Libmonster ID: RU-9028

Первый анализ философской категории долженствования был дан Кантом. "Долженствование, - писал он в "Критике чистого разума", - служит выражением особого рода необходимости в связи с основаниями нигде более во всей природе не встречающееся. Рассудок может в природе познать только то, что в ней есть, было или будет. Невозможно, чтобы в ней нечто должно было существовать иначе, чем оно действительно существует во всех этих временных отношениях, более того, если иметь в виду только естественный ход событий, то долженствование не имеет никакого смысл. Мы не можем даже спрашивать, что должно происходить в природе, точно так же, как нельзя спрашивать, какими свойствами должен обладать круг. Этим долженствованием обозначается возможный поступок, мотивом для которого служит лишь понятие, между тем как основанием действия одной лишь природы необходимо служит всегда явление" [1].

Во времена Канта различие миров природы и культуры, необходимости и свободы только-только намечалось, и именно Кант был тем мыслителем, который начал делать в этом направлении первые шаги. Открытая им проблема долженствования уже содержала в себе возможность прихода в будущем к формированию философии культуры. К пониманию, что долженствование - это чисто социальный феномен, связанный с человеческой культурной деятельностью, которая руководствуется, по словам Канта, понятием, т. е. сознанием. Из неё же можно понять кантовскую мысль о том, что долженствование не имеет никакого смысла в связи с естественными связями, которые вообще не имеют измерения "как должно быть". Наконец, из предложенной цитаты видно, что Кант различает две формы познания: "как есть" и "как должно быть". Причем последнее связано только с миром человека и его деятель-

стр. 177


ностью. Кант в своём учении о практическом разуме уже намечает анализ человеческой деятельности, хотя она и ограничивается у него в основном деятельностью моральной и эстетической. Анализа предметной деятельности, в процессе которой производятся культурные вещи, у него еще нет. Еще одна сторона его учения, которая делала Канта предтечей тех мыслителей, которые сформировали течение "философии культуры", было его учение о Боге, которого надо понимать "как если бы он был", как человеческую идею, а не как онтологическую сущность. Кантом же была высказана глубокая и очень важная для будущего развития философской мысли идея о том, что метафизика (т. е. учение об идеальных сущностях) должна быть заменена аналитикой человеческого разума.

Эти кантовские мысли привели к новому пониманию человека: человек есть самоцель, которую никто (даже Бог) не имеет права использовать как средство.

Предтечей формирования философии культуры был и Гегель. Он не принимал кантовской идеи о том, что Бог - это человеческая идея и его следует искать в голове человека, а не в действительности. Его центральной идеей была мысль о том, что мир разумен, что разум существует в мире независимо от людей. Другими словами это проблема бытия сознания в мире, причем сознания не человека, а Абсолютной идеи. Мир, который создается ею, несет в себе её отпечаток, её воплощение. Сначала это природа, потом общество и человек и, наконец, гегелевская философия, в лице которой абсолютная идея осознает себя и приходит к самой себе.

Как пишет замечательная исследовательница философии Гегеля М. Н. Быкова, "гегелевская всеобщая онтология, которая методически может быть понята как теоретический результат его критики метафизики, реально выступает у Гегеля в качестве теории абсолютной субъективности, взятой в её целостном развитии" [2]. Именно Гегелем впервые была поставлена проблема существования субъективности как объективности, её перехода в действительность. Это была постановка вопроса об объективации, которая еще ближе подводила философскую мысль к анализу культуры.

Середина XIX в. была ознаменована глубокой критикой гегельянства, которая сопровождалась и критикой религиозного сознания. Критиковалась центральная идея Гегеля о Абсолютной Идее как субъекте мира. Её отрицание все ближе подводило философскую мысль к проблеме человека и его деятельности. На наш взгляд, это движение было очень четко выражено В. Гумбольдтом,

стр. 178


который писал, что человек имеет дело не только с природными процессами, но и с инобытием собственного духа.

Это движение от Абсолютного духа к человеку сопровождалось лозунгом "Назад к Канту", что на деле было движением к человеку и созидаемому им миру культуры.

В наши цели не входит скрупулезный анализ продвижения европейской философской мысли к пониманию мира культуры. Ограничимся упоминанием фамилий тех мыслителей, которые осуществляли это движение. Это Дильтей, Виндельбанд и Риккерт, Маркс, Ницше, Зиммель, Бергсон, М. Вебер, Гуссерль, Кассирер, Фрейд и др.

Движение к миру культуры означало постепенное осознание различия мира природы, который подчинен законам причинности и необходимости, и мира культуры, которого нет без человеческого сознания и сознательной деятельности, которая объективирует себя в тех или иных материальных вещах и явлениях, получая тем самым внешнее существование.

Именно анализ этой творческой объективирующей деятельности людей и привел к неизвестному ранее понятию онтологии человеческой субъективности. По-новому стало раскрываться значение человеческой субъективности в созидании мира культуры.

Выдающийся немецкий философ Э. Кассирер, отмечая специфику человеческого существования, писал: "Человек отныне живет не только в физическом, но и в символическом универсуме. Язык, миф, искусство, религия части этого универсума, из которого сплетается символическая сеть, сложная ткань человеческого опыта... Человек уже не противостоит реальности непосредственно, он не сталкивается с ней лицом к лицу. Физическая реальность как бы отдаляется, по мере того, как растет символическая активность человека.

Вместо того чтобы обратится к самим вещам, человек постоянно обращен на самого себя. Он настолько погружен в лингвистические формы, художественные образы, мифические символы или религиозные ритуалы, что ничего не может знать без этого искусственного посредника" [3].

Создавая культурные вещи, нормы, правила, человек вносит в них свой человеческий смысл. Мир культуры - это особый смысловой мир, в котором невозможно ориентироваться с помощью инстинктов и ощущений. В мире культуры возникает особая форма познания - понимание смыслов, значений и ценностей, которое

стр. 179


становится одним из фундаментальных способов человеческого существования.

Создавая мир культуры и живя среди культурных вещей и норм, в которые вложены человеческие мысли, потребности, цели, воля, воображение и знания о внешнем мире, человек постоянно встречается через них с человеческим обществом и с самим собой, с объективированным человеческим внутренним миром. Так, к примеру, язык, будучи человеческим творением, образует второй план объективированной субъективности. Он получает онтологический статус носителя и хранителя смыслов, значений, ценностей и номинаций, которые являются смыслами и значениями человека, перенесенными во внешний мир.

Выход философской мысли на анализ культуры делает необходимым и концептуально важным анализ человеческой социальной деятельности. Более того, она получает важное методологическое значение для объяснения многих сложных проблем культурного бытия и человеческого сознания. Отказавшись от надчеловеческих абсолютов, мыслители поняли, что люди сами творят себя и свой культурный мир. Чем же они руководствуются в этом строительстве? Своим внутренним миром, своей субъективностью. Это сложный комплекс потребностей, интересов, мотивов, желаний, целей и знаний того, каков внешний мир, в котором они живут и что они хотят сделать и иметь, и каким он должен быть чтобы удовлетворять людей. Уже здесь в структуре истоков человеческой деятельности обнаруживается проблеск проблемы долженствования... Она присутствует уже в древнейшие времена, когда люди перестают жить только по биологическим законам и устанавливают первые человеческие запреты (например, инцеста), которые физически возможны, но по человеческим представлениям не должны быть.

Создавая свой культурный мир, люди уже не могут жить, руководствуясь лишь знаниями о том, каков внешний мир. Не в меньшей мере они нуждаются и в другой форме знания: каким должен быть их жизненный мир, какими должны быть вещи, в которых они нуждаются, какими должны быть отношения людей друг с другом. Модальность долженствования вызывает к жизни такие категории, как: норма, правила, оценки. Долженствование рождает такие способы познания мира, как: измерение, определение ценности, идеализация, установление мер и эталонов, наделение значением и смыслами. Широко распространяется знаково-символическая деятельность.

стр. 180


Уже здесь мы можем с уверенностью утверждать, что человеческое сознание познает мир не только таким, каков он есть, но и таким, каким он должен быть в силу человеческих потребностей, а также вырабатывать знания, соединяющие знания о сущем сознанием о должном, в результате чего и возникают конструктивные идеи.

В любом предмете культуры мы видим этот синтез. Создавая конкретные вещи, человек объединяет цель и истину. Цель выражает знание о должном, истина - знание о сущем. Этот синтез вначале происходит в человеческой голове и представляет собой целеполагание. В нем физические свойства природного объекта так подбираются и преобразуются, что возникает мысленная конструкция будущего предмета, который должен быть подстроен к каким-либо человеческим нуждам. Соединение цели, истины и конструктивной идеи является, на наш взгляд, тем первоначальным источником, в котором берут начало все три основных формы знания. Цель входит в целеполагание как его составная часть. Однако это не тождественные понятия, так как цель ограничена выражением субъективности, в то время как целеполагание объединяет знание о сущем и знание о должном.

Уже в целеполагании мы видим своеобразное слияние знаний о субъекте и знаний об объекте. Само по себе целеполагание - промежуточный этап в структуре человеческой деятельности, так как оно все еще находится в пределах сознания, людям же нужен объективный, реальный предмет.

В процессе предметной деятельности целеполагание воплощается в вещь, предмет, норму, знак и т. д., которые отделяются от человеческого сознания и получают, хотя и связанное с человеком, но вместе с тем своеобразное внешнее существование. Этот переход с помощью человеческой деятельности из состояния мысли в состояние предметности и лежит в основе того культурного процесса, который определяется как объективация человеческой субъективности, её опредмечивание, интерсубъективация.

Каждая культурная вещь помимо своего материального содержания несет в себе свой человеческий смысл, то назначение, ради которого она была создана. Человек, встречаясь с такими вещами, сталкивается не только с её природным содержанием, но и с той человеческой мыслью и прошлым действием, в соответствии с которыми она была сотворена. Смысловое содержание вещи становится её социальным свойством. У человека возникает способность понимания её смысла, значения и ценности. Смысл вещи определя-

стр. 181


ет формы деятельности с ней. Возникает специфическая смысловая детерминация, когда смысловое содержание вещи становится её социальной функцией (замок, погоны, орден, ложка и т. д.). Каждая культурная вещь или норма в своеобразной форме как бы диктует людям, что они должны делать с ней.

Смысл не тождественен знанию природного физического содержания вещей. Его невозможно воспринять непосредственно с помощью чувств. Его можно понять. В форме понимания люди постигают человеческое содержание культуры и той части природы, которая втягивается в культуру, получая то или иное значение. Объективация человеческого внутреннего мира осуществима лишь в результате его опредмечивания, материального воплощения. Других способов по-видимому нет. Идеальное манифестирует себя только в материализованной форме. Даже такое (зыбкое, как дуновение) культурное явление, как слово, произнесенное или написанное, требует для своего выражения помимо смысла еще и воздуха или краски, камня или глины.

Человеку, познающему природу, она раскрывается через причинные, лишенные смысла и сознания явления. Постигая мир в формате "как он есть", люди устанавливают его причины, следствия, содержание, необходимость, случайность, форму, количество, качество, функцию и т. д. Совершенно другое положение создается тогда, когда предметом познания оказывается культурная реальность. Чтобы понять смысл, нужно анализировать: цель, ценность, значение, норму, социальное действие, потребности, интересы, право, свободу и др.

Уже в начале прошлого века М. Вебер, размышляя о различии естественных и гуманитарных наук, писал, что естественные науки ничего не могут сказать о свободе. Человеку, познающему природу, она раскрывается в виде множества лишенных смысла явлений. Мир же культуры упорядочен и наделен объективированными человеческими целями смыслами и значениями, которые существуют не только в головах, но и в учреждениях, вещах, нормах. Субъекту не надо его упорядочивать. В культурных вещах они уже функционируют, но не сами по себе, а через человеческую социальную деятельность с ними.

Познавая социальную реальность человек, как об этом уже говорилось выше, встречается в ней в своеобразной форме с самим собой, с обществом, но не в субъективном, а во внешнем объективированном виде. В объективированных вещах самой живой человеческой мысли, конечно, нет. Вещи не мыслят. Они несут в себе след

стр. 182


человеческой мысли. Это прежде всего язык, алфавиты, иероглифы, книги, диски, кассеты, рукописи, скульптуры, ноты, цифры и т. д. Мир культуры выступает как коррелят человеческого сознания. И каждый человек постоянно живет в своеобразном внешнем идеальном мире, в котором идеального как такового нет, есть лишь его следы - знаки и символы, указывающие на него, которые мы можем понять.

Сегодня к таким концептуальным понятиям, как литосфера, атмосфера, био- сфера, социосфера, прибавилось понятие ноосфера - объективная (точнее объективированная) сфера разума. И такая её составная часть, как семиосфера - мир знаков, смыслов, значений, кодов и имен. Толща этого интеллектуального мира постоянно увеличивается, и жизнь каждого человека, прежде всего через язык, глубоко погружена в неё.

Проблемой идеальной действительности много и плодотворно занимался выдающийся исследователь Ю. М. Лотман. Разрабатывая учение о семиосфере, он одним из первых стал говорить о том, что мысль человеческая не только в нас, но и мы внутри мысленных миров, что нас окружает мысленный мир, который создается совокупной деятельностью человеческих поколений. Он писал в своей книге, которая так и называется "Внутри мыслящих миров": "Индивидуальный человеческий интеллектуальный аппарат не монополист на работу мысли. Семиотические системы, каждая в отдельности и все они в интегрирующем единстве семиосферы, синхронно и всей глубиной исторической памяти осуществляют интеллектуальные операции, хранят, перерабатывают и увеличивают объем информации. Мысль внутри нас, но и мы внутри мысли, подобно тому, как язык - нечто порождаемое нашим сознанием и прямо зависящее от механизмов мозга, но и мы внутри языка. И если бы мы не были погружены в язык, наш мозг не мог бы его генерировать (и обратно: если бы наш мозг не был способен генерировать язык, мы не могли бы быть в него погружены). Также и мысль - нечто рожденное человеческим мозгом и окружающая нас сфера, вне которой интеллектуальное интегрирование было бы невозможно" [4].

Тысячелетиями человечество наделяет физический мир особыми социальными образованиями, смыслами, значениями и ценностями, в которых человек в своеобразной форме встречается с самим собой, но далеко не всегда осознает это. Этот растущий от поколения к поколению мир Ю. М. Лотман и определил как семиосферу, которая объединяет знаки, значения, символы, художествен-

стр. 183


ные образы, технические устройства, вещи, т. е. все то, во что людьми вложен смысл.

Различные семиотические системы имеют удивительную способность сохранять субъективное в объективных параметрах внешнего существования. В них пролегает зыбкая, колеблющаяся грань между субъектом и объектом. Здесь в объекте слишком много субъективного. В мире культуры жестко противопоставлять субъективное и объективное, не видеть их взаимодействий, переходов друг в друга и синтезов значит не понимать её специфики.

Раскрывая сложный и далеко не очевидный процесс объективации человеческой субъективности во внешних вещах и явлениях, процесс сращивания природного содержания с человеческой субъективностью, А. П. Огурцов пишет: "Язык познавательной деятельности, те смысловые структуры, которые порождены ею, прежде всего дисциплинарный язык (геометрии, химии, алгебры и т. д.) проецируются на природу, превращаются в язык самой природы, в язык бытия. На первых порах связь этих смыслов с человеческой жизнедеятельностью еще очевидна, позднее эти смыслы натурализуются, становятся свойствами природы как таковой, их связь с человеческой деятельностью выветривается, улетучивается. Происходит дегуманизация смыслов, их овеществление, забвение смыслопорождающего истока идеальных объектов естествознания - человеческой деятельности" [5].

Прекрасной моделью объективации, значения и ценности является шахматная игра. Это фрагмент социального мира. Как любое социальное смысловое отношение она функционирует по созданным людьми правилам и нормам. Человек должен им подчиняться и точно следовать. Игра имеет свою цель, и все последующие действия направлены на её осуществление. Нельзя делать неправильные ходы. Каждая фигура имеет свою относительную силу и ценность. Во время игры происходит много событий: ловушки, жертвы, борьба за инициативу и т. д. Можно говорить о мужественной пешке, об элегантном ходе конем и т. д. Вроде героями этих ситуаций являются фигуры и пешки. Но ведь в самые напряженные минуты борьбы эти фигуры и пешки ничего не чувствуют, у них не повышается кровяное давление. У них нет ни целей, ни расчетов, ни даже знания правил игры. Они всего лишь деревяшки, которых люди наделили определенными функциями. В принципе не имеет никакого значения, с помощью какого шахматного комплекта совершается шахматное действо. А после его завершения остается его мысленное смысловое содержание, нечто идеальное, которое суще-

стр. 184


ствует, если оно зафиксировано в шахматной знаковой системе или в памяти совершенно независимо от тех фигур, с помощью которых шла игра и борьба. Эти фигуры и пешки всего лишь инструментарий для мысли, характера, способностей. Будто шахматный сюжет и фигуры существуют в разных параллельных и равнодушных друг к другу пространствах. Играют люди. Именно они понимают и переживают ситуацию, испытывают её напряжение, красоту и т. д. Шахматные фигуры являются лишь объективными материальными носителями человеческих мыслей. Вместе с тем шахматная партия совершается как внешнее действие во внешнем пространстве. Перед нами достаточно яркий пример объективации человеческой мысли. Её переход из субъективного состояния через деятельность в состояние объективное, предметное, внешнее.

Человек свою же мысль видит и понимает её в своеобразном внешнем виде. Все вышесказанное в самой высшей степени относится к музыке, поэзии, технике, да и ко всем другим видам духовной деятельности. Человек за свою историю создал огромное количество ценностей. Но ни одна из них не является субъектом себя. Они не способны осознать свою ценность, взволноваться или огорчиться, быть гордым и т. д. И только человек соединяет в себе ценность и субъекта. Он её творец и потребитель. Человек как личность сам может быть ценностью. Он может осознавать и переживать свою ценность и значимость для других и для самого себя. Он принимает решения. И все внешние ценности без исключения являются отблесками его внутреннего мира и имеют смысл лишь в связи с ним. Как мудро поступают те народы, которые не только природу, вещи и богатство объявляют национальным достоянием, но главным национальным достоянием объявляют своих выдающихся людей и чтят их и поклоняются им.

Уникальная способность людей объективировать свой субъективный мир в процессе своей практической и теоретической деятельности лежит в основе многих сложных феноменов культуры. Объективация становится методологической и концептуальной основой для понимания таких сложных культурных образований, как смысл, значение, ценность, долженствование и др., которые недоступны для понимания с помощью естественнонаучных методов.

В созданных людьми объектах помимо их физической структуры всегда имеется особое социальное содержание, опредмеченная в них духовность (их смысл), которая в конечном счете всегда обра-

стр. 185


щена к людям своим человеческим назначением (значением), тем, что должны и могут делать люди.

Можно с полной уверенностью сказать: там, где возникают смысловые и ценностные отношения, там мы вступаем в мир долженствования. Более того, отношения долженствования -одно из фундаментальных оснований мира культуры, которых в природном мире нет.

Людьми создана богатейшая палитра для осознания и регулирования этого сложного и ускользающего мира должного, для его понимания. Это такие категории, как: цель, целеполагание, ценность, оценка, смысл, значение, норма, идеал, долг, совесть, в известном смысле Бог, добро и зло, хорошее и плохое, красивое, прекрасное и безобразное, справедливость, свобода. В своей основе они выражают ту или иную грань общей проблемы долженствования. За небольшим исключением они неприложимы к природным явлениям. Каждое из них несет в себе свою часть человеческого смысла, человеческого социального измерения или способа измерения того, что должно быть или того, что есть, но не должно быть.

Наличие проблемы долженствования показывает, что понятие бытия (то, что есть) нельзя ограничивать лишь физическим бытием, что наряду с ним, с появлением мира культуры возникает смысловое, ценностное бытие, которое физических параметров не имеет, вне человека не функционирует и проявляет себя тем, что представляет собой объективированную человеческую субъективность и имеет значение, ценность и смысл.

Выше уже шла речь о двух аспектах познания в формате истины (как есть) и долженствования (как должно быть). Возвращаясь к их различию, подчеркнем, что науки (особенно изучающие природу) не могут дать решения, как должно быть. С помощью математики, физики, химии, биологии невозможно определить, что такое добро и зло, право и справедливость, ответственность, свобода. Это определяется не в форме истины, а человеческими представлениями о том, как должно быть, что включает в себя определенные социальные решения и действия.

Если познание мира в формате "как он есть" оформилось в виде науки, главной целью которой является установление истины, то познание мира в формате "каким он должен быть" осуществлялось в виде таких форм общественного сознания, как мораль, право, искусство, религия, которые свои концептуальные основания строят на вере и легитимации. Долгое время ответ на вопрос, что представляет собой мир как сущее, находился под сильнейшим

стр. 186


влиянием человеческих представлений о должном, что особенно ясно видно при анализе различных мифологий и религиозных представлений. То, что мыслители принимали за онтологическую картину мира, в значительной степени было отблеском социальных отношений и связанных с ними ценностных отношений и ценностных представлений. То, что принимали за истину, очень часто было человеческим долженствованием.

Особое место в соотношении знаний о том, каков мир и каким он должен быть, занимают, во-первых, философия в качестве мировоззрения и, во вторых, техническое сознание, специфика которых состоит в том, что они пытаются соединить упомянутые формы знания в единую систему.

Попытки осознать различия наук и форм общественного сознания, которые мы видим в середине XIX в., привели к постановке вопроса о различии таких форм знания, как наука и идеология (проблема, которую одними из первых подняли Маркс и Энгельс в 1847 г.), истина и вера, специфика ценности, значения и нормы, наконец, различие природы и культуры. Все это прямо подводило человеческую мысль к проблеме анализа человеческой социальной, смыслополагающей деятельности, к важной проблеме объективации человеческой субъективности, в результате чего создается отличный от природы мир культуры.

Выше было сказано, что формы общественного сознания свои концептуальные критерии строят на основе веры и легитимации того, что считается должным. Следует сказать, что вера не ограничивается лишь религиозными формами. Она тесно связана со всеми формами долженствования: моралью, правом, политикой, искусством. Она также связана с выбором ценностей, определением значений, выработкой норм, с определением права, вины и ответственности. Такие вопросы, как: допустима ли смертная казнь; кому должна принадлежать прибавочная стоимость - хозяевам или работникам; можно ли узаконить однополые браки; может ли женщина быть священником и т. д., не являются проблемой истины, так как в её формате объект отражается таким, каков он есть, а требуется решение, каким он должен быть. Здесь главным условием для принятия решения является не истина, а убеждение в том, как должно быть, что справедливо и правильно.

Оценка действительности в форме сопоставления сущего с его понятием, эталоном, нормой, ценностью является специфической формой познания социальной реальности. Именно здесь определяется мир и его фрагменты как хорошее и плохое, добро и зло и т. д.

стр. 187


Специфика долженствующей формы познания состоит в том, что здесь нет поиска истины (в традиционном её понимании как верное отражение действительности). Здесь мы видим поиск правильного, справедливого решения для социального действия и социальных отношений. Здесь устанавливается, насколько социальная действительность соответствует общественным представлениям о том, какой она должна быть.

Но познание ли это? На наш взгляд, вне всякого сомнения. Ведь такое важное познавательное действие, как измерение и установлении мер и в том числе и норм, возможно именно на основании подведения действительности под различные понятия о должном. Именно такое подведение действительности под долженствование лежит в основе права, морали, эстетического отношения, религии, техники, идеологии. По-видимому, одной из причин возникновения философии была потребность людей осознать и эту сторону познания, которая не выявлялась ни религиозными, ни естественнонаучными методами.

Что познают судьи, когда судят обвиняемого? Строение его тела или физиологические процессы, происходящие в его организме? Они сравнивают его действия с юридической нормой, которая выработана обществом в качестве общезначимой для всех ценности и нормы, обязательной для всех людей данного общества. Судьи устанавливают, уклоняются ли и насколько те или иные поступки от нормы, и тем самым определяют меру вины или оправдывают человека. Познавательный процесс здесь состоит в постижении того, насколько те или иные действия отклоняются от конвенционального понятия о том, какими они должны быть. Ответ здесь не очевиден. Он требует аналитического исследования и принятие решения. Что же это такое как не познание? За конкретным анализом действий подсудимого стоит проблема принципов взаимоотношений личности и общества, которые невозможно вывести из физической природы человека. Эти принципы выражают систему ценностей, смыслов, норм и значений, выработанных обществом для своего успешного функционирования и соблюдения общего интереса. Вся эта весьма сложная проблематика осознается и познается в форме понятий о том, как должно быть, в форме долженствования.

Возникает вопрос: как человек определяет критерии того, как должно быть? Как формируются долженствующие эталонные образцы, с которыми сравнивается социальный мир? В древние времена "авторство" приписывалось Богу. Сегодня мы можем сказать,

стр. 188


что попытки осознать эту проблему были одной из причин возникновения идеи Бога.

Сегодня понятно и то, что искать ответ на поставленный вопрос с помощью теории отражения нельзя, так как долженствование формируется не столько как прямое отражение объективного мира, сколько как выражение человеческой субъективности. Современное понимание идей должного и происхождение всех его форм связано с пониманием человеческой культурной деятельности и в конечном счете с проблемой человека. Эти идеи - результат творческой деятельности людей. Они регулируют различные аспекты человеческой деятельности. Процесс осознания долженствования возникает как результат осмысления сложнейшего переплетения человеческих потребностей, интересов, мотивов, психологических установок, ситуаций, эмоций, социальных взаимодействий, целей, систем ценностей и т. д. Из всего этого клубка, в котором переплетены объективные и субъективные элементы, и возникает сложная познавательная конструкция - убеждение в том, как должно быть, разные аспекты которого осознаются в виде веры, цели, ценности, оценки, нормы, идеала, значения и т. д. Чаще всего представления о должном формируются стихийно, интуитивно, когда сложные механизмы конструирования вывода-решения остаются в подсознании и не контролируются, а сознание начинает с вывода и потому здесь такую огромную роль играет интуиция, вера и убеждение. Уже потом к ним притягивается аргументация. Десятки тысяч лет нормотворчество и различные запреты и обычаи так и происходили. Но ведь интуиция - это тоже форма познания. Со временем выработка норм все более рационализировалась. Требовала все большей аналитической экспертной работы, особенно с появлением технических и правовых норм.

Осознавая, вырабатывая идеи долженствования, общество за критериями обращается к себе, к своим нуждам, к тому, что объективно возможно. Или, объективируя свой внутренний мир в образ Бога, идею должного получает "извне". В обоих случаях человек нуждается в вере, в вере в добро, в человека, в свободу, в народ и т. д.

Выше уже говорилось, что подведение действительности под понятие долженствования истины не ищет. И, тем не менее, нужно ответить на вопрос: может ли быть ложное понятие о том, как должно быть? Ответ, как говорится, лежит на поверхности. Всевозможные криминальные действия, человеконенавистничество, расизм, фашизм, несправедливые социальные законы и нормы и т. д.,

стр. 189


говорят, что может быть. Об этом же говорит юридическая практика осуждения и установления вины. Если понятие заблуждения в системе сущего выражает несоответствие мысли своему объекту и не имеет морального содержания, то в мире должного заблуждением будет неприемлемое решение для общества того, "как должно быть". За таким решением стоит не формальная правильность мысли, а определенный вариант оправдания и легитимации (признанием большинства народа) взаимодействий личности и общества, личности и группы, личности и личности. В этом случае речь идет о правде, правильности, подлинности и ценности. Можно говорить о подлинных и ложных ценностях. В суждениях о ценностях всегда присутствует моральное содержание. В морали и праве очевидное, в религии и науке несколько отстраненное (хотя подлинным объектом религии, на наш взгляд, должна быть нравственность).

По-видимому, эквивалентом истины в сфере долженствования, своеобразным индикатором правильности системы ценностей является чувство справедливости, правды и красоты. Им сопутствует ощущение подлинности и совершенства. И они вместе с тем являются частями ощущения свободы. Эти переживания определяются не логически, а скорее оформляются в виде стихийных, спонтанно возникающих социально-психологических установок, настроений, напряжений и готовности к определенным социальным действиям. Они сопровождаются ожиданиями, острыми предчувствиями, верой, что так не должно быть и т. д. Здесь налицо феноменологическая очевидность, непосредственность. Эти переживания не логические абстракции. Они происходят не где-то за тысячи километров от меня, а во мне. Мне не нужно сомневаться и доказывать, есть они или их нет и каковы они. Это мои чувства, мои переживания, мои мысли, моя интенция, мое решение.

Если заблуждение при попытке достижения истины может быть исправлено путем более точного анализа, наблюдения, исчисления и т. д., то заблуждение в сфере долженствования исправляется путем санкций, порицания, наказания и воспитания. Если вершиной проблемы долженствования являются такие интеллектуальные образования, как: мировоззрение, идеология, нормы, идеал, свобода и др., то корнями этой проблемы оказалась жизнь каждого человека. Проясняется, что истоки проблемы долженствования лежат в проблеме личности, человека и его жизнедеятельности.

На этом первичном уровне проблема долженствования оказалась связанной с такими духовными образованиями, как: совесть,

стр. 190


вера, любовь, тревога, страх, подлинность, право и ответственность, потребности, чувство свободы или его отсутствие. Их различное напряжение и констелляция превращаются в цели, интенции, решения, что придает выбранным объектам интереса значение и делает человеческое познание внешнего мира направленным и человекомерным.

И чем больше человечество окружает себя миром своей предметной и коммуникационной деятельности и с каждым новым поколением все глубже и глубже погружается в него, в мир культуры, тем больше его существование определяется и регулируется понятиями о том, как должно быть. Долженствование становится все более и более актуальной проблемой человеческого бытия. Жизнь каждого человека проходит под сильнейшим давлением огромного и все возрастающего количества норм (моральных, правовых, политических, религиозных, технических и т. д.), соблюдение или не соблюдение которых составляет большую часть того, что называем общественными отношениями и содержанием человеческой жизни. Каждому человеку предписывается понимание и соблюдение огромного количества правил, обычаев, традиций, моды. Обществом для своей жизнедеятельности выработаны многочисленные эталоны измерения времени, пространства, скорости, веса и т. д. Людям необходимо одинаково понимать десятки тысяч понятий и слов, одинаково пользоваться грамматическими правилами употребления языка, управления техническими средствами, бытовыми вещами, соблюдать правила разнообразных игр. Людям необходимо выполнять выработанные обществом различные социальные роли (воина, лидера, мужа и др.). Нетрудно во всех этих смыслах, значениях, нормах, измерениях и эталонах увидеть их долженствующие основания.

В созданных людьми культурных объектах всегда содержится особое социальное содержание, опредмеченная в них духовность (их смысл, значение), которая обращена к людям своим человеческим назначением, тем, что должны с ними делать люди. Можно с полной уверенностью сказать: там, где возникают смысловые, ценностные отношения и измерения значений, там мы вступаем в мир долженствования. Отношения долженствования - одно из фундаментальных оснований мира культуры.

На наш взгляд, философия как особый вид духовной деятельности возникает как попытка осознания двух крайних полюсов человеческого существования: природы и культуры, как попытка осознания взаимодействия этих двух миров, как попытка понима-

стр. 191


ния, что такое природа и сущее, что такое культура и должное и что такое человек, единственное и уникальное существо, которое своей сознательной деятельностью создает мир культуры и вместе с тем соединяет в себе и в продуктах своей деятельности эти два мира.

Нам представляется, что это - одна из фундаментальных философских проблем. Ведь за известной формулой основного вопроса философии о соотношении и первичности материи или сознания скрыто их подлинное основание, соотношение природы и культуры, так как сознание или дух может быть только феноменом культуры.

Проблема долженствования в своём развитии прошла два этапа. Первый анонимный, когда она функционировала, но не осознавалась. И второй, который начался в конце XVIII в., когда эта проблема стала предметом непосредственного анализа. Первый получит долгую линию развития, трансформируясь в учение Платона о мире идей, в котором собраны идеальные эталоны всех земных вещей и отношений. В учение Аристотеля об энтелехии как последней цели мироздания. В учение о Едином у неоплатоников. В Бога Филона, который первым стал понимать его как Творца, а мир как его тень. В христианское и магометанские учения о Боге, который свыше даёт людям через своих пророков заповеди о том, как они должны жить.

На наш взгляд, во всех этих учениях проблема долженствования оказывается хотя и скрытым, но центральным конструктом. Именно она в итоге формирует внутреннюю логику и постановку проблем, она определяет ценностные системы и направленность значений и оказывает влияние как бы из-за кулис. Она присутствует, когда мыслители рассуждают о Боге, о смысле жизни, о добре и зле и т. д. Второй период осознания проблемы долженствования, когда она становится непосредственным объектом философского анализа, как об этом уже шла речь выше и в связи с чем мы просим уважаемого читателя снова обратиться к первому абзацу данной статьи, связан с именем Канта. Он подвел философскую мысль к границе, разделяющей старое мировоззрение, согласно которому долженствование предписывается миру неким внешним разумным, но не человеческим началом, и новым мировоззрением, в формах которого мыслители начали осознавать, что общество само вырабатывает нормы своей жизни и объективирует свои цели, что оно само является творцом своего культурного мира. Нам представляется, что это очень важная веха историко-философского процесса, ведущая к осознанию личностью того обстоятельства, что она и

стр. 192


общество являются подлинными субъектами, принимающими решения о том, как должно быть.

При анализе духовной культуры можно обнаружить интересную функциональную связь между человеческими представлениями о Боге и человеке. Чем меньше творческих полномочий наука оставляет Богу, - ровно настолько же они растут в понимании человека. Бог из онтологической проблемы Демиурга превращается в гуманистическую проблему. "Бог умер. Мы сами убили его", - писал Ницше. Это метафорическое высказывание, но полное глубокого смысла. Сегодня Бог может жить в душе человека как моральный идеал.

Историю духовной культуры можно рассматривать как постепенное освобождение человека от самоотчуждения. Приходит всё большее осознание, что множество метафизических объектов типа потустороннего мира, Абсолютной идеи и др. есть результат человеческой языковой объективации. Что их автор человек. Тем самым шаг за шагом человек идет к себе, к своей человеческой самости. Это своеобразный философский путь к себе. Своеобразный путь саморазоблачения.

Именно этот путь анализа человеческой деятельности привел философскую мысль к обнаружению проблемы долженствования, ценности, смысла. В связи с вопросом, как долженствование из анонимной проблемы превратилось в проблему осознанную, нужно сказать о специфике философского познания и о его духовных функциях в обществе. Исторический путь развития философии в определенной мере повторяет исторический путь развития личности, которая при правильном развитии идет от самоотчуждения к самой себе, осознавая себя как самонормирующее существо. Философия, как и человек, приближается к своим истокам, к своему подлинному социальному назначению давать решения того, как должно быть.

Понятие долженствования собирательно. Оно собирает в себе большое количество понятий, выражающих тот или иной аспект человеческого существования. Хотя мы уже говорили о них, но отметим их еще раз. Это цель, целеполагание, ценность, значение и знак, оценка, норма, идеал, смысл, вина и право, красота и прекрасное, добро и зло, хорошее и, плохое, правильное, святое, Бог, свобода и личность. Все вышеперечисленные понятия в том или ином отношении выражают какую-либо сторону долженствования или содержат в себе механизм его функционирования. Все вышеназванные понятия являются экзистенциалами. И в той или иной

стр. 193


форме выражают какие-то стороны культурного человекомерного существования. И именно философия стремится осознать подобные отношения и соответствующие понятия и дать их решения. Она же через систему этих понятий оказывается способной осознать столь важный для людей вопрос о том, насколько сущее соответствует должному. Тем самым она оказывается основой критического отношения к действительности и вместе с тем конструктивного начала её переустройства в соответствии с человеческими представлениями о должном.

Философия позволяет обществу познать себя изнутри, несет в себе импульс самосознания и действия, в основе которого лежат представления о должном. Теория долженствования является концептуальной основой для этики, эстетики, теории религии, права, теории культуры, личности. Она по-новому раскрывает роль человеческой субъективности в построении мира культуры. Она дает возможность понять значение процесса объективации для формирования метафизических представлений о внечеловеческих духовных образованиях. Она лежит в основе всех форм общественного сознания: нравственности, права, искусства, религии, политики, философии и техники. Она помогает понять специфику идеологического сознания, его отличие от науки и определить его место в социальной жизни общества. Помогает понять эвристическое значение человеческой деятельности как фундаментальной основы двух форм познания: науки и ценностного определения жизни и мира. Анализ этой проблемы позволяет лучше понять специфику мира культуры, специфику его объективности, которой нет без человеческой субъективности. Позволяет понять философию в единстве её двух сторон: материализма и идеализма, пытающихся осмыслить мир в двух его главных измерениях: сущего и должного, реального и подлинного бытия.

ЛИТЕРАТУРА

1. Кант И. Соч. в 6 томах. Т. 3. М., 1964. С. 477 - 478.

2. Быкова М. Н. Гегель - философ модерна? // Судьбы гегельянства. М., 2000. С. 95.

3. Кассирер Э. Опыт о человеке: введение в философию человеческой культуры // Проблема человека в западной философии. М., 1988. С. 28 - 29.

4. Лотман Ю. М. Внутри мыслящих миров. М., 1996. С. 386.

5. Огурцов А. П. Герменевтика и естественные науки // Загадка человеческого понимания. М., 1991. С. 139 - 140.


© libmonster.ru

Permanent link to this publication:

https://libmonster.ru/m/articles/view/ПРОБЛЕМА-ДОЛЖЕНСТВОВАНИЯ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Galina SivkoContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://libmonster.ru/Sivko

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

Р. Г. КЕТХУДОВ, ПРОБЛЕМА ДОЛЖЕНСТВОВАНИЯ // Moscow: Russian Libmonster (LIBMONSTER.RU). Updated: 14.09.2015. URL: https://libmonster.ru/m/articles/view/ПРОБЛЕМА-ДОЛЖЕНСТВОВАНИЯ (date of access: 12.04.2021).

Found source (search robot):


Publication author(s) - Р. Г. КЕТХУДОВ:

Р. Г. КЕТХУДОВ → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Galina Sivko
Краснодар, Russia
1220 views rating
14.09.2015 (2036 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes
Related Articles
Рассматриваются сравнительные определения гипотез Большого Взрыва и Нейтронной Вселенной. Различия заключаются в образовании и существовании нуклонов в своём развитии. - Место нуклонных ядер в развитии расширяющей Вселенной. - Роль гравитационного или потенциального взаимодействия между нуклонами в процессе расширения Вселенной. - Синтез и распад ядер нуклонных объектов. - Какие силы расширяют Вселенную.
Catalog: Физика 
17 hours ago · From Владимир Груздов
Проблемы гипотезы Большого Взрыва можно решить с помощью гипотезы Нейтронной Вселенной. В основу гипотезы Нейтронной Вселенной положена гипотеза образования Вселенной из нейтронного ядра, конечных размеров. При своём вращении нейтронное ядро распадалась на фрагменты, которые в свою очередь распадались на более мелкие нейтронные фрагменты.
Catalog: Физика 
Гипотеза построена в первую очередь на данных полученных Бюраканской астрофизической обсерваторией в середине двадцатого века. Многочисленные работы В.А. Амбарцумяна без спорно доказали образование крупных астрономических объектов из сверхплотных объектов, которые являются потенциально взаимодействующими связанными системами.
Catalog: Физика 
2 days ago · From Владимир Груздов
Очерки из моей жизни
Catalog: История 
3 days ago · From Россия Онлайн
Чтобы выделить энергию при распаде ядра, её надо накопить при синтезе. При любом распаде масса дочернего ядра увеличивается. Это заложено в основе расширения Вселенной. Когда анализируется масса-энергия при ядерных реакциях, принимается во внимание Δ
Catalog: Физика 
3 days ago · From Владимир Груздов
На последней сессии 14-го созыва Национального собрания Социалистической Республики Вьетнам господин Выонг Динь Хюэ стал новым председателем Национального собрания Социалистической Республики Вьетнам. С 98,54% голосом присутствующих делегатов проголосовали за то, чтобы утвердить, член Политбюро, секретарь партийного комитета, глава ханойской делегации XIV Национального собрания (Национальное собрание) XIV созыва Выонг Динь Хюэ был избран председателем Национального собрания, председателем государственной избирательной комиссии. Это одна из четырех важнейших руководящих должностей в госаппарате. Избрание г-на Выонг Динь Хюэ председателем Национального собрания высоко оценено отечественной и международной общественностью.
4 days ago · From V. Grachev
Причины присоединения Поволжья и Приуралья к России
Catalog: История 
4 days ago · From Россия Онлайн
"Кристаллизация" горского освободительного движения. Размышления Б. Байтугана об истории мусульман Северного Кавказа и Дагестана
4 days ago · From Россия Онлайн
Великая княгиня Елена Павловна
Catalog: История 
4 days ago · From Россия Онлайн
При любом взаимодействии масс, на любом уровне, создаются потенциалы взаимодействия масс в любых процессах расширения Вселенной. Этим определением рассмотрим вопросы, связанные с массой и энергией взаимодействующих объектов. Когда объекты (частицы, молекулы) потенциально взаимодействуют, они создают градиенты потенциального взаимодействия. Эти градиенты регулируют энергию и массу объектов и Вселенной в целом.
Catalog: Физика 
4 days ago · From Владимир Груздов

Actual publications:

Latest ARTICLES:

Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
ПРОБЛЕМА ДОЛЖЕНСТВОВАНИЯ
 

Contacts
Watch out for new publications: News only: Chat for Authors:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Russian Libmonster ® All rights reserved.
2014-2021, LIBMONSTER.RU is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Russia


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones