Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
Libmonster ID: RU-16270

Share this article with friends

Механизм губернаторских назначений начал складываться еще в XVIII в. в атмосфере бюрократических традиций, без каких-либо специальных юридических норм. Верховной власти импонировало волевое решение кадровых вопросов. Даже с появлением в начале XIX столетия министерства внутренних дел, ставшего посредником между императором и губернаторами, ситуация оставалась прежней. Монарх, не стесненный законодательными рамками, самолично мог перемещать губернаторов независимо от того, кто рекомендовал ему их кандидатуры.

В условиях проведения реформ 60 - 70-х годов XIX в. политический, экономический, социальный и культурный облик России существенно менялся. Самодержавная власть сталкивалась с необходимостью приспособления всего правительственного аппарата к функционированию в новых условиях. Возникал вопрос эффективности системы местного управления, которая была главным проводником внутренней политики.

Император не имел возможности проверять, а тем более знать лично все предлагаемые ему кандидатуры. Степень активности его участия в выборе кандидатур зависела от региона, куда предполагалось направить руководителя. В первую очередь это касалось замещения генерал-губернаторских должностей, обсуждение которых перерастало порой в острые дебаты.

Особенно трудно было сделать выбор, когда возникала необходимость совместить в одном лице гражданскую и военную власти. Подобный случай имел место в 1862 г., когда вокруг вакансии в киевском генерал-губернаторстве столкнулись интересы МВД и военного министерства. МВД желало назначения двух отдельных генерал-губернаторов - гражданского и военного. Военное министерство, наоборот, полагало, что внутриполитическая ситуация того времени требует сохранения единого руководства. Военный министр указывал Александру II на "опасность разделения власти между двумя независимыми друг от друга лицами при тогдашнем положении дел в западных губерниях"1. В консультациях по замещению этой должности принимали участие киевский митрополит и обер-прокурор Синода. Император встал на позицию объединения гражданской и военной власти2, поддержав тем самым военного министра и предложенного им кандидата - Н. Н. Анненкова.

Назначение генерал-губернаторов в пограничные районы имело стратегическое значение. Когда в 1883 г. встал вопрос о замещении поста варшав-


Минаков Андрей Сергеевич - кандидат исторических наук, доцент Орловского государственного университета.

стр. 3


ского генерал-губернатора, Александр III рассуждал: "Польша - наш передовой пост в случае войны; конечно в ее пределах произойдет первое столкновение с неприятелем, необходимо было, следовательно, вверить такой пост человеку, энергия и опытность которого были бы вне всякого сомнения"3. Им была поддержана кандидатура опытного военачальника И. В. Гурко.

Свои особенности имела практика замещения губернаторских должностей в сибирских губерниях. Сибирские генерал-губернаторы, продолжавшие назначаться из числа военных, подбирались императором по согласованию не только с министром внутренних дел, но и военным министром, а получившая распространение в первой половине XIX в. практика влияния сибирских генерал-губернаторов на назначение губернаторов, во второй половине столетия стала не так заметна.

Однако же мнение императора не всегда главенствовало. В 1879 г. для борьбы с распространением эпидемии чумы в Поволжье было решено создать должность генерал-губернатора с подчинением ему Астраханской, Самарской, Саратовской и Ставропольской губерний. На этот пост было три кандидата - И. В. Гурко, М. Т. Лорис-Меликов и Ф. Ф. Трепов, которого поддерживал Александр II. В процессе обсуждения император посчитал необходимым прислушаться к мнению А. Р. Дрентельна, Л. С. Макова и Д. А. Милютина, которые поддерживали Лорис-Меликова4. Правильность выбора подтвердили эффективные меры против эпидемии, предпринятые им как генерал-губернатором, что, по мнению В. П. Мещерского, стало фактом, получившим "важное историческое для России значение, ибо в нем зародилась слава Лорис-Меликова как администратора"5.

Кадровая политика в отношении губернаторского корпуса последнего российского монарха отличалась непредсказуемостью и непоследовательностью. Высокопоставленный чиновник МВД писал о факте поддержки Николаем II в 1896 г. одной кандидатуры на вице-губернаторский пост. "Однажды, по окончании Горемыкиным, бывшим в то время министром внутренних дел, очередного доклада, государь, выказывая несколько больше, нежели обыкновенного, стеснения, выдвинул один из ящиков своего письменного стола и, достав оттуда какую-то бумагу, сказал: "Меня просят за такого-то о назначении его вице-губернатором. Пожалуйста, Иван Логгинович, устройте его на эту должность". Лицо, за которого просил государь, по словам Горемыкина, не имело ни малейших прав на такое назначение, что он, Горемыкин, и объяснил государю, добавив, что подобные назначения "могут вызвать весьма нежелательный прецедент и опору для других лиц, которые не преминут им воспользоваться для предъявления подобных же необоснованных претензий"6. Император в ответ на это "поспешил как-то смущенно сунуть вынутую им бумагу в ящик, из которого она была извлечена".

Другой красноречивый пример приводит в своем дневнике А. А. Половцов: "Заходит ко мне эфемерный московский генерал-губернатор П. П. Дурново. Рассказывает, как после четырехмесячного генерал-губернаторства приехал 19 октября в Петербург и имел свидание с министром внутр[енних] дел П. Н. Дурново для испрошения усиления своей власти. П. Н. Дурново ответил ему, что об этом он должен просить государя, который в течение двух часов внимательно выслушивал его и даже записывал его требования. По возвращении домой [П. П.] Дурново нашел бумагу, подписанную министром внутр[енних] дел 19 октября и уведомлявшую его, П. П. Дурново, что он уволен от генерал-губернаторских обязанностей"7. По свидетельству В. Ф. Джунковского, этот разговор П. П. Дурново с Николаем II состоялся 21 ноября 1905 года. Думается, что Джунковский более точен, чем Половцов, потому что 21 ноября газета "Русское слово" писала об отъезде П. П. Дурново в Петербург, который "как стало вчера известно в административных сферах, более в Москву не вернется"8. Судя по этому газетному сообщению, отставка П. П. Дурново не была для него неожиданностью, как считал Половцов.

Император мог выдвигать на губернаторские посты и своих откровенных протеже. Ковенский, а в последствии архангельский и нижегородский

стр. 4


губернатор Н. М. Баранов получил свой первый губернаторский пост благодаря личному покровительству Александра III, которое Баранову оказывалось еще в бытность Александра III наследником престола9. В 1905 г. был назначен таврическим губернатором "старый" знакомый Николая II Е. Н. Волков, снискавший расположение "будучи еще офицером лейб-гвардии гусарского полка его величества, в то время, когда государь в бытность свою наследником отбывал службу в этом полку"10 - полагал Джунковский. Добавим, что Волков сопровождал Николая II, когда тот был еще наследником-цесаревичем в путешествии по Дальнему Востоку и Японии.

Другим липом, от которого зависел подбор губернаторов был министр внутренних дел. Чиновнику, желавшему стать губернатором, необходимо было, если не быть лично знакомым с министром, то быть представленным ему третьим лицом. В этом отношении в более выгодном положении находились те, кто по роду предыдущей службы были знакомы с министром. У каждого главы МВД в исследуемый период были свои особенности подбора кандидатов на губернаторские посты, говорившие о кадровых способностях министра, что в конечном счете влияло на его деловую репутацию в глазах правительственного окружения. Например, П. А. Валуев сразу после своего назначения министром "начинает вести борьбу с либеральными губернаторами", что вызывает отрицательную реакцию. Уже в октябре 1861 г. он сам писал: "меня сильно бранят за губернаторские назначения"11.

Кадровую политику Д. А. Толстого весьма негативно характеризовал другой его высокопоставленный современник Е. М. Феоктистов: "очень нередко приходилось слышать от графа Толстого, когда заходила речь о каком-нибудь негодном, но им же посаженном губернаторе, что он вовсе его не знает, даже ни разу его не видел". Толстой практиковал назначения в своем ведомстве из лиц "родной" Рязанской губернии. Подобные кадровые решения вызывали иронию даже у императора. По этому поводу его современник писал: "Где мог граф Дмитрий Андреевич [Толстой] найти лучших людей при своем упорном желании не знать и не видать по возможности никого, окружить себя неприступной стеной? Ему была известна только Рязанская губерния, где находились его поместья ... оттуда, из этой губернии, которую называли "лейб-губернией", он и вербовал лиц для замещения разных должностей"12.

Кадровые просчеты главы МВД становились предметом обсуждения в высших правительственных кругах при ухудшении внутриполитической ситуации. Например, при рассмотрении причин неудачной ликвидации последствий неурожая начала 1890-х годов, Совет министров сразу усмотрел некомпетентность Дурново в отношении подбора губернаторов, которые упустили возможность скупки и перепродажи хлеба нуждающимся, даже при возможной потере в разнице цен из-за низкой покупательной способности населения. "Следует покупать хлеб и продавать, если нужно, с убытком, что это следовало сделать давно, что для этого нужны губернаторы поумнее тех, коих назначает он, Дурново"13 - сделали вывод министры.

Подтверждение ключевой роли министра внутренних дел в вопросах назначения губернаторов мы находим в мемуарах И. И. Толстого. "П. Н. Дурново на указания в Совете министров о нежелательности назначения того или другого лица губернатором или сенатором заявлял, что такова воля Его величества, объявленная ему на всеподданнейшем докладе, как часто та или иная мера объяснялась им выраженным государем ему лично желанием. Как проверить такие утверждения? Не просить же у государя императора очной ставки с министром или проверки его утверждений?" - писал бывший министр народного просвещения14.

Чиновники других ведомств, находившиеся постоянно в провинции, и прочие, не имевшие выходов на министра, вынуждены были устанавливать связи с ним через каких-либо общих знакомых. Поскольку министры менялись, некоторые обращенные к ним просьбы не выполнялись. Это ставило просителей в крайне неудобное положение, поскольку им приходилось уста-

стр. 5


навливать контакт с новым министром. Приведем типичный пример подобной ситуации. В ней оказалась мать вологодского вице-губернатора К. Э. Фукса, которая в декабре 1912 г. просила о назначении его губернатором. В своем письме к В. Н. Коковцову Фукс ссылалась на обещание А. А. Макарова назначить сына губернатором. В письме говорилось: "Дело идет о моем старшем сыне ..., которому в последние годы не удается выдвинуться, и некому за него ни заступиться, ни помочь ему". Макаров, по ее словам, обещал не просто помочь, а назначить Фукса либо в Люблинскую, либо в Петроковскую губернии. Именно там Фуксу очень хотелось губернаторствовать. Однако уход Макарова с поста министра внутренних дел15 создавал неопределенность в разрешении вопроса о назначении.

Коковцов, хорошо знавший семью Фуксов, решил помочь своим знакомым. По данному вопросу 9 января 1913 г. он обратился к преемнику Макарова Н. А. Маклакову. "Насколько мне известно г[осподин] Фукс пользуется при министерстве внутренних дел вполне одобрительной служебной репутацией, то я позволю себе по старинным добрым отношениям моим еще к отцу названного лица покорнейше просить ваше превосходительство не отказать в благосклонном к нему внимании при будущих перемещениях в составе вашей губернской администрации" - писал Коковцов министру. При этом он не забыл упомянуть о желательности назначения Фукса в одну из Привислинских губерний. Маклаков, отвечая 17 января 1913 г. Коковцову на его ходатайство, писал, что "я не перемину рекомендовать вологодского вице-губернатора, камер-юнкера Фукса варшавскому генерал-губернатору в качестве вполне соответствующего кандидата на губернаторскую вакансию в Привислинском крае в случае открытия таковой"16.

Однако посодействовать получению губернаторского поста мог не только министр внутренних дел. Если не было прямых выходов на главу МВД, выручали личные или родственные связи с различными высокопоставленными чиновниками. В 1860-е годы одну из ключевых ролей в формировании внутренней политики играл шеф жандармов и главный начальник III отделения Собственной е.и.в.к. П. А. Шувалов. Его влияние сказывалось и на замещении губернаторских постов. Под его покровительством находился орловский, а затем петербургский губернатор Н. В. Левашов17. Не без участия Шувалова в 1868 г. был назначен генерал-губернатором Северо-Западного края А. Л. Потапов18. "Без его (П. А. Шувалова. - А. М.) согласия, Валуев не смеет назначить ни одного губернатора"19 - писал герценовский "Колокол".

Покровительство высокопоставленных чиновников в той или иной форме часто становилось решающим фактором при назначении губернаторов. В. Б. Лопухин вспоминал о закулисных связях В. А. Лопухина с П. Д. Святополк-Мирским, еще в бытность последнего виленским генерал-губернатором. Став министром внутренних дел, Святополк-Мирский отблагодарил Лопухина, как своего человека, губернаторскими назначениями. "Виктору посчастливилось оказать Святополку кое-какие услуги. Святополк не оказался неблагодарным. Виктор получил место вице-губернатора в Екатеринославле и вскоре был назначен губернатором, сначала в Пермь, потом в Новгород, Тулу, после в Вологду"20 - отмечал В. Б. Лопухин.

Назначению в 1905 г. варшавским генерал-губернатором К. К. Максимовича содействовал министр императорского двора В. Б. Фредерике. По словам С. Ю. Витте: "Максимович, бывший офицер конной гвардии, товарищ барона Фредерикса, оказал ему, Фредериксу, услугу при его женитьбе, считавшейся мезальянсом, а потому потом и получил место варшавского генерал-губернатора"21.

Современники отмечали активное участие в продвижении губернаторских кандидатур не только императора, но и других членов императорской фамилии. "В Одессу государь предполагает назначить ген. - губернатором кн. Воронцова. Видно здесь влияние императрицы"22 - писал в 1862 г. Валуев. Правительственные круги, удивляясь назначению в 1903 г. иркутским генерал-губернатором П. И. Кутайсова, объясняли это желанием императрицы

стр. 6


Александры Федоровны, которая, "будучи еще девицей и гостя у своей бабушки, королевы Виктории, познакомилась с Кутайсовым, который тогда состоял нашим военным агентом в Лондоне"23. Похожим способом в 1913 г. "не по своим заслугам, а исключительно по протекции, через свою сестру Е. К. Орлову, дружившую с императрицей Александрой Федоровной"24, был назначен полтавским губернатором А. К. Багговут.

Орловский губернатор К. А. Балясный был назначен по протекции великого князя Сергея Александровича, так как, по мнению Кафафова, был его "самым любимым адъютантом". "По рекомендации великого князя Балясный был назначен вице-губернатором в Полтаву, а затем губернатором в Орел"25 - писал мемуарист.

Для продвижения губернаторских кандидатур использовал свое влияние при дворе Г. Е. Распутин. В 1915 г. по его протекции был назначен тобольским губернатором Н. А. Ордовский-Таневский26. По свидетельству Джунковского, еще в 1914 г. Маклаков показал ему записку Николая II следующего содержания: ""Просьба - управляющего Пермской казенной палатой Ордовского-Таневского куда-нибудь губернатором" ... государь как-то сконфужено протянул ему эту записку со словами: "возьмите это, дома прочтете; это просьба императрицы на ваше полное усмотрение"". Ордовский-Таневский к этому времени имел в правительственных кругах репутацию плохого администратора и явного "распутинца". Поэтому Маклаков посчитал невозможным выполнить просьбу императрицы. "Государь в душе оценил благородство Маклакова, но императрица к нему несколько изменилась после этого"27 - вспоминал Джунковский. Назначение Ордовского-Таневского состоялось уже при другом министре - А. Н. Хвостове. Вместе с тем, Распутин был причастен и к назначению минским вице-губернатором члена минского губернского присутствия Е. И. Вишневского, который был связан с Распутиным через свою супругу - дочь доктора тибетской медицины П. А. Бадмаева, друга Распутина. "Очевидно, что вся карьера делалась Вишневским через тестя ... Вся губерния хорошо знала и учитывала, через какие руки и благодаря каким темным влияниям неизвестный доселе непременный член минского губернского присутствия Вишневский получил пост вице-губернатора, да еще в той же губернии"28 - вспоминал минский губернатор В. А. Друцкой-Соколинский.

Многие чиновники самого различно ранга сами просили о назначении их губернаторами и обращались, как правило, напрямую в МВД. Судя по документам, в министерстве ни одно подобное ходатайство не оставалось без внимания. С подобной просьбой обратился в 1867 г. к министру внутренних дел М. Н. Лонгинов: "Не знаю, справедливы ли дошедшие до меня слухи, но говорят, что в скором времени останутся вакантными губернаторские места в губерниях Калужской, Орловской, Нижегородской. Все эти три губернии, особенно две последние, принадлежат к числу тех, в которые пожелал бы я охотнее всего, при первой открывшейся в одной из трех вакансии"29. Ровно через месяц, 7 апреля 1867 г., Лонгинов был назначен орловским губернатором.

Некоторые личные ходатайства могли рассматриваться, но не отклоняться. В этом случае проситель, уже занимая порой где-нибудь губернаторский пост, попадал в резерв. В марте 1879 г. с подобной просьбой обратился в канцелярию МВД вятский губернатор Н. А. Тройницкий. Он интересовался: "действительно ли новгородский губернатор Лерке оставляет свой пост. ... я бы желал ходатайствовать о перемещении на его место, если не встретится препятствий со стороны г[осподи]на министра". Директор министерской канцелярии начертал на телеграмме: "По приказанию г[осподи]на министра отвечал, что будет иметь в виду"30.

Если одни ходатайства удовлетворялись, то другие, наоборот, могли оставаться без внимания. Просивший в 1868 г. о своем переводе архангельский губернатор С. П. Гагарин получил отказ. "Пребывание мое в Архангельске разрушает все мои семейные и имущественные интересы" - писал Гагарин

стр. 7


товарищу министра внутренних дел А. Б. Лобанову-Ростовскому. У Гагарина, по его словам, в далеком Архангельске возникли проблемы со здоровьем, а пять его дочерей, на которых также пагубно воздействует местный климат, находятся "взаперти". Между тем, реальные причины, побудившие просить о переводе, были иного рода. "Все имущественные интересы и мои, и отца моего сосредоточены в нижегородских пределах" - продолжал Гагарин, поэтому удобнее всего для него было бы перевестись на пост нижегородского губернатора. Если это не представлялось возможным, то Гагарина устроил бы перевод в любую сопредельную с Нижегородской губернию. Он указывал на Костромскую и Пензенскую губернии, где в свое время служил вице-губернатором. Лобанов-Ростовский, отвечал Гагарину, что перевод ни в Нижегородскую, ни в Костромскую, ни в Пензенскую губернии невозможен. В его ответе, в частности, говорилось, что в Костромскую и Пензенскую губернии совсем недавно были назначены новые губернаторы. Вместе с тем, Лобанов-Ростовский подчеркивал, что частое перемещение губернаторов вообще вредно для системы управления31.

В 1875 г. получил отказ клинский уездный предводитель дворянства С. Смирнов, который "узнав, что г[осподин] Панчулидзев уволен от должности", просил о назначении черниговским губернатором. Резолюция главы МВД гласила: "Отвечать этому чудаку, что имя его на списках кандидатов на должности губер[наторов] не находится"32. Безуспешно выпрашивали губернаторский пост и более высокопоставленные "чудаки". Среди них были А. А. Волоцкой, просивший в 1862 г. новороссийское генерал-губернаторство и В. Ф. Лауниц, желавший в 1862 г. занять место киевского генерал-губернатора33.

Бывали случаи, когда "нужному" чиновнику подсказывали удобный момент для подачи прошения о назначении. В подобной ситуации оказался московский вице-губернатор В. Ф. Джунковский, решение о назначении которого московским губернатором было принято следующим образом. В октябре 1905 г. Витте известил его, что император хочет назначить его московским градоначальником. Однако, посоветовавшись с московскими генерал-губернатором Дурново и губернатором Г. И. Кристи и, одновременно, не желая портить отношения с действующим градоначальником Г. П. Медемом, Джунковский отказался от предлагаемой должности. На такой ответ повлиял и характер его вице-губернаторской службы. Джунковский практически весь срок на этом посту исполнял обязанности губернатора, "так как Г. И. Кристи, хотя и жил в Москве, но не вступал в должность, намереваясь подать в отставку". После этого, у Джунковского состоялся разговор с Витте о своей дальнейшей судьбе. "Я ему (Витте. - А. М.) объяснил, что уже три месяца исполняю обязанности губернатора, втянулся, полюбил это дело, и мне очень не хотелось бы его оставить и сменить на другое, которое мне не по душе; сказал, что Кристи уходит в отставку и очищается должность губернатора, и если мне предлагают должность градоначальника, то, может быть это оттого, что не знают об уходе Кристи" - вспоминал Джунковский. Витте с пониманием отнесся к его положению и посоветовал переговорить по этому вопросу с министром внутренних дел. Дурново также дал свое согласие, порекомендовав окончательно решить этот вопрос прямо с императором. Уже оказавшись на приеме у Николая II, Джунковский изложил ему все вышеперечисленные аргументы в пользу назначения его московским губернатором, а не градоначальником. В ответ Николай II произнес: "А разве Кристи уходит? Я не знал. В таком случае, конечно, вам лучше быть губернатором"34. Так Джунковский с одобрения императора, при редком единодушии премьер-министра, министра внутренних дел, московского генерал-губернатора, наконец, во многом при поддержке своего предшественника был назначен московским губернатором.

При корректировке внутриполитического курса правительство производило массовую смену "ненадежных" губернаторов, стараясь кадровыми рычагами усилить контроль над ситуацией в стране. Например, с началом про-

стр. 8


ведения крестьянской реформы в 1861 г. были назначены новые губернаторы в 21 губернию. То же самое наблюдалось и в неспокойные годы первой русской революции, когда в течение 1905 г. в надежде на решительное противодействие антиправительственным выступлениям были заменены губернаторы более чем в 60 губерниях. С этой целью в Москве даже было восстановлено генерал-губернаторство. В поисках кандидатуры тогдашний министр внутренних дел А. Г. Булыгин остановился на генерале от кавалерии А. А. Козлове, который ранее служил в первопрестольной обер-полицеймейстером и "пользовался очень большой симпатией и уважением среди всех слоев московского населения, не исключая и рабочих, и простого люда, а также и учащейся молодежи"35. Данная аттестация должна была служить залогом будущего эффективного управления. С подобным же расчетом в 1906 г. был назначен временным прибалтийским генерал-губернатором А. Н. Меллер-Закомельский, которого Столыпин, по словам Витте, назначил потому, что тот "не постеснится в средствах, чтобы окончательно уничтожить гидру смуты". Тем же способом получил путевку в московское генерал-губернаторство "опытный" борец с революцией, Ф. В. Дубасов. Власть вновь не ошиблась в нем. Декабрьское вооруженное восстание в Москве было подавлено во многом благодаря его жестким административным установкам. Данное кадровое решение представлялось важным козырем в политической обстановке того времени. Поэтому, выдвижение его кандидатуры приписал себе Витте36.

Решительность в проведении правительственного курса в годы первой русской революции показал назначенный в 1906 г. тамбовским губернатором Н. П. Муратов. Его назначение было связано с поиском министром внутренних дел Столыпиным кандидатуры с твердым характером, готовой к радикальным действиям по стабилизации положения в губернии, охваченной крестьянскими беспорядками37.

Между тем губернаторы-"успокоители" не всегда оправдывали ожиданий правительства. В 1905 г. полным провалом окончилась попытка нормализовать положение в Кутаисской губернии посредством назначения туда губернатором специалиста по виноградарству В. А. Старосельского, который не имел административного опыта, но был популярен среди местного населения. В результате ситуация в губернии не улучшилась, антиправительственные элементы получили настоящий политический комфорт. Неудивительно, что Старосельский, названный в историографии "странным губернатором", получил скорую отставку38.

Многие современники писали о том, как усердной службой делал свою карьеру харьковский губернатор И. М. Оболенский. Лопухин отмечал, что тот "в пору вспыхивавших то здесь, то там аграрных беспорядков кого-то, где-то усмирил. За усмирение на него было произведено покушение. В него стреляли. Что-то плохо помнится, не то пуля мимо прошла, не то только слегка его оцарапала. Но он все-таки попал в герои и из героев был перемещен на должность финляндского генерал-губернатора"39. О служебном усердии Оболенского, открывшем ему путь к посту финляндского генерал-губернатора, вспоминал и Витте. "Бывший в то время (в 1902 г. - А. М.) в Харькове губернатор князь Оболенский вследствие крестьянских беспорядков произвел всем крестьянам усиленную порку, причем лично ездил по деревням и в своем присутствии драл крестьян. В. К. Плеве, сделавшись министром внутренних дел, сейчас же отправился в Харьков и весьма поощрил действия князя И. М. Оболенского, который за такую свою храбрость затем был назначен генерал-губернатором Финляндии. ... То, что он так лихо выдрал крестьян было аттестатом его молодчества и решительности"40 - подчеркивал Витте. "Хороший надежный человек"41 - отзывался об Оболенском Николай II, назначая его в Финляндию.

Столыпин, занимавший в течение почти четырех лет губернаторские посты в Гродненской и Саратовской губерниях, и не имея больших связей в столичных бюрократических кругах, обратил на себя внимание императора и правительства такими качествами, как "непреклонная воля к подавлению

стр. 9


разного рода эксцессов, чинное мужество в экстремальных ситуациях, а также способность вести диалог с рационально мыслящими представителями различных общественных и социальных кругов"42.

В 1863 г. весь губернаторский корпус Царства Польского, впрочем, как и все гражданское руководство, был заменен этническими русскими чиновниками. После подавления польского восстания, в духе русификаторской политики самодержавия, губернаторские кадры подбирались еще и с учетом национального признака. Губернаторы-поляки своим пособничеством повстанцам потеряли доверие правительства. "Гражданская администрация в крае, можно сказать, прекратила вовсе свое действие"43 - констатировал военный министр.

Иногда назначение на губернаторский пост использовалось как форма тихой отставки. В 1901 г. в МВД открылся факт перерасхода Д. С. Сипягиным казенных средств на отделку своего дома. В ходе расследования виновным был признан директор Департамента общих дел МВД В. Ф. Трепов, который "в наказание за подобные действия" был назначен таврическим губернатором44. Другой высокопоставленный чиновник, директор Департамента полиции МВД А. А. Лопухин, был "смещен" на должность эстляндского губернатора45. Почетное увольнение в губернаторы было данью чиновничьему корпоративизму, который все более укреплялся в исследуемый период, придавая бюрократии сословные черты. Подобно тому, как в формулярный список чиновника старались не включать сведения о его служебных прегрешениях, провинившегося чиновника высокого ранга, как правило, не выкидывали на улицу. Он продолжал оставаться в бюрократической обойме.

Губернаторское прошлое было у многих представителей высшего чиновничества, причем не только ведомства МВД. Например, в исследуемый период значительная часть руководителей центральных ведомств имела за плечами опыт губернаторской службы46. Среди них было 2 военных министра, 2 министра юстиции, 5 главноуправляющих Собственной е.и.в. канцелярии по учреждениям императрицы Марии, из 21 министра внутренних дел (с П. А. Валуева до А. Д. Протопопова) 13 в прошлом были либо генерал-губернаторами, либо губернаторами, либо вице-губернаторами. Среди них были и те, кто побывал на всех этих постах и неоднократно.

Губернаторский пост в представлениях бюрократической элиты рассматривался как аттестат административной зрелости и нередко как необходимый этап успешной карьеры. Например, когда А. Б. Лобанову-Ростовскому "предложили должность товарища министра внутренних дел, то он отвечал, что, считая себя к этой должности неподготовленным, желал бы сначала поучиться делу на посту губернатора"47. Желание Лобанова-Ростовского было исполнено, и в 1866 г. он был назначен орловским губернатором. Однако "учился делу" он не долго и уже менее чем через год стал товарищем министра внутренних дел. Данного мнения придерживался и император. Когда в 1890 г. встал вопрос о назначении начальника Главного военно-судного управления А. К. Имеретинского членом Государственного совета, Александр III высказал П. С. Ванновскому свои сомнения в целесообразности такого назначения. "Пускай бы прежде принял должность генерал-губернатора и там себя показал"48 - был довод царя.

Много бывших губернаторов служило на постах товарищей министра, директоров департаментов и т.п. Их опыт работы в регионах ценился руководством МВД и использовался практически. Например, когда Плеве после неудачных попыток достичь конструктивного взаимодействия с представителями земской элиты "решил проучить земства, выведя на чистую воду отрицательные стороны их деятельности. Для этого им был избран товарищ министра внутренних дел сенатор Зиновьев, близко знакомый с местными делами по долгой службе в разных губерниях"49. Зиновьев почти двадцать лет, с 1882 по 1901 г. последовательно занимал посты губернатора в Сувалкской, Петроковской, Тульской и Могилевской губерниях. Тем же Плеве из губернаторов были назначены Б. В. Штюрмер - директором департамента общих дел МВД

стр. 10


и С. Н. Гербель - начальником Главного управления по делам местного хозяйства. Подобные примеры можно продолжать.

Прогрессивные государственные деятели в целом критически оценивали кадровую политику самодержавия, считая вопросы назначения губернаторов одними из ключевых. Если большинство современников в своих свидетельствах лишь констатировало те или иные просчеты, то другие предлагали варианты усовершенствования системы назначения руководителей местной администрации. Вопросы замещения губернаторских постов затрагивались Милютиным в его записке "Мысли о необходимых преобразованиях в управлении, в учебной части и в духовенстве", составленной в 1879 году. Военный министр предлагал радикальное реформирование основ организации губернской администрации. Должность губернатора должна была быть заменена на должность областного начальника, который назначался бы императором по представлению Совета министров50. Данный проект, в случае его реализации, наносил удар по МВД, так как подчинение губернаторов этому ведомству, по мнению Милютина, отрицательно сказывалось на эффективности управления.

Вопрос о порядке назначения губернаторов всякий раз поднимался при разработке реформы местного управления. Так, совещание, созванное для составления проекта очередной такой реформы в 1882 г. под председательством М. С. Каханова, посчитало, что губернатор должен назначаться императором по рекомендации Комитета министров из трех кандидатов, представленных министром внутренних дел51.

Сходную точку зрения разделял финансист Н. Х. Бунге. "Необходимо, чтобы губернаторы избирались из кандидатов, представляемых не только министром внутренних дел, но и министрами вообще, и представлялись для назначения через Комитет министров государю императору, чтобы увольнение их по требованию министра внутренних дел или другого министра шло также через Комитет министров"52 - полагал он.

В том же ключе рассуждал и Столыпин, который в своем проекте реформирования системы местного управления считал, что кандидаты на губернаторские должности должны представляться императору министром внутренних дел после предварительного их рассмотрения в Совете министров. Полагая, что "означенный порядок фактически уже установился со времени преобразования Совета министров"53, Столыпин предлагал лишь узаконить сложившуюся практику. Эта мера рассматривалась им как один из укрепляющих элементов всей вертикали власти и, как следствие, формирование иного типа региональных управленцев, которые выйдут из замкнутой цепи МВД - император.

Мещерский, "свой" человек в правительственных кругах, хорошо осведомленный, сформулировал концепцию кадровой политики. Размышляя над проблемами реформирования системы управления, он считал, что одним из залогов укрепления российской государственности является правильный подбор кандидатов на государственные посты. Если до середины 1880-х годов Мещерский под влиянием реформ 1860 - 1870-х годов идеализировал местное самоуправление, то впоследствии борьба с бюрократией представлялась ему в русле "децентрализации за счет усиления местной губернаторской власти в ущерб власти бездушного и чуждого России Петербурга"54. Между тем, его взгляды, основанные на мнении о порочности сложившейся в России бюрократической системы, и противопоставлявшие ей "идеального чиновника", отличались утопичностью. Чиновник с истинной верой в Бога и преданный царю, - именно о таком мечтал Мещерский - назначенный на руководящий пост, должен был неизбежно столкнуться с той самой, чуждой народу бюрократией.

Таким образом, вопрос замещения губернаторских постов был одной из ключевых проблем внутренней политики. До того, как император накладывал свою резолюцию на проекте указа, проходил сложный процесс выбора кандидатуры местного руководителя.

стр. 11


В главе провинциальной администрации правительство желало видеть своего активного помощника, фигуру, которая своей властью реализует на практике те теории, которые разрабатывались в министерских кабинетах. Разнообразие мотиваций, влиявших на то или иное кадровое решение, не дает однозначно определить критерии подбора губернаторских кандидатур.

Императоры обнаруживали личную заинтересованность в выборе и обсуждении кандидатур лишь тогда, когда речь шла о назначении их в наиболее важные регионы, например, Петербургскую и Московскую губернии, или пограничные территории - губернии Царства Польского и т.п. Как правило, это касалось генерал-губернаторских постов, независимо от того была ли это ординарная должность или временный инструмент кризисного управления. Царь хотел быть уверен, что назначенный губернатор будет преданным представителем его монаршей власти, и будет твердо проводить его внутриполитический курс. Поскольку у императора не было "физической возможности, при массе другого дела, знать, кто достоин и кто не достоин занять должность губернатора"55, реальный подбор кандидатур в большей степени зависел от министра внутренних дел.

Принимая во внимание тот факт, что в правительственных кругах пореформенной России постоянно шла межведомственная борьба, степень влияния главы МВД на назначение губернаторов зависела от политической активности министра в целом. Поэтому, когда обнаруживалась пассивность и слабость главы МВД, его коллеги по министерскому цеху не упускали случая принять участие в решении кадровых вопросов.

Несмотря на то, что часть чиновников, получавших губернаторское назначение, удостаивалась его в силу административной необходимости, одним своим старанием по службе заработать губернаторство было нельзя. Как правило, чиновника без протекции, будь он трижды талантлив, никто не замечал и не продвигал по служебной лестнице. Но чиновника способного, опытного, обладавшего некоторыми заслугами "продвигать" было легче. Последствия назначений демонстрировали назревание кризиса системы управления и, как следствие, провал внутриполитического курса, приведшего самодержавный строй к драматической развязке.


Примечания

1. МИЛЮТИН Д. А. Воспоминания. 1860 - 1862. М. 1990, с. 421.

2. [ВАЛУЕВ П. А.] Дневник П. А. Валуева министра внутренних дел. Т. 1. М. 1961, с. 196.

3. ФЕОКТИСТОВ Е. М. За кулисами политики и литературы. 1848 - 1896. Л. 1929. с. 397.

4. ТВАРДОВСКАЯ В. А. М. Т. Лорис-Меликов: путь к власти. На посту генерал-губернатора в Астрахани и Харькове: победа над чумой и усмирение крамолы. - Отечественная история, 2004, N 2, с. 57; ЗАЙОНЧКОВСКИЙ П. А. Кризис самодержавия на рубеже 1870 - 1880 годов. М. 1964, с. 89.

5. МЕЩЕРСКИЙ В. П. Мои воспоминания. М. 2003, с. 524.

6. ГУРКО В. И. Черты и силуэты прошлого: Правительство и общественность в царствование Николая II в изображении современников. М. 2000, с. 270.

7. [ПОЛОВЦОВ А. А.] Дневник А. А. Половцова. [1905 - 1906, 1908 гг.]. Красный архив, т. IV, 1923, с. 93. ДЖУНКОВСКИЙ В. Ф. Воспоминания. Т. 1. М. 1997, с. 106.

8. Московские вести: Высшая администрация города. - Русское слово, 1905, 21 ноября, N 307, с. 2.

9. КАФАФОВ К. Д. Воспоминания о внутренних делах Российской империи. - Вопросы истории, 2005, N 2, с. 92; ВИТТЕ С. Ю. Воспоминания. Т. 1. М. 1960, с. 269 - 270.

10. ДЖУНКОВСКИЙ В. Ф. Ук. соч., с. 49.

11. ЗАЙОЧКОВСКИЙ П. А. П. А. Валуев (Биографический очерк); [ВАЛУЕВ П. А.] Ук. соч., т. I, с. 30, 123.

12. ФЕОКТИСТОВ Е. М. Ук. соч., с. 230, 231.

13. [ПОЛОВЦОВ А. А.] Дневник государственного секретаря А. А. Половцова. Т. П. М. 1966, с. 405 - 406.

14. ТОЛСТОЙ И. И. Мемуары. М. 2002, с. 251.

стр. 12



15. А. А. Макаров покинул пост министра внутренних дел 16 декабря 1912 г., а письмо Е. М. Фукс датировано 23 декабря 1912 года.

16. Российский государственный исторический архив (РГИА), ф. 1276, оп. 2, д. 44, л. 107, 109.

17. ВЕНКЖОВ М. И. Исторические очерки России со времени Крымской войны до заключения Берлинского договора: 1855 - 1878. Т. 4. Прага. 1880, с. 25 - 26; ШУМИЛОВ М. М. Губернаторские назначения в России 60 - 70-х годов XIX века. Россия в XIX-XX вв. СПб. 1998, с. 207.

18. [ВАЛУЕВ П. А.] Ук. соч., с. 248; ФЕОКТИСТОВ Е. М. Ук. соч., с. 107.

19. [ДОЛГОРУКОВ П. В.] Письмо из Петербурга. - Колокол, 1867, 1 марта, с. 1919.

20. ЛОПУХИН В. Б. Записки б[ывшего] директора д[епартамен]та. Отдел рукописей росийской национальной библиотеки (ОР РНБ), ф. 1000, оп. 2, N 767, л. 13. В. А. Лопухин последовательно занимал пост губернатора в Пермской (1910 - 11), Новгородской (1911 - 12), Тульской (1912 - 13) и Вологодской (1913 - 15) губерниях.

21. ВИТТЕ С. Ю. Ук. соч., т. II, с. 549 - 550.

22. [ВАЛУЕВ П. А.] Ук. соч., с. 191.

23. ВИТТЕ С. Ю. Ук. соч., с. 550.

24. ДЖУНКОВСКИЙ В. Ф. Ук. соч., с. 492.

25. КАФАФОВ К. Д. Вопросы истории, 2005. N 3, с. 86.

26. КУЛИКОВ С. В. Бюрократическая элита Российской империи накануне падения старого порядка (1914 - 1917). Рязань. 2004, с. 103.

27. ДЖУНКОВСКИЙ В. Ф. Ук. соч., т. 2, с. 333, 334.

28. ДРУЦКОЙ-СОКОЛИНСКИЙ В. А. Записки русского губернатора. Орел. 1994, с. 236.

29. РГИА, ф. 1282, оп. 3, д. 822, л. 1.

30. Там же, оп. 1, д. 1049, л. 17.

31. Там же, оп. 3, д. 799, л. 61 об., 62, 65 об., 66.

32. Там же, д. 888, л. 54.

33. [ВАЛУЕВ П. А.] Ук. соч., т. I, с. 183, 196.

34. ДЖУНКОВСКИЙ В. Ф. Ук. соч., т. I, с. 97 - 99.

35. Там же, т. I, с. 48.

36. ВИТТЕ С. Ю. Ук. соч., т. III, с. 396, 172.

37. ТУМАНОВА А. С. Консерватор во власти: губернатор Н. П. Муратов. - Отечественная история, 2003, N 3, с. 104.

38. ЛЕЙБЕРОВ И. П. "Странный губернатор". - Вопросы истории, 1993, N 4, с. 147 - 148.

39. ОР РНБ, ф. 1000, оп. 2, N 767, л. 6.

40. ВИТТЕ С. Ю. Ук. соч., т. III, с. 206, 272.

41. Дневники Императора Николая П. М. 1991, с. 214.

42. ШЕЛОХАЕВ В. В. П. А. Столыпин - синтез интеллекта и воли. Власть и интеллект в императорской России. - Отечественная история, 2005, N 4, с. 78.

43. МИЛЮТИН Д. А. Воспоминания. 1863 - 1864. с. 71.

44. [ПОЛОВЦОВ А. А.] Дневник А. А. Половцова. [1901 - 1903 гг.]. Красный архив. 1923, т. III, с. 107.

45. ДЖУНКОВСКИЙ В. Ф. Ук. соч., т. 1, с. 367.

46. Далее подсчеты по: ШИЛОВ Д. Н. Государственные деятели Российской Империи. Главы высших и центральных учреждений. 1802 - 1917. СПб. 2002.

47. ОР РНБ, ф. 1000, оп. 2, N 765/1, л. 27.

48. ПОЛОВЦОВ А. А. Дневник государственного секретаря.., т. II, с. 257.

49. КРЫЖАНОВСКИЙ С. Е. Заметки русского консерватора. - Вопросы истории, 1997, N 3, с. 133. Н. А. Зиновьев - сувалкский (1882 - 84), петроковский (1884 - 87), тульский (1887 - 93), могилевский губернатор (1893 - 1901).

50. ЗАЙОНЧКОВСКИЙ П. А. Кризис самодержавия на рубеже 1870 - 1880 годов. М. 1964, с. 133.

51. ЗАЙОНЧКОВСКИЙ П. А. Российское самодержавие в конце XIX столетия (политическая реакция 80-х - начала 90-х годов). М. 1970, с. 225.

52. [БУНГЕ Н. Х.] Записка, найденная в бумагах Н. Х. Бунге. Б.м., б.г., с. 84. (Библиотека РГИА. Коллекция печатных записок).

53. РГИА, ф. 1409, оп. 6, д. 731, л. 6 об.

54. ЧЕРНИКОВА Н. В. Князь Владимир Петрович Мещерский (к портрету русского консерватора). - Отечественная история, 2001, N 4, с. 133.

55. БЛИНОВ И. Губернаторы. Историко-юридический очерк. СПб. 1905, с. 337.


© libmonster.ru

Permanent link to this publication:

https://libmonster.ru/m/articles/view/ФОРМИРОВАНИЕ-ГУБЕРНАТОРСКОГО-КОРПУСА-В-ПОРЕФОРМЕННОЙ-РОССИИ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Россия ОнлайнContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://libmonster.ru/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

А. С. МИНАКОВ, ФОРМИРОВАНИЕ ГУБЕРНАТОРСКОГО КОРПУСА В ПОРЕФОРМЕННОЙ РОССИИ // Moscow: Russian Libmonster (LIBMONSTER.RU). Updated: 03.12.2020. URL: https://libmonster.ru/m/articles/view/ФОРМИРОВАНИЕ-ГУБЕРНАТОРСКОГО-КОРПУСА-В-ПОРЕФОРМЕННОЙ-РОССИИ (date of access: 17.01.2021).

Found source (search robot):


Publication author(s) - А. С. МИНАКОВ:

А. С. МИНАКОВ → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
109 views rating
03.12.2020 (45 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes
Related Articles
Тихоокеанское обозрение, 2006 - 2007
Catalog: Экономика 
7 hours ago · From Россия Онлайн
КНР на рынке драгоценных камней и благородных металлов
Catalog: Экономика 
7 hours ago · From Россия Онлайн
Транспортная составляющая российских геополитических интересов в Северо-Восточной Азии
Yesterday · From Россия Онлайн
Корея в поисках общенационального единения в условиях деколонизации. 1945 - 1948 гг.
Catalog: История 
Yesterday · From Россия Онлайн
Из личных наблюдений автора. Эффектные переживания, травматические события, неисполненные желания и т.п., не исчезают из психики, а подвергаются вытеснению в «бессознательное» пространство, где они продолжают активно воздействовать на психическую жизнь, проявляясь часто в замаскированной, зашифрованной форме, в виде невротических симптомов. Привожу несколько примеров .
Французская оккупационная политика в Германии. 1945 - 1949 гг.
3 days ago · From Россия Онлайн
Диктатура М. К. Дитерихса и крах дальневосточной контрреволюции
3 days ago · From Россия Онлайн
Борис Зуль. Письмо Сталину
3 days ago · From Россия Онлайн
Идеология правых партий и организаций Поволжья начала XX в. (региональный аспект)
3 days ago · From Россия Онлайн
Государственная дума России как историографическая проблема
3 days ago · From Россия Онлайн


Actual publications:

Latest ARTICLES:

Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
ФОРМИРОВАНИЕ ГУБЕРНАТОРСКОГО КОРПУСА В ПОРЕФОРМЕННОЙ РОССИИ
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Russian Libmonster ® All rights reserved.
2014-2021, LIBMONSTER.RU is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Russia


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones