Libmonster ID: RU-19743

В последней трети XIX в. обострилось соперничество в Китае и странах Юго-Восточной Азии между колониальными державами. В нем приняла участие и Российская империя, закрепившаяся тогда на тихоокеанском побережье. Активизация этого нового для России направления ее внешней политики выразилась прежде всего в создании военного Тихоокеанского флота1, суда которого теперь регулярно совершали рейсы от Китая до Кронштадта. Торговые корабли Русского общества пароходства и торговли и Добровольного флота курсировали от Одессы до Шанхая, заходя в порты Юго-Восточной Азии (Батавию, Сингапур, Сайгон).

Произошло также расширение связей. Россия стала назначать своих консульских, военных и торговых представителей в страны ЮВА.

Первое российское консульство в Юго-Восточной Азии2 появилось в Сингапуре, центре английской колонии Стрейтс Сеттльменте. Им стал профессиональный дипломат Артемий Маркович Выводцев, получивший назначение в 1890 г. Правда, уже в 1870 - 1880-х гг. интересы Российской империи здесь представлял внештатный консул - уважаемый и богатый китайский торговец Вампоа (Хо Акэй)3. Несомненно, что появление русского консула именно в Сингапуре было связано с торгово-экономической и стратегической значимостью города.

Выводцев приехал в Сингапур в октябре 1890 г. Это была уже не та маленькая деревушка на острове (у самой южной оконечности Малаккского полуострова), где население занималось пиратством и рыбной ловлей, каковой ее 29 января 1819 г. увидел Т. С. Раффлз, одержимый идеей создания в Малаккском проливе такого порта, который способствовал бы расширению британского колониального могущества в Южных морях, потеснив Нидерланды. К концу XIX в. Сингапур полностью оправдал надежды его "крестного отца" Т. Раффлза, завоевав титул "жемчужины Британской Малайи" и почти обогнав по торговому обороту всю Нидерландскую Индию4.

1 В 1897 - 1900 гг. Россия по количеству боевых судов занимала третье место в мире (после Англии и Франции), а на Дальнем Востоке - второе (после Японии) [Бессмертный, 1973].

2 Если не считать неудачи с учреждением консульства в Маниле, просуществовавшего несколько месяцев в 1820 г. [Козлова, 1986].

3 Возможно, он исполнял такие обязанности и ранее, о чем свидетельствовал русский писатель Иван Александрович Гончаров, находившийся на борту военного корабля "Фрегат Паллада", совершавшего экспедицию в Японию во главе с адмиралом Путятиным (секретарем последнего был И. А. Гончаров), которого встречал в Сингапуре Вампоа; это было в 1853 г. [Гончаров, 1952 - 1953].

4 В 1869 г. импорт Сингапура составил 32 млн. мал. дол., а в 1879 г. - уже свыше 56 млн; экспорт - соответственно 27 и 49 млн. мал. дол. В этот период стоимость торгового оборота английского Сингапура, занимавшего площадь всего 500 кв. миль, почти приближалась к обороту всей огромной колонии Нидерландская Индия (Индонезия) [История Востока, 2005].

стр. 31
Сингапур, расположенный на перекрестке морских путей, соединяющих Дальний Восток, ЮВА и Индию, быстро развивался, чему способствовали его статус "порто-франко", а также открытие Суэцкого канала в 1869 г. С развитием парового флота Сингапур превратился в крупнейшую угольную станцию на пути с Дальнего Востока в Европу, а в последней трети XIX в. - центр снабжения пароходов нефтью и керосином.

Рост товарооборота потребовал расширения порта и строительства портовых сооружений, якорных стоянок, дорог и мостов. Железная дорога соединила Сингапур и Малаккский полуостров, а через него - и Сиам. Сингапур превратился во второй в мире порт по тоннажу приходивших судов всех размеров и назначения: от малайских прау и китайских сампанов до огромных, многопалубных пассажирских кораблей. На смену экзотическим товарам (птичьи гнезда, рог носорога, ротанг, орхидеи и пр.) пришли промышленные товары - текстиль, сахар, копра, каучук, олово (первый оловоплавильный завод на островке близ Сингапура был построен в 1890 г.).

Сингапур - богатый, шумный, многонациональный город-порт, сияющий огнями в тропических ночах, привлекал внимание и интерес всех побывавших в нем. Замечательно описание И. Н. Гончарова, увидевшего его из своей каюты на фрегате "Паллада" в фантастическом блеске отражавшихся в воде фонарей. Он писал: "...сердце города - это порт, многочисленные суда разных конфигураций, национальностей, назначений - день и ночь занимают места у его причалов. А в это время кули - портовые грузчики спешат разгрузить или загрузить корабли, естественно торговые. И всю ночь над портом не гаснут фонари, отражающиеся в море" [Гончаров, 1952 - 1953, с. 3]. Другой русский писатель, Всеволод Крестовский, в своей книге "В дальних водах и странствиях" характеризовал Сингапур как "в сущности, громаднейший базар" [Крестовский...] Известный натуралист А. Н. Краснов так определил положение Сингапура: "На том маленьком островке назначают друг другу "rendervous" мореплаватели Индийского, Тихого и Атлантического океанов" [Краснов, 1956].

Русский консул А. М. Выводцев, высоко оценив выбор Т. Раффлза, в первых строках своего первого же донесения в российский МИД лишь назвал Сингапур "самым лучшим портом", сообщив, что "в жарком климате, в стране, где язык и нравы для меня чужды", ему трудно сразу представлять в донесениях "интересный материал" [Политика..., 1965, с. 214].

Консул был деловым человеком: его интересовали история и управление английской колонии, ее финансы, вооруженные силы, народонаселение, а особенно сопротивление британским властям, как в самом Сингапуре, так и в малайских княжествах. В донесениях консула превалировали политические проблемы, хотя и чисто экономические, прежде всего торговые, связанные с русской торговлей в Юго-Восточной Азии, нашли в них вполне достаточное отражение.

В своем первом донесении в МИД от 1 (13) января 1891 г. А. М. Выводцев кратко изложил историю Сингапура и создание в 1826 г. английской колонии Стрейтс Сеттльменте - "Поселения на Проливах" (в нее вошли Пинанг, Сингапур и Малакка), превращение Сингапура в 1832 г. в центр этой колонии с пребыванием в нем главы колониальной администрации - губернатора, подчиненного первоначально индийскому колониальному правительству, а затем в 1867 г. превращенной в "коронную колонию", напрямую связанную с Лондоном [Политика..., 1965, с. 215].

Он писал, что "губернатор вместе с законодательным и исполнительным советами хотя и издает законы и приводит в жизнь без согласования с правительством в Англии, однако королева обладает правом "veto" на любые его решения; английское же правительство не только критикует все его решения, но и отменяет их". При такой практике, как полагал русский консул, власть губернатора является "отчасти фик-

стр. 32
тивной" и ослабляет его полномочия в колонии, создавая "предпосылки для... выступлений против колониальных властей" [Политика..., 1965, с. 215 - 216].

В своих первых донесениях Выводцев обратил внимание на этнические проблемы Сингапура, указав, что город разделен по национальному признаку: есть кварталы китайские, малайские, индийские и европейские. Он сообщал, что коренным населением являются малайцы, насчитывавшие 30 тыс. человек, которые в основном "находятся в оппозиции английскому правительству, хотя среди них много богатых купцов, коих влияние весьма необходимо правительству для сношения с туземцами. Индийцы, преимущественно тамилы из Южной Индии, насчитывают 10 тыс. человек, их используют в качестве мелких служащих в плантационном хозяйстве и в качестве чернорабочих". Как полагал русский консул, "они достаточно индифферентно относятся к господствующей касте белых". Самым опасным он называл "китайский элемент", т.е. преобладающее по численности население Сингапура - около 150 тыс. человек [Политика..., 1965, с. 216].

Спрос на рабочую силу в Малайе начался в конце XIX в., когда развились каучуковая и оловодобывающая промышленность, а Сингапур превратился в основной транзитный порт, через который китайские рабочие прибывали в ЮВА. Некоторые сингапурские китайцы проживали в Стрейтс Сеттльменте постоянно, получив английское подданство, другие "составляют кочевое население, приезжающее для наживы и возвращающееся затем в Китай, откуда на смену им прибывают новые иммигранты" [Политика..., 1965, с. 216].

В своем донесении от 14 (26) августа 1891 г. Выводцев уточнил данные по национальному составу колонии в связи с тем, что 5 апреля 1891 г. в Сингапуре, Пинанге и Малакке была проведена "однодневная народная перепись", по данным которой население колонии Стрейтс Сеттльменте за 10 лет, с 1881 по 1891 г, увеличилось на 19.7%: с 423384 до 506984 человек. В собственно Сингапуре - с 139208 до 184554 человек, т.е. увеличение населения составило 32.5% [Политика..., 1965, с. 221 - 222]. Особое внимание консул обратил на рост китайского населения, о котором колониальная администрация "чрезвычайно заботится" и, по его мнению, представляет китайцам "гораздо больше преимуществ, гражданских прав, которыми они не пользуются в Поднебесной империи, и, наконец, что не менее важно, материальных выгод, уплачивая им проезд из их отечества и обеспечивая верным наймом в Сингапуре". Выводцев подчеркивал, что китайцы приезжают в Сингапур ради "легкой наживы" и, несмотря на заработки, с радостью уезжают на родину, так как ненавидят своих английских работодателей. Однако они с завидной регулярностью прибывают в Сингапур: в 1890 г. приехало 160000 человек, а уехало 130000, "что показывает, что китайцы ставят выгоду даже выше своих национальных чувств независимости и презрения к европейцам" [Политика..., 1965, с. 222].

С большим вниманием Выводцев относился к известиям о выступлениях против колониальной власти в тех малайских государствах, правители которых уже приняли резидентов и других английских чиновников.

В княжестве Паханг, завоеванном англичанами еще в 1888 г., в конце декабря 1891 г. вспыхнуло восстание, затянувшееся до 1894 г. Донесения Выводцева касаются первого, наиболее драматического его периода - до весны 1892 г. Консул писал в МИД 23 декабря (4 января), что "последняя неделя истекшего года ознаменовалась в колонии событием", которое "может иметь весьма серьезные последствия". Так Выводцев начал описание восстания под руководством местного феодала Дато Кайя Семантана [Политика..., 1965, с. 225]. Малайские рабочие бросили работу в одной из золотодобывающих компаний и, вооружившись, обратили в бегство охрану рудника. Они захватили лодки и стали устраивать многочисленные засады вдоль рек. Дато Кайя не пошел на сделку с англичанами, которые предлагали ему пенсию, и продол-

стр. 33
жил борьбу. Выводцев писал, что местные "вожди, которые прежде за дань султану привыкли самостоятельно управлять областями, потеряли теперь всякое значение, чувствуя, что вся власть в руках английского резидента". Сам престарелый султан Паханга, как сообщал консул, "в глубине души сочувствует мятежникам", и в целом "вражда малайского населения по отношению к Англии" усиливается. Поскольку движение то затухало, то снова разгоралось, Выводцев посвятил ему еще несколько донесений [Политика..., 1965, с. 228 - 231]. Но лишь когда были убиты несколько англичан, а мятежники пообещали сжечь и разграбить Пекан - столицу султаната, после чего семьи всех европейцев из Пекана бежали в Сингапур, "принеся вести о страшной опасности в стране" и об обострении обстановки, принявшей "угрожающий оборот", правительство направило в Паханг несколько военных судов для защиты английских подданных [Политика..., 1965, с. 229].

Общественное мнение в колонии, сообщал консул, считает "образ действия правительства нерешительным" и осуждает явно индифферентное поведение губернатора, объясняемое, по мнению Выводцева, тем, что "Англии небезызвестно, что и в других многих областях есть масса недовольных и что если она выскажет свой страх перед мятежниками и необходимость вести с ними открытую войну, то это... может вызвать поголовный бунт, против которого уже не справятся незначительные европейские гарнизоны" [Политика..., 1965, с. 230]. Выводцев убеждал российский МИД в том, что англичане хорошо понимают: население Малайи отнюдь не благоденствует под их властью. Он описывал те меры, которые были предприняты в финансовом и оборонном отношении в Сингапуре. В 1891 г. было объявлено об увеличении в два раза суммы на нужды колоний в Малайе: вместо 50 тыс. ф. ст., которые до этого времени платила колония Стрейтс Сеттльменте, было потребовано 100 тыс. ф. ст. В это же время были проведены военные маневры в Сингапуре - по защите его угольных складов, предназначенных для английского военно-морского флота [Политика..., 1965, с. 218].

Русская дипломатия, живо интересовавшаяся позициями англичан в Юго-Восточной Азии, от своих консульских представителей в Сингапуре получала в донесениях не только конкретные событийные описания "бунтов" против английской колониальной власти, но и, что особенно ценно, сюжеты "завладевания", как писал Выводцев, малайских территорий. В частности, А. М. Выводцев, сообщая о ситуации в Паханге, писал, что если восстание в султанате будет подавлено, то Паханг будет присоединен к колонии, а значит, Англия будет в выигрыше, "ибо эти бунты всегда ей в руку, так как почти вся Индия присоединена этим путем" [Политика..., 1965, с. 230]. Так и случилось в 1896 г., когда Паханг вошел в Федерацию малайских государств.

Выводцев в донесении в МИД от 18 (30) сентября 1891 г. делал и более широкие выводы относительно английской колониальной политики в Юго-Восточной Азии: "Думается мне, однако, что недолго малайские государства будут пользоваться относительной независимостью и что Индийская империя скоро будет граничить с Китаем...." [Политика..., 1965, с. 224].

В донесениях сменившего А. М. Выводцева на посту консула в Сингапуре А. О. Кистера в конце 1901 г. сообщалось о том, что Паханг и уже завоеванные княжества Перак, Селангор и Негри-Сембилан были объединены в 1896 г. в единую колонию под названием Федерация малайских государств во главе с генеральным резидентом, которым одновременно являлся английский губернатор Сингапура. Главами этих государств были султаны, согласившиеся принять британскую власть за определенное содержание, следовать советам английского колониального правительства по всем отраслям управления (кроме религии) и присылать войска в случае войны.

В начале XX в. основное внимание русских дипломатов оказалось привлеченным к двум султанатам - Джохору и Келантану, не вошедшим в Федерацию.

стр. 34
А. М. Выводцев уже в первый год своего пребывания в Сингапуре сообщал: "С постепенным возрастанием города и торговли Сингапура, равно его стратегического значения, увеличилось значение соседнего султаната "Джохор" - крайней территории Малайского полуострова, отделяемой от Сингапура самой узкой полосой Малаккского пролива. В руках честолюбивого соседа эта территория могла сделаться если не опасной для Англии, то, во всяком случае, причинять ей излишние беспокойства" [Политика..., 1965, с. 223]. Беспокойство было вызвано действиями в начале XX в. джохорского султана Ибрахим-шаха. В конце 1903 г. Ибрахим-шах выразил желание посетить Россию во время одного из своих европейских вояжей. Исполняющий обязанности консула в Сингапуре В. К. Рудановский после консультаций с МИД направил султану Джохора письмо, в котором сообщил, что Ибрахим-шах может совершить путешествие в Россию, а необходимые бумаги и сведения получить в русских посольствах в Париже, Лондоне и Берлине [АВПРИ, д. 1356, л. 6.]. В начале 1904 г. В. К. Рудановский писал, что задуманное Ибрахим-шахом посещение Германии и России должно "иметь характер дипломатический - заинтересовать Берлин и Петербург судьбой Джохора, так как в Англии вопрос об окончательном присоединении этого султаната к британским владениям есть в принципе дело решенное" [Политика..., 1965, с. 240].

Трудно сказать, насколько серьезны были намерения султана Ибрахим-шаха избежать включения Джохора в находящуюся под более строгим британским контролем Федерацию при помощи демаршей в столицах колониальных соперников Англии. Сведений о пребывании султана Джохора в России не имеется; поездка его, судя по всему, не состоялась. Но интересно, что в июне 1905 г. вопрос о поездке султана в Россию был снова поставлен и МИД разрешил ему со свитой посетить Россию в качестве частных лиц [АВПРИ, д. 1356, л. 4 - 5].

В мае 1914 г. генеральный консул в Сингапуре Н. А. Роспопов сообщил, что в Джохор назначен английский генеральный советник с функциями, аналогичными функциям резидентов в султанатах, входивших в Федерацию. Комментируя действия англичан, Роспопов писал, что "джохорскому султану прописывают стремление в Европу и утверждают, что британские советники... решительно противились этим поездкам, находя их нежелательными как в смысле расхода, так и ввиду опасности слишком большой эмансипации султана... Ныне султану разрешается некоторая личная свобода, но... взамен подведения его султаната под фактическое управление сэра Юнга"5 [Политика..., 1965, с. 246].

Северо-восточный малайский султанат Келантан стал фигурировать в донесениях русских дипломатов с 1902 г. Хотя в 1826 г. он был признан вассалом Сиама, английская администрация Малайи сумела добиться от султана различных уступок: например, подписать договор с "Дафф дивелопмент Ко" (основан Р. У. Даффом в 1899 г.), по которому половина территории султаната была передана компании в концессию. Правитель Келантана, пытаясь противостоять английской экспансии, увеличил пошлины на товары из английской колонии в Малайе. Это вызвало недовольство Лондона и Сингапура, и в 1902 г. губернатор Стрейтс Сеттльменте Ф. Э. Суиттенхэм отправился в Келантан для переговоров с султаном.

Русский поверенный в делах в Сиаме А. И. Лысаковский телеграфировал министру иностранных дел В. Н. Ламсдорфу 3 (16) сентября 1902 г.: "Здешнее правительство крайне озабочено агрессивной деятельностью Англии в малайских вассальных Сиаму княжествах. Недавно там образована полиция из сипаев; губернатор Сингапура осматривал княжества, прибыв на военном судне" [Политика..., 1965, с. 236.]. Со-

5 Янг (Young) - губернатор колонии Стрейтс Сеттльменте и верховный комиссар Федерации малайских государств.

стр. 35
бытия в Келантане комментировало и русское консульство в Сингапуре. Консул барон А. О. Кистер сообщал 3 (16) октября 1902 г.: "Оказывается, что султан Келантана дважды был в этом году в Сингапуре и всякий раз обращался к здешнему губернатору... с просьбой оказать содействие его стране в борьбе с пограничным Сиамом, желающим захватить эту богатую страну. Губернатор согласился оказать содействие, но требовал присоединения при этом Келантана к Федерации прочих малайских штатов, в сущности говоря, к полному подчинению Англии" [Политика..., 1965, с. 237].

Осенью 1902 г. Англия добилась от Сиама подписания специальной декларации о Келантане и Тренггану, по которой они признавались вассалами Сиама, но последний обязывался не вмешиваться в дела их внутреннего управления, а их внешняя политика была поставлена под контроль английских советников, находившихся на службе у сиамского правительства. Это облегчило Англии установление ее господства в этих султанатах в 1910 г.

Накануне Первой мировой войны в британских колониальных кругах возникла идея присоединения нефедерированных малайских султанатов (Джохор, Перлис, Кедах, Келантан, Тренггану) к Федерации. Присоединение Келантана было инспирировано тем же Р. У. Даффом. Султану Келантана была подана петиция, в которой предлагалось создать исключительные условия для деятельности английского капитала, для чего распространить на Келантан законодательство Федерации, а также пополнить администрацию английскими чиновниками, из Малайской гражданской службы [АВПРИ, д. 1363, л. 5 - 6]. Консул Н. А. Роспопов, критически оценивая появление петиции и "депутации всех сословий и народностей султаната Келантана", писал в донесении от 21 марта (3 апреля) 1914 г.: "Факт этот можно было предвидеть. Весь прошлый год велась в местной печати усиленная хвалебная кампания на тему о "поразительном" процветании Федеративных Штатов под британским руководством". Русский консул полагал, что "глубокое впечатление", оказанное на султана, как характеризовала сингапурская газета реакцию султана на петицию, "перейдет, вероятно, в самом непродолжительном времени в формальное присоединение к федерации, то есть, другими словами, к отождествлению султаната с английской колонией. История Малайи видела уже этот процесс много раз, когда в течение 50 лет к маленькой английской фактории Малакке постепенно присоединялись Негри, Сембилан, Селангор, Перак и Паханг (не говоря уже о Брунее, Лабуане, Сараваке и Северном Борнео)" [Политика..., 1965, с. 224 - 245].

Кроме чисто политических проблем представители консульства в Сингапуре большое внимание уделяли торговле России в ЮВА, сообщая о российских торговых судах, приходящих в порт, расписании прибытия и отбытия, стоянках и своевременной заправке, ремонте, погрузочно-разгрузочных работах и т.д. Сингапур являлся центром торговли в ЮВА и для России.

В 1871 г. Российское общество пароходства и торговли (РОПИТ), созданное в 1857 г., открыло пароходную линию между Одессой и портами Индии и Китая. Однако эти рейсы были нерегулярными и судов, несмотря на их увеличение, было мало6. В целом в морской торговле России со странами Азии было занято только 12% русских судов [ЦГИА РФ, л. 27об., 29.].

Деловые круги России требовали от правительства упорядочить рейсы пароходов РОПИТ, однако правительственная комиссия в 1875 г. восприняла это требование негативно по той причине, что "у России нет колоний в Индийском океане.., а торговые связи с Юго-Восточной Азией еще не таковы, чтобы побудить правительство к

6 В год открытия РОПИТ их было 18, а в 1869 г. - уже 70; торговая прибыль с 292022 руб. в 1857 г. выросла к 1870 г. до 4894250 руб. [Шавров..., СПб., 1873].

стр. 36
каким-нибудь чрезвычайным жертвам для учреждения в этих водах срочного и почтового пароходства под русским флагом..." [ЦГИА РФ, л. 27об., 29].

Не надеясь на правительственную помощь, частные российские инвесторы создали в 1879 г. Добровольный флот - частную пароходную компанию, которая организовала регулярные рейсы из Петербурга и Одессы в Индию, Юго-Восточную Азию, Китай и на русский Дальний Восток - в Петропавловск и Владивосток. Известный энтузиаст развития российского морского торгового судоходства в водах Юго-Восточной Азии Э. В. Кориандер считал деятельность Добровольного флота малоэффективной, поскольку эти суда возвращались с Дальнего Востока "зачастую с грузом, состоящим из нескольких бочонков кокосового масла или даже вовсе без груза, а также из-за несоблюдения графика рейсов этих судов" [Кориандер, 1885, с. 67 - 68].

Проблемы русского судоходства в морях Юго-Восточной Азии и торговли со странами этого региона привлекали внимание и А. М. Выводцева. Сингапур был единственным портом в этих водах, куда приходило значительное количество русских судов. Выводцев приводил следующие данные о регулярности рейсов Добровольного флота: по маршруту Одесса-Владивосток-Одесса в 1881 г. было пять рейсов, в 1885 г. - шесть, в 1896 - восемь, в 1898 - 24 рейса, причем из них 22 рейса - в Порт-Артур. Позже, в донесении от 15 (29) апреля 1909 г., он писал, что в Сингапур пришло "судов Добровольного флота - 40 единиц, из которых лишь 14 совершали здесь торговые операции, а остальные оставляли себе место для Коломбо, откуда брали больше партий чая; также Восточно-Азиатского общества - 11 судов, Северного общества - 4 и один парусник. Их общая вместимость составляла 1485000 тонн" [Политика..., 1965, с. 244]. В 1909 г. вывоз из Сингапура составлял 319.5 млн. мал. дол., а ввоз - 364.5 млн, на долю же российского экспорта приходилось лишь 3763404 дол., а импорта - 73 тыс. дол. [Политика..., 1965, с. 242]. Эта ситуация резко контрастировала с той, о которой писал русский консул М. М. Бакунин из Батавии. Туда приходило не более десятка русских кораблей в год, поэтому консул в Индонезии горько сетовал на то, что "русской торговли в этом отдаленном уголку крайнего востока не существует" [Бакунин, 1902, с. 97 - 99].

В Сингапуре, единственном порте ЮВА, существовала московская торгово-посредническая фирма "Щербачев, Чоков и К°". Однако Выводцев в донесении от 15 (28) апреля 1909 г. критикует ее деятельность: вместо того чтобы "познакомить рынок с русским товаром и покупать непосредственно от производителей", фирма занимается агентурой Добровольного флота; напротив, положительно он отозвался о русском мелком торговце Болтере, который скупает на прибывающих русских пароходах товары и поставляет им провизию. Поскольку эта торговля розничная, она достаточно дорогая, "тем не менее он распродает все". Поэтому Выводцев считал, что "если бы такая торговля была более крупной, а фрахты русских кораблей более дешевыми, то можно было бы открыть русской промышленности новый рынок" и получать "крупные доходы" [Политика..., 1965, стр. 242 - 243].

В том же донесении генеральный консул перечислял товары экспорта и импорта России, с которыми он имел дело в Сингапурском порту. В вывозе из Сингапура в Россию на первом месте стоит копра (300000 пикулей7 стоимостью в 2998 тыс. дол.), затем идет олово (4477 пикулей на 394707 дол.), копал8, ананасные консервы, рис, черный перец (на 397704 дол.); во ввозе почти единственным товаром являлся цемент. Кроме того, есть случайные партии папирос, спичек, рыбных консервов, икры (последние получал из Одессы Болтер). В Британской Малайе Россия частично заку-

7 1 пикуль - 61.76 кг.

8 Копал - природная ископаемая смола.

стр. 37
пала каучук и гуттаперчу - в 1896 г. на 388 тыс. руб., так же как и олово, в болванках (в 1897 г. - на 2113 тыс. руб.) [Внешняя..., 1898, с. 33, 40-42, 67, табл. VI, X].

В 1898 г., когда царская Россия по добыче нефти вышла на первое место в мире, она превратилась в мирового экспортера. В 1890 г. в Сингапур, по данным Выводцева, было вывезено 183601 ящик керосина, а за три месяца 1891 г. - еще 8200 ящиков [АВПРИ, д. 1355, л. 15 об.]. Но после русско-японской войны эти показатели резко снизились.

Выводцев предлагал меры для развития российской торговли в Сингапуре, в том числе пропаганду российских товаров, и даже сам беседовал с некоторыми русскими купцами, убеждая их получить образцы российских товаров и содействовать их распространению в Сингапуре [Политика..., 1965, с. 242]. Он перечислял те товары, которые привозятся в Сингапур из разных стран, но которые вполне можно было бы привозить из России: спички (Япония); мука (Суматра, Борнео, Саравак); масло (Австрия, Дания, Германия); кожевенные товары (Бельгия и Германия); нефть (Нидерландская Индия и США), а также конденсированное молоко, спирт, водка и т.д.

В 1907 г. стоимость торгового оборота Сингапура составила огромную цифру - 684 млн. дол., из которых 364 1/3 млн. пришлось на импорт, а 319 1/2 млн. - на экспорт. Выводцев сожалел, что на долю России приходится ничтожная доля: а именно... стоимость ввоза из России определилась в 73 тыс. дол. и 3763404 дол. - вывоз [Политика..., 1965, с. 242].

Керосин и смазочные масла из Батуми и Одессы везли в Индию, Китай, Японию через Сингапур. Но доставку нефтепродуктов осуществляли не русские, а иностранные суда и компании. Например, ввозом наливного русского керосина в Сингапуре занималась английская фирма "Самюэль и К°". Поэтому в 1900 г. РОПИТ поставило вопрос о создании русской пароходной компании, базирующейся непосредственно в Сингапуре, а также о строительстве своего нефтеналивного флота, чтобы освободиться от зависимости от английских компаний. В этом же году председатель общества Н. И. Жеванов писал в департамент торговли и мануфактур, что "ввиду значительного движения русских судов было бы полезно учредить извозные линии, соединяющие Сингапур с ...питающими его портами, для извоза грузов на русские пароходах, возвращающихся с Дальнего Востока большей частью пустыми" [Политика..., 1965, с. 232 - 233]. Ему вторил Выводцев, который считал необходимым, чтобы Россия снизила фрахты и сделала более регулярными рейсы судов Добровольного флота и Восточно-Азиатского общества и чтобы они заходили в порты Средиземного моря за товарами, а не шли порожняком обратно во Владивосток, и, главное, чтобы в Сингапуре была организована русская фирма для покупки товаров непосредственно от производителей [Политика..., 1965, с. 242 - 243].

Представляется, что к концу XIX - началу XX в. в водах Юго-Восточной Азии было немало русских морских судов. Однако плохая организация рейсов и слабые возможности самого торгового обмена не способствовали серьезному проникновению России на местные рынки. Так, в Сингапуре у России не было ни складских помещений, ни посреднических фирм.

Несомненно, российский товарооборот в ЮВА увеличился, особенно в связи с ростом торгового флота, но русские экономисты, промышленники, коммерсанты, а также консульские представители серьезно критиковали торговую деятельность Добровольного флота еще и из-за нецелевого использования им своих судов: военного морского крейсерства в Тихом океане, перевозки войск и снаряжения, паломников в Мекку, переселенцев на Дальний Восток и даже для доставки на Сахалин ссыльных [Поггенполь..., 1903, с. 177].

Кардинальной причиной слабого развития русской торговли со странами Юго-Восточной Азии была нехватка русских товаров, вывозимых с Дальнего Востока из-за

стр. 38
слабого развития там промышленности. Именно это отметил в начале 1909 г. Выводцев, когда писал, что торговля могла бы быть "успешнее... если бы на окраине Сибири, во Владивостоке были установлены русские заводы и фабрики. Тогда по близости пути (10 дней) мы могли бы конкурировать с фрахтами из Европы настолько выгодно, что вытеснили бы отсюда много германского и другого товара. Так, отделения спичечных фабрик, мукомольные мельницы, особенно устройство фабрик консервов русских рыб, столь дешевых в Сибири, могли быть и в Китае, и в Индокитае, Сиаме и на Малаккском полуострове с Сингапуром в центре. Ведь не боги горшки обжигают, и что могут другие, почему же не сделать это нам, русским?" [Политика..., 1965, с. 242].

В начале XX в. дальневосточные окраины России были отсталыми, захолустными, неспособными производить необходимые для торговли в регионе товары. Мало что изменилось с того времени, когда в начале XIX в. воодушевленный идеей торговых связей Дальнего Востока и Приморья П. Добелл, добившись открытия первого российского консульства на Филиппинах, был вынужден отказаться от своих грандиозных планов буквально после первого захода парохода "Бородино" в Манилу именно по причине отсутствия товаров, которые требовались на ее рынке [Козлова, 1986, с. 97].

Значительное внимание русское консульство в Сингапуре уделило восстанию индийского полка в феврале 1915 г., во время Первой мировой войны. В это время оживилась деятельность индийских революционных организаций, некоторые из которых рассчитывали на помощь Германии. Подготовкой антианглийского восстания руководили эмигрантские революционные центры, главным из которых была штаб-квартира партии "Гхадар" в Сан-Франциско. Гхадаровские и мусульманские подпольные группы распространяли листовки и вели устную пропаганду, призывая бороться против английского господства не только в Индии, но и в странах Юго-Восточной Азии и на Цейлоне, где существовало значительное индийское население и находились индийские воинские и полицейские части.

Россия, как союзник Англии в мировой войне, оказалась непосредственным участником подавления восстания в Сингапуре. Поэтому тон донесений генерального консула в Сингапуре Н. А. Роспопова, командира крейсера "Орел", десант которого принимал участие в подавлении восстания, и капитана 2-го ранга П. П. Винокурова был враждебным по отношению к повстанцам.

Вечером 2(15) февраля 1915 г. солдаты 5-го индийского полка легкой пехоты, получив известие о переводе в Гонконг, "встали в ружье", убили полкового командира и офицеров. Они направились к баракам, в которых помещались военнопленные немцы, и освободили их. Восстала половина полка, состоявшая из раджпутов, в то время как патаны к ним не примкнули. Солдаты рассыпались по дорогам, ведущим к городу, и убили нескольких английских офицеров и гражданских лиц. Немецкие пленные осадили дом полковника, где укрылись офицеры и волонтеры. Утром 3(16) февраля в Сингапуре царила напряженная обстановка: "Город казался вымершим. В центральной части ее мужское европейское население на часах, вооруженное. На всех перекрестках расклеиваются плакаты о немедленной высылке детей и женщин на предоставленный специально для них транспорт "Нил" (впоследствии было предоставлено еще 4, и их не хватает). Вскоре после этого - новые плакаты об осадном положении... По городу ходили уже самые тревожные слухи: говорили, что гарнизон взбунтовался и с минуты на минуту ждут нападения на город; что китайцы и малайцы под впечатлением отчасти этого бунта, отчасти праздничного угара (шел китайский Новый год. - М. К.) резко высказывают свою неприязнь к белым; что можно ожидать резни и т.д." [Политика..., 1965, с. 131 - 132].

Роспопов дал срочную телеграмму в МИД: "Ночью произошел мятеж гарнизона. Спешно вызван из Пинанга крейсер "Орел"" [АВПРИ, д. 1365, л. 4]. Английские вла-

стр. 39
сти опасались восстания других индийских частей, о чем русский консул писал 4 - 5 (17 - 18) февраля: "Общее положение считается опасным, в особенности ввиду того, что расположенный вне Сингапура другой полк настроен также тревожно, и если возмутится, то с ним справиться будет нелегко, так как он имеет полное боевое снабжение".

В Пинанге стоял русский крейсер "Орел", к капитану которого обратились английские власти, крайне встревоженные восстанием в Сингапуре, с просьбой "оказать помощь десантом в случае бунта индусских солдат, которых в Пинанге имеется около 400 человек". Капитан "Орла" П. П. Винокуров немедленно донес об этом событии военному министру адмиралу И. К. Григоровичу, и в тот же день получил телеграмму от российского консула Роспопова с указанием: "Ввиду мятежа гарнизона, спешно выходите в Сингапур, приняв всех русских и соблюдая в пути крайнюю осторожность и боевую готовность..." [Политика..., 1965, с. 255].

На помощь англичанам в Сингапуре пришли и другие союзники. Кроме "Орла", как телеграфировал министру иностранных дел С. Д. Сазонову русский посол в Японии Н. А. Малевский-Малевич 4 (17) февраля 1915 г., "посылаются спешно японские крейсера "Цусима" и "Оттова" и возвращается в Сингапур французский крейсер "Монт Кальм"" [Политика..., 1965, с. 247].

В Сингапуре строились баррикады на подходе к полицейскому зданию, около него происходила раздача оружия "всем способным нести караульную службу" (вплоть до 60-летних), собирались добровольцы у японского консульства. Общее возбуждение усилилось эвакуацией "белого" населения на транспорт "Нил". Как сообщал Роспопов, на транспорте собралось не менее 2000 беженцев, так что ему самому, занятому многочисленными делами в консульстве по координации действий (посылкой многочисленных телеграмм, в том числе - IV политическому отделу МИД, командующему эскадрой во Владивостоке адмиралу Шульцу, командиру крейсера "Орел", П. П. Винокурову в Пинанг), не удалось отправить свою жену и домочадцев на "Нил" [Политика..., 1965, с. 248].

Английский шеф полиции Сингапура предупредил Роспопова о том, что оставаться для него и его сотрудников в помещении консульства опасно. Роспопов переехал в гостиницу, уложив в сейф "шифры, печати и книги", а также наиболее важные документы. На следующий день он сумел съездить в консульство, чтобы убедиться в его безопасности [Политика..., 1965, с. 249 - 250.]. С приходом "Орла" Роспопов предполагал вернуться в консульство с двумя-тремя вооруженными матросами "на случай экстренных сношений с крейсером, фрегатом и адмиралом".

Крейсер "Орел" прибыл на рейд Сингапура утром 9 (22) февраля 1915 г. Русский десант - 40 матросов и 3 офицера, вооруженных винтовками и двумя пулеметами, - занял позицию на севере острова, чтобы "охранять... конечную станцию железной дороги и поездов на переправе через пролив, которая производилась с помощью паромов", и не дать повстанцам переправиться через пролив в Джохор. Эта операция прошла удачно, и мятежники были захвачены еще до того, как попытались переправиться через пролив. В этом столкновении русского десанта с повстанцами 7 (20) февраля в перестрелке между индийскими солдатами и одним из аванпостов десанта были ранены два матроса.

Русские десантники предотвратили наступление мятежников через пролив к столице Джохора и сумели быстро передислоцироваться на противоположную сторону пролива, обеспечить охрану дворца султана. Благодаря таким действиям "мятежники сдались, сложив оружие самому джохорскому владетелю". Последний оказал российским десантникам любезный прием, организовав в своей резиденции для них обед, о чем впоследствии сообщил П. П. Винокуров морскому министру И. К. Григоровичу; вернувшемуся в город десанту произвел смотр английский губернатор колонии. В том же донесении от 17 февраля (3 марта) П. П. Винокуров, написал, что "вскоре надобность в на-

стр. 40
шем десанте миновала, так как из мятежников осталось незахваченными только 60 человек, с которыми английские власти решили справиться самостоятельно" [Политика..., 1965, с. 255 - 257].

8 донесениях русского консула и командира крейсера "Орел" фигурируют три официальные версии о причинах восстания, выдвинутые английскими властями: рознь между раджпутами и патанами, неудовольствие по поводу недавних экзаменов на офицерские чины, агитация германских агентов в Сингапуре, которые сумели "на религиозной почве, в связи с военными действиями против Турции, возбудить ненависть сипаев к англичанам настолько, что они начали мятеж".

Русские очевидцы восстания скептически отнеслись к этим версиям. П. П. Винокуров писал: "Недовольство же производством в офицеры нежелательных для солдат лиц было лишь поводом к мятежу". Дипломаты высказывались еще более определенно, усматривая прямую связь восстания с освободительным движением в Индии и деятельностью индийских революционеров. В секретном сообщении от 1 (14) апреля 1915 г. русскому генеральному консулу в Калькутте К. Д. Набокову Н. А. Роспопов писал: "От двух лиц, очень близко стоящих к колониальному правительству, имею сведения, что мятеж был следствием мусульманского движения. И существовало опасение, что он будет иметь отголосок в Индии..." [Политика..., 1965, с. 258.]. Роспопову вторил русский консул в Коломбо Б. Кадомцев: "Характер мятежа показал, что последний был подготовлен магометанскими агитаторами и имел своей целью свержение английского владычества в Индии" [Райков, 1964]. Русские дипломаты с их повышенным интересом к панисламизму поддержали версию о связи с ним сингапурского восстания.

Четвертьвековая деятельность русского консульства в Сингапуре - с 1890 по 1915 г. (консулы А. М. Выводцев, А. О. Кистер, В. К. Рудановский, Н. А. Роспопов) - была значимой для понимания ситуации в Юго-Восточной Азии накануне Первой мировой войны и действий в регионе главной соперницы России - Великобритании. Особое внимание к северным малайским княжествам объяснялось тем, что они были вассалами Сиама, с которым Россия стремилась установить связи именно в этот период.

До англо-русского соглашения в 1907 г. консульские представители, несомненно, придерживались антианглийских настроений, упоминая как можно чаще о выступлениях в Малайе против английской власти, опасавшейся их из-за возможного влияния на ситуацию в главной британской колонии - Индии. Естественно, и английским властям Малайи было малоприятно стремление джохорского султана Ибрахима отправиться в начале 1904 г. в Россию и Германию для противодействия экспансии англичан9, о чем сообщил консул В. К. Рудановский10.

Однако в целом, судя по донесениям в МИД российских консулов, взаимоотношения их с британскими колониальными властями в Сингапуре не носили конфликтного характера11, а скорее были протокольно вежливыми. Не оправдались и опасения

9 Об обращении Ибрахима за помощью к Германии нет упоминаний в английских источниках.

10 Правда, он не обсуждал проблему - "насколько может быть желательным для России вмешательство в дела Джогора" [Политика..., 1965, с. 240].

11 Лишь об одном конфликтном случае упоминает Выводцев, происшедшем в самом начале его прибытия в английскую колонию: заместитель губернатора приравнял суда Добровольного флота, перевозившие русских новобранцев, к военным, и запретил им заходить в сам порт, оставаясь, правда, на рейде Сингапура. По прибытии самого губернатора Диксона последний на протест Выводцева снова разрешил "прежнюю свободу входа в порт нашим судам и даже военным (по предварительному извещению) для заправки их углем". Выводцев заслужил по этому поводу одобрение начальника русской эскадры в Тихом океане. Диксон даже объяснил Выводцеву лично, что ошибка его заместителя объясняется необходимостью не допустить подорвать "значение Сингапура, как угольного склада каким-либо "coup de main" (налета) для нанесения ущерба престижу империи и временного разорения всей политики" [Политика..., 1965, с. 216].

стр. 41
консулов о закрытии для русских судов Сингапура в годы войны с Японией. В конце периода коренным образом изменилась политическая обстановка: Россия и Англия (вместе с Францией и Японией) стали союзниками в Первой мировой войне; поэтому русские суда, в том числе и военные, свободно проходили для стоянки и заправки в Сингапур. Более того, когда произошло восстание индийского гарнизона в Сингапуре, английские власти попросили помощи союзников, суда которых, в том числе и российский крейсер "Орел", участвовали в подавлении восстания, заслужив благодарность колониальных английских властей. Российское консульство в Сингапуре продолжало деятельность и после Февральской революции при Временном правительстве.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

АВПРИ (Архив внешней политики Российской империи). Ф. Тихоокеанский стол.

Бакунин М. М. Тропическая Голландия. Пять лет на острове Яве. СПб, 1902.

Бессмертный А. Р. Русская армия и флот в XIX в. М., 1973.

Внешняя торговля России в 1897 г. СПб., 1898.

Гончаров И. А. Фрегат Паллада. Собр. соч., т. 2 - 3. М., 1952 - 1953.

История Востока. Т. IV, кн. 2. М., 2005.

Козлова М. Г. Россия и страны Юго-Восточной Азии. М., 1986.

Кориандер. Торгово-статистический очерк Явы в связи с будущностью русской торговли в Индийском океане. СПб., 1885.

Краснов А. Н. Под тропиками Азии. М., 1956.

Крестовский В. В. В дальних водах и странствиях. М., 1997.

Поггенполь М. Очерк возникновения и деятельности Добровольного флота за время XXV-летнего существования. СПб., 1903.

Политика капиталистических держав и национально-освободительное движение в Юго-Восточной Азии (1871 - 1917). Документы и материалы. Ч. I. М., 1965.

Райков А. В. Антиколониальные восстания в Сингапуре и на Цейлоне (по данным донесений русских дипломатов) // Краткие сообщения Института народов Азии. 1964, N 75.

ЦГИА РФ (Центральный государственный исторический архив Российской Федерации). Ф. 107. Оп. 1.

[Шавров Н.] О путях для торговли России с Азией. Доклад, представленный в Общество для содействия русской промышленности и торговли членам Общества Н. Шавровым 29 ноября 1872 г. СПб., 1873.


© libmonster.ru

Permanent link to this publication:

https://libmonster.ru/m/articles/view/РОССИЙСКОЕ-КОНСУЛЬСТВО-В-СИНГАПУРЕ-КОНЕЦ-XIX-НАЧАЛО-XX-в

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Ivan ProkhorovContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://libmonster.ru/Ivan

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

М. Г. КОЗЛОВА, РОССИЙСКОЕ КОНСУЛЬСТВО В СИНГАПУРЕ (КОНЕЦ XIX - НАЧАЛО XX в.) // Moscow: Libmonster Russia (LIBMONSTER.RU). Updated: 09.07.2024. URL: https://libmonster.ru/m/articles/view/РОССИЙСКОЕ-КОНСУЛЬСТВО-В-СИНГАПУРЕ-КОНЕЦ-XIX-НАЧАЛО-XX-в (date of access: 16.07.2024).

Found source (search robot):


Publication author(s) - М. Г. КОЗЛОВА:

М. Г. КОЗЛОВА → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Rating
0 votes
Related Articles
А. ИВАСИТА. 4000 КИЛОМЕТРОВ ПРОБЛЕМ. РОССИЙСКО-КИТАЙСКАЯ ГРАНИЦА
4 hours ago · From Ivan Prokhorov
М. А. ПАНОВА. РУССКИЕ В ТУНИСЕ. СУДЬБА ЭМИГРАЦИИ "ПЕРВОЙ ВОЛНЫ"
4 hours ago · From Ivan Prokhorov
АЛЛЕГОРИЗМ И ГИПЕРБУКВАЛИЗМ В БИБЛЕЙСКИХ ТОЛКОВАНИЯХ ОРИГЕНА: ПАРАДОКС ИЛИ ЕДИНСТВО ГЕРМЕНЕВТИЧЕСКОГО МЕТОДА?
9 hours ago · From Ivan Prokhorov
А. В. ЛУКИН. МЕДВЕДЬ НАБЛЮДАЕТ ЗА ДРАКОНОМ. ОБРАЗ КИТАЯ В РОССИИ В XVII-XXI ВЕКАХ
20 hours ago · From Ivan Prokhorov
СРЕДНЕВЕКОВАЯ МОНГОЛЬСКАЯ ЛИТЕРАТУРА: ОПЫТ ИСТОРИОГРАФИИ В РОССИИ (XIX век)
21 hours ago · From Ivan Prokhorov
ДИАЛОГ КУЛЬТУР И ПАРТНЕРСТВО ЦИВИЛИЗАЦИЙ НА БЕРЕГАХ НЕВЫ
Yesterday · From Ivan Prokhorov

New publications:

Popular with readers:

News from other countries:

LIBMONSTER.RU - Digital Library of Russia

Create your author's collection of articles, books, author's works, biographies, photographic documents, files. Save forever your author's legacy in digital form. Click here to register as an author.
Library Partners
РОССИЙСКОЕ КОНСУЛЬСТВО В СИНГАПУРЕ (КОНЕЦ XIX - НАЧАЛО XX в.)
 

Editorial Contacts
Chat for Authors: RU LIVE: We are in social networks:

About · News · For Advertisers

Libmonster Russia ® All rights reserved.
2014-2024, LIBMONSTER.RU is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Russia


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of affiliates, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. Once you register, you have more than 100 tools at your disposal to build your own author collection. It's free: it was, it is, and it always will be.

Download app for Android