Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
Illustrations:

Libmonster ID: RU-7522
Author(s) of the publication: С. Юшков

Share with friends in SM
Заглавие статьи Сообщения. ОБ АКАДЕМИЧЕСКОМ ИЗДАНИИ "ПРАВДЫ РУССКОЙ"*
Автор(ы) С. Юшков
Источник Историк-марксист,  № 2, 1941, C. 95-102
Место издания Москва, СССР
Объем 40.9 Kbytes
Количество слов 5340
Постоянный адрес статьи http://ebiblioteka.ru/browse/doc/7596704

Сообщения. ОБ АКАДЕМИЧЕСКОМ ИЗДАНИИ "ПРАВДЫ РУССКОЙ"*

Автор: С. Юшков

Одним из важнейших исторических памятников периода возникновения и первоначального развития русского феодализма является "Русская правда". Ввиду того что до нас не дошел актовый материал, "Русская правда" является основным, а по многим частным вопросам - и единственным источником наших сведений об общественно-экономическом строе Киевского государства. Исключительное значение имеет "Русская правда" в истории русского права. Она характеризует период возникновения феодального права, права-привилегии. Все другие дошедшие до нас юридические памятники не дают и сотой доли того, что дает "Русская правда" для изучения правовых институтов. В настоящее время ясно всем, что мнения об иноземных ее источниках (норманских или в зантийских) решительно ни на чем не основаны, что она является сборником русского права, права русской народности. Без тщательного изучения "Русской правды" нам не будет понятно дальнейшее развитие феодального права в Литовском и Русском государствах XIV - XVI веков.

"Несмотря на исключительное значение "Русской правды" как исторического источника и несмотря на то, что это значение стало осознаваться давно (еще со времен Татищева), "Русская правда" не является достаточно изученной: до сих пор нет единства взглядов ни относительно времени и места происхождения отдельных редакций "Русской правды", ни об ее источниках, ни по вопросу об официальном или неофициальном ее происхождении. Если нет единства взглядов по основным вопросам истории памятника, то еще более отличаются разнообразием мнения по частным вопросам этой истории.

Разнообразие мнений о "Русской правде" объясняется тем, что буржуазные исследователи подходили к ней без учета социальной обстановки, при которой она возникла и развивалась: исследователи не понимали социальной природы норм "Русской правды". Далее, исследователи не изучали текст "Русской правды" в его развитии, обусловленном в свою очередь развитием производственных отношений. Словом, исследователи применяли к изучению "Русской правды" типичный для буржуазной историографии, формально-догматический подход.

Но была и объективная причина, препятствовавшая изучению: это - отсутствие такого издания текста "Русской правды", которое удовлетворяло бы современным научным требованиям; единственное научное издайте "Русской правды" - Н. В. Калачова "Предварительные юридические сведения для полного объяснения "Русской правды" (СПБ. 1846) - является устарелым.

Н. В. Калачов, издавая текст "Русской правды", разбил его на части, посвященные отдельным разделам права: государственного, гражданского, уголовного и т. д. Не говоря уже об искусственности такого выделения статей "Русской правды" и явной модернизации институтов этого памятника (феодальное право ранней эпохи не знает категорий государственного, гражданского и уголовного права), необходимо указать, что для работы над текстом памятника исследователю приходилось соединять эти части воедино, совершать предварительную большую работу. С другой стороны, Н. В. Калачов не мог использовать списки, которые сделались известны лишь в настоящее время. Все другие издания (того же Н. В. Калачова, Сергеевича и др.) носят учебный характер. "Вопрос о новом научном издании "Русской правды" был поставлен сразу после выхода в свет "Предварительных сведений". Известно, что Н. В. Калачов признавал неудовлетворительность своего "систематического" издания и имел в виду издать "Русскую правду" без раздробления ее текста на отделы, но свою работу не довел до конца. После Н. В. Калачова предполагал заняться новым изданием Павлов- Сильванский, но не успел приступить к осуществлению этой задачи. После смерти Павлова-Сильванского вопрос об издании "Русской правды" заглох. Предпринятая


* "Правда Русская". Т. I. Тексты. Подготовили к печати В. П. Любимов, Н. Ф., Лавров, М. Н. Тихомиров, Г. Л. Гейерманс и Г. Е. Кочин, под редакцией акад. Б. Д. Грекова. Издательство Академии наук СССР. М. и Л. 1940. 505 стр. (Институт истории Академии наук СССР).

стр. 95

сравнительно недавно (1930) акад. Карским попытка дать новое издание окончилась неудачей. Акад. Карский положил в основу издания Синодальный список, который им был сочтен ближайшим к протографу по древности языка. Между тем более глубокий анализ, в частности археографический и историко-юридический, приводит к убеждению, что Синодальный список является дефектным и списком-уникумом. Ясно, что когда в основе издания лежит дефектный список, то оно теряет всякое научное значение.

В 1935 г. появилось первое советское научное издание "Русской правды" АН УССР1 . В этом издании напечатаны тексты по 7 спискам и 5 редакциям, причем к напечатанным спискам подведены варианты 76 списков. Это издание давно разошлось и сделалось библиографической редкостью. Естественно, что научная общественность с нетерпением ждала нового советского издания "Русской правды", над подготовкой которого давно трудился целый коллектив крупных знатоков этого памятника.

Несомненно, выход в свет первого тома "Русской правды" является крупнейшим событием в советской исторической науке и большим ее торжеством. Новое издание рассчитано на три тома. В первом томе даются тексты "Русской правды"; во втором будут помещены фототипические воспроизведения 15 главнейших списков; третий же том будет специально посвящен комментарию "Русской правды", истории ее изучения и исследованию вопросов по истории ее текста.

Рецензируемый нами первый том, кроме текстов, содержит предисловие редактора акад. Б. Д. Грекова, статью научного сотрудника Института истории В. П. Любимова "Списки Правды Русской" (использованные и не использованные в этом издании и списки неразысканные), сводные таблицы постатейной нумерации кратких и пространных списков и указатель. Тексты изданы на основе принятой Институтом истории классификации списков "Русской правды". По этой классификации, все списки делятся на два основных разряда: разряд кратких списков и разряд пространных списков. Разряд пространных списков в свою очередь разделяется на три группы: 1) Синодально-Троицкую группу, состоящую из восьми видов: Троицкого, Синодального, Новгородско-Софийского, Рогожского, Мясниковского, Розенкампфовского, Фералонтовского и Толстовского (сокращенного); 2) Пушкинскую, состоящую из двух видов: Пушкинского и Археографического; 3) Карамзинскую, состоящую из трех видов: Троицкого, Оболенско- Карамзинского и Музейского.

После текста этих разрядов и видов даются сводные тексты кратких списков (по двум спискам: Академическому и Археографическому) и пространных списков по трем группам: Синодально-Троицкой (15 списков). Пушкинской (5 списков), Карамзинской (7 списков) - и Толстовскому (сокращенному) виду (1 список). Сводные тексты пространного разряда даются параллельно.

Всего в издании использовано 88 списков, из которых до сего времени не были изданы 7 списков и не были подведены варианты 10 списков. "Среди этих новых списков списки собрания Егорова и Овчинникова, открытие которых в 1935 г. является заслугой В. П. Любимова. " Тексты изданы с исключительной тщательностью. При передаче текста употребляются славянские буквы, которые отсутствуют в современном русском алфавите. Передается киноварь (жирным шрифтом) и вязь (прописными буквами). Исправления слов или букв, приписки, подчистки, сделанные писцом рукописи, оговариваются в примечаниях.

Изданию текста каждого вида предшествует обстоятельнейшее археографическое описание. Дополнительные материалы рецензируемого тома: сводные таблицы нумераций и указатель - составлены с такой же исключительной тщательностью и точностью, с какой были подготовлены к печати и напечатаны тексты.

Издание и подведение вариантов такого количества новых списков является крупнейшей заслугой сотрудников, подготовлявших текст к изданию. Благодаря этому изданию дается возможность действительно изучить историю текста "Русской правды", не прибегая в большинстве случаев к самым рукописям. Заслуживает большого признания и то, что редакция, кроме издания текстов по разрядам, группам и видам, дала сводные тексты, что облегчает работу по анализу отдельных статей. Издание прекрасно, можно сказать, художественно оформлено. Удачно выбранный формат, изящный переплет, шрифт, бумага - все это радует глаз ценителя книги. Словом, по тщательности и точности издание текстов "Русской правды" является образцовым.

Но, высоко ценя исключительную работу, проделанную коллективом научных работников, подготовлявших к изданию тексты "Русской правды", приходится отметить ряд моментов, которые, на наш взгляд, являются недостатками этого прекрасного издания. Когда научная общественность с таким нетерпением ждала выхода в свет этого издания, то предполагалось, что оно будет окончательным завершением работы над текстом "Русской правды", что оно должно сделаться на определенный, довольно значительный промежуток времени своего рода стереотипным. К сожалению, приходится констатировать, что это не так, что это - не завершение работы над изданием текста, а один из этапов, правда весьма значительный. Дело в том, что к полноценному научному изданию такого памятника, как "Русская правда", памятника недатированного и до-


1 "Русская правда", Киев. 1935.

стр. 96

шедшего до нас во множестве списков, предъявляется ряд серьезнейших требований. При учете того, что над изданием текста работал долгое время целый коллектив крупнейших знатоков "Русской правды", что к обсуждению результатов работы привлекался ряд крупнейших историков, а во главе редакции стоял акад. Б. Д. Греков, один из крупнейших исследователей Киевской Руси, что редакция не была ограничена техническими средствами (издание рассчитано на 3 тома, а первый том содержит 505 страниц), - эти требования к рецензируемому изданию вполне естественны. Обратимся к рассмотрению, каковы эти требования и как они осуществлены.

Прежде всего ценность рецензируемого труда обусловливается тщательным изданием (или подведением вариантов) всех дошедших до нас списков, безотносительно к тому, является ли список простой копией или позднейшим списком. Для истории памятника очень часто важно знать, как понимался текст в более позднее время. Дело исследователя, а не издателя - определить, что является важным и что малозначительным для его исследований. Выполнено ли это основное требование редакцией? Нетрудно установить, что изданы далеко не все списки. В особом перечне указывается, что не были использованы 11 кратких списков и 4 пространных. В предисловии редактора не указывается, почему эти 15 списков не были использованы. Можно только догадываться о причине этого: неиспользованные списки относятся к XVIII и даже к XIX вв., и, следовательно, они были признаны неинтересными для истории текста "Русской правды". В частности большинство неиспользованных кратких списков - это списки Татищева. Но разве лицу, специально занимающемуся "Русской правдой", будет неинтересно установить, как воспринимал ее текст в XVIII в. Татищев? Насколько известно, издание приурочивалось к 200-летию работы Татищева над "Русской правдой", и, конечно, трудно понять, почему в издании не дан текст Татищева.

Как указано выше, кроме издания списков по разделам, группам и видам, редакция решила издать сводный текст. В сводном тексте производится как бы обобщение материала. И здесь обнаруживается, что в сводных текстах даны не все списки, а только некоторые. Так, при издании текста Троицко- Синодальной группы даны только 15 списков, а между тем редакции известны 66 списков. Решившись издать только 15 списков, редакция не объяснила, чем она руководилась при выборе того или иного списка. Если полагать, что в сводном тексте редакция стремилась дать тексты списков, положенных в основу отдельных видов, то не дан список, положенный в основу Ферапонтовского вида. Если считать, что редакция стремилась дать древнейшие списки, то Прилуцкий, Соловецкий III, Егоровский, Рогожский, Тихонравовский списки не могут быть отнесены к таковым, поскольку они относятся к XVI веку.

"Вторым требованием, предъявляемым к полноценному изданию таких памятников, как "Русская правда", является правильная классификация списков, дающая возможность изучить текст в его развитии. Чем больше отмечено и издано редакции и изводов, тем, очевидно, издайте ценнее. Но издание под видом групп, видов, изводов и т. д. таких списков, которые не имеют существенного значения в истории текста, не только не придает ценности изданию, а, наоборот, его ухудшает, так как наличие изданных малоинтересных изводов отвлекает внимание исследователей от важнейших списков, а при отсутствии полного сводного текста заставляет их проделывать большую работу: сличать эти списки с основными списками, т. е. со списками, лежащими в основе редакции. По мера того как углублялось изучение "Русской правды", исследователи отмечали большее число редакций и изводов.

Первоначально делили списки "Русской правды" на две редакции (Тобин): краткую и пространную. Затем, кроме этих двух редакций, стали выделять третью, "сокращенную из пространственной" (список Оболенского). Но в числе списков пространной редакции были Карамзинские списки, которые и по составу статей и по тексту отличались от большинства списков пространной редакции.

Н. В. Калачов в учебном издании "Русской правды" решил выделить списки этого вида в особую (III) редакцию. Но при дальнейшем изучении текста "Русской правды" обнаружилось, что имеется еще одна редакция "Русской правды", которая представляет собой органическое соединение "Русской правды" с "Судебником царя Константина" ("Законом судным людем"), являющимся болгарской обработкой византийских законов. В этой редакции статьи "Судебника царя Константина" непосредственно следуют за статьями "Русской правды", причем заглавие "Судебник царя Константина" опущено, а затем по окончании этих статей идут опять русские статьи, близкие по своему языку и содержанию к "Русской правде". Словом, составитель стремился создать в результате соединения "Русской правды" с "Судебником царя Константина" литературное целое и, несомненно, добился этого. Образовалась особая редакция "Русской правды", которая имеет большое значение не только в истории текста этого памятника, но и вообще в истории русского права XII - XV веков. Наличие этой редакции свидетельствует о начавшейся на Руси рецепции болгаро-византийского права. Благодаря этой редакции можно установить, как технически проводилась рецепция. Оказывается, болгаро-византийские законы иногда выдавались за постановления "Русской правды".

Указанные нами 5 редакций действительно отображают основные моменты истории текста "Русской правды". Но в каждой из этих редакций имеются списки, которые

стр. 97

несколько отличаются друг от друга. Это обусловливает необходимость выделения внутри редакций ряда изводов. Больше всего таких изводов во второй по изданию Калачова и Украинской академии наук (УАН) редакции - Синодальный, Троицкий "Мерила праведного", Пушкинский, Троицкий (сборник N 765) и еще один извод, близкий к Троицкому из "Мерила праведного", находящийся в кормчих без соединения их с "Мерилом праведным". Имеются изводы (два) и в третьей редакции (списки Карамзинского вида).

Мы не ошибемся, если будем утверждать, что деление "Русской правды" на четыре редакции перед выходом в свет рецензируемого издания являлось общепринятым. Против целесообразности выделения еще одной редакции, т. е. "Русской правды" в соединении с "Судебником царя Константина", едва ли можно привести какие-либо разумные доводы. Списков таких обнаружено четыре. Что мы имеем дело не со случайным оформлением текста вследствие путаницы листов, доказывается имеющимся списком, где статьям "Русской правды" и "Судебника царя Константина" дана общая нумерация.

Вместо этой простой и естественной классификации (которая была до известной степени дана в издании УАН) редакция рецензируемого издания остановилась на весьма сложной классификации В. П. Любимова.

В издании даны тексты 15 списков. Конечно, если позволяют технические средства, такое обилие напечатанных списков надо приветствовать: чем больше списков издано, тем ценнее издание. Но здесь должны быть соблюдены два условия: 1) надо, чтобы списки, имеющие особое значение в истории текста "Русской правды", были выделены (чтобы они не были приравнены к изводам - видам, по терминологии нового издания); 2) чтобы были напечатаны списки, действительно отличающиеся от других по составу статей и обилию вариантов. Иначе печатание под видом изводов, или видов, списков, мало чем отличающихся друг от друга, превращает действительно научное издание, предполагающее обобщение списков, в простое собрание материалов. Лицо, пользующееся подобным изданием, не в состоянии будет уловить главное в истории текста или же ему самому придется работать над обобщением материалов.

Нам думается, что принятая редакцией классификация списков "Русской правды" и обусловливает ряд более или менее серьезных недостатков рецензируемого издания. Прежде всего благодаря этой классификации редакция принуждена отнести к виду Синодально-Троицкой группы сокращенную из пространной редакцию списков, которая выделяется даже во всех учебных изданиях (Калачова, Сергеевича и т. д.). Достаточно применить элементарный анализ к спискам этой редакции, чтобы уяснить, что ее составитель не только сокращал список Троицкого извода, но и значительно его перерабатывал.

Другим упущением редакции является отнесение списка библиотеки имени В. И. Ленина N 765 к Карамзинской редакции (группе). В науке вполне установились признаки списков Карамзинской редакции: это - присоединение к статьям, составляющим первую часть пространных списков, ряда статей о приплоде скота, пчел и пр. и присоединение ряда новых статей в конце обычного текста, среди, которых надо указать на Устав кн. Ярослава о мостах. Имеется ряд важных особенностей и в тексте отдельных статей. Но редакция без достаточных оснований разрушает это сложившееся представление о Карамзинских списках и относит к их числу указанный нами список, между тем он не содержит статей о приплоде скота, пчел и т. д., т. е. наиболее специфического признака списков этой редакции, разночтения же текста этого списка с текстом других Карамзинских списков весьма значительны, и, наоборот, текст этого списка часто сходен с текстом Троицкого вида и других видов.

Несомненно, текст этого списка вполне заслуживает издания в качестве особого извода. Сомнительность отнесения его к Карамзинским спискам чувствовал и В. П. Любимов. Он принужден был в своей статье указать, что "Правда Софийской летописи" (список Карамзинского типа отличается от Троицкого IV списка (Троицкого собрания N 765) прежде всего тем, что в нее вошли статьи о приплоде от скота и пчел, о прибытке от хлебных продуктов и о "сиротьем вырядке" и что "в этом списке мы видим в полной сохранности все то, что мы встречаем в Синодально-Троицкой и Пушкинской группах, только в соединении друг с другом и в согласованной форме". И тем не менее этот список был отнесен к группе, с основными списками которой он меньше имеет связи нежели со списками других групп.

Коснемся теперь целесообразности выделения видов (изводов) внутри каждой группы. Как указано, Синодально-Троицкая группа, по принятой редакцией классификации, состоит из следующих видов: Троицкого, Синодального, Новгородско-Софийского, Рогожского, Мясниковского, Розенкампфовского, Ферапонтовского и Толстовского (сокращенного), о котором уже шла речь.

Выделение Синодального вида, отличающегося от Троицкого как составом статей, так и порядком расположения, совершенно необходимо. Но целесообразно ли выделение других видов? Нет, конечно, сомнений в том, что в специальном исследовании текста "Русской правды" нужно будет разделить списки Троицкого типа на подредакции и виды. Но издавать эти виды, которые ничем не отличаются по составу статей от Троицкого списка и очень мало имеют разночтений с ним, целесообразно только в том случае, если в издании будет дан полный сводный текст. В противном случае пользующийся изданием принужден будет сопоставлять текст семи видов.

стр. 98

Сопоставляя текст этих видов с Троицким списком, нетрудно убедиться в малочисленности в них разночтений. Например, сопоставляя текст Троицкого списка с Розенкампфовским (по сводному тексту рецензируемого издания), можно отметить только следующие варианты на первых четырех страницах текста (приблизительно одной шестой части всего текста). На стр. 402: о убийстве нет; изищуть вместо ищють ; вирную вместо виревную ; на стр. 404:ляжеть вместо лежить ; толико вместо колико ; зане вместо зань ; прикладывают вместо прикладываети ;изплатити вместо сплати ; добавлено: а то; а в 40 гривен ему заплатити из дружины нет; убил или нет; прикладывають вместо прикладываети ; на стр. 406: добавлено А се покони вирнику ; также и в пятницу вместо в пятницу тако же ; а кур по двою ему на день вместо а кур ему по двою на день ; голважнь вместо голважень ; о уроцех вместо о вирах ; о княжих отроцех и о епископл ех вместо о княже муже ; на стр. 408: О ремественницех вместо о ремественнице и о ремественице; з засмердил холоп 5 гривен нет; добавлено гривен ; добавлено не; же вместо ти; виры вместо верви ; о свержении виры вместо Аже свержеть виру ; исклепал вместо клепал ; помогного вместо помечного ; II добавлено кун II . Так же малозначительны разночтения и других видов: Новгородско-Софийского, Рогожского, Мясниковского.

Во всяком случае, если и издавать эти виды (в настоящем издании это заняло свыше 100 страниц, от 135 стр. до 264 стр.), то следовало бы параллельно с Троицким списком и при этом дать полный сводный текст списков Троицкого типа. Полного же сводного текста нет, так как сводный текст дан только по 15 спискам.

Конечно, хорошо, что в новом издании проведена большая дифференциация списков, но она должна сочетаться с обобщением текста. Обобщения же в полной мере в рецензируемом издании нет, и это, конечно, является серьезным недостатком издания.

Все эти недостатки поправимы. Пользующиеся данным изданием, вопреки принятой редакцией классификации, учтут, что гак называемый Толстовский (сокращенный) вид на самом деле есть особая редакция, что список Троицкого собрания N 765 мало имеет отношения к Карамзинским спискам. В конце концов они сами проделают большую работу по анализу списков Троицкого вида и произведут обобщение материала.

Непоправимым упущением издания надо признать упразднение той редакции "Русской правды", которая представляет соединение статей этого памятника с "Судебником царя Константина".

Выше мы обосновали совершенную необходимость выделения этой редакции и напечатания полного ее текста. В рецензируемом издании списки этого вида даются не в качестве особой редакции, а в качестве особой, Пушкинской группы, состоящей из двух видов: Пушкинского и Археографического. Издавая списки этого вида, редакция произвела над ними настоящую вивисекцию. Она механически отрезала все дополнительные статьи к тексту "Русской правды". Статьи из "Судебника царя Константина" она опустила совсем, а русские статьи дала в качестве дополнения. Словом, редакция напечатала только отрывок сложного литературного целого.

Редакция, невидимому, чувствовала всю неправильность этого шага. Она сделала попытку оправдаться. Акад. Б. Д. Греков в своем предисловии пишет: "В некоторых списках... он (т. е. "Судебник царя Константина", или "Закон судный людем") непосредственно присоединен к "Правде". Последнее обстоятельство оправдывало бы напечатание этих списков непосредственно в таком соединении, дав полный текст "Закона судного людем" по этим рукописям. Однако это не дало бы истории текста "Закона судного людем", что очень важно в целях изучения взаимоотношения этих двух памятников". Конечно, история текста "Закона судного людем" не была бы дана, но зато история текста "Русской правды" отражена была бы полностью, чего как раз теперь мы не наблюдаем.

Третье требование, которое обычно предъявляется к полноценному изданию памятника, дошедшего до нас во множестве списков, - воспроизведение по возможности всех вариантов издаваемых списков и полное отражение истории их текста (киноварь, вязь, пропуски, поправки и т. д.).

Как известно, варианты бывают смысловые и филологические (иногда применяют выражение "орфографические"). Для памятника позднего времени, когда смысл каждой фразы и каждого слова ясен, нет особой необходимости давать филологические варианты. Историк языка все равно будет работать по рукописи, а не по печатному изданию. Но такие памятники, как "Русская правда", надо издавать с подведением и филологических (орфографических) вариантов.

При толковании многих статей "Русской правды", кроме всякого иного анализа, необходим и филологический анализ. В некоторых случаях данные этого анализа являются решающими. Достаточно указать, что долголетний спор о том, какой текст предпочесть при анализе статьи о вознаграждении за убийство смерда: Академического ли списка или Троицкого ("А в смерде и в холопе", или "А за смердии холоп"), - может быть решен только в результате филологического анализа. Можно предполагать, что в будущем значение филологического анализа при истолковании статей "Русской правды" еще более увеличится. Обратимся теперь к выяснению, все ли варианты издаваемых списков подведены в рецензируемом издании.

В предисловии редактора акад. Б. Д. Грекова точно указывается, какие варианты отмечены: это "а) замена одного слова другим, б) добавление слов, в) пропуск слов, г) перестановка слов и статей, д) замена одной буквы другой, добавление или пропуск буквы, если такая замена, добавление или пропуск, могут иметь смысловое значение, или если чтение основного текста

стр. 99

предполагается испорченным, или если такое разночтение особенно характерно для взаимоотношения списков; для списков XVI в. и более поздних не отмечаются случайные искажения отдельных слов, не встречающихся в остальных списках данного вида".

Таким образом, в новом издании даются смысловые варианты, а не филологические. Варианты же списков XVI в. и более позднего времени даются в еще более ограниченном количестве.

Такое пренебрежение к филологическим вариантам со стороны редакции ничем не может быть оправдано. В особенности не может быть оправдано отношение редакции к спискам XVI в., когда, как указано, не отмечаются "случайные" искажения слов. Каждое искажение слов может быть признано случайным, и окончательным судьей в этом деле должен являться исследователь, а не тот научный работник, который подготовлял данный текст к изданию.

К каким последствиям привело пренебрежение к вариантам, можно установить при "выборочном" сличении списков Новгородско-Софийского, положенного в основу издания Новгородско-Софийского вида, и "Хворостининского" (П. Б. II N 298 ), причем мы ограничились сличением первых десяти статей (примерно около одной двенадцатой части текста). Количество неотмеченных вариантов (мною приводятся и филологические, по терминологии редакции, "орфографические", варианты) весьма значительно. Так, не отмечены следующие варианты:Русская вместо Роуская ; оубиеть вместо оубiеть ; мужь вместо моужь ; мужа вместо моужа ; брату вместо братоу ; отцю вместо отцоу ; браточаду вместо браточадоу ; будеть вместобоудеть ; голову вместо головоу ; будеть вместо боудеть ; мужь вместо моужь ; тивуна вместо тиоуна ; аще вместо аче ; купець вместо коупець ; паки вместо пакы ; рустiи вместороустіи ; мужи вместо моужи ; Костячко вместо Коснячько ; оубиеніе вместо оубiение ; голову вместо головоу ; кунами вместо коунами ; выкупати вместо выкоупати ; Ярославльвместо Ярослав ; судил вместо соудил ; оубиет вместо оубіет ; мужа вместо моужа ; ищуть вместо ищоуть ; в слове вирную и переправлено позднейшим почерком на Ѣ , чей вместо чьей ;паки вместо пакы ; вервъ вместо вервь ; дикую вместо дикоую ; виру вместо вироу (и позднейшим почерком выправлено в Ѣ ); боудет вместо боудеть ; головникъ вместо головникь ; над строкой позднейшим почерком написано платити ; дикую вместо дикоую ; виру вместо вироу ; и позднейшим почерком переправлено в Ѣ , в слове вообчи и позднейшим почерком переправлено в Ѣ , ему вместо емоу ; дружины вместо дроужины ; будеть вместо боудеть ; пиру вместо пироу ; тому вместо томоу ; людіе вместо людие ; помагають вместо помогають ; в слове вирнии первое и позднейшим почерком переправлено в Ѣ , в слове вирнику первое и переправлено в Ѣ , солоду вместо солодоу ; среду вместо середоу ; пятницу вместо пятницю ;куров вместо коуров ; двое вместо двои ; со вместо съ ; сути вместо соути ; в слове вириику первое и позднейшим почерком переправлено в Ѣ , ссадная вместо съсадная ; в слове вира ипозднейшим почерком переправлено в Ѣ .

При просмотре текста Новгородско-Софийского вида в примечаниях находим такие указания, которые, на наш взгляд, совершенно недопустимы "в научном издании. Например: "Так (т. е. станемь) в большинстве списков Новгородско-Софийского вида" (стр. 149). Надо совершенно точно указывать, в каких именно списках.

В особенности мало вариантов отмечается при издании сводных текстов. Так, сличая текст Троицкого списка, положенного в основу издания, с Мясниковским, нами обнаружено, что в первых десяти статьях не были отмечены следующие варианты (мы не отмечаем здесь чисто орфографические варианты): "Володимерича вместо Володимеричь ; отсутствует мужа ; мьститьвместо мьстити ; любо вместо ли ; братью вместо братню ; оже вместо аще ; аще вместо аче ; тивуна вместо тиуна ; любо вместо или ; боярьск вместо бояреск ; ли вместо любо ; паквместо паки ; совокупишася вместо совкупившеся ; вину вместо убиение ; ни вместо но ; Иже вместо Аже ; аще вместо паки ; толко вместо колико ; опче вместо вообви ; отсутствует но ;всякій вместо всякоя ; людье вместо люди ; отсутствует А ; ногаты вместо ногате ; куров вместо кур ; двое вместо по двою ; пшон вместо пшена ; отсутствует уборков ; съ вместо со ;векши вместо векшии ; и вместо а ; Иже вместо аже ; въ вместо во ; 26 вместо 10 ".

Как видно, ряд неотмеченных вариантов имеет большое значение при анализе текста, в частности для установления взаимоотношений между редакциями.

Сличение Троицкого списка с другими списками приводит к тем же примерно результатам: много важных вариантов не было отмечено при подведении вариантов и других списков.

Далее. Достоинство каждого издания "Русской правды" в значительной степени зависит от правильной разбивки текста на статьи. Как известно, цитирование этого памятника по статьям давно сделалось обычным. Сделалось обычным вместо приведения статьи целиком указание ее номера по тому или иному изданию. Нумерация статей была в каждом издании различна. У Тобина была дана весьма дробная нумерация. Н. В. Калачов объединил многие статьи Тобина в одну. Сергеевич во многих случаях возвратился к нумерации Тобина и, во всяком случае, разделил текст "Русской правды" на большее количество статей нежели Калачов.

В издании УАН дана тоже особая нумерация статей "Русской правды".

Естественно ожидать, что будет дана особая нумерация и в рецензируемом издании. И действительно, редакция дала свою нумерацию, отличающуюся от ранее предложенных. И здесь, как нам кажется, редакция сделала ряд довольно значительных

стр. 100

упущений. При разделении текста "Русской правды" на статьи издатели обычно давали разное количество статей в зависимости от редакции. Так, у Калачова первая (краткая) редакция содержала 43 статьи; вторая редакция (Троицкого вида) - 115 статей; третья редакция (Карамзинского вида)- 132 статьи; четвертая (сокращенная из пространной) - 55 статей; у Сергеевича третья редакция (пространная) - 154 - 155 статей, а четвертая (сокращенная из пространной) - 68. В зависимости от принадлежности списков к той или иной редакции также различное количество статей дается и в издании УАН.

По совершенно другому принципу сделано разделение статей в данном издании.

Верная своему делению всех списков "Русской правды" на два основных раздела; Краткий и Пространный, - редакция дала только две нумерации: краткие списки она делит на 43 статьи, а все пространные - на 121 статью, независимо от фактического количества статей того или иного списка. На 121 статью она делит и Троицкий, и Синодальный, и Карамзинский списки. В тех списках, где статей фактически больше, излишние статьи не нумеруются: они обозначаются звездочкой. Там, где статей фактически меньше, например в Синодальном списке, редакция все равно дает нумерацию Троицкого списка, т. е. приписывает и этому списку сакраментальное число статей "Пространной правды" - 121 статью. В особенности вызывает решительное недоумение тот факт, что редакция и текст сокращенной из пространной редакции делит на 121 статью, причем нумеруются и те статьи, которые в этой редакции отсутствуют. Так что нумерация в этом списке дается, например, следующая: 46, 49, 50, 54, 55, 67, 68 и т. д.

Нам непонятно, зачем нужно было втискивать текст разных редакций в это прокрустово ложе двух нумераций. Достаточно учесть, что пользующийся рецензируемым изданием не сможет дать нумерацию ряду статей, не входящих в состав 121 статьи Троицкого вида, например статьи "О человеке", "О муке", "О копьи" и т. д. Очевидно, придется разыскивать какое- нибудь из старых изданий и использовать нумерацию этого издания. Ряд критических замечаний вызывает и самая разбивка кратких и пространных списков на статьи (43 и 121).

При разбивке текста "Русской правды" на статьи необходимо руководиться некоторыми общими принципами. Нам кажется, что надо держаться, насколько это возможно, той разбивки статей, которая дана в самом тексте, не дробить без необходимости статьи, снабженные заголовками. Далее, уже давно всеми признается правильным положение, что деление "Русской правды" на статьи есть результат толкования содержащихся в ней норм. Оно может иметь значение только тогда, когда это толкование безупречно и не вызывает никаких сомнений. Наконец, еще Сергеевич советовал при разбивке текста "Русской правды" на статьи держаться того правила, что каждая отдельная мысль должна быть выражена в особой статье. Он правильно указывал, что если текст развивает мысль той или иной статьи, то он может войти в эту статью. Во всяком случае нельзя давать статьи, если смысл ее совершенно не может быть понят без учета предыдущей и последующей статей. Эта статья будет содержать обрывок мысли, а не правовую, полностью выраженную норму.

Пример нарушения последнего принципа дал тот же Сергеевич, когда счел особой статьей обрывок фразы: "Тако же и за бояреск". Ясно, что этот обрывок не может быть понят без предыдущего текста.

К сожалению, редакция рецензируемого издания тоже небезупречна в этом отношении: часто разбивка ею текста на статьи является необоснованной. (Это замечание относится главным образом к нумерации пространных списков.) Так, трудно согласиться с разделением статьи о дикой вире (по изданию Калачова и УАН, статьи 4-й) на три статьи (4, 5 и 6-я). Последние две статьи не могут быть поняты без статьи 4-й, поскольку все эти статьи являются одной развитой правовой нормой. К такому же разрыву одной нормы приводит разделение редакцией статьи 17-й, по изданию Калачова, или 16-й, по изданию УАН, на две (21, 22-я). Статья 22-я начинается: "Такоже и во всех тяжах, в татбе и поклепе..." Ясно, чтобы установить смысл этой статьи, надо учесть текст статьи 21-й. Такие же обрывки фраз, а не правовые нормы дает редакция, разбив статью 19-ю УАН и 20-ю Калачова на две статьи: 25 и 26-ю. Нецелесообразным является разбивка статьи об обидах, причиняемых закупу его господином. Чтобы понять содержание этих постановлений, надо проанализировать весь текст. Можно указать на нецелесообразность деления и других статей.

В некоторых случаях редакция неправильно объединяет статьи, которые являются двумя различными правовыми нормами. Так объединены статьи 28 и 29-я УАН в одну (35-ю). Первая (28-я) статья говорит о своде, а вторая (29- я) - о коневом и клетном тате. Объединены в одну статью статьи 38 и 39-я УАН (40 и 41-я Калачова) - о штрафе за увод коня и об уроках за кражу скота. Характерно, что редакция не обратила внимания на наличие особого заголовка статьи об уроках за кражу скота. На такое объединение статей из решался ни один издатель, поскольку статья 38-я устанавливает вообще наказание за увод коня, а статья 39-я говорит об уроках, которые должны платить смерды.

Коснемся теперь археографических описаний, которые предшествуют в рецензируемом издании тексту списков. Нами уже отмечено, что наличие этих археографических описаний является одной из положительных особенностей этого издания. Но в этих археографических описаниях отсутствует перечень статей Кормчих и других сборников, среди которых помещена "Русская правда". А между тем наличие этого перечня дало бы возможность представить историю "Русской правды" в памятниках " сложного состава - Кормчих, сборниках и летописях.

стр. 101

Поскольку "Русская правда" содержится только в некоторых редакциях Кормчих и других сборников, то в большинстве случаев можно было бы дать однажды более или менее подробное описание Кормчей, а затем уже ограничиться кратким перечнем статей, предшествующих и последующих за "Русской правдой".

Такое описание состава Кормчих и других сборников мало бы увеличило объем издания, если бы при этом были сокращены некоторые, действительно излишние подробности археографического описания списков.

Наконец, еще одно замечание. Уже целый ряд вышеотмеченных особенностей плана издания: своеобразная классификация списков, по которой одна из редакций превращается в простой сокращенный вид, а другая редакция совершенно не дается в полном виде, нежелание дать сводный текст по всем спискам, а только по некоторым, своеобразный подбор вариантов при издании сводного текста - все это невольно создает впечатление, что редакция давно уже разрешила все спорные вопросы истории текста и теперь как бы опубликовывает результаты своей работы. Однако можно уверить редакцию рецензируемого издания, что даже при опубликовании ею третьего тома, в котором будут содержаться исследования по истории текста, едва ли все исходные ее положения будут приняты. Было бы гораздо лучше, если бы редакция не проявляла подобного систематического навязывания своих взглядов на историю текста "Русской правды", а дала бы более тщательно весь нужный материал, в частности были бы изданы все списки, подведено было бы большее количество вариантов. Исследователи сами бы разобрались во всех интересующих их вопросах.

Большинство отмеченных недостатков рецензируемого издания, несомненно, определяется общими взглядами на историю памятника, которых держится редакция. Эти взгляды нам кажутся необоснованными, и этим объясняется наше разногласие с основными чертами плана издания.

Но отмеченные недостатки издания вовсе не колеблют той высокой общей оценки, которая была дана редактору и сотрудникам рецензируемого издания. Повторяю, издание, несомненно, является большим торжеством советской исторической науки.

Orphus

© libmonster.ru

Permanent link to this publication:

https://libmonster.ru/m/articles/view/ОБ-АКАДЕМИЧЕСКОМ-ИЗДАНИИ-ПРАВДЫ-РУССКОЙ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Lidia BasmanovaContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://libmonster.ru/Basmanova

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

С. Юшков, ОБ АКАДЕМИЧЕСКОМ ИЗДАНИИ "ПРАВДЫ РУССКОЙ"* // Moscow: Russian Libmonster (LIBMONSTER.RU). Updated: 22.08.2015. URL: https://libmonster.ru/m/articles/view/ОБ-АКАДЕМИЧЕСКОМ-ИЗДАНИИ-ПРАВДЫ-РУССКОЙ (date of access: 24.07.2019).

Found source (search robot):


Publication author(s) - С. Юшков:

С. Юшков → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Rating
0 votes

Related Articles
Мухина В.С. Отзыв на кандидатскую диссертацию И.М.Мирошник на тему: "Личность педагога как фактор развития эмоционально-образного восприятия музыки учащимися". Отзыв представлен в диссертационный Специализированный совет К-018.03.01 при НИИ ОПП АПН СССР. Защита диссертации состоялась 13 ноября 1990 г. на заседании диссертационного Специализированного совета К-018.03.01 в Ордена Трудового Красного Знамени Научно-исследовательском институте общей и педагогической психологии Академии педагогических наук СССР (ныне это Психологический Институт Российской Академии Образования).
Дается попытка доказательства материалистического понимания вселенского явления творчества
3 days ago · From Henryk Niedałkow
Симультанный художественный образ «Одиночество Христа», созданный Ириной Мирошник, объединяет комплементарные (взаимодополняющие) художественные образы: изобразительный — картина Ивана Николаевича Крамского «Христос в пустыне», и музыкальный — Bach. Prelude No.14 F sharp minor WTC V2 в исполнительской интерпретации Ирины Мирошник. Симультанные художественные образы создаются на основе законов и принципов Координационной парадигмы развития (КПР) и метода координации И.М.Мирошник.
Важность военной ветеринарии в развитии нашего общества и отдельных отраслей знаний неоценима, так же как и ее практическое применение в организации материально-технического обеспечения войск и сил флота,, в различных видах ее деятельности.
Харизма и ораторское искусство – залог успеха в любом начинании
14 days ago · From Россия Онлайн
Два матерых лжеца предлагают народу поход к ложной, внешней опоре, чтобы под шумок движения к ней чистить его карманы. Оплот же страны — в ней самой. Two seasoned liars offer people a crusade to a false, external support in order to clean out their pockets under the guise of movement to it. But the strength of the country is in itself.
Catalog: Философия 
16 days ago · From Олег Ермаков
27 июня в Москве состоялась международная конференция «Споры в Южно-Китайском море и поиск мирного решения». Конференция была организована совместно Международной ассоциацией юристов-демократов (IADL) и Международным фондом "Дорога Мира" в контексте многих напряженных и сложных событий в регионе Южно-Китайского моря. В конференции приняли участие представители из Ассоциации юристов Вьетнама и Вьетнамской Дипломатической академии.
16 days ago · From Марина Тригубенко
Великая Отечественная война оставила столь сильный и незаживающий след в судьбах людей бывшего СССР, что неуместными выглядят жалкие потуги современных некоторых кинематографистов представить это великое событие мировой истории как лёгкую и беззаботную компьютерную "стрелялку". данная статья представляет собой рецензию на фильм "Т-34".
Метафизика исторического процесса. Metaphysics of the historical process.
Catalog: Философия 
22 days ago · From Олег Ермаков

Libmonster, International Network:

Actual publications:

LATEST FILES FRESH UPLOADS!
 

Actual publications:

Загрузка...

Latest ARTICLES:

Latest BOOKS:

Actual publications:

Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
ОБ АКАДЕМИЧЕСКОМ ИЗДАНИИ "ПРАВДЫ РУССКОЙ"*
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate $ to Libmonster ($)

Russian Libmonster ® All rights reserved.
2014-2019, LIBMONSTER.RU is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Russia


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Germany China India Sweden Portugal Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Uzbekistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones