Сборник статей. Труды Ленинградского отделения Института истории Академии наук СССР. Выпуск 3. Изд-во АН СССР. М. -Л. 1961. 444 стр. Тираж 2200. Цена 1 руб. 94 коп.

За последние годы появился ряд работ, направленных на разоблачение буржуазных фальсификаций истории. Среди них и сборники статей, и отдельные книги, и статьи в журналах; проблемы борьбы с современной буржуазной историографией становятся также темой специальных научных конференций¹ . Критике новейшей буржуазной историографии посвящен и рецензируемый сборник статей ленинградских историков. Он характеризуется разнообразием тематики и охватывает различные периоды истории человечества. Основное внимание уделяется в нем работам американских и западногерманских буржуазных историков.

Критика современной буржуазной историографии по истории советского общества представлена в сборнике статьями "Вопросы истории социалистического строительства в американской буржуазной литературе" (Т. С. Александрова, Г. Л. Соболев), "Некоторые вопросы ранних советско-американских отношений и современная американская историография" (Р. Ш. Ганелин), "Брест-Литовский мир во французской буржуазной историографии" (А. Р. Дзенискевич), "Против извращения, истории классовой борьбы в СССР при переходе к НЭПу" (А. З. Ваксер и Л. Ф. Скляров). В них дан анализ книг Ф. Шумана, У. Чемберлина, М. Фейнсода, Г. Рауха и других буржуазных историков. Опираясь на достижения советской науки, на архивные документы, авторы статей показали, насколько недобросовестно и предвзято выступают буржуазные историки, в угоду империалистической идеологии пишущие "невероятный вздор, бессовестнейшие нелепости и чепуху"² . В сборнике вскрываются субъективистский, идеалистический характер взглядов буржуазных историков, их враждебность интересам народных масс, извращенное толкование таких понятий, как "класс", "классовая борьба", "социализм", наконец, их ненависть к СССР, а зачастую и их идейное родство с фашистской историографией и прямая связь с американской разведкой.

Анализируя сочинения реакционных историков, книги которых популяризируются в США, ФРГ, Франции и Англии, авторы статей отмечают, что буржуазные историки обычно отбрасывают документы и факты, несовместимые с их концепциями. Именно так обращается с документами Д. Кеннан, который считает себя знатоком истории советско-американских отношений. Он, как и другие американские буржуазные авторы, замалчивает, например, проект посылки первой советской миссии в США, ибо "любое упоминание об этом сделало бы совершенно беспочвенными попытки изобразить советскую программу экономических отношений с Америкой как "тактический прием" советской дипломатии" (стр. 62).

Наряду с фальсификацией источников реакционные буржуазные историки прибегают к завуалированной, а иногда и к прямой апологии политики империалистических держав. Так, все объяснения французского историка П. Ренувена, пишущего о причинах Брестского мира, служат, как это показал А. Р. Дзенискевич, одной цели - исказить принципы мирной политики, провозглашенной ленинским Декретом о мире, скрыть от читателя, что Советская Россия была вынуждена пойти на заключение грабительского мира с Германией, и утверждать, что лишь выход Советской России из войны вынудил Англию и США прибегнуть к интервенции. К сознательному смешению различных по характеру явлений прибегают Г. Раух и его коллеги по "остфоршунгу": В. Гроциан, Е. Лемберг, О. Анвайлер. Весь период с 1917 по 1921 г. Г. Раух объявляет временем "военного коммунизма", преднамеренно игнорируя социалистические преобразования конца 1917 - начала 1918 г., хотя он и не может в конечном счете не признать, что именно политика военного коммунизма помогла обеспечить Советской власти победу в гражданской войне.

¹ "Против фальсификации истории". М. 1959; "Против буржуазной фальсификации истории советского общества". М. 1960; "Зарубежная литература по Октябрьской революции". М, 1961; В. И. Салов. Германская историография. Октябрьской революции. М. 1960; В. П. Наумов. Историографическая конференция в Московском университете ("Вопросы истории", 1962, N 2); И. С. Андреева. Против католической историографии ("Вопросы истории", 1962, N 3), и др.

² В. И. Ленин. Соч. Т. 20, стр. 129.

В одной из статей сборника (автор - А. Р. Дзенискевич) подчеркнута верная мысль о сходстве взглядов реакционных французских и немецких историков (стр. 68). Жаль, что этого не сделали авторы других статей, материал которых наглядно убеждает в том, насколько похожи друг на друга воззрения реакционных историков США и ФРГ. Ведь в Западной Германии перепечатываются книги американских авторов, в вузах читают лекции американские профессора "восточной истории". Американские, западногерманские и английские социологи и историки участвуют в совместных изданиях, пропагандирующих идеи антикоммунизма. Кроме того, статья А. З. Ваксера и Л. Ф. Склярова, на наш взгляд, выиграла бы, если бы в ней шире были использованы мемуары. А. Р. Дзенискевич, привлекая внимание читателя к тому, как реагируют французские буржуазные историки на проводимую Советским правительством политику мирного сосуществования, не использовал, к сожалению, новейшую литературу по этому вопросу. Основной же упрек по данному разделу сборника состоит в том, что здесь нет статей, в которых была бы дана критика буржуазных работ по истории советского общества в послевоенный период.

Отдаленному прошлому нашей страны посвящена статья И. П. Шаскольского ("Современные норманисты о русской летописи"), материалы которой показывают, как в буржуазной историографии фальсифицируются факты древнейшей истории. Автор анализирует не только новые работы зарубежных норманистов, но и те, которые почему-либо выпали ранее из поля зрения советских историков (например, книга А. Стендер-Петерсена "Варяжская сага как источник древнерусской летописи"), и показывает, как под воздействием трудов советских историков буржуазные ученые отходят от своих прежних позиций и начинают критически относиться к летописному рассказу о призвании варягов. Нам представляется, что в статье не следовало отводить так много места разбору книги Н. Чедвик "Начала русской истории", поскольку эта задача уже была выполнена в свое время акад. М. Н. Тихомировым³ .

Остальные статьи сборника, составляющие большую его часть, касаются работ современных буржуазных историков по разливным проблемам новой и новейшей истории зарубежных стран. Раздел этот открывается статьей О. Л. Вайнштейна "Леопольд фон Ранке и современная буржуазная историография". Помимо известных работ Ранке, автор использовал и те, которые до недавнего времени не нашли отклика в советской исторической литературе⁴ . Основная часть статьи отведена рассмотрению вопроса об эволюции концепции Ранке в трудах современных буржуазных историков. Для них, пишет О. Л. Вайнштейн, характерно стремление превратить германоцентристскую доктрину Ранке в европоцентристскую, противопоставляя при этом Запад Востоку. Вместе с тем по мере укрепления позиций ФРГ в НАТО западногерманские буржуазные историки отбрасывают всякую критику Ранке. К числу недостатков рассматриваемой статьи относится некоторая растянутость первой ее части, где речь идет о взглядах самого Ранке.

В статьях В. И. Биллика ("О фальсификации истории германской революции 1918 - 1919 гг. в буржуазной и реформистской историографии"), В. С. Дякина ("Западногерманские буржуазные историки о падении Веймарской республики") и П. А. Николаева ("Вопросы истории германского милитаризма в буржуазной историографии") рассматриваются работы буржуазных историков о важнейших переломных моментах развития Германии за последние 40 - 50 лет.

В. И. Биллик, сравнивая высказывания буржуазных либеральных историков, социологов, деятелей II Интернационала - от О. Шпенглера до писавших в последние годы Ф. Мейнеке, А. Розенберга, В. Тормина и др. - устанавливает, что все они стараются доказать, будто Ноябрьская революция в Германии явилась результатом военного поражения и ошибок, допущенных "верхами" (стр. 203), подменяя таким образом вопрос о причинах революции вопросом о поражении Германии в войне, всячески умаляя роль народных масс и в первую очередь значение борьбы германского пролетариата. К сожалению, сам В. И. Биллик уделяет очень мало места вопросу о Советах, который, по его же справедливому замечанию, является одной из центральных проблем марксистской историографии Ноябрь-

³ М. Н. Тихомиров. Откровения Чедвик о начале русской истории. "Вопросы истории", 1918, N 4.

⁴ Например, изданные в 1949 г. в Гамбурге письма Л. фон Ранке ("Das Briefwerk v. L. von Ranke" und "Neue Briefe v. L. von Ranke").

ской революции. Кстати, этот же упрек, хотя и в меньшей степени, может быть сделан и В. С. Дякину. Реакционные историки ФРГ, отмечает автор, пытаются снять ответственность за гибель республики с германских монополий, с финансового капитала и оправдать рейхсвер. Общей чертой всех их работ является ненависть к КПГ, к СССР, к странам социализма.

В статье П. А. Николаева изобличаются буржуазные историки (во главе их стоит Г. Риттер), взявшие на себя задачу защиты германского милитаризма. Автор вслед за другими советскими исследователями⁵ характеризует Риттера как идеолога германской финансовой олигархии и юнкерства. Откровенная апология германского милитаризма в работах Риттера и других западногерманских историков и публицистов вызывает возражения даже со стороны самых консервативных английских исследователей (Д. Уиллера-Беннета, Л. Намиера, Рассела и других). Но поскольку автор коснулся в данном случае английской буржуазной историографии, ему следовало бы, хотя бы кратко, сказать и о взглядах тех ее представителей, которые солидаризируются с западногерманскими историками (Д. Фуллер, А. Беллок и т. д.).

Зависимость концепций германских историков от колониальных вожделений современных хозяев ФРГ хорошо прослеживается в статье К. Б. Виноградова "Судьбы Британской колониальной империи в оценке западногерманских историков и публицистов". На примере работ Ф. Шильгена и Х. Вальца автор показывает враждебное отношение немецких буржуазных историков к национально-освободительному движению в колониях, истинный смысл их порочного тезиса об исконной неспособности Востока к самостоятельному развитию. Работы буржуазных американских историков, стремящихся доказать "принципиальное отличие" политики США в Китае от политики других империалистических держав, рассматриваются А. А. Фурсенко в статье "Американская буржуазная историография о происхождении доктрины Хэя". Автор, в частности, знакомит читателя с вышедшими в 50-е годы книгами Ч. Кемпбелла и Д. Пратта, в которых значительное внимание уделено экономическим вопросам, справедливо объясняя это влиянием советской исторической науки. Однако, пишет А. А. Фурсенко, и в этих работах общая оценка причин появления доктрины "открытых дверей" сводится к стремлению оправдать ее.

Возрастающей роли клерикализма в арсенале современной буржуазной идеологии посвящена статья В. И. Рутенбурга "Реакционная сущность современной клерикальной историографии", в которой подвергнуты острой критике работы ряда клерикальных писателей (Л. Сансеверино, М. Воссар, М. Фогерти и др.). Анализируя теоретические упражнения клерикалов и политическую программу Ватикана, автор приходит к выводу, что провозглашаемый ими "новый порядок" на Деле ничем не отличается от корпоративного строя фашистской Италии и гитлеровской Германии. К сожалению, в статье содержатся лишь самые краткие упоминания о философской основе социальной теории и практики католицизма, в частности о неотомизме⁶ . Автор указывает на связь клерикальных историков с ревизионистами и правыми социал-демократами. Клерикалы приветствуют появление новых правосоциалистических программ, а составители последних охотно пользуются многими доводами клерикальных писателей. В целом статья В. И. Рутенбурга несколько перегружена фактическим материалом, что усложняет ее восприятие.

Критике современной буржуазной историографии средних веков посвящена в сборнике статья А. Д. Люблинской "Новейшая буржуазная концепция абсолютной монархии". Автор вскрывает ограниченный, эклектический характер и научную несостоятельность современных буржуазных концепций абсолютизма, нашедших свое отражение в докладе Р. Мунье и Ф. Хартунга на X Международном конгрессе историков (1955 г.). Для буржуазной исторической науки по-прежнему характерно признание надклассового характера абсолютизма. Кроме того, сохраняется преувеличенное представление о роли, которую в становлении абсолютизма играла внешняя война, и в то же время игнорируются более глубокие и разносторонние причины, в том числе уровень социально-экономического развития отдельных стран Европы в XVI - XVII веках.

⁵ См. И. М. Майский. К возрождению германского милитаризма. "Вопросы истории", 1956, N 5; И. И. Лунев. Апология германского империализма и милитаризма в работах Г. Риттера. "Из истории новейшего времени". М. 1959.

⁶ Более обстоятельно автор коснулся данного вопроса в своей статье "Клерикальная историография - орудие империализма" ("Вопросы истории", 1962, N 3).

В сборнике помешены три статьи, содержащие в себе критический разбор отдельных работ буржуазных авторов по истории древнего мира. А. И. Доватур ("Вопросы истории афинской демократии в новейшей зарубежной литературе") вскрывает несостоятельность попыток буржуазных историков затушевать существовавший в древних Афинах классовый антагонизм между рабами и господами. Д. П. Каллистов ("Просопографическое направление в зарубежной буржуазной историографии по истории Рима") показывает, насколько односторонне изображаются буржуазными учеными события римской истории позднего республиканского периода. Их основное внимание сосредоточивается на личностях политических деятелей - в этом и состоит особенность просонеграфического (от греч. "просопон" - лицо) направления. Критике работ буржуазных историков, считающих, что сельское хозяйство древней Италии было специализированным, посвящена статья М. Е. Сергеенко "Сельское хозяйство древней Италии в трактовке некоторых буржуазных ученых".

В статьях рецензируемого сборника содержится много позитивного материала, что, по-нашему мнению, является положительной стороной книги. Ведь научное освещение того или иного вопроса лучше всего служит делу развенчивания буржуазных концепций исторического процесса. Конечно, в статьях историографического типа следует умело сочетать позитивное изложение проблем с чисто историографическим подходом к ним. Нам представляется, что авторы и редакторы сборника достигли этого.

Основной недостаток сборника состоит не в том, что авторы отдельных статей не смогли соблюсти пропорции между историографическим и чисто историческим материалом, а в том, что они не подвергли критике такие работы современных буржуазных историков, как всемирные или всеобщие национальные истории. Кроме того, в статьях сборника есть некоторые стилистические погрешности (см. стр. 64, 76, 219 и др.), неудачные переводы иностранных текстов (стр. 234 и др.). Небрежность в формулировках приводит порой к фактическим неточностям. Так, на стр. 267 говорится: "Когда Мольтке хотел продолжать войну с Францией после падения Седана, Бисмарк предложил быстрее подписать Франкфуртский мирный трактат". Но, как известно, после Седана (2 сентября 1870 г.) война продолжалась более пяти месяцев, и никто из правящих кругов Германии не собирался ее прекращать.

Выход в свет коллективного труда, каким является рассматриваемый сборник, весьма своевременен, а тематика статей, вошедших в него, актуальна как в политическом, так и в научном отношении. В сборнике дана развернутая научная критика ряда концепций современной буржуазной историографии, вскрыта их классовая сущность, разоблачено стремление реакционных буржуазных историков любыми средствами опорочить социализм и оправдать дальнейшее существование отживающего свой век капиталистического строя. Тем самым авторы помещённых в сборнике статей успешно продолжают широко развернутую советскими историками борьбу с реакционной идеологией антикоммунизма. В этом и состоит основное достоинство проделанной ими работы.

Публикатор:

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

Найденный поисковым роботом источник:

Автор(ы) публикации - Л. Е. АНКУДИНОВА, М. Б. РАБИНОВИЧ:

Комментарии: