Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: RU-7544

Share with friends in SM

PARKES H. В. A history of Mexico. London. 1939. 432 p. ПЕРКИС Г. История Мексики,

Автор рецензируемой книги проф. Нью-йоркского университета Генри Перкис ставит себе целью дать последовательное изложение истории Мексики с древнейших времен до конца 30-х гг. XX века.

Каждый исследователь, занимающийся историей Мексики, да и Америки вообще, прежде всего сталкивается с вопросом о появлении человека на американском континенте. Как известно, на этот счет существуют две основные точки зрения: сторонники одной из них считают, что человек пришел в Америку извне; их противники рассматривают появление здесь человека как результат процесса самостоятельного развития. Придерживаясь первой гипотезы, Перкис полагает, что предки американских индейцев - монголоиды - пришли в Америку из Азии через Берингов пролив и Алеутские острова 15 - 20 тысяч лет назад.

Перкис сравнивает древнейшую культуру Мексики с китайской и утверждает, что мексиканцы достигли бы такой же степени цивилизации, как и Китай, если бы их развитие не было преждевременно прервано испанским завоеванием.

Рассказывая о цивилизации ацтеков, автор игнорирует вопрос об их общественном строе, ограничиваясь простым изложением фактов политической историй, описанием их материальной культуры, религии, обычаев и т. д.

Не скрывая жестокостей, которыми сопровождалось 'Испанское завоевание, автор

стр. 128

в то же время идеализирует завоевателя Мексики Кортеса.

В общем он дает верную картину испанского господства в Мексике в колониальный период (XVI - XVIII вв.). По его словам, испанские короли были прежде всего озабочены тем, чтобы предотвратить "рост духа независимости среди своих американских подданных". Поэтому "конкистадоры и их потомки, родившиеся в Америке, были поставлены под контроль деспотической бюрократии, члены которой присылались из Испании. До тех пор пока Мексика была испанской, с ее белым населением - креолами - обращались как с низшей расой. Власть и привилегии были монополией чиновников, рожденных в Испании, в то же время экономическое развитие Мексики было подчинено интересам испанских купцов и промышленников". Основным назначением Мексики, отмечает автор, было доставлять доходы испанскому правительству. Колониальный гнет привел к почти полному застою промышленности, торговли и сельского хозяйства страны. Особенно тяжело отражалось испанское господство на коренных жителях Мексики - индейцах, которые в результате колониального гнета вымирали.

Однако Перкис все отрицательные стороны колониального господства испанцев пытается изобразить как результат деятельности отдельных испанских чиновников, исказивших первоначальные намерения испанских королей. Короли же Испании, по его мнению, имели "идеалистические" намерения, хотели распространять в Мексике испанскую культуру, защищать и цивилизовать коренное население. Но он сам вынужден признать, что эти "великодушные намерения испанской монархии никогда не были осуществлены".

Перкис совершенно верно замечает, что католическая церковь в Мексике являлась орудием испанского господства. Результатом деятельности католической церкви и инквизиции была чудовищная культурная отсталость Мексики в колониальный период. В конце XVIII в., отмечает Перкис, во всей стране было всего 10 школ. Автор верно считает, что культура не могла расцвести в стране, "где всякое выражение свободной мысли могло вызвать подозрение инквизиции". Сейчас же после завоевания Мексики Испанией, отмечает Перкис, "началась долгая борьба с целью сломить испанскую монополию в Индиях. Английская и французская деятельность в испанской Америке прошла через различные фазы, начиная с пиратства, перейдя в контрабанду и завершившись после, свержения испанского господства легализованным процессом капиталовложений".

Автор довольно подробно описывает, войну за независимость Мексики (1810- 1821 гг.), уделяя особенно большое внимание восстаниям под руководством Идальго и Морелоса. Он говорит, что большинство мексиканских креолов выступило против Идальго и Морелоса, поддержав, таким образом, испанцев. Такая позиция креолов была, по его мнению, результатом того, что в обоих восстаниях широко участвовали угнетаемые слои населения - индейцы и метисы, "которые ненавидели богатых креолов, так же как и испанцев". Действительно, для индейского крестьянина креольский помещик был самым непосредственным, а потому и самым ненавистным эксплоататором. Перед угрозой массового крестьянского движения креолы готовы были отказаться от борьбы за независимость. Однако нельзя согласиться с объяснениями Перкисом причин поражения восстания Идальго и Морелоса. "Идальго и Морелос погибли потому, - пишет он, - что они хотели сделать слишком много: они боролись не только за изгнание гачупинов (испанцев. - М. А., А. Б.), но и за равенство рас... и за возврат земли индейцам".

Автор хвалит "мудрую умеренность" креолов, в руки которых после подавления восстаний Идальго и Морелоса перешло руководство борьбой против Испании.

Некоторое удивление вызывает наивное объяснение причин, в силу которых испанский вице- король О'Доноху перешел на сторону креольских сепаратистов. Дело было, конечно, не в том, что он оказался запертым в Вера-Крус, "где его эскорт и члены его семьи начали умирать от желтой лихорадки", а в том, что он по своей классовой сущности был очень близок к Итурбиде и другим руководителям сепаратистов и легко пошел на соглашение с ними под влиянием революции в метрополии (революция 1820 - 1823 гг. в Испании). Он содействовал, таким образом, отделению Мексики от Испании, исходя из реакционных соображений.

Автор дает резкую оценку деятельности императора Мексики Августина I (Итурбиде), ставшего "после смерти героем мексиканских реакционеров".

Столь же заслуженно резко автор характеризует реакционного авантюриста Санта-Ану, деятельность которого он называет "тридцатилетней карьерой коррупции и надувательства". Характеризуя боровшуюся против Санта-Аны либеральную партию, автор осуждает умеренных либералов ("модерадос") и хвалит радикальное крыло этой партии ("пурос"), которых называют "учениками Руссо, Джефферсона и Морелоса". Он высоко расценивает вождя "пурос" Бенито Хуареса.

Автор приводит любопытный эпизод, характеризующий истинное отношение Соединенных штатов Америки к реакции и ее противникам в Мексике в XIX веке. Когда Санта-Ана считал свое положение совершенно безнадежным и уже готовился к бегству из страны ввиду неизбежной победы революции, "помощь пришла к нему из неожиданного источника. Правительство Соединенных штатов было, по его собственным словам, другом мексиканских либералов, но оно было готово субсидировать тиранию в обмен на территориальные уступки". Санта-Ана продал Соединенным штатам Америки южную часть Аризоны,

стр. 129

за что и получил 10 млн. долл., которые обеспечила ему верность его армии в течение ближайшего года. Однако все это не спасло Санта-Ану: ему пришлось бежать из Мексики в 1855 Году.

Начавшуюся в 1855 г. в Мексике революцию автол правильно считает буржуазной революцией, "целью которой подобно цеди французской революции было уничтожение феодализма". Он подчеркивает прогрессивный характер этой революции, "которая привела к власти новый класс".

Однако автор смешивает классовую борьбу с национальной. Он склонен полностью, идентифицировать буржуазию с метисами, буржуазную революцию - с "революцией метисов против креолов" и приход к власти либералов - с установлением господства метисов, которых он считает создателям" мексиканской нации.

Описывая период англо-франко-испанской интервенции в Мексике и империи Максимилиана, автор всецело становится на сторону мексиканцев и осуждает интервенцию. Однако он не видит реакционных целей этой интервенции, представлявшей собой, по словам Маркса, попытку возродить священный союз и его политику по отношению к странам Латинской Америки.

Описывая империю Максимилиана, автор правильно указывает, что Максимилиан был на деле лишь марионеткой в руках французского правительства. "Максимилиан, - пишет Перкис, - вскоре обнаружил, что он фактически не имеет никакой власти. Как кошелек, так и меч были под контролем французов".

Широкие правильно отмечает небескорыстный характер помощи, которую правительство Соединенных штатов Америки оказывало Хуаресу в его борьбе против французов, Изгоняя французов из Мексики, "Сюард готовил путь для экономического проникновения в эту страну".

Автор дает в общем правильную характеристику диктатуры Порфирио Диаса. Говоря об окружавшей последнего клике, так называемой "партии ученых" ("Cientificos"), затор правильно характеризует ее как агентуру иностранного капитала. Однако спорным является утверждение о стремлении этой клики к креольской олигархии. Следует "меть в виду, что с этой группой был связан и ряд метисов и индейцев (сам Диас, его племянник Феликс Диас, генерал Рейес, Викториано Уэрта и др.).

Говоря о мексиканской буржуазной революции 1910 - 1911 гг., автор не показывает социальной базы либералов. Их вождь Мадеро, по его словам, - просто мечтатель, фантазер, и совершенно неясно, на какие социальные элементы он опирался. Победу контрреволюции автор объясняет личной неспособностью Мадеро, его неуменьем руководить государственными делами.

Между тем победу, а затем падение Мадеро следует рассматривать в свете всего хода экономического и политического развития Мексики. Либералы представляли интересы мексиканской национальной буржуазии и обуржуазившихся помещиков. Они выступили против диктатуры Диаса, стремясь покончить с властью клерикально-помещичьей реакции и с засильем иностранного капитала в Мексике. На волне мощного народного движения им удалось придти к власти. Однако, отказавшись удовлетворить требования крестьянства и рабочего класса, либералы вскоре потеряли свою массовую базу. В такой обстановке, против них успешно выступили контрреволюционные элементы, которые были поддержаны иностранным капиталом. Революция, возглавляемая Мадеро, носила антиимпериалистический характер; против нее создался единый фронт империалистов, взаимное соперничество которых отошло временно на задний план перед угрозой их общим империалистическим интересам со стороны революции. Выступления этого блока внутренней реакции и иностранного капитала и привело к свержению Мадеро.

Перкис совершенно не понял социального смысла движения конституционалистов во главе с Каррансой. Он склонен рассматривать это движение как простой переворот, в результате которого одна правящая группировка сменилась другой. Вопроса же о классовой базе каррансистов он, по существу, даже не ставит.

Крайне поверхностно охарактеризована в книге внешняя и внутренняя политика Каррансы. Недостаточно оттенена антиимпериалистическая тенденция каррансистов. Не показана их демагогическая политика по отношению к рабочему классу, в результате чего им удалось привлечь некоторую часть пролетариата к участию в подавлении крестьянского движения.

Указывая на прогрессивный характер мексиканской КОНСТИТУЦИИ 1917 г., автор вместе с тем объясняет принятие ее не революционным подъемом, а влиянием отдельных представителей правящих кругов Мексики.

Движение под руководством Эмилиано Сапаты автор характеризует как борьбу безземельного мексиканского крестьянства за землю. "Куда бы ни приходили сапатисты, они сжигали гасиенды, убивали чиновников и делили земли между пеонами. Они никогда не были армией, ибо их занятием была пахота и сбор урожая с недавно полученных ими земель, и брались за оружие лишь для того, чтобы отразить нападение; они были восставшим народом".

Весьма положительно оценивается сам Сапата. Автор указывает на его честность, мужество, отсутствие каких-либо эгоистических побуждений, решимость до полной победы бороться за свои права. "Лучше умереть стоя, чем жить на коленях", - с такими словами обращался Сапата к крестьянам Южной Мексики в одной из своих прокламаций.

Однако правильного освещения крестьянского движения в целом автор не дает.

стр. 130

Борьбу крестьянства Северной Мексики во главе с Франциско Вильей против правительства Каррансы он объясняет личной враждой между Вильей и Каррансой. О социальных же мотивах, о том, что эта борьба являлась одной из фаз аграрной революции, даже не упоминается.

Глава IX книги - "Период реконструкций" - охватывает годы 1920 - 1938. В ней содержится история Мексики в президентства Обрегона, Кайеса и его преемников, Карденаса. Автор правильно указывает на то, что "социализм" Обрегона и Кайеса ограничивался исключительно областью фразеологии. Однако не вскрыто демагогическое существо, их политики по отношению к рабочему классу и крестьянству.

Говоря о президентстве Карденаса, автор указывает в качестве базы последнего рабочий класс, крестьянство и армию, пытаясь, таким образом, затушевать роль Карденаса как представителя мексиканской буржуазии. В книге не вскрыта двойственность политики Карденаса, с одной стороны, стремившегося опереться на народные массы, чтобы обеспечить поддержку своих антиимпериалистических мероприятий, с другой стороны, выступавшего защитником классовых интересов буржуазии.

Склонность автора подменять социальные моменты национальными сказалась и на его конечном выводе: он считает, что смысл революции в Мексике в том, что она после нескольких веков белого владычества вновь начинает идти по пути индианизма.

Несмотря на общее добросовестное отношение автора к передаче фактов книга несвободна от некоторых неточностей. Так, по словам Перкиса, Наполеон III, по Мирамарскому договору с Максимилианом, обязался держать французские войска в Мексике до конца 1867 г. (стр. 260). На деле он обязался держать их там до тех пор, пока Максимилиан не создаст боеспособной армии. В 1867 г. в Мексике, согласно этому договору, должно было быть не менее 20 тысяч французских солдат.

Автор ошибается, говоря, что "генерал Прим во главе испанской армии прибыл в Вера-Крус в декабре 1861 г." (стр. 253): на деле испанскими войсками, высадившимися в Вера-Крусе 17 декабря 1861 г., командовал генерал Рубалькаба, а Прим прибыл в Мексику лишь в январе 1862г. вместе с французскими и английскими силами.

Восстание против Диаса было назначено Мадеро не на 20 ноября 1910 г., а на 29 ноября, т. е. накануне дня вступления Диаса в обязанности президента на восьмой срок (стр. 318), и т. д.

В заключение следует отметить хорошее оформление книги: тщательно подобранные иллюстрации, систематизированную по разделам библиографию, именной и предметный указатели.

М. Альперович, А, Беленький

DAWES CHARLES С. Journal as ambassador to Great Britain. Fore word by Herbert Hoover. New York. 1939. 442 p.

Ч. ДАУЭС. Дневник посла в Великобритании.

После первой империалистической войны одним из наиболее ярких проявлений англо- американских противоречий, имевших очень широкий диапазон (борьба в сфере вывоза капитала, в международной торговле, борьба за сырье и т. д.), являлось соревнование в морских вооружениях. Начало этому соревнованию положила первая мировая империалистическая война, во время которой в руках Англии контроль над морями оказался могучим средством для вовлечения США в войну на стороне Антанты.

Усилившееся влияние американского империализма в европейской политике с новой остротой поставило вопрос о "свободе морей", что в переводе на язык американского бизнеса означало право наживаться в качестве нейтральной страны во время войны.

Первым этапом в этой борьбе явилась Вашингтонская конференция, на ней США добились крупного успеха - был расторгнут англо-японский союз, дававший Англии явное превосходство перед США. Следующий этап - Женевская конференция 1927 г. и англо-французский морской компромисс 1928 г., явившийся ответом Англии на пакт Келлога, а также возвещенная Англией и Японией в ноябре 1928 г. общность политики в Китае. За англо-французским морским компромиссом скрывалась все та же страшная для Америки мысль о возможном объединении двух флотов, на этот раз английского и французского.

Впрочем, от соглашения с Францией Англия под соответствующим нажимом из Вашингтона вынуждена была вскоре отказаться. Американский сенат на временное смягчение англо- французских и англо-японских противоречий реагировал принятием в феврале 1929 г. колоссальной строительной программы, предусматривавшей постройку в течение 3 лет 15 новых крейсеров, водоизмещением каждый в 10 тыс. тонн, и одной мощной авиаматки. Реализация этой программы, далекой от прежнего скромного лозунга "паритета" с Англией, означала в близком будущем безусловное превосходство американского флота над английским.

Со времени Вашингтонской конференции военно-морская техника шагнула далеко вперед. Это обстоятельство в сочетании с действием внутриполитических факторов (острое недовольство масс) настоятельно диктовало обеим странам необходимость сближения.

В 1929 г., в момент значительного обострения англо-американских противоречий и начала мирового экономического кризиса, послом США в Лондон был назначен генерал Дауэс, личный друг Гувера, крупный американский делец, банкир и дипломат,

стр. 131

автор известного плана по урегулированию репарационного вопроса.

Опубликованный дневник Дауэса представляет собой сравнительно регулярные записи начиная с 19 мая 1929 г. по 21 декабря 1931 г., когда Дауэс был отозван из Лондона.

В большей своей части дневник посвящен предварительным англо-американским морским переговорам и Лондонской морской конференции 1930 года. Затем следуют вопросы финансовые, материалы, характеризующие позицию США в отношении попыток Лиги наций урегулировать маньчжурский конфликт и т. д.

Перед отъездом в Лондон Дауэс имел несколько бесед с Гувером и государственным секретарем Стимсоном. Перед ним была поставлена задача определения "ярдстыка" (jardstik) - условного мерила силы для сравнения (различных категорий судов.

В разговоре с Гуверам было условлено, что из двух волнующих общественное мнение Англии и Америки вопросов - о свободе морей и о морском разоружении - предметом переговоров явится только вопрос о немедленных шагах к морскому "разоружению". Макдональд с этим согласился, и в этом содержится первое признание того, как далеки были обе стороны от стремления к действительному миру. И Англия и Америка не могли не отдавать себе отчет в невозможности найти удовлетворяющее обе стороны решение по основному вопросу англо-американских противоречим - вопросу о свободе морей.

С самого начала и в продолжение всех переговоров Дауэс играет в них крупную роль. В одном из своих первых публичных выступлений - на обеде "пилигримов" 18 июня 1929 г. - Дауэс развивает предложения о характере процедуры, о "ярдстыке", о составе комитета и т. д. Возвестив о новой "эре", начатой пактом Келлога, Дауэс на всякий случай сообщает, что программа морских вооружений, выполнение которой должно быть начато немедленно, утверждена конгрессом в сумме 250 млн. долларов, но что президенту при этом, предоставлено право приостановить выполнение этой программы в случае международного соглашения об ограничении морских вооружений. Попутно он сообщает, что, по заявлению Стимсона, в распоряжении последнего имеется меморандум, из которого видно, что морской, департамент США рекомендует строительство одних только новых судов на сумму около 1170 млн. долларов.

Великодушный жест Макдональда, заявившего в самом начале переговоров о приостановке (по мотивам будто бы не только морской безопасности, но и экономии национальных средств) постройки крейсеров "Surrey" и "Northumberland", об отказе от постройки ряда подводных лодок и о решении замедлить работы на доках по морскому строительству, не встретил такой же готовности со стороны США. Отдавая должное этому проявлению дружеских чувств, Гувер заявил, тем не менее, что, поскольку морская мощь Англии в крейсерах превосходит американскую, ведущееся строительство трех крейсеров не приведет к неравенству и американское правительство временно воздержится от приостановки их строительства. И Гувер и Макдональд встречали сильное сопротивление со стороны наиболее милитаристически настроенных кругов английского адмиралтейства и морского департамента США. Макдональд жалуется Дауэсу на то, что он лично согласен с предложением США, но встречает сильную оппозицию со стороны адмиралтейства, не говоря уже о необходимости оглядываться также и на другие государства.

Морской департамент США (Naval general Board) добивался равенства американского крейсерского флота с английским. Дауэс приводит любопытный инцидент, имевший место между Гувером и представителями морского департамента. На одном из заседаний представители морского департамента в докладе о "ярдстыке" заявили, что они считают необходимым добавить 8 новых крейсеров, вооруженных шестидюймовыми орудиями, тоннажем по 7 тыс. тонн. Гувер тут же вытащил из кармана формулу "ярдстыка", начал подсчитывать и неожиданно объявил, что, согласно формуле "ярдстыка" предшествующего доклада морских экспертов, дополнительных крейсеров понадобится 41 /2 , а не 8. Ничего не ответив, представители морского департамента ушли с заседания. Тогда Стимсон отправился в департамент и потребовал объяснений. Ему ответили, что "ярдстык" - в конце концов только "дымовая завеса" и что они лишь выполняли свой долг в защите интересов своей страны. Стимсон оказался тогда вынужденным разъяснить, что "Соединенные штаты в своих международных переговорах не имеют обычая прибегать к маскировке" (стр. 95).

Во время предварительных переговоров, как и во время морской конференции в Лондоне, Дауэс поддерживал тесную связь с японским послом в Англии Мацудайра и держал его в курсе своих переговоров с Макдональдом. Содержания большей части своих разговоров с японским послом Дауэс в дневнике не воспроизводит.

В результате англо-американских морских переговоров было принято решение о созыве в начале 1930 г. морской конференции пяти держав. Англо-американское морское соглашение получало силу лишь при наличии поддержки его со стороны Японии, Франции и Италии.

Морская конференция открылась в Лондоне 21 января 1930 года. На конференции Дауэс встречается со "своим старым другом военных дней" - Тардье. "Растроганный" воспоминаниями, Тардье сказал ему: "Вы и я здесь "единственные из тех, кто был при окончании войны в 1917, 1918, 1919... Если бы только мы теперь были властны решать вопрос, как решали его тогда, мы недолго оставались бы здесь" (стр. 125). (Следует "меть в виду, что после вступления Америки в войну Дауэс был назначен начальником снабжения при американской ставке во Фран-

стр. 132

ции, где руководил перевозкой амуниции и продовольствия для экспедиционного корпуса генерала Першинга, за что получил чин генерала.) Но, смахнув слезу от нахлынувших воспоминаний о войне, Дауэс (вообще любящий вспоминать о своем участии в войне) возвращается к делам. А здесь уж нет места сантиментальным побуждениям, С пробным планом, предложенным американской делегацией, он предварительно знакомит Макдональда и японского посла, но держит его в секрете от Тардье, находя вообще притязания последнего чрезмерными.

В инструкциях, даваемых Дауэсу, Гувер все время подчеркивал невозможность для Америки согласиться на превосходство британской морской программы, несмотря на техническое превосходство американского флота.

Наибольшую трудность в переговорах представлял вопрос о крейсерах. Вокруг этого спора на конференции, больше похожей, по словам Дауэса, на войну чем на мир, шла самая ожесточенная торговля. Атмосфера переговоров была наполнена взаимными подозрениями и недоверием. "Мы торговались, - пишет Дауэс, - не доверяя друг другу, мы обхаживал" друг друга... подозревали друг друга так, как если бы наша миссия заключалась в подготовке войны, а не мира", (стр. 151). "Через месяц после начала переговоров, - пишет Дауэс в своем меморандуме от 16 февраля 1930 г., - кет больше места для оптимизма..." (стр. 152). Но, оставаясь один со своим дневником, он признается: "Глупо тратить время, пытаясь убедить делегации снизить их минимум, когда мы не хотим снижать наш собственный" (стр. 149).

Разногласия с Францией были очень велики. Французский империализм в это время начал осуществление обширной морской программы подводного флота, крейсеров и миноносцев и поэтому противился всяким попыткам ограничения морского строительства. С другой стороны, сопротивление Франции усиливалось вследствие заявленного Италией требования о полном равенстве итальянского флота с французским во всех видах вооружений. Англичане считали, что французские претензии ставят Англию перед необходимостью увеличить собственные требования. Несмотря на всю остроту англо-французских расхождений, Дауэс признается, что японские претензии хотя и облечены в более скромную форму, но представляют более серьезную угрозу.

Дауэс склонялся даже к мысли о заключении тройственного пакта между США, Англией и Японией, находя, что такой пакт был бы в создавшихся условиях шагом вперед, несмотря на специальную статью, освобождавшую Англию, а впоследствии также и США и Японию от взятых ими на себя обязательств пои усилении морского строительства во Франции. Он рассчитывал таким путем воздействовать на общественное мнение Франции. "Угрожающая строительная программа на бумаге - одно, угрожающее строительство в действительности - другое. Последнее стоит денег..." США, однако, допускали возможность тройственного пакта только в случае полного провала идеи пакта 5 держав.

Главной целью Франции в переговорах было признание ее права на обеспечение безопасности. США откровенно заявляли о своем желании остаться в стороне от европейских конфликтов. "Соединенные штаты, - пишет Дауэс, - не хотят быть вовлеченными в европейскую путаницу" (стр. 162). С еще большей отчетливостью эта позиция США выявилась в заявлении американской делегации, касавшемся консультативного пакта. Америка, как указывалось в этом обращении, не возражала против участия в консультативном пакте, но она не хотела вступать в такой пакт, где имелась опасность, что ее обязательства могут быть неправильно поняты, как обязательства оказывать военную помощь (см. стр. 171 - 172).

Дауэс отводит в своем дневнике много места франко-итальянским переговорам на конференции. В качестве посредника между Францией и Италией в этик переговорах выступал представитель "Foreign office" Крэги. СІЇІА, разумеется, не могли оставаться безразличными к франко- итальянскому спору: соглашение о французских подводных лодках влекло за собой увеличение количества британских миноносцев, что в свою очередь ввиду "паритета" потребовало бы увеличения числа миноносцев для США. Франко-итальянские разногласия были так велики, что, по словам Гендерсона, "Крэги одно время уже истощил было все свои ресурсы". Для США возникал вопрос о том, возможно ли между Францией и Италией соглашение, не противоречащее в какой-либо степени Вашингтонскому договору о броненосцах, и должны ли США принять приглашение быть представленными в проектном комитете (см. стр. 313). Англия обещала приложить все усилия к тому, чтобы франко-итальянское соглашение было заключено в такой форме, которая исключала бы ревизию Вашингтонского договора, но скоро и сам Дауэс в результате дискуссии по техническим вопросам вынужден был признать, что "небольшая ревизия Вашингтонского договора будет необходима".

В конце марта 1931 г. Дауэс отмечает резкое ухудшение во франко-итальянских переговорах в связи с известием о предполагавшемся таможенном союзе между Австрией и Германией, заставившим Францию и Центральную Европу насторожиться. Французы выступили с предложением о сокращении времен" действия предварительного соглашения. Вместо предполагаемого срока до 31 декабря 1936 г. - к этому времени истекал срок действия Вашингтонского и Лондонского договоров - они предлагал" установить срок действия предварительного соглашения - июль 1935 года. США (Стимсон) заняли в отношении этого ?предложения Франции о соглашении на 41 /2 года выжидательную позицию; английское адмиралтейство высказалось против; Италия тоже была против. Один лишь Дауэс, потерявший надежду на то, что соглаше-

стр. 133

ние вообще будет достигнуто, считал, что такой договор все же лучше чем отсутствие какого бы то ни было. Практического значения цифры, фигурировавшие в франко-итальянских морских переговорах, вследствие их незначительности ни для США, ни для Японии, по признанию Дауэса, не имели. Задача Дауэса состояла в том, чтобы приостановить гонку в морском строительстве Франции и Италии, угрожавшую побудить и Англию к некоторым изменениям в Лондонском договоре.

Когда, наконец, соглашение в целом было достигнуто, возникли трудности в его формулировании. Англичане вместе с американцами хотели во вступительной части подчеркнуть связь соглашения с пактом Келлога, французы, напротив, настаивали на подчеркивании его зависимости от Лиги наций.

На морской конференции І930 г. принцип "паритета", установленный на Вашингтонской конференции для линейного флота, был распространен на все категория судов. Признание Англией принципа "равенства" с США и Отказ, ее от принципа "Two Power Standard" при разбросанности британских владений создавали условия для фактического превосходства американского флота. "Сближение" между этими двумя крупнейшими морскими державами меньше всего было похоже на действительное разоружение. Англо-американское морское соперничество вступало лишь в новую фазу. В предусмотренных Лондонским договором широкой экспансии Америки в области крейсерских сил и праве Англии на частичную замену устаревших крейсеров новыми англо-американское соперничество получало более высокую техническую базу яда своего дальнейшего развития. Еще менее это соглашение могло ослабить англо-американское экономическое соперничество "а важнейших мировых рынках.

Деятельность Дауэса в качестве посла "В Лондоне, как это видно из его дневника, была весьма разносторонней... Так, он внушает афганскому послу в Лондоне мысль о приглашении в Афганистан американского эксперта по финансовым вопросам, сам же предрешает вопрос о кандидатуре на этот пост и пишет об этом Ламонту, прося его в случае согласия осведомиться лишь у Стимсона, не встретятся ли к этому какие-либо возражения (см. стр. 228), Когда в Испании происходит переворот, Дауэс из Лондона настойчиво торопит с признанием временного испанского правительства. По инициативе Берлина он предпринимает шаги к организации встречи германского рейхсканцлера Брюннинга с Юнгом (встреча не состоялась из-за отказа Юнга).

Умный наблюдатель, Дауэс не делает никаких иллюзий, говоря о последствиях жестокого экономического кризиса в Европе, в частности в Англии, и в Америке. После визита к Меллону он записывает в своем дневнике: "Одно я должен отметить особенно в это время ужасной депрессии в делах, несомненно самой худшей в стране с 1873 г., - это то, что даже самые богатые люди озабочены..." Дауэс неоднократно возвращается к этой аналогии с 1873 г.: "В нашей собственной стране банки закрываются каждый день... Условия здесь почти такие же, как в 1873 и 1893 годах" (стр. 351).

Дауэс - ближайший советник президента. В предвидении скорого краха австрийского Национального банка Дауэс считает, что Рейхсбанк будет вынужден объявить мораторий, который вызовет мировой финансовый кризис. Одни только нью-йоркские банки имеют германских акцептов на сумму 500 млн. долларов. Когда ньюйоркские банкиры обратились к Гуверу за поддержкой, ему пришла мысль о репарационном моратории на один- два года. Дауэс одобрил этот план, настаивая при этом лишь на двухлетнем сроке. "Европейские финансы, - записывает в дневнике Дауэс, - неустойчивы, но этот план может помочь, а тем временем золотой резерв Австрийского банка, так же как и Рейхсбанка, опасно уменьшится, и призыв Америки к краткосрочным займам и благоприятный для нас торговый баланс будут продолжать высасывать кровь из европейских финансов" (стр. 351). Решение о целесообразности репарационного моратория, как видно из дневника Дауэса, Гувер принял не без колебаний; он не был уверен в лидерах оппозиции в сенате, где это предложение должно было быть ратифицировано. Гувер просил Дауэса о поддержке этого предложения в сенате и сообщил ему о своем намерении объявить Дауэса автором этого плана. Бывший директор Рейхсбанка Шахт специальной телеграммой выражал Дауэсу свою благодарность. "Опять Вы показали, - писал он, - присущие вам мудрость и смелость поддержкой очень полезного послания президента конгрессу" (стр. 353).

Отмечая тяжелую ответственность Франции, если она одна будет противостоять предлагаемому Гувером репарационному мораторию, Дауэс указывает на то значение, которое приобретает германская проблема в торговых и финансовых отношениях различных государств: "В эти дни торговой и финансовой международной взаимозависимости никакая, даже самая великая нация не. имеет иммунитета от влияния на нее кредитного потрясения какой-либо другой могущественной нации. Это всегда влечет за собой широко распространяющийся кредитный крах. Вот почему мир теперь так единодушен в вопросе о кредитной помощи Германии". В американском предложении, посланном в Лондон Стимсону и Меллону, присутствовавшим на международной конференции помощи Германии, указывалось: "Существо проблемы - это восстановление доверия к Германии в экономической жизни как самой Германии, так и заграницей". "Если предложение Гувера, - сантиментально резюмирует Дауэс, - будет принято, как это теперь представляется, много прочувствованных книг будет написано об альтруистических мотивах" (стр. 357). Несколькими строками ниже мы узнаем от Дауэса, что эти альтруистические действия оказываются неизбежной данью, необходимой жертвой для улучшения условий мирового рынка (см. стр. 358).

стр. 134

Дальновидный наблюдатель, Дауэс трезво оценивает силы мирового империализма, когда говорит: "Европа, однако, находится на перекрестке дорог, и одна из них ведет к разрушению нынешнего социального строя" (стр. 360).

С пацифистским сожалением констатирует Дауэс разногласия в англо-французских взаимоотношениях, в частности в финансовых вопросах. Вспоминая первую мировую Империалистическую войну, Дауэс говорит: "Англичане и французы вместе умирали на фронте, а теперь, в тылу, они дерутся как собаки и кошки".

В июле 1931 г. большую тревогу в Нью-Йорке вызвала утечка золота из Английского банка, грозившая тяжелыми осложнениями на мировом рынке. "Есть предположения,- пишет Дауэс, - что Франция поощряет эту утечку золота из Англии. Я не могу этому поверить. Ясно, что Англия накануне кризиса. На прошлой неделе это произошло в Германии, теперь - в Англии. Приостановит или нет рост процента в Английском банке отлив золота из Англии в условиях настоящего финансового потрясения - это вопрос, который должен стать предметом обсуждения в Лондоне и в Нью-Йорке". Это писал Дауэс 25 июля, а 26 июля он уже отмечает в своем дневнике, что в течение последних 11 дней Лондон потерял около 155 млн. долларов золотом.

В конце июля положение английских финансов оказалось настолько серьезным, что директор Английского банка Киндерслей спешно выехал в Париж за займом. Под давлением Америки Франция согласилась на заем. Английский банк получил от Федерального резервного банка США и Французского банка заем в 50 млн. фунтов стерлингов. Несмотря на совместные усилия Английского банка и банкиров Парижа и Нью-Йорка, ресурсы Английского банка, включая золотой запас, быстро истощались. "Фунт стерлингов, - записал Дауэс 19 сентября, - не мог быть поддерживаем на нормальном сравнительном курсе двух валют больше чем несколько дней", а 21 сентября Дауэс уже констатировал, что отлив капиталов из Английского банка составляет не менее 15 млн., фунтов стерлингов. Макдональд известил тогда государственный департамент США о неизбежности отказа Англии от золотого стандарта. Дауэсу принадлежала активная роль в упорядочении английских финансов. По просьбе английского государственного казначейства, Дауэс созвал представителей американских банков, имевших лондонские отделения, и обратился к ним с просьбой о сотрудничестве с британскими банками в направлении ограничения покупок британскими гражданами на иностранную валюту.

В ноябре 1931 г. Дауэс, по предложению правительства США, срочно поехал в Париж, где в это время происходили заседания Совета Лиги наций, обсуждавшего положение в Маньчжурии. Ему было предоставлено право, если бы он нашел это нужным, присутствовать на заседаниях, но Дауэс от этого отказался, несмотря на настойчивые приглашения. Бриан указывал Дауэсу, что его отсутствие на заседаниях может причинить ущерб престижу Лиги наций и повредить ее влиянию, но Дауэс настаивал, что параллельное сотрудничество США будет более эффективно.

Дауэс развил, однако, в Париже весьма активную, деятельность. Его квартира в Ritz Hotel была настоящим штабом, который посещали и японский посол и Бриан, и где получила свою первоначальную кристаллизацию предварительная резолюция совета Лиги наций. И японский и китайский посланники сразу же по получении инструкций от своих правительств совещались по поводу них с Дауэсом, который возражал против определения срока эвакуации японских войск и доказывал, что впредь до окончательного соглашения следует лишь добиться прекращения враждебных действий. В случае, если бы в Париже не удалось достигнуть соглашения, США предполагали созыв конференции держав, подписавших пакт девяти. "Если бы соглашение с Японией не было достигнуто, - пишет Дауэс, - другие державы, подписавшие пакт девяти, стали бы перед альтернативой унизительного принятия статус-кво или необходимости прибегнуть к войне или к каким-либо санкциям" (стр. 426).

В затруднениях, возникших в вопросе об определений нейтральной зоны, США поддерживали претензии Японии, находя их вполне обоснованными по географическим соображениям. Деятельность Дауэса в Париже я в особенности то, как Дауэс в составленном им, но неиспользованном обращении намеревался ликвидировать конфликт между Японией и Китаем (см. стр. 430) вызвала особое одобрение в США со стороны Гувера и Стимсона. 26 декабря 1931 г. Стимсон известил Дауэса о решении президента назначить Дауэса председателем делегации США на конференции по разоружению в Женеве в феврале 1932 г., а 2 февраля Дауэс был отозван из Лондона и назначен председателем комиссии по реорганизации финансов.

Опубликованный дневник Дауэса содержит обильные материалы по истории переговоров о морском разоружений. Он представляет несомненный интерес, в особенности при изучении англо- американских противоречий на обозреваемом Дауэсом отрезке времени.

П. Осипова

 

Orphus

© libmonster.ru

Permanent link to this publication:

https://libmonster.ru/m/articles/view/Рецензии-ИСТОРИЯ-НОВОГО-ВРЕМЕНИ-2015-08-22-0

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Lidia BasmanovaContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://libmonster.ru/Basmanova

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

Рецензии. ИСТОРИЯ НОВОГО ВРЕМЕНИ // Moscow: Russian Libmonster (LIBMONSTER.RU). Updated: 22.08.2015. URL: https://libmonster.ru/m/articles/view/Рецензии-ИСТОРИЯ-НОВОГО-ВРЕМЕНИ-2015-08-22-0 (date of access: 20.09.2019).

Found source (search robot):


Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Lidia Basmanova
Vladivostok, Russia
719 views rating
22.08.2015 (1489 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes

Related Articles
Преграды к созданью Единой Теории Поля и путь одоления их. Barriers to the creation of the Unified Field Theory and the path of overcoming them.
Catalog: Философия 
9 hours ago · From Олег Ермаков
ЯНТАРНЫЙ ПУТЬ
Catalog: География 
2 days ago · From Россия Онлайн
ПЕРВАЯ В РОССИИ КНИГА О ФРАНЦУЗСКОЙ БУРЖУАЗНОЙ РЕВОЛЮЦИИ КОНЦА XVIII ВЕКА
2 days ago · From Россия Онлайн
АЛЕКСЕЙ АЛЕКСЕЕВИЧ БРУСИЛОВ
2 days ago · From Россия Онлайн
ЕГИПЕТ: ЭВОЛЮЦИЯ ПОЛИТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ
2 days ago · From Россия Онлайн
А. Т. БОЛОТОВ - УЧЕНЫЙ, ПИСАТЕЛЬ ЭНЦИКЛОПЕДИСТ
2 days ago · From Россия Онлайн
Несмотря на недолгое существование казино Crystal Casino на онлайн-рынке, сейчас оно является одним из самых развитых и уважаемых онлайн-казино. Это российское онлайн-казино предлагает несколько сотен различных игр, доступных на настольных компьютерах, а также на смартфонах и планшетах.
Catalog: Лайфстайл 
2 days ago · From Россия Онлайн
МОСКОВСКИЕ ОХОТНИКИ ПРЕДПОЧИТАЮТ ЯСТРЕБОВ И СЕТТЕРОВ
Catalog: Лайфстайл 
7 days ago · From Россия Онлайн
НЕНУЖНАЯ НЕОБХОДИМОСТЬ
Catalog: Лайфстайл 
7 days ago · From Россия Онлайн

Libmonster, International Network:

Actual publications:

LATEST FILES FRESH UPLOADS!
 

Actual publications:

Загрузка...

Latest ARTICLES:

Latest BOOKS:

Actual publications:

Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
Рецензии. ИСТОРИЯ НОВОГО ВРЕМЕНИ
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate $ to Libmonster ($)

Russian Libmonster ® All rights reserved.
2014-2019, LIBMONSTER.RU is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Russia


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Germany China India Sweden Portugal Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Uzbekistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones