После Октября 1917 г. все участники политического противостояния (за малым исключением) необходимой формой государственного строя России считали республику. Положение о том, что "Россия должна быть демократической парламентской республикой" вошло в партийную программу кадетов в марте 1917 года. Лишь правые кадеты оставались сторонниками конституционной парламентской монархии английского типа.

Идеалом эсеров и меньшевиков являлась социал-демократическая республика парламентского типа. Реализацию его правые социалисты откладывали до восстановления Учредительного собрания, которое должно решить вопрос о форме правления. Эсеровские правительства, сформировавшиеся в 1918 г. на Волге, Урале, в Сибири, обещали восстановить Учредительное собрание, разогнанное большевиками 5 января 1918 года.

В мае 1918 г. антибольшевистскими силами был создан "Национальный центр", в котором главенствовали кадеты. Многие из них были членами ЦК. Кадетская партия командировала в различные губернии своих эмиссаров для объединения антибольшевистских сил и координации их действий. Был создан и Восточный отдел кадетского ЦК в составе В. Н. Пепеляева, В. А. Жардецкого, А. С. Клафтона, А. С. Соловейчика.

Одновременно с объединением правых группировок происходил процесс сближения демократических антисоветских групп. Этот процесс закончился образованием в Москве "Союза возрождения России" с участием народных социалистов, некоторых меньшевиков-оборонцев, правых эсеров и кадетов. Основателями его были народные социалисты Н. В. Чайковский, С. П. Мельгунов, В. А. Мякотин, А. В. Пешехонов, правые эсеры Н. Д. Авксентьев, И. И. Бунаков-Фундаминский, кадеты Н. Й. Астров, Н. М. Кишкин, Д. И. Шаховской¹.

Активизировались и сибирские автономисты. В январе 1918 г. в Томске была созвана Сибирская областная дума. Председателем ее стал правый эсер И. А. Якушев. Дума приняла "Декларацию Сибирской областной думы"², которая в основном воспроизводила положения эсеровской программы и провозглашала целью скорейшее возобновление работы Учредительного собрания, признающего автономию Сибири и других частей государства. Автономисты выступали за вручение всей полноты власти на территории Сибири

Швец Ирина Витальевна - старший преподаватель Дальневосточного филиала Российской академии правосудия.

стр. 98

до созыва Учредительного собрания Сибирской областной думе и за реформы: безвыкупный переход помещичьих и частновладельческих земель в общенародное достояние и др.

Для проведения в жизнь намеченного Декларацией, 28 января было создано Временное правительство Автономной Сибири (ВПАС), председателем которого был назначен эсер П. Я. Дербер. В состав ВПАС вошло несколько кадетов, в том числе П. В. Вологодский, меньшевик Юдин и эсеры, составлявшие большинство. Сразу после образования правительство, ввиду угрозы разгона его томским советом, заявило о своем переезде во Владивосток - на еще неподконтрольную советской власти территорию. В Сибири остались учрежденные ВПАС территориальные коллегии-"комиссариаты": Западносибирский в Томске и Восточносибирский в Иркутске³. Само же ВПАС, по сути, бежало, и не во Владивосток, а в Харбин, где его приютил управляющий КВЖД генерал Д. Л. Хорват⁴.

Оставшийся в Томске Западносибирский комиссариат (ЗСК) ВПАС оказался в водовороте политических страстей. Кабинет комиссариата составляли бывшие члены Всероссийского Учредительного собрания эсеры П. Я. Михайлов, Б. Д. Марков, М. Е. Линдберг и председатель томской земской управы В. О. Сидоров. После ликвидации советской власти в Западной Сибири комиссариат обратился к гражданам Сибири с воззванием, в котором указывал, что обязанностью его кабинета является восстановление органов местного самоуправления - дум и земств - в их прежнем "законно избранном" составе, после чего к этим органам должна будет перейти вся местная власть.

Общая структура власти Западносибирского комиссариата была представлена Правительственной коллегией и Деловым кабинетом. Коллегия состояла целиком из эсеров, а Деловой кабинет - из эсеров и "беспартийных" представителей буржуазии. Буржуазный характер Делового кабинета немедленно отразился на деятельности всего эсеровского комиссариата. Комиссары хотели видеть в заведующих отделами лишь исполнителей своей воли, которых не должны занимать вопросы высшей политики. Заведующие же отделами не желали мириться с таким ограничением своих функций и пытались открыто проводить буржуазный курс, не соответствующий эсеровским замыслам. Это вызвало неизбежный конфликт между руководством Западносибирского комиссариата и его исполнительным аппаратом⁵.

В курсе на ликвидацию советских учреждений и советских декретов Правительственная коллегия проявляла осторожность, что не устраивало буржуазный по преобладающему составу и направлению взглядов Деловой кабинет. Большинство заведующих отделами добивалось немедленной и полной ликвидации всех советских декретов. Отдел юстиции сразу стал настаивать на уничтожении советов, сохранившихся в отдельных местностях.

Верховное правительство Западносибирского комиссариата не удовлетворяло в полной мере все эти требования и предлагало сохранить советы, лишив их власти и присвоив им функцию охраны профессиональных интересов рабочего класса. Руководимое эсерами правительство также сдерживало денационализацию, ограничивая ее только предприятиями, бывшими ранее в частном владении, и не желая распространять на прочие предприятия. Оно не допускало отступлений и от закона о социализации земли, принятого Учредительным собранием в январе, настаивало на безусловном сохранении земельных комитетов. В целом, Правительственная коллегия заняла умеренную либеральную политическую позицию и руководствовалась в своей политике решениями Сибирской областной думы, а Деловой кабинет был склонен как можно скорее покончить с этими решениями. Такое различие во взглядах приводило к трениям, ослабляя правительственную власть и вызывая раздражение реакционных военных кругов.

Просуществовав один месяц; Западносибирский комиссариат, по своему характеру "эсеровское правительство", попытался проводить самостоятельную политику на территории всей Западной Сибири. Наступление на

стр. 99

эсеровскую власть ЗСК возглавили областнические круги, выступившие под лозунгом "полного единения всех выдающихся сил"⁶. Они требовали создания коалиции мелкобуржуазного блока с правыми.

К лету антибольшевистские правительства были созданы не только в Сибири, но и на Волге, Урале. 8 июня 1918 г. в Самаре на штыках чехословацкого корпуса пришло к власти правосоциалистическое правительство - Комитет членов Учредительного собрания (Комуч). Вспыхнули руководимые эсерами и меньшевиками восстания в ряде других пунктов Урала. Волна выступлений правых и левых эсеров прокатилась 6 - 8 июня также в Москве, Ярославле, Рыбинске, Муроме.

Комуч стал первым опытом государственного строительства по правосоциалистической модели. Комитет членов Учредительного собрания поставил целью действовать от имени Учредительного собрания и подготовить его созыв⁷. Свою деятельность он стремился строить на принципах демократии.

В области государственного управления Комуч использовал собственные методы и опыт Временного правительства. Высшими органами власти Комуча являлись Коллегия и Деловой кабинет министров, состоявший из управляющих ведомствами. Государственное управление на местах при Комуче принадлежало губернским и уездным уполномоченным. Ближайшей задачей губернского уполномоченного было принятие экстренных мер к восстановлению деятельности губернских учреждений и должностных лиц в тех формах, в каких они функционировали при Временном правительстве.

На уполномоченных Комуча возлагалось наблюдение за органами местного самоуправления и руководство ими. Они были наделены диктаторскими полномочиями (могли закрывать собрания и съезды, заключать под стражу, арестовывать), включая наблюдение за деятельностью контрразведки и милиции и др. Их функции, таким образом, становились близки функциям прежних уездных земских начальников (по Положению 1889 г.). Это дискредитировало правых социалистов в глазах народа и вызывало сомнения в демократичности их намерений.

Органами местного самоуправления при Комуче являлись: в городах - городские думы, а в пределах губерний и уездов - земские собрания. Низшей ступенью местного управления в деревнях являлся сход с функциями, предусмотренными прежним царским законодательством, и с сельским старостой во главе. Комуч также допускал существование органов местного самоуправления в лице советов. 30 августа в Самаре был создан Совет рабочих депутатов, правда, имевший крайне ограниченные полномочия⁸.

К лету 1918 г. Комитету членов Учредительного собрания подчинялась территория от Волги до Урала. Помимо Самарской губернии, также Симбирская, Казанская, Уфимская, Оренбургская (на началах автономии в делах внутреннего управления) и отдельные уезды Саратовской и Пензенской губерний.

Летом 1918 г. в Екатеринбурге возникло еще одно антибольшевистское правительство - Временное областное правительство Урала⁹. 19 августа оно приняло программную декларацию. Из нее следовало, что правительство будет существовать до созыва Уральской областной думы или Всероссийского Учредительного собрания как коалиция между кадетами, народными социалистами, эсерами и меньшевиками. Однако большинство министерских портфелей досталось кадетам. Представителем партии народной свободы был председатель правительства П. В. Иванов. Уральское правительство провозгласило восстановление частного предпринимательства, возобновление деятельности органов местного самоуправления, политику денационализации. На территорию уральского правительства была распространена вся система законодательства Временного Сибирского правительства. В структуре органов управления отсутствовало военное министерство, а все вооруженные формирования были подчинены командованию Сибирской армии. Получили право хождения на Урале сибирские денежные знаки. Реальная власть находилась в руках военных, бесцеремонно вмешивавшихся почти во все мероприятия правительства¹⁰.

стр. 100

30 июня состоялось заседание Сибирской областной думы, на котором власть Западносибирского комиссариата была передана вновь созданному Временному Сибирскому правительству (ВСП). В его состав вошли: П. В. Вологодский - председатель, В. М. Крутовский - министр внутренних дел, И. А. Михайлов - министр финансов, Г. Б. Патушинский - министр юстиции, М. Б. Шатилов - министр туземных дел и П. Я. Михайлов - товарищ министра внутренних дел. Временное Сибирское правительство заявило, что только оно одно вместе с Сибирской областной думой ответственно за судьбы Сибири. Однако Сибирскую областную думу правительство рассматривало не в качестве законодательного органа, а лишь как инструмент укрепления своего правового положения и вовсе не собиралось делиться с нею властью. В сентябре Сибирская областная дума была распущена. Власть перешла к исполнительному органу, что было первым шагом к диктатуре.

ВСП провозгласило возвратить все захваченные казенные, частновладельческие, церковные, монастырские, школьные и надельные земли в руки прежних владельцев. Правительство ликвидировало все земельные комитеты, которые разрабатывали проекты реформ земельных отношений¹¹. Была объявлена полная свобода экономической деятельности, сняты все ограничения ее со стороны государства; предприятия и плавсредства возвращены бывшим владельцам. Выросли налоги, забастовки жестоко подавлялись. На территории, подконтрольной ВСП, формировался режим, близкий к диктатуре. ВСП всячески пыталось подчинить себе ВПАС и Временное правительство Амурской области.

29 июня части чехословацкого корпуса свергли во Владивостоке советскую власть, а 8 июля ВПАС, переехавшее из Харбина во Владивосток, заявило о вступлении в права и обязанности центральной государственной власти Сибири. Руководство чехословацкого Национального совета и корпуса придерживалось правосоциалистических взглядов и в этом сочувствовало эсерам ВПАС. Выступая под бело-зеленым флагом сибирского автономизма, ВПАС подчеркивало необходимость создания федеративной России с сильной центральной и местной властью. Оно подтвердило намерение созвать Сибирскую областную думу и Всесибирское учредительное собрание¹².

Однако, несмотря на провозглашаемые цели, единства в вопросах федеративного устройства не было. В случае победы над большевиками эсеры и меньшевики требовали сохранения общегосударственной финансовой, земельной и рабочей политики, выступая за "поглощение целым интересов областей", а кадеты наоборот, считали "фундаментом власти временные областные правительства". Понятно, что кадеты не желали реализации эсеро-меньшевистской модели государственного устройства.

Например, благовещенский "Союз сибирских федералистов", в большинстве кадетский, поставил своей целью объединение "Великой Сибири" с Россией на принципах федерации по примеру США¹³. ВПАС просило США гарантировать автономию Сибири и республиканский образ правления, а со своей стороны обещало работать в согласии с американской администрацией. Таким образом, делалась попытка реализовать идеи буржуазной государственности в рамках правосоциалистических теорий. Однако деятельность ВПАС не встретила поддержки ни со стороны правых (кадетов), ни со стороны союзников¹⁴.

В сентябре председателю Совета министров Временного Сибирского правительства Вологодскому удалось добиться распространения на Дальний Восток юрисдикции Временного Сибирского правительства и самоликвидации двух соперничавших, но равно безвластных дальневосточных правительств - Временного правительства автономной Сибири А. И. Лаврова - П. Я. Дербера и Делового кабинета управляющего КВЖД генерала Хорвата¹⁵.

Успех миссии Вологодского базировался на поддержке кадетских кругов и интервенционистских сил, массовая высадка которых во Владивостоке состоялась в начале августа. 28 октября была утверждена должность верховного уполномоченного Временного Сибирского правительства на Дальнем Восто-

стр. 101

ке. На этот пост был назначен Хорват¹⁶. За его спиной стояли биржевики и торговопромышленники, а также правительство А. Н. Алексеевскою в Амурской области¹⁷. Удовлетворение привлечением Хорвата высказали японский консул во Владивостоке Мацудайра, влиятельный казачий генерал П. П. Иванов-Ринов, представитель Великобритании генерал А. Нокс.

Наиболее сильными и влиятельными среди антибольшевистских правительств были Комуч и ВСП. Эти два областных правительства оспаривали между собой право на лидерство. Борьба властных структур дополнительно осложнялась противостоянием кадетской программы (ВСП) и эсеровской модели устройства России. При посредничестве чехословаков оба правительства решили устроить в Челябинске совместное совещание по вопросу о создании единой всероссийской власти. Заседания состоялись 15 - 16 июля. Они проходили под председательством члена чехословацкого Национального Совета д-ра Павлу при участии представителей Исполнительного комитета чехословацких войск, членов некоторых иностранных миссий. От Самарского правительства в нем участвовали М. И. Брушвит, М. А. Веденяпин, Н. А. Галкин, от Сибирского - П. Я. Михайлов, А. Н. Гришин-Алмазов. Присутствовали также представители от "Союза возрождения" А. А. Аргунов, Л. А. Кроль.

Представители самарского Комуча считали, что именно он должен сформировать всероссийскую власть. Представители Сибири, особенно военный министр Гришин-Алмазов и министр финансов Михайлов, заявили о готовности их правительства отдать себя в распоряжение всероссийской власти. Другие участники совещания согласились с точкой зрения "Союза возрождения", которая сводилась к тому, что для избрания всероссийского правительства надлежит созвать особое совещание из всех правительственных и иных организаций. Итогом этого заседания стало решение созвать Государственное совещание, снова в Челябинске, с приглашением представителей всех областных правительств, наличных членов Учредительного собрания и представителей центральных комитетов политических партий. Организация совещания была поручена Комучу и ВСП.

Открытие совещания, назначенное на 6 августа, несколько раз откладывалось из-за споров по вопросу о месте проведения. Наконец, 20 августа оно все-таки собралось в Челябинске. Но далеко не все представители успели прибыть на совещание. К прежним его участникам добавились делегаты от некоторых войсковых казачьих и национальных областных правительств. Ввиду неполноты кворума было принято решение придать совещанию характер предварительного и рассмотреть организационные вопросы. Без больших прений был утвержден прежний порядок представительства с расширением лишь представительства от областных правительств и включением всех мелких войсковых, национальных и правительственных группировок. Без особых споров был установлен срок нового совещания - 7 сентября. Решение о месте проведения было принято не без борьбы¹⁸.

Совещание открылось в нейтральной во всех отношениях Уфе. Важную роль в организации совещания сыграли союзники, которые стремились создать в Сибири и на Дальнем Востоке такую власть, с которой удобно было бы сотрудничать в борьбе с Советской Россией. Заседания Государственного уфимского совещания проходили 8 - 23 сентября и имели цель объединить усилия антибольшевистских сил и создать орган управления территорией, на которой была ликвидирована советская власть.

Существуют различные данные о составе совещания. Лидер областного правительства Урала и член ЦК кадетской партии Л. А. Кроль называет численность в 142 делегата, при этом утверждает, что 70 из них были депутатами Учредительного собрания, 32 представляли областные и казачьи правительства, 12 - политические партии, остальные - общественные организации. По Аргунову, на совещании присутствовало 200 с лишним делегатов, и самой многочисленной была группа эсеровских депутатов Всероссийского учредительного собрания (более 100 человек). В. В. Гармиза и Д. Л. Голинков указывают число 170 делегатов¹⁹.

стр. 102

На совещание прибыли представители: Самарского комитета членов Всероссийского учредительного собрания, Временного Сибирского правительства, Областного правительства Урала, правительств казачьих войск Оренбургского, Уральского, Сибирского, Семиреченского, Астраханского, Иркутского и Енисейского; башкирского правительства, киргизского правительства "Алаш-Орды", правительства автономного Туркестана, национального управления тюрко-татар внутренней России и Сибири, Временного Эстонского правительства, Съезда городов и земств Сибири, Урала и Поволжья, партий эсеров, меньшевиков, народных социалистов, кадетов, социал-демократической группы "Единство", "Союза возрождения России", Съезда членов Всероссийского учредительного собрания²⁰.

Вниманию участников Государственного совещания были представлены 12 деклараций: от социал-демократической организации "Единство"; Российской социал-демократической рабочей партии (меньшевиков); ЦК трудовой народно-социалистической партии; Временного областного правительства Урала; правительств автономного Туркестана, Башкурдистана, Алаш-Орды и Тюрко-Татарского национального управления внутренней России и Сибири, а также правительства мусульман - членов Учредительного собрания; ЦК Партии народной свободы (кадетов); самарского Комитета членов Всероссийского учредительного собрания; партии социалистов-революционеров; Временного правительства Эстонской республики; правительств Оренбургского, Уральского, Сибирского, Семиреченского, Астраханского, Иркутского и Енисейского казачьих войск; "Союза возрождения"; Временного Сибирского правительства;

Из деклараций выяснилось наличие двух различных взглядов на характер создаваемой власти. Большинство делегаций высказалось за ответственность исполнительной власти перед законодательным органом. Таким законодательным органом могло быть Учредительное собрание старого созыва, вновь избранное Учредительное собрание или же какое либо другое учреждение, например данное Государственное совещание, а может быть и Государственная дума. Вариант "безответственной власти" предложили партия кадетов и социал-демократическая организация "Единство". По их мнению, правительство должно было стать одновременно органом исполнительным и законодательствующим, то есть "безответственным", поскольку контроль со стороны представительного органа мог только мешать его деятельности²¹.

Гармиза утверждал, что за "безответственную власть" также выступали Временное сибирское правительство и казачьи группы. Но в декларации Временного сибирского правительства говорилось: "Директория, ответственная только перед будущим полномочным органом правильного волеизъявления народа"²². Программа от правительств казачьих войск декларировала: "Всероссийская верховная власть действует в обстановке полной деловой самостоятельности и независимости и ответственности перед Всероссийским учредительным собранием нового созыва. Всероссийская верховная власть должна принять все меры к скорейшему созыву полноправного Всероссийского учредительного собрания, ибо исконно демократические, представленные в Государственном совещании Оренбургское, Уральское, Сибирское, Семиреченское, Астраханское, Иркутское и Енисейское казачьи войска, не признающие в своих областях иной власти, как власти народной, выраженной войсковыми кругами и органами, ими избираемыми, считают, что в государстве Российском вся власть должна принадлежать, как истинному выразителю воли народной, полноправному Всероссийскому учредительному собранию нового созыва"²³.

На совещании были и делегации, которые не определили своей позиции. К ним следует отнести делегации Временного правительства Урала и "Союза возрождения". Временное правительство Урала считало, что центральная власть "должна быть образована на коалиционных началах", "путем соглашения на определенных кандидатах". Для гарантии, что эта власть не отклонится от программы, намеченной Государственным совещанием, тре-

стр. 103

бовалось создать "государственный контрольный орган, построенный на строго коалиционном принципе вхождения в него всех направлений и групп". "Союзу возрождения" будущая власть мыслилась иначе: в силу "общего доверия", "как власть, создаваемая на основании принципа народовластия, ответственная перед Всероссийским учредительным собранием в его законном составе, собравшемся к определенному сроку", она "отнюдь не должна быть стеснена в своих действиях каким-либо параллельно с ней существующим контрольным аппаратом"²⁴. Таким образом, на совещании были представлены противоречивые точки зрения. Основное противостояние разгорелось между приверженцами эсеро-меньшевисткой и кадетской модели государственного устройства.

Делегации и их представители долгое время не могли договориться о том, перед каким органом будет нести ответственность новое всероссийское правительство. 13 сентября на заседании комиссии по организации власти профессор В. В. Сапожников сделал заявление: "В объединенном фракционном заседании представителей партии народной свободы, Союза возрождения, Сибирского правительства, казачьих войск и организации "Единство" пришли к выводу, что власть должна быть ответственной. Органом, избирающим власть, является... настоящее Государственное совещание. Следовательно, и ответственность должна быть перед Государственным совещанием. Конституция этого органа должна быть разработана здесь же".

Развернулись прения. Выступление Сапожникова поддержали Л. А. Кроль и И. И. Войтов (оба - Областное правительство Урала). Возражали правые социалисты и их сторонники - В. М. Зензинов, М. Я. Гендельман, И. Е. Марков, Е. П. Березовский, А. А. Валидов, В. Н. Фомин. Их не устраивала ответственность правительства перед Государственным совещанием. Они предпочитали ответственность перед Учредительным собранием старого состава. В результате споров была выработана компромиссная формула: Временное всероссийское правительство действует безответственно до 1919 года. 1 января должно будет открыться Учредительное собрание, причем это открытие может состояться лишь при условии, если соберется законный кворум не менее 201 человека, считая общее число членов Учредительного собрания (за вычетом большевиков и левых эсеров) в 400 человек. Если этот кворум не соберется, то Учредительное собрание открывается 1 февраля с кворумом не менее 1/3 членов. Учредительное собрание ограничивает свои задачи, и работа его сводится к тому, что оно санкционирует или создает в новом составе всероссийское правительство, проводит спешные мероприятия, вызываемые потребностью фронта, и вырабатывает закон о выборах в новое Учредительное собрание. Правительство образуется в виде Директории из пяти лиц, избранных не по партийному, а по персональному признаку. Директория должна будет дать отчет в своей деятельности и сдать всю полноту государственной власти Учредительному собранию нового состава²⁵.

Подбор возможных кандидатур в правительство был не менее трудной задачей, чем определение его конструкции. По единогласному решению, создавалась власть коалиционная, из лиц разных течений, внутренне единая и действующая независимо от партий и организаций, выдвинувших этих лиц. Однако при обсуждении персонального состава правительства развернулась ожесточенная дискуссия. Первоначально эсеры выдвинули кандидатуры Тимофеева, Донского и Вольского, но они не прошли. Сибирские делегаты выдвинули кандидатуру генерала Хорвата. Однако Хорват имел репутацию монархиста и непримиримого борца с демократией²⁶; большинство правосоциалистических делегатов проголосовало против его кандидатуры. Делегаты от Комуча предложили Тимофеева, Зензинова, Вологодского, генерала Болдырева, Астрова. "Союз возрождения" выставил кандидатуры Чайковского, Авксентьева, Болдырева, Астрова, Вологодского. В конце концов в создаваемое правительство прошло большинство кандидатов, которых выдвинул "Союз возрождения". Оно имело бы следующий состав: Н. И. Астров (кадет), генерал В. Г. Болдырев (член "Союза возрождения"), Н. Д. Авксентьев (эсер),

стр. 104

Н. В. Чайковский (народный социалист), П. В. Вологодский (член Временного Сибирского правительства). Помимо основного состава были избраны пять заместителей членов правительства на случай смерти, отказа или долгого отсутствия. Астрова замещал Б. А. Виноградов, Болдырева - генерал М. В. Алексеев, Авксентьева - А. Аргунов, Чайковского - В. М. Зензинов, Вологодского - В. В. Сапожников. Таким образом, складывался временный и неустойчивый компромисс между приверженцами коллегиальной власти и диктатуры, то есть между правыми социалистами и кадетами, а также их сторонниками.

Государственное уфимское совещание попыталось выработать программу деятельности Всероссийского правительства на основе платформы, предложенной ЦК партии социалистов-революционеров.

Социалисты-революционеры оказались единственной фракцией, представившей на Уфимское совещание подробный проект деятельности будущей власти. От имени ЦК ПСР зачитал проект платформы деятельности всероссийского правительства М. Я. Гендельман. В ходе обсуждения программа была существенно переработана²⁷.

Предложенная программой модель представляла собой парламентскую республику эсеровского образца, с чем не могли согласиться ни кадеты, ни реакционная часть казачьих войск, которые уже тогда взяли курс на установление военной диктатуры и уже фактически наметили кандидатуру диктатора в лице адмирала А. В. Колчака.

На совещании позицию ЦК партии народной свободы выразил Л. А. Кроль: "Комитет ПНС считает, что наилучшей формой для осуществления такой власти было бы создание Временной единоличной Верховной власти"²⁸.

Из программы был исключен принцип объединения областей "на началах федеративной связи". Сложилась следующая его редакция: "воссоединение отторгнутых, отпавших и разрозненных областей России". Таким образом, был закреплен принцип "единой и неделимой России", которого придерживались партия кадетов и реакционные силы.

Существенной переработке подвергся раздел "в сфере народно-хозяйственной". Из первого пункта этого раздела ушло название "федеративно-демократического строя". Учитывая остроту дискуссий по вопросу о будущем России, совещание остановилось на принципе "непредрешения государственного строя", когда-то выдвинутом кадетами. Таким образом, в одном из главнейших вопросов эсеры сделали кадетам существенную уступку; вопрос о республиканском или монархическом строе России вновь занимал умы и вставал на повестку дня новой политики.

Из пятого пункта убрали слова "в Российской федеративной демократической республике..."

Шестой пункт - "национальная политика на началах признания как персональной, так и территориальной автономии народностей, населяющих Россию" - был исключен совсем.

Спор возник вокруг аграрного вопроса. Эсеры предложили следующее его решение: "В области земельной политики правительство руководствуется основными положениями Закона о земле, принятыми Учредительным собранием 5 января 1918 года, принимая меры к немедленному возобновлению работ земельных учреждений, которые должны до созыва Учредительного собрания регулировать трудовое землепользование на началах максимального использования земельной площади и уравнительности, применяясь к бытовым и областным особенностям отдельных местностей". Правые силы, представленные на совещании, не желали решать аграрный вопрос в пользу крестьян, поскольку среди них было значительное количество бывших помещиков и связанных с данным типом хозяйства людей. Эсеры в этом вопросе также пошли на поводу у кадетов.

В окончательной редакции девятый (аграрный) пункт декларировал следующее: "В области земельной политики Временное Всероссийское прави-

стр. 105

тельство, не допуская таких изменений в существующих земельных отношениях, которые мешали бы разрешению Учредительным собранием земельного вопроса в полном объеме, оставляет землю в руках ее фактических пользователей и принимает меры к немедленному возобновлению работ по урегулированию землепользования на началах максимального увеличения культивируемых земель и расширения трудового землепользования, применяясь к бытовым и экономическим особенностям отдельных областей и районов"²⁹.

Единогласия удалось достичь лишь по вопросам внешней и экономической политики. Внешнеполитическая часть программы включала "непризнание Брестского мирного договора и восстановление договорных отношений с державами согласия". Экономическая политика будущего правительства носила капиталистический характер и не вызвала острых дискуссий между кадетами и правыми социалистами. Она содержала следующие мероприятия:

"1. Борьба с хозяйственной разрухой.

2. Содействие развитию производительных сил страны. Привлечение к производству частного капитала, русского и иностранного, и поощрение частной инициативы и предприимчивости.

3. Государственное регулирование промышленности и торговли.

4. Принятие мер к повышению производительности труда и сокращение непроизводительного потребления национального дохода.

5. Развитие рабочего законодательства на началах действительной охраны труда и регулирование условий найма и увольнения рабочих.

6. Признание полной свободы коалиций.

7. В сфере продовольственной политики отказ от хлебной монополии и твердых цен, с сохранением нормировки распределения продуктов, имеющихся в недостаточном количестве. Государственные заготовки при участии частно-торгового и кооперативного аппарата

8. В сфере финансовой - борьба с обесцениванием бумажных денег, восстановление налогового аппарата и усиление прямого подоходного и косвенного обложений"³⁰

Уфимское государственное совещание, вырабатывая программу деятельности Всероссийского Временного правительства, пыталось найти компромисс, примирить положения правоэсеровской и кадетской программ, "усидеть сразу на двух стульях". Решение главного вопроса - о форме правления, совещание оставило до лучших времен, т. е. до полной победы над большевиками.

Эсеровские депутаты пошли на большие уступки правым группам. ЦК эсеровской партии осудил участие ряда членов ПСР в Директории, тактику "обволакивания", уступки эсеров кадетам. 16 октября 1918 г. ЦК меньшевистской партии в письме ко всем партийным организациям также негативно отнесся к участию своих членов в Уфимском государственном совещании, Директории и других антибольшевистских правительствах. ЦК ПСР признавал, что Директория с первых дней ее существования обнаружила свою противоречивость и неработоспособность. Группа Чернова считала, что на практике на Уфимском совещании все выиграла лишь реакция, а ее склонение перед Учредительным собранием было лишь маневром - чтобы выиграть время³¹

Кадетско-монархические круги не были удовлетворены программой, принятой Уфимским совещанием, так как в ней содержалось неприемлемое требование восстановления Учредительного собрания первого созыва. Крупные предприниматели и правое офицерство не делали разницы между Комучем, ВПАС и Директорией, считая их эсеро- меньшевистское руководство "большевиками". Лидеры белого движения делали все, чтобы вытеснить эсеров и меньшевиков из их же правительств или свергнуть эти правительства³². По словам Чернова, правые видели в Директории "средство ликвидации "учредиловской" эпохи безболезненно, без вооруженного столкновения; она была для них полустанком на пути к военной диктатуре"³³.

стр. 106

На Ясском совещании, которое состоялось 16 ноября 1918 г. - 6 января 1919 г. на территории Румынии, была осуществлена еще одна попытка консолидации антибольшевистских общественных сил. С одной стороны его участниками были кадеты, эсеры, энесы, меньшевики, представители российских монархических кругов, "Национального центра", "Союза возрождения". С другой - дипломатические и военные деятели стран Антанты (Англии, Франции, США, Италии). Как отмечает В. Д. Зимина, совещание углубилось в бесконечные "расплывчатые споры, не столько поочередно, сколько одновременно разрешались все вопросы, если не мироздания, то государственного строительства". Спорили о том, кто должен возглавить борющуюся против большевизма и призванную воссоздать Россию национальную силу. Социалисты стояли за все еще существовавшую в то время, но лишенную всякой мощи Уфимскую директорию. Остальные участники Ясского совещания высказывались за военную диктатуру в лице вождя Добровольческой армии, причем некоторыми выдвигалось имя великого князя Николая Николаевича. Однако он отказался от этой роли и уехал в Италию. Принятые резолюции имели какое-либо значение только в момент их подписания, а дальше все (даже сами подписавшиеся) продолжали руководствоваться в практической работе собственными взглядами и мнениями³⁴.

Проблематичность достижения слаженного взаимодействия антибольшевистских сил предопределялась невозможностью договориться по вопросу о характере того режима, который должен был установиться после уничтожения большевиков и до начала функционирования избранного Учредительным собранием национального правительства. Результатом не оправдавшихся надежд на Всероссийскую директорию явился государственный переворот, совершенный в Омске 18 ноября 1918 г., в результате которого Директория оказалась ликвидированной. Ей на смену пришел режим единоличной диктатуры всероссийского верховного правителя адмирала Колчака.

Примечания

1. ГОЛИНКОВ Д. Л. Крушение антисоветского подполья в СССР. Кн. 1. М. 1986, с. 106.

2. ГИНС Г. К. Сибирь, союзники и Колчак. Т. 1. Ч. 1. Пекин. 1921, с. 79.

3. ГАРМИЗА В. В. Крушение эсеровских правительств. М. 1970, с. 89; Гражданская война в Сибири и Северной области. М. -Л. 1927, с. 100; ЖУРАВЛЕВ В. В. Органы государственной власти сибирской контрреволюции. В кн.: Власть и общество в Сибири в XX веке. Вып. 1. Новосибирск. 1997, с. 21.

4. 9 июля 1918 г. на ст. Гродеково (Южное Приморье) Хорват, известный своими монархическими настроениями, сформировал правительство - "Деловой кабинет", а себя объявил "Временным правителем", мотивировав это тем, что "в тяжелое время нужна сильная единая власть". В обращении Хорвата к населению была изложена следующая программа: отмена всех изданных большевиками декретов, восстановление гражданских и политических свобод, прежних законов, административных учреждений и прав собственности "с отменой социализации и национализации предприятий", разрешение аграрного вопроса новым Учредительным собранием, верность договорам с союзниками, создание армии, "чуждой политике", право Сибири на автономию при сохранении единства России. Эта программа была аналогичной программе Л. Г. Корнилова и М. В. Алексеева (кроме права Сибири на автономию) (см. ВАТРАНЦЕВ В. Д. и др. Помни, Отечество. В кн.: "Дело не получило благословения Бога". Хабаровск. 1992).

5. ЛИВШИЦ С. Г. Временное Сибирское правительство (июль-ноябрь 1918 г.). - Вопросы истории, 1979, N 12.

6. ШИЛОВСКИЙ М. В. Политические процессы в Сибири в период социальных катаклизмов 1917 - 1920 гг. Новосибирск. 2003, с. 211.

7. ГАРМИЗА В. В. Ук. соч., с. 37.

8. Там же, с. 40 - 41, 47 - 48.

9. Сибирский вестник, 27.VIII.1918.

10. ШИЛОВСКИЙ М. В. Ук. соч., с. 235. ВАСИЛЬЧЕНКО С. П. Временное областное правительство Урала: структура и политика. В кн.: История Советской России. Ч. 1. Тюмень. 1991, с. 62 - 63.

стр. 107

11. Сборник узаконений и распоряжений Временного сибирского правительства, 18.VII.1918, N 2, ст. 22, с. 15 - 16.

12. Подготовка и начало интервенции на Дальнем Востоке России (октябрь 1917 - октябрь 1918 г.). Документы и материалы. Владивосток. 1997, с. 221 - 225. Декларация Временного правительства автономной Сибири.

13. Голос труда (Благовещенск), 12.I.1918; Бюллетень правительства Амурской области, 25.IX.1918.

14. Борьба за власть Советов в Приморье (1917 - 1922 гг.) Сб. док. Владивосток. 1995, с. 107- 108; ЛИВШИЦ С. Г. Ук. соч.; ШИЛОВСКИЙ М. В. Ук. соч., с. 215 - 218.

15. Из-за антисемитских настроений правых реакционеров 22 июля 1918 г. Дербер вынужден был оставить пост главы ВПАС и возглавил Министерство иностранных дел. Руководителем ВПАС стал бывший комиссар Временного правительства в Иркутске эсер И. А. Лавров. "Аргументом" Колчака о неспособности ВПАС управлять Россией было утверждение адмирала, что Дербер - "жид", а бело-зеленый флаг сибирской автономии является национальным флагом евреев (см. Временное правительство автономной Сибири. - Красный архив, 1929, т. 4(35), с. 41; САХАРОВ К. В. Белая Сибирь. Мюнхен. 1923, с. 47).

16. ЖУРАВЛЕВ В. В. Ук. соч., с. 22.

17. 19 сентября 1918 г. эсеры и меньшевики создали Временное правительство Амурской области во главе с бывшим городским головой Благовещенска правым эсером Алексеевским. В состав правительства, кроме Алексеевского, вошли войсковой атаман Амурского казачьего войска И. М. Гамов, председатель Амурской областной земской управы Н. Н. Родионов, командир Амурского отряда подполковник И. Н. Никитин. Правительство заявило о ликвидации органов советской власти, восстановлении городского, земского и войскового самоуправления, непризнании Брестского мира, предании суду депутатов, работников советов и комиссаров, выступило за возврат земель старым владельцам, компенсацию потерь в размере 20% урожая со стороны пользователей земли. Особенностью политики эсеровского Амурского правительства были сильные автономистские тенденции (БУТЕНИН Н. А. К истории "демократической" контрреволюции на Дальнем Востоке в 1918 г. В кн.: Великий Октябрь и непролетарские партии. М. 1982, с. 62 - 63; САВЧЕНКО С. Н. Временное Амурское правительство. В кн.: Дальний Восток России. Ч. 3. Хабаровск. 2001, с. 47, 50).

18. АРГУНОВ А. Между двумя большевизмами. Париж. 1919, с. 11 - 15.

19. КРОЛЬ Л. А. За три года. Владивосток. 1921, с. 130; АРГУНОВ А. Ук. соч., с. 16; ГАРМИЗА В. В. Банкротство политики "третьего пути" в революции. - История СССР, 1965, N 6, с. 11; ГОЛИНКОВ Д. Л. Ук. соч., с. 215.

20. Уфимское Государственное совещание. Протоколы заседаний. В кн.: Русский исторический архив. Прага. 1929; НАЗЫРОВ П. Ф., НИКОНОВА О. Ю. Уфимское государственное совещание. - Вестник Челябинского университета, сер. I, 1999, N 1.

21. Русский исторический архив, с. 138.

22. ГАРМИЗА В. В. Банкротство политики "третьего пути", с. 14; Русский исторический архив, с. 121 - 122.

23. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ), ф. Р-144, оп. 1, д. 36, л. 1 - 3.

24. Русский исторический архив, с. 94, 118 - 121.

25. Там же, с. 134 - 138; СЕРЕБРЕННИКОВ И. И. К истории сибирского правительства. В кн.: Сибирский архив. Прага. 1929, с. 8; АРГУНОВ А. Ук. соч., с. 18.

26. Красный архив, 1929, т. 4(35), с. 46.

27. Там же, с. 150 - 165.

28. Там же, с. 101.

29. Конституция Уфимской директории. - Архив русской революции. Т. 12. М. 1991, с. 190; Уфимское Государственное совещание, с. 49 - 156.

30. Уфимское Государственное совещание, с. 147 - 160.

31. Меньшевики в 1918 году. М. 1999, с. 628 - 632, 719; Меньшевики в 1919 - 1920 гг. М. 2000, с. 219 - 221; Партия социалистов-революционеров. Т. 3. Ч. 2. М. 2000, с. 397 - 406, 431 - 434.

32. Каппель и каппелевцы. М. 2003, с. 113 - 124; ДЕНИКИН А. И. Очерки русской смуты. Май-октябрь 1918 г. Минск. 2002.

33. ЧЕРНОВ В. М. Перед бурей. Воспоминания. Нью-Йорк. 1953, с. 382.

34. ЗИМИНА В. Д. Белое движение в годы гражданской войны. Волгоград. 1995, с. 113 - 115, 119.

Публикатор:

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

Найденный поисковым роботом источник:

Автор(ы) публикации - И. В. ШВЕЦ:

Комментарии: