этом принципе: "...Утверждение о всеобщей связи вещей является глубоко содержательным утверждением. Не выяснив еще характера связи между явлениями а и в, мы все же знаем, что такая связь существует, и потому ищем ее" [1. С. 10]. Чуть ниже: "...Связи существуют не только внутри какой-либо замкнутой области явлений, например между физическими явлениями или между языковыми явлениями, они существуют между всем что есть в природе" [1. С. 15].

Как мы видим, А. И. Уемов без каких-либо объяснений или комментариев переходит от утверждения о всеобщей связи вещей к утверждению о всеобщей связи явлений. И такой переход выглядит вполне естественным, даже правомерным, если держаться его трактовки свойств и отношений.

А если нет? Если держаться обычных представлений о субстанциях? Представлений, выработанных многотысячелетней практической деятельностью людей? Представлений, которых держался даже субъективный идеалист И. Кант? (Хотя держался, как известно, лишь в "плане практическом".) Тогда указанного перехода нет. Тогда необходимо признать этот переход гносеологической диверсией.

В самом деле, едва ли не общим местом гносеологии является положение, что субстанции не даются нам в "чистом виде". Или "сами-по-себе". А всегда - через "броню" акциденций. Об этом вполне определенно говорит Гегель: "Субстанция имеет своим обликом или своей положенностью лишь акцидентальность, а не самое себя..." [6. С. 207]. Явления, следовательно, это и есть связи. Или взаимодействия, что в сущности одно и то же. Связей между явлениями нет и быть не может. Нет поэтому иного способа познания вещей, кроме познания их связей с другими вещами. Или: познание связей (= взаимодействий = явлений) есть познание "самих" вещей. Очень хорошо и сжато об этом говорит Ф. Энгельс: "Взаимодействие - вот первое, что выступает перед нами когда мы рассматриваем движущуюся материю... взаимодействие является истинной causa finalis вещей. Мы не можем пойти дальше познания этого взаимодействия именно потому, что позади его нечего больше познавать..." [7. С. 199].

Итак, принцип всеобщей связи превращается А. И. Уемовым в некую карикатуру. И используется прежде всего для обоснования существования множества мнимых связей. О некоторых из них речь шла. Понятно, в силу сказанного, как "избавиться" от них. Надо считать связанными вещи или субстанции. Только и

стр. 157


всего. Ничего более. Мнимые связи тогда просто исчезают.

Исчезают, в частности, связи вещи со своими свойствами. По той простой причине, что вещь связана только с другими вещами. И связана через свои свойства. Исчезают связи вещи с самой собой. Или рефлексивные связи, как их называет А. И. Уемов [1. С. 16]. "Перестают" взаимодействовать причина и действие [1. С. 14]. Содержание и форма [1. С. 17]. Исчезают связи целого со своими частями. (Заметим, кстати, что отсутствие связей целого и частей было показано нами ранее [8. С. 126 - 127].) Исчезают и другие мнимые связи, о которых говорит А. И. Уемов, но мы ограничимся перечисленными примерами.

С другой стороны, ряд связей, которые А. И. Уемов считает реальными [1. С. 13], "превращается" в функциональные зависимости. Это касается, в частности, связей между свойствами вещи. Становится ясным, что если свойства (характеристики, параметры) объекта изменяются, изменяется сам объект в результате взаимодействия с другими объектами.

Возьмем элементарный пример. Пусть газ находится в цилиндре под поршнем. И характеризуется определенными параметрами (давлением, температурой, массой, объемом и т.п.). Хорошо известно (отнюдь не только физикам), что при сжатии газа его параметры изменяются. Изменяются потому, что газ взаимодействует (или связан) с другими объектами. Прежде всего с поршнем, сжимающим его. Хорошо известны и математические зависимости между параметрами, называемые газовыми законами. Зависимости, а не связи. Хотя некоторые исследователи утверждают, что параметры газа причинно связаны. Утверждают, например, что изменение давления газа - причина изменения его объема, т.е. субстантивируют параметры, вряд ли отдавая себе отчет в этом.

Но, может быть, современный уровень развития естествознания позволяет (даже вынуждает) отказаться от "обычных" представлений о субстанциях? От понятия субстанции как такового. Ведь многие считают такой отказ едва ли не свершившимся фактом. Приведем мнение Б. Рассела по этому вопросу. Современная физика, утверждает он, сохраняет мир "обыденного здравого смысла" (читай - материализма) в этом вопросе. Сохраняет веру в "вещи". При рассмотрении макроскопических явлений все еще сохраняется и понятие материи и детерминизм [9. С. 345 - 346]. Рассел признает и то, что все наше знание о мире зависит от допущения, что причинные законы существуют [9. С. 333]. Ни о каком отказе от понятия субстанции, следовательно, речи быть не может.

стр. 158


Или о "новых" представлениях о ней. ("Новых", конечно, в гносеологическом смысле, ибо физические представления о субстанциях неизбежно меняются с развитием естествознания. И должны меняться.)

III

Как же "работает" принцип всеобщей связи в сфере системной методологии? Нас этот вопрос интересует в первую очередь. Мы утверждаем, как было отмечено, что А. И. Уемов обосновывает вопреки его собственным претензиям элементаристскую концепцию системного подхода. Вот основополагающее утверждение А. И. Уемова: "...Из универсальности взаимосвязей, - говорит он, - вытекает универсальность системы... любые объекты могут быть представлены как системы" [1. С. 22].

Но это значит, что речь идет о принципе системности. И с помощью этого принципа обосновывается элементаристская методология (или, как иногда говорят, "парадигма") системного подхода, согласно которой системно то (или все), что связано.

Коротко об этой методологии. Она ориентирована на трактовку системы как комплекса взаимодействующих элементов, т.е. на определение Берталанфи. Или на близкие определения. И элементаристской (удачно, нет ли, - другой разговор) методологию эту системологи называют потому, что для определений системы такого типа исходным является термин "элемент", а не термин "система" [10. С. 39]. Методология эта в течение нескольких последних десятилетий подвергается острой критике. Не только теоретиками системного подхода, но и учеными-практиками, пытающимися проводить системный подход. П. К. Анохиным, в особенности.

Мы не можем дать развернутого изложения этой методологии. Это специальная тема. Тем не менее ситуация поправима. П. К. Анохину удалось буквально несколькими штрихами обрисовать ее. Приводим его высказывания: "Почти все сторонники системного подхода и общей теории систем подчеркивают как центральное свойство системы "взаимодействие множества компонентов" (Берталанфи, Раппопорт и др.) ... может ли вообще "взаимодействие компонентов" быть основой какого-то системного процесса? Мы даем совершенно определенный ответ: нет, не может... Пока системологи не определят точно фактор, который радикально ограничивает степени свободы участвующих в данном множестве компонентов, все разговоры о системе и ее преимуществах перед не-

стр. 159


системным подходом будут столь же неплодотворны, как до сих пор была неплодотворной в конкретной исследовательской работе и сама общая теория систем" [11. С. 66, 71]. В качестве примеров, иллюстрирующих бесплодность элементаризма в биологии, П. К. Анохин приводит математические модели нейрона [11. С. 63] и мозга в целом [11. С. 67].

ПКАнохин верно подметил ахиллесову пяту элементаризма. В самом деле, любые познавательные процессы - изучение связей. Или взаимодействий. А это значит, что подход, состоящий в нахождении и изучении связей, невозможно отдифференцировать от "обычных" познавательных процедур.

Ситуация находит отражение (или выражение) и в формальном (вернее, в формально-логическом) аспекте. В том прежде всего, что определения системы типа Берталанфи, на которые ориентируется элементаризм, определениями, в сущности, не являются. Определение ведь должно выделять систему из универсума, противопоставлять ее несистеме. А так как связи универсальны, простая фиксация их наличия отнюдь не "выводит" объект на противопоставление несистеме. Получается ведь, что любой объект, любой фрагмент реальности - и "так" система! Он, объект, изначально системен. Или "обречен" на системность.

Определения типа Берталанфи, следовательно, чистейшая бутафория. Иначе, собственно, и быть не может, ибо с истинной системностью элементаристская методология просто не имеет дела. Это в особенности ясно из приведенных высказываний П. К. Анохина.

А. И. Уемов, конечно же, не замечает этого. Он дает даже два определения системы [1. С. 117]. Причем считает первое из них обобщением большинства определений, данных другими авторами [1. С. 120]. Определений, говорит он, укладывающихся в схему I. Но вот сама схема вместе с иллюстрацией ее действия: "В первом типе определения понятия системы концепт выступает как системообразующее свойство. Концепт системы определяет целый класс отношений, удовлетворяющих свойству, выраженному этим концептом. Каждое отношение этого класса будет системообразующим в том смысле, что, будучи абстрагированным из каких-нибудь объектов, оно образует из этих объектов систему. Например, гравитация представляет собой отношение, удовлетворяющее тем свойствам, которые определяют наше понимание связи. Существуя между планетами, это отношение образует из них систему" [1. С. 126 - 127].

стр. 160


Проанализируем эту схему. Уже a priori ясно, что об определении (или определениях) говорить здесь невозможно. Имеет место чистейший (и неизбежный!) субъективизм в задании системы, и он буквально бьет в глаза. В самом деле, отношение, обладающее свойством-концептом (попытаемся не обращать внимания на то, что отношения не обладают свойствами), абстрагируется из группы объектов. Но это значит, что умственная операция, операция абстрагирования, превращает эту группу в систему. "До того", получается, т. е. до этой умственной операции, группа эта системой не была. Системность, следовательно, привносится в объект, а не обнаруживается в объекте. Привносится, естественно, субъектом. И собственный пример А. И. Уемова, долженствующий проиллюстрировать действие его схемы, показывает только неспособность субъективизма вскрыть истинную системность.

Действительно, получается, что планетная система образована планетами. И потому является системой, что между планетами существуют гравитационные связи. Но таких "планетных систем" нет и быть не может в природе. Космические тела (не все, конечно) "превращаются" в планеты лишь благодаря гравитационному взаимодействию с центральным телом. Телом-звездой. Между тем ни о гравитационном взаимодействии с центральным телом, ни о самом центральном теле у А. И. Уемова речи нет.

Уместно отметить в этой связи, что на субъективизм во введении понятия системы А. И. Уемовым совершенно справедливо указывает М. И. Сетров. Резонно полагая, что о системном подходе, если ориентироваться на приведенные "определения", говорить вообще нельзя [12. С. 28].

А. И. Уемов, конечно же, против таких оценок. Он утверждает в ответ на критику, что его (первое) определение свидетельствует отнюдь не о субъективизме в задании системы, а об относительности этого понятия. Утверждает он это и в одной из последних публикаций. "Одна и та же совокупность объектов, - пишет он, - может быть системой по одному концепту, скажем взаимодействия, и не быть системой по другому концепту, например порядка" [13. С. 40]. Как очевидно, А. И. Уемов говорит здесь уже не об абстрагировании свойства-концепта из группы объектов, а о другой операции: операции поиска группы объектов (или объекта) по заранее заданному концепту. Сути это не меняет. Субъективизм остается субъективизмом. Ибо в любом случае нет выхода на внешние факторы. Причем принцип системности, который он "исповедует", позволяет делать это, так сказать, с "запасом". Подчас с

стр. 161


двойным. Вещь, например, является системой не только потому, что состоит из взаимодействующих частей. Но и потому, что свойства ее связаны. "Вещь есть система свойств" [1. С. 83], - утверждает А. И. Уемов. А также и потому, что, согласно принципу рефлексивности, любая вещь или любая совокупность объектов связана сама с собой [1. С. 137].

А. И. Уемов идет и дальше. Это также необходимо отметить. Системотворчество его далеко выходит (или может выходить) за границы его принципа системности. Он считает, например, что такая совокупность, как звезда Бетельгейзе, верблюд и v-1 может рассматриваться как система.(!), ибо между этими объектами какие-то отношения все же существуют. Например, отношения существенного различия. "Во всяком случае для нас это система", - утверждает он [1. С. 135].

IV

Принцип всеобщей связи используется А. И. Уемовым и для обоснования существования общесистемных закономерностей. Можно смело сказать, что эта функция принципа - центральная. Действительно, присмотримся к параметрическому варианту теории систем А. И. Уемова.

Задача параметрической теории систем, говорит он, заключается в выявлении системных параметров и в установлении связей между ними. Или, вернее, связей между значениями различных системных параметров. Связей, которые и представляют общесистемные закономерности [1. С. 149]. Различаются реляционные и атрибутивные параметры. Реляционный параметр - набор отношений, в одном из которых находятся любые системы [1. С. 144]. Атрибутивный - набор свойств, одним из которых обладает любая система, т.е. общесистемные закономерности - связи между свойствами. Или между отношениями. Но связей такого рода нет и быть не может. Не существует, следовательно, закономерностей в смысле, в котором их понимает А. И. Уемов. Не может быть поэтому построена ОТС, базирующаяся на таких закономерностях.

Мы полагаем, что общесистемных закономерностей в принципе быть не может, т. е. мы согласны с мнением П. К. Анохина и Н. Н. Моисеева по этому вопросу [11. С. 67; 14. С. 9]. И полагаем, что такую точку зрения можно обосновать, если держаться гносеологически корректных представлений о законах. Считать, как говорил Гегель, что "закон находится не по ту сторону явления, а

стр. 162


непосредственно наличен в нем...", что "царство законов - это спокойное отображение существующего или являющегося мира" [6. С. 139].

В самом деле, попробуем держаться таких представлений о законах. Тогда необходимо признать, что общесистемные закономерности, если бы они существовали, должны были бы представлять устойчивые зависимости в сфере явлений. Но существование зависимостей неизбежно предполагает существование реальных процессов, "соответствующих" этим зависимостям. Так, наличие законов механики неизбежно "влечет за собой" существование материальных тел и реальных связей (или взаимодействий) этих тел. То же, естественно, относится к другим законам. Если бы поэтому общесистемные закономерности действительно существовали, должны были бы существовать реальные общесистемные процессы.

Но реально существуют лишь конкретные процессы. Физические, химические, социальные и т.п. Общих процессов (или процессов "вообще") не существует. А это значит, что не существует общесистемных закономерностей.

V

А. И. Уемов считает, что его ОТС может (и должна) давать полезные результаты. Но как раз попытки применения ее к решению практических проблем убедительно свидетельствуют о ее несостоятельности. В особенности явно о такой несостоятельности говорит попытка применения параметрического варианта этой теории к решению экологических проблем.

Суть дела в следующем. А. И. Уемов считает народное хозяйство и окружающую среду системами [1. С. 239]. Он также считает их подсистемами системы "народное хозяйство - окружающая среда" В полном соответствии с канонами элементаризма. Согласно параметрическому варианту ОТС существует внутреннее отношение для сопоставляемых систем - реляционный системный параметр. Значение его должно сохраняться, если сопоставляемые системы сами образуют систему [1. С. 239]. А это для А. И. Уемова разумеется само собой. Отсюда и делается вывод, что развитие народного хозяйства должно сопровождаться соответствующим развитием окружающей среды [1. С. 239)].

Но как же видит А. И. Уемов развитие окружающей среды? И что понимает под этим термином? Оказывается, развитие окру-

стр. 163


жающей среды = приспособление к ней на принципиально новой основе! "Процесс приспособления к среде, - говорит он, - означает вместе с тем ее изменение. Превращение пустынь в цветущие сады, заселение водоемов необычными для них видами рыб... наряду с земледелием - все это не консервация, а изменение среды" [1. С. 240]. Относит он к формам приспособления к среде и использование солнечной энергии, создание искусственных реакций фотосинтеза и т.п. технологические процессы [1. С. 241]!

Как мы видим, А. И. Уемов называет процессами развития окружающей среды (= процессами приспособления к ней) ...процессы внедрения новых технологий. Но это означает, что ни о каком противопоставлении систем "народное хозяйство" и "окружающая среда" говорить невозможно. Не может существовать поэтому реляционного системного параметра.

К сказанному можно (даже необходимо) добавить следующее. Из контекста рассуждений А. И. Уемова очевидно, что он рассматривает экологические проблемы на макросоциальном уровне. Но на этом уровне нет системы "окружающая среда". Нет здесь и системы "народное хозяйство". Не говоря уж о системе "народное хозяйство - окружающая среда". На этом уровне существуют только социальные системы. Это было нами показано [15, 16, 17]. Системный подход А. И. Уемова к решению экологических проблем, следовательно, - чистейшая иллюзия.

Но, может быть, в содержательном плане рассуждения А. И. Уемова содержат зерно истины. Может быть, действительно, современные технологии минимизируют (или исключают) вред, наносимый условиям существования человечества. Экологи отнюдь не думают так. Считают, что обострение экологических проблем в основном и связано с использованием новых технологий [18. С. 339 - 351]. Кстати, и примеры, приводимые А. И. Уемовым, свидетельствуют об этом. Не только ядерная энергетика, но и "заселение водоемов необычными для них видами рыб", как и "превращение пустынь в цветущие сады" имеют, в особенности в глобальном масштабе, отрицательные экологические последствия.

VI

"Теория систем, - говорит М. Месарович, - есть теория формальных математических моделей реально существующих (или концептуальных) систем" [19. С. 138]. Такая позиция ясно прослеживается и в совместной работе М. Месаровича и Я. Такахары. Они

стр. 164


явно противопоставляют природу исследуемых объектов и формальные взаимосвязи между наблюдаемыми признаками и параметрами. И заявляют, что системные исследования - исследования формальных взаимосвязей, а отнюдь не "физической реальности" как таковой [20. С. 9].

Месарович рассматривает, в частности, модели биологических объектов, в основе поведения которых лежит схема "стимул - реакция". Математические модели таких объектов он представляет в виде множества комбинаций значений атрибутов, наблюдаемых в эксперименте. От такого рода моделей он отличает их описания ("конструктивные спецификации"). Задача теории систем заключается, по его мнению, в изучении свойств моделей и затем в интерпретации полученных результатов на реальные, в том числе биологические, объекты [19. С. 141].

Анализируя модели таких объектов, Месарович отмечает, что "для целого класса ситуаций эффективная конструктивная спецификация может быть получена с помощью целенаправленного (т. е. телеологического) описания..." [19. С. 144]. Что означает использование понятий, выражающих цель поведения системы. Таких, как адаптация, эволюция, управление, гомеостазис и т.д. Такого рода описание, считает он, можно дать, открыв структуру "внутреннего механизма системы и установив ее внутреннюю "цель"" [19. С. 147]. В качестве примера, долженствующего это утверждение подтвердить, приводится зрительная система лягушки. "...Исследователи обнаружили, - пишет М. Месарович, - что наиболее эффективным способом описания физиологических данных является использование понятий, относящихся к выживанию... Они, в частности, обнаружили, что срабатывание нейронных волокон прямо связано с такими параметрами, как размеры объекта... перемещение объекта и т.д." [19. С. 147].

Попытаемся разобраться. Обратим внимание прежде всего на элементарную непоследовательность. В самом деле, если реакции органа зрения животного прямо связаны с размерами объекта, его перемещениями и т. п., то ясно, что реакции эти определяются устройством механизма зрения. Давно известно, например, что острота зрения орла - "продукт" действия его зрительного механизма. Телеологические понятия здесь абсолютно ни при чем. Исследователи, изучающие органы зрения животных, никогда их и не привлекают. Исследуя, например, способность зрения лягушки видеть движение изогнутой поверхности, они изучают взаимные связи волокон сетчатки глаза, "ответственные" за такую способ-

стр. 165


ность, т. е. изучают "анатомию" механизма зрения [21. С. 198]. И только.

Другое дело, когда необходимо ответить на вопрос, почему так, а не иначе устроен механизм зрения. Почему животное реагирует на одни объекты, а не на другие. Реагирует таким образом, т.е., когда речь заходит не об описании, а об объяснении устройства механизма зрения. Тогда и становятся необходимыми понятия, относящиеся к выживанию, эволюции и т.п. В самом деле, связав реакцию органа зрения с характером питания особи (и, тем самым, с ее выживаемостью), можно объяснить, почему орган зрения действует (и устроен) именно таким, а не иным, образом.

Возникает вполне законный вопрос о том, почему Месарович допускает столь элементарную ошибку. Выскажем наши соображения по этому поводу.

"Корень зла", на наш взгляд, в неверной системной методологии. В самом деле, обратим внимание на пункт, на первый взгляд безобидный. Именно для Месаровича объекты математического моделирования - системы. Это разумеется как бы само собой. Между делом, так сказать.

Но это значит, что Месарович находится в русле элементаристских методологических установок системного подхода. Установок, подвергаемых системологами постоянной критике в течение нескольких последних десятилетий. Острие критических замечаний направлено прежде всего на так называемые "традиционные" определения понятия "система". Определения типа Берталанфи, согласно которому система трактуется как комплекс взаимодействующих элементов. По мнению многих теоретиков определения эти как раз и выражают элементаристский подход к системе [22. С. 39]. Подход, как они считают, системным подходом не являющийся. Об этом совершенно недвусмысленно заявляет В. Н. Садовский [23. С. 75]. Критической считает ситуацию в системной методологии П. Чекланд [24. С. 397]. Е. Б. Агошкова и Б. В. Ахлибининский утверждают, что термин "система" в применении к материальным объектам может выступать лишь как метафора [25. С. 17].

Уместно заметить в этой связи, что к определениям системы типа определения Берталанфи и к системному подходу, базирующемуся на них, критически относятся и многие ученые, пытающиеся системный подход проводить. В частности, П. К. Анохин. По его мнению, взаимодействие компонентов, "взаимодействие вообще", не может быть основой системного процесса [26. С. 67].

стр. 166


Мы также рассматривали вопросы системной методологии [27, 28]. И обратили внимание на то, что характернейшей чертой элементаристской "парадигмы" системного подхода является уникальная ситуация с введением системных терминов. Имеются в виду базовые понятия. Понятия "система", "элемент системы", "структура", "среда". Прежде всего обращает внимание полный произвол во введении центрального понятия - понятия "система". Системой может быть назван любой объект. Любой фрагмент реальности. Обществоведы, например, считают системой общество в целом, никак не пытаясь обосновать свою позицию. Или отождествляют общество с социальной системой. Опять-таки не приводя ни единого аргумента в пользу такого отождествления. Более того. Системами считаются (или могут считаться) различные (фактически - любые!) фрагменты общественного организма [29, 30]. Системами могут считаться процессы, явления, отношения [31. С. 13]. Человеческая деятельность [32. С. 45]. Социальное противоречие [33. С. 170]. Даже формула или нуль [34. С. 6, 10].

Столь же очевиден произвол во введении термина "элемент системы". Элементами системы (точнее, объекта, выдаваемого за систему) могут быть любые части, на которые объект можно разбить. Или считается, что можно разбить [35, 36, 37]. При этом разумеется как бы само собой, что между элементами существуют связи. И связи эти - системные связи.

Вызывает недоумение трактовка среды системы. Господствует убеждение, что среда системы - то (или все), что расположено за границами объекта, называемого системой. На чем основано такое мнение - совершенно не ясно. И никто не собирается его прояснять.

Вывод, к которому мы пришли, нетрудно предугадать. Стратегия введения базовых системных понятий однозначно свидетельствует о том, что элементаристские методологические установки создают лишь иллюзию системного подхода. Иллюзию, питаемую оперированием системными терминами. Мы присоединяемся поэтому к резким оценкам системологов.

Иллюзорный характер элементаристских методологических установок в полной мере проявляется тогда, когда исследователь, находящийся в их плену, выходит на проблемы, связанные с действительной системностью объектов. Установки эти превращаются тогда в неодолимые препятствия для решения проблем. Ибо проблемы эти не могут быть правильно поставлены. Что и было продемонстрировано на примере введения Месаровичем телеоло-

стр. 167


гических понятий. Возникает, естественно, вопрос о системности, с которой столкнулся Месарович. Той самой, которая скрывается за завесой системной терминологии, "эксплуатируемой" элементаризмом.

Мы попытались ответить на него предложением частной методологической концепции системного анализа, концепцией системного анализа систем-преобразователей [27, 28, 38]. В полном соответствии, заметим, с рекомендациями системологов, видящих в разработке частных методик выход из методологического тупика [39. С. 44, 54].

Несколько слов о ней. Системами-преобразователями мы назвали системы, преобразующие какой-либо агент (агенты) среды: вещество, энергию, информацию, тип жизнедеятельности и т.п. Процессы преобразования таких агентов осуществляются, как правило, в конечное число шагов (или этапов), последовательно связанных друг с другом. И элементами таких систем нами были названы частичные преобразователи (операторы), непосредственно осуществляющие отдельные этапы преобразования. Примеры: ЭВМ, радиоприемник, организм, социальная система. Системы такого типа обладают двумя универсальными свойствами: организация системы определяется только характером преобразовательных процессов, осуществляемых ею; системы-преобразователи - не самоорганизующиеся системы.

Организмы "укладываются" в предложенную схему, ибо центральная функция живого - преобразование строго определенных природных агентов, пищевых веществ. Естественно, это упрощение. В действительности организм - сложнейший комплекс механизмов; комплекс, включающий и ряд преобразователей. Но определяющее "звено" этого комплекса - система-преобразователь пищевых веществ. К ней "тяготеют" (или ей подчинены) остальные "элементы" комплекса. Для организмов выполняются указанные универсальные свойства. Мы не будем их обосновывать. Приведем лишь два примера, иллюстрирующие их.

Наиболее яркий пример, подтверждающий первое свойство, - метаморфоз некоторых животных. У ряда насекомых (пчел, бабочек, муравьев) личинка коренным образом отличается от взрослой особи - имаго. Личинка - совершенно иной организм. Приходится говорить о разных организмах, присущих особи на разных стадиях ее существования. Причем коренному различию организменных организаций соответствует коренное различие в характере питания и жизнедеятельности. А это и значит, что именно различие в

стр. 168


характере питания и жизнедеятельности является главным фактором, обуславливающим различие организменных организаций.

Нетрудно показать и то, что организмы - не самоорганизующиеся системы. Современная микробиология давно установила, что синтез белковых молекул (представляющих "ткань" организменных структур) осуществляется в клетке путем "считывания" информации, записанной на молекулах нуклеиновых кислот, осуществляется в результате сложнейших внутриклеточных процессов. Процессов, по сложности намного превосходящих ту сложность, которая "записана" на молекулах ДНК [40. С. 209; 41. С. 23].

Наличие у организмов указанных свойств совместимо лишь с утверждением, что особь и организм - отнюдь не одно и то же, не одна система. Особь включает две системные организации (или, скорее, два ряда системных организаций). Организменную организацию (или комплекс) и клеточную. Причем организменная организация особи производится ее клеточной организацией.

Природа, заметим, словно предчувствуя спекуляции на эту тему, "придумала" примеры, подтверждающие сказанное. Это - вирусы. Вирусы, например бактериофаги, содержат нуклеиновую кислоту (ДНК либо РНК), окруженную белковой оболочкой [42. С. 145]. Но вирусы не имеют собственной клетки и, следовательно, обмена веществ. Можно сказать, что вирусы - организмы, лишенные клетки. Они и проявляют свойства организмов: прикрепляются к бактериальной клетке, растворяют ее оболочку и выталкивают в клетку собственную ДНК (или РНК). В бактериальной клетке происходит "считывание" информации, записанной на молекулах чужой для нее ДНК, построение на базе этой информации фаговых белков, синтез фаговой ДНК и сборка из этих компонентов новых фаговых частиц [42. С. 149]. Фаг, следовательно, использует чужую клетку, ее механизмы, чтобы синтезировать свой организм, неопровержимо свидетельствуя самим фактом своего существования, что организмы не самоорганизующиеся системы, как бы ни понимать термин "самоорганизация".

Не подлежит сомнению не только то, что организменная организация особи производится ее клеточной организацией. Очевидно и то, что организменная организация подчинена клеточной, обеспечивает создание условий, необходимых для существования клеточной структуры. И главное из них, как уже отмечалось, - доставка клетке веществ, необходимых для ее жизнедеятельности. Прежде всего аминокислот.

Но вернемся к Месаровичу. Только находясь в плену элемен-

стр. 169


таристских установок, можно (точнее - должно) рассматривать орган зрения животного как самостоятельную систему. И не учитывать, что орган этот представляет фрагмент организменной организации; организации, представляющей систему-средство, созданное особью для достижения главной ее цели - выживания. Если бы он учитывал это, он никак не мог бы "поместить" цель в средство для ее достижения. Или, тем более, в одно из таких средств - в орган зрения. Ведь средство потому и есть средство, что служит для достижения цели (или целей) лежащей вне его, как об этом вполне определенно говорит Гегель [43. С. 394].

Возникает еще один вопрос, имеющий прямое отношение к затронутым проблемам системной методологии. Вопрос о том, "откуда есть пошла" элементаристская "парадигма" системного подхода. Выскажем лишь наши предположения на этот счет.

Мы полагаем, что определения системы типа Берталанфи и методологические установки, базирующиеся на них, связаны с "традиционной" системной методологией, весьма успешно функционирующей. Невозможно ведь отрицать впечатляющие успехи направления, называемого системным анализом, исследованием операций, операционным анализом, анализом сложных (или больших) систем. Мы считаем, что такого рода анализ связан с системностью особого рода. Отнюдь не с той, о которой говорит Месарович. Ее можно назвать антропогенной системностью. Ибо она буквально "соткана" из человеческой деятельности. Так считает, в частности, И. Грекова [44. С. 139], хотя единомыслия в этом вопросе отнюдь нет [44. С. 10].

Мы полагаем, что элементаристские методологические установки представляют "вырожденный" (или вульгаризированный) вариант "традиционной" системной методологии, претендующий на универсальное применение, но он не применим к системам, "образованным" природными процессами. Месарович (вольно или невольно, осознанно или неосознанно) пытался применить его (в рассмотренном нами примере) именно к природным системам.

ЛИТЕРАТУРА

1. Уемов А. М. Системный подход и общая теория систем. М., 1978.

2. Уемов А. И. Логические основы метода моделирования. М., 1971.

3. Кант И. Сочинения. В 6 т. Т. 3. М., 1964.

4. Аристотель. Сочинения. В 4 т. Т. 1. М., 1976.

стр. 170


5. Антология мировой философии. В 4 т. М., 1969 - 1972. Т. 2.

6. Гегель. Наука логики. В 3 т. Т. 2. М., 1971.

7. Энгельс Ф. Диалектика природы. М., 1987.

8. Гурьянов В. Н. Методологические принципы системного анализа // Философские исследования. 2000. N 1.

9. Рассел Б. Человеческое познание. М., 1997.

10. Системные исследования. Методологические проблемы. Ежегодник. М., 1986.

11. Анохин П. К. Философские аспекты теории функциональной системы. М., 1978.

12. Сетров М. М. Основы функциональной теории организации. Л., 1972.

13. Системный подход в современной науке. М., 2004.

14. Моисеев Н. Н. Тектология Богданова - современные перспективы // Вопросы философии. 1995. N 8.

15. Гурьянов В. Н. Социальная система // Философские исследования. 2002. N 3 - 4.

16. Гурьянов В. Н. Социум и человек. Является ли индивид социальным "атомом" // Материалы междунар. научно-богословского симпозиума. Н. Новгород, 2005.

17. Гурьянов В. Н. Социальная реальность // Философские исследования. 2006. N 1.

18. Уайт Г. География, ресурсы и окружающая среда. М., 1990.

19. Системные исследования. Ежегодник. М., 1970.

20. Месарович М., Такахара Я. Общая теория систем: математические основы. М., 1978.

21. Фейнман Р., Лейтон Р., Сэндс М. Фейнмановские лекции (вып. 3, 4). М., 1978.

22. Системные исследования. Методологические проблемы. Ежегодник. М., 1986.

23. Системные исследования. Методологические проблемы. Ежегодник. 1992 - 94. М., 1996.

24. Системные исследования. Методологические проблемы. Ежегодник. 1995 - 1996. М., 1996.

25. Агошкова Е. Б., Ахлибининский Б. В. Эволюция понятия системы // Вопросы философии. 1998. N 7.

26. Анохин П. К. Философские аспекты теории функциональной системы. М., 1978.

27. Гурьянов В. Н. Методологические принципы системного анализа // Философские исследования. 2000. N 1.

28. Гурьянов В. Н. Методологические принципы анализа социальных систем // Философские исследования. 2001. N 4.

29. Антипов Г. А., Кочергин А. Н. Проблемы методологии исследования общества как целостной системы. Новосибирск, 1988.

30. Герасимов Н. В. Экономическая система: генезис, структура, развитие. Мн., 1991.

стр. 171


31. Петрушенко Л. А. Единство системности, организованности и самодвижения. М., 1975.

32. Каган М. С. Человеческая деятельность (Опыт системного анализа). М., 1974.

33. Диалектика и научное мышление (материалистическая диалектика - методология наук). М.,1988.

34. Урманцев Ю. А. Эволюционика или общая теория развития систем природы, общества и мышления. Пущино, 1988.

35. Барулин В. С. Диалектика сфер общественной жизни. М., 1982.

36. Американская социологическая мысль: Тексты (Под ред. В. И. -Добренькова). М., 1994.

37. Радугин А. А., Радугин К. А. Социология. М., 1996.

38. Гурьянов В. Н. Природа целостности органичных систем. Н. Новгород, 1995. Деп. В ИНИОН РАН 29.03.95. N 50236.

39. Системные исследования. Методологические проблемы. Ежегодник. 1982. М., 1982.

40. Шмальгаузен И. М. Кибернетические вопросы биологии. Новосибирск, 1968.

41. Карпинская Р. С. Философские вопросы биологии. М., 1971.

42. Боген Г. Современная биология. М., 1970.

43. Гегель Г. В. Ф. Наука логики. В 3-х т. М.,1971. Т. 2.

44. Колесников Л. А. Основы теории системного подхода. Киев, 1988.


© libmonster.ru

Permanent link to this publication:

https://libmonster.ru/m/articles/view/ОБЩИЕ-ТЕОРИИ-СИСТЕМ-А-И-УЕМОВА-И-М-МЕСАРОВИЧА-КРИТИЧЕСКИЕ-ЗАМЕЧАНИЯ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Galina SivkoContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://libmonster.ru/Sivko

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

В. Н. ГУРЬЯНОВ, ОБЩИЕ ТЕОРИИ СИСТЕМ А. И. УЕМОВА И М. МЕСАРОВИЧА. КРИТИЧЕСКИЕ ЗАМЕЧАНИЯ // Moscow: Russian Libmonster (LIBMONSTER.RU). Updated: 14.09.2015. URL: https://libmonster.ru/m/articles/view/ОБЩИЕ-ТЕОРИИ-СИСТЕМ-А-И-УЕМОВА-И-М-МЕСАРОВИЧА-КРИТИЧЕСКИЕ-ЗАМЕЧАНИЯ (date of access: 02.08.2021).

Found source (search robot):


Publication author(s) - В. Н. ГУРЬЯНОВ:

В. Н. ГУРЬЯНОВ → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Galina Sivko
Краснодар, Russia
1174 views rating
14.09.2015 (2149 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes
Related Articles
КРУГЛЫЙ СТОЛ" НА ИСТОРИЧЕСКОМ ФАКУЛЬТЕТЕ МГУ
Catalog: История 
19 minutes ago · From Россия Онлайн
Р. В. Долгилевич. СОВЕТСКАЯ ДИПЛОМАТИЯ И ЗАПАДНЫЙ БЕРЛИН (1963-1964 гг.)
Catalog: Право 
21 minutes ago · From Россия Онлайн
Анонс Изучение новой теории электричества, пожалуй, нужно начинать с анекдота, который актуален до сих пор. Профессор задаёт вопрос студенту: что такое электрический ток. Студент, я знал, но забыл. Профессор, какая потеря для человечества, никто не знает что такое электрический ток, один человек знал, и тот забыл. А ларчик просто открывался. Загадка электрического тока разгадывается, во-первых, тем что, свободные электроны проводника не способны
Catalog: Физика 
Как нам без всякой мистики побеседовать с человеческой душой и узнать у нее тайны Мира.
Catalog: Философия 
4 days ago · From Олег Ермаков
АВГУСТ ФОН КОЦЕБУ: ИСТОРИЯ ПОЛИТИЧЕСКОГО УБИЙСТВА
4 days ago · From Россия Онлайн
ОТТО-МАГНУС ШТАКЕЛЬБЕРГ - ДИПЛОМАТ ЕКАТЕРИНИНСКОЙ ЭПОХИ
Catalog: Право 
4 days ago · From Россия Онлайн
ПРОТИВОБОРСТВО СТРАТЕГИЙ: КРАСНАЯ АРМИЯ И ВЕРМАХТ В 1942 году
4 days ago · From Россия Онлайн
ИСТОРИЯ ДВУСТОРОННИХ ОТНОШЕНИИ РОССИИ И БОЛГАРИИ В XVIII-XXI веках
Catalog: История 
4 days ago · From Россия Онлайн
Г. С. Остапенко, А. Ю. Прокопов. НОВЕЙШАЯ ИСТОРИЯ ВЕЛИКОБРИТАНИИ XX - начала XXI века.
Catalog: История 
5 days ago · From Россия Онлайн
ЭУДЖЕНИО КОЛОРНИ: АНТИФАШИЗМ, ЕДИНАЯ ЕВРОПА, СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ ИДЕЯ И ФЕДЕРАЛИЗМ
Catalog: История 
5 days ago · From Россия Онлайн

Actual publications:

Latest ARTICLES:

Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
ОБЩИЕ ТЕОРИИ СИСТЕМ А. И. УЕМОВА И М. МЕСАРОВИЧА. КРИТИЧЕСКИЕ ЗАМЕЧАНИЯ
 

Contacts
Watch out for new publications: News only: Chat for Authors:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Russian Libmonster ® All rights reserved.
2014-2021, LIBMONSTER.RU is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Russia


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones