Libmonster ID: RU-17336
Author(s) of the publication: А.И. САЛИЦКИЙ

(?) 2000

Аппарат исследования теневой экономики нуждается в ряде уточнений. По- видимому, центральным вопросом здесь является выбор признаков, по которым та или иная экономическая деятельность может быть отнесена к "теневой" или ""негативной". Между этими двумя понятиями, кстати, целесообразно провести различие, если пользоваться распространенным в научной литературе критерием соответствия экономической деятельности закону (1). Тогда, быть может, "теневой" нужно будет признать экономику, не соответствующую нормам гражданского и административного права, а "негативной" (криминальной) - уголовному законодательству. При подходе, основанном на признаках легитимности, однако, не вполне ясны отличия "теневой" ("негативной") экономики от преступности - и, соответственно, смысл введения новых терминов.

Тем не менее появление последних, по-видимому, не случайно. Оно связано с огромными масштабами и выросшей организованностью экономической преступности в ряде неустойчивых стран мира, с одной стороны, и явной неадекватностью существующего законодательства, а также правоохранительной деятельности - с другой (эта неадекватность - качественного характера, ее не следует понимать как недостаточность, наоборот - налицо очевидная избыточность плохого законодательства и такой же правоохранительной системы). С начала 90-х годов и для России стало характерно положение, когда "дырявому", логически и концептуально эклектичному законодательству прежде всего противостояла динамичная и посему целеустремленная негативная экономика. Баланс сил постоянно менялся в пользу последней, которая от контроля над крупными товарными и денежными потоками постепенно переходила к захвату фондов, инфраструктуры и институтов управления, подминая под себя региональную и центральную власть.

Такая эволюция закономерна - заведомо обреченной для развития правового общества в России 90-х годов была сама идея институциональной революции, верховенства свежеиспеченного права, особенно когда последнее формировалось "на ходу", полностью отбрасывало нормы, складывавшиеся в течение долгого времени, изготавливалось путем простой компиляции зарубежных образцов, по принципу "нужно побыстрее принять", в форме противоречащих друг другу указов и постановлений с одновременным организационным разрушением правоохранительных органов и т.п. Со временем перманентный институционально-правовой кризис перерос, как представляется, в превращение дряблой, принципиально неэффективной политико-правовой надстройки в условие воспроизводства негативного капитала (т.е. денежных средств, оборот которых прямо противоречит расширенному общественному воспроизводству, интересам народного хозяйства и т.д. (2)).

Общество явно ощущает недостаточность и ограниченность одних только критериев сегодняшней легитимности для определения негативного хозяйства,

стр. 83


во-первых, и попыток его преобразования в социально более удобоваримые формы путем простого усиления правоохранительной структуры, во-вторых. Некорректность чисто юридических признаков вытекает из многих обстоятельств. Как справедливо указывают исследователи, специально занимающиеся изучением негативной экономики, в современной России она сплошь и рядом соседствует и переплетается с разрешенной (официальной). Несколько иной аспект замечает обозреватель британского журнала, описывая "коррумпированную и некомпетентную" систему коммерческих банков: "Так называемые олигархи контролируют и "высоты" и "глубины" в экономике РФ" (3).

Понятно, что для большинства средних и мелких экономических агентов, остатков системы национального общественного воспроизводства, зажатых в этих диких тисках, теневая деятельность нередко является единственным способом самосохранения, а связанные с этим нарушения административного и гражданского законодательства (скажем, по налогам) - вполне допустимой с моральной точки зрения "необходимой обороной". Эта оборона в ряде случаев предусматривает не только занижение объемов производства и сбыта, но и натурализацию обменов, наличные расчеты и т.п. Часть теневой деятельности, понимаемой таким образом, совпадает, по существу, с неформальной экономикой, широко распространенной в странах Востока и Латинской Америки. Именно эта часть хозяйственной структуры, к сожалению, подвергается и наиболее энергичному прессингу со стороны органов правопорядка, налоговых служб и т.п.

В то же время целый ряд достаточно крупных и формально легитимных субъектов хозяйства в современной России по существу своей деятельности вообще не отвечает общепринятым экономическим определениям. Скажем, многие "банки" не являются финансовыми посредниками, так как практически не могут на регулярной основе привлекать вклады населения или средства предприятий. Не занимаются такие заведения и кредитованием производства или торговли. Они возникли и существуют за счет откровенного паразитизма: изъятия у государственных финансовых структур дармовых кредитов и расчетных функций (нередко с их выносом за рубеж), ростовщичества, прямого участия во внутренней и внешней торговле, задержек в осуществлении платежей и т.п. Иные просто представляют собой слегка "отмытые" воровские "общаки", хотя, как говорят, в деятельности таких заведений начинает подвергаться эрозии и традиционная воровская этика.

Поэтому формальное соответствие действующему законодательству, регистрационные атрибуты, возможности использовать дорогую юридическую защиту и т.п. вряд ли стоит считать надежным и тем более единственным критерием при комплексном научном определении понятий и выяснении причин возникновения (распространения) теневой и негативной экономической деятельности. Необходима более точная квалификация этих явлений в широком историческом, мирохозяйственном, макроэкономическом, внешнеполитическом, социальном и моральном контексте. Такая работа нужна обществу и государству в первую очередь для самооценки и лишь затем для саморегулирования, включая правовое - с непременным изменением действующих норм. Соответственно, сложные социально-экономические критерии должны иметь приоритет при выработке и последующем юридическом оформлении означенных понятий, особенно в так называемых переходных и неустойчивых странах.

Последняя четверть XX в., и особенно 90-е годы, по-видимому, не случайно стали периодом выраженного расширения сферы теневой и негативной экономики - если рассуждать об этих явлениях как в экономической, так и в юридической плоскости. Наиболее общие причины этого явления следует искать в повышении производительности труда в современной промышленности и ее низком трудоабсорбирующем потенциале, структурных сдвигах в мировом хозяйстве (в частности, в

стр. 84


резком увеличении доли сферы обращения в цене товаров: по расчетам исследователей журнала "The Economist", с 20% в середине 70-х годов до 45-50% в настоящее время), снижение темпов роста, монополизации многих рынков и относительном ослаблении среднего по размерам капитала. В то время как в странах с высоким уровнем доходов упомянутые сдвиги вели к значительному расширению сферы малого предпринимательства и индивидуальной занятости, зачастую нерегулярной, но давно легитимной и в среднем нормально обеспеченной кредитом, сбытом, социальным страхованием, а также к росту финансового сектора (поддерживавшего свое существование в том числе и за счет участия в эксплуатации высоких темпов развития отдельных стран периферии), увеличению занятости в различных государственных и неприбыльных организациях и т.п., - иная картина складывалась в ряде развивающихся стран и "переходных" государствах в 90-е годы. Дополнительными факторами роста в их границах неформальной экономики, а также "негатива" стали чрезмерная либерализация национальных хозяйств и международных экономических связей, широкое распространение на периферии антиэтатистской и анархической идеологии, признание законными многих прежде преследовавшихся экономических операций.

Социальную и хозяйственную ситуацию в России на исходе XX в., вероятно, следует признать исключительно своеобразной. Для нашей страны вряд ли будет продуктивным простое заимствование представлений и норм, касающихся теневой, негативной, подпольной, тайной, параллельной и тому подобной экономической деятельности, из опыта других государств. По-видимому, баланс учета имеющихся в этой области зарубежных оценок (норм) и национальной специфики должен быть сдвинут в сторону последней. В международном же опыте целесообразно искать полезные аналоги в странах со сходным уровнем развития и, быть может, там, где социально-экономическая ситуация характеризуется стабильностью, а хозяйство - ростом и развитием. Некоторое внешнее сходство с азиатскими странами может быть обнаружено разве что в совпадении ряда черт, связанных с избыточной либерализацией экономики НИС в 90-е годы и недавним кризисом (4). Однако и в этой области скорее преобладают различия. Занесенные извне и родимые пороки меркнут перед их нынешним российским масштабом.

Впрочем, приоритет национальной специфики при определении теневой и негативной экономической деятельности, вероятно, вообще неизбежен в современных условиях, когда существуют гигантские разрывы в уровнях развития различных стран, принципиально отличающиеся типы экономического бытия и способов подключения к мировому хозяйству. Такой приоритет, естественно, не исключает участия отдельных государств в международных усилиях по классификации негативных экономических явлений и унификации индивидуальных и групповых подходов к их наиболее злостным формам (наркобизнес, работорговля).

В определении же теневой и негативной деятельности в РФ в конце 90-х годов назрел, на мой взгляд, и приоритет экономических, в том числе количественных, критериев. Руководствуясь последними, следует, по-видимому, обозначить сверхприбыль как границу, за которой кончается нормальное воспроизводство и начинается негативная экономика. Соответственно, появляются и четкие разделительные линии между такими парами понятий, как "ростовщичество - кредитование", "спекуляция - торговля", "мошенничество - биржевые операции", "коррупция - регулирование", "рэкет - охрана", "контрабанда - импорт" и т.д. (5)

При использовании экономических критериев также представляется полезным разделение между теневой и негативной деятельностью. Особенно актуально на современном этапе определение последней как наносящей прямой ущерб состоянию производительных сил страны, быть может, с введением в законодательство такого понятия, как "нанесение ущерба национальной экономике" (быть может, чтобы

стр. 85


Таблица 1

Биржевой оборот (купля-продажа акций) в процентах к их капитализации (1998)

Тайвань

Южная Корея

Китай

США

Сянган

Россия

323

170

130

110

60

10

Источник: The Economist. 19.06.1999, р. 128.

избежать в дальнейшем определений вроде "саботаж", "экономическая диверсия" и т.п.). Отток капитала - наиболее явная форма такой деятельности. Однако необходимо видеть, что данное явление - лишь оборотная сторона возможностей получать сверхприбыль, в том числе за счет операций первого рода в приведенных выше квалификационных парах.

Хозяйственная действительность позднего СССР и России 90-х годов дала исключительно богатые возможности для получения сверхприбылей или просто дармовщины. Поначалу эти явления возникали во внешней и внутренней торговле, затем распространились на всю сферу обращения, так называемые естественные монополии (6) и т.д. Эта порочная генетика (связанная во многом с декретным наделением собственностью или правами распоряжаться товарными потоками) во многом продолжает определять характер экономической деятельности в стране и, к сожалению, закрепилась в ряде устойчивых макропоказателей.

Уникальность ситуации в РФ состоит в том, что возможности для получения сверхвысоких доходов существовали и существуют при относительно небольших и даже уменьшающихся вложениях. Это, в частности, подтверждают статистические данные о некоторых постоянных аномалиях в хозяйстве: астрономическом уровне ссудного процента (не опускавшегося ниже 60% на протяжении 90-х годов), сверхвысокой скорости оборота денег (примерно в 8 раз превышающей показатели в других странах) и исключительно высоких комиссионных по расчетам, обмену валюты и т.п. И уже с этими причинами связаны прочие патологии - отток избыточной для продолжения сверхдоходных операций прибыли за рубеж, монополизм и ценовой произвол, фрагментация национального рынка, суженное воспроизводство, непомерно высокая доля внешней торговли в ВВП, аномальный фондовый рынок (табл. 1) и т.д. Вместе взятые, данные обстоятельства свидетельствуют о неправомерности широко распространенного тезиса о "первоначальном накоплении капитала" в России 90- х годов - крупные состояния продолжают тяготеть к малопочтенным промыслам, монополизации сужающихся рынков или, подчеркну, в лучшем случае - просто зарубежному хранению. Потому они и не могут квалифицироваться как "капитал". Все это ведет в конечном счете к беспрецедентному для мирного времени явлению - упадку производительных сил и деградации человека, выражающейся в постоянном падении индекса развития человеческого потенциала (Human Development Index), разрушении демографического воспроизводства, общественной морали и т.д. (7)

Таким образом, своеобразие ситуации в РФ во многом заключается в гигантских отклонениях от макроэкономических и социальных пропорций и динамики, которые признаются нормальными в большинстве стран мира - независимо от уровня развития. Соответственно, и негативную в экономическом смысле деятельность, вероятно, следует в самом общем виде определить в этой стране как направленную на поддержание (усиление) таких диспропорций (8). Теневая же экономика сама по себе таких диспропорций не создает, она вынужденно живет в дикой среде, образуя периферию хозяйства. При этом продолжается движение к превращению негативной экономики в господствующую. Движение имеет и выраженный географический аспект - в виде гипертрофии столицы в сфере обращения. Стать же

стр. 86


Таблица 2

Отдельные экономические

Год

Показатели РФ

1993

1994

1995

Соотношение мировых и внутренних

4,0

2,4

1,8

Цен (раз)

Производство потребительских

48,7

25,7

17,8

Товаров, (% к 1990 г.)

Импорт (млрд. долл.)

44,3

50,5

60,8

Источник: Госкомстат РФ.

системообразующим укладом в какой-либо стране негативная экономика не может - по сути своей она деструктивна и ее господство означает хозяйственный крах страны.

Вероятно, с преодоления макроэкономических диспропорций нужно и начинать отсчет к желаемому обществом перелому негативной социально-экономической кривой, восстановлению нормальной государственности и хозяйства. Понятно, что становление и расширение позитивной и реальной экономики (их границы для современной России во многом совпадают), преодоление "тени" и "негатива", выдавливание посредников и "ленивых денег" в нормальное воспроизводство предполагают прежде всего улучшение (нормализацию) перечисленных выше показателей, ликвидацию (передачу в общественное распоряжение) возможностей получения сверхприбыли, декретной дармовщины. В свою очередь, такая работа предполагает решительный взлом "коммерческих тайн", контроль и прозрачность ценообразования, выявление доли "крыш" и т.п. Наведение порядка, естественно, нужно начинать со сферы обращения, в частности резкого ужесточения и выпрямления системы расчетов.

Приоритет экономических критериев требует и выяснения характера частной деятельности по отношению к общим интересам народного хозяйства - как целого, а не только части мировой экономики. При таком подходе одна из областей, где различия между негативной экономикой в хозяйственном и юридическом смыслах отчетливо видны, - внешнеэкономическая сфера. В России подавление местных производительных сил в 90-е годы в значительной мере осуществлялось извне, в том числе с помощью всего набора неджентльменских средств захвата рынков (классическую демпинговую атаку хорошо иллюстрируют данные табл. 2). Одновременно сложился компрадорский (преимущественно в столице, а также в портовых городах) и одновременно достаточно легитимный слой коммерсантов и администраторов, живущих за счет доходов от импорта - а еще чаще контрабанды (9). Не лучше и социально-экономический облик экспортеров сырья и топлива. "Естественные монополии", впрочем, объективно заинтересованы в сохранении некоторой целостности хозяйства, слабом, но сохраняющемся государстве. При хорошей конъюнктуре на внешних рынках у них обнаруживается даже некоторая склонность к патриотическим демаршам.

Подобное положение трудно представить в азиатских странах, добившихся с помощью внешнеэкономических рычагов существенных успехов - в том числе в решении задачи повышения доли добавленной стоимости в цене производимой продукции. Защита внутреннего рынка и развитие промышленного экспорта является там не только законодательно оформленным принципом, но и существенной частью квалификационной и идеологической подготовки чиновников, работающих в этой сфере. Внешнеэкономические связи, помимо этого, находятся под пристальным вниманием специальных служб. Подкуп служащих в этой сфере зарубежными предпринимателями поэтому зачастую предполагает не нарушение законов, а просто

стр. 87


следование им без дополнительных бюрократических проволочек. Быть может, в сравнении с Россией такая коррупция может квалифицироваться как "конструктивная".


ПРИМЕЧАНИЯ

1 Л.В. Гевелинг не проводит различия между "теневой" и "негативной" экономикой. Вместе с тем этот автор имплицитно предлагает, как представляется, ценный критерий для проведения важной границы между двумя понятиями: "применение насилия как принципа осуществления деловой практики" (Л.В. Гевелинг. Негативная экономика в Африке. Становление криптосоциальных общностей. - Вестник Московского университета. Серия 13. Востоковедение. 1992, N 2, с. 20).

2 Негативный капитал можно определить как лишенный накопительной, воспроизводственной функции в какой-либо отрасли. Он стремится только к сверхприбыли - в том числе в силу гигантских непроизводительных расходов (включая подкуп властей, приобретение нерентабельных СМИ и т.д.) (А.И. Салицкий. Антикапитал - чудище обло, огромно... - Предпринимательство. Политика. Наука. 1996, N 3,с.42).

3 The Economist. 19.06.1999, p. 20.

4 "Кризис не только наша вина - иностранные банки, преждевременная глобализация рынков капитала и "горячие деньги" сыграли свою негативную роль, - отмечает сингапурский финансист и продолжает, - рынок капитала превратился в азиатское Эльдорадо: выражения "акционирование", "приватизация", "связи в правительстве" стали современными аналогами фразы Али Бабы: "Сезам, откройся" - с той разницей, что разбойников оказалось куда больше сорока... Беспрецедентное, исступленное потребление предметов роскоши захватило регион безо всякой оглядки на то, какие на это тратятся средства... В Индонезии существовала возможность брать взаймы доллары под процент более низкий, чем тот, что выплачивался по рупиевым вкладам. Поэтому многие прежние создатели стоимостей занялись спекуляцией, что обернулось катастрофическими последствиями, когда рупия рухнула" (Lim Say Boon. Recovery Starts at Home. - Par Eastern Economic Review. 01.04.1999, p. 45). Азиатские экономисты, обсуждая пути стабилизации хозяйства континента после кризиса 1997-1998 гг., все чаще высказывают мысль о необходимости "деглобализации" - т.е. пересмотра самой модели развития, "фундаментальными недостатками которой являются неразборчивая интеграция в мировое хозяйство и чрезмерная опора в развитии на зарубежный капитал" (W. Bella. The Answer: De- Globalize. - Far Eastern Economic Review. 29.04.1999, p. 61). Острой критике подвергается избыточность сферы обращения. "С начала 80-х годов мы пытались сократить число финансовых учреждений. Нелепо иметь такое количество финансовых институтов и коммерческих банков в нашей небольшой экономике. - отмечает директор Института стратегических и международных исследований в Куала-Лумпуре, советник премьер-министра Малайзии Нурдин Сопин, - лично я оставил бы три" (Asiaweek. 17.09.1999, р. 57).

5 В современной России, например, трудно представить следующий эпизод, типичный для азиатских стран, где проводят в том числе законодательные различия между торговлей и спекуляцией. Сианьская инвестиционная компания (Xian Hangbiao Investment Consultative Company) была признана летом 1999 г. виновной в финансовых махинациях в ходе расследования, проведенного Китайской государственной комиссией по ценным бумагам (China Securities Regulatory Comission -CSRC). Компания занималась тем, что, скупая акции одного инвестиционного фонда, добилась троекратного роста их курса в течение трех месяцев и затем продала весь приобретенный пакет, выручив на разнице около 60 млн. юаней. Этот "навар" конфискован государством, вдобавок компания оштрафована на сумму в 2 млн. юаней, а ее директор - на 200 тыс. юаней.

Борьба же с "чистой" экономической преступностью и коррупцией носит в КНР последовательный и жесткий характер. В конце 1993 г. в г. Цзямусы (пров. Хэйлунцзян) за связь с организованной преступностью было привлечено к различным видам ответственности 136 прокуроров, судей и старших полицейских чинов - 59,6% всех служащих этих ведомств. Похожие масштабы борьба с экономической преступностью имела в Шанхае, Пекине, Гуйчжоу (Willem van Kemenade. China, Hong Kong, Taiwan, Inc. N.Y.: Vintage books, 1998, p. 19,21).

6 Само словосочетание "естественные монополии" вызывает тревогу по поводу дальнейшего сохранения инфраструктуры в стране.

7 Здесь уместно вспомнить, что в экономической классике напрямую связывались моральные категории и количественные показатели хозяйства. К. Маркс замечал готовность капитала к любым преступлениям при норме прибыли на порядок выше обычной. Э. Бем-Баверк писал, что мораль и умственные способности общества обратно пропорциональны ставке ссудного процента. Стремление к разумным пропорциям известно и из мировых религий. В исламе запрещается взимание процентов с должника. В

стр. 88



русских монастырях при кредитовании нельзя было брать с заемщика "лихву на лихву", т.е. сложный процент.

8 Понятно, что к такой деятельности придется отнести, например, и частно- государственные игры с ГКО под аномальный процент, привлекшие в Россию в качестве "инвесторов" всевозможный сброд с периферии мирового финансового мира.

Привычный нам "челнок" - тоже мини-компрадор. Однако преимущество социально-экономических критериев заключается еще и в соотнесении качественной и количественной сторон явлений. Не одинакова допустимость для хозяйства "челноков" и частных внешнеторговых оптовиков-монополистов в таких чувствительных отраслях, как фармацевтика и продовольственное снабжение.


© libmonster.ru

Permanent link to this publication:

https://libmonster.ru/m/articles/view/ТЕНЕВАЯ-ЭКОНОМИКА-И-ПОЛИТИЧЕСКАЯ-КОРРУПЦИЯ-В-ОБЩЕСТВАХ-ПЕРЕХОДНОГО-ТИПА-АФРО-АЗИАТСКИЕ-СТРАНЫ-И-РОССИЯ-НЕГАТИВНАЯ-ЭКОНОМИКА-ГДЕ-ИСКАТЬ-КРИТЕРИИ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Россия ОнлайнContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://libmonster.ru/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

А.И. САЛИЦКИЙ, ТЕНЕВАЯ ЭКОНОМИКА И ПОЛИТИЧЕСКАЯ КОРРУПЦИЯ В ОБЩЕСТВАХ ПЕРЕХОДНОГО ТИПА (АФРО-АЗИАТСКИЕ СТРАНЫ И РОССИЯ). НЕГАТИВНАЯ ЭКОНОМИКА - ГДЕ ИСКАТЬ КРИТЕРИИ? // Moscow: Russian Libmonster (LIBMONSTER.RU). Updated: 11.01.2022. URL: https://libmonster.ru/m/articles/view/ТЕНЕВАЯ-ЭКОНОМИКА-И-ПОЛИТИЧЕСКАЯ-КОРРУПЦИЯ-В-ОБЩЕСТВАХ-ПЕРЕХОДНОГО-ТИПА-АФРО-АЗИАТСКИЕ-СТРАНЫ-И-РОССИЯ-НЕГАТИВНАЯ-ЭКОНОМИКА-ГДЕ-ИСКАТЬ-КРИТЕРИИ (date of access: 23.01.2022).

Publication author(s) - А.И. САЛИЦКИЙ:

А.И. САЛИЦКИЙ → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex


Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Россия Онлайн
Москва, Russia
23 views rating
11.01.2022 (11 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes
Related Articles
СОВЕТСКО-ЮГОСЛАВСКАЯ ПОЛЕМИКА ВОКРУГ СУДЬБЫ ТРУППЫ И. НАДЯ" И ПОЗИЦИЯ РУМЫНСКОГО РУКОВОДСТВА (НОЯБРЬ-ДЕКАБРЬ 1956 ГОДА)
Catalog: История 
2 days ago · From Россия Онлайн
РЕЦЕНЗИИ. Н.Ф. БУГАЙ, А.М. ГОНОВ. КАВКАЗ: НАРОДЫ В ЭШЕЛОНАХ (20-60-е годы). М., ИНСАН, 1998, 363 с.
Catalog: История 
3 days ago · From Россия Онлайн
БАНДУНГСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ
Catalog: Разное 
4 days ago · From Россия Онлайн
МОРДВА В СОСТАВЕ УЛУСА ДЖУЧИ
4 days ago · From Россия Онлайн
РУССКО-ЯПОНСКАЯ ВОЙНА И АНГЛИЙСКАЯ УГРОЗА С ЮГА
4 days ago · From Россия Онлайн
МАССОВОЕ НАСИЛИЕ В ИНДОНЕЗИИ: СОЦИАЛЬНЫЕ, КУЛЬТУРНЫЕ И ПОЛИТИЧЕСКИЕ КОРНИ
4 days ago · From Россия Онлайн
Существует факт, или, если угодно, закон, управляющий всеми явлениями природы, всем, что было известно до сих пор. Исключений из этого закона не существует; насколько мы знаем, он абсолютно точен. Название его — сохранение энергии. Он утверждает, что существует определённая величина, называемая энергией, которая не меняется ни при каких превращениях, происходящих в природе. Само это утверждение весьма и весьма отвлечённо.
Catalog: Физика 
4 days ago · From Владимир Груздов
К 90-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ ЛЬВА ЗАЛМАНОВИЧА ЭЙДЛИНА (1909-1999). Л.З. ЭЙДЛИН В СУДЬБЕ В.М. АЛЕКСЕЕВА
Catalog: Разное 
5 days ago · From Россия Онлайн
ЮРИЙ АШОТОВИЧ ПЕТРОСЯН (к 70-летию со дня рождения)
5 days ago · From Россия Онлайн
РЕЦЕНЗИИ. С ВОСТОКА СВЕТ. С.А. Серова. Театральная культура серебряного века в России и художественные традиции Востока (Китай, Япония, Индия). М., Институт востоковедения РАН, 1999, 219с.
5 days ago · From Россия Онлайн

Actual publications:

Latest ARTICLES:

Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
ТЕНЕВАЯ ЭКОНОМИКА И ПОЛИТИЧЕСКАЯ КОРРУПЦИЯ В ОБЩЕСТВАХ ПЕРЕХОДНОГО ТИПА (АФРО-АЗИАТСКИЕ СТРАНЫ И РОССИЯ). НЕГАТИВНАЯ ЭКОНОМИКА - ГДЕ ИСКАТЬ КРИТЕРИИ?
 

Contacts
Watch out for new publications: News only: Chat for Authors:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Russian Libmonster ® All rights reserved.
2014-2022, LIBMONSTER.RU is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Russia


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones