Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: RU-14430
Author(s) of the publication: Г. ЛОВМЯНЬСКИЙ

Share with friends in SM

1. Проблематика происхождения славянских государств

В соответствии с классической буржуазной теорией понятие "государство" включает три элемента: население, живущее на определенной территории под общей властью2 . Эта дефиниция характеризует статический аспект внешней политической организации общества, которое на всех этапах развития представляет собой группу, осевшую на определенной территории и сорганизованную; организация же немыслима без фактора власти. Марксизм позволяет ввести в эту дефиницию исторический критерий, отличая политическую группу, в которой власть принадлежит народу, от группы с обособленной от народа властью, принадлежащей правящей верхушке3 . Пока народ назначает своих руководителей и осуществляет над ними эффективный контроль, трудно говорить об обособлении власти; государство возникает в тот момент, когда орган, осуществляющий власть, получает на нее собственное право и освобождается от контроля народных масс или делает его иллюзорным.

Славяне в период создания своих государств представляли собой этническую группу, довольно сплоченную с точки зрения языка и культуры, но разделенную на ряд региональных групп. Поэтому проблема возникновения у них государственности требует рассмотрения в двух аспектах: 1) генезиса их государственного строя в целом с учетом общих условий и особенностей этого переломного этапа; 2) возникновения конкретных государств и специфических региональных обстоятельств указанного процесса. У славян переход к государственным формам наступил относительно поздно в сравнении с другими индоевропейскими народами, что находит объяснение в исторических судьбах славян и прежде всего в их географическом положении, в значительной отдаленности от древнейших центров цивилизации, которая развилась в странах "плодородного полумесяца" (Египет - Сирия - Месопотамия), а также от районов другого круга цивилизации, расположенного на северном побережье Средиземного моря; в физических особенностях их исконной родины, которая при суровом климате и относительных достоинствах почвы требовала от жителей больших усилий для достиже-


Выводы статьи в большей своей части основаны на работе автора: Н. Lowmianski. Poczgtki Polski. Z dziejow Slowian w pierwszym tys. n. e. T. 1 - 5. Warszawa. 1963 - 1973 (далее: "Poczgtki Polski").Основываясь на обильном материале, проблему начала славянских государств рассмотрел недавно Л. Гавлик: L. E. Havlik. Prvrji slovanske staty Kcharakteru vladnich struktur a pocatkum statnich formaci. "Slovancke historicke studie". 10. Praha. 1974.

2 G. Jellinek. Allgemeine Staatslehre. B. 1914/1920, S. 144 et passim; O. Balzer. Historia ustroju Polski. Lwow. 1933. str. 5.

3 См. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч. Т. 21, стр. 170 - 172.

стр. 182


ния такого уровня ведения хозяйства, который делает возможным существование высших организационных форм общества.

Каждая этническая группа создает культуру своими силами, однако, находясь в изоляции, делает это в очень замедленном темпе (изолированные народы отличаются обычно отсталостью), поэтому прогресс практически зависит от межгруппового ("международного") взаимодействия. Славяне, не будучи в культурном отношении полностью изолированными, тем не менее находились с этой точки зрения в невыгодном положении, имея соседей не более или немногим более развитых, чем они сами. Определение местоположения древних европейских поселений славян (куда они, вероятнее всего, прибыли с востока) вызывает большие трудности, поскольку самые обильные по этой проблеме археологические материалы грешат отсутствием определенности, когда возникает потребность выяснить их языково-этническую принадлежность, а данные топонимики, особенно гидронимики, в языковом отношении довольно точные, большей частью спорадичны и не особенно ясны хронологически. Тем не менее с учетом позднейших (начало н. э,) письменных источников можно принять за первоначальное место поселения славян бассейн Верхней и Средней Вислы, а также южную часть бассейна Припяти, где их позволяет поместить и упоминание Геродота (середина У в. до н. э.), касающееся невров, по всей вероятности, славян. В течение I тыс. до н. э. они расширили свое местопребывание в направлении Одры и Балтики, а также на Днепр и вверх по его бассейну4 .

Было бы неверно перемещать славян в каком-либо направлении за пределы этой территории, но в то же время не кажется возможным какое-либо значительное сужение их местопребывания в пределах очерченного региона; позднее они выступят на исторической арене как очень значительная этническая группа, поэтому и их исходная база должна занимать соответственно большее пространство. Замкнутые в этих местах расселения славяне были отделены от черноморских берегов и границ Римской империи степными иранскими, а также германскими племенами, которые затруднили установление непосредственных контактов с центрами цивилизации. Только вторжение тюркских гуннов, а затем падение их империи (451 г.) открыли славянам доступ к временно свободной черноморской зоне и Дунаю, где славяне были познаны римским миром и стали предметом описаний Иордана и Прокопия Кесарийского в середине VI века. Другая волна расселения славян пошла на юг через Моравские ворота, в сторону Альп и Адриатики, еще одна двинулась за Одру и Эльбу. После вторжения в пределы Римской империи и овладения Балканами (VII в.) славяне вошли в непосредственное соприкосновение со средиземноморской цивилизацией, черпая оттуда новые импульсы для ускоренного внутреннего развития, ведущего их к созданию государственности,

II . Происхождение государственности у славян

Хотя ход внутренних процессов у славян в период между началом переселения и эпохой образования государств из-за недостатка источников остается для нас совершенно загадочным, удается, однако, заметить, что государственному строю предшествовал перелом, который произошел в двух областях: экономической и социальной.

Как известно, Ф. Энгельс придавал огромное значение пахотному земледелию и железному лемеху в развитии культуры5 . Славяне знали


4 Обзор проблематики возникновения славянства сделал недавно Г, Лябуда (G. Labuda. Poszukiwania nowych drog badawczych w dziedzinje starozytnosci slowian- skich. "Fragmenty dziejdw slowianszczyzny Zachodnlej". 3. Poznafi. 1975; ejusd, Aktualny start dyskusji nad etnogeneza Sfowian w historlografil. "Slavia Antiqua", 24, 1977; S. Kurnatowski. Nowsze teorie na temat pierwotnych siedzib Siowian w swietle analizy paleodemograficznj. Ibid.).

5 См. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч. Т. 21, стр. 32.

стр. 183


пахоту уже в I тыс. до н. э., однако долгое время пользовались ралом с деревянным острием, что делало труд малопроизводительным. Именно потому преобладала у них, по всей вероятности, подсечно-огневая техника земледелия6 . Лишь в черноморских районах и на Балканах они познакомились с улучшенной вспашкой земли, в частности, переняли двупольную систему7 , что вызвало отход от подсечно-огневой техники, которая утратила доминирующее значение. Интенсификация хозяйства повлекла за собой изменения в социальной структуре, которые начались в связи с разложением кровнородственной производственной общины, занятой подсечно-огневой обработкой земли и состоявшей из многочисленной группы небольших семей; теперь создаются хозяйства отдельных малых семей, пользующиеся одним, иногда двумя ралами. Это было первым шагом в направлении классовой дифференциации.

Вышеуказанная схематическая картина находит подтверждение в топонимическом материале, свидетельствующем об исчезновении архаических патронимических названий (на -ице/ицы, ичи), продуктивность которых около VII в. резко уменьшается8 . Эти названия обозначали в те времена поселения, в которых жили родовые группы, поэтому их исчезновение отражало изменения, происходившие в социальной структуре населения, - распространение формы хозяйства, основой которой была самостоятельная малая семья.

Особенно интересным представляется развитие топонимики на землях Украины, где патронимические названия доходят в южном направлении до 50-й параллели и за редкими исключениями ее не пересекают. Зато к югу от той же параллели сохранились многочисленные "плюральные" названия на -овцы, инцы (лишь изредка встречающиеся среди патронимических названий к северу от этой параллели). Для такого рода размещения названий не находится лучшего объяснения, чем то, что население, представленное патронимическими названиями, было уничтожено в результате аварского нашествия 558 г. на юге от 50-й параллели; новая же славянская колонизация на этих территориях, развившаяся уже в хазарскую эпоху, имела названия "плюральной" формы. Иначе говоря, на южных землях Украины патронимические названия должны были исчезнуть уже в VI веке.

Действительно, Болгария, колонизованная в VII в. восточнославянскими племенами, вообще не знает патронимических названий9 . У западных славян патронимические названия сохраняли свою продуктивность еще в VII в., когда были перенесены тамошними племенами хорватов, сербов, ободритов на территорию нынешней Югославии, где смешались западно- и восточнославянские волны. Тем не менее после VII в. во всей северной славянщине, то есть у восточных и западных славян, патронимические названия не распространялись на районы новой колонизации; поэтому их почти не знает ни северо-восточная Русь (Ростовская земля), колонизуемая в больших масштабах славянским населе-


6 "Poczatki Polski". Т. 1, str. 297 - 305; Н. Lowmianski. Rolnictwo u Slowian. "Slownik starozytnosci slowianskich". 4. Wroclaw 1970, str. 526 - 533; ejusd. The Problem of the Origins of the Polish State in Recent Historical Research. "Questioned Medii Aevi". Varsovie, 1977, pp. 41 - 45.

7 H. К. Кондов. К вопросу о системе полеводства в болгарских и соседних с ними землях Балканского полуострова в средние века. "Византийский временник", 20, 1961.

8 Как источник по истории расселения трактуются эти названия в "Poczatki Polski". Т. 3, str. 11 - 222; t. 4, str. 278 - 282; t.5, str. 442 - 447 (где содержится полемика с критиками данной концепции). Что касается хронологии (ранней) этих названий, см. особенно: H. Wаllher. Ortsnamenchronologie und Besiedlung in der Altlandschaft Daleminze. "Onomastica slavogermanica". 3. B. 1967. Наибольшую плотность обнаруживают патронимические названия в Западной Белоруссии и Чехии, где они должны были дольше сохранять свою продуктивность.

9 Относительно названий на Украине, см.: В. А. Никонов. Две волны в топонимии Полесья. "Полесье". М. 1968; об Украине и Болгарии см.: "Poczatki Polski". T 4, str. 277 - 282.

стр. 184


нием начиная с X в., ни Венгерская низменность, на которую славянские поселенцы нахлынули после падения аварского каганата (795 г.).

Таким образом, при отсутствии письменных источников мы находим в топонимике по меньшей мере косвенное подтверждение социально-экономических процессов, происходивших у славян и создававших предпосылки государственного строя.

Социально-экономические предпосылки представляли собой необходимое условие достижения государственной формы устройства общества, однако не предрешали автоматического перехода к ней; они достигали эффективности в соответствующих исторических условиях, которые по-разному складывались в каждой стране. Поэтому мы рассмотрим их, когда речь пойдет о генезисе отдельных славянских государств. Во всех странах произошел в принципе одинаковый переворот, основанный на замене демократической системы системой авторитарной власти или на преобразовании племенного аппарата в государственный.

В связи с этим возникает вопрос, на котором следует здесь остановиться: образовывался ли этот аппарат из элементов совершенно новых, неизвестных племенному обществу, или же перенимал по крайней мере некоторые элементы племенного аппарата, хотя по мере необходимости и изменял их, приспосабливая для новых целей? Ведь племенной строй был результатом опыта необъятного числа поколений и не может трактоваться как явление примитивное; он давал более или менее рациональное решение проблем внешней и внутренней безопасности, регулировал традиционными методами ход общественной жизни. Не так легко было его сломать, да и общественные силы не были склонны нарушать существующий порядок без крайней необходимости. Племенное общество, так же как позднее феодальное, отличалось привязанностью к формам, освященным обычаем. Как говорится в Повести временных лет, каждое (племя) имело свой обычай, право своих отцов и предания10 . Силы, формирующие государство, осуществляли спонтанный отбор племенных учреждений: одни из них принимались с известными изменениями, другие же (их было меньше, но они имели принципиальное значение, не соответствовавшее новым тенденциям) отбрасывались11 . Нельзя даже представить себе ликвидацию одним махом территориального деления племенной эпохи на трех его уровнях: соседские союзы (общины) внизу, небольшие племена, их союзы или крупные племена.

Сохранение (с определенными модификациями) территорий крупных племен, хорошо известных по источникам, ясно вырисовывается в раннегосударственном территориальном делении даже в эпоху феодальной раздробленности. Шесть или семь "провинций" Польского государства XII в. почти точно соответствуют прежним территориям крупных племен 12 . В Чехии существовали, быть может, две территории крупных племен, сохранившиеся в Пражском и Либицком княжествах до тех пор, пока второе, принадлежавшее Славникам, не было в 995 г. ликвидировано13 ; зато третья крупноплеменная территория - великоморавская - сохранила свою обособленность.

Более сложным было положение на Руси, где совсем в иных масштабах действовал территориальный фактор. Однако и здесь мы видим, что земли как единицы территориального деления государства в общих


10 Полное собрание русских летописей (ПСРЛ). Т. 1. М. 1962, стб. 13; т. 2, стб. 10.

11 По этому вопросу см.: "Poczatki Polski". Т. 4, str. 33 - 229; Г. Ловмяньський. Основнi риси пiзньоплемiнного та ранньодержавного устрою слов'ян. "Украiнський iсторичний журнал", 1969, N 11; W. D. Koroluk. Glowne etapy rozwoju panstwowosci vvczesnofeudainej na Sfowiaaszezyzise wsdrodraej i zachodniej. "Kwartalnik Historyczny", 77, (1970).

12 Cм. "Poczgtki Polski". T. 4, str. 42 - 43.

13 "Cosmae Pragensis chronica Boemorum". Berolini. 1923, str. 53.

стр. 185


чертах возникали либо на основе племенного деления территории (например, в границах северян расположились земли Северская и Черниговская, в границах кривичей - земли Полоцкая и Смоленская), либо из слияния племенных территорий (Киевская земля охватывала территории полян и покоренных ими древлян). Но формировались также земли в основе своей одноплеменные (словене положили начало Новгородской земле, дулебы - Волынской, дреговичи - Туровско-Пинской). Изредка некоторые племенные территории дробились и включались в состав соседних земель (радимичи, вятичи) 14 . И у южных славян главные, прибывшие с севера в VII в. племена сыграли роль центров, сформировавших тамошние государства. Повесть временных лет назвала среди больших племен (кроме хорватов и сербов) хорутан15 , которые, как известно, создали Карантанское государство. В нижнем течении Дуная роль центрального племенного фактора сыграли протоболгары.

Несравненно труднее проблема выявления более мелких единиц племенной структуры в государственном делении. На Руси изучение ее затрудняет отсутствие источников, вероятно, уничтоженных во время монголо-татарского нашествия. В чешской и польской историографии существует тенденция (вызывающая возражение со стороны части исследователей, однако, как нам представляется, верная) рассматривать каштелянии как административные единицы, созданные из территорий небольших племен, хотя выступает еще возможность и другой связи: каштелянии, созданной из соседского союза, ополья 16 . Еще менее ясна проблема южнославянских жуп17 . Первоначально так называли как соседские союзы, так и малые племена, а их предводителей именовали жупанами. Самое раннее упоминание о славянском жупане по имени Physso, или Выш 18 , касается, видимо, предводителя соседского союза, однако чешский и польский титул каштеляна [zu]pan говорит о том, что так называли также предводителей малых племен. Жупы, известные из источников XII и более поздних веков, уже не соответствовали, как выяснил В. П. Грачев, древним племенным единицам. Однако из этого еще не следует, что самые древние "государственные" жупы не формировались на основе племенных жуп. Вообще нельзя представить, чтобы молодая государственная организация, поглощенная более важными вопросами, занималась ломкой старых границ и установлением новых; лишь на этапе определенной внутренней стабилизации государственный аппарат осуществлял на некоторых участках изменение границ, вызванное государственными интересами, но это требовало с его стороны большой осмотрительности. Например, Мешко I и Болеслав Храбрый произвели раздел основной территории "гнезненского государства" на четыре провинции (Познань, Геч, Гнезно, Влоцлавек), нарушив существующие племенные границы19 , однако во время кризиса Польского государства (1034 - 1039 гг.) старые границы в основном были восстановлены преимущественно в результате действий, идущих снизу.


14 Несмотря на сложность происхождения удельных княжеств (см. последнюю работу: "Древнерусские княжества XI-XIII вв." М. 1975), их племенная основа вырисовывается довольно четко (см. "История СССР с древнейших времен до наших дней". Т. 1. М. 1966, стр. 575).

15 ПСРЛ. Т. 1, стб. 6 (хорутане); т. 2, стб. 5 (хутане).

16 Против этой концепции (A. Sedlacek, S. Arnold) в последнее вре,мя выступил Бучек (K. Buczek. Z badan nad strukturq terytorialna Polski wczesnosreclniowiecznej. "Studia Historyczne", 13, (1970); автор этих строк защищает данную концепцию в подготавливаемом 6-м томе "Poczqtki Polski".

17 Основательно рассмотрел вопрос о жупах В. П. Грачев (В. П. Грачев. Сербская государственность в X-XIV вв. (критика теории жупной организации). М. 1972), подвергнув сомнению связь позднейших жуп с племенной организацией.

18 См. A Bruckner. Slownik etymologiczny jgzyka polskiego. Krakow L927, str. 668.

19 "Poczatki Polski". T. 5, str. 614 - 61S (с картой).

стр. 186


Государство унаследовало от племенной эпохи в определенной степени и социальное деление: на старейшин с князьями во главе и народные массы (плебс - согласно определению латинских источников; люди - русских источников). Мнение о том, что старейшины племен были якобы в массе своей истреблены или изгнаны из страны новой государственной властью, опиравшейся на вооруженную дружину20 , находит в источниках подтверждение только в немногочисленных и непоказательных случаях, когда имели место конфликтные ситуации (например, в случае с древлянами, покоренными Ольгой). В Чехии чешский князь Неклан побеждает князя лучан Властислава, который сам гибнет, а сын его становится жертвой убийства. В 995 г. были истреблены сыновья Славника в Любице. Однако Славник не являлся уже представителем племенного порядка, а был князем в государственном понимании этого термина, вероятнее всего, то же можно сказать и о Властиславе. Следовательно, эти два факта не имеют отношения к конфликту между государственной властью и племенным порядком.

В истории Руси также есть свидетельства того, что старейшины племен ("старцы градские") во время правления Владимира Святославовича включаются в функционирование государственного аппарата. Летописная традиция заставила уже Олега и Игоря предпринимать далекие военные походы совместно с военными силами разных племен, а в походах прежде всего участвовали старейшины, которые были лучше вооружены. Таким образом, и это сотрудничество подтверждает, что между князьями нового типа и племенной верхушкой обычно существовало принципиальное согласие. И даже в конфликте древлян с Киевом старейшины занимают в отношении Ольги, согласно летописной легенде, примирительную позицию.

Переворот в общественном строе вообще не мог произойти вопреки старейшинам, защищавшим вместе с народом племенные свободы. Эффективность тандема - старейшины племен и народ - иллюстрирует героическая оборона велетов перед лицом натиска превосходящего германского соседа. Только противопоставление этих двух племенных сил друг другу, завоевание симпатий старейшин на сторону государственной модели подготовило почву для переворота в общественном строе.

Таким образом, этот переворот не вносил принципиальных изменений в личный состав общественной структуры, зато менял решающим образом соотношение сил составляющих ее компонентов; право принятия самостоятельных решений переходило от народа к старейшинам, а точнее, к их представителю, правящему князю, что имело важные политические, общественные и экономические последствия.

От племенной системы государство унаследовало еще три основных элемента, а именно функции, осуществляемые высшей политической организацией в области финансов, войска и судоустройства. Население племенной эпохи выполняло довольно развитые обязанности финансового свойства: возводило и содержало под руководством князей крепости и просеки; обеспечивало себя оружием, необходимым для военных походов; несло расходы по содержанию князя и вообще старейшин, принося с этой целью добровольные дары; платило также дани, вымогаемые более сильными соседями. Кроме того, племенной князь получал доходы с земельных угодий, возделываемых рабами, от военной добычи, пошлин, взимаемых с купцов в качестве платы за охрану торговли, наконец, от судебных штрафов. Вооруженные силы племени состояли из народного ополчения, мобилизуемого для отпора вражеского нашествия, и добровольных дружин, организованных племенными старейшинами


20 Как это принимал в польской литературе Бальцер (O. Balzer. Op. cit., str. 88); в чешской - Граус (F. Graus. Die Entstehung der mittelalterlichen Staaten in Mitteleuropa. "Historica", 10. Praha. 1966, s. 28 п., 44 nn.).

стр. 187


в захватнических целях. Суды по местным делам проходили в рамках заинтересованного в них соседского союза (о них напоминают так называемые копные суды, известные в Белоруссии и на Украине еще в XVI-XVII веках). За убийство мстили родственники убитого, действуя, однако, в силу не родового, а племенного права, вече же - племенное по делам общего характера - назначало наказания, которые носили не только телесный, но и имущественный характер. Титмар пишет, что на вече лутичей упрямых били палками, а если это не помогало, отбирали имущество21 .

Унаследовав эти три функции, государство внесло в них существенные новшества и изменения; модифицировало их сущность и назначение. Финансы переходят в компетенцию князя, который устанавливает налоги и с помощью своих органов взыскивает их. Видимо, первый пример развития финансовой системы дали авары и хазары, которые, разъезжая по подвластным им славянским землям, собирали дань и одновременно содержались населением; аналогичные повинности были известны у славян под такими названиями, как стан, гоститва, полюдье. По сравнению с племенной финансовая система государства неизмеримо выросла и усложнилась, предназначаясь для изъятия производственных излишков и материального обеспечения таким путем господствующего класса; именно на почве финансов обозначилось классовое деление общества - на обложенные податями массы производителей и получающую средства от сбора налогов социальную верхушку.

Военная система тоже меняет свои формы и задачи. Роль народного' ополчения заканчивается с прекращением локальных межплеменных конфликтов в результате возникновения доминирующей государственной организации. Нерегулярно формируемые ранее дружины превращаются в постоянные или в отряды, находящиеся на полном содержании князя либо воеводы и живущие под одной с ним крышей, но лишенные из-за своих небольших размеров серьезного значения в масштабах государства. Вооруженные силы основываются на вассальной системе и состоят из рассеянных по всей стране воинов, лично обязанных верной службой князю. Эта военная машина, действующая по указанию князя, выполняет три задачи: гарантирование его державной позиции в государстве, укрепление позиции государства в международных отношениях, обеспечение безопасности всех жителей, особенно господствующей верхушки.

Судоустройство также переходит в компетенцию князя, который, впрочем, оставляет местные суды в распоряжении соседских союзов, а судебные дела, оставленные за собою, трактует в аспекте не только защиты законов, но и как источник значительных финансовых доходов.

От племенной организации князь унаследовал и определенное вещественное право на землю, что имело принципиальное значение для нового общественного строя. У германцев во времена Цезаря и Тацита земля, используемая населением, принадлежала племени. Так же было и у славян, с той лишь разницей, что одновременно с распространением пахотной обработки земли укрепилось право сельскохозяйственных производителей на пользование ею. В соответствии с господствующим направлением развития - перенесение права племени на князя - последний становится верховным, а в значительной части и непосредственным собственником всей земли в государстве. Мнение, что поземельное право правителя сложилось на более поздних этапах развития государственности22 , не кажется нам убедительным, как не соответствующее общему


21 "Thietmar Merseburg-episcopi Chronicon" (Ausgewahlte Quellen zur deutschen Geschichte, 9. Berlin, s. a.). S. 268, 270 (VI, cap. 25).

22 Иную позицию занимают, отвергая патримониальный характер Польского и Русского государств на раннем этапе, Модзелевский (K. Modzelewski. Dziedzictwo

стр. 188


ходу исторического процесса и не находящее веских подтверждений в источниках. С момента возникновения государства князь - это патримониальный властелин, являющийся по своему характеру феодальным господином, а налоги, которые он собирает, носят черты феодальной ренты. Феодальная формация возникает у славян одновременно с рождением государства.

В одном лишь отношении государство не находит (по крайней мере внешне) эквивалента в племенном строе. Средневековые государства, в том числе и славянские, в отличие от широко распространенной в древнем средиземноморском мире модели государств с одноплеменной основой, в подавляющем большинстве являются многоплеменными и притом состоящими из многих больших племен, а поэтому представляют собой политические объединения неизвестного при племенном строе масштаба. Однако отсутствие прецедента в племенном мире в политическом смысле не исключает по крайней мере прецедента иного характера - этнического. После стабилизации ареала славянских поселений около VII в. в отдельных его районах формируются группы больших племен, которых, с одной стороны, сблизил период долголетнего соседства и тесных межплеменных связей, а также общих исторических судеб, а с другой - отдалил от других славянских племен, осевших на большом расстоянии от них или живших в иных географических условиях. Изучение конкретных организационно-государственных процессов показывает, что именно такого рода этнические группировки и создавали принципиальную основу для возникновения славянских государств.

III . Процессы возникновения отдельных славянских государств

Экономический рост и появление регулярного прибавочного продукта должно было заинтересовать племенных старейшин (как активную силу., склонную к накоплению богатств) в том, чтобы взять эти излишки под собственный контроль в целях обращения их в значительной степени на свои нужды.

Проблема распределения материальных благ взаимосвязана с вопросом о власти, овладение которой было непременным условием распоряжения излишками, а их приток служил, в свою очередь, дальнейшему укреплению фактора власти. Распределение общественного дохода в выгодном для старейшин смысле требовало переворота в унаследованной системе отношений, при которой народ контролировал старейшин, и передачи народа под контроль старейшин. К этой цели шел исторический процесс эпохи формирования классового общества. Однако на задержку (зачастую очень значительную) момента переворота влияли причины идеологического (привитая воспитанием приверженность к обычаям и законам предков) и политического (большая эффективность племенной организации в оборонительных войнах) характера. Поэтому нормальным явлением можно считать то, что на решения старейшин того или иного центра о вступлении на путь преобразования общественного строя влияли - при слабости собственных - внешние импульсы, и прежде всего пример уже готовой модели государства, функционирующего у соседей в интересах их социальной верхушки. Заслуживает поэтому внимания то, что первые центры государственного строя у славян развились на южном краю славянства, географически связанном со Средиземноморьем, с его исконными формами государственности, чтобы оттуда перемещаться в северном направлении, в области, где государственность все еще оставалась явлением неизвестным. Отсюда неизбеж-


plemienne w ustroju Polski Piastowskiej. "Kwartalnik historii kultury materialnej". 23. 1975) и Фроянов (И. Я. Фроянов. Киевская Русь. Очерки социально-экономической истории. Л. 1974). В этом вопросе правильную позицию занимает Л. В. Черепнин (см. А. П. Новосельцев, В. Т. Пашуто, Л. В. Черепнин. Пути развития феодализма. М. 1972, стр. 151).

стр. 189


но вытекает вывод, что славяне, создавая свои государства, использовали опыт более старых центров цивилизации.

Известные обстоятельства говорят также о том, что на первом этапе более привлекательными для славян были менее развитые государственные структуры и потому более понятные племенному обществу. Именно такой была модель трех степных скотоводческих государств, созданных в VI-VII вв. и осуществлявших суверенитет (путем взимания дани) над некоторыми славянскими племенами, а именно Аварского (в Карпатской котловине) и Хазарского (на нижней Волге) каганатов, а также Болгарского ханства (на нижнем Дунае). В сфере их влияния оказалось, собственно говоря, все западное, восточное и южное славянство, заимствование у них образцов некоторых государственных институтов отчетливо прослеживается (о чем речь пойдет ниже). Однако государственная модель кочевых народов не была приемлема для славян, поскольку выражала принцип экзархии, при которой основная территория государства не была особенно обременена хозяйственными повинностями (последние возлагались на зависимые земли), тогда как финансовая система славянских, как и вообще земледельческих государств, носила эндархический характер, так как основная территория облагалась даже в большей мере, нежели зависимые земли.

Необходимо учитывать, что славяне принимали во внимание более широкий, чем рассмотренный выше, круг образцов, обращаясь также к модели государств, наследовавших древнему Риму (с Византией во главе). Однако, создавая свою государственность, славяне черпали и некоторые элементы ее - как указывалось выше - ив собственной племенной традиции, которая наложила оригинальный отпечаток на их новый строй.

Из трех степных государств только Болгарское, созданное около 681 г., преобразовалось в органическое целое с подчиненными ему славянами, играя по отношению к ним роль главного крупноплеменного центра. Оно могло впитать некоторые византийские элементы, в особенности создавая сложную бюрократическую иерархию23 ; даже ханы получали от императора высокие почетные титулы: в 705 г. Тервель - наивысшее звание цезаря, в 777 г. изгнанный Телериг - сравнительно скромный титул консула 24 . На рубеже VIII-IX вв. это государство подверглось славянизации, что явилось результатом инициативы не самого протоболгарского фактора, а тогдашней широкой славянской организационно-государственной волны, которая, несомненно, охватила и болгарских славян.

К числу возникших в то время государств относилась и Киевская Русь, о болгарских связях которой свидетельствует титул влиятельных вассалов князя - бояр, перенятый из Болгарии25 , но относящийся, несомненно, к институту, который имеет и местные корни, засвидетельствованные славянскими аналогиями26 . Горизонт русского центра государственности выходил за рамки представлений болгарского круга, поскольку киевский князь, очевидно, подчеркивая свое господствующее в отношении племенных князей положение, принимал титул не хана (как правитель Болгарии), а кагана, по хазарскому (а может, и аварскому?)


23 О иерархии болгарских титулов см.: V. Besevliev. Die protobulgarischen Inschriften. B. 1963, особенно стр. 46 - 48. На византийское влияние указывает то, что титул "ho boila tzigatos" соответствует должности византийского спатариоса.

24 R. Quilland. Recherches sur les institutions byzantines. 2. B. 1967. S. 25 (цезарь), S. 49 (консул).

25 M. Vasmer. Russisches etymologisch.es Worterbuch. I. Heidelberg. 1953, S. 114 - 115 и русский перевод этой книги (т. 1. М. 1964, стр. 203 - 204).

26 Таким аналогом бояр являются, например, optimates, точно так же окружавшие моравского Ростислава (864 г.). ("Annales Fuldenses". Hannoverae. 1891, s. 62), как и Мешко I (967 г.) ("Die Sachsengeschichte des Widukind von Korvei". Hannover. 1935, S. 145). Они являются вассалами Мешко, называют его своим господином.

стр. 190


образцу. На степные связи указывает также известная и другим славянским государствам должность воеводы (заместителя князя, alter ego), соответствующая дуалистической структуре степных государств27 .

Начало Русского государства теряется во мраке прошлого. Однако засвидетельствованное в Вертинских анналах посольство от кагана народа Rhos в Константинополь28 убедительно доказывает существование на среднем Днепре уже сложившегося государства, возникшего, несомненно, на рубеже VIII-IX веков29 . Это была цезура между племенным и государственным существованием для всей южной части славянства, связанная с упадком Аварского каганата. И хотя последствия этого упадка в Приднепровской Руси не ясны, Киев дал государственную модель северным центрам восточного славянства, и прежде всего словенам (которые основали затем Новгород), а также Полоцку. Организация там государственного аппарата падает на вторую половину IX в.: оба эти центра, так же как и все восточнославянские племена, подчинились владычеству киевских каганов. В этом мы видим подтверждение того, что вся эта группа племен представляла собой известное более прочное этническое единство, сжившееся и в культурном отношении сблизившееся еще до формирования государственного центра в Киеве.

На западном краю славянства рано возникло государство в Карантании, втиснутой между баварцами, аварами и лангобардами30 . Находясь в окружении организованных в государства соседей, Карантания уподобилась им в отношении своего строя и заняла место самого древнего славянского государства, впрочем, слабого и под давлением баварцев быстро утратившего самостоятельность. Уже к середине VIII в. карантанские князья решили провести христианизацию страны и осуществили этот замысел, что было возможно только в условиях государственного строя, ибо история не дает достоверных примеров обращения в эту веру народов на племенной ступени развития. Карантания оказала явное идеологическое влияние на своих славянских соседей. На ее территории должна была сложиться славянская церковная терминология, возникли первые переданные дальше литургические тексты. Для иллюстрации путей идеологического воздействия Карантании (которое наверняка касалось и политической сферы) можно привести факт принятий на Руси в качестве начала календарного года дня 1 марта, что не было в то время известно ни Византии, ни Западу (после 755 г.) за исключением Аквилейского патриархата, который передал этот обычай Карантании и Моравии, откуда он проник в другие славянские страны.

Аварский каганат (значение которого в старой литературе переоценивалось, а в современной скорее недооценивается), видимо, тормозяще влиял на организационно- государственные попытки славян; только его падение высвободило их инициативу в этой области, к тому же без поощрения со стороны франков, которые разгромили каганат. Тем не менее в последующее время государство франков ограничивало политическую инициативу славян (как показывают судьбы полабского славянства, которое не сумело в IX в. создать государство, а в германскую эпоху рождало лишь несовершенные государственные образования). Поэтому инициативе самих славян мы приписываем генезис первых го-


27 О должности воевод см. A. Gieysztor. Urzgd wojewodzinski we wszesnych panstwach slowianskich. "Archeologia Polski". 16, 1971; "Pocz§tki Polski". T. 4, str. 119 - 122.

28 Об этом посольстве см.: А. Н. Сахаров. Русское посольство в Византию 838 - 839 гг. "Общество и государство феодальной России". М. 1975 "Poczgtki Polski". Т. 5, str. 130 - 136.

29 Как это принято в советской литературе (см. "История СССР с древнейших времен до наших дней". Т. 1, стр. 477).

30 О возникновении Карантанского государства см. "Poczatki Polski". Т. 4. str. 230 - 263,

стр. 191


сударств в Хорватии и Сербии31 . Уже в 818 г. в анналах королевства франков выступают два князя, наделенные властью: Борна, князь гачан (собственно Далмации), и Людевит, князь Нижней Паннонии (Посавской). Но история их государств уходит, по всей вероятности, к рубежу VIII-IX вв., когда организационно-государственные тенденции мог представлять на этих землях некий Войномир (795 г.). В середине IX в. в Сербии существует государство Властимира, но упоминание Константина Порфирогенета о трех его предках (Вышеслав, Радослав, Просигой), явно вовлеченных в создание государственности, также указывает на связи данного события с поражением аваров.

Последствия этого поражения дали о себе знать и в западной части славянства, где в первой половине IX в. (почти одновременно с Киевом) развился сильный политический центр в Моравии, о котором вплоть до 822 г. хранят молчание франкские источники, возможно, из-за занятости его соперничеством с болгарами в Карпатской котловине. Принятие христианства из Баварии в 831 г. является признаком государственного характера устройства Моравии - уже с какого-то времени; сообщение же арабского Анонима о Святополке выдает в нем черты аварских обычаев (питье кумыса), а также воспринятие аварских институтов (должность княжеского наместника - воеводы) 32 . При Святополке Моравское государство добилось верховной власти над землями южной Польши (Малая Польша, Силезия), Чехией, частью Карпатской котловины и, несмотря на быстрое падение вследствие венгерского нашествия (около 905 г.), передало своим славянским соседям модель государственности вместе с ее аварскими чертами.

Чехия и Польша принадлежат к северной зоне славянства, в которой государственность развилась с опозданием на несколько десятилетий. Моравия оказала им такую же услугу, как Киев в отношении восточнославянского севера, с той разницей, что на западе не утвердилось государственное единство ввиду этнических различий, существовавших в этих районах. Польшу отделяли от Чехии, Моравии, Словакии не только географическое положение, но и исторические судьбы ее племен, которые сжились между собой и чувствовали близость скорее со славянским Полабьем, как это и следует из упоминания Повести временных лет о лютичах в связи с польскими племенами33 . Проникновение концепции государства в Чехию можно проследить с 845 г., когда 14 чешских князей (племенных) приняли христианство в Регенсбурге34 , однако не сумели поставить страну на путь христианизации, в чем мы видим указание на тогдашнюю слабость государственных проявлений на этой территории. В то же время в 845 г. выявилась характерная черта чешских государственных начинаний, которые по собственной инициативе предпринимали старейшины отдельных небольших племен. Фульдские анналы в записи 857 г. рисуют такую картинку: некий Славочех (Sclavitagus) притеснял народ из своего города35 ; это был один из методов создания государственной организации. Только Борживой - современник Святополка - придал чешским переменам черты централи-


31 Об этих государствах см. "Poczqtki Polski". Т. 4, str. 263 - 276.

32 Как это недавно показал Т. Левицкий (Т. Lewicki. S. W. NT-B. I. K arabskiej "relacji anonimowej. (2. polowa IX w.) i jego "zastepca". "Liber Joe. Kostrzewski... dicatus". Wroclaw. 1968). Эту общепринятую интерпретацию ставил в свое время под сомнение Б. Н. Заходер ("Каспийский свод сведений о Восточной Европе". Т. 2. М. 1967, стр. 130 - 146), утверждая, что источник касается Восточной Европы, и называет не имя, а титул князя "свет", "свят", что должно значить "князь-жрец". Однако княжеский титул такого рода не известен источникам, несмотря на их многочисленность.

33 Лаврентьевская летопись дает форму "лутичи" (ПСРЛ. Т. 1, стб. 6); правильную форму "лютиче" передает Ипатьевская летопись (ПСРЛ. Т. 2, стб. 5).

34 "Annales Fuldenses", S. 35. О начале Чешского государства см. "Poczatki Polski". Т. 4, str. 349 - 444.

35 "Annales Fuldenses", S. 47.

стр. 192


зации (с центром в Праге). После падения Моравии Чехия унаследовала земли южной Польши и, хотя в течение X в. постепенно утратила их и не сумела защитить от венгров Словакию, все же удержала позицию сильного славянского государства, сохранявшего самостоятельное положение в рамках Империи, с которой его связала судьба.

На польских землях образовались два исторических организационно-государственных центра, которые, как видно, возникли под влиянием успехов Моравии во второй половине IX в. и воспользовались образцом ее устройства. Однако Краков вошел в моравскую политическую систему, а затем в чешскую и не принимал большого участия в строительстве Польского государства, начатом из Гнезна. Хроника Галла назвала трех предков Мешко I (около 960 - 992 гг.), расширявших гнезненские владения; самый старший из них, Семовит, должен был быть современником моравского Святополка, что определяет хронологию начала Польского государства36 . Они завладели польскими землями от Балтики до Буга. Поэтому Мешко I вел уже войны на Полабье, однако, побежденный саксонцами (964 г.), пошел с Империей на компромисс, отказавшись от дальнейшего наступления в районах германской экспансии. В итоге он и его наследник Болеслав Храбрый овладели Силезией (990 г.) и Краковом (999 г.), обеспечив таким образом естественную этническую базу своему государству.

Иными путями шло общественное развитие Полабья, сторонившегося государственных форм, а единственное там прочное государство ободритов, основанное уже в первой половине X в., искало опору в Саксонии (особенно с конца XI в.) и тем самым прокладывало путь германской экспансии на восток.

Так, до 1000 г. сформировались славянские государственные центры, существующие и в наше время, хотя их история и развивалась в весьма драматических условиях, которые временно лишали почти всех их независимого существования. Преодоление этих препятствий наглядно показывает, какие прочные исторические основы для большой части Европы создали первые славянские государства, возникшие в VIII-X веках.


36 О начале Польского государства см. "Poczgtki Polski". T. 5, str. 310 - 621; недавно об этом писал Б. Миськевич (см. "Dzieje Polski". Warszawa 1975, str. 88 nn.).

Orphus

© libmonster.ru

Permanent link to this publication:

https://libmonster.ru/m/articles/view/ПРОИСХОЖДЕНИЕ-СЛАВЯНСКИХ-ГОСУДАРСТВ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Россия ОнлайнContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://libmonster.ru/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

Г. ЛОВМЯНЬСКИЙ, ПРОИСХОЖДЕНИЕ СЛАВЯНСКИХ ГОСУДАРСТВ // Moscow: Russian Libmonster (LIBMONSTER.RU). Updated: 08.12.2017. URL: https://libmonster.ru/m/articles/view/ПРОИСХОЖДЕНИЕ-СЛАВЯНСКИХ-ГОСУДАРСТВ (date of access: 23.11.2020).

Publication author(s) - Г. ЛОВМЯНЬСКИЙ:

Г. ЛОВМЯНЬСКИЙ → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
753 views rating
08.12.2017 (1081 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes

Related Articles
Астрономические объекты такие, как планеты, звёзды, галактики, имеют нейтронные ядра. В процессе своего развития нейтронные ядра распадаются и происходят сложные процессы преобразования нейтронного ядра в протон-электронную плазму или в водород. На поверхности звёзд образуется плазменная «шуба». На астрономических объектах планетарного типа образуются плотные оболочки. Это заложено в цикле расширения Вселенной.
Catalog: Физика 
4 days ago · From Владимир Груздов
Гравитация в современном мире сознания, является ключевой проблемой, для объяснения многих артефактов. Всё, что окружает нас имеет физическое свойство в нашем сознании - притяжение. Базовый закон всемирного притяжения является без спорным законом в астрономии. Всё, что мы наблюдаем в космосе, связываем с силами всемирного притяжения.
Catalog: Физика 
4 days ago · From Владимир Груздов
Гипотеза Нейтронной Вселенной построена на определениях и свойствах потенциалов взаимодействия масс Вселенной. Предполагается, что первоначальной материей Вселенной было нейтронное ядро размером ∼ 6.2 астрономической единицы и число нейтронов N_N ≈10^80. Это ядро в процессе своего развития распалось на миллионы скоплений галактик типа скопления галактик - Дева. Отдельные галактики в этом скоплении подобны нашей Галактики - Млечный путь. Все астрономические объекты нашей Галактики проявляют признаки образования из нейтронных сверх плотных объектов.
Catalog: Физика 
5 days ago · From Владимир Груздов
Античное мореплавание и судоходство в исследованиях С. А. Семёнова-Зусера
5 days ago · From Россия Онлайн
Экономическое положение сельского духовенства в начале XX в.
5 days ago · From Россия Онлайн
Народы Кавказа в русской историографии X - начала XIX в.
Catalog: История 
7 days ago · From Россия Онлайн
Были ли русские националисты черносотенцами? (О статье И. В. Омельянчука)
Catalog: История 
7 days ago · From Россия Онлайн
Уровень жизни рабочих в России в первой половине XVIII в.
Catalog: История 
7 days ago · From Россия Онлайн
Политика сплошной коллективизации в Московской области
Catalog: История 
10 days ago · From Россия Онлайн
Полиграфические предприятия губернских городов Среднего Поволжья в конце XIX - начале XX в.
Catalog: Экономика 
10 days ago · From Россия Онлайн

Libmonster, International Network:

Actual publications:

LATEST FILES FRESH UPLOADS!
 
Наталья Свиридова·jpg·25.22 Kb·194 days ago

Actual publications:

Загрузка...

Latest ARTICLES:

Latest BOOKS:

Actual publications:

Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
ПРОИСХОЖДЕНИЕ СЛАВЯНСКИХ ГОСУДАРСТВ
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Russian Libmonster ® All rights reserved.
2014-2020, LIBMONSTER.RU is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Russia


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Portugal Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones