Libmonster ID: RU-9057

Августин "Блаженный" сыграл столь важную роль в становлении и развитии средневековой, да и всей европейской философии, что, безусловно, заслуживает самого пристального внимания и изучения его духовного наследия.

Августин "Блаженный", Аврелий (354 - 430), уроженец Северной Африки, преподавал риторику на родине и в Медиолане (Милане). Пройдя через увлечение манихейством и скептицизмом, он на путях неоплатонического умозрения пришел к христианству. Став епископом города Гиппона в Северной Африке (395 г.), принял участие в актуальных внутрицерковных спорах, в частности, относительно предопределения и свободы воли. Августин свободно владел интеллектуальным аппаратом, созданным античностью, проявляя тем не менее большую оригинальность мысли. Такие его произведения, как "Исповедь" и "О граде Божием" вызывают вот уже на протяжении более шести веков неизменный интерес у читателей.

* * *

Известно, что определенная историческая эпоха выдвигает какую-либо центральную проблему. Для средневековой философии такой проблемой была проблема веры и разума.Принципиальные моменты, определившие рассмотрение и разрешение этой проблемы, были сформулированы именно Августином. "В его работах, - справедливо отмечают В. Гайденко и Г. Смирнов, - бросается в глаза сочетание напряженного духовного поиска, завершившегося обращением блестящего римского ритора-язычника в христианство, с

стр. 199


ярко выраженным стремлением к интеллектуальному постижению истин веры"1.

Интерес к философским занятиям пробудился у Августина после чтения цицероновского "Гортензия" (этот диалог до нас не дошел). В нем речь шла о путях достижения жизненного совершенства и счастья. Августин соглашается с Цицероном в том, что условие счастья - мудрость. Но Августин убежден, что мудрость - это не абстрактное знание отвлеченных истин, а - обладание абсолютной истиной, Истиной вечной и неизменной. К Истине человек приходит через познание Бога и через любовь к Нему - это и есть квинтэссенция оппозиции "вера - разум". Дело в том, что, по Августину, идея Бога врожденна человеку, но есть люди, ожесточившиеся настолько, что отрицают существование Бога. Тогда и возникает необходимость в рациональных доказательствах. Человеческий разум, утверждает Августин, способен осуществить такое доказательство собственными силами, однако после грехопадения состояние человека таково, что наиболее короткий и надежный путь к Богу - это путь веры. Отсюда имеющая истоки в августинском учении формула Ансельма Кентерберийского2: "credo, lit intelligam" ("через веру к пониманию"; букв. - "верую, дабы уразуметь"). Акт веры - необходимое условие богопознания, утверждает Августин. Однако даже верующий человек может пожелать иметь достоверноезнание о существовании Бога. Здесь на помощь приходит достоверность собственного самосознания. Дальнейший путь - через чувственное познание внешнего мира к познанию умопостигаемого мира и самой Истины. Так человек и приходит к Богу. Рассмотрим более подробно этапы восхождения человека к Богу.

* * *

На пути познания Бога, учит Августин, душа должна пройти пять ступеней, первая из которых - вера3. Трактовка мыслителем понятия "вера" носит интеллектуальный характер. Вера, по Авгу-


1 Гайденко В., Смирнов Г. Западноевропейская наука в средние века. М., 1989. С. 104.

2 Ансельм Кентерберийский (1033 - 1109) еще при жизни был назван "вторым Августином".

3 Нужно иметь в виду, что вера для Августина не является самоцелью. Целью человека является "блаженное въдение" Бога, достигаемое только в вечной жизни.

стр. 200


стину, не есть нечто экстраординарное человеческому сознанию, но один из типов знания, отличающийся от знания в собственном смысле слова (scientia) источником (авторитетное свидетельство), а не объектом. Два способа познания не исключают друг друга: вера - условие интеллектуального постижения, разум же подготавливает акт веры, содержание которой должно подвергнуться рациональному осмыслению ("уразумей слово мое, чтобы уверовать; веруй, чтобы уразуметь Слово Божие"). Человеческое познание, говорит Августин, не может основываться только на разуме, так как разумная душа (образ божий в человеке) деформировалась в результате грехопадения и нуждается в просвещении верой. Однако иногда необходимо, чтобы разум предварял веру, как в случае с еретиками, претендующими на обладание верой: в этом случае только разум может обеспечить уверенность в том, что вера направлена на истинный объект. "Разум, - писал Августин, - обещает философия; но она освобождает от мрака весьма немногих. Впрочем, она побуждает их не только не пренебрегать тайными веры, а напротив, понимать их так, как они должны быть понимаемы..."4. Г. Майоров справедливо замечает, что Августин "считал веру в принципе рациональной, а ее положения согласными с разумом, как таковым"5.

Подобное решение проблемы веры и разума обусловлено в сущности спецификой августиновского понимания природы и возможностей философии. Философия сама по себе не обеспечивает мудрости, доставляющей человеку блаженство: истины разума, которыми обладает философия, не имеют отношения к спасению души, а стало быть, и к мудрости. Августиновская позиция - это рациональное исследование содержания веры. Истинная философия, утверждает средневековый мыслитель, неотделима от истинной религии; это "христианская философия, или рациональное созерцание христианского Откровения.

Вторая ступень богопознания определена "рациональной очевидностью", т.е. обретением некоторой положительной достоверности, позволяющей преодолеть скептицизм. Опровержению скептицизма Августин посвящает свое первое произведение "Против


4 Августин. Творения. Киев, 1914. Ч. 2. С. 188 (курсив мой - М. Т.).

5 Майоров Г. Формирование средневековой философии: Латинская патристика. М., 1979. С. 229. Позицию Августина называют еще фидеистическим рационализмом (см., например: Аверинцев С. Поэтика ранневизантийской литературы. М., 1977. С. 100).

стр. 201


Академиков", где в ряду других аргументов он отмечает, что странно называть мудрецом того, кто не обладает даже знанием о собственном существовании. В диалоге "О блаженной жизни" и - с еще большей убедительностью - в "Монологах", также написанных в 387 г., Августин выводит существование субъекта мышления из констатации акта мышления, открывая тем самым свободный путь для философствования, отринувшего скептицизм. Как позже для Декарта, очевидность существования мышления есть, по Августину, первая и наиболее очевидная из всех достоверностей. Наконец, в сочинении "Об истинной религии" (390 г.) он впервые называет сомнение как первую очевидность, хотя еще и не основывает на ней достоверность бытия. В трактатах "О Троице" и "О граде Божьем" мыслитель пишет, что даже если допустить ошибочность нашего знания о собственном существовании, то это само по себе служит достаточным основанием для вывода о том, что мы существуем, ибо чтобы заблуждаться относительно чего бы то ни было, необходимо существовать: Si enim fallor, sum (если я ошибаюсь, я существую).

Третья ступень - постижение души и жизни. По Августину, человек - существо, состоящее из души и тела, т.е. некое субстанциальное единство (лишившись или тела, или души, человек перестает быть человеком). Под влиянием Платона Августин называет и душу субстанцией. Каким же образом две субстанции - душа и тело - соединяются в человеке? Следует ли отождествить человека с его душой, которая в своем отношении к телу напоминает всадника, оседлавшего лошадь? В поисках ответа на эти вопросы, мыслитель исходит из того, что душа есть лучшая часть человека. В духе платоновской философии Августин дает такую дефиницию понятия "человек": человек есть разумная душа, пользующаяся смертным и земным телом. Августин не принимает во внимание метафизических трудностей, проистекающих из этой дефиниции. Для него главное - моральный, а не метафизический аспект проблемы, а именно - высшее благо имеет духовную природу, и человек не должен искать его в мире телесного. На вопрос же, как соединяется духовная субстанция с телесной, мыслитель не дает уверенного ответа, объявляя это тайной, недоступной человеческому уму. Это одна из многих "неопределенностей", породивших бурные споры в средние века. (Из Священного Писания явствует, что Бог сотворил не душу Адама, а всего человека.) Августин в поздних трудах дает другое определение: человек есть разумная субстанция, состоящая из души и тела. Он считает, что душа не

стр. 202


локализуется ни в какой части тела, но пронизывает все животворящим напряжением. При этом мыслителю важно показать душу как посредницу между телом, которое она одушевляет, и идеями Бога, одушевляющими ее саму; при этом он подчеркивает, что душа не есть часть божественной субстанции, ибо она сотворена. Но именно потому, что душа сотворена Богом, она бессмертна. И еще один аргумент: истина "пребывает всегда. Следовательно, душа пребывает всегда"6.

Итак: 1. Осознавая себя самое, мысль избавляет нас от сомнения; мыслить - значит жить, а жить - значит обладать животворящей (одушевленной) силой и тем самым субстанциально отличаться от тела (объекта одушевляющей активности души. 2. Осознавая себя как жизнь и источник жизни, душа постигает свое бессмертие. 3. Осознавая свою сущность, душа постигает, что источник ее бытия - Бог и что ее непреходящая сущность посредствует между миром идей и телесным порядком.

Вслед за осознанием себя и своей жизни душа на своем пути к Богу поднимается на новую, четвертую ступень, соответствующую чувственному познанию. В учении Августина представление о чувственно познаваемой вещи есть результат взаимодействия познающего субъекта и объекта ощущения. Августин развивает теорию четырех форм, находящихся в отношении порождения: 1) форма объекта, 2) форма, возникающая в ощущении, 3) чувственная форма, сохраняющаяся в памяти, 4) форма, доставляемая памятью мысли. Этим формам соответствуют два типа созерцания: 1) телесное, когда органы чувств "оформляются" формой объекта, и 2) духовное, когда мышление "оформляется" формой, содержащейся в памяти. Остается выяснить: является ли ощущение функцией человеческого тела или души? Согласно определению мыслителя, ощущение - это телесное восприятие, не скрытое от души. Чувственное познание есть функция души, поэтому ощущение, будучи пассивным состоянием, пассивно не по отношению к объекту воздействия, а по отношению к активности души. Отсюда вывод: без мышления нет ощущения.

Пятая ступень богопознания - уровень рационального познания. Подобно тому, как анализ чувственного восприятия сделал очевидным существование души и чистого мышления, так и анализ человеческого разума должен сделать очевидным существование Бога.


6 Августин. Указ. соч. С. 284.

стр. 203


Является ли душа источником собственных идей? - задается вопросом Августин. На первый взгляд, идеи привносятся в душу извне: ученик воспринимает то, чему его обучают. Однако, заявляет философ, содержание мышления не обязательно детерминировано словесной формой выражения. Более того, в одни и те же слова люди могут вкладывать различный смысл. Августин приходит к убеждению, что душа спонтанно продуцирует свои идеи, а подлинным внутренним Учителем каждого человека является Истина, т.е. Премудрость Божья. Тем не менее нельзя считать, что Бог раз и навсегда вложил в нас все идеи. Во-первых, знание о внешнем мире нам доставляет чувственное познание, а значит оно - пусть и с оговорками - обусловлено извне. Во-вторых, ошибкой было бы думать, что Бог заранее обеспечивает нас идеями, необходимыми для понимания и истолкования духовных истин, лишая нас повода воспользоваться своим интеллектом. Наша мысль содержит элемент, источник которого находится не во вне и не в нас, а в том, что обретается глубже сокровеннейших глубин нашей души. По Аверинцеву, здесь Августин подошел к проблеме подсознательной сферы психики, приводя в доказательство такие заявления Августина: "Если под "бездной" мы разумеем великую глубину, то разве же сердце человеческое не есть бездна? И что глубже этой бездны?.. Или ты не веришь, что в человеке есть бездны столь глубокие, что они скрыты даже от него самого, в ком, однако, пребывают?" (Augustini Enarrationes in Psalmos XLI, 13)7. Аверинцев продолжает: "Попытку осмыслить и высветлить эти бездны, - но не рационалистическим анализом, а пронзительным ощущением "предстояния перед богом" - представляет лирическая автобиография Августина "Исповедь""8.

Итак, Бог есть наш внутренний Учитель. Каковы же механизмы и природа обучения? В качестве ответа Августин использует метафору: душа "озаряется" умопостигаемым светом, что есть божественная иллюминация. Эта метафора основана на параллели между интеллектуальным и чувственным восприятием. Зрение связано со светом, источник которого - Солнце, и подобным же образом Бог есть источник духовного света, в котором мы видим умопостигаемые сущности. В рамках теории иллюминации Августин устанавливает соотношение между "божественным" и "чело-


7 Аверинцев С. Судьбы европейской культурной традиции в эпоху перехода от античности к средневековью // Из истории культуры средних веков и Возрождения. М., 1976. С. 37.

8 Там же.

стр. 204


веческим" в акте умозрения: Солнце не тождественно глазу, точно так же божественный свет (иллюминация) не тождественен человеческому уму. Тварность человека как раз и служит основанием для противопоставления "света ума" нетварному свету Бога.

Гораздо труднее понять, каким образом осуществляется эта иллюминация человеческого ума. Здесь необходимо различать два случая: обычное умозрение, когда человек познает тварные сущности в божественном свете, и мистическое созерцание, когда человек воспринимает самый этот свет. Рассматривая первый случай, Августин настаивает на непосредственном характере иллюминации: хотя душа и не тождественна Богу, она - "наиближайшее" к нему и соприкасается с умопостигаемыми сущностями, т.е. с божественными идеями. Эти идеи, не будучи сотворены, вечны, неизменны и необходимы и выступают как формы всего тварного и преходящего. Человеческий интеллект, "просвещенный" Богом, заявляет философ, способен сформировать в себе истинное знание о вещах, воспринимаемых чувственно. Здесь особенно заметно влияние Платона: все в мире оформлено идеями, которые только и могут быть объектами интеллекта; мир в своей телесности не соприкасается с интеллектом, занимающим более высокую ступень в иерархии. По Августину, утверждает Э. Жильсон, один из крупнейших исследователей раннего средневековья, интеллект постигает в свете иллюминации лишь истину собственных суждений, а не содержание своих идей. Вот почему Августин исключает из сферы божественной иллюминации все понятия эмпирического происхождения или по крайней мере все то в них, что может иметь эмпирический источник. Только чисто умопостигаемые сущности (справедливость, вера, истина, любовь и т.п.) открываются в ее свете. Если же она и бывает направлена на чувственное понятие (например, "человек"), то лишь для того, чтобы сформулировать закон или представить вещь, как она долженствует быть, - ни то, ни другое не выводимо из чувственного опыта9. Точка приложения иллюминации, таким образом, не столько постигающая способность ума, сколько способность суждения. Отсюда термин, которым философ часто пользуется для обозначения божественных идей: regula, т.е. правила, или регулятивные принципы.

От "естественного" умозрения Августин отличает мистическое созерцание, состоящее уже не в познании через вечные идеи или в


9 Работы Э. Жильсона по культурологии и истории мысли (реф. сб.). Вып. 1. М., 1987. С. 227.

стр. 205


них, но в въдении самих этих идей и божественного света. Это - высшая ступень познания, для достижения которой уже необходим raptus, духовный "восторг", поднимающий душу в сверхъестественный порядок.

Итак, мы рассмотрели пять ступеней богопознания, ведущих читателя к познанию мира и Бога. Как справедливо отмечают В. Гайденко и Г. Смирнов, "знание в смысле богопознания, т.е., как особая характеристика религиозного сознания, интерпретировалась в его философско-теологической системе по аналогии с рациональным знанием... В своих поздних сочинениях он гораздо резче противопоставляет собственно религиозное и рациональное знание, трактуя первое как знание божественной воли. Но отличается ли это знание от обычного не только обращенностью к другого рода объекту, но и своей структурой, т.е. принадлежит ли оно к принципиально иному типу знания и к какому именно, Августин не поясняет. Апелляция к созерцанию и к божественному свету, просвещающему человека, давая ему возможность умом увидеть то, что недоступно глазу, продолжает играть столь же значительную роль, как и прежде"10.

* * *

Рассуждая о философском учении Августина, нельзя обойти вопроса о проблеме морали в его учении. Мыслитель многократно повторял: "...не больше знать о Тебе, а уверенно жить в Тебе хотел бы я"11. Чтобы осуществить это, Августин приступает к построению моральной теологии, главной задачей которой становится задача обретения Бога через волю. Ведь и познавательная деятельность человека, по Августину, есть стремление к блаженству. Только в этом случае, замечает Э. Жильсон, слову "философия" возвращается изначальный смысл - любовь к мудрости.Именно мудрость, свидетельствует Жильсон, и есть для Августина то, что делает блаженным знание, которое должен искать человек12. По Августину, мудрость - это определенный вид знания,именно по этой причине мудрость с необходимостью обладает достоверное -


10 Гайденко В., Смирнов Г. Указ. соч. С. 113, 114 (курсив мой - М. Т.).

11 Августин. Исповедь // Богословские труды. Т. 19. М., 1978. С. 137.

12 Работы Э. Жильсона по культурологии и истории мысли (реф. сб.). Вып. 1. М., 1987. С. 232 - 233.

стр. 206


тью и несомненностью. У апостола Павла есть текст (1 Кор. 12, 8), в котором различаются люди, обладающие мудростью и знанием. Истолковывая этот текст, Августин относит мудрость к сфере созерцания, знание - к сфере практики. Мудрость, разумеется, занимает высшее положение в духовной структуре человека. Здесь важно учитывать, что Августин различает "внешнего человека" (тело, вегетативная душа, чувственное восприятие) и "внутреннего человека" (его дух). Разумная душа осуществляет господство над телом, однако у нее есть и иное предназначение, повинуясь которому, она устремляется к своему истоку и к Высшей цели. Двойственность функций разума имплицирует возможность двух типов жизни: деятельной и созерцательной. Первый расценивается как низший по отношению ко второму, а вся земная жизнь - это деятельность, приготовляющая нас к небесному созерцанию. И здесь мудрость отличается от знания не только по своему объекту, но и тем, что она не может быть употреблена ко злу, а для знания такое употребление возможно (как это актуально для XXI в.! - М. Т.). Подчинив себя мудрости, мысль не только устремляется к своей истинной цели, но и становится также способной направить к ней все человеческие действия, сообщая им тем самым моральный характер.

Таким образом, утверждает Августин, первый шаг на пути добродетели связан с тем, что подчинив себя регулятивному воздействию Идей, мысль начинает судить обо всем с точки зрения Бога. То, что моральное действие, по Августину, спонтанно вытекает из знания истины, естественно, ибо, утверждает он, сущности вещей и правила действия (regulae actionis, т.е. поведенческие, моральные правила) имеют общий источник. Их идентичность обусловлена универсальным характером иллюминации: наряду с вечными и необходимыми истинами математики должна существовать вечная и необходимая истина, заключающая в себе общий для всех людей первопринцип морали и сообщающая всеобщий характер всему, что вытекает из этого принципа. Их источник - правила или озарения, внушаемые нам нашим внутренним Учителем. Человек, наделенный сознанием, воспринимает от Бога естественный свет; человек, побуждаемый к действию, воспринимает от Бога моральное сознание, или совесть. В обоих случаях он получает от Бога основание, придающее необходимый характер его суждениям. И это основание есть Вечный Закон, состоящий в том, что Бог повелевает нам сохранять естественный порядок и запрещает нам нарушать его. Как видим, идея универсального морального закона и морали вообще оказывается связанной у Августина с идеей по-

стр. 207


рядка. Августин исходит из того, что все сотворенное - добро, но наделено благом в неодинаковой мере, поэтому проблема состоит не в выборе между добром и злом, а в соблюдении правильной и изначально заданной субординации благ (так, "внешние" блага должны быть подчинены телу, тело - душе, душа - разуму, разум - Богу). С другой стороны, в этой строгой иерархической системе, где возможность для человека обладать истиной объясняется причастностью ее к божественной Истине, добродетель возможна лишь при условии, что человек сообразует свои действия с непреходящими правилами божественной Добродетели. Она-то и является общим источником четырех "кардинальных" добродетелей: благоразумие, мужество, воздержанность, справедливость. Общий же источник грехов - в противоположном движении воли, отвращающейся от этих умопостигаемых принципов. Здесь человека подстерегают большие трудности: как правило, человек знает моральный закон, но захочет ли он, сможет ли его исполнить? Этим вопросом, обращенным не только к человеку августианской эпохи, но и к нам, современникам XXI в., закончим наше небольшой эссе, посвященное выдающемуся мыслителю Аврелию Августину.


© libmonster.ru

Permanent link to this publication:

https://libmonster.ru/m/articles/view/ФИЛОСОФСКОЕ-УЧЕНИЕ-АВГУСТИНА

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Galina SivkoContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://libmonster.ru/Sivko

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

М. А. ТЮТЮНКОВА, ФИЛОСОФСКОЕ УЧЕНИЕ АВГУСТИНА // Moscow: Russian Libmonster (LIBMONSTER.RU). Updated: 14.09.2015. URL: https://libmonster.ru/m/articles/view/ФИЛОСОФСКОЕ-УЧЕНИЕ-АВГУСТИНА (date of access: 26.07.2021).

Found source (search robot):


Publication author(s) - М. А. ТЮТЮНКОВА:

М. А. ТЮТЮНКОВА → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Galina Sivko
Краснодар, Russia
2393 views rating
14.09.2015 (2142 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes
Related Articles
ПРАГА: РУССКИЙ ВЗГЛЯД. ВЕК ВОСЕМНАДЦАТЫЙ - ВЕК ДВАДЦАТЬ ПЕРВЫЙ
Catalog: История 
3 days ago · From Россия Онлайн
А. В. РЕМНЕВ. РОССИЯ ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА. ИМПЕРСКАЯ ГЕОГРАФИЯ ВЛАСТИ XIX - НАЧАЛА XX ВЕКОВ
Catalog: История 
3 days ago · From Россия Онлайн
РОССИЯ И ГЕРМАНИЯ
Catalog: История 
3 days ago · From Россия Онлайн
В. М. ХЕВРОЛИНА. РОССИЙСКИЙ ДИПЛОМАТ ГРАФ НИКОЛАЙ ПАВЛОВИЧ ИГНАТЬЕВ
Catalog: История 
3 days ago · From Россия Онлайн
XX МЕЖДУНАРОДНЫЙ КОНГРЕСС ИСТОРИЧЕСКИХ НАУК
Catalog: История 
3 days ago · From Россия Онлайн
Пришельцы, Земли нашей Гости — посланцы не мира сего, а Иного, Огня за чертой. Выход к нам из него — шаг один из Эфирного царства как Глуби Земли.
Catalog: Философия 
4 days ago · From Олег Ермаков
ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ Р. А. МЕДВЕДЕВА И С. КОЭНА (июнь 1995 года)
5 days ago · From Россия Онлайн
ВЫЗРЕВАНИЕ ПОЛИТИЧЕСКОГО КРИЗИСА В ГДР В 1953 ГОДУ. По материалам высших партийных и государственных органов ГДР и Советской Контрольной Комиссии в Германии
5 days ago · From Россия Онлайн
М. КУРЛАНСКИЙ. 1968: ГОД, КОТОРЫЙ ПОТРЯС МИР
Catalog: История 
7 days ago · From Россия Онлайн
А. А. ОРЛОВ. СОЮЗ ПЕТЕРБУРГА И ЛОНДОНА
Catalog: История 
7 days ago · From Россия Онлайн

Actual publications:

Latest ARTICLES:

Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
ФИЛОСОФСКОЕ УЧЕНИЕ АВГУСТИНА
 

Contacts
Watch out for new publications: News only: Chat for Authors:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Russian Libmonster ® All rights reserved.
2014-2021, LIBMONSTER.RU is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Russia


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones