Сборник документов под редакцией доктора исторических наук П. А. Зайончковского. Изд-во "Наука". М. 1968. 613 стр. Тираж 2200. Цена 2 руб. 89 коп.

Новый (и последний по XIX столетию) том "Крестьянского движения в России" вобрал в себя источники, почерпнутые почти из сорока архивных фондов ЦГИА СССР. ЦГАОР СССР и ЦГВИА СССР. 163 документа, публикуемые в сборнике, и материалы, использованные в "Примечаниях", колоритно передают экономическое и правовое положение крестьян после отмены крепостного права, дают представление о размахе и особенностях крестьянских выступлений, характеризуют главные этапы правительственной политики в крестьянском вопросе, попытки революционных разночинцев оказать воздействие на крестьян, призвать казачество к борьбе за сохранение прежних вольностей. Том документально охватывает громадную часть районов многонациональной России. Он очень продуманно составлен Э. С. Паиной (ею выявлены, отобраны, археографически обработаны документы, а также написаны примечания, перечень статей Свода законов и составлены "Хроники"). Наряду с "Хроникой крестьянского движения (1870 - 1880 гг.)" и таблицей, составленной "по годам, губерниям и формам движения", в книге приведена (что делается впервые) "Хроника антиправительственной пропаганды среди крестьян" в те же годы; приводится перечень фондов и список использованной литературы; приложены указатели географических названий и имен.

Однако значение сборника определяется не только тем, что он расширяет документальную базу для изучения классовой борьбы в такой важный период, каким были 70-е годы XIX века. В "Предисловии" к нему, принадлежащем перу главного редактора многотомной истории крестьянского движения в документах акад. Н. М. Дружинина, всесторонне и глубоко анализируется социально-экономическое развитие страны, состояние деревни и положение крестьян в первые пореформенные десятилетия. Значение этого "Предисловия" далеко выходит за рамки обычного введения. Оно имеет самостоятельное научное значение. В нем содержится обобщенная характеристика тех изменений в социально-экономическом развитии деревни, к которым привела крестьянская реформа. Н. М. Дружинин проанализировал эти изменения применительно к различным категориям крестьян и районам страны и показал тесную связь между положением крестьян и размахом их борьбы. Крестьянское движение носило в то время почти исключительно антикрепостнический характер. Сопоставляя публикуемые документы со сводкой выступлений, отраженных в "Хронике крестьянского движения", Н. М. Дружинин выделяет три главных направления классовой борьбы в деревне 70-х годов: за землю, против непомерных повинностей, против местных административных органов. Итоги подсчетов крестьянских выступлений, зафиксированных в томе, привели исследователя к выводу, что на протяжении 70-х годов борьба за землю преобладала над борьбой против повинностей, а борьба против административного строя занимала третье место (стр. 45).

В количественном отношении крестьянское движение 70-х годов было неизмеримо слабее не только повсеместного стихийного взрыва весной 1861 г., но и последовавших за тем волнений 1861 - 1863 годов. Н. М. Дружинин показал, что спад крестьянского движения, начавшийся с середины

60-х годов и продолжавшийся в дальнейшем, явился неизбежным следствием изменений в положении, интересах, представлениях и психологии крестьянства. После реформы каждый крестьянин юридически стал свободен, ему рисовалась перспектива независимой хозяйственной жизни и в нем неизбежно проявлялась двойственная природа мелкого хозяина-земледельца, который стремился использовать легальные пути для защиты своих интересов и выступал лишь против непосредственных и частных фактов своего угнетения и притеснения. Несмотря, однако, на известное сужение массового движения, оно оставалось достаточно действенным: из 399 зарегистрированных выступлений в деревне 88 (то есть 22%) были подавлены с помощью военной силы. Касаясь степени интенсивности крестьянской борьбы, Н. М. Дружинин, по приблизительным подсчетам, основанным на изданиях Центрального статистического комитета, установил, что волнениями, упомянутыми в томе, было охвачено около 1700 деревень с населением более 650 тыс. человек (стр. 47).

В "Предисловии" убедительно показано, что крестьянское движение конца 70-х годов стало важнейшим фактором революционной ситуации. Не собственно народническая борьба, а боязнь того, что эта борьба сольется с крестьянским движением, вынудила самодержавие пойти на уступки. Автор раскрывает значение недовольства и выступлений крестьянства - социальной основы революционно-народнического движения, показывает единство в те годы крестьянских интересов в борьбе с остатками крепостничества и подчеркивает, что социалистические утопии и революционные идеи народников не могли найти отклика в среде крестьянства, проникавшегося индивидуалистической психологией и зараженного царистскими иллюзиями. Важное значение имеют положения, высказанные Н. М. Дружининым, о возможностях и путях применения статистического метода при изучении крестьянского движения. Они подводят итог дискуссии последних лет по этим вопросам.

Высоко оценивая "Предисловие" Н. М. Дружинина, заметим, однако, что оно выиграло бы, если бы в нем были полнее учтены результаты исследовательской работы, проделанной в последние годы историками Украины, Сибири, Дона, Кавказа и Других районов страны, и дана хотя бы краткая историографическая характеристика, как это сделано в других томах серии.

В "Хрониках" вызывает возражения принцип ссылки на источники. В ряде других томов наряду с архивными данными указывались названия работ, где впервые были приведены сведения о тех или иных волнениях. Это облегчало работу последующих исследователей. В данном томе содержатся ссылки только на архивные источники. На наш взгляд, это снижает значение "Хроник". К тому же принцип ссылок на один лишь архивный источник до конца выдержать не удалось.

В целом сборник достойно увенчал многотомное издание документов по истории крестьянского движения в России XIX - начала XX века. Вводная статья акая. Н. М. Дружинина сомкнула цепь подобных предисловий, написанных к другим томам: С. Н. Валком (к тому "Крестьянское движение в России в 1796 - 1825 гг."), А. В. Предтеченским (по периоду 1826 - 1849 гг.), С. Б. Окунем (по 1850 - 1856 гг. и 1857 - 1861 гг.), Л. М. Ивановым (по 1861 - 1869 гг.), С. Л. Эвенчик (по 1881 - 1889 гг.), А. В. Шапкариным (по последнему десятилетию XIX в.), А. М. Анфимовым (по периоду империализма). Вместе с общим кратким "Введением" Н. М. Дружинина ко всей серии сборников документов "Крестьянское движение в России в XIX - начале XX в." эти небольшие, но интересно и свежо написанные "Предисловия" (а также "Примечания" к томам и "Хроники крестьянского движения") в совокупности рисуют картину массовой борьбы крестьян на протяжении более чем столетия. Обстоятельностью характеристик этапов, содержания, форм и значения крестьянского движения и широтой обзора рассматриваемая серия взаимосвязанных очерков выгодно отличается даже от соответствующих разделов только что изданной многотомной "Истории СССР".

В то же время очерки напоминают о тех задачах, которые стоят перед советской историографией при изучении крестьянского движения. Они побуждают к дальнейшим поискам документов и осмыслению процессов, происходивших в самом крестьянстве, сдвигов в укладе его жизни, социальной психологии и мировоззрении в целом. При этом нельзя упускать из виду, что даже в крестьянском движении первой половины XIX в., которое изучено гораздо лучше, чем борьба крестьян в эпоху капитализма, есть еще немало неясных сторон. По по-

реформенной эпохе пока еще нет ни одной монографии, в которой история крестьянского движения рассматривалась бы в целом. Если прошли горячие дискуссии по вопросам периодизации истории рабочего движения и разночинского этапа освободительной борьбы, то для подобного обсуждения по крестьянскому движению пока нет даже основы.

Плачевное в прошлом состояние источниковедческой базы давало повод для разного рода искажений действительного хода событий, появления версии о "почти полном упадке крестьянского движения", попыток умалить его силу и размах. На самом же деле "в русской деревне всегда происходила... эта великая борьба, хотя, - как писал В. И. Ленин в 1903 г., - не все видят ее, не все понимают значение ее"¹ . Советская историография документально опровергла "идеи" Горна, Маслова и других дореволюционных историков о затихании крестьянского движения на "целых четыре десятилетия после реформы". Благодаря этому теперь, как справедливо подчеркивается в литературе, имеются все основания для того, чтобы исследователи крестьянского движения переместили центр тяжести с установления факта, что подобное движение было, на выяснение того, каким оно являлось² , в чем кроется причина спадов и подъемов данного движения и как их совместить с фактом интенсивного развития освободительной борьбы прошлого века. Назрела потребность воссоздать общественный облик крестьянства, его социальную психологию, взгляды, показать ломку его духовного мира, представлений о жизни, религии и т. п. Необходимо выявить роль в движении различных прослоек крестьян, конкретно проследить, как влияло крестьянское движение на социально-экономическое, общественно-идейное и культурное развитие страны. Нуждается в дальнейшем изучении вопрос о двух социальных войнах в деревне, о росте сознательности крестьянства, складывании союза рабочего класса и крестьянства, борьбе пролетарской партии за этот союз.

Таковы некоторые соображения о вопросах дальнейшего изучения крестьянского движения, возникшие под свежим впечатлением только что прочитанных материалов нового сборника документов. В заключение хотелось бы пожелать скорейшего выхода в свет последнего тома серии - сборника документов о крестьянском движении в первые годы XX века.

¹ В. И.. Ленин. ПСС. Т. 7, стр. 194.

² См. рецензию Б. Г. Литвака, опубликованную в журнале "История СССР", 1966, N 3, стр. 175.

Публикатор:

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

Найденный поисковым роботом источник:

Автор(ы) публикации - И. Д. КОВАЛЬЧЕНКО, В. П. КРИКУНОВ:

Комментарии: