Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: RU-9025

Share with friends in SM

Связь между людьми может существовать и вне Бога1.

М. Гоше

Особую актуальность вопрос о религиозных трансформациях приобретает в те моменты истории, когда происходит очередная радикальная ломка в отношениях Государства и Церкви, политической власти и религиозных ценностей. В поисках отличий современных западных обществ от традиционных философы неминуемо задаются вопросами о тех культурных и ценностных основаниях, которые определяли общества прошлого и которые перестают быть таковыми в настоящем. Франция - многонациональная и многоконфессиональная страна, поэтому столкновения на религиозной почве и возможность сосуществования различных религиозных конфессий, а также глубокой религиозности, доходящей порой до фанатизма, с ярко выраженными демократическими тенденциями и укреплением атеистических позиций солидной части населения, - ставят вопрос о религии и религиозности с особой остротой. Католики, протестанты, мусульмане, иудеи, православные и представители других конфессий в той или иной степени представлены во Франции. Цифры, полученные в ходе социологических исследований, проведённых Национальным институтом статистики и эко-


1 Gauchet M. Le désenchantement du monde: une histoire politique du monde. Paris, 1985. P. 290.

стр. 135


номических исследований (INSEE) и представленные в сборнике "Données sociales - La societé française" (P., 2002 - 2003), показывают, что современное французское общество характеризуется острыми противоречиями между представителями различных религий и политически ангажированными деятелями. С уменьшением влияния Церкви на общественные отношения и на политику во Французской Республике постепенно уменьшается число верующих. Если в 1981 г. их было около 74% от общего числа населения, то уже в 1999 г. их численность снизилась до 58%, 90% из которых исповедовали католицизм. Таковы общие цифры, приведённые в статье И. Ламбера "Религия во Франции, начиная с 1960-х годов по наши дни". Не менее интересные данные, представленные французским исследователем, показывают, что во Франции в последние годы передача религиозной принадлежности из поколения в поколение не пропорциональна: так, например, 95% детей, чьи родители не являются верующими, также не исповедуют никакой религии; тогда как только 67% детей, чьи родители исповедуют католицизм, становятся католиками.

Оппозиция власти политической и власти религиозной характерна не только для Франции, но и для других западных государств, например, для Великобритании, где, начиная с XVII в., либерализм в его классической форме развивался на основе полемики, отмеченной одновременно развитием абсолютизма и стремлением различных Церквей к доминированию в обществе. Что касается современной Франции, то, как пишет Пьер Манен, французское государство до сих пор "христианизировано" и выполняет в том числе "духовные функции". Тем не менее оно является "светским", ибо предполагает преимущество политической власти над духовным авторитетом2.

Современная французская политика формировалась на базе постепенной эмансипации общества по отношению к религиозным авторитетам. Эти трансформации сопровождались усилением позиций государства и формированием нового сознания, в основе которого лежит идеология "прав человека". Именно поэтому либерализм, отстаивающий свободу индивида, претерпевал во второй половине XX в. возрождение. Было необходимо переосмыслить границы властных функций государства, которое с либеральной точки зрения рассматривается как гарант для каждого индивида


2 Manent P. Histoire intellectuelle du liberalisme. Paris, 1987. P. 17 - 30.

стр. 136


его личного права на самоопределение. Если люди сами создали государство для обеспечения их безопасности и гарантии прав, то государство не должно угрожать их свободам, а его суверенитет должен быть ограничен правами человека и гражданина.

Религия как глобальная система верований, определяющая место индивида в мировой иерархии, предлагает одно из возможных обоснований происхождения мира. Когда Раймон Арон по аналогии определял марксизм как "religion séculière" (светская религия), то под "религией" он понимал неразвивающуюся и одновременно неопровержимую систему. В отличие, например, от идеологии религия не претендует на рациональную истину, т. е. обоснованную и признаваемую разумом, поскольку религиозная истина имеет качественно иной, высший смысл, во всяком случае для верующего. С другой стороны, подобно идеологии, религия часто выступала в качестве средства, орудия власти, инструмента подавления индивидуального начала личности. Об этом писал и Ж. -Ж. Руссо: "Для того чтобы открыть наилучшие правила общежития, подобающие народам, нужен ум высокий... Вот что во все времена вынуждало отцов наций призывать к себе на помощь небо и наделять своею собственной мудростью богов, дабы народы, покорные законам Государства как законам природы, повиновались по своей воле и покорно несли бремя общественного благодеяния"3.

Одна из наиболее интересных книг, написанных во Франции в 1980-х годах и посвященных современным проблемам религиозного сознания и роли религии в демократическом государстве, - работа Марселя Гоше "Разочарование в мире: политическая история мира" (1985). В ней автор задаётся вопросом, как религиозное сознание наших предков смогло породить светское, более того, демократическое государство в том виде, в каком мы наблюдаем его сегодня? Он противопоставляет современные общества и традиционные: в современном демократическом обществе индивид предстаёт наивысшей ценностью, тогда как в традиционных обществах он был всего лишь частью сообщества, которое его подчиняло своим законам. Автономия, прогресс, индивидуализм против традиционных - гетерономии, традиции и холизма - эта оппозиция оказывается тотальной. Великое напряжение человеческой истории предстаёт как долгое и мучительное пробуждение на пути к истинным ценностям. Как возможно произведение из собственных недр традиционного иерархично выстроенного общества с определённым


3 Руссо Ж. -Ж. Об общественном договоре. М., 1998. С. 229 - 231.

стр. 137


набором общезначимых ценностей противоположного, в котором на место иерархии приходит автономия, а общезначимые ценности сменяются индивидуальными интересами и нормами?

Пытаясь дать ответ на этот вопрос, Гоше отталкивается от критики этноцентризма: "примитивные" общества вовсе не представляют собой "инфантильное, безропотное стадо", но сложные социальные конструкции, которые обладали множеством преимуществ перед теми, которые имеют место сегодня. Так, отсутствие "государства" в индо-американских племенах отнюдь не было свидетельством отсталости, но выражением "общественного решения", заключающегося в нежелании допустить, чтобы власть была сосредоточена в руках одного или нескольких членов этого сообщества. Индийские вожди этих "обществ против государства" (П. Кластрес) обладали большим авторитетом, но не реальной властью. В этой связи Гоше считает необходимым осмыслить понятие "религии" по отношению к политике, выйдя за рамки дискуссий между сторонниками идеи спасения и врагами "опиума для народа".

Смысл понятия "чистая религия", говорит М. Гоше, состоит в том, что её реальность позволяет человеку отказаться от собственной власти, отвергнуть в мифическом прошлом смысл и ценность его собственного существования. Иначе говоря, религия - фактор гетерономии, в пользу которой человечество сделало первоначальный выбор. Сначала появляется теория существования множества богов, а затем - монотеизм, который всё больше дистанцирует священное и мирское. Образование Государства заменяет примитивный "аполитизм" и укореняет деление общества на касты. Постепенно возникает "расколдование мира", вызванное полным или частичным отторжением религиозной перспективы, в которой монотеизм представляет собой лишь её переходную форму, характеризующуюся неразрешимыми внутренними противоречиями.

М. Гоше называет христианство - монотеистическую религию европейского Запада - "религией выхода из религии"4. Христианство, абсолютизируя божественную фигуру, способствует, таким образом, отчуждению божества. Христианский Бог настолько велик, что не может быть ни увиденным, ни узнанным. В современную эпоху "стало нелепым и гротескным смешивать идею Бога с общественной нормой и, более того, мечтать о призрачном соединении земной необходимости и небесного вдохновения"5. В тради-


4 Gauchet M. Le Désenchantement du monde. P. II.

5 Gauchet M. La religion dans la démocratic Paris, 2001. P. 86.

стр. 138


ционной культуре речь не шла о гуманизации божества, а, напротив, о противопоставлении абсолютного и материального бытия. Здесь М. Гоше полемизирует с Л. Ферри, который в работе "Человек-Бог" (1996) обосновывал прямо противоположную тенденцию к "гуманизации божества" и "обожествлению человека" в христианской религии. Гоше утверждает, что на самом деле имеет место сепаратная динамика, которая дезантропологизирует божество и избавляет человеческую сущность от всего, что могло бы говорить о наличии в нём частицы божественного, а в божественном - человеческого. "Гуманизация" божества имеет место только в той мере, в какой оно теряет свои привычные качества, а именно - верховного руководителя, заинтересованного в постоянном наблюдении за поведением своих подчинённых и наказании виновных. Это не результат сближения Бога и человека, а ещё один способ выделения alter ego и его обоснования.

Христианство, по мнению Гоше, не обеспечивает современные индивидуалистические общества необходимыми ценностями, которые могли бы стать достаточным основанием для единения индивидов. Поглощение религий демократией, в частности, католической религии, не может осуществиться без трансформации содержания самой веры под давлением притягательной силы демократических ценностей. "Разочарование в мире" как отличительную черту общественного сознания на рубеже XX - XXI вв., было бы ошибочным трактовать как полное исчезновение религии. Напротив, речь идёт "не о выходе из религиозного верования, но о выходе из мира, в котором религия является структурообразующим элементом, где она влияет на форму политического правления обществами и где религия определяет характер социально-экономических связей"6.

Современное общество вышло из состояния коллективной религиозности, отныне притязания на религию становятся частным делом каждого отдельного человека. Религия, таким образом, имеет место лишь в рамках индивидуальной автономии. На наш взгляд, эти рассуждения Гоше носят в большей степени характер прогноза, нежели отражают действительное положение дел. Когда возникают вооружённые конфликты, например, на Ближнем Востоке, то нередко их источник видится именно в религиозных разногласиях. Нет единства мнений по поводу того, являются ли в действительности эти конфликты религиозными, но у религии есть и другая важная функция: именно религия нередко оказывается сплачиваю-


6 Ibid. P. 13.

стр. 139


щим общество элементом, и уж тем более она не перестаёт быть одним из средств господства. В любом случае с уничтожением религиозности политика как способ господства мало что выигрывает. Она теряет видимый объект, а скрытый враг всегда сильнее. Возникает ощущение неустойчивости и депрессии, а поскольку способы достижения стабильности вовсе не очевидны, то противостояние индивидуальности и коллективности приобретает порой самые причудливые формы, на интерпретации которых концентрируются интеллектуальные силы исследователей вместо того, чтобы вырабатывать новое основание для всеобщего единства, главным образом, в борьбе против угрозы всему обществу, а не только в адрес конкретной личности. В процессе всеобщей мобилизации, которая, возможно, и станет объединяющим принципом для людей, вопросы политики и философии оказываются востребованными широкими слоями населения. Именно в философии возможна выработка универсальных критериев для выделения фундаментальных бинарных оппозиций добра/зла, справедливости/несправедливости, свободы/рабства, господства/подчинения и пр.

По утверждению М. Гоше, одним из следствий "выхода из религии" современного западного общества является уничтожение иерархии, в которой связующим звеном между горним миром и мирским выступал священник. Бог не теряет своей трансцендентной сущности, однако общение его с индивидами всё чаще происходит без опосредующего звена, каким раньше был именно священник, а Бог обращается ко всем: "Иисус - действительно универсальный Бог, доступный непосредственно каждому человеку"7. И тем не менее реальность постмодернистского общества такова, что даже если утверждается эта "персональная" функция Бога, то само верование и религиозная культура не исчезают: "Эпоха религии как структуры закончилась. Было бы наивно, однако, полагать, что нет более религии как культуры"8, - пишет Гоше. Напротив, психологические условия дают импульс для возбуждения ещё более сильной веры и увеличения числа верующих. "Коллективная антирелигиозность" постмодернистского мира, по мнению Гоше, возвращает человека к себе самому, что сказывается в том числе на характере политических процессов: "Демократия является переходом от религиозного общества, то есть общества покорности, к


7 Gauchet M. Le Désenchantement du monde. P. 168.

8 Ibid. P. 236.

стр. 140


свободному обществу - обществу, структурированному по ту сторону религии"9.

Можно провести параллель между идеями М. Гоше и А. де Токвиля. Оба мыслителя разделяли одну точку зрения: признание права на религию - одно из требований демократии. Токвиль утверждал, что демократия нуждается в религии, ибо религия никогда не является столь могущественной как в случае, если она предоставлена собственным усилиям, ибо обращается к естественным устремлениям каждого отдельного человека. Иначе говоря, религия приобретает определённую значимость для человека в зависимости от частной внутренней потребности в ней каждого индивида. Более того, суждение о социальной полезности религии, согласно Токвилю, может быть вынесено только внешним наблюдателем, рассматривающим естественные, универсальные характеристики человека и нужды целого общества, не будучи сам обременен какими-либо предпочтениями - религиозного или светского характера. Необходимо осознание того, что религия располагает большей властью над человеческим сознанием, когда религиозность присуща человеку изнутри, а не является следствием полезности её социальных функций. В противном случае очевидная связь религии с политикой, согласно Токвилю, постепенно ослабляет и упраздняет не только религию как политический институт, но и саму религиозную веру. "Религия американцев", например, по его мнению, теряет свою социальную полезность вследствие того, что многие люди выполняют её предписания из политических убеждений. Такова, по мнению философа, основная трудность в отношениях между демократией и религией.

М. Гоше вослед Токвилю разделяет общий взгляд на демократию, основанную на политической автономии индивидов как организующем общественном принципе. Постепенно автономия, по его мнению, распространится на другие поля, теряя какие-либо внешние основания (в том числе трансцендентные). "Выход из религии" подтверждает, что легитимность может прийти только снизу, то есть от самих индивидов (или быть укоренена в имманентности), иначе говоря, вера в автономию и права человека породит новый вид религиозности - массовую веру в новые формы личной власти. Только общество, воспроизводящее само себя ("l'humanité est son oeuvre" - Ж. Вико), может служить основанием для прогресса и историчности. Ведь вместо того, чтобы вернуться к тради-


9 Ibid. P. 248.

стр. 141


ционному прошлому, человек смотрит в будущее, отсюда возникновение различного рода программ, проектов, инвестиций, неугасающее стремление к истине.

Идеи Гоше во многом почерпнуты из прошлого, например, Макиавелли и Гоббс указывали на принципиальную важность освобождения людей, находящихся у власти, от влияния религии. Утверждение П. Манена выглядит радикальным: "Современная демократия проявляет себя одновременно как осуществление принципов христианства и их отрицание". Чтобы освободить человека от власти религии, необходимо положить конец власти религии над его душой, "избавить людей от страха перед Всевышним и перед страшным судом, вырваться из-под власти притягательной силы Бога"10. В своих рассуждениях Манен - ницшеанец, а в своих демократических устремлениях он не до конца последователен, ибо призывает к отказу от религии и тем самым посягает на основу демократии - свободу в выборе, в том числе - Верить или не верить. Отказ от религии, преодоление страха перед божественным судом - вот радикальная ломка ценностного порядка. "Освободить от страха", "сделать человека свободным" и тому подобные призывы предполагают насилие в отношении личности и представляют собой посягательство на его право на самоопределение. Понимая опасность такого рода суждений, Манен всё же оговаривается, что демократия не предполагает уничтожения всех "следов" религии и тем более насильственного искоренения индивидуальной религиозности. В своей статье "Ситуация либерализма" он справедливо отмечает, что можно "верить или не верить в реальность, верить или не верить в спасение через веру, верить или не верить даже в существование Бога, и в то же время быть отличным гражданином. Необходимо быть терпеливыми ко всем точкам зрения..."11.

В целом религиозный вопрос - краеугольный камень большинства историко-философских работ, посвященных ценностным трансформациям западного общества на рубеже XX - XXI вв. В частности, тезис М. Гоше, согласно которому, христианство является "истинной религией", потому что стало "религией выхода из религии", вызвал широкую дискуссию во Франции. П. Манен, говоря о Гоше, отметил, что этот его тезис был утверждением "внеш-


10 Manent P. La vérité, peut-être // Le Débat. 1992. N 72. P. 176.

11 Manent P. Situation du libéralisme // Commentaire. 1986. N 35. P. 388 - 399.

стр. 142


него характера" христианского учения, и эта внешность по отношению к объекту не казалась в том числе самому Гоше достаточно удовлетворительной. Именно поэтому, утверждает Манен, он стремился проникнуть в логику христианства и попытаться понять её через трактовку "sympathie" (симпатия, внутренне влечение). Это привело Гоше к сомнительным, по мнению Манена, утверждениям. Так, например, Гоше написал однажды, что именно протестантизм есть "истинное христианство", поскольку ему присуще сознание отличия своего представления о "божественном" от сознания его в других религиях, он полагает начало такого сознания, ибо уничтожает посредничество священника. Каков истинный смысл этого утверждения? Либо перед нами альтернатива "католицизм - протестантизм" - в этом случае имеет место теологическая дискуссия; либо мы находимся вне этой перспективы, но тогда о каком "адекватном осознании" по отношению к объекту - в данном случае к Богу - можно говорить, если даже о его существовании мы не знаем достоверно? "Протестантизм является самой истинной и адекватной религией, - утверждает М. Гоше, - так как исторически или структурально он близок к современному атеизму"12. В данном случае под "адекватностью" подразумевается переход от христианского "возможного" к его осуществлению13. Гоше уточняет, что возникновение "протестантизма свидетельствует о начале осознания божественной личности как личности "другого"". В качестве подтверждения своего тезиса французский философ использует структурные возможности, вписанные в матричную схему христианства. Речь идёт о самом Христе как о неком событии настолько, насколько исторический анализ может это обосновать.

Далее Гоше говорит о трудности различения "внешнего" и "внутреннего" по отношению к религии. Он переформулировал вопрос: возможно ли извне прийти к эмпатическому, не обусловленному пониманию религии?14. Гоше выдвигает два тезиса:

1. Возможность жизни, независимой от религии.

2. "Антропологическая непрерывность" обуславливает существование религиозного факта на протяжении всей жизни человека.

В то же время "выход из религии", провозглашённый Гоше, не


12 Comment traiter de la religion? Discussion entre Marcel Gauchet et Pierre Manent // Esprit. 1986. N 113. P. 208.

13 Ibid. P. 209.

14 Ibid.

стр. 143


означает отсутствия верующих людей. Нет, пожалуй, ничего более постоянного и естественного, чем религия для конечного существа. Религиозность - одна из самых естественных потребностей человека, ибо религия - это способ самопознания. Причём это утверждение одинаково верно как для верующих людей, так и для убеждённых атеистов, вот только тип религиозности у них разный - одни сторонники теистической религии, а другие - светской (идеология как политическое верование).

Модернизм обрушивается с критикой лишь на саму идею Бога как магнетического центра, духовного и интеллектуального. В традиционных обществах идея Бога имела огромное значение, тогда как сегодня этот тезис выглядит как минимум спорным. Для христианства Бог - сверхприродное существо. Отсюда, для того, чтобы освободиться от такого сверхприродного Бога, недостаточно, по мнению П. Манена, встать на позиции атеизма в утверждении своей собственной природы15. Ведь несовершенство человека и возможность суверенных форм приводят к предположению, что, возможно, существует некое совершенство - сверхприродная субстанция, которая всегда будет превосходить человеческую ограниченность. Таким образом, критика сверхприродной субстанции, если она должна быть "политически верной", делает необходимой критику самой природы. И как следствие тому, критика христианского откровения обязывает к критике политики и атеистической философии, причём "критика политики и языческой философии содержится уже в христианском откровении"16, точнее, в критике "paganisme" (язычество).

Задача гармоничного сосуществования людей может быть осуществлена лишь тогда, когда будет проведено соответствие между формой политической организации общества и некими всеобщими высшими ценностями человеческой жизни. В качестве посредника между ними выступает закон. Люди, как правило, пребывают в несогласии по поводу содержания законов, однако вынуждены жить вместе, а потому необходимо найти основание для их единства "не на небе, а на земле". По мнению Манена, именно на основании естественной необходимости (под которой он подразумевает прежде всего естественное право) либерализм воздвигнет свои "хитроумные конструкции".

В книге "Расколдование мира" Гоше пишет, что религия не


15 Ibid. P. 208.

16 Manent P. La vérité, peut-être // Le Débat. 1992. N 72. P. 177.

стр. 144


может и не должна быть поглощена демократией, ибо её возникновение связано прежде всего с внутренней потребностью человека в святынях. В признании естественного права человека на религию проявляет себя "истинная" демократия, в которой приоритет всегда отдаётся индивидуальной автономии. Нет больше ни апологетики, ни прозелитизма. Отныне, поддерживает Гоше Манен, "верующий рассматривает религию как персональный выбор, определяющий его индивидуальность, а всякая критика в адрес его религии рассматривается как агрессия против личности, отсутствия к ней уважения"17. В этом состоит главное отличие между партикуляристскими религиями и религиями универсалистскими. В иудаизме и исламе, к примеру, слияние политического и религиозного не допускает возможности их сепарации. В христианстве (на фоне которого формировалась республиканское светское общество в конце XIX в.) сепарация является чуть ли ни самоцелью. Манен утверждает, что своего триумфа демократия достигнет именно в высшей стадии разделения, сепарации как в индивидуальном плане (например, по полу), так и в коллективном (новая иерархическая система), правда, он ограничивается лишь этой констатацией, не углубляясь в детали. Манен говорит о неком идеале социального атомизма, при котором каждый становится наилучшим судьёй для собственного материального или морального интереса, т. е. настоящий судья - тот, кто оценивает не сообразно каким-либо высшим ценностям или законам, а тот, кто руководствуется частными, земными потребностями и интересами. Демократизация, согласно Манену, укоренена в "прислушивании" к самому себе и в признании того же права за другими18. В качестве комментария ограничимся лишь приведением цитаты из "Варварство с человеческим лицом" Б. -Н. Леви: "Тоталитарное общество - это совсем не то, которое является светским и не допускает религиозного верования, но это такое государство, которое делает религию светской, а верования мирскими"19.

Хотелось бы отметить, что современные французские политические философы стараются рассматривать те или иные факторы общественной жизни как многоаспектные явления. И основополагающую роль в этой системности подхода играет именно философия. Проблема религии оценивается современными мыслителями


17 Manent P. Histoire intellectuelle du libéralisme. P. 44.

18 Ibid. P. 237.

19 Lévy B. -H. La barbarie a visage humain. Paris, 1977. P. 162.

стр. 145


не только с политической или социальной точек зрения, но и с позиции психологии и философии субъективности. Более того, трансформации гражданского общества, способы его формирования, динамика не могут рассматриваться системно вне религиозного контекста. По сути, религиозность не может мыслиться вне субъективности, равно как и без привнесения в "Я" понятия универсальности. Так, теория М. Гоше не ограничивается идеей "выхода из религии" как политической и культурной характеристики времени, но с её помощью он приходит к старой философской проблеме генезиса субъективности.

Французский мыслитель осуществляет анализ типологических признаков современного индивида с применением основных методик психоанализа. Индивид, вдохновлённый автономией, далёк от упований на всемогущее существо, являясь хозяином своей собственной судьбы. Можно выделить два существенных ограничивающих, но не разрушающих его личность обстоятельства: его собственное бессознательное20, и существование других людей вне него, для которых, естественно, тоже характерны бессознательные интенций. Отсюда два пути его изучения, избранные Гоше, - психология и политика.

В психологическом плане работы М. Гоше отмечены прежде всего опровержением тезисов известной работы М. Фуко "История безумия". Выявляя, по его утверждению, неточности и ошибки в этой книге, он предлагает в "Практике человеческого духа" (1980) иную интерпретацию "безумия": моральная трактовка "безумного" не равносильна исключению или подчинению ("grand renfermement" у М. Фуко), а, напротив, состоит в его интеграции в человеческое сообщество. Ухаживать за больным и "заботиться" о сумасшедшем стало возможно сегодня потому, что впервые в истории, по утверждению Гоше, сумасшедший рассматривается как в полной мере человеческое существо, но живущее в своём страдании и в нужде ("sujet de sa folie"), а перманентное состояние "невроза" является свидетельством его нескончаемой борьбы за свободу и независимость. И когда мы анализируем исключительную чувствительность и ранимость индивида, свободного по своей сути, но в то же время лишённого чётких ориентиров и подчинённого "дьявольскому" требованию "быть собой", то анализ "ограниченной" фигуры сумасшедшего погружает нас в самое сердце одной из


20 М. Гоше разделяет "аффективное" и "когнитивное" бессознательное.

стр. 146


основных проблем демократии. Последняя состоит в том, что субъективность автономного индивида обнаруживает себя в процессе "выхода из религии", а особенности психологического типа индивида проявляются во внутреннем противоречии между тем, чем индивид уже является, и тем, кем он хотел бы быть.

В сознании современного индивида желаемое "Сверх-Я" замещает религиозные авторитеты, одержимость (как жажду обладания) и веру в пророчества. Гоше вводит понятие "нормального безумия" ("folie normale")21, позволяющее ему рассматривать психозы либо как некие границы действия, либо как патологические акциденции. Кроме того, Гоше утверждает, что безумие постепенно становится определяющей чертой человеческого существа вследствие развития маниакально-депрессивной структуры его желания и настроения (согласно Гоше, либо "Я" есть всё, либо "Я" есть ничто - оппозиция между "активом" и "пассивом"). Внутренний конфликт, который характеризует современного индивида, является структурообразующим для его личности.

М. Гоше различает "три возраста" личности22, характерные для различных периодов становления западного общества:

1. Традиционная личность (personnalite traditionnelle), которая была характерна для до-индивидуальных обществ. Её определяющими свойствами были дисциплинированность, строгое соблюдение социальной иерархии, включённость в незыблемый нормированный общественный порядок. Последнее подразумевало символическое определение, согласно совокупности общепризнанных норм, возрастного, полового и рангового статусов. Каждый из членов общества на свой манер являлся воплощением этого сообщества. Гоше утверждает, что такая личность не обладала бессознательным в том смысле, что она не мыслилась через него.

2. Личность Нового времени (personnalite moderne), или "буржуазная личность", которая отличала европейское общество в период примерно с 1700-х по 1900-е гг. Она представляла собой некий компромисс между принадлежностью к сообществу и внутренним ощущением независимости и свободы выбора. Есть основания говорить о начале индивидуализации коллектива в этот истори-


21 Gauchet M. Essai de psychologie contemporaine. II. L'inconscient en redéfinition // Gauchet M. Démocratie contre elle-même. P. 267.

22 Gauchet M. Essai de psychologie contemporaine. I. Un nouvel âge de la personnalite // Gauchet M. Démocratie contre elle-même. P. 249- 255.

стр. 147


ческий период. Гоше также называет его "золотой эпохой сознания и ответственности". В конце этой эпохи появляется теория бессознательного, за которым скрывается символическое, сфера действия которого перемещается из процесса функционирования коллектива в сферу индивидуального. Бессознательное соотносится, во-первых, с внешней нормой, воспринимаемой сознанием, и, во-вторых, с внутренним желанием. В коллективе теория и техника права замещают авторитет богов и обычаи. В этот период формируется понятие долга как символа компромисса между индивидуальным и коллективным, т. е. долженствование по отношению к конкретному человеку так же, как к целому коллективу.

3. Фундаментальной чертой современной личности (personnalite contemporaine) является её автономность, она не разделяет общественных привязанностей вплоть до игнорирования того факта, что вообще существует в обществе. Её идентичность оказывается в конечном счёте неустойчивой, свободной и мобильной (а личность одинокой). Жизнь такого индивида превращается в нарциссическое, часто депрессивное существование и являет собой "разрыв" между индивидуальным и коллективным вплоть до отчуждения того, что связывает его с общественным, главным образом, власти в различных её проявлениях. Эта личность оказывается символически и когнитивно расщеплённой, ибо индивид не видит более оснований для рассмотрения себя в связи с обществом. Отсюда возникновение целого ряда аксиологических вопросов, связанных с проблемой ответственности, а также с соотношением сознательного/бессознательного. Во главу угла ставится не вопрос о существовании последнего, а то, что мешает индивиду быть самим собой. Причём в отличие от личности Нового времени современная личность не обязательно ставит перед собой задачу быть ясной по отношению к самой себе, т. е. знать, что заставляет её поступать тем или иным образом. Это - экспрессивная модель личности, которая существует "в-бытии-с-другими", запутавшись в сети разнообразных отношений. Тем не менее иллюзия индивидуальной автономии не предотвращает столкновения с "другими", потому как человек всё же продолжает существовать в обществе23.


23 М. Гоше видит три возможных способа проявления этого феномена "другости" ("altérité"): невидимое (invisible), телесное (possession), истина (prophétie). Здесь напрашиваются некоторые аналогии с лакановской схемой (RSI): реальное (réel), символическое (symbolique) и воображаемое (imaginaire).

стр. 148


При рассмотрении некоторых положений современной философии религии в контексте демократических преобразований мы ставили перед собой цель выявить некоторые закономерности и связи между религией и властью и показать, что религия остаётся значимым фактором властных отношений, какой бы характер - индивидуальный или коллективный - не носила религиозность.

В современную эпоху атеизм представляет собой весьма размытое понятие, потерявшее свой первоначальный смысл как "система взглядов, отвергающих религиозные представления (веру в Бога, в бессмертие души, в воскресение из мёртвых и т. п.) и религию в целом"24, тогда как верование является общественной необходимостью. Сегодня в качестве нового вида верования выступает верование в демократические ценности - равенство, свободу, а также в позитивную роль права и идеологию "прав человека". История XX в. продемонстрировала этот переход от верований религиозных к верованиям политическим, от религии к идеологии. Этим переходом в известной степени была отмечена история Европы середины XVIII - XIX вв., так что мы не претендуем на открытие или особую новизну в своих рассуждениях о политической религиозности, превалирующей в наши дни на континентальном Западе. Тем не менее останавливаемся, быть может, излишне подробно на этом вопросе лишь потому, что считаем необходимым обосновать свою позицию, выработанную в ходе работы над материалом.

Выявив оппозицию между религиозным и политическим верованиями, необходимо отметить, что наряду с принципиальными различиями, выражающимися в предпочтении идеального или рационального основания верования, существуют и сходства между этими двумя его формами. Во-первых, при их философском анализе в центре внимания оказывается индивид и субъективность, их трансформации в периоды смены идеологических парадигм. Во-вторых, религия обладает способностью превращения в идеологию в процессе обоснования её социальной и политической ценности, когда религиозность приобретает массовый характер (традиционные общества, современные исламские общины). В процессе поиска этого обоснования между религией и политикой обнаруживается непосредственная зависимость, ибо религия, чтобы быть всеобщей и объединяющей, нуждается в социальной ангажированности, а политике, чтобы вызывать доверие и покорность, необходимо укоренение, пусть даже иллюзорное, основных её принципов в неком


24 Атеистический словарь. М., 1983. С. 35.

стр. 149


трансцендентном источнике. Таким образом, между религией и властью обнаруживается имманентная взаимосвязь, которая носит онтологический характер.

В определённой степени было бы верным противопоставление между религиозным и политическим верованием на том основании, что религиозное верование имманентно сущности человека, оно есть его естественная потребность в вере в некое совершенное, всемогущее существо, тогда как политика - вторичное образование, ибо общество и государство создал человек. На это можно предложить контраргумент: не было ли их создание также естественной потребностью человека именно как человека в отличие, например, от животных? Хотя даже для животного мира характерно стремление к коллективности во имя сохранения жизни. Но потребность в объединении также может быть признана естественной для людей, как и потребность в чём-то более совершенном, чем они сами. Отличительная особенность современности состоит в том, что верующие вступили в период плюрализма и демократической автономии, верование стало индивидуальным, главное, что смысл индивидуальной веры изменился: связь между религиозностью и социальным порядком практически растворилась. Человеческая индивидуальность становится системообразующим фактором для общества и государственной политики. Суть власти кроется в возможности подчинения. Если принять, что религия - это средство подчинения, опирающееся на религиозное верование, то сам факт наличия подчинения в отношениях верующего и того, что вселяет веру, предполагает наличие типа верования, отличного от сугубо религиозного, но существующего наряду с ним - политическое верование. Последнее находит отражение как в вере в демократические идеалы, так и в самом факте подчинения в ходе коммуникационного акта или подчинения одного субъекта воле другого субъекта при условии, что власть рассматривается либо как способность к чистому (абсолютному) господству в межиндивидуальных отношениях, либо как господство в рамках социальной организации. Принципы легитимизации такого господства должны учитывать мотивы подчинения и легитимность официальной правящей власти.

 

Orphus

© libmonster.ru

Permanent link to this publication:

https://libmonster.ru/m/articles/view/РЕЛИГИОЗНОЕ-И-ПОЛИТИЧЕСКОЕ-ВЕРОВАНИЯ-В-КОНТЕКСТЕ-ДЕМОКРАТИЧЕСКИХ-ПРЕОБРАЗОВАНИЙ-ВО-ФРАНЦИИ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Galina SivkoContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://libmonster.ru/Sivko

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

А. В. ЭНГОВАТОВА, РЕЛИГИОЗНОЕ И ПОЛИТИЧЕСКОЕ ВЕРОВАНИЯ В КОНТЕКСТЕ ДЕМОКРАТИЧЕСКИХ ПРЕОБРАЗОВАНИЙ ВО ФРАНЦИИ // Moscow: Russian Libmonster (LIBMONSTER.RU). Updated: 14.09.2015. URL: https://libmonster.ru/m/articles/view/РЕЛИГИОЗНОЕ-И-ПОЛИТИЧЕСКОЕ-ВЕРОВАНИЯ-В-КОНТЕКСТЕ-ДЕМОКРАТИЧЕСКИХ-ПРЕОБРАЗОВАНИЙ-ВО-ФРАНЦИИ (date of access: 19.09.2019).

Found source (search robot):


Publication author(s) - А. В. ЭНГОВАТОВА:

А. В. ЭНГОВАТОВА → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Galina Sivko
Краснодар, Russia
605 views rating
14.09.2015 (1466 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes

Related Articles
Преграды к созданью Единой Теории Поля и путь одоления их. Barriers to the creation of the Unified Field Theory and the path of overcoming them.
Catalog: Философия 
5 hours ago · From Олег Ермаков
ЯНТАРНЫЙ ПУТЬ
Catalog: География 
2 days ago · From Россия Онлайн
ПЕРВАЯ В РОССИИ КНИГА О ФРАНЦУЗСКОЙ БУРЖУАЗНОЙ РЕВОЛЮЦИИ КОНЦА XVIII ВЕКА
2 days ago · From Россия Онлайн
АЛЕКСЕЙ АЛЕКСЕЕВИЧ БРУСИЛОВ
2 days ago · From Россия Онлайн
ЕГИПЕТ: ЭВОЛЮЦИЯ ПОЛИТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ
2 days ago · From Россия Онлайн
А. Т. БОЛОТОВ - УЧЕНЫЙ, ПИСАТЕЛЬ ЭНЦИКЛОПЕДИСТ
2 days ago · From Россия Онлайн
Несмотря на недолгое существование казино Crystal Casino на онлайн-рынке, сейчас оно является одним из самых развитых и уважаемых онлайн-казино. Это российское онлайн-казино предлагает несколько сотен различных игр, доступных на настольных компьютерах, а также на смартфонах и планшетах.
Catalog: Лайфстайл 
2 days ago · From Россия Онлайн
МОСКОВСКИЕ ОХОТНИКИ ПРЕДПОЧИТАЮТ ЯСТРЕБОВ И СЕТТЕРОВ
Catalog: Лайфстайл 
7 days ago · From Россия Онлайн
НЕНУЖНАЯ НЕОБХОДИМОСТЬ
Catalog: Лайфстайл 
7 days ago · From Россия Онлайн

Libmonster, International Network:

Actual publications:

LATEST FILES FRESH UPLOADS!
 

Actual publications:

Загрузка...

Latest ARTICLES:

Latest BOOKS:

Actual publications:

Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
РЕЛИГИОЗНОЕ И ПОЛИТИЧЕСКОЕ ВЕРОВАНИЯ В КОНТЕКСТЕ ДЕМОКРАТИЧЕСКИХ ПРЕОБРАЗОВАНИЙ ВО ФРАНЦИИ
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate $ to Libmonster ($)

Russian Libmonster ® All rights reserved.
2014-2019, LIBMONSTER.RU is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Russia


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Germany China India Sweden Portugal Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Uzbekistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones