Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: RU-10310

Share with friends in SM

1

До образования Швейцарского союза в 1291 году о Швейцарии можно говорить лишь как о понятии чисто географическом. В IX веке швейцарские земли являлись составной частью грандиозной империи Карла Великого. После ее распада, по верденскому договору 843 года, они оказались поделенными между королевствами Лотарингским и Восточнофранкским (впоследствии Германским). Области, отошедшие к Лотарингии, вскоре становятся составной частью герцогства Бургундии; территория же, вошедшая в состав Восточнофранкского королевства, делится на множество фактически независимых графств. Вместе со всей Европой они переживали период феодализации со всеми присущими ему чертами и свойствами. Старинные хроники рисуют этот период истории Швейцарии самыми мрачными красками. Вторжения диких венгерских и сарацинских орд сменяются не менее опустошительными и кровопролитными междоусобными войнами, и летописцы с огорчением свидетельствуют о многочисленных фактах необузданного грабежа, дикого произвола и безграничного вымогательства со стороны графов и их клевретов.

Борьба германского императора Генриха IV с папой Григорием VII за приоритет власти нашла в Швейцарии живейший отклик. Видные феодальные фамилии Кибургов, Габсбургов и др., отстаивающие свою независимость, становятся на сторону папы, тогда как недовольные папским абсолютизмом епископы Лозаннский, Женевский и Базельский принимают сторону императора. Швейцарские долины в связи с этим сделались ареной жестоких междоусобных схваток.

В XI веке процесс феодализации в основном закончился. Страна покрылась густой "сетью замков и монастырей - этих форпостов и цитаделей феодализма. Рост производительных сил привел к отделению ремесла от сельского хозяйства. Крестовые походы способствовали развитию обме-

стр. 56
на и международных связей, и в Швейцарии, расположенной на скрещении главных путей из Италии в Центральную и Северную Европу, возник ряд городов. Феодалы, получавшие от городов большие доходы, сами основывали новые поселения и давали им льготы и привилегии. Одним из самых ранних городов такого типа является Фрейбург, получивший уже в XII веке вольную грамоту от графа Церингенского.

В то же время не прекращалась борьба за преобладание между швейцарскими феодалами, в процессе которой приобретали все большее и больше" могущество графы Габсбургские. Отлично используя смутные времена в своих династических интересах, они путем завоеваний, выгодных перекрестных браков и наследований добились больших приобретений. В 1172 году Габсбурги наследовали угасшему роду Ленцбургов в его правах па кантоны Швиц, Унтервальден, Ааргау и Цюрих, а к началу XIII века достигли господствующего положения в Швейцарии.

Избрание Рудольфа Габсбурга германским императором в 1273 году знаменовало собой дальнейшее усиление Габсбургов, продолжавших округление своих земель войнами и покупкой соседних владений. Вся тяжесть этой завоевательной политики ложилась на плечи швейцарского народа. В 1287 году Рудольф Гамбургский набрал в Швице 15 тысяч солдат для похода в Бургундию; в 1291 году с Цюриха был взят колоссальный экстренный налог в тысячу марок. Присоединение к владениям Габсбургов Люцерна, Гларуса и других областей и наступление на вольности Швица, Ури и Унтервальдена окончательно озлобили швейцарцев. Дальнейшие захвати Габсбургов натолкнулись на решительное противодействие швейцарского крестьянства, имевшего гораздо большие возможности для успешного сопротивления феодальному гнету Габсбургов, чем другие народы. Причина этого заключается в своеобразных чертах развития феодализма в Швейцарии, что сыграло первостепенную роль в процессе складывания Швейцарского союза.

Первой отличительной чертой швейцарского феодализма было сохранение общинного устройства (Markgenossenschaft) в деревне, поддерживавшегося наличием альменд - земель, находящихся в общественном пользовании и включавших в себя в XIII веке большую часть всех удобных земель. В состав альменды входили пастбища, луга, леса, рыбные пруды, торфяники. Члены общины пользовались альмендой в индивидуальном порядке. Право пользования альмендой принадлежало полноправным) членам общины, каковыми считались исключительно главы семей. Пользование альмендой сочеталось с обязательным несением повинностей, регламентированных обычаем. Усадьба, пашня, иногда луга находились в частной собственности. Но частная форма собственности была целиком подчинена интересам коллективного пользования землей: наличие принудительного севооборота, право общины использовать частновладельческие участки под пастбища после снятия урожая говорят об этом весьма красноречиво.

Все же наличие частной собственности на землю влекло за собой имущественное расслоение в марке. Документы различают ряд категорий крестьян: полноупряжников, полуупряжников и, наконец, Tagwner'ов - безземельных или малоземельных крестьян. Последняя 'Категория становится особенно многочисленной в XVI веке. Такая форма сельской марки в своих общих чертах типична в равной мере и для свободной и для крепостной общины.

Хотя и альменды и марка не сохранились в совершенно чистом виде, тем не менее в сочетании со значительной прослойкой свободного крестьянства, наличие которой было второй своеобразной чертой швейцарской феодальной деревни, они являлись сильнейшим барьером на пути осуществления Габсбургами своих сеньориальных претензий.

Своеобразие социально-экономического строя швейцарской деревни дополнялось значительными по тем временам политическими вольностями рада швейцарских городов и областей. Бессилие германских императоров принуждало их платить за военную помощь, оказанную им швейцарцами, дарованием привилегий. И мы видим, что Гогенштауфены - предшественники Габсбургов, - особенно заинтересованные в обладании важными для них в стратегическом отношении альпийскими перевалами, даруют право избрания совета Базелю, статуты имперских городов- Цюриху, Берну и Солотурну, положение имперской земли - кантону Ури в 1231 году и вольную грамоту - жителям Швица в 1240 году. Грамота эта гласила, что император берет их "под свое специальное покровительство и под покровительство империи, как свободных людей..." 1 . Швиц управлялся своим" избираемым Landmann'oм, обладавшим судебными правами; жители его собирали для решения своих дел совет общины (Landsgemeinde) и имели свою печать.

Поэтому наступление Габсбургов на вольности швейцарцев вызвало с их сто-

1 Ван-Мюйден "История швейцарского народа". Т. I, стр. 151. С. -Петербург. 1898.

стр. 57


Император Рудольф Габсбург. XIII век.

роны организованное сопротивление. В Швейцарии сложилась своеобразная коалиция, ядро которой составляло свободное крестьянство Сохранение марки и альменды давало крестьянам исключительно твердые позиции в их борьба с сеньориальным гнетом, а благодаря древним вольностям лесные кантоны и города могли противопоставить уже готовые, крепкие политические организации централистическим стремлениям Габсбургов. Именно сохранение этих старинных патриархальных учреждений и объясняет дух независимости и несокрушимость воли швейцарцев, которым поют слащавые дифирамбы буржуазные историки.

2

Если при жизни императора Рудольфа владычество Габсбургов в Швейцарии держалось, в известной мере, на его личном авторитете и его дипломатических способностях, то внезапная смерть его в 1291 году и последовавшая за ной обычная склока среди немецких князей за императорский престол и преобладание послужили толчком к сплочению лесных кантонов с целью защиты своих прав и привилегий. Через 15 дней после смерти императора Рудольфа представители Швица, Ури и Унтервальдена заключили вечный союз, подтвержденный клятвой (отсюда и термин "Eidgenosse" - "товарищ по клятве") Цель союза формулировалась следующим образом: "Да будет же всем известно, что жители долины Ури, община долины Швиц и община нижней долины Унтервальдена, ввиду худых времен и с целью более успешной защиты и самосохранения по доброй воле согласились поддерживать друг друга всеми своими силами, средствами и добрыми услугами, как внутри, так и вне страны, против всякого, кто захочет совершить насилие против них, обеспокоить их или покоситься на их личность или имущество" 1

Этот договор и явился тем ядром, из которого затем развился Швейцарский союз Цюрих, присоединившийся к нему в том же году, отошел затем под давлением Габсбургов и окончательно вошел в состав конфедерации лишь в 1351 году В XV веке все эти события были облечены народом в форму эпической поэмы о Вильгельме Телле, давшей сюжет одноименному гениальному произведению Шиллера Пока же положение только что родившегося союза было настолько щекотливым, что авторы этого договора поклялись держать его в строжайшей тайне Будучи еще слишком слабыми, чтобы вступить открыто в схватку с Габсбургами, союзники, пользуясь феодальными распрями внутри самой Швейцарии, дракой князей за императорский престол в Германии, династическими противоречиями между Габсбургской, Франконской и Баварской фамилиями, добивались подтверждения своих вольностей. Но, конечно, такое положение не могло продолжаться до бесконечности, и решительная схватка была неминуема Повод не заставил себя долго ждать.

Жители Швица давно мечтали прибрать к своим рукам тучные земли монастыря Эйнзидельн, остававшиеся невозделанными, ибо монахи предпочитали праздное тунеядство тяжелой крестьянской работе. Тем не менее монастырь ревниво оберегал свои права на эту землю от посягательств швицских крестьян Жители Швица решили покончить с такой несправедливостью и силой овладели спорной землей Монастырь добился у епископа Констанцского отлучения их от церкви В ответ на это крестьяне в ночь на 7 января 1315 года ворвались в монастырь и разграбили его до тла, в то время Kuh дрожащие от испуга "святые" отцы метались полураздетые по монастырскому двору Таков был комический пролог к битве при Моргартене, имевшей столь трагические последствия для Габсбургского дома.

Герцог Леопольд I, суверен швейцарских земель, давно искавший повода сбить спесь со швейцарцев, пришел в бешенство,

1 Ван-Мюйден Цит. соч. Т. I, стр. 159.

стр. 58


Договор лесных кантонов о вечном союзе, заключенный в 1291 году.

узнав об этих событиях, и решил покончить с "наглостью грубых мужиков". Он высокомерно отверг посредничество, и обе стороны начали готовиться к войне.

15 ноября 1315 года Леопольд I выступил во главе блестящего и чванливого рыцарского войска по направлению к горному кряжу Моргартену, расположенному на границе кантонов Цуг и Швиц. Он и его сподвижники рассматривали этот поход как военную прогулку и двигались, пренебрегая всякими правилами предосторожности, по узкому ущелью, ограниченному с одной стороны озером, а с другой - крутыми склонами гор. Вдруг с горных высот на это блестящее войско со страшным грохотом обрушилась лавина камней, а вслед за ней хлынул поток свирепых и беспощадных горцев, вооруженных алебардами. Началась страшная резня. Войско Леопольда I обратилось в паническое бегство, оставив на поле сражения 1500 убитых, не считая утонувших в озере Политическое и моральное значение этой битвы было исключительно велико. Престижу дома. Габсбургов был нанесен чувствительный удар.

Победа конфедератов нашла свое оформление в новом договоре, 1315 года, составленном в гораздо более уверенном тоне и уже не тайном, а публичном. Внешняя политика членов союза рассматривалась в этом договоре как общее дело, а сеньоры, применяющие вооруженное насилие по отношению к подданным, объявлялись лишенными своих прав. Положение союза значительно укрепилось, и XIV век был эпохой его быстрого роста, особенно за счет городов.

Швейцарские города, расположенные в исключительно выгодных географических условиях, развивались очень быстро Большинство из них, рано разбогатевшее на посреднической торговле, получило широкие привилегии при самом своем возникновении. В XIV веке города Швейцарии переживали период экономического расцвета В Базеле, Люцерне, Фрейбурге, Сен-Галлене развилось производство сукон и кожи. Цюрих был крупнейшим центром шелкопрядильной и кожевенной промышленности; Женева уже тогда славилась своими ювелирными изделиями. Купцы швейцарских городов заключали крупные торговые и кредитные сделки. Повсюду создавались цехи и купеческие корпорации Города опоясывались линиями мощных стен Под их защитой рядом с невзрачными домами бюргеров возникали великолепные ратуши, роскошные здания купеческих гильдий и ремесленных цехов и гордо устремлялась вверх причудливая готика кафедральных соборов Города, наиболее развитые в торгово-промышленном отношении, - Цюрих ж Базель, - скоро становятся ареной острых социальных конфликтов и цеховых восстаний, в результате которых к концу XIV века ремесленные цехи Цюриха и Берна добились своего представительства в городских советах.

Но XIV век был в то же время и периодом усиления власти местных князей, пользовавшихся бессилием императоров Используя свободу, предоставленную им Золотой буллой Карла IV, они повели решительное наступление на вольности городов, одновременно стремясь прибрать к

стр. 59
рукам и вольные и имперские города,. Естественно, что швейцарские города видели для себя очень выгодного союзника в лице союза лесных кантонов, и конфедерация быстро пополнилась за их счет новыми членами. В 1332 году к ней присоединился Люцерн, в 1351 году - Цюрих, Гларус и Цуг, в 1353 году - Берн. Присоединение их сопровождалось бесконечными войнами с сеньорами, осложнявшимися борьбой внутри самих городов против патрициата, сроднившегося с феодальными фамилиями и выступавшего против присоединения городов к конфедерации. Страницы хроник пестрят сообщениями о драматических событиях, так называемых "ночах убийств" (Mordnächte), во время которых горожане ликвидировали предательские заговоры патрициев и феодалов.

Города германского герцогства Швабии, граничащего со Швейцарией, создали лигу, преследующую цели борьбы со своеволием местных князей. Присоединение к лиге в 1385 году Берна, Цюриха, Люцерна и других швейцарских городов вовлекло конфедерацию в общеимперскую политическую борьбу. Весной 1386 года Леопольд III, совмещавший свои суверенные права над некоторыми швейцарскими землями с должностью наместника имперских городов Верхней Германии и потому вовлеченный в войну и со швейцарцами и со швабскими городами, сделал ловкий дипломатический ход: помирившись со швабскими городами, он оставил швейцарцев без союзников.

Следствием этого и была битва при Земпахе в 1386 году.

Швейцарские вожди отлично использовали выгоды пересеченной местности поля битвы; после первой неудачной массовой атаки арьергарда они предприняли тактику рассыпного боя и внезапного удара главными силами, до того находившимися за прикрытием. Спешившиеся рыцари, скованные в своих движениях тяжелыми латами и длинными пиками, ставшими бесполезными после прорыва их фронта, были разгромлены и обратились в бегство. Швейцарцы, по словам летописца, "так крепко били их своими аллебардами, что ничто не могло устоять перед их ударами" 1 .

Битва при Земпахе была выдающимся событием, надолго сохранившимся в памяти швейцарского народа. С этой битвой связана легенда о подвиге воина Арнольда Вилькенрида, пожертвовавшего своей жизнью ради достижения победы. В момент, когда швейцарцы готовы были дрогнуть под натиском сплоченного фронта рыцарей-латников, Вилькенрид схватил своими мощными руками охапку вражеских копий, воткнул их в землю и проложил своим путь во вражеские ряды, заплатив за это своей жизнью. Песня, посвященная битве при Земпахе, "Sempacher Lied" следующими словами описывает героический поступок Арнольда Вилькенрида:

"Твердо было войско дворян, густым и широким был их боевой строй... Некий Вилькенрид сказал: "Ха! Если вы позаботитесь о моих бедных детях и жене, я отважусь на смелое дело..." Сказав это, он быстро схватывает охапку копий; для своих прокладывает он дорогу и умирает. Ха! Он обладает храбростью льва" 2 . Такова легенда. Фактически же этот эпизод, передвинутый народным сказанием на 136 лет назад, имел место в битве при Бикокке (1522 год), где Арнольд Вилькенрид, предводитель швейцарского отряда сельчан, погиб в схватке с командиром немецких ландскнехтов Фрундебергом.

Результатом битвы при Земпахе было заключение мирного договора 1389 года, по которому Швейцария признавалась правомочным государством.

3

Швейцарский союз уже в процессе формирования доказал свою жизнеспособность блестящими военными и внешнеполитическими успехами, приводившими в изумление всех современников. Каков же был внутренний строй этого молодого государства?

Централизованной монархией оно не могло стать уже потому, что швейцарцы вели борьбу как раз с централизаторскими стремлениями Габсбургов. Еще менее оно могло принять форму вольного дворянского государства типа польской шляхетской вольницы, чему противоречил характер общественно-экономического строя Швейцарии. Путь превращения в федеративную аристократическую республику был закрыт упорным сопротивлением лесных кантонов и эгоистическим партикуляризмом городов. Оно не могло стать и демократической республикой, ибо для этого еще не созрели соответствующие социально-экономические предпосылки. Оставался единственный путь государственного объединения - конфедерация, или союз государств. Именно такую форму и принял Швейцарский союз с самого начала.

Хотя швейцарская конфедерация и была демократична для своего времени, все же ее демократизм был весьма ограниченным. Потеряв возможность непосредственно

1 Ван-Мюнден. Цит. соч. Т. I, стр. 228 - 229.

2 См. там же, стр. 229 - 230.

стр. 60
управлять швейцарскими землями, феодалы, пользуясь своим частично сохранившимся экономическим могуществом, оказывали подчас довольно существенное косвенное влияние на политику швейцарских кантонов, особенно в ранний период существования конфедерации. Поэтому словословия швейцарских националистических историков, превозносящих договор 1291 года как колыбель швейцарской свободы, следует принимать с большими оговорками. Нельзя представлять себе швейцарскую конфедерацию как "мужицкое царство" - заблуждение, весьма распространенное среди немецких крестьян, видевших в ней свой идеал во времена крестьянской войны в Германии.

Энгельс характеризовал лесные кантоны как области, где "...несмотря на демократическую конституцию, населением, состоящим из невежественных пастухов, управляют на патриархальных началах несколько богатых землевладельцев" 1 , где "...варварство сохранилось в своем! первобытном виде почти вплоть до питания желудями" 2 .

Эти обстоятельства нашли свое отражение и в тексте самого договора, составленного весьма предупредительно по отношению к сеньориальным правам Габсбургов. В нем оговаривалось, что все его положения должны выполняться "без ущерба для обязательств, которые, смотря по положению каждого, лежат на нем по отношению к сеньору" 3 . Люцерн и ряд других кантонов вступили в конфедерацию, влача за собой кандалы сеньориальной зависимости уже после того, как в коренных кантонах она была в основном ликвидирована. Правда, в процессе дальнейшей борьбы швейцарцы смелее ликвидировали сеньориальные оковы, но лишь по отношению к феодалам, выступавшим против них с оружием на поле битвы. Но даже и в этих случаях их ликвидация часто принимала форму выкупа; сеньор, или фогт, уступал свои феодальные права "добровольно" (auf Gnaden) общине за соответствующую мзду.

Швейцарцы боролись, по существу, не против всей системы феодальных общественных отношений, а за старинные вольности, стремясь консервировать старые патриархальные отношения. Это обстоятельство со всей силой сказалось значительно позднее - в XVII - XVIII веках. Другое внутреннее противоречие конфедерации - противоречие интересов городских и лесных кантонов - проявилось с самого начала, все время нарастая, пока не превратилось в непримиримый антагонизм.

В соответствии с духом узкого партикуляризма, типичного вообще для Швейцарии всех времен, такие могущественные города, как Цюрих и Берн, с самого начала претендовали на особое, привилегированное положение в союзе. Энгельс со свойственным ему сатирическим даром рисует следующим образом соотношение сил лесных и городских кантонов: "...честные, упорные альпийские пастухи.. освободились от господства австрийского орла, чтобы попасть под иго цюрихских, люцернских, бернских и базельских буржуа. Эти горожане заметили, что коренные швейцарцы так же сильны и так же глупы, как и их быки. Они вошли в Швейцарский союз и с тех пор спокойно сидели дома за прилавком", в то время как твердоголовые альпийские пастухи воевали за них с дворянством и князьями. Так было при Земпахе, Грансоне, Муртене и Нанси. Им оставили при этом право устраивать свои внутренние дела по своему усмотрению, и они оставались в счастливейшем неведении относительно того, как эксплоатируют их возлюбленные братья по союзу"4 .

Эта картина вполне соответствовала действительности. Цюрих поставил условием вступления в союз независимость своей внешней политики. Кроме того в случае каких-либо столкновений лесные кантоны обязывались немедленно идти ему на помощь, не дожидаясь формального призыва. Договор 1353 года с Берном был в точности списан с цюрихского. В Берне лесные кантоны видели противовес великодержавным стремлениям Цюриха, и они не ошиблись. На следующий же год войска Берна, как союзного Австрии города (и Берн и Цюрих, руководясь местными интересами, не порывали союза с Австрией), вкупе с войсками Габсбургов осадили... город Цюрих. Такое положение вещей создало е самого начала сильнейшие центробежные тенденции, грозившие единству швейцарской конфедерации.

Все же между кантонами существовали не только разногласия, но и известная связь, отразившаяся в двух документах, относящихся к XIV веку.

Первый из них - так называемый "акт о священниках" (Pfaffenbrief). По этому акту, духовенство лишалось всякой юрисдикции, выходящей за пределы чисто религиозных вопросов. Апелляции в иноземные суды, в том числе и в папскую курию, запрещались. Священники, нару-

1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч. Т. V, стр. 228.

2 Там же, стр. 227.

3 Ван-Мюйден. Цит. соч. Т. I, стр. 159.

4 К. Маркс и Ф. Энгельс Соч. Т. V, стр. 229.

стр. 61
шившие этот акт, лишались покровительства закона. Кантоны взаимно обязывались поддерживать порядок и безопасность на своей территории.

Вторым документом является земпахский договор. Основные положения его следующие: все люди стремятся жить в мире и безопасности как у домашнего очага, так и в пути; поэтому собственность должна нерушимо соблюдаться, а приезжие купцы пользуются гостеприимством жителей и покровительством властей; высшим долгом каждого является зашита родной земли, а трусость и бегство с поля битвы должны караться самым суровым образом; военная добыча делится сообразно с силами союзников, участвовавших в деле1 .

Как ни примитивно содержание этих договоров, все же они представляли известный шаг вперед в деле внутренней консолидации Швейцарии. Оба акта решительно запрещали получение пенсий от иностранный: государей.

4

С начала XV века, уверенные в своих силах конфедераты переходят от войн оборонительных к войнам наступательным и захватническим.

Пробным шагом в этом направлении были итальянские войны. Издавна связанные торговыми сношениями с Миланом, жители Швица и Ури жадным оком смотрели на пограничные земли Миланского герцогства- Левентину, Беллинцону и богатую долину Оссола. Мир с Австрией развязал им руки, и они сочли момент достаточно удобным, чтобы овладеть этими лакомыми кусками. Разлад между завоевателями и энергичные военные действия со стороны герцога Миланского, владельца этих областей, осложнили в дальнейшем положение лесных кантонов. Военные действия долго шли с переменным успехом и лишь в 1440 году закончились победой Ури, окончательно овладевшего Беллинцоной.

Ободренные первыми успехами, швейцарцы все шире развертывали наступление на соседние области. Воспользовавшись конфликтом между императором и Австрией, они захватили в 1415 году коренную провинцию Габсбургов Ааргау, а в 1469 году такой же участи подверглась и другая исконная австрийская провинция - Тюргау. Собравшись с силами, австрийский герцог Сигизмунд III решил отомстить за такое унижение и начал военные действия против швейцарцев. Но терпевший поражение за поражением в этой войне Сигизмунд вынужден был заключить позорнейший для своего престижа Вальдстутский мир, по условиям которого он отказывался от своих прав на захваченные швейцарцами области и обязывался уплатить им 10 тысяч флоринов контрибуции.

Финансовое положение его сделалось столь плачевным, что ради получения денег, необходимых для уплаты контрибуции, он отдал в залог за 50 тысяч флоринов свои эльзасские владения бургундскому герцогу Карлу Смелому. Сигизмунд считал, что совершил очень ловкий ход, ибо Карл Смелый должен был теперь защищать эти земли собственными силами от притязаний Берна, давно строившего планы их завоевания. В действительности Карл Смелый не собирался из-за эльзасских владений Сигизмунда портить отношения со своими соседями-швейцарцами. Но в дипломатическую игру вмешался новый участник - французский король Людовик XI, всеми средствами стремившийся сокрушить могущество Бургундского дома, мешавшего ему в деле политической централизации Франции. Людовик XI, умело используя экспансионистские стремления Берна в отношении Эльзаса, добился того, что слабые в дипломатии, но сильные на поле боя швейцарцы дали вовлечь себя в коалицию Империи и Франции против Бургундии. Таким образом, Карл Смелый вынужден был вступить в войну.

Наивные швейцарцы, рассчитывавшие играть второстепенную роль в предстоящей войне, были вероломно преданы своими союзниками. Людовик XI, испугавшись военного могущества Карла Смелого, а вслед за ним и император Фридрих, желавший отомстить швейцарцам за обиды, нанесенные ими Габсбургам, неожиданно заключили сепаратный мир с Карлом Смелым. Последний решил жестоко наказать швейцарцев.

Однако ход военных действий в швейцарско-бургундской войне принял неожиданный оборот. Первой в цепи трагических битв этой войны была битва при Грансоне 2 марта 1476 года. Карл Смелый, уверенный в своей победе, беспечно двигался от Грансона навстречу швейцарцам во главе 14-тысячной армии, подкрепленной самой сильной в Европе артиллерией, состоявшей из нескольких сот пушек. Внезапно он натолкнулся на швейцарское ополчение. Сражение разыгралось неожиданно для обеих сторон. Карл не сумел использовать преимуществ свози позиции и выгоды во времени, бывшей на его стороне. Атака "го конных жандармов была отражена швейцарским авангардом, и в дальнейшем сражение быстро превратилось в разгром бургундской армии. Потери бургундцев людьми были невелики, всего не-

1 См. Ван-Мюйден. Цит. соч. Т. I, стр. 236.

стр. 62
сколько сот человек, но очень значителен был моральный эффект. Велик был и материальный ущерб, понесенный Карлом Смелым. Вся его артиллерия и огромный обоз оказались в руках победителей. Карл Смелый, болезненно любивший роскошь, выступил в поход со своей драгоценной золотой и серебряной посудой, бриллиантами, роскошным гардеробом, сотнями шолковых и бархатных боевых шатров, шитых золотом. Ликующие победители делили эту добычу несколько дней.

Следующее сражение, еще более удачное для швейцарцев, "разыгралось 22 мая 1476 года близ Муртена. Карл Смелый, хвастливо заявивший, что сотрет Берн с лица земли, а на его развалинах поставит камень с надписью "Здесь стоял город, ранее называвшийся Берном", не учел печального опыта Грансона. Хотя армия его была больше по количеству, достигая 20 тысяч человек, и находилась в укрепленном лагере, он дал опять захватить себя врасплох. Стремительным натиском швейцарцы быстро смяли посты передового охранения бургундцев и, ворвавшись в лагерь, привели в полное смятение главные силы, находившиеся в лагере. Армия Карла Смелого "пришла в полное расстройство в более короткий промежуток времени, чем какой нужен был для того, чтобы прочесть Miserere (католическая молитва. - А. Ш.)" 1 , -сообщает миланский посол Панигарола. Бургундцы потерпели сокрушительное поражение: семь тысяч их - треть армии - полегло на поле битвы. Потери швейцарцев были незначительны.

В битве при Нанси (5 января 1477 года), где швейцарцы дрались в качестве наемников герцога Лотарингского, Карл Смелый с самого начала находился в затруднительном положении. Хотя позиция его и была достаточно сильна с фронта, зато он имел в тылу гарнизон осажденного Нанси, войско, в два раза меньшее по численности чем у врага, и слабые фланги. Противник, воспользовавшись метелью, удачно маскировавшей его обходное движение, почти одновременно ударил по обоим флангам бургундцев и быстро одержал полную победу. В этой битве пал и сам Карл Смелый. Таков был эпилог кровавой эпохи бургундских войн.

Бургундия как могущественное государство прекратила свое существование. Но для Швейцарии не наступила длительная передышка от изнурительных войн. По-прежнему продолжались мелкие стычки с соседями, завершившиеся в конце XV века швабской войной. Последняя была вызвана централизаторскими действиями императора Максимилиана. Он решил во что

Печать кантона Швиц. 1291 год.

бы то ни стало укрепить трещавшее по всем швам здание "Священной империи" и подчинить все формально входившие в ее состав земли единому финансовому и политическому контролю имперской палаты. Швейцарцы отказались ему подчиниться и заключили союз с Францией против Империи. Начавшиеся военные действия неизменно складывались в их пользу, и в 1499 году Максимилиан подписал унизительный для себя мир, устанавливавший de facto независимость Швейцарии от императора.

Окончательно свои споры с Габсбургами швейцарцы покончили наследственным миром, заключенным в 1511 году в Бадене. Обе стороны обязывались соблюдать вечный мир и взаимно не стеснять торговую свободу. Конфедерация за ежегодную пен-

Печать кантона Ури. 1291 год.

сию по 200 флоринов на каждый полноправный кантон и по 100 флоринов на

1 См. Ван-Мюйден. Цит. соч. Т. I, стр. 335.

стр. 63

Печать кантона Унтервальден. 1291 год.

каждую союзную землю брала под свое покровительство Франш-Конте (графство Бургундское).

Рост конфедерации за это время шел не только за счет завоеваний, но по-прежнему за счет присоединения к ней новых полноправных кантонов и союзных земель. В 1481 году к ней присоединились Фрейбург и Солотурн, в 1501 году - Шаффгаузен и Базель; с присоединением в 1513 году Аппенцелля число полноправных кантонов достигло 13 (таким оно и оставалось до самой швейцарской революция 1848 года).

Переход швейцарцев к завоеваниям ознаменовался большими сдвигами внутри самой конфедерации, причем сдвигами отрицательного характера. Итальянские провинции: Ааргау, Тюргау и множество других областей - не только не получили равноправия и свободы после их завоевания швейцарцами, а оказались еще более угнетенными. Роль их прежних сеньоров взяла на себя вся конфедерация. Ими управляли поочередно по 2 года фогты каждого кантона, грабившие подчиненные им области самым безудержным образом. Каждый кантон кроме того обзавелся еще собственными фогтствами, рассматриваемыми им как неиссякаемый источник доходов. Союзные земли: Биль, Герсау, аббатство и город Сен-Галлен, Ротвейль, Мюльгаузен, Женева, Невшатель, Граубюнден и Валлис - не имели права голоса при решении внутрисоюзных и внешнеполитических вопросов и находились фактически в состоянии подданства.

Швейцарцы, дотоле так кичившиеся своей свободой и демократичностью, теперь несли другим рабство и подчинение. Конфликты между лесными и городскими кантонами все учащались и принимали все более резкие формы, сводя на-нет блестящие военные успехи конфедерации.

Из-за дележа выморочной сеньории Тоггенбургов вспыхнула в 1440 году война между лесными кантонами и Цюрихом. Присоединение Валлиса сопровождалось острым военным конфликтом можду лесными кантонами и Берном. Если лесные кантоны не были достаточно политически зрелыми, чтобы стать во главе конфедерации, то у них оказывалось достаточно сообразительности, чтобы расстроить широкие планы своих городских собратьев па союзу. Особенно показательны в этом отношении политические итоги бургундских войн, столь жалкие по сравнению с военными успехами, одержанными в них швейцарцами. Уже при Грансоне и Муртене лесные кантоны с большой неохотой приходили на помощь Берну, жадно тянувшемуся к бургундским землям, и лишь в тот момент, когда промедление грозило интересам их собственной безопасности. Разбив врага и поделив награбленное, войска лесных кантонов немедленно возвращались обратно, не помышляя об использовании результатов своей победы. Их незаинтересованность в этих землях и боязнь дальнейшего усиления и без того слишком могущественного Берна перевешивали в них злобу к врагу. Когда же битва при Нанси окончательно ликвидировала Бургундское герцогство, послы лесных кантонов охотно дали себя обойти ловкому интригану Людовику XI. Они согласились возвратить страну Во, уже оккупированную Берном, Савойе, отказались от Франш-Конте, жадными руками хватали французское золото и ради личной выгоды и узкого партикуляризма продали общие интересы конфедерации королю Франции.

Кончилось это печально. В войне, завязавшейся между Людовиком XI и Максимилианом I из-за дележа бургундского наследства, швейцарские наемники дрались с равным озлоблением в войсках обеих воюющих сторон, что вызвало в стране бурю негодования. Мелкие и своекорыстные интересы господствовали над общей целью. Это сказалось и в конфликте, разгоревшемся по вопросу о принятии в союз Фрейбурга и Солотурна. Лесные кантоны, боясь нарушения выгодного для них соотношения голосов 5 : 3 в совете конфедерации, решительно возражали против предоставления полноправия Фрейбургу. Дело дошло до больших внутренних беспорядков и анархии. Распоясавшиеся банды военных наемников совершали самовольные завоевательные походы в соседние земли, и лишь в 1481 году был заключен спасительный Стансский договор, смягчивший на время внутренние противоречия в

стр. 64
Стране и сыгравший выдающуюся роль в истории Швейцарии.

Образовавшийся в процессе конфликта особый союз пяти городов был распущен. Фрейбург и Солотурн были приняты в конфедерацию без права ведения самостоятельной внешней политики. Всякое своеволие подданных подлежало пресечению военными мерами.

Стансский договор все же был слишком слабой преградой в сравнении с напором тех сил, сдерживать которые он 'был призван. Войско швейцарцев "становилось все более и более разнузданным и склонным к грабежу" 1 , - замечает Дельбрюк.

Все противоречия швейцарской конфедерации прорвались в событиях, пришедших в вачале XVI века к войне с Францией и битве при Мариньяно. Швейцарцы, служившие в войсках герцога Миланского, на основавши капитуляции 1373 года, избалованные безнаказанностью, ободряемые политическим бессилием Италии и молчаливой благосклонностью властей лесных кантонов, захватили в 1513 году Милан, поставив его под фактический протекторат конфедерации. Это было совсем не по душе французскому королю Франциску I, имевшему относительно Милана свои собственные планы. Угрозами, подкупали, поглотившими около миллиона флоринов, и умелым использованием противоречий между лесными кантонами и Берном, не заинтересованным в Милане и горевшие желанием отомстить лесным кантонам за их вероломство в отношении страны. Во, Франциску удалось склонить конфедератов к уступке ему Милана и заключить с ними соглашение о вечном мире и вербовке наемников. По заключении договора весьма им довольные бернцы немедленно ушли восвояси; однако войска лесных кантонов, крайне возмущенные его условиями, остались на месте. Конфликт между Францией и лесными кантонами был обострен римским папой, так как это соглашение противоречило и интересам его святейшества, отнюдь не желавшего иметь в качестве столь близкого соседа короля Франции. Поэтому папский агент кардинал Шиннер получил задание спровоцировать столкновение между французами и швейцарцами. Ловкий пройдоха Шиннер успешно справился с поручением, и мелкий инцидент благодаря провокации перерос в сражение при Мариньяно 13 сентября 1515 года.

Швейцарцы, оказавшиеся на невыгодных позициях перед численно превосходящей их и снабженной мощной артиллерией армией Франциска I, вынуждены были впервые отступить с поля битвы, понеся очень большие потери. От полного разгрома

Швейцарский пехотинец. XV век.

спасли их лишь политические соображения Франциска I, желавшего видеть в них не врагов, а будущих союзников. Сражение это, трактуемое традицией как логендарная битва гигантов, на самом деле не представляет ничего интересного. Дельбрюк говорит, что считал бы его даже недостойным упоминания в военной истории, "если бы не представлялось полезным опровергнуть ложную традицию более правильным изображением и в то же время дать яркую иллюстрацию сражения, искаженного политикой" 2 .

После этих событий заключенный ранее договор был подтверждай и оказался поворотным пунктом в истории Швейцарии, надолго втянув ее в орбиту французской политики. В итоге описанных событий и без того чахлое дерево швейцарской свободы еще ниже опустило свои ветви под тяжестью всех этих преступлений против тех принципов, во имя которых оно было взращено в конце XIII столетия.

Но если швейцарская свобода была довольно призрачна, то вполне реальна, была военная доблесть ее сынов, ради которой могущественнейшие государи Европы сорили золотом, а их послы льстиво заискивали перед влиятельными деятелями швейцарских кантонов.

5

Причину высокой оценки, даваемой современниками швейцарским наемникам, мы легко выясним, если познакомимся в самых общих чертах с тенденциями развития

1 Г. Дельбрюк "История военного искусства". Т. IV, стр. 77. М. Госвоенгиз. 1938.

2 Г. Дельбрюк. Цит. соч, Т. IV, стр. 81.

стр. 65
военного дела в XVI веке и боевыми качествами швейцарских наемных войск. Рыцарская конница, игравшая решающее значение на протяжении всего средневековья, предоставляла пехоте ничтожную, чисто вспомогательную роль. Центр тяжести битвы ложился ив на тактический маневр и действие крупных соединений, а на индивидуальный бой, вследствие чего все сражения средневековья представляли, по сути дела, сумму разрозненных стычек, где решающее значение для достижения победы имели личные боевые качества каждого отдельного воина.

Развитие огнестрельного оружия внесло крупные изменения в эту тактику. Решающими теперь стали тактические действия крупных соединений пехоты, совершенно оттеснявших на задний план прежнего господина поля боя - рыцарей, закованных в латы. Последние играли теперь второстепенную роль и даже это свое положение сохраняли, лишь превращаясь в кавалерию, действующую более или менее сплоченной массой и применяющую, помимо холодного оружия, и огнестрельное, как это сделали немецкие рейтары. Гениальный политик и военный теоретик XVI века Макиавелли так оценивал тогда соотношение обоих видов оружия: "Конница,конечно нужна, но все же это не первая, а вторая основа войска" 1 , ибо "жизненной силой всякого войска, без сомнения, является пехота" 2 . Основным контингентом для пехоты могло служить лишь крестьянство, но классовое чутье вполне определенно подсказывало феодалам всю рискованность вооружения своих собственных крепостных. Единственным выходом их этого положения было создание многочисленных наемных армий, которые и становятся основой военных сил феодальных государств Европы в XVI веке, предпочитавших, скорее, терпеть своеволие разнузданной наемной военщины, нежели стать ареной крестьянских восстаний.

Новые условия боя предъявляли совершенно иные требования к солдату и командиру. Требовалось - хотя и элементарное - тактическое единство действий, подвижность, маневренность, уменье применяться к местности и, наконец, самое главное - жесткая дисциплина. Эти качества в совокупности были присущи швейцарцам более чем каким-либо другим войскам того времени.

Этот маленький народ вынес многовековую, напряженную борьбу за независимость и вписал немало славных страниц в историю развития военного искусства. В ходе этой многовековой борьбы и выработался у швейцарцев несгибаемый Дух и несокрушимая вера в силу своего оружия. Их военное мастерство не было плодом теоретического творчества гениального полководца, а складывалось эмпирически и проверялось в огне многочисленных битв. Слишком бедные для того, чтобы содержать конное войско, закованное в латы, швейцарцы должны были с самого начала усвоить тактику ведения боя большими сплоченными массами, что вообще составляет специфическую черту тактики народных армий прошлого. Внезапность удара, умелое использование выгод местности - дополнительные причины их успехов.

Вооружение швейцарцев вначале не отличалось разнообразием. Они в подавляющем большинстве были вооружены алле-бардами. Владение этим оружием требовало минимума искусства, но зато огромной физической силы. В XV веке швейцарцы, после первых столкновений с итальянскими кондотьерами, переняли у них длинные пики, которые приобрели в XVI веке господствующее значение. Это новое вооружение в сочетании с гибкостью, подвижностью и дисциплинированностью создало исключительное преимущество швейцарской пехоте.

Наемный войска швейцарцев выросли организационно из системы народной милиции, сохранившейся в Швейцарии с патриархальных времен, и лишь в мелочах - большая организованность, лучшие качества вооружения - отличались от территориальных войск. Полк и рота были хозяйственными единицами. Тактической единицей была баталия, размеры которой определялись в зависимости от совокупности условий боя. В марше полк обычно охранялся кавалерией. Он расчленялся на роты, построенные таким образом: впереди шли панцырные копейщики, в середине - аллебардщики, по углам - стрелки, замыкающие - беспанцырные копейщики. Такое построение в случае неожиданного нападения давало возможность быстро построиться в боевом порядке. Передний и задний ряды копейщиков прикрывали соответствующие фланги, стрелки выступали вперед и открывали огонь по приближающемуся противнику, а под их прикрытием сомкнувшиеся баталии образовывали знаменитый швейцарский "Igel" ("еж"), ощетинившийся тысячами копий. Интенданты рот составляли своеобразное передовое охранение, часто с боем отбивавшее отставший обоз противника.

В бою швейцарский полк делился на авангард, главную баталию и арьергард. Создаваемая этим эшелонированием глубина наступавшей части гарантировала от случайностей и обеспечивала возможность

1 Н. Макиавелли "О военном искусстве", стр. 65. Военгиз. М. 1939.

2 Там же, стр. 34.

стр. 66
поддержки передовых частей и обходного флангового движения. Фланги обычно при врывались кавалерией или связанными железными цепями повозками ("Wagenburg"). Построенные таким образом, швейцарцы бесстрашно шли в атаку, и обычно первым же натиском копейщики прорывали фронт противника. Тогда наступала очередь аллебардщиков. Строй размыкался, аллебардщики довершали разгром и вели преследование врага. Все современники отмечают исключительное упорство швейцарцев в бою. Если они даже оказывались рассеянными, то собирались кучками и продолжали драться камнями и воем, что попадало под руку, "...они позволяли убивать себя за свое жалованье с величайшей добросовестностью" 1 , - отмечал Энгельс.

Очень интересна внутренняя организация швейцарских войск. Их уставы предписывали строжайшую дисциплинированность. Бегство с поля боя рассматривалось как самое тяжкое и постыдное преступление. "Если кто-либо побежит или отступит, то ближайший, кто бы он ни "был, должен убить этого беглеца, и совершивший это убийство не должен нести за то никакой ответственности" 2 , - гласил один из параграфов их военного устава.

Дезертирство, азартные игры, пьянство, богохульство, насилие и разнузданность наказывались самым суровым образом. Караульная служба строго регламентировалась, и самовольный уход с поста рассматривался как один из самых тяжелых проступков. Всех врагов предписывалось беспощадно убивать, за исключением наиболее знатных, за которых можно было получить большой выкуп. В полку существовал свой суд, разбиравший вое проступки дисциплинарного, уголовного и гражданского характера по законам родины.

Таковы в общих чертах тактические приемы и система организация швейцарских войск, сделавшихся образцом для европейской пехоты XVI века. Слава швейцарцев была настолько широка, что каждый государь и даже владетельный князь старался достать себе хоть несколько швейцарских наемников в качестве личной стражи. Стражники-швейцарцы были так популярны, что сделались синонимом этой должности, откуда происходит и самый термин "швейцар", получивший бытовое значение и сохранившийся до нашего времени.

Последовавшая за битвой при Мариньяно серия договоров, заключавшихся конфедерацией с французскими королями, облекла наем швейцарцев в твердые договорные формы. Обе стороны обязывались оказывать друг другу взаимную помощь, если одна из них подвергнется нападению. В случае военной угрозы король Франции, имевший преимущественное право перед другими государями в наборе наемников, посылал требование о наборе властям кантона. После санкционирования его общесоюзным советом командиры, выделенные властями кантонов, должны были приступить к вербовке наемников. Размер набора устанавливался от 6 до 16 тысяч человек. Набранные войска должны были служить королю Франции столько времени, сколько ему будет угодно, но обязаны были защищать лишь земли, принадлежавшие ему исстари, и не должны были использоваться в военных действиях против тех стран, с которыми швейцарцы состояли в аналогичных договорных отношениях. По условиям договоров, каждый кантон получал в общей сложности 3 тысячи флоринов, а союзные земли - по тысяче флоринов в год. Договоры детально устанавливали размеры вознаграждения и сроки его уплаты. Командиры, кроме оговоренных ставок, получали еще так называемые "appointement secret" и "pour son estat" - дополнительные вознаграждения в знак особой благосклонности короля в кому-либо из них; размеры их колебались в зависимости от заслуг и боевых качеств командира и достигали порой весьма значительной суммы. Так, виднейший швейцарский полководец XVI века Людвиг Пфиффер получил за поход 1567 года "pour son estat" 600 ливров, т. е. столько, сколько получали в год по договору 1515 года город и аббатство Сен-Галлен и графство Тоггенбургское, взятые вместе.

Французское золото с этих пор становится важнейшим фактором, подчас определяющим политику швейцарских кантонов, а профессиональное наемничество и коррупция - проклятием этого воинственного народа. Но следует подчеркнуть значительное отличие швейцарского наемничества от наемничества немецких ландскнехтов и рейтаров. Если в Германии УХОД в наемные войска бил частным делом нанимающегося и приватной статьей дохода немецких князей, то в Швейцарии он был поставлен под контроль властей.

По договору, швейцарцы обязаны были поддерживать французского короля и в случае внутренней войны во Франции, но они не должны были использоваться против своих союзников (чтобы предотвратить возможность столкновения соотечественников, которые могли оказаться во враждебных армиях, как это имело место в XV веке). Обе стороны обязывались не разрешать на своих территориях враждебных союзнику

1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч. Т. V, стр. 229.

2 Segesser "Ludwig Pfyffer und seme Zeit". В. I, S. 634. Bern. 1880.

стр. 67
организаций и не брать под защиту закона эмигрантов враждебных политических партий.

Командиры швейцарских наемных войск подробно информировали свои власти о политической обстановке во Франция и действовали строго в соответствии с инструкциями, получаемыми от них. Бесславный для французской короны Амбуазский мир с гугенотами так возмутил швейцарцев, что масти католических кантонов потребовали у полковника Пфиффера немедленного возвращения и отказа в повиновении еретику Кондэ. На это Пфиффер успокаивающе отвечал, что "Кондэ не имеет над ними никакой власти и полномочий, и мы этого ни в коем случае не позволим, а потребуем паспорта и вернемся на родину" 1 .

В дальнейшем, в XVI веке, поле действия швейцарцев сузилось и ограничилось в основном пределами Франции, где происходила кровопролитные войны между гугенотами и католиками. Союз с Франциском I сделал швейцарцев участниками в общем малоуспешных войн этого монарха, я в лавровый венок победителей при Грансоне и Муртене оказались вплетенными тернии поражений при Бикокке и Нами, где швейцарцы понесли большие потери чем во всех своих предыдущих победоносных сражениях, вместе взятых. По договору с Франциском I, швейцарцы обязывались помогать ему против врагов внутренних, "которые будут иметь намерения открыть враждебные действия или выступить против него в королевстве Франции" 2 и других подвластных ему землях. На основании этого пункта договора Швейцария оказалась втянутой в борьбу партий во Франции, и ее наемные войска играли выдающуюся, если не решающую, роль в многочисленных сражениях религиозных войн.

* * *

Швейцарская конфедерация, начавшая свое существование в конце XIII века в форме слабого союза трех лесных кантонов, расширилась и окрепла в ходе освободительной борьбы, сбросив с себя феодальное владычество немецких князей. Ведя непрестанные войны за свою независимость, швейцарцы создали превосходное войско, почти не знавшее поражений. Но недолго Швейцария наслаждалась свободой, столь воспеваемой националистической историографией. На место прежних феодальных властителей пришли вскоре новые господа - крупные землевладельцы и военная аристократия в лесных кантонах, буржуазный патрициат в городах. Хваленая демократия превратилась в завуалированную форму тирании, а доблестные, но неискушенные в политических интригах швейцарские воины стали объектом беззастенчивого торга своих новых повелителей. Бродя по армиям почти всех монархов Европы, они боролись за чужие выгоды и интересы. Погрязшая в средневековых предрассудках и не гнушавшаяся феодальной эксплоатации крепостных крестьян подвластных ей фогтств, швейцарская буржуазия в дальнейшем становится оплотом замшелой реакции в Европе и верной ее помощницей, посылая повсюду своих наемников подавлять революционные выступления народных масс. Она "живет этой торговлей людьми и чтит ее" 3 .

1 Segesser, Op. cit. В. I, S. 337.

2 Ibidem, S. 64.

3 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч. Т. V, стр. 232.

Orphus

© libmonster.ru

Permanent link to this publication:

https://libmonster.ru/m/articles/view/ОЧЕРКИ-ПО-ИСТОРИИ-ШВЕЙЦАРИИ-XIII-XVI-ВЕКОВ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Alex LapeninContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://libmonster.ru/Lapenin

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

А. Чистозвонов, ОЧЕРКИ ПО ИСТОРИИ ШВЕЙЦАРИИ XIII - XVI ВЕКОВ // Moscow: Russian Libmonster (LIBMONSTER.RU). Updated: 24.10.2015. URL: https://libmonster.ru/m/articles/view/ОЧЕРКИ-ПО-ИСТОРИИ-ШВЕЙЦАРИИ-XIII-XVI-ВЕКОВ (date of access: 26.10.2020).

Found source (search robot):


Publication author(s) - А. Чистозвонов:

А. Чистозвонов → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Alex Lapenin
Moscow, Russia
2558 views rating
24.10.2015 (1828 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes

Related Articles
"Хмурый" полицейский. Карьера С. В. Зубатова
Catalog: История 
2 days ago · From Россия Онлайн
Бюджетное право в период думской монархии
Catalog: Экономика 
2 days ago · From Россия Онлайн
Привилегии карачаевской знати в первой половине XIX в.
Catalog: История 
3 days ago · From Россия Онлайн
Насильственная коллективизация в горах Дагестана
Catalog: Экономика 
3 days ago · From Россия Онлайн
Современные подходы к изучению гражданской войны и Белого движения
Catalog: История 
3 days ago · From Россия Онлайн
И. В. ЛУКОЯНОВ. "Не отстать от держав..." Россия на Дальнем Востоке в конце XIX - начале XX вв.
Catalog: История 
3 days ago · From Россия Онлайн
"Хмурый" полицейский. Карьера С. В. Зубатова
Catalog: История 
3 days ago · From Россия Онлайн
Допетровская Россия глазами британцев
Catalog: История 
3 days ago · From Россия Онлайн
Отношения между Государственным контролем и Морским министерством в конце XIX в.
3 days ago · From Россия Онлайн
Введение системы военно-народного управления на Северном Кавказе в XIX в.
Catalog: История 
4 days ago · From Россия Онлайн

Libmonster, International Network:

Actual publications:

LATEST FILES FRESH UPLOADS!
 
Наталья Свиридова·jpg·25.22 Kb·165 days ago

Actual publications:

Загрузка...

Latest ARTICLES:

Latest BOOKS:

Actual publications:

Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
ОЧЕРКИ ПО ИСТОРИИ ШВЕЙЦАРИИ XIII - XVI ВЕКОВ
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Russian Libmonster ® All rights reserved.
2014-2020, LIBMONSTER.RU is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Russia


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Portugal Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones