Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: RU-7970

Share with friends in SM

Н. Бельчиков

Т. Г. ШЕВЧЕНКО И ДРУЖБА НАРОДОВ

9 марта 1939 года советский народ отметил 125-летие со дня рождения гениального народного революционного украинского поэта Тараса Григорьевича Шевченко.

Для всех народов Советского Союза дорог и незабываем великий певец украинского народа. На языках всех народов нашей необ'ятной родины звучат дивные песни чудесного кобзаря. Буржуазные националисты - презренные наймиты фашизма - пытались превратить Шевченко в ограниченного националиста, чуждавшегося русской культуры и языка.

Замечательное литературное наследство поэта, которое изучает и ценит народ, опровергает эту гнусную ложь.

Шевченко, поэт-борец, революционер-демократ, в своих песнях звал на борьбу против всех угнетателей: и против украинских панов, и против польских шляхтичей, и против русского самодержавия. Не даром царское правительство так люто ненавидело его.

В 1914 году царское правительство запретило празднование столетнего юбилея со дня рождения Шевченко. Ленин по этому поводу писал: "Запрещение чествования Шевченко было такой превосходной, великолепной, на редкость счастливой и удачной мерой с точки зрения агитации против правительства, что лучшей агитации и представить себе нельзя...

После этой меры миллионы и миллионы "обывателей" стали превращаться в сознательных граждан и убеждаться в правильности того изречения, что Россия есть "тюрьма народов"1 .

Народ, в силы которого никогда не терял веры Шевченко, поднялся на борьбу и разбил царскую "тюрьму народов".

Народы Советского Союза помнят прощальные слова поэта и "в семье великой, в семье вольной, новой" не забывают помянуть его "добрым тихим словом".

1

В своей поэме "Кавказ" Шевченко писал о долговечных страданиях Прометея:

"За горами горы, тучею обвиты,
Горем изобильны, кровию облиты.
Спокон веку Прометея

Там орел карает;
Что ни день, то бьется в ребра,
Сердце разрывает;
Разрывает, но живучей

В нем не выпьет крови:
Сердце снова оживает
И смеется снова".
Образ страдающего Прометея - великого друга человечества - применим и к Шевченко. Шевченко, непреклонный певец крестьянской революции, яростный обличитель царско-помещичьего строя и пламенный патриот, сочетавший горячую любовь к родине с братскими чувствами к русскому и другим народам, боровшимся за свое освобождение, разделил ужасную судьбу лучших людей и писателей России, живших в эпоху николаевской реакции.

Убитый с ведома царя на дуэли Пушкин, убитый Лермонтов, замученный в солдатской шинели Полежаев, погибшие в Сибири на каторге и на Кавказе поэты-декабристы (А. Одоевский, В. Кюхельбекер) - таковы предшественники Шевченко. Не лучше была участь и его современников: Герцен вынужден был бежать заграницу, П. Я. Чаадаев был признан сумасшедшим, Белинского избавила от каземата смерть, Салтыков-Щедрин, Достоевский и другие попали в ссылку и каторгу. Шевченко за своп стихи против крепостничества и самодержавия, за свои революционные убеждения провел в ссылке свыше 10 лет.

По приказу высочайшего деспота, "коронованного фельдфебеля" (выражение Шевченко), Николая I ему было запрещено "писать и рисовать". Однако десятилетняя ссылка в отдаленнейшем по тому времени Оренбургском крае и его крепостях, мало чем отличавшаяся от каторги, не сломила этого неустрашимого борца-поэта. Освободившись, он быстро воспрянул духом и записал в своем "Дневнике": "Все это неисповедимое горе прошло, как будто не касаясь меня, малейшего следа не оставило по себе. Ни одна черта в моем внутреннем образе не изменилась; по крайней мере мне так кажется".

И, действительно, так это и было. Творчество последних лет жизни Шевченко вполне подтверждает это.

Образ Прометея имел в понимании Шевченко широкий общественно-политический:

1 В. И. Ленин. Соч. Т. XVII, стр. 324 - 325.

стр. 78
смысл: это был образ страдающей в цепях рабства, но не умирающей свободы, которую самодержавие отняло у народов, населяющих царскую Россию. В образе легендарного Прометея Шевченко запечатлел свою веру в непобедимое могущество народных масс. Шевченко - непреклонный борец за политическое и национальное освобождение родного украинского народа - выражает в своей поэзии глубочайшие симпатии к русскому и другим братским народам: горцам, армянам, татарам, киргизам, - угнетенным царизмом.

"Царская Россия была тюрьмой народов. Многочисленные нерусские народности царской России были совершенно бесправны, беспрестанно подвергались всяческим унижениям и оскорблениям. Царское правительство приучало русское население смотреть на коренные народности национальных областей как на низшую расу, называло их официально "инородцами", воспитывало презрение и ненависть к ним. Царское правительство сознательно разжигало национальную рознь, натравливало один народ на другой, организовывало еврейские погромы, татаро-армянскую резню в Закавказье.

В национальных областях все или почти все государственные должности занимали русские чиновники. Все дела в учреждениях, в судах велись на русском языке. Было запрещено издавать газеты и книги на национальных языках, в школах запрещалось обучаться на родном языке. Царское правительство стремилось задушить всякое проявление национальной культуры, проводило политику насильственного "обрусения" нерусских национальностей. Царизм выступал в качестве палача и мучителя нерусских народов"1 .

Шевченко был враждебен идее национализма и в царизме видел общего врага украинского и всех других братских народов, изнывавших под гнетом самодержавно-помещичьего строя.

В поэме "Кавказ" (1845 год) Шевченко показал, что царская Россия была тюрьмой для всех народов, входивших в нее. В полных сарказма стихах Шевченко так изобразил эту "тюрьму народов":

"Наш край острогами богат!
От молдаванина до финна
На всех наречьях все молчат,
Ведь благоденствуют!.."
Не даром Чернышевский в своей статье "Национальная бестактность" (1861 год), чтобы усыпить цензуру и в то же время дать понять читателю политический смысл своего иносказания (Чернышевский писал о Галиции и хотел, чтобы читатель под Галицией разумел Россию), употребил именно это место из поэмы Шевченко для характеристики политической жизни того времени: "Мы начали статью тем, что будем говорить о галицийских русинах и действительно имели в виду только их. Во всем протяжении статьи она относится исключительно к делам Галиции. Судьба остальной части малорусского племени устроена и обеспечена так превосходно, что об этой остальной части нам нечего заботиться, да и сама она не чувствует нужды иметь о себе никаких забот. Нашим русским малороссам, - иронически писал Чернышевский, - даны все права и выгоды, каких только когда-либо желали они. Их обидеть теперь не может никакое племя. Они благоденствуют, по совершенно верному и очень удачному выражению своего любимого поэта Тараса Шевченко"2 .

В этой же поэме Шевченко высказал свое глубокое сочувствие народам Кавказа, против которых была направлена колониально-завоевательная политика царизма:

"Слава, горы снеговые
В облаченьи строгом;
Слава рыцарям великим,
Не забытым богом!"
К народам Кавказа, как и к русскому и другим народам, Шевченко обращался с призывом вести борьбу с царизмом и предсказывал им победу, ибо они боролись за правое дело:

Тарас Григорьевич Шевченко.

По портрету И. Репина.

1 "Краткий курс истории ВКП(б)", стр. 6.

2 "Литературное наследство". Выпуск III, стр. 102. 1932.

стр. 79

Дело штаба отдельного Оренбургского корпуса о Т. Г. Шевченко. 1849 год.

"Поборитесь, - победите!
Бог вам помогает; с вами сила, с вами
воля,
Правда в вас святая!"
А. Чужбинский в своих воспоминаниях рассказывает, что Шевченко проявлял живейший интерес к быту и нравам черкесов, интересовался природой Кавказа, терзался мыслью об угнетенных царизмом вольнолюбивых горцах1 .

В поэме "Кавказ" Шевченко, выражая протест против завоевательной политики царизма, шел вразрез с существовавшей в дворянской литературе традицией. Дворянская литература воспевала успехи русского оружия, дворянская поэзия культивировала экзотику Кавказа. Лишь немногие поэты, как например Лермонтов или Александр Полежаев, возвышались, подобно Шевченко, до разоблачения царско-колониальных завоеваний Кавказа.

Буржуазные украинские националисты злонамеренно хотели представить Шевченко как антисемита, и в этих целях они вычеркивали из текста его произведений те места, из которых явствовало, что Шевченко выступал не против евреев вообще, а только против евреев-шинкарей, представителей ростовщического капитала.

Чужбинский вспоминает случай, ярко свидетельствующий об отношении Шевченко к угнетенным слоям еврейской нации. Однажды Чужбинский и Шевченко проездом через Нежин увидели пожар - горела убогая лачужка еврейского бедняка. Оба бросились спасать пожитки погорельцев. По окончании пожара Шевченко обратился с горячей речью к русскому населению, упрекая его в недостаточно активной помощи и указывая на то, что бедные люди, независимо от их нации и религии, - братья.

Шевченко выступал и в печати в защиту еврейской нации. Когда журнал "Иллюстрация" опубликовал в 1858 году статью, направленную против предоставления гражданских прав евреям, Н. Г. Чернышевский и Т. Г. Шевченко при участии других деятелей того времени напечатали в журнале "Русский вестник" в ответ на эту антисемитскую статью протест, исполненный гражданского достоинства. "Иллюстрация", - писали они в своем протесте, - позволила себе не просто безнаказанное обвинение, не просто недостойный намек, который мог бы вырваться в жару споров у человека, увлеченного фанатизмом мнения или не вполне развитого в нравственном отношении. "Иллюстрация" позволила себе клевету, тем более возмутительную и наглую, что не представлялось ни малейшего повода к ней даже в глазах таких людей, которые не понимают других побуждений, кроме нечистой корысти и подкупа. Никакой честный человек не может оставаться равнодушным при таком позорном поступке, и вся русская литература должна, как один человек, с негодованием протестовать против него.

Такой общий протест будет самым лучшим удовлетворением оскорбленных лиц и самым лучшим доказательством здоровья той общественной среды, которая собственным свободным актом поражает и отмечает всякое недостойное дело.

Да послужит этот протест примером и предостережением для будущего, и да оградит он навсегда нашу литературу от подобных явлений"2 .

Шевченко был другом угнетенных народных масс всех наций. В годы десятилетнего изгнания Шевченко, не боясь новых преследований со стороны царских сатрапов, выражал попрежнему политическое единомыслие с народными массами России и Европы. На революционные события 1846 года в Галиции он отозвался ярким

1 См. А. Чужбинский "Воспоминания о Т. Г. Шевченко", стр. 12 и 14. С. -Петербург. 1361.

2 См. "Русский вестник". Т. XVIII. 1858.

стр. 80
стихотворением "Сычи" (1848 год). На под'ем народных масс России, всколыхнувшихся в связи с Крымской войной, Шевченко также откликнулся стихотворением, пополненным гнева и осуждения по адресу "венчанных катов" - царей - и глубокой симпатии к народу, проливавшему свою кровь в войне 1853 - 1855 годов:

"Мы собирались расковать
Невольников, разбить оковы.
Но глянь, опять струится кровь
Мужичья... Палачи в коронах,
Как псы голодные, за кость
Грызутся снова..."
(1853 - 1854).

Шевченко в своем "Дневнике" (запись от 22 января 1858 года) выражает глубокое сожаление о неудавшемся "грустном" (выражение Шевченко) екатеринославском восстании 1856 года в имении помещика Н. Д. Белозерского, который так оголил своих крестьян, что они сложили про него песню:

"А в нашего Білозера
Сивая кобыла -
Бодай же його побила
Лихая година.
А в нашего Білозера
Червонная хустка.
Ой не одна в сели хата
Осталася пустка".
2

Шевченко был проникнут симпатиями и к западноевропейским народам, которые вели национально-освободительную войну. Он с горячим сочувствием относился к героической борьбе чешского народа, к его борьбе за независимость, против хищническо-завоевательных планов немцев и католического Ватикана в XV столетии.

В наши дни, когда германский фашизм осуществил разбойничий захват чехословацких территорий, когда гитлеровцы грабят Чехословацкую республику и попирают права чешского народа, невольно вспоминаются картины вторжения немцев в Чехию в XV веке, нарисованные в поэме Шевченко "Иван Гус" (1845 год):

"....... саранчою
Путь и степь покрыли.
Бароны, герцоги и дюки,
Псари, герольды, шинкари...
О, чех!.. Да где ж твоя душа?
Смотри, что силы повалило, -
Иль сарацина взять велят?
Или великого Аттилу?"
Героизм национально-политической борьбы чешского народа в XV веке против немецкого засилья Шевченко изобразил в образах чешских героев - Ивана Гуса и Яна Жижки.

Шевченко воспел отвагу и мужество чешского народа и выразил в волнующих словах сочувствие мужественному борцу за народное дело Гусу и непримиримую ненависть к врагам народа:

"Людоеды и убийцы
Правду побороли,
Осмеяли твою славу,
Мощь твою и волю!
Люди скованные стонут,
Не с кем сговориться,
Расковаться и всем дружно
И согласно биться
За евангелие правды.
За смиренных".
Эти социальные мечты Шевченко вкладывает в уста Гуса, воинствующего гуманиста, стойкого поборника правды народной. Центральный образ поэмы - Иван Гус - выступает носителем идеи национально-освободительной борьбы против разорения и гнета со стороны немецких феодалов. Исторический сюжет приобрел в поэме Шевченко действенно-революционный смысл. Эта поэма также воплощала мечту народного революционного поэта о революционной борьбе народов против поработителей в его время. Еще современники подметили, что в этой поэме нашли отзвук революционные восстания того времени в Италии: восстание 1833 года в Генуе, 1834 года в Савойе, 1837 года в Сицилии. В 1843 году южные революционеры, члены "Молодой Италии", пытались поднять восстание в Калабрии. Революционное движение было жестоко разгромлено папой Григорием XVI, этим жандармом в сутане, которого историки сравнивали с европейским жандармом - Николаем I.

Русские революционеры, участники студенческого движения в Петербурге в 1861 году, идя в казематы Петропавловской крепости, распевали стихи из этой поэмы:

"Кругом неправда и неволя,
Народ замученный молчит".
Они правильно истолковывали эту поэму, угадывая в ней намеки на царский строй.

Изображенный Шевченко образ жадной до чужого "немоты", то есть немцев, не утратил значения и в наше время: современные события в Чехо-Словакии показали воочию те отвратительные, захватнические планы, какие питает фашизм к демократическим странам нашего времени.

В поэме "Иван Гус" мы имеем одно из нередких в творчестве Шевченко глубоких художественных обобщений; созданные им исторические образы имеют глубокое значение и сейчас.

стр. 81
Величие литературного классического наследства в том и заключается, что полнота его содержания не тускнеет от времени, а, напротив, восполняется и приобретает еще более глубокий смысл.

Шевченко выразил свое политическое сочувствие и к восставшему китайскому народу. В начале сентября 1857 года, во время путешествия по Волге из ссылки, Шевченко попался в руки измятый листок газеты "Русский инвалид" (N 167 от 31 июля 1857 года). Фельетон в газете был посвящен происходившему в Китае восстанию тайпингов против Манчжурской династии. Шевченко с сочувствием приводит в "Дневнике" слова вождя восстания Гонга, полные ненависти к господствующему классу: "Мандарины эти - жирный убойный скот, годный только в жертву нашему небесному отцу". Слова Гонга Шевченко дополнил таким пожеланием по адресу русских помещиков: "Скоро ли во всеуслышание можно будет сказать про русских бояр то же самое".

Шевченко была чужда мысль о национальной исключительности и в вопросах культуры. Тогда же, в 40-е годы, Шевченко, борясь со слепым подражанием иноземцам, давал мудрый совет своим современникам-землякам усваивать полезное у других народов:

"Поучитесь, мои братья!
Думайте, читайте,
И чужому научайтесь
И свое познайте".
("Мертвым и живым..." 1845 год).

Шевченко стремился об'единить национальную культуру с общечеловеческой. На той же точке зрения стояли великие русские революционеры-демократы: Белинский, Чернышевский и Добролюбов. Белинский в известной статье "Взгляд на русскую литературу" (1846 год) разрешал проблему соотношения национальности и космополитизма в том же смысле, что и Шевченко: "Что личность в отношении к идее человека, то национальность - в отношении к идее человечества... Без национальности человечество было бы мертвым, логическим абстрактом, словом без содержания, звуком без значения"1 .

Белинский, опровергая славянофильские теории об исключительной миссии русской национальности и чрезмерное преклонение перед Западом и его культурой, провозглашенное неумеренными западниками, так формулировал свою мысль:

"Борьба человеческого с национальным есть не больше как риторическая фигура; но в действительности ее нет. Даже и тогда, когда прогресс одного народа совершается через заимствование у другого, он тем не менее совершается национально. Иначе нет прогресса. Что человек без личности, то народ без национальности"2 .

Добролюбов, так же как и Белинский, признавал, что "каждая литература, выражающая собой известную народность, входит как элемент в общечеловеческую мысль"3 .

История подтвердила справедливость этой мысли Шевченко, Белинского, Чернышевского и Добролюбова. В СССР мы видим расцвет народных литератур, национальных по форме и социалистических по содержанию.

Шевченко не мыслил украинскую литературу в отрыве от русской. В своем творчестве он показал блестящий пример того, как надо сочетать национальное дело с общерусским. Не даром А. М. Горький видел значение Шевченко в том, что он поэт не только украинский, но и "общерусский".

В этом вопросе Шевченко резко расходился с представителем тогдашней реакционно-дворянской литературы П. А. Кулишем, который развивал теорию "соседних литератур" (то есть русской и малорусской литератур, существующих раздельно, вне связи друг с другом). Добролюбов вскрыл помещичье-шовинистический смысл этой концепции, отвергавшей литературное общение и сотрудничество двух родственных литератур. Добролюбов высказывался за братское единение украинского и русского народов и за близость их литератур. "У нас нет причин раз'единения с малорусским народом, - писал он, - мы не понимаем, отчего же, если я из Нижегородской губернии, а другой из Харьковской, то между нами уже не может быть столько общего, как если бы он был из Псковской"4 .

Признавая единство интересов народов в их борьбе против феодального, крепостнического строя, Добролюбов резко осуждал политику Кулиша, стоявшего за раз'единение народов и за узко националистический характер украинской литературы. Ограничение задач и целей украинской литературы, по мнению Добролюбова, обрекало ее на прозябание и даже умирание: "достаточно ли будет чумацкой жизни и старых гайдамацких воспоминаний для дальнейшего обширного развития, которого ожидает г. Кулиш для своей литературы..., и не придется ли ей опять сознательно сойтись с "соседней словесностью" (т. е. русской. -

1 В. Белинский Полное собр. соч. Т. X, стр. 408. С. -Петербург. 1914.

2 Там же, стр. 409.

3 Добролюбов. Полное собрание сочинений. Т. II, стр. 559. Гихл. 1935.

4 Там же, стр. 257.

стр. 82
Н. Б. ), которая, кажется, не совсем ему правится"1 .

Шевченко разделял в этом вопросе взгляды Добролюбова, и его творчество в 60-е годы, не утрачивая своего народного характера, не покидая "всегдашнего предмета его поэтических дум, далекой Украины", приобрело общечеловеческий смысл; его произведения, "будучи народно-украинскими понятны и близки, однако всякому, кто не совсем извратил в себе лучшие человеческие инстинкты".

Шевченко воодушевляла высокая идея свободного и равноправного братства народов. Эта идея пережила десятилетия и воплотилась в жизнь в эпоху нашей революции, став основой государственной жизни страны социализма.

3

Десять лет, три месяца и двадцать семь дней продолжалась ссылка Шевченко (1847 - 1857 годы). Он провел ее в отдаленнейшей Орской крепости (Оренбургский край), в Раиме и в еще более безлюдном Ново-Петровском форте, "незамкнутой тюрьме", по выражению Шевченко.

В ссылке Шевченко мечтал о раскрепощении задавленных и доведенных до нищеты царизмом киргизов, казахов, туркмен и других братских народов этого края.

Скованный чудовищным запрещением царя - не писать и не рисовать, - Шевченко страдал и терзался. Его художественный талант жадно впитывал впечатления новой жизни в незнакомой стране, но запечатлеть их он не имел возможности. В письме к В. Н. Репниной от 27 октября 1847 года он рассказал о своих мучительных переживаниях художника:

"...И теперь прозябаю в киргизской степи в бедной Орской крепости. Вы непременно рассмеялись бы, еслиб увидели теперь меня. Вообразите себе самого неуклюжего гарнизонного солдата - растрепанного, небритого, с чудовищными усами, и это буду я. Смешно, а слезы катятся. Что делать, так угодно богу, видно, я мало терпел в моей жизни. И правда, что прежние мои страдания, в сравнении с настоящими, были детские слезы: горько, невыносимо горько. И при всем этом горе мне строжайше запрещено рисовать что бы то ни было и писать (окроме писем), а здесь так много нового. Киргизы так живописны, так оригинальны и наивны, сами просятся под карандаш, и я одуреваю, когда смотрю на них. Месторасположение здесь грустное, однообразное, тощие речки Урал и Орь, обнаженные серые горы, и бесконечная киргизская степь. Иногда степь оживляется бухарским на верблюдах караваном, как волны моря зыблющим вдали, и жизнью своею удваивают тоску. Я иногда выхожу за крепость к караван-сараю, или меновому двору, где обыкновенно бухарцы разбивают свои разноцветные шатры. Какой стройный народ. Какие прекрасные головы. Чисто кавказское племя и постоянная важность, без малейшей гордости! Ежели бы мне можно было рисовать, сколько бы я вам прислал новых и оригинальных рисунков! Но что делать! А смотреть и не рисовать, это такая мука, которую поймет один только истинный художник!.."

Шевченко описал в своей повести "Варнак" (1854 год) беспросветную эксплоатацию предков нынешнего свободного казахского народа со стороны жадной своры царских чиновников, полицейских, купцов и кулаков-переселенцев - этих "самых православных" и "архи-православных" насильников и угнетателей.

"Есть в нашем русском православном огромном царстве небольшая благодатная землица, так небольшая, что может вместить в себе по крайней мере четыре немецких царства и Францию в придачу; а обитают в этой небольшой землице разноязычные народы и, между прочим, народ русский и самый православный. И этот-то народ русский не пашет и не сеет совершенно ничего, окроме дынь и арбузов; а хлеб ест белый, пшеничный, называемый

Т. Г. Шевченко в период пребывания в ссылке в Орской крепости.

Автопортрет. 1847 год.

1 Добролюбов. Собр. соч. Т. II, Гихл. 1935.

стр. 83
по-ихнему калачи, и воспевает свою славную реку, называя ее кормилицей своей, золотым дном с берегами серебряными.

Грустно видеть нищету и грязь на земле скудной, бесплодной, где человек борется с неблагоприятной почвой и надает, наконец, изнеможенный под тяжестью труда и нищеты. Грустно, невыносимо грустно.

Каково же видеть ту же самую безобразную нищету в стране, текущей медом и млеком, как, например, в этой землице благодатной? Отвратительно! А еще отвратительнее встретить между этой ленивой нищеты обилие, а при обилии отвратительную грязь и невежество.

А в этой стране благословенной это встречается не редко, а далее очень часто.

Какие же могут быть причины нищеты в краю, текущем млеком и медом?

На сей важный политико-экономический вопрос я на досуге напишу четырехтомный нравоописательный исторический роман, в котором потщуся изобразить с микроскопическими подробностями нравы и обычаи и историю сего архи-православного народа!"

Шевченко улавливал политические веяния среди местного населения. Оренбургский край и весь Урал в 1848 году расценивались известным петрашевцем Черносвитовым как очаг возможного восстания. По показаниям Спешнева, Черносвитов сказал ему, что "восстания должно ожидать не на Волыни, где много войска, а на Пермских заводах, в Восточной Сибири" и если пошлют туда войска, то "едва войска перейдут Урал, как восстанет Урал", где 400 тысяч заводских людей, а Пермский завод населен каторжниками, всегда настроенными против власти.

Положение киргизов было ужасно. Тысячами умирали от голода бедняки-киргизы, целые селения сгоняли с насиженных мест в безводную пустыню, гнет превышал всякую меру. В 1848 году произошло восстание киргизов. Оно было вызвано попыткой заставить кочевых киргизов вести обязательную запашку земли.

Шевченко возмущался грабительской политикой царизма, доводившей народ до предельной нищеты.

Свои симпатии к киргизам Шевченко высказал в первом же стихотворении, написанном в этом крае, - "Думы" (1847 год). В 1848 году он обработал старинную киргизскую народную легенду "У бога за дверьми лежала секира". Здесь же показаны иносказательно страшные результаты царско-колониальной политики в крае:

"Нависла тьма и мрак густой
Над краем всем, и от Урала
До Тангиза и до Арала
Кипела кипятком вода.
Горят деревни, города,
И за Тоболом ямы роют
В снегах Сибири... Так семь лет
Гремели топора удары,
Не прекращалися пожары
И мерк в дыму весь божий свет".
Дальше Шевченко изображает беспросветное существование казаха:

"Пустыня вопрошает бога,
Верблюд рыдает, а кайзах,
Понурив голову, взирает
На степь и на Кара-Бутаг1,
Сингач-Агач2 он вспоминает
И, с'ехавши с горы крутой,
В степи безжизненной, пустой
Вдали бесследно исчезает".
Эту же легенду он поэтически воспроизводит и позднее в своей повести "Близнецы" (1855 год), в которой он красочно и любовно описывает эпизод из жизни и нравов людей этого края:

"Но обыкновению транспорт снялся с восходом солнца, только я, не по обыкновению, остался в арьергарде. Орь осталась вправо, степь принимала попрежнему свой однообразный скучный вид. В половине перехода я заметал, что люди отделяются от транспорта, кто на коне, кто пешком, и все в одном направлении. Спросил о причине сего у ехавшего около меня башкирского тюря, и он сказал мне, указывая нагайкой на темную точку: "Мана аулья агач" (здесь святое дерево). Это слово меня изумило: как? в этой мертвой пустыне дерево? И уж, конечно, коли оно существует, то должно быть святое. За толпою любопытных и я пустил своего воронка. Действительно, верстах в двух от дороги, в ложбине, зеленело тополевое старое дерево. Я застал вокруг него уже порядочную толпу, с удивлением и даже (так мне казалось) с благоговением смотревшую на зеленую гостью пустыни. Вокруг дерева и на ветках его навешены набожными киргизами кусочки разноцветной материи, ленточки, пасмы раскрашенных лошадиных волос, и самая богатая жертва - это шкура дикой кошки, крепко привязанная к ветке. Глядя на все это, я почувствовал уважение к дикарям за их невинные жертвоприношения. Я последний уехал от дерева и долго еще оглядывался, как бы не веря виденному мною чуду. Я оглянулся еще раз и остановил коня, чтобы в последний раз полюбоваться на обоготворенного зеленого великана пустыни. Подул легонький ветерок, и великан приветливо кивнул мне своей кудрявой головой, а я, в забытьи, как бы живому существу, проговорил

1 Небольшая речка.

2 Дерево.

стр. 84
"прощай" и тихо поехал за скрывшимся в пыли транспортом".

Шевченко, как видно из его писем, "Дневника" и повестей, написанных в годы ссылки, проявлял живой интерес к быту и нравам киргизов, туркмен, казахов, калмыков и татар. Возвращаясь из ссылки в 1857 году, он наблюдал жизнь Астрахани; в "Дневнике" сохранились яркие зарисовки внешности калмыков и татар, описания их трудолюбия и нравов. Шевченко зорко следил за проявлениями общественных настроений среди братских народов Оренбургского края, записывал в своем "Дневнике", как туркмены и киргизы совершают общественно-религиозные обряды, в частности его внимание привлекло то, как погребали тогда умерших1 . Все эти записи, безусловно, являются ценным материалом для историка культуры и этнографа. Гуманно настроенный, поэт увидел в наивных обрядах "поэтическую молитву". В записках сквозит любовно-участливое отношение Шевченко к этим народам и враждебность к "просвещенным архипастырям", которые, говорит Шевченко, "вероятно... запретили бы как языческое богохуление безмолвную поэтическую молитву дикаря"2 .

Шевченко правильно представлял себе систему государственного управления. Он ясно видел, как организовано крепостническое государство, видел, что религия - могучий союзник царя и помещиков в деле эксплоатации народных масс. Царь усиленно насаждал церкви и попов, которые авторитетом религии освящали рабовладение и национальное угнетение.

Возвращаясь из ссылки, Шевченко проплывал на пароходе мимо города Чебоксар, ныне центра Чувашской республики, и заметил, что в городе "по крайней мере наполовину будет... церквей". Шевченко задумался над вопросом: "для кого и для чего они построены? Для чувашей? Нет, для православия. Громадный узел московской старой внутренней политики - православие. Неудобозабываемый Тормоз (т. е. Николай I. - Н. Б. ) по глупости своей хотел затянуть этот ослабевший узел и перетянул: он теперь на одном волоске держится"3 . Шевченко понимал связь религии с господствующими классами царской России и политическую роль православия в деле угнетения.

Встретив в ссылке выходца из народа - "настоящего, простого благородного земляка" (выражение Шевченко) - Андрея Обеременко, Шевченко с огромной радостью и волнением писал об этом человеке, в котором он видел подлинного представителя народа: "Независимо от его простого, благородного характера, я полюбил его за то, что он в продолжение двадцатилетней солдатской пошлой, гнусной жизни не опошлил и не унизил своего национального и человеческого достоинства"4 .

Таков был и Шевченко. Свою ссылку он рассматривал как борьбу за сохранение личного достоинства. В "Дневнике" он действительно признавал за лучшее благо в своей подневольной жизни то, что сохранил "силу души и тела, пройдя этот мрачный, тернистый путь, не уязвив себя и не уязвив в себе человеческого достоинства"5 .

Свободолюбивую, гордую волю Шевченко не сломила десятилетняя ссылка. "Одних сломит тяжелая лямка, погубит столкновение с военными властями, других - слабых и дряблых - запугает казарма, но третьих она закалит, расширит их кругозор, заставит их продумать и прочувствовать их освободительные стремления", - писал Ленин в своей статье "Отдача в солдаты 183-х студентов"6 .

Слова Ленина о людях, которые в процессе борьбы против царизма вырастают в революционеров, вполне применимы к Шевченко. И ссылка и перенесенное преследование только углубили и обострили его революционное мировоззрение. Шевченко за годы ссылки не только не изменил своих революционных убеждений, но, наоборот, еще более укрепился в них. И после ссылки он не сложил оружия, не отказался от революционной борьбы с царско-помещичьим строем. Последовавшее в 1857 году освобождение из ссылки придало новый, более сильный размах его деятельности как поэта и революционера.

Шевченко повел эту борьбу еще смелее и еще энергичнее, вступив в союз и образовав единый фронт с революционными демократами, возглавлявшимися Н. Чернышевским и Я. Добролюбовым.

По дороге из ссылки Шевченко был в Астрахани. Он с большим интересом наблюдал жизнь этого города и его жителей. В его сердце нашло живейший отклик тягостное положение армян, татар и калмыков, которых он наблюдал в Астрахани.

Вот картина их нравов и состояния, записанная Шевченко в своем "Дневнике" 10 августа 1857 года:

"Женщины здешние ненатурально белы и преимущественно чахоточны. Мужчины

1 Т. Г. Шевченко "Дневник". Запись от 15 июля 1857 года.

2 Там же.

3 Т. Г. Шевченко "Дневник". Запись от 17 сентября 1857 года.

4 Там же. Запись от 29 июля 1857 года.

5 Там же. Запись от 23 июля 1857 года.

6 В. И. Ленин. Соч. Т. IV, стр. 71.

стр. 85

Автопортрет Т. Г. Шевченко с киргизскими (казахскими) мальчиками-нищими. 1847 - 1857 годы.

вообще в белых фуражках с кокардою, не исключая и мужчин гражданского ведомства. Непонятная любовь к ливрее (Шевченко разумеет, понятно, людей так называемого "общества", чиновников и бюрократов города. - Н. Б .). Нередко попадаются львы и львицы. Эти повсеместные плотоядные не акклиматизируются: они и здесь такой же шерсти, как и в Архангельске, как и везде. Плебейская же физиономия калмыка и татарина здесь редко покажется: ее место на исадах (исад - базар с'естных продуктов. - Н. Б. ) и в грязных переулках. Всмотритесь пристальнее в господствующую здесь узкоглазую физиономию калмыка, я нахожу в ней прямодушное, кроткое выражение. И эта прекрасная черта благородит этот некрасивый тип. Вернейшие слуги и лучшие работники здесь суть калмыки. Любимый цвет - желтоватый и синий, пища, - какая угодно, не исключая и падали. Место жительства - кибитка, а занятия - рыбная ловля и, вообще, тяжелая работа. Мне понравились эти родоначальники монгольского племени"1 .

Общее экономическое и политическое состояние края внушило Шевченко мысль о глубоком разложении, внесенном сюда все той же царско-колониальной политикой:

"Астрахань это - остров, омываемый одним из притоков Волги, перерезанный рядом вонючих болот, называемых рекою Кутумом, и каналом, ни в чем не уступающим реке Кутуму.

...Мне представлялась Венеция времен дожей, а оказалось - гора мышь родила. А приток Волги, окружающий Астрахань и сообщающийся с Каспийским морем, глубиной и шириной Босфору не уступит. Но приток этот омывает не Золотой Рог, а огромную кучу вонючего навоза. Где же причина этой нищеты (наружной) и отвратительной грязи (тоже наружной) и, вероятно, внутренней? Где эта причина?

1 Т. Г. Шевченко "Дневник". Запись от 10 августа 1857 года.

стр. 86
В армяно-татарско-калмыцком народонаселении или в другой какой политико-экономической пружине? Последнее вероятнее, потому вероятнее, что и другие наши губернские города ничем не уступают Астрахани..."1 .

Шевченко любил трудолюбивый белорусский народ. Глубокое огорчение вызывали в нем "трогательные картины голода, нищеты и разврата", которые он наблюдал в Белоруссии, этой прекрасной стране, ставшей в результате эксплоатации со стороны помещиков "страной сетования и плача" (повесть "Музыкант").

Во всех записях "Дневника" Шевченко выступает великим гуманистом, не мирившимся с угнетением и кабалой трудящихся масс тогдашней России.

В своей лирике он выразил волнующие и освежающие чувства глубочайшей симпатии к закрепощенному крестьянству своей родины и братским народам.

Идеал счастливой жизни Шевченко связывал с водворением политической свободы в стране, свободы от гнета феодализма.

Шевченко уже в последние годы своей жизни обращался ко всем угнетенным и подавленным царизмом народам с призывом расправиться с народными палачами путем вооруженного восстания:

"Чтоб разбудить
Ее, больную (волю. - Н. Б.) надо
миру
Собраться, обух закалить
И наточить острей секиру
Да и начать тогда будить!"
(Петербург. 1858 год).

Шевченко верил в могущество и непобедимость народного восстания и народной революции:

"Хотя лежачего не бьют,
Но спать злодеям не дают.
.....................
..........Люди тихо,
Без всякого лихого лиха,
Царя на плаху поведут!"
(20 октября 1860 года).
Мечта великого народного поэта-революционера Шевченко о свободной стране сбылась. Октябрьская революция провела в жизнь идею свободного и равноправного братства народов. "Свергнув помещиков и капиталистов, Октябрьская революция, - говорит товарищ Сталин, - разбила цепи национально-колониального гнета и освободила от него все без исключения угнетенные народы обширного государства. Пролетариат не может освободить себя, не освобождая угнетенные народы... Именно потому, что национально-колониальные революции произошли у нас под руководством пролетариата и под знаменем интернационализма, именно поэтому народы-парии, народы-рабы впервые в истории человечества поднялись до положения народов, действительно свободных и действительно равных, заражая своим примером угнетенные народы всего мира"2 .

Отрадным событием в личной жизни Шевченко последних лет, вскоре по возвращении в Петербург из ссылки, была встреча и трогательная дружба со знаменитым трагиком-негром Ольриджем.

Этот знаменитый артист родился в Америке, где негры находились в рабстве и где им запрещалось ходить в театр. Тем менее возможно было для них стать артистами. Но Ольридж, страстно любивший театр и сцену, преодолел все препятствия и стал артистом. Благодаря своему таланту он прославился не только в Америке, но и в Европе.

Шевченко, увидев игру Ольриджа в Петербурге, был восхищен его талантом. В письме к М. С. Щепкину от 6 декабря 1858 года поэт сообщал: "У нас теперь африканский актер чудеса совершает на сцене".

Ольридж - артист из черных рабов - и Шевченко - поэт из крепостных ра-

Рукопись Т. Г. Шевченко "Заповить".

1 Т. Г. Шевченко "Дневник". Запись от 6 августа 1857 года.

2 И. Сталин "Марксизм я национально-колониальный вопрос". Сборник статей и речей, стр. 189. 1938.

стр. 87
бов, - познакомившись, быстро стали друзьями. Их сближала общая судьба. По свидетельству современников, Ольридж не знал русского языка, а Шевченко не звал английского, но все же они отлично понимали один другого. Ольридж пел негритянские песни, а Шевченко - народные украинские.

Шевченко написал масляными красками портрет Ольриджа, хранящийся до сих пор в Третьяковской галерее.

Эта дружба черного и белого рабов знаменовала братский союз угнетенных в то время наций двух частей света.

* * *

Народы Советского Союза, создавая новую культуру и строя новую жизнь, не забыли Шевченко. Недавно еще трудящиеся Грузии в своем письме к вождю народов товарищу Сталину заявили: "Любим стих Шевченко гневный".

Шевченко любят народы СССР. Его "Кобзарь" переводят на языки многих народов, в том числе и тех, которые до Великой социалистической революции не имели письменности.

Поэзия Шевченко - борца за идею свободного братства народов - еще более укрепит нерушимую, сталинскую дружбу братских республик. Шевченко созвучен нашей эпохе. Он знал, что свободный народ сумеет понять и оценить его песни. В своем стихотворении "Думы" (1837 год) Шевченко посылает свои стихи - думы -

"На задворки к бедным людям,
Я же здесь загину!
Там любовь найдете, думы,
Там вас приласкают.
Там и правда! А быть может
Славой увенчают"
("Думы". 1837 год).

В стране социализма потомки бедных людей, о которых говорил Шевченко, стали знатными стахановцами колхозных полей, фабрик и заводов, и эти люди воздают должное великому народному поэту.

В своем предсмертном стихотворении, написанном 14 - 26 февраля 1861 года (Шевченко умер 26 февраля (10 марта) 1861 года), Шевченко, обращаясь к своей музе, говорит о радостях жизни, о светлом будущем:

"Ты взгляни вокруг, родная!
Этот мир прекрасен,
И велик, и бесконечен,
Радостен и ясен!
Отдохнуть с тобою вместе
Мы взойдем на горы...
.....................
И нам с тобою, дорогая,
Украина вспомнится родная:
Деревни в зелени садов,
И цепи синие холмов,
Курганы, степь, поля без края,
И снова мы тогда вдвоем, -
Ликуя, песню запоем!"
Песни Шевченко ноет теперь свободная и счастливая Украина, а вместе с ней и все братские народы страны социализма.

Шевченко вошел в историю мировой культуры не только как великий деятель национальной демократической культуры, как создатель украинской революционно-демократической литературы и непревзойденный мастер родного слова, но и как провозвестник интернациональной культуры. Поэтому литературное наследство Шевченко служило и будет служить на пользу нашей великой родины, ее культурного роста. Ленин писал: "Ставя лозунг "интернациональной культуры демократизма и всемирного рабочего движения", мы из каждой национальной культуры берем только ее демократические и ее социалистические элементы, берем их только и безусловно в противовес буржуазной культуре, буржуазному национализму каждой нации"1 .

Шевченко воплотил в своем творчестве в глубоко художественных и ярких образах эстетические воззрения народа и его революционную ненависть к своим эксплоататорам.

Народность поэзии Шевченко делает ее понятной и близкой широким массам страны социализма, испытавшим на своих плечах до Великой социалистической революции гнет царизма и капиталистическую эксплоатацию. Идея свободного и равноправного братства народов, об осуществлении которой мечтал великий народный поэт, стала в наши дни могучим жизненным фактором СССР. Только теперь раскрывается во всей силе и величии неувядаемое значение поэзии Шевченко.

"В нашей стране происходит замечательный процесс культурного сотрудничества народов, - пишет передовая "Правды". - Один народ обогащает своей культурой другой. Пушкин пришел и к узбекам, и к таджикам, и к калмыкам - ко всем народностям, приобщенным революцией к культуре великого русского народа. В свою очередь русский народ многое взял из духовной сокровищницы других народов. Только революция по-настоящему открыла Шевченко и Руставели, дала выход таким сверкающим талантам, как Джамбул и Стальский. Этот процесс взаимного духовного обогащения народов составляет нашу гордость"2 .

1 В. И. Ленин. Соч. Т. XVII, стр. 137.

2 "Правда" от 5 декабря 1938 года.

Orphus

© libmonster.ru

Permanent link to this publication:

https://libmonster.ru/m/articles/view/Т-Г-ШЕВЧЕНКО-И-ДРУЖБА-НАРОДОВ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Анна СергейчикContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://libmonster.ru/Sergeichik

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

Н. БЕЛЬЧИКОВ, Т. Г. ШЕВЧЕНКО И ДРУЖБА НАРОДОВ // Moscow: Russian Libmonster (LIBMONSTER.RU). Updated: 28.08.2015. URL: https://libmonster.ru/m/articles/view/Т-Г-ШЕВЧЕНКО-И-ДРУЖБА-НАРОДОВ (date of access: 24.09.2020).

Found source (search robot):


Publication author(s) - Н. БЕЛЬЧИКОВ:

Н. БЕЛЬЧИКОВ → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Rating
0 votes

Related Articles
Новый социализм нужно строить, опираясь на новую теорию социализма. Новая теория социализма отказывается от диктатуры пролетариата, ибо практика развития старого социализма показала, что диктатура пролетариата не может быть не чем иным, как только диктатурой кучки коммунистических чиновников, или, как очень остроумно назвала её Роза Люксембург «диктатурой НАД пролетариатом». А появление у руля этой диктатуры таких предателей как Ельцин, неизбежно ведёт социализм к краху. Новый социализм, построенный на старой теории, ждёт такая же участь.
Малоизвестные страницы истории Великой Отечественной войны. Сейчас, когда открылись как отечественные, так и зарубежные архивы, стало возможным воссоздать картину одного из драматических эпизодов самого начального периода войны..... Западный фронт, бои в июне-июле 1941 года на втором стратегическом рубеже..... 22-ая армия под командованием генерал-полковника Ф.А. Ершакова..... Бои армии в Белоруссии на берегах реки Западная Двина на участке Дрисса - Дисна - Полоцк..... Начало широкого наступления немцев на восток было положено с маленького плацдарма в районе города Дисна
Catalog: История 
В статье рассматривается отражение образа Соловья-разбойника в романе М. А. Булгакова "Мастер и Маргарита" в связи с эпизодом свиста Бегемота и Коровьева при прощании героев с Москвой, а также связь образа Бегемота с образом Соловья-разбойника и героя древнеиндийского эпоса - Панду, а шире - связь русской литературы через "Закатный роман" Булгакова и поэму "Руслан и Людмила" А. С. Пушкина с древнеиндийскими произведениями: "Махабхаратой" и "Рамаяной".
Солнечная система является фрагментом распада нейтронного ядра нашей Галактики Млечный путь. Выброс нейтронного фрагмента Солнца из нейтронного ядра нашей Галактики произошёл приблизительно 10млр. лет назад. Всё это время нейтронный фрагмент перемещается по одному из спиральных рукавов нашей Галактики. Расширение происходит примерно по гиперболической траектории, которая вращается вокруг центра. Полный оборот вокруг центра нейтронного ядра Галактики, Солнце совершает примерно за 230млн.лет. Удаление от центра Галактики до Солнечной системы \simeq27700св. ле
Catalog: Физика 
12 days ago · From Владимир Груздов
Раскрытие тайны диалектики идеального и материального в реальном мире и в сознании человека
Catalog: Философия 
22 days ago · From Аркадий Гуртовцев
Энергия частицы является ключевым объяснением расширения Вселенной. В процессе расширения Вселенной участвуют пять частиц. Четыре массовые - нейтрон, протон, электрон и позитрон. Пятая частица условно без массовая - фотон. Позитрон и фотон не являются строительными кирпичиками материи Вселенной. Эти частицы выполняют вспомогательные функции в процессах преобразования материи и расширения Вселенной. Окружающий материальный мир организован из нейтронов, протонов и электронов. Сочетания, комбинации и перестановки этих трёх частиц, образуют окружающий нас мир
Catalog: Физика 
26 days ago · From Владимир Груздов
При любом взаимодействии масс, на любом уровне, создаются потенциалы взаимодействия в любых процессах расширения Вселенной. Этим определением рассмотрим вопросы, связанные с массой и энергией взаимодействующих объектов. Когда объекты (частицы, молекулы) потенциально взаимодействуют, они создают градиенты потенциального взаимодействия. Эти градиенты регулируют энергию и массу объектов и Вселенной в целом.
Catalog: Физика 
42 days ago · From Владимир Груздов
Жан Ланн
Catalog: История 
46 days ago · From Россия Онлайн
Кризис муниципальных финансов в России в 1917 г.
Catalog: Экономика 
46 days ago · From Россия Онлайн
Благотворительная деятельность предпринимателей Парамоновых на Дону. 1914-1915 гг.
Catalog: История 
46 days ago · From Россия Онлайн

Libmonster, International Network:

Actual publications:

LATEST FILES FRESH UPLOADS!
 
Наталья Свиридова·jpg·25.22 Kb·134 days ago

Actual publications:

Загрузка...

Latest ARTICLES:

Latest BOOKS:

Actual publications:

Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
Т. Г. ШЕВЧЕНКО И ДРУЖБА НАРОДОВ
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Russian Libmonster ® All rights reserved.
2014-2020, LIBMONSTER.RU is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Russia


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Portugal Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones