Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: RU-8902

Share with friends in SM

I

Среди творцов русской военной стратегии нет второго, кто был бы так несправедливо забыт, как фельдмаршал Петр Александрович Румянцев. За последнюю четверть века его имя встречается разве только в общих курсах истории военного искусства; кроме того в 1940 году были опубликованы касающиеся его документы, а вслед за ними статья в "Военно-историческом журнале"1 . И это - все.

Имя Румянцева обратилось в пустой звук не только для широких кругов; даже люди, для которых знание русской военной истории казалось бы обязательным, часто имеют о Румянцеве самое туманное и притом искаженное представление, как это можно, например, видеть на примере некоторых авторов новых книг о Суворове2 .

Между тем знакомство с Румянцевым необходимо для правильного понимания военной и общей истории эпохи, в которую он жил: "По своему значению Румянцев больше всех приблизился к Петру Великому", - основательно утверждал один из виднейших военных историков3 . "Non solum armis" ("Не только оружием") - гласил девиз Румянцева. Он одинаково значительно проявил себя и как "главный командир Малороссии" и как дипломат, как виднейший реорганизатор и воспитатель русской армии и как замечательный полководец. Своими победами он стяжал себе мировую известность.

Румянцева чаще всего представляют себе екатерининским вельможей, черты которого с таким мастерством передал в красках Левицкий и в мраморе - Шубин; при этом забывают, что среди войск он пользовался славой любимого фельдмаршала и "прямого солдата", как звали его рядовые4 ; Суворов считал его своим учителем, а для передовой части русского командования того времени Румянцев был "знаменитый муж, известный всему свету знанием ремесла нашего, разумом, великостью и неустрашимостью..."5 .

Нелюбимый императрицей, далекий от двора, Румянцев умер в одиночестве в своем ташаньском дворце. В тот период общественное внимание было приковано к реформам царствования Павла. Потом в Европе разыгрались великие события. Триумфы Суворова, военная слава Наполеона, борьба с ним, Кутузов и Отечественная война - все это заслонило недавнее военное прошлое и фигуру Румянцева.

Тем не менее уже в 1803 г. появилась книга, заключавшая в себе попытку дать биографию и характеристику фельдмаршала6 , а в 1811 г. был опубликован сборник документов и воспоминаний о нем. Оба издания долгое время служили главным источником сведений для последующих биографов Румянцева (например Бантыш-Каменского, Чичагова и других7 ), пользовавшихся кроме того опубликованной в первом десятилетии XIX в. его перепиской с Екатериной II8 . Важным материалом для


1 Коробков Н. "Ларга и Кагул". "Красный архив" N 6 за 1940 год; его же "Фельдмаршал П. А. Румянцев-Задунайский". "Военно-исторический журнал" N 1 за 1941 год.

2 Григорьев С. "Александр Суворов". 1940. Осипов К. "Суворов". М. 1941.

3 Масловский Д. "Записки по истории военного искусства в России", Вып. 2-й, стр. 3. СПБ. 1894.

4 Центральный военно-исторический архив (ЦВИА), фонд Военно-ученого архива (ВУА) N 1820. Ч. 1-й, л. 90.

5 Хрущев А. "Размышление, в каком состоянии армия была в 1764 г. и проч.". Сборник Главного управления генерального штаба. Вып. 3-й, стр. 63 - 64. 1909.

6 Сазонович И. "Жизнь гр. П. А. Румянцева-Задунайского. В 4-х частях". М. 1803.

7 Анекдоты, объясняющие дух фельдмаршала гр. П. А. Румянцева-Задунайского. СПБ. 1811.

8 Бантыш-Каменский Д. "Словарь достопамятных людей русских". Т. IV. М. 1836; его же "Биографии российских генерал-фельдмаршалов". СПБ. 1840. Чичагов Н. "Жизнь ген.-федьдмаршала и генералиссимуса гр. П. А. Румянцева-Задунайского". СПБ. 1849; "Переписка имп. Екатерины II с разными особами". М. 1807; "Письма Екатерины II к гр. П. А. Румянцеву-Задунайскому". "Сын отечества". Т. 64 за 1834 год.

стр. 75

изучения военной деятельности Румянцева были да и остаются "Журналы о военных действиях" за соответствующие годы.

Огромный архив Румянцева, хранившийся в его последней резиденции - Ташани, долго оставался недоступным. Позднее он был вывезен в Чернигов, где большая часть погибла, а остатки его, доставленные в Киев, были разобраны историками Судиенко и Саковичем и позже опубликованы1 .

Во второй половине XIX в. интерес к Румянцеву оживляется. Ряд касающихся его материалов появляется в "Сборниках" Русского исторического общества, Харьковского историко-филологического общества, в "Чтениях" Общества Нестора-летописца, в "Записках" Одесского общества истории и древностей, а также в таких изданиях, как "Русская старина", "Русский архив", "Старина и новизна", "Северный архив", "Киевская старина" и др.2 . Чрезвычайно важные документы были опубликованы в "Сборниках военно-исторических материалов"3 .

Поскольку Румянцев играл крупную рель в самых различных областях государственной жизни своего времени, немало относящихся к нему сведений и материалов рассыпано в общих публикациях документов4 , в публикациях писем разных лиц, записок и воспоминаний (например Храповицкого, Эрнста, Миниха, Энгельгардта, Каульбарса, Болотова, Лопухина, Вигеля и др.), Его переписка с сестрой - гр. Брюс - и письма его жены, изданные гр. Д. Л. Толстым, содержат очень красочные материалы для характеристики семейной и интимной жизни фельдмаршала.

Обширные материалы о Румянцеве хранятся в Центральном военно-историческом архиве5 и в Архиве древних актов.

Появление новых документов повлекло за собой издание значительного количества работ, имеющих прямое или косвенное отношение к Румянцеву и опубликованных большей частью в вышеперечисленных периодических органах (особенно в "Киевской старине"), "Журнале министерства народного просвещения", "Москвитянине", "Военных сборниках", "Журнале военно-исторического общества" и других6 . Из более крупных работ должны быть отмечены труды Бутурлина, Богдановича, Саковича, Петрова7 . Из более новых изданий надо особо выделить труды Д. Мас-


1 Архив военно-походной канцелярии гр. П. А. Румянцева. Сообщил М. О. Судиенко. "Чтения общества истории и древностей российских". ("Чтения..."). Т. I. Кн. 1-я за 1865 год; т. II. Кн. 2-я; т. III. Кн. 1-я; т. IV. Кн. 4-я за 1866 год; кн. 1 - 2-я за 1876 год; "Бумаги, до управления Малороссиею гр. П. А. Румянцева-Задунайского относящиеся". Сообщат М. Судиенко. "Чтения..." за 1861 год. Кн. 1-я. В разное время издано также значительное количество записок, проектов, реляций, донесений, докладов Румянцева, на описании которых здесь не останавливаемся.

2 Как наиболее важные из них отметим: Багалей Д. "Материалы для истории колонизация и быта Харьковской и др. областей". "Сборник Харьк. ист.-фил. общ.". Т. II. Харьков. 1890; Барсуков А. "Письма к гр. Румянцеву от его родителей 1735 - 1768 гг.". "Старина и новизна". Кн. 3-я; Барсуков Н. "Дневник А. В. Храповицкого". "Русский архив". М. 1901 с отд. изд.; Бычков А. "Гр. П. А. Румянцев-Задунайский". "Его письма". "Русская старина". 1873. Т. VII; "Донесения о болезни и смерти П. А. Румянцева-Задунайского". "Чтения..." за 1859 год. Т. III; Майков П. "Письма А. А. Безбородка к гр. П. А. Румянцеву". "Старина и новизна" за 1901 год. Кн. 4-я; "Письма братьев Орловых к гр. П. А. Румянцеву". "Старина и новизна" за 1897 год. Кн. 1-я; "Письма Екатерины II к гр. П. А. Румянцеву-Задунайскому". "Северный архив" за 1822 год. Ч. 1-я и 2-я; "Письма Екатерины II к гр. Румянцеву". "Сын отечества" за 1834 год. Т. 164; "Материалы для биографии П. А. Румянцева-Задунайского". "Киевская старина" за 1895 год. Т. VIII и X. Сборники Русского исторического общества. Тт. V, VI, XV.

3 Сборник военно-исторических материалов под редакцией акад. Н. Дубровина. Вып. III, IV, VI, VIII. СПБ. 1893 - 1895.

4 См., например, "Архив Государственного Совета" за 1880 год. Т. I-II; "Архив кн. Воронцова" (в ряде томов) и т. п.

5 Из опубликованных описей надо указать каталог Московского отделения общего архива главного штаба. Вып. 3-й, прил. XIV, и Опись дел фельдмаршалов гр. Румянцева-Задунайского и кн. Потемкина-Таврического, под ред. Д. Ф. Масловского. СПБ. 1892.

6 Лазаревский А. "По поводу ста лет от смерти гр. П. А. Румянцева". "Киевская старина" за 1896 год. Т. 55; "Материалы для биографии гр. П. А. Румянцева-Задунайского". "Киевская старина" за 1895 год. Т. 48; Шанков А. "К биографии гр. П. А. Румянцева-Задунайского". "Исторический вестник" за 1902 год. Т. 89; Чихачов К. "Жизнь гр. П. А. Румянцева-Задунайского". "Москвитянин" за 1850 год. Ч. IV; Масловский Д. "Ларгокагульская операция гр. П. А. Румянцева". "Киевская старина" за 1895 год. Т. 48; его же, с тем же названием. "Военный сборник" NN 8 - 9 за 1893 год; Стороженко Н. "Реформы в Малороссии при гр. Румянцеве". "Киевская старина" NN 8 - 9 за 1891 год; Багалей Д. "Генеральная опись Малороссии". Эпизод из деятельности гр. П. А. Румянцева-Задунайского". "Киевская старина" N 11 за 1883 год и пр.

7 Бутурлин Д. "Картина войн России с Турцией в царствование имп. Екатерины II и имп. Александра I". СПБ. 1829; Богданович М. "Русская армия в век Екатерины". "Военный сборник" N 12 за 1873 год; его же "Походы Румянцева, Потемкина и Суворова в Турцию". СПБ. 1852; Сакович П. "Исторический обзор деятельности гр. Румянцева-Задунайского и

стр. 76

ловского к Н. Дубровина1 , отчетливо и объективно вскрывших историческое значение Румянцева как преобразователя русской армии и выдающегося полководца, а также монографию Максимовича2 , осветившего деятельность Румянцева как правителя Украины. Ряд посвященных Румянцеву страниц находим и в общих трудах по истории России, русской военной истории, в энциклопедических словарях и в многочисленных монографиях по отдельным вопросам общей и военной истории XVIII в., перечислять которые в настоящем обзоре не представляется возможным.

II

Граф Петр Александрович Румянцев, впоследствии фельдмаршал Румянцев-Задунайский, родился 4 января 1725 г. в Москве. Первоначальная карьера его благодаря связям отца была головокружительна. В 18 лет он уже был пожалован чином полковника; в 30 лет его произвели в генерал-майоры. В это время он, резко изменив образ жизни, со всем пылом свойственного ему темперамента занимается глубоким изучением военного дела, накапливанием знаний в этой области. В период подготовки войны с Пруссией Румянцев выделялся из среды остальных генералов не только острым умом и энергией, но и глубиной военных знаний.

С того же времени в деятельности Румянцева ярко отразилась его глубокая принципиальность в вопросах, важных для армии. Не соглашаясь во многом с установленными воззрениями, он упрямо отстаивая собственную точку зрения, невзирая на то что это вызывало озлобление у высшего начальства и, следовательно, препятствовало его продвижению на высокие посты.

Со вступлением России в Семилетнюю войну (1756) деятельность Румянцева стала особенно заметной. Под Гросс-Егерсдорфом 19 августа 1757 г.3 два полка бригады Румянцева и вновь собранные им рассеянные в лесу солдаты решили исход сражения: "продравшись" через болотистый лес, они подкрепили полуразбитый русский фронт и штыковым ударом решительно отбросили пруссаков, потерпевших затем полное поражение.

Зимой 1757 - 1758 г. Румянцев обучал подчиненные ему кавалерийские полки и проявил себя как прекрасный военный воспитатель. Во главе этих частей Румянцев зимой 1758 г. занял Тильзит; вместе с войсками Ивана Салтыкова он вступил в Лабиау, Кенигсберг, Эльбинг, а после завоевания Восточной Пруссии продолжал работу по реорганизации кавалерии.

Во время сражения под Цорндорфом дивизия Румянцева в результате неправильных распоряжений главнокомандующего ген. Фермора оказалась отрезанной от главной армии и, не получая верных сведений о ходе дел, не приняла участия в битве. Впоследствии Фермор, стараясь реабилитировать себя, объяснял неудачный исход дела пассивностью Румянцева. Крупный конфликт между обоими генералами возник зимой 1758 - 1759 г. из-за решительного протеста молодого Румянцева против принятой главнокомандующим кордонной системы расположения войск на зимние квартиры. Система эта была типичным продуктом западноевропейской военной мысли, вытекала из универсальной практики наемных армий с ее обязательным линейным строем, маневренной тактикой и стратегией истощения противника. В этом конфликте Румянцев выступал как носитель идеи национальной армии, свойства которой позже получили свое отражение в стратегии и тактике как самого Румянцева, так и его младших современников - Суворова, Кутузова и других военных деятелей.

В результате ссоры с Фермором Румянцев был устранен из действующей армии: его назначили начальником тылового корпуса. Однако и в этой должности он действовал не обычно, а вопреки установленным западной доктриной, принципам. Вместо того чтобы растянуть расположение войск, назначенных для охраны течения Нижней Вислы, он сосредоточил свои силы в центре оборонительной линии. Главное командование отсылало из армии "за ненадобностью" значительную часть легких конных частей, а Румянцев всячески старался расширить состав своей кавалерии и организовал в своих частях прекрасную разведовательную службу, отсутствие которой так вредно отзывалось на операциях армии в 1757 - 1758 годах. В то время когда западная теория рассматривала армию как инородное тело, изолированное от общегосударственной и хозяйственной организации, Румянцев требовал подчинения ему всех тыловых хозяйственных учреждений, деятельность которых он хотел видеть вполне скоординированной и направляемой в соответствии с задачами войска.

Все эти принципы, продиктованные условиями войны, находили сторонников и среди других генералов, таких, как З. Чернышев, П. Панин, позднее и П. Салтыков; еще более живой отклик они вызвали в армейской массе. Скованная и обессиленная чуждыми ей западными порядками, армия


его сотрудников с 1775 по 1780 гг.". "Русская беседа" за 1858 год. Тт. II, III, IV; Петров А. "Влияние турецких войн с половины прошлого столетия на развитие русского военного искусства". СПБ. 1893; его же "Война России с Турцией и польскими конфедератами с 1769 по 1774 гг.". СПБ. 1866 - 1874; его же "Вторая турецкая война, 1787 - 1791 гг.". Тт. I-II. СПБ. 1880.

1 Масловский Д. "Записки по истории военного искусства в России". Вып. 2-й. СПБ. 1894; его же "Примечания и приложения к запискам по истории военного искусства в России". Вып. 2-й СПБ. 1894; его же Предисловие к сборнику "Письма и бумаги Суворова, Потемкина, Румянцева 1787 - 1789 гг." М. 1889; Дубровин Н. "Суворов среди преобразователей екатерининской армии". М. 1876.

2 Максимович Г. "Деятельность Румянцева-Задунайского по управлению Малороссией". Т. I. Нежин. 1913.

3 Даты приводятся по старому стилю.

стр. 77

медленно и с трудом освобождалась от них, постепенно развивая собственную тактику "русского боя", русскую стратегию. Контуры этой стратегии наметились уже в кампаниях 1757 - 1761 гг., но получили более конкретное, законченное выражение только в последнем ее этапе: в блестящей "Кольбергской экспедиции", операции, вполне самостоятельно проведенной Румянцевым1 .

III

По плану, составленному в Петербурге Конференцией при высочайшем дворе на основе неполных и неверных сведений, корпус, предназначенный для осады Кольберга, сведен был из частей, разбросанных в разных местах; дополнительное подкрепление он должен был получить на месте ввиде десанта.

Готовясь к осаде, Румянцев переформировал свои части: создал гренадерские трехротные батальоны с хорошо организованной артиллерией; мушкетерские полки пополнил особыми запасными ротами; для несения караульной службы образовал "штабной" батальон и эскадрон, установил обязательное выделение резерва. Впервые в русской армии были сформированы из охотников легкие батальоны - прообраз будущих егерей - и введено обучение действиям в рассыпном строю.

Весь подготовительный период, длительность которого вызывалась главным образом задержкой десанта, Румянцев использовал для энергичного обучения войск, в частности не применявшемуся ранее боевому действию колоннами. Были организованы правильные, хорошо охраняемые сообщения, налажено бесперебойное снабжение, причем транспортные средства в значительной мере были мобилизованы у окрестного населения. На всем протяжении операции образцово действовала разведка.

Система сильнейших естественных и искусственных укреплений Кольберга при численности сил обороны, лишь немного уступавшей силам нападающего, делала задачу исключительно трудной. Тем не менее Румянцев быстро и решительно продвинулся вперед обоими своими флангами и развернул действия против отдельных фортов. Крепость посредством флота была заперта с моря и изолирована от Штеттина.

Чрезвычайно интересным эпизодом военных действий на левом фланге явилось взятие города Трептова. Вследствие прекрасно поставленной разведки Румянцев имел точные сведения о передвижениях неприятеля и, захватив ночью окрестные деревни, окружил город. Впервые в русской военной истории гренадеры пошли в атаку батальонными колоннами. Удар был так неожидан и мощен, что вызвал полную растерянность противника. Пруссаков гнали до Грейфенберга. Была уничтожена большая часть их сил и взято 500 пленных во главе с Вернером, считавшимся одним из лучших прусских генералов2 .

Действия против Кольберга вскоре осложнились, однако, неожиданной угрозой с тыла. Сильный отряд ген. Платена, отправленный в обход главной русской армии, быстрым налетом разрушая русские коммуникации и магазины, поставил под угрозу сообщения Румянцева с Вислой, Лабесом и Регенвальде3 . Румянцев послал главнокомандующему Бутурлину просьбу о подкреплении, усилил свои позиции окопами и, продолжая блокаду крепости подвижными отрядами, энергично подготовлял атаку ее самого сильного форта, в то время как флот бомбардировал Кольберг с моря. Охрану коммуникаций с Шифельбейном и Драмбургом несли кавалерийские отряды, внимательно следившие за каждым движением Платена.

Созванный Румянцевым военный совет ввиду сложности положения предложил отступить к Нетце для борьбы с Платеном. Румянцев не согласился. Он решил продолжать операции под крепостью, надеясь успешно осуществлять охрану своих сообщений при помощи конницы Берга и дивизии Долгорукого, на которых он возлагал и задачу дать отпор Платену, Тот между тем приближался, тревожимый с тыла летучими русскими отрядами, среди которых особенно выделялся отряд подполковника А. В. Суворова.

У Кеслина Румянцев пытался окружить пруссаков, но силы его были для этого недостаточны, и Шатену удалось прорваться к Шифельбейну и Регенвальде, а затем и к Кеслину. Несмотря на энергичные атаки русских он продвинулся еще дальше и установил связь с гарнизоном осажденной крепости.

Положение осаждающих стало критическим. Надеяться на успех казалось невозможным. Военный совет вновь предложил Румянцеву отступить, тем более что снабжение продовольствием нарушилось, наступили морозы, а флот по климатическим условиям вынужден был уйти в Ревель, оставив у устья Персанти лишь два корабля. Учитывая создавшуюся обстановку. Конференция также разрешила снять осаду и уйти на зимние квартиры.

Вопреки всему Румянцев продолжал операции; отказавшись от блокады, он направил всю энергию на разрушение коммуникаций противника. Русским удалось захватить ряд транспортов врага, взять Наугард и нанести крупное поражение прусским отрядам под Вейсенштейном ("Вейсентином") и у деревни Бельц.

Встревоженное этими операциями, прусское командование отправило войска Платена на восстановление коммуникаций и заняло Трептов отрядом ген. Кноблоха, поставив перед ним задачу - отвлечь внимание русских от передвижения сюда Платена, опиравшегося на выдвинутый к Гольнову отряд Корбьера. Но Корбьер сразу же был атакован русскими, разбит и взят


1 На освещении самой операции подробнее не останавливаемся. Общее описание ее дано нами в работе "Семилетняя война", стр. 303 - 315. М. 1940.

2 ЦВИА, ВУА, N 1690. л. 71.

3 Schaefer "Geschichte des Siebenjahrigen Kriegs". Bd. II. Abt. 2, S. 242 ff. Berlin. 1857 - 1874.

стр. 78

в плен вместе с тысячью солдат и офицеров1 . Вслед за тем, Румянцев и Берг, получив сведения об отступлении Платена к Трептову, поспешили сюда, Платен уже успел пройти, но Кноблох, разгромленный артиллерией атакующих, был вынужден сдаться с 1600 людьми, 15 знаменами и 7 орудиями2 .

Преследование Платена было поручено специально выделенной фельдмаршалом Бутурлиным дивизии ген. Фермера, который, однако, не сумел справиться со своей задачей и отошел к Наугарду; только отряд Суворова гнался за отступающими до Дамма. У Пирица и Стеница наконец удалось окружить Платена, но из-за нерешительности Берга, вопреки приказанию Румянцева отложившего атаку, пруссакам удалось отойти к Бернштейну, где они получили сильное подкрепление и возможность взять под угрозу пути сообщений преследовавших их русских частей. Последние, обороняя переправы на р. Инне, закрепились в Регенвальде и Грейфенберге.

В Кольберге между тем начался голод. Дезертирство приобрело массовый характер. Прусское командование применяло к дезертирам свирепые меры: пойманным обрезали носы и уши. Это не остановило бегства солдат, и они, изуродованными, нередко добирались до расположения русских войск. Чтобы облегчить побеги. Румянцев продвинул свои аванпосты "к самым неприятельским"3 .

В начале ноября Платен стал сосредоточиваться у Регенвальде, но, будучи атакован русскими и понеся крупные потери убитыми и пленными, вынужден был поспешно отступить4 . Принц Вюртембергский, командовавший войсками примыкавшего к Кольбергу укрепленного лагеря, под прикрытием тумана покинул свои позиции и через Трептов, временно оставленный Бергом, отошел к Плате, где соединился с войсками Платена. Преследуемые Бергом, они отступили к Наугарду. Русские войска, заняв брошенный лагерь, повели интенсивную осаду крепости, взяли укрепление Вольфсберг, на следующий день заняли устье Персанти, подошли к самому городу и атакой захватили одно из его предместий. Начались траншейные работы и подготовка к штурму.

Король Фридрих, стремясь удержать Кольберг, приказал Платену и принцу Вюртембергскому собрать все силы, пробиться к крепости и доставить провиант ее защитникам. Попытка оказалась неудачной.

Наступила суровая зима. Румянцев разместил свои войска по зимним квартирам и все более сжимал кольцо осады. Под влиянием голода, ожидания штурма и уверенности, в неизбежной гибели Кольберг наконец сдался на условиях, предписанных Румянцевым. Были взяты более 3 тыс. пленных, 146 крепостных орудий, знамен, огромные запасы вооружения, снарядов, амуниции.

Взятие Кольбарга - последний акт войны 1756 - 1762 годов. Он был исполнен Румянцевым образцово. На воем протяжения операции командующий с безукоризненной четкостью устанавливал цели и методы их осуществления в строгом соответствии с условиями момента и с конечной целью.

В действиях русских войск не было ничего лишнего. Не было того бесполезного маневрирования, которое так печально характеризует деятельность Бутурлина, Фермора и даже Салтыкова за его вторую кампанию. Нельзя не отметить и большой решительности Румянцева, действовавшего вполне самостоятельно, нередко вопреки решениям военного совета и даже указаниям Конференции.

Русская конница, реорганизованная и обученная Румянцевым, не только успешно боролась с лучшей в мире кавалерией Фридриха, но проявила необыкновенную подвижность, выносливость и сыграла огромную роль в успехе операции.

Впервые применив боевое построение в колонны и этим заложив основу для развития глубокого порядка, Румянцев вместе с тем явился и творцом рассыпного строя, создав "легкие батальоны" стрелков, предшествовавшие введенным затем гр. П. И. Паниным егерским батальонам.

Ни на минуту не выпуская инициативы из своих рук, Румянцев во все время операции держался активной тактики, обращая большое внимание на поражение живой силы противника. Этот совершенно необычный для XVIII в. принцип Румянцев сочетал с характерным для его времени, но вполне целесообразным маневрированием.

Необходимо отметить огромное значение упорядочения Румянцевым ранее столь несовершенной службы снабжения. Правильная организация подвоза из, тыловых магазинов, опиравшаяся на образцовое устройство баз и коммуникационных линий, являлась необходимым условием успеха операции. Принятая Румянцевым система реквизиций и разумное применение натуральных повинностей населения были возможны лишь при правильном устройстве тыла.

"Кольбергская экспедиция" открыла новый период в истории русского военного искусства, а полководческое искусство Румянцева было оценено не только в России: когда положение его (после вступления на престол Екатерины) пошатнулось, Фридрих усиленно старался привлечь этого генерала на службу в прусской армии.

IV

В феврале 1762 г. Румянцев, произведенный в генерал-аншефы, был назначен командующим войсками в готовившейся войне против Дании. Он выступил к Анкламу и Штеттину, но на пути был задержан манифестом о вступлении на престол


1 Очень яркий рассказ об этих событиях дает участник сражения А. В. Суворов (Алексеев В. "Письма и бумаги Суворова". Т. I, стр. 10. Птгр. 1916).

2 ЦВИА, ВУА, N 1690, лл. 105 - 122 об.; 123 - 126; N 1638, лл. 10 - 11.

3 ЦВИА, ВУА, N 1690, л. 44.

4 ЦВИА, ВУА, N 1688, лл. 155 - 156. Рассказ об этом сражения см. у Суворова (цит. "Письма и бумаги Суворова", стр. 10 - 12).

стр. 79

Екатерины II и приказом сдать команду гр. П. И. Панину и явиться в Петербург.

Зная враждебное отношение новой императрицы к сотрудникам ее убитого мужа и считая свою карьеру оконченной, Румянцев подал прошение об отставке "по болезни" - мотив, которым ему часто приходилось пользоваться позднее. Он поселился в Данциге и лишь после длительных настояний императрицы, родственников и друзей приехал в Петербург, где был "ласково принят". Прусский посланник Сольмс по этому поводу писал: "Румянцев с его надменным нравом и решительным тоном едва ли долго удержится благодаря только своим достоинствам". Но в Румянцеве еще нуждались тогда, хотя бы в связи с работой, созданной в 1763 г. "Воинской комиссии", которой было поручено переустройство русской армии на основе опыта войны. Работа началась с реорганизации генерального штаба; далее, упорядочено положение командного состава; полки приведены к численному единообразию, и в составе их установлено по две мушкетерских роты, предназначенных служить запасом для укомплектования полков в военное время. Был учрежден егерский корпус. Егерей вооружили нарезными ружьями и стали учить "прикладываться совершенным прицеливанием", быстро перестраивать фронт, действовать в рассыпном строю, "наступать и отступать с пальбою"1 . Усилили артиллерию. При значительном расширении состава армии резко выросла численность конницы. Все это напоминало принципы переустройства войск, проведенные Румянцевым под Кольбергом.

Комиссия ввела более удобное обмундирование, новый пехотный и кавалерийский уставы, являвшиеся шагом вперед.

Так как уставы не были общеобязательны, Румянцев в 1770 г. выработал для своей армии новый устав - "Обряд службы", вносивший много улучшений и позднее принятый для всех русских войск. Из румянцевского "Обряда", в частности, исходил в своих порядках и Суворов. Румянцев одним из первых старался ввести полное единообразие в подчиненных ему войсках, как в обучении их, так и в несении полевой и гарнизонной службы. Поддерживая крепкую дисциплину, он вместе с тем резко сократил практику телесных наказаний, затруднил перевод солдат из строя в обоз, на полевые работы и для услуг офицерам, чем последние очень злоупотребляли.

Еще важнее было установление совершенно необычного для западных армий принципа оценки солдата как сознательного защитника отечества. "Если положение военного человека в государстве считается сравнительно с другими людьми беспокойным, трудным и опасным, - писал ученик Румянцева гр. Воронцов в "Инструкции ротным командирам", - то в то же время оно отличается от них неоспоримою честью и славою, ибо воин превозмогает труды часто несносные и, не щадя своей жизни, обеспечивает сограждан, защищает их от врагов, обороняет отечество".

Инструкция требовала уважения к рядовым, повышения их чувства собственного достоинства, с тем чтобы "честь, заслуженную полком... каждый солдат на себя переносил"2 . Забота о солдате, его физическом здоровье, благоустройстве его быта, госпитальном обслуживании, выдвигалась как первый долг командира3 . Во всем этом звучат мотивы, совпадающие со взглядами и наставлениями Суворова, который не без основания называл Румянцева своим учителем.

Румянцев предлагал распределять рекрутов по частям войск и родам оружия в соответствии с индивидуальными качествами людей; например в кавалерию зачислять преимущественно украинцев, казаков и вообще людей, привыкших к верховой езде, в егерские части - рекрутов из районов, где распространен охотничий промысел, и т. п.

Придавая огромное значение подвижности армии, Румянцев требовал для нее постоянных упражнений в учебных занятиях, маневрах, маршах в колоннах и линиях, перестроениях из развернутого строя в колонны, фуражировках, переправах через реки, атаках и обороне учебных укреплений. При этом он настаивал, чтобы "каждое с войсками предприятие на глазах главного командира происходило бы и было им искусно вразумляемо и объясняемо"4 .

Войска обучались только тому, что нужно на войне. Обращено было большое внимание на индивидуальную подготовку солдат, сокращены и упрощены ружейные приемы. Наряду с двухшереножным строем и колоннами было введено действие мелкими "кареями", явившимися связующим звеном между порядками линейной и глубокой тактики.

Работа артиллерии была значительно усовершенствована приданием ей "пионеров" (саперов), введением единообразия калибров и установлением новых правил обучения и действия. Считая парадную тяжелую кавалерию бесполезной, Румянцев добился ее упразднения и сделал конницу подвижной и приспособленной к реальным целям войны.

V

Как правильно предсказал Сольмс, Румянцев недолго пользовался милостями императрицы и в 1764 г. был по собственному ходатайству уволен "для лечения". Но еще неукрепившееся екатерининское правительство обладало достаточным умом, чтобы не отбрасывать от себя таких людей, как Румянцев. Вскоре, в связи с упразднением гетманства, Румянцева назначили генерал-губернатором и командующим войсками ("главным командиром") Украины. Этот пост, на котором он вел огром-


1 Полное собрание законов Российской империи, N 12494.

2 "Военный сборник" N 11 за 1871 год, стр. 33.

3 ЦВИА, ВУА. N 1833.

4 Каталог М. О. Архива главного штаба. Вып. 2-й, прил. 3-е.

стр. 80

ную и многообразную работу, за ним так и остался, несмотря на последующие изменения в его придворном положении и военные назначения.

В начале 1769 г., в связи с объявлением Турцией войны России, Румянцева назначили командующим Второй (вспомогательной) армией, предназначенной для действий против Крыма, но осенью того же года его пришлось перевести на место командовавшего Первой армией кн. Голицына, пассивность которого вызывала общее осуждение. Вторую армию дали гр. Панину, которому снова, в обход Румянцева, поручали выполнение главной части операционного плана - овладение крепостью Бендеры. Армия Румянцева предназначалась лишь для прикрытия этих операций. Не имея возможности отказаться от выполнения петербургского плана, Румянцев внес в него корректив, радикально изменивший направление действий: он решил начать наступление между Прутом и Серетом с тем, чтобы не позволить неприятелю перейти на левый берег Дуная. Этим не только облегчалась осада Бендер, но и освобождалась часть сил Второй армии для активных операций на Дунае.

Румянцев вступил в командование 18 сентября 1770 года. 26-го он взял Яссы и развернул широкие операции передовых частей в Молдавии, где им было создано контролируемое Россией правительство. В ноябре был взят Галац, затем - Бухарест. Это повлекло за собой большую разброску сил, и Румянцев, опасаясь удара главной турецкой армии, сосредоточившейся у Исакчи, не колеблясь очистил занятую им Валахию и даже часть Молдавии в целях концентрации своих войск.

Наступление началось в апреле. Часть войск была оставлена у Хотина для обеспечения операций армии Панина; особые корпуса охраняли тыл со стороны Польши и занимали Молдавию. Главные же силы под командой Румянцева выступили на Липчаны и после труднейшего перехода по бездорожной и пораженной чумой местности в конце мая двинулись навстречу врагу, обладавшему громадным численным превосходством.

Успех этого опасного предприятия строился на психологическом расчете: противник не должен был подозревать о незначительности сил наступающих. С другой стороны, были приняты тщательные меры к прикрытию операционной линии, чему Румянцев придавал особенное значение. "Не обеспечивая надежно оставляемого за собою, большими шагами нельзя ступать вперед"1 , - писал он.

На пути к Рябой Могиле передовой корпус под командованием кн. Репнина столкнулся с подавляющими силами противника; они были отражены при помощи корпуса ген. Баура, подошедшего по левому берегу Прута, в то время как Румянцев двигался по правому берегу Дуная. 11 июня вся армия сосредоточилась - это был первый в русской военной истории пример наступления частями и сосредоточения их перед боем.

15 июня враг сделал неудачную попытку напасть на передовые корпуса Репнина и Баура, а в ночь с 16-го на 17-е Румянцев атаковал вражеский лагерь. Репнин с 14 тыс. чел. (и полученным позднее конным подкреплением) был брошен на правый фланг противника. Потемкин с 4 тыс. направлялся с запада в его тыл, а главные силы и авангард Баура (до 23 тыс. чел.) наносили решающий удар с севера. Несмотря на то что отряд Потемкина вступил в действие со значительным опозданием, противник был разгромлен наголову и бежал, преследуемый на 20 верст русской кавалерией. Пленные показали, что в атакованном лагере "почиталось турецкой пехоты 11000 и конницы 11000 же да татар 50000. Они намеревались перейти Прут и разбить корпус кн. Репнина, почитая его в силах слабейших против своих, но увидев армию, которой они толь скоро приближения не чаяли и ужаснувшись от всех сторон их окружающих войск, которых считали они не менее полутораста тысяч, принуждены были с трепетом бежать"2 .

Сражение при Рябой Могиле - этот первый большой бой после Семилетней войны - интересно своей специфической тактикой, построенной на учете организационных особенностей, методов действия и психологии противника. Сложные, образцово проведенные и согласованные передвижения были осуществлены глубокой ночью. Атака велась одновременно всеми силами, но не сплошной массой, а пятью группами. Авангард Баура одновременно обеспечивал успех фронтальной атаки и служил резервом.

Полководец позднейшего времени нашел бы возможным иначе скомпоновать и расположить свои силы и намести более сосредоточенный удар в решающую точку. Однако то, что сделано Румянцевым, является огромным прогрессом, если сравнить с тактикой русской армии в предыдущую войну и с оперативным искусством даже такого военного мастера XVIII в., как Фридрих II.

После сражения при Рябой Могиле Румянцев отправил отряд Потемкина для наблюдения за отступающим противником, выделив несколько отрядов для охраны важнейших направлений (медлительность движения Второй армии оставляла его фланг незащищенным), он сам двинулся к нижнему течению Дуная. Армия Панина в это время только что переправилась через Днестр и направилась к Бендерам.

Вскоре между течением Прута и р. Ларгой был обнаружен лагерь ханских войск, численность которых, вместе с подошедшим отрядом молдавского сераскира достигала 80 тысяч. Хан ждал здесь соединения с главной армией визиря, готовившейся к переправе через Дунай у Исакчи. Чтобы не допустить этого соединения, Румянцев решил незамедлительно атаковать противника. Для осуществления этой операции он


1 "Чтения..." за 1865 год. Кн. 2-я, стр. 47 - 48.

2 ЦВИА, ВУА, N 1888. Ч. 1-я, л. 172.

стр. 81

сосредоточил все свои силы, выделив лишь двухтысячный отряд для охраны мостов у Фальги. Исходя из особенностей местности, расположения и укреплений противника, он решил, перетравившись через р. Ларгу, обойти противника и нанести ему главный удар со стороны правого фланга. Во время обходного движения дивизия Племянникова (до 6 тыс. чел.) должна была демонстрировать перед фронтом вражеского расположения, а затем, когда бой на правом фланге развернется, перейти в атаку. Наступающие части были выстроены в "тонкие", почти линейные каре1 .

Операция началась ночью и завершилась около 12 час. дня захватом лагеря. Противник бежал, потеряв при этом более тысячи чел., 30 орудий, 3 мортиры, знамена, массу имущества. Русских выбыло из строя не более 100 человек. Турки и татары отступали беспорядочно, в разных направлениях.

Весть о разгроме при Ларге была получена визирем в то время, когда он приступил к переправе своих войск через Дунай с намерением воспрепятствовать операциям армии Панина против Бендер. Перейдя на левый берег и установив там связь с отступившими за оз. Ялпух войсками хана, визирь подошел к оз. Кагул, присоединил к себе бежавшие от Рябой Могилы турецкие части и остановился здесь лагерем. Численность его войск достигла 150 тыс. человек. Хан, получив крупные подкрепления, вновь располагал почти 80 тысячами. Визирь поручил ему разрушить тыл русских, а затем идти на соединение. Положение Румянцева осложнялась острым, недостатком продовольствия; к тому же татарская конница угрожала перерезать коммуникации и вовсе прекратить движение транспортов.

Оставив в своем тылу одиннадцатитысячный отряд, который ценой огромного напряжения сдерживал натиск татар, Румянцев все остальные силы - до 27 тыс. чел. - сосредоточил невдалеке от Кагула, у деревни Гричени. 20 июля масса турок появилась в нескольких верстах южнее русского расположения и остановилась лагерем среди четырех веерообразно расходившихся высот, ограниченных с севера Траяновым валом. Эта позиция, удобная для наступательных действий конницы, заключала в себе, однако, ряд крупных недостатков, и Румянцев тотчас учел их.

Составленный им план атаки сходен с планом сражения при Ларге, но проще, и идея главного удара в нем более выражена. Основные усилия направлялись на левый фланг. Сюда разными путями должны были подойти авангард Баура, дивизия I Племянникова и дивизия Олица. Репнин и Брюс имели задание: атаковать в это время правое крыло противника, а если понадобится, подкрепить атаку левого фланга. Таким образом, из общего числа 27 тыс. солдат, которыми располагал Румянцев, против левого фланга предназначалось 19 - 20 тысяч. Они и решили дело.

Наступление началось ночью, а бой Навязался около 5 час. утра и носил исключительно яростный характер. До 8 час. положение атакующих было весьма трудным и опасным, потом оно выправилась благодаря распорядительности Румянцева. Общая атака натолкнулась на ряд новых трудностей. Тем не менее около 9 1/2 час. утра "неприятель, видя свой великий урон, бросил весь обоз и побежал толпами во все ноги к стороне Дуная". Русские овладели "турецким полным лагерем, получили в добычу всю артиллерию во ста сорока хороших орудиев на лафетах и со всеми к тому артиллерийскими запасами и великим багажом"2 .

Турок, бежавших в сторону Измаила, преследовал отряд ген. Игельстрома, в направлении к Исакчи - корпус Баура. Последний нагнал разбитые войска в то время, когда они на 300 судах переправлялись через Дунай. Часть кораблей была тут же затоплена артиллерией; остальные вместе с войсками, оставшимися на берегу, сдались. "И овладели наши войски весь берег покрывавшими обозами, турецкими екипажами, верблюдами, мулами, бесчисленным множеством скота и взяли последний парк турецкой артиллерии тут находившейся в двадцати шести орудиях"3 .

Турки потеряли более 20 тыс. чел., урон русских не превышал тысячи человек. Отряд Игельстрома, преследовавший бежавших к Измаилу, захватил мосты у устья Ялпуха, разбил арьергардные части противника и получил в добычу его обоз. Вслед за Игельстромом Румянцев отправил Репнина, подкрепив его отрядом Потемкина. 26 июля русские овладели Измаилом и продолжали наступление. 10 августа взята была Килия, 28-го - Аккерман, 16 сентября Панин штурмом взял Браилов. Пространство между Дунаем, Прутом и Днестром было очищено, и кампания закончилась. Румянцев получил фельдмаршальский жезл.

Кампания 1770 г. достойно увенчала решительную и последовательную стратегию Румянцева, проявившего себя замечательным тактиком и неподражаемым мастером фланговых ударов. Без колебаний осуществляя свой план наступления, Румянцев ставил своей основной целью сокрушение живой силы противника. Правильно решив атаковать у Кагула визиря до его соединения с войсками хана, Румянцев вел действия осторожно, но с полной решительностью. Правильно выбрано время атаки: ночное наступление дало ту выгоду, что позволило беспрепятственно перейти Траянов вал, где в другое время противник мог бы оказать сильное сопротивление. Концентрация сил к моменту удара была максимальной. Только необходимость защиты тыла, куда уже прорывались крупные та-


1 Текст диспозиции и подробное описание хода сражения см. в нашей публикаций "Ларга и Кагул по бумагам Румянцева". "Красный архив" N 6 за 1940 год.

2 ЦВИА, ВУА, N 1820. Ч. 1-я, лл. 85 - 86.

3 Там же, л. 92 об.

стр. 82

тарские отряды, вынудила Румянцева выделить сюда значительные части. Ослабленный этим обстоятельством, он не мог рассчитывать на самостоятельное значение кавалерии, остававшейся в его распоряжении, и потому совершенно правильно разместил ее в интервалах между "кареями", хотя конница на левом фланге боевого построения была слишком слаба; если бы противник заметил это, он мог бы добиться здесь значительного успеха.

Боевой порядок Румянцева был приспособлен к борьбе с конницей, но непригоден для активных действий против пехоты. Поскольку было известно, что турки располагают до 60 тыс. пехоты, решение Румянцева надо признать очень смелым. Он принял его, исходя из знания психологии и навыков противника, действовавшего в поле лишь конницей и оставлявшего пехоту под защитой укреплений. Несмотря на смелость и даже рискованность наступления, ход событий полностью подтвердил правильность соображения Румянцева и привал его к победе, остающейся одетой из самых ярких страниц русской военной истории.

В основу плана сражения при Кагуле был положен решающий удар в направлении, обеспечивавшем возможность удобного отступления в случае неудачи. Действия Репнина и Брюса преследовали подсобную цель: отвлечь и сковать силы противника, а затем развивать успех главного удара. Конкретная обстановка сражения потребовала некоторого изменения плана, и Румянцев, державший в своих руках все управление боем, успешно осуществил это. Должны быть отмечены слаженность действий всех родов оружия и умелое пользование резервом - обстоятельство, совершенно необычное для западных армий XVIII века.

VI

Весной 1774 г. Румянцев переправил через Дунай восьмитысячный корпус ген. Каменского, который занял Карасу. 2 июня он соединился в Вадарджике с шеститысячным отрядом Суворова. Высланный навстречу русским сорокатысячный корпус противника был разгромлен при Козлудже. Созванный Каменским военный совет постановил сделать шестидневную остановку и, приведя в порядок материальную часть, пополнив продовольственные запасы, занять позицию, угрожающую коммуникациям неприятеля.

Этот план вызвал резкую отповедь Румянцева, который уже переправлялся с главными силами у Гуробала. Вследствие задержки в развитии успеха, писал фельдмаршал Каменскому, "неприятель может собрать и ободрить разбитые войски и учредить свою оборону в укреплениях... Не дни, да часы и моменты в таких положениях дороги и потеряны невозвратно". Поэтому он приказал Каменскому немедленно подступить к Шумле (где были сосредоточены главные силы визиря) и попытаться овладеть ею "по удару" и лишь в крайнем случае "поставить корпуса в такое положение, чтобы стеснить всеместно неприятеля, запершегося в укреплениях"1 .

17 июня передовые корпуса приблизились к крепости, угрожая ее сообщениям с Адрианополем. В то же время главные силы начали обходное движение, а отряд ген. Заборовского открыл военные действия в Болгарии. В запертом турецком лагере поднялась паника. Визирь обратился с предложением о перемирии. Румянцев отклонил это, так же как и предложение созвать конгресс. Он занял сильным отрядом деревню Кучук-Кайнарджи и демонстрировал намерение двинуться на соединение с Каменским. Снова явились турецкие парламентеры. Убедившись в решительности намерений Румянцева, визирь вынужден был "отдалить все противности и согласиться с уполномоченным ген. -поручиком кн. Репинным заключить без отлагательства вечный мир"2 .

10 июня был подписан мирный трактат на исключительно выгодных для России условиях. Впереди оставались трудности по ратификации его. Румянцев, больной эпидемической лихорадкой, свирепствовавшей в войсках, из Фокшан руководил всеми деталями переговоров в Константинополе. Благодаря его дипломатическому такту, ловкости и твердости султан 5 ноября утвердил, наконец, договор без всяких изменений.

Румянцев был щедро награжден, назначен начальником всей русской кавалерии, но, как он чувствовал это и во время войны, его роль в военной и политической жизни все более ограничивалась: недавно служивший под его начальством ген. Г. А. Потемкин, став "любимцем счастья", поднялся над всем и всеми. Он хотел стать единственным, и императрица поддерживала его в этом. Сознавая невозможность борьбы с всесильным временщиком, Румянцев уехал на Украину. Потом он сопровождал великого князя Павла в Берлин и опять вернулся к делам по управлению "Малороссией". За ним еще оставалась работа по закреплению за Россией Крыма, но главная роль и в этом деле постепенно перешла к Потемкину, ставшему вскоре светлейшим князем Таврическим.

*

В 1787 г. началась новая война с Турцией. Командующим главной армией назначили Потемкина. Румянцеву дали вторую, "резервную" армию. Поставленный в фактическую зависимость от Потемкина и союзного австрийского командования, старый фельдмаршал долго не выезжал к войскам, отсиживаясь в своих имениях. Операции развивались не так, как того хотел Румянцев. Его заставили действовать по "кордонной системе", которую он постоянно высмеивал. Он получал указания от Потемкина, настойчивые советы и требования принца Кобурга, упреки из Петербурга.

Но и в эту, столь тяжелую для него кампанию Румянцев все же сумел проявить


1 ЦВИА, ВУА. N 2010, лл. 9 об. - 10.

2 Там же, лл. 194 и об.

стр. 83

исключительное мастерство и показал образцы маневренных действий, которые могут быть поставлены наряду с лучшими примерами аналогичных операций Фридриха II, фельдмаршала Дауна и других выдающихся западных полководцев XVIII века. В эту маневренную тактику Румянцев внес существенную поправку: в противоположность австрийцам, оперировавшим отдельными, слабо связанными между собою отрядами, Румянцев в нужный момент стягивал свои силы, быстро сосредоточивая их в нужном направлении.

Полное расхождение с Потемкиным в понимании целей кампании сделало невозможной совместную деятельность обоих главнокомандующих: Румянцеву пришлось уйти. Он очень тяжело переживал это, упрямо оставался в Яссах, несмотря на повеление выехать из зоны действий армии. Лишь в конце 1790 г. он отправился на Украину и заперся сначала в своих Вишенках, потом - в Ташани. Его полководческий путь казался законченным.

Но вот в 1794 г. вспыхнула война в Польше, потребовавшая опытного и авторитетного руководства, и Екатерине пришлось поставить старого фельдмаршала во главе войск, расположенных от пределов Минской губернии до устья Днепра. Это была последняя война Румянцева, издалека руководившего действиями войск, которые он фактически вверил Суворову.

Вскоре умерла Екатерина. Павел I произвел Румянцева в полковники конной гвардии, поручил ему Украинскую дивизию и вызвал в Петербург. Но фельдмаршал не успел выехать: его разбил паралич. Старания лекарей "не были в состоянии исторгнуть его из челюстей смерти". 8 декабря 1796 г. "по полуночи в 9 часов и три четверти скончался он спокойно"1 . Его похоронили в Киеве, в Пёчерской лавре.

VII

С середины XVIII в. прусская наемная армия и выработанная на ее основе линейная тактика и стратегия истощения противника сделались образцом для всех европейских войск. Западная военная доктрина безраздельно владела умами и русских генералов. На опыте Семилетней войны Румянцев мог убедиться в тех преимуществах, которые давали полководцу хорошая выучка, дисциплинированность и подвижность вражеской армии, но наряду с этим он правильно оценил огромное значение и силу тех внутренних национальных особенностей русской армии, которые могли явиться основой для стратегии и тактики, совершенно отличных от прусского военного искусства.

Русских солдат не было необходимости держать под постоянным надзором; можно было допускать их действия небольшими группами; они проявляли живую инициативу, чувство товарищеской поддержки и готовность к самопожертвованию - качества, которых не ждал и не мог ждать от своих солдат полководец наемной армии.

Исходя из этих вполне понятных и близких ему особенностей армии, Румянцев уже во время Семилетней войны наметил вехи нового, национального пути развития военного искусства и итоги этого опыта подвел под Кольбергом.

Период после Семилетней войны до первой турецкой войны не остановил развития стратегических и тактических принципов Румянцева. Ввиду назревавшей войны с Турцией он думал и работал над методами борьбы с ее вооруженной силой. Основным он попрежнему считал сохранение инициативы и активности. При этом первую задачу он видел не в захвате позиций, крепостей, территорий, а в поражении живой силы противника. "Никто не берет города, не разделавшись прежде с силами, его защищающими", - говорил Румянцев, критикуя неудачные действия русского-командования в начале первой турецкой войны.

Эта мысль, имеющая прецедент в стратегии Петра I, многократно повторялась затем русскими полководцами. Являясь основой стратегической догмы Румянцева, она послужила краеугольным камнем стратегии и тактики Суворова.

Но решительный удар может быть нанесен противнику лишь сосредоточенными силами. Этот принцип Румянцев применял последовательно и постоянно. Лишь во вторую турецкую войну, по требованию союзников-австрийцев, он вынужден был допустить применение в своей армии кордонной системы, что, впрочем, полностью шло вразрез с его личными желаниями. Опротестовывая план австрийского фельдмаршала Ласси разместить сорокатысячную армию Румянцева мелкими отрядами на пространстве около 400 верст длины, Румянцев писал: "Какой конец будет иметь сие дальновидное предположение? Если мысль была, чтобы неприятеля лучше тем растянуть, то тоже трудно и самим соединенно действовать... Ласси, если то был его план, не имеет причины им утешаться"2 .

Выступая в кампании 1770 г., Румянцев исходил из стратегических принципов, выработанных им ранее; он не замкнулся, однако, в них и не ограничился их общим применением, а уточнил, развил и конкретизировал применительно к специфике противника. Основной принцип наступления и сокрушения живой силы врага оставался прежним, "Я того мнения был и буду, - говорил Румянцев, - что нападающий до самого конца все думает выиграть, а обороняющийся оставляет в себе страх соразмерно сделанному на него стремлению. Не полагаю я отнюдь быть и правилом, чтобы всегда надобно равное противу равного употреблять оружие, а держусь того, чтоб своим превозмогать над


1 "Чтения..." за 1859 год. Кн. 3-я, стр. 120.

2 "Сборник военно-исторических материалов". Вып. 4-й, стр. 343.

стр. 84

противником"1 . "С малым числом разбить великие силы, тут есть искусство и сугубая слава, а быть побежденным от превосходного в силах дело не есть чрезвычайное"2 .

Подобное положение в войне с турками было совершенной новостью. Огромное численное превосходство конницы неприятеля, его действие массовым ударом приводили к тому, что обычный, линейный строй в борьбе с ним оказывался непригодным. Часто уже первым мощным натиском турки прорывали линии врага и затем, окружив, уничтожали его с помощью своего сильного резерва. Этот опыт был особенно хорошо известен австрийцам, не догадавшимся, однако, изменить свои боевые порядки.

Многочисленная турецкая конница легко производила обходы неприятеля. Поэтому европейцы, в частности русские, во избежание окружения и одновременного удара с фронта, флангов и тыла стали применять построения в каре. То был огромный четырехугольник, составленный из трех рядов пехоты, усиленной батареями по углам и фасам каре; внутри последнего укрывались обозы и небольшой резерв, иногда выделявшийся в особое каре, стоявшее позади главного расположения. Для лучшей защиты от нападения каре окружалось цепью из соединенных петлями и крючьями рогаток с острыми пиками.

При таком порядке возможность активных действий исключалась. Он был чрезвычайно невыгоден и потому, что прорыв одного из фасов каре грозил гибелью всей армии, и потому, что в отражении натиска могла участвовать лишь непосредственно атакованная часть войска, тогда как остальные оставались на своих местах бездействующими. Чтобы избежать этих невыгод, Миних (в войне 1735 - 1739 гг.) стал строить войска в несколько каре - обычно одно большое и в два - три меньших.

Выдвигая наступление как основной принцип победы, Румянцев должен был найти новые формы строя, которые обеспечивали бы подвижность и маневренность армии. Он добился этого, применив построение в многочисленные каре различной величины, вплоть до мелких - батальонных и даже ротных. Фронт и фланги обеспечивались артиллерией и егерями, а кавалерия размещалась в интервалах. В наступление двигалась вся система "кареев", причем к самостоятельному действию было способно и каждое каре в отдельности. Связывавшие подвижность рогатки были отменены, а это позволило сильно сократить обоз, который при наступательных операциях оставался позади.

Румянцев тщательно следил за координированным действием всех частей и родов оружия, придавая одинаково важное значение работе артиллерии и кавалерии, хотя основной и решающей силой считал пехоту. Артиллерия и егеря, двигавшиеся впереди колонн или "кареев", наносили огромный урон неприятелю и подготовляли штыковой удар пехоты, решавший исход сражения.

Огромное значение Румянцев придавал правильной организации разведки. Располагая хорошей легкой конницей, он посредством войсковой разведки и рекогносцировки всегда имел правильные сведения о противнике. "Для восприятия, - писал он, - в потребном случае супротивных мер против своего неприятеля есть в том одна из главных должностей военачальников, чтоб стараться узнать его положение, силы и способы к действиям"3 .

Румянцев высоко ценил инициативу своих командиров, и надо сказать, что под его начальством ряд генералов, не говоря уже о Суворове и Голенищеве-Кутузове, оказался на высоте своего положения. Требуя, чтобы командиры служили примером своим подчиненным, Румянцев сам проявлял личную доблесть, вызывавшую уважение солдат и увлекавшую их к победам.

Румянцев не следовал рабски своим диспозициям и не требовал этого от своих подчиненных: он ждал от них прежде всего уменья приспособляться к условиям и особенностям боя и находить правильные самостоятельные решения. Обладая способностью мгновенной ориентации в обстановке, он сам в условиях боя принимал быстрые и точные решения и осуществлял их без каких бы то ни было колебаний. Человек ясного ума и широких знаний, он был чрезвычайно далек от того узкомеханического познания вещей и сухой приверженности к установленной системе, которая создавала узких и ограниченных теоретиков австрийского и прусского штабов. Он отличался, однако, методичностью и последовательностью в работе. Таким был он и в своих частных делах и в служебных отношениях.

Румянцев отличался исключительной памятью и быстротой восприятия. "Быстрейший имел бег мыслей и дар слова пространнейший, - рассказывает о нем его бывший правитель дел Н. Лесницкий. - Читал одним взглядом не строки, но периоды и целые страницы"4 . Он был прекрасным юристом не только в области писаных законов, но и обычного права; в его памяти хранились разнообразнейшие сведения о всяком человеке, с которым ему когда-либо приходилось встретиться. Его работоспособность и физическая выносливость достойны удивления5 . С высокоразвитым чувством собственного достоинства, доходившим до надменности, вызывавшей враждебность к нему наиболее влиятель-


1 Дубровин Н. "Присоединение Крыма к России". Сборник документов. Т. I, N 832.

2 "Журнал военных действий 1770 г.". СПБ. 1770 (пагинация отсутствует).

3 Дубровин Н. "Суворов среди преобразователей екатерининской армии", стр. 44. СПБ. 1886.

4 "Киевская старина" за 1895 год. Март. Т. 48, стр. 402.

5 Записки Л. М. Энгельгардта. Изд. "Русского архива", стр. 79. М. 1863.

стр. 85

ных представителей двора, он сочетал сдержанность, граничившую со скромностью. "Несчастью моему причина токмо та, - писал он графу Орлову, - что я не умею себя рекомендовать"1 .

В условиях русской армии выработанный Румянцевым тезис о сокрушении живой силы противника как главной оперативной цели войны и наступательном действии сосредоточенными силами как основном методе осуществления этой цели не был, да и не мог быть явлением исключительным и изолированным: предпосылки "стратегии сокрушения" всегда жили в русской армии и проявлялись даже в периоды ее упадка, когда ее зараженное западной доктриной командование усиленно навязывало ей совершенно противоположные принципы. До Румянцева, однако, никто не сумел достаточно ярко и отчетливо осознать положение, сформулировать его, определить и осуществить правильное тактическое и стратегическое применение русских вооруженных сил.

Первым это сделал Румянцев, с именем которого по справедливости связывается оформление русского военного искусства, законченную разработку которого дали два великих ученика Румянцева - Суворов и Кутузов. И если их имена теперь более чем когда бы то ни было живы и близки нам, то рядом с ними должно стоять и третье имя - Румянцев.


1 "Чтения..." за 1865 год. Кн. 2-я, стр. 278.

Orphus

© libmonster.ru

Permanent link to this publication:

https://libmonster.ru/m/articles/view/РУМЯНЦЕВ-И-ОФОРМЛЕНИЕ-НАЦИОНАЛЬНОГО-ВОЕННОГО-ИСКУССТВА

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Yanis ValdarisContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://libmonster.ru/Yanis

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

Н. КОРОБКОВ, РУМЯНЦЕВ И ОФОРМЛЕНИЕ НАЦИОНАЛЬНОГО ВОЕННОГО ИСКУССТВА // Moscow: Russian Libmonster (LIBMONSTER.RU). Updated: 11.09.2015. URL: https://libmonster.ru/m/articles/view/РУМЯНЦЕВ-И-ОФОРМЛЕНИЕ-НАЦИОНАЛЬНОГО-ВОЕННОГО-ИСКУССТВА (date of access: 18.09.2019).

Found source (search robot):


Publication author(s) - Н. КОРОБКОВ:

Н. КОРОБКОВ → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Yanis Valdaris
Palanga, Lithuania, Russia
1248 views rating
11.09.2015 (1468 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes

Related Articles
ЯНТАРНЫЙ ПУТЬ
Catalog: География 
17 hours ago · From Россия Онлайн
ПЕРВАЯ В РОССИИ КНИГА О ФРАНЦУЗСКОЙ БУРЖУАЗНОЙ РЕВОЛЮЦИИ КОНЦА XVIII ВЕКА
17 hours ago · From Россия Онлайн
АЛЕКСЕЙ АЛЕКСЕЕВИЧ БРУСИЛОВ
17 hours ago · From Россия Онлайн
ЕГИПЕТ: ЭВОЛЮЦИЯ ПОЛИТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ
17 hours ago · From Россия Онлайн
А. Т. БОЛОТОВ - УЧЕНЫЙ, ПИСАТЕЛЬ ЭНЦИКЛОПЕДИСТ
17 hours ago · From Россия Онлайн
Несмотря на недолгое существование казино Crystal Casino на онлайн-рынке, сейчас оно является одним из самых развитых и уважаемых онлайн-казино. Это российское онлайн-казино предлагает несколько сотен различных игр, доступных на настольных компьютерах, а также на смартфонах и планшетах.
Catalog: Лайфстайл 
18 hours ago · From Россия Онлайн
МОСКОВСКИЕ ОХОТНИКИ ПРЕДПОЧИТАЮТ ЯСТРЕБОВ И СЕТТЕРОВ
Catalog: Лайфстайл 
6 days ago · From Россия Онлайн
НЕНУЖНАЯ НЕОБХОДИМОСТЬ
Catalog: Лайфстайл 
6 days ago · From Россия Онлайн
Российское онлайн-казино предлагает нам игры производства NetEntertaiment, Microgaiming и других менее известных разработчиков.
Catalog: Лайфстайл 
6 days ago · From Россия Онлайн

Libmonster, International Network:

Actual publications:

LATEST FILES FRESH UPLOADS!
 

Actual publications:

Загрузка...

Latest ARTICLES:

Latest BOOKS:

Actual publications:

Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
РУМЯНЦЕВ И ОФОРМЛЕНИЕ НАЦИОНАЛЬНОГО ВОЕННОГО ИСКУССТВА
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate $ to Libmonster ($)

Russian Libmonster ® All rights reserved.
2014-2019, LIBMONSTER.RU is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Russia


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Germany China India Sweden Portugal Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Uzbekistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones