Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: RU-7507

Share with friends in SM

"Марксизм есть научное выражение коренных интересов рабочего класса. Чтобы уничтожить марксизм, надо уничтожить рабочий класс. А уничтожить рабочий класс невозможно"

И. Сталин

Работы Ленина по новому осветили процесс исторического развития пореформенной России. Ленин неоднократно отмечал, что период 1862 - 1904 гг. был "эпохой ломки в России, когда старое бесповоротно, у всех на глазах рушилось, а новое только укладывалось..."1 .

Именно Ленин вскрыл влияние Запада и отметил наличие у нас значительных связей с Западом. Приводимый ниже конкретный материал будет служить небольшой иллюстрацией к этому ленинскому положению.

В 1864 г. С. Громека, сотрудник журнала "Отечественные записки" Краевского, похвалялся, что волна революций миновала Россию, что Россия всегда была барьером для разного рода движений, потрясавших Запад. "Границы русские, - не без гордости заявлял Громека, - всегда были на запоре для революции"2 . Но Громека не понимал, что помешать проникновению идей нельзя. Это не удавалось ни николаевским солдафонам, ни деятелям режима Александра II, ни ура-патриотическим мракобесам - Каткову, Леонтьеву, Победоносцеву. Развитие капитализма шло вперед, русская пресса вынуждена была уделять все больше внимания этому процессу, а следовательно и рабочему вопросу. Промышленная революция с каждым днем все глубже внедрялась во все отрасли экономической жизни России.

Необходимо было понять дальнейшие пути развития этого процесса. Вот почему русский книжный рынок с 60-х гг. наводняется как оригинальными, так и переводными экономическими работами. Такую же дань времени отдают буржуазия и русские радикалы на страницах своих газет и журналов. Буржуазная журналистика весьма внимательно следила и за развитием западноевропейского рабочего движения3 . Поэтому организация Интернационала и его деятельность нашли живой и всесторонний отклик в русской печати. В 60-е и особенно в 70-е гг. детище Маркса и Энгельса - Интернационал - был известен в России как в либеральных кругах, так и в революционных кружках. Имя Маркса склонялось в газетах, толстых журналах и с "высоты" университетских кафедр. Это имя все чаще и чаше раздавалось на диспутах при защитах диссертаций. Хотя профессора и официальные ученые старались замолчать работы Маркса, но это им не удавалось. "В настоящее время, - писал в 1884 г. П. Лав-


1 Ленин, Л. Н. Толстой и его эпоха, т. XV, изд. 3-е, стр. 341.

2 "Отечественные записки", 1864 г., т. 152, стр. 203.

3 "Рабочие классы в Англии". Соч. Работника, 1868 г. и др.

стр. 64

ров, - нет учебника, нет сколько-нибудь серьезного экономического труда, где бы автору не пришлось высказать свое отношение к Марксу, и большинству уважающих себя критиков приходится относиться к нему с полным уважением"4 . Конечно вслед за таким "признанием" последовал бешеный вой всех "благомыслящих" россиян. Буржуазия видела, что марксизм завоевывает господствующее место в рабочем движении.

Под могучим воздействием учения Маркса и Энгельса идеалистические философские построения испытывали сильные удары. Поэтому буржуазная печать стремилась доказать, что Маркс является в основном только ученым, и исключительно этой стороной его деятельности, по его мнению, следовало бы интересоваться.

А реакционеры из "Гражданина" Мещерского пытались уверить своих невзыскательных поклонников, что Маркса можно теоретически разбить, так как с их точки зрения его теоретические положения всего на всего лишь "фантастические гипотезы" - софистика5 . Эта клевета на Маркса была распространена как на Западе, так и в России. В разных странах буржуазные ученые по одному шаблону стремились доказать, что Маркс неоригинален, что все, что у него есть положительного, списано у английских и французских экономистов. Все же теории, исходящие от самого Маркса, не более как "гипотезы", которым не следует придавать серьезного значения.

Ленин в свое время отмечал, что "вся вторая половина прошлого века была одним из этапов смены крепостнических порядков буржуазными". В этой связи можно было наблюдать, как "эта смена отразилась на изменении отношений к марксизму нашей официальной, университетской, науки политической экономии. В доброе старое время (иронизируя, напоминает Ленин) "уничтожением" Маркса занимались у нас только крайние правые, правительственные, профессора". Но ко всем подлаживающимся и продажным профессорам после первых раскатов пролетарского грома 1905 г. присоединились и те, кто узрел врага слова6 .

Организация Интернационала и его борьба приковали к себе внимание всей русской прессы. Ее стало интересовать, существует ли в России рабочий вопрос. Все чаще информировала пресса читателя обо всем творящемся вокруг "всемирной интернационалки".

Газета "Голос" заявляет, что уже пора отрешиться от прежних заверений, что "у нас нет пролетариата и что на святой Руси никто не умирает с голоду". Однако все эти спутники капиталистического строя красноречиво дали о себе знать за один год. Появление Интернационала заставило говорить о нем громогласно. Но, кивая попрежнему в сторону Запада, автор, решившийся сказать "новое" слово, добавляет, что "пролетариат, без сомнения, темная сторона европейской цивилизации". В России следует "принять решительные меры", а таковыми является наделение рабочих землей. Это и будет, по мнению Л, Панютина, "одно из самых могущественных средств против пролетариата7 . Так растерявшаяся буржуазная пресса спешила отвести от своего класса те удары, которые наносил ему пролетариат, не только оформившийся на Запале в класс для себя, но и организовавший свой боевой политический штаб для активной борьбы. А обозреватель из журнала "Библиограф", уже не прикрываясь благопожеланиями в вопросе о крестьянском наделе, вслед за газетой "Неделя" заявляет, что "рабочий вопрос так современен в настоящем, что его


4 П. Лавров, За пределами России, "Вестник Народной води", 1884 г.

5 "Гражданин" N 11, 1883 г., стр. 13 - 14.

6 Ленин, Еще одно уничтожение социализма, т. XVII, стр. 263.

7 Л. Панютин, По вопросу о пролетариате, "Голос", 1864 г., N 196.

стр. 65

историческое понимание надо считать весьма полезным для читателей. Публицистика вправе обратиться к этой области и даже обязана это делать"8 .

Появление Интернационала и его руководство пролетарской борьбой на Западе пугает русских буржуа, и они с тревогой смотрят на растущий в России класс пролетариев и на его стихийные выступления. Они уже знали, что "пролетарии могут завоевать общественные производительные силы лишь уничтожив свой собственный прежний способ присвоения, а тем самым и весь прежний способ присвоения в целом". Им были известны незабываемые слова "Манифеста", что "у пролетариев нет ничего своего, что надо было бы им охранять; они должны разрушить все до сих пор существовавшее частное обеспечение и частную страховку"9 .

Хотя цитированные места из "Коммунистического манифеста" были известны русским публицистам и раньше, но после основания Интернационала они увидели новый смысл в этом символе веры рабочих. "Пролетариат всегда и везде являлся деятельным сторонником беспорядка, охотно способствующим разрушению того положения вещей, которого оберегать ему нет ни выгоды, ни расчета" - так перефразирует Маркса буржуазный литератор и делает вывод, что на пролетариат, "покуда еще весьма распространенный в России класс людей"10 , следует обратить внимание. Буржуазия на опыте западноевропейского рабочего движения и стихийных выступлений в России трезво оценивала растущую новую силу.

Как же русская пресса информирует своих читателей об Интернационале? Царская Россия боялась революции и социализма. В ней шла борьба с идеями материализма, "социализма французских клубов" и учением Маркса, проникавшим в Россию из далекой Англии, несмотря на все препятствия и цензурные рогатки. В этой борьбе объединились все оттенки русской буржуазной мысли, ибо "буржуазия, - как неоднократно повторял Ленин, - боится движения масс более, чем реакции"11 .

* * *

Первые известия об организации Интернационала появились в России в начале 1805 г. "В Лондоне, - сообщал "Русский инвалид", - образовалась международная ассоциация рабочих, ко вступлению в которую приглашаются рабочие и рабочие союзы из разных стран Западной Европы". Далее газета сообщает, что цель создания Интернационала - это централизация "сообщения рабочим обществам, находящимся в различных странах и образованным для защиты, вспомоществования и полной эмансипации рабочего класса". Конгресс, который будет заседать в 1865 г. из присоединившихся к Интернационалу рабочих организаций, "провозгласит перед лицом Европы общие стремления рабочих классов" и обсудит "необходимые для успешности действий средства и назначит центральный совет ассоциации"12 .

Такого типа сообщения облетели всю печать. Интерес к Марксу и Интернационалу возрастал. Вначале Интернационал воспринимался как вполне безопасное новшество, которое невидимому пойдет по пути реформ. Русские реакционеры и буржуа, питали огромную уверенность, что идеи Лассаля и Шульце-Делича заменили идеи коммунизма, хотя как тревожно сообщает газета "Голос", после смерти Лассаля "основанный им союз как будто начинает разлагаться". Но поскольку "все общества, составляющие рабочий союз, согласны


8 "Библиограф", критико-библиографический журнал, 1869 г., N 1, стр. 3.

9 Избранные произведения К. Маркса, т, I, стр. 162.

10 "Русские ведомости", 1869 р., N 34, передовая от 11 февраля,

11 Ленин, Две утопии, т. XVI, стр. 164.

12 "Руский инвалид", 1863 г.; N 55, стр. 3.

стр. 66

в одном - в непоколебимом уважении к покойному Лассалю", русская буржуазия была спокойна за то, что характер движения на Западе не будет революционным13 .

"Великого агитатора" были непрочь издавать в России, ибо, как писал в цензурный комитет издатель Н. П. Поляков в 1870 г., "Лассаль - писатель прежде всего в высшей степени легальный, цель всей его деятельности предупредить в Западной Европе вообще и в Германии в частности кровавое разрешение рабочего вопроса...". Далее Поляков сообщал, что пролетариат особенно дорожит Лассалем. "Для нашего образованного общества, - заключает Поляков, - чтение Лассаля было бы особенно полезно, оно убедилось бы, что в России рабочего вопроса в том смысле, как его понимают на Западе, вовсе не существует"14 .

Высказанные Поляковым соображения не были его личным взглядом; он выражал точку зрения некоторой части русской буржуазной интеллигенции.

Вскоре после смерти Лассаля симпатии русской прессы переходят к Шульце-Деличу, слывшему, как отметил журнал "Дело", "великим общественным деятелем в среде германских рабочих"15 . Русская буржуазия приписывала Шульце буквально чудеса: его товарищества "подорвали в Германии силу социалистических и коммунистических учений. Они уничтожили немецких коммунистов, вырвали с корнем эту язву"16 .

После таких успехов немудрено, что Интернационал сразу еще не встречает резкого отпора. "Современные известия" например солидаризируются с рядом французских газет, которые заявляли, что "Международный конгресс не должен возбуждать ни страха, ни ненависти, ни досады". Газеты считают "безумием" решение нескольких десятков человек заниматься судьбой миллионов. Но по мере накаливания революционной обстановки внутри страны агитация против Интернационала принимала все более резкий и решительный характер. Такие события, как выстрел Каракозова, Парижская коммуна, заставили русскую прессу пересмотреть свое отношение к Интернационалу.

Для распространения и укрепления реакции в России огромное значение имели события, связанные с польским восстанием 1863 г. и выстрелом Каракозова в Александра II. В первом случае в России был вызван взрыв шовинистической пропаганды. Апостолом и верным хранителем устоев самодержавия, православия и народности был М. Н. Катков. Русские консерваторы ожили. После каракозовского выстрела припадок верноподданичества усилился. Катков приписывал Интернационалу не только вдохновление Каракозова на выстрел, но и руководство цареубийством. "Что означал, - спрашивает Катков, - выстрел 1866 г.?" И отвечает: "Выстрел был совершен с мыслью, что послужит сигналом ко всеобщему катаклизму". Каракозовцы, заявляет Катков, считали себя частью "революционной сети, охватившей всю Европу. Заговорщикам этим было сказано, что общество всесветной революции в своих советах постановило начать дело с цареубийства во всех странах, чтобы воспользоваться неизбежным при этом замешательством и низвергнуть в общую бездну весь политический, экономический и нравственный мир"17 .

Итак, по Каткову, планы Интернационала известны и приняты к исполнению русскими революционерами. Тревогу вызывало не так "общество всесветной революции", как рост новых классовых сил после реформы. Надо было спе-


13 "Голос", 1866 г., N 95.

14 "Ф. Лассаль перед судом русской цензуры". Публикация С. Любимова, "Современник", над. 1923 г., кн. II, стр. 113 - 114.

15 "Дело", 1868 г., N 5, стр. 128.

16 "Голос", 1864 г., N 126, передовая.

17 М. Н. Катков, Сборник передовых статей за 1872 г., стр. 73. Как здесь, так в ниже мы цитируем передовицы Каткова по выпущенным ежегодным сборникам его передовых статей.

стр. 67

шить отбросить весь прекраснодушный поток фраз, излившийся в связи с реформой и взяться за обуздание революции. Правительство струсило далее перед такими невинными формами рабочего движения как кассы взаимопомощи. А ведь еще недавно их приветствовала вся буржуазная пресса. "Голос" например в 1864 г. с удовлетворением отмечал открытие общества помощи вдовам и детям иностранных ремесленников. "Мы не раз говорили, - писала газета, - о необходимости устраивать в среде нашего рабочего класса общества взаимного пособия..." Эта взаимопомощь, по мнению газеты, крайне нужна рабочим, ибо отсутствие правильно налаженной помощи "сдерживает рост промышленности, которая так нуждается в росте..."18 . А в мае 1866 г. все имевшиеся в Петербурге кассы были закрыты, так как их деятельность "была признана крайне опасной и способствующей распространению социалистических учений и ненависти к правительству"19 .

Так на практике осуществлялось попечение о "младшем брате". Газетам и журналам не возбранялось писать о рабочих артелях, ассоциациях, а III отделение неустанно вело борьбу с рабочим движением и всякими ростками политической мысли, проникавшими в рабочую среду. Известно, что III отделение в своих отчетах систематически сообщало о развитии русского и западного рабочего движения и рассылало своих агентов ознакомиться с настроением рабочих в ряде губерний. Отчеты убеждали, что в России "пролетариат создается агитацией", и подчеркивали "постороннее" влияние на рабочих. Пропаганду каракозовцев на Людиновском заводе с 1866 г. пытались объяснить как результат внешней агитации. Отчет III отделения за 1869 г. с тревогой сообщает о росте влияния Интернационала, Это уже, не только пропаганда огня, ножа, петли и пр., которая "пыталась в разных воззваниях проникнуть в Россию из Женевы", но и вполне реальные революционные, действия. "Эта пропаганда начинает приносить и в России свои отравленные плоды" - заявляет автор отчета.

Энергичнее всех боролся с этими "отравленными плодами" Катков. Он впоследствии так кратко сформулировал свои мысли: "Где появляется социализм, там всегда в основе вроется какая-либо политическая интрига, или национальная агитация"20 .

Поэтому, ополчаясь против Интернационала, Катков с самого начала ставит его деятельность в связь с внешней политикой Англии и Франции. России не по пути ни с Англией, которая, по мнению Каткова, хотя и держит революционеров "в своих руках, не поддаваясь им сама", но все же является местопребыванием руководителя Интернационала; ни с Францией, где "император французов вынужден вести счеты и вступать в сделки с элементами революции, которая не дается ему в руки, а хочет сама пользоваться им для своих целей". Учитывая всю неустойчивость политического положения Европы, Россия должна была держаться в стороне от Англии и Франции, чтобы, как выразился Катков, не "очутиться в изолированном положении или стать игралищем революционной интриги"21 . Англия застрахована от революции, поэтому, несмотря на консервативные настроения, она без опаски и риска вступает в союз с революцией.

Клевеща на Интернационал, Катков нагло заявляет, что правительство Англии "умеет пользоваться горючими материалами, которые находятся у него под рукой". Более того, англичане держат "под рукой" деятелей Интернационала для своих внешнеполитических целей. Интернационал рисуется филиа-


18 "Голос", 1864 г., N 128, "Вседневная жизнь".

19 П. Гуревич, К характеристике реакция 60-х годов, "О минувшем", Исторический сборник, 1909 г., стр. 108.

20 "Московские ведомости", 1881 г., N 221 от 10 августа.

21 М. Н. Катков, Сборник передовых статей за 1864 г., стр. 154.

стр. 68

лом не то английского министерства, не то охранка. "Английские государственные люди, - инсинуирует Катков, - знают в точности все замыслы и шаги людей революции; все сношения этих людей известны британскому правительству".

Итак, Интернационал, но мнению русских мракобесов, пригрет в Лондоне для специальных целей. "Все недовольное, все гонимое, все озлобленное находит здесь себе притон, живет здесь, составляет здесь свои планы и организует свои действия"22 . Англия пригревает русских революционеров, чтобы всегда иметь возможность пользоваться при их помощи материалом для дискредитации императорской России. "В настоящее время, - писал Катков, - всесветная революционная партия, повидимому, вновь призывается к деятельности, и усилия ее главным образом направляются одной искусной и опытной рукой"23 . Понятно, что здесь подразумевалась опытная рука Англии, которая всю деятельность Интернационала направляет "против России". Так объяснял этот реакционер возникновение Интернационала. Стремясь доказать, что ни о какой самостоятельной пролетарской линии речи быть не может, он рисует руководителей Интернационала как покорных и раболепствующих перед английскими либералами деятелей.

Каракозовский выстрел не внес ничего нового в трактовку Интернационала Катковым. Французские газеты еще ранее, за две-три недели, оказывается, подготовляли общественное мнение к "страшным бедствиям" и к "ужасным событиям, долженствующим возникнуть из теперешнего положения вещей в России"24 . И хотя страж трона согласен с тем, что "всесветная революция" повсюду "запускает свои лапы, всюду высылает своих эмиссаров и везде затевает смуты и потрясения", но вместе с тем Катков повторяет, что Интернационал не представляет "некую особую державу между державами"25 .

Не ограничиваясь передовицами, Катков отводит Интернационалу большую информацию в своем журнале "Русский вестник". Там сотрудничал модный в буржуазных кругах вульгарный бельгийский экономист де-Молинари, систематически помещавший статьи о деятельности Интернационала.

В сентябре (3 - 8) 1866 г. в Женеве созывается первый конгресс Интернационала. Молинари с прискорбием отмечает, что рабочие собирались "не за тем, чтобы мирно наслаждаться прелестями природы, но за тем, чтобы производить социалистическую агитацию".

О конгрессе подробно информирует своих читателей также "Голос". Отмечая рост пролетариата и все усиливающееся внимание буржуазной печати и государства к рабочим, автор статьи сильно суживает круг интересов пролетарской организации; ее задачи он сводит только к уменьшению "нищеты и невежества". Автор не согласен с речью Беккера, который призывал рабочих к политической активности. Вообще, по мнению "Голоса", политические вопросы мешали работе конгресса. Газета с удовлетворением отмечает, что политика была отодвинута на задний план. Не представляя себе цели заседаний конгресса, автор статьи с сочувствием отмечает, что большинство нашло вредность коалиции, что "предстоит один путь, путь мирный, не соединенный с насилием". Понятно, что мирный путь может и должен итти черев ассоциации26 .

Эта трактовка приписывала Интернационалу только экономическое руководство, да и оно должно проводиться мирным путем. Интернационал с точки зрения буржуа должен был быть многолюдным тред-юнионом, защищаю-


22 М. Н. Катков, Сборник передовых статей за 1864 г., стр. 163.

23 Там же, стр. 741.

24 М. Н. Катков, Сборник передовых, статей за 1866 г., N 78 от 12 апреля, стр. 216.

25 Там же, N 75 от 10 апреля, стр. 208.

26 "Голос", 1866 г., N 264 от 26 сентября, "Заграничная хроника".

стр. 69

шим заработную плату рабочих от наплыва конкурентов-пролетариев из соседних стран. А эта деятельность была одной из немногочисленных "специальных функций товарищества, уже осуществленная в различных случаях с большим успехом". Основная же цель заключалась в объединении "стремлений рабочих классов различных стран к эмансипации, к обобщению их и приданию им однородной формы"27 . Эту сторону вопроса, которая была главной в классовой борьбе, сознательно опускали и извращали русские буржуазные и подчас радикальные журналисты. Корреспондент "Дела" видел в Интернационале посреднический центр "между рабочими разных стран", который вступает с ними в сношения, собирает сведения по специальным вопросам и оказывает своим членам материальную помощь. Основная функция Интернационала - это материальная взаимопомощь.

"Есть ли возможность, - спрашивает корреспондент, - не вторгаясь в частную деятельность и не контролируя материальных средств каждого буржуа, заставить фабриканта или заводчика содержать своих работников так, как приказывает правительство?". Практика рабочего движения показала, что "гуманные наклонности капиталистов вовсе не так далеко простираются...", поэтому во Франции правительство пришло к мысли, что "надо дать самим рабочим фактическую возможность устроиться лучше и обеспечить себя от притеснений и эксплоатации денежного произвола". Именно организация кооперативных обществ и завоевание таким путем полной экономической независимости является, по мнению "Дела", существом работ женевского конгресса Интернационала.

Классовые задачи Интернационала подменялись буржуазными формами движения28 . Русские публицисты весьма сочувствовали словам Наполеона III о государственной помощи ассоциативному движению. Маркс считал, что французы "проповедуют на деле лишь прудонистски идеализированное обыкновенное буржуазное хозяйство". Русская публицистика не хотела признать за Интернационалом его основных функций, которые Маркс сформулировал как функции, способствующие совместной борьбе и дающие "потребностям классовой борьбы и организации рабочих в класс непосредственный материал" и толчок к их развитию"29 .

Мысли о реформистском пути развития неизменно высказываются русской прессой и при оценке последующих конгрессов. Лозанский конгресс происходил 2 - 8 сентября 1867 г. Журнал "Дело" еще до конгресса по-прежнему рекомендовал организовать промышленные товарищества (Industrial Partnerships). Обозревателе заграничной жизни увлекает идея участия рабочих в предприятиях на правах акционеров. Он с уверенностью заявляет, что "промышленные товарищества, оказавшие уже большую пользу в Англии, скоро окажут свое полезное действие в других странах"30 . Оживленные прения, развернувшиеся на конгрессе вокруг вопросов о труде и капитале, роли государства, политической борьбе, привели цитированного выше обозревателя к выводу, что "в настоящем порядке вещей между капиталом и трудом идет открытая, непримиримая вражда". Он считает, что на конгрессе мира была высказана смелая мысль о том, что "политический вопрос неразрывно связан с социальным..."31 . Повидимому обозревателя сильно поразило постановление конгресс" по докладу Перрона о том, что "социальное освобождение рабочих


27 См. резолюцию "О международной взаимопомощи в борьбе с капиталом", принадлежащую перу Маркса.

28 "Дело", 1867 г., N 2, "Новости заграничной жизни", стр. 72 - 77.

29 Письма Маркса к Кугельману, Гиз, 1928 г., стр. 16.

30 "Дело", 1867 г., N 3, стр. 139.

31 "Больные места Швейцарии", "Дело", 1868 г., N 5, стр. 120.

стр. 70

неотделимо от их политического освобождения" и "что достижение политической свободы есть первая и абсолютная необходимость".

По-иному подошел к Лозанскому конгрессу Молинари. Вдоволь поиздевавшись над тем, что "за неимением капитала" много проектов Интернационала осталось без исполнения, он сводит задачи Международного общества к "чисто протекционным". Вся интернациональная солидарность построена на узко эгоистических принципах, "ибо дело идет, - как рисует Молинари, - о воспрепятствовании по возможности привоза иностранного труда в видах поддержания и искусственного повышения цены на туземный труд". Но основное, что усмотрел катковский корреспондент в Лозанском конгрессе, это то, что готовится новая подготовка революции 1848 г. Рабочие заражены социализмом, среди них господствуют грубый атеизм и коммунистические бредни - вот что вынес Молинари из стен конгресса. Поэтому он призывает правительство обратить внимание на "знамения времени", заключающиеся в Лозанском конгрессе, хотя эти знамения "готовят нам на будущее время скорее бурю, чем ясную погоду"32 .

Лозанский конгресс, забастовочное движение парижских, бельгийских, женевских и лондонских рабочих, стачки в России, обсуждение вопросов войны, рост Интернационала, - все это вызывало тревогу у буржуазии. Интернационалу приписывают причины всех потрясений жизни благонамеренных буржуа во всех капиталистических странах.

"Вчера в Совете Интернационала, - писал Маркс Энгельсу 20 июня 1866 г., - происходили дебаты о теперешнем военном положении... Как можно было предвидеть, дискуссия свелась к "вопросу о национальностях" и о позиции, которую мы должны занять по отношению к ним"33 .

Вопрос о войне был особенно актуален как в связи с рядом войн, происходивших в 50-е и 60-е гг., так и ввиду взаимоотношений с буржуазным обществом "Лига мира и свободы". Маркс в письме к Энгельсу сообщал, что он "высказался в Генеральном совете против присоединения к болтовне конгресса мира". На этом заседании Совета Марке говорил "о необходимости армии против России", т. е. о борьбе с Россией Александра II. Выступления Маркса не могли не быть известны правящим кругам России, как была известна в ненависть его к императорскому режиму. Для друзей Каткова это было лишним доказательством "раболепства" руководителей Интернационала перед правительствами Франции и Англии. Поэтому, сообщая вскользь о Брюссельском конгрессе (6 - 13 сентября 1868 г.), катковский сотрудник, издеваясь, говорит о соучастниках интернационального движения.

Женева, по характеристике катковцев, - это сборный пункт "разнообразных лиц и мнений, где найдутся всякого рода материалы и где возможно устроить какое угодно собрание".

Возникновение социал-демократии в Германии и еще большая связь немецкого рабочего движения с Интернационалом расцениваются как ничтожный факт. В Германии ни Марксу, ни даже Лассалю якобы нет уже больше места. "На собраниях рабочих в Германии, - сообщает Н. Реннонкампф, одна из соратников Каткова, - действительно выступил один из учеников покойного Лассаля, но был ошикан и осмеян, и собрание решило высказать свое сочувствие деятельности Шульце-Делича"34 . Но еще ранее этой оценки корреспондент "Петербургских ведомостей" характеризовал всю деятельность Интернационала как "ребячество". Всей работе Интернационала и его конгрессам противопоставля-


32 Густав де-Молинари, Сезонные конгрессы "Русский вестник", 1867 г., т. 70, стр. 664 и 668,

33 К. Маркс и Ф. Энгельс, т. XXIII, стр. 359.

34 "Русский вестник", 1869 г., т. 79, стр. 287 - 288.

стр. 71

лись ассоциации и кооперативное движение35 . Представители разных оттенков буржуазно-помещичьей печати, пристально всматриваясь в западноевропейскую рабочую жизнь, приходили в восторг от мирной реформаторской работы, которую вели агенты буржуазии внутри рабочего движения. Но, видя, как развертывала свою работу немецкая партия, они пессимистически смотрели на возможность гармонии между трудам и капиталом. Заключая свой обзор положения в Германии, корреспондент "Вестника Европы" признает, что "трудно питать действительные надежды на дальнейшее развитие рабочего вопроса мирным путем".

Понятно, что в изображении буржуазного литератора социализм - это утопия, это "дикая сила", которая "уничтожает все, что есть великого, благородного и прекрасного в человеческой жизни и вносит варварство..." Спасение от социализма и его победоносного движения в том, что историей выдвигаются Кавеньяки...

Так расценил умеренно либеральный орган М. Стасюлевича опасность, надвигающуюся с Запада на Восток. Социалистическое реформаторство и преуменьшение роли Интернационала - такова линия журнала. Интернационал, по "Вестнику Европы", - это болезнь современной цивилизации, которую необходимо пресечь законодательством и... Кавеньяками.

Сочувственную оценку Интернационалу и Брюссельскому конгрессу дало радикальное "Дело". Цель международного общества, пишет некий В. Луг-н, "освободить труд из-под власти капитала". Этим открытым признанием Интернационал возбудил "против себя бешеную злобу всякого рода капиталистов и антрепренеров, так что во многих фабриках и мастерских хозяева прямо объявляют своим же рабочим, что откажут от работы каждому, кто вступит в это общество..." И хотя капиталисты терроризируют рабочих, последние поняли, что спасение именно в Интернационале, "в солидарности их интересов, в сплочении всего рабочего населения в одну крепкую массу"36 .

Работа Брюссельского конгресса была подробно освещена в статье известного географа, анархиста Элизе Реклю. Автор подчеркивал, что для изучения положения современной Европы и движения пролетариата конгресс дает немало материала. "Идея труда я судьба рабочего, - писал Реклю, - делаются главными интересами дня, господствующими факторами в истории народов". Будущее принадлежит именно рабочим. Катастрофа капиталистического мира неминуема, а посему Реклю считает глупостью борьбу "против всякого самостоятельного стремления предупредить грозящую катастрофу путем мирного разрешения этой задачи".

Реклю расценивает работу Интернационала как возможный мирный исход борьбы в коренной переделке современного строя.

Познакомившись с работой конгресса, Реклю снисходительно относится к делегатам, находя, что "они еще недостаточно развиты, они еще слишком молоды, слишком неопытны, слишком горячи..." Реклю находит много "хороших и множество дурных сторон". Конгресс, по его мнению, не заслуживает ни особой похвалы, ни тем паче резких обвинений.

"Будем однако помнить пословицу хитрых итальянцев, - пишет Реклю, - "все, что позолочено, - золото". Международная ассоциация наделала много шума, а делать шум в наше время значит слыть сильным, а слыть сильным значит сильным и быть. Рабочие начинают сознавать свою силу, а сознавать силу значит иметь ее"37 .


35 "Петербургские ведомости" N 74, Корреспонденция из Парижа.

36 В. Луг-н, Больные места в Швейцарии, "Дело", 1868 г., N 5, стр. 122 - 123.

37 Реклю Элизе., Международный конгресс в Брюсселе, "Дело", 1868 г., N 10. стр. 167 - 168 и 190.

стр. 72

Элизе Реклю не совсем тверд в высказываемых им взглядах. Но важно, что, информируя о деятельности Интернационала, он связывает его с той огромной борьбой труда и капитала, которая развертывалась в Европе и ставила судьбу Европы в прямую связь с разрешением рабочего вопроса. Значительное движение рабочих во Франции, кровавые схватки рабочих с жандармерией в Бельгии, в Уэльсе производили неизгладимое впечатление на русских публицистов. Отдельные победы рабочих и рост влияния Интернационала в пролетарских массах Старого и Нового света не могли не заставить считаться с этой организацией пролетариата. Русского демократа поражает политический рост западных, пролетариев. Корреспондент "Отечественных записок" Е. Марков удивленно пишет о том, как "эта чернь" разбирается в сложных экономических воззрениях и неустанно ведет борьбу. Видя этот широкий разворот социальной жизни и новых устремлений, Е. Марков приходит к выводу, что "конгресс рабочих, конгресс всеобщего мира - все это признаки одного непобедимого движения, которое охватило весь мир и которое уже невозможно утушить и застращать"38 . Грандиозность борьбы и действенное руководство Интернационала в лице Маркса были ясны всем.

Социализм из кабинетов выходил на улицу. Пролетариат был силой активной, дисциплинированной, боровшейся за свое освобождение. Вот почему еще задолго до Базельского конгресса Интернационала (6 - 12 сентября 1869 г.) в печати занимались вопросами рабочего движения. Стачки заставляли думать о паллиативах, которые на время утихомирили бы непокорных рабов.

Внутриполитическое положение России и движение трудящихся вынуждало буржуазную и реакционную печать заигрывать с рабочими, рекомендуя разные формы кооперации взамен рабочего движения, взамен Интернационала. На этом поприще в России активно выступает уже небезызвестный нам "сладкий вульгарный экономист фритредер Молинари"39 . Он длинно рассуждает о правильной постановке закона спроса и предложения, о рабочем законодательстве и об организации английских тред-юнионов. Последние, по мнению Молинари, хотя "появились на свет в форме нового боевого орудия", но "сделаются мало-по-малу средством к установлению порядка и мира в области труда". Это приведет, по Молинари, к упразднению жалоб на эксплоатацию рабочих, и социализм не будет распространяться между "невежественными массами материка". Заодно Молинари снимает ответственность с капиталистов за эксплоатацию рабочих. Капиталисты здесь не при чем, не они создали условия для эксплоатацни, бедный буржуа от нее "имел к тому же самые обманчивые выгоды".

Такса на заработную плату и невмешательство правительства - вот что могло явиться, по мнению Молинари, "лучшим средством против социализма". Молинари рекомендует таксу как "самую действительную предохранительную мору против опасностей социальной революции"40 .

Базельский конгресс решил, что "все рабочие должны энергично стремиться к образованию профессиональных союзов во всех отраслях труда". Далее говорилось об организации национальных союзов, которые обсуждают и осуществляют совместные выступления. Молинари обеспокоило то,, что Интернационал решил превратить союзы в боевую организацию, что "устройство об-


38 Е. Марков, С чужой стороны, "Отечественные записки", т. 185, 1869 г., стр. 339 - 340.

39 "Господин Молинари, господин Молинари! - с иронией восклицает Маркс. - Что будет с десятью заповедями, с Моисеем и пророками, с законом спроса и предложения, если в Европе предприниматель может урезывать part legitime рабочего, а в Вест-Индии рабочий - part legitime предпринимателя" ("Капитал", т. I, изд. 8-е, 1932 г., стр. 618 - 619).

40 Г. де-Молинари, Союзы рабочих в Англии, "Русский вестник", июнь, 1869 г.; стр. 517 - 519.

стр. 73

ществ сопротивления может возбудить многочисленные столкновения, вызвать кровавые схватки...". Но в объявленной войне жертвой будут рабочие, и потому против воли Интернационала функцией обществ станет "только полезное устройство и развитие торговли трудом"41 .

Так реакционная пресса стремилась отвести от капиталистического Запада и буржуазно-помещичьей России волны рабочего движения. Стачка, как известно, была наилучшей школой для пролетариата и вместе с тем показателем его растущей мощи. В стачечных требованиях даже этого раннего периода уже слышен был голос не рабов, как указывал впоследствии Ленин, а подлинных пролетариев, которые через забастовку приходят к мысли о социализме, начинают обобщать вопрос о капитализме и понимать силу рабочего класса42 . Но вместе с тем стачка никогда не являлась самодовлеющей целью пролетариата, а только подчиненной частью рабочего движения.

Молинари с нескрываемой враждой относится к участникам Базельского конгресса, замечая, что конгресс "состоял из людей, желающих низвергнуть правительства и совершенно извратить общество"43 .

Но более всего распоясалась русская буржуазно-помещичья печать в связи с франко-прусской войной и Парижской коммуной. Мы не будем останавливаться на интересном вопросе об откликах на Коммуну русской прессы, так как этот вопрос отчасти, хотя и далеко недостаточно, уже затрагивался в нашей исторической литературе. Кроме того отклики так велики, что тема эта заслуживает специального освещения44 . Достаточно отметить, что даже граф Пален в известной записке признавал огромное влияние Парижской коммуны на русское революционное движение. "Появление Парижской коммуны, этого великого мирового события, - признавал Пален, - и более близкое знакомство с истинным характером и программой Интернационального общества рабочих послужили поворотным пунктом, началом новой эры в развитии революционного дела в России..."45 .

Парижская коммуна устрашила русское правительство и буржуазию. Поднялся невероятный вой. "Проклятая коммуна, - вопил либеральный профессор, цензор Никитенко, - совсем скомпрометировала дело свободы. Не было и не будет большего торжества деспотизма, как то, которое она ему доставила своими отвратительными оргиями"46 . "Безумные люди, шайка воров и разбойников, крестившие людей керосином для обращения в свою политическую веру; дикие злодейства, постыдные оргии, пьяное и грубое своеволие, хаос, очумелая толпа, пришлые авантюристы, отребье населения, над которым господствовало безумное правительство Коммуны", - такова была оценка событий Парижской коммуны подавляющим большинством газет и журналов. Редко, кто из умеренных либералов, не присоединял к общему всю своего задыхающегося от ярости, страха и злобы голоса. Так, "Русская летопись" писала о "душе" мировой рабочей революции - "Международной лиге", что никогда еще четвертое сословие "не было так распространено, организовано и подготовлено к делу по всему лицу Европы, Никогда оно не стремилось так упорно и созна-


41 "Международные конгрессы", "Русский вестник", - ноябрь 1869 г.; стр. 50.

42 Ленин, О стачках, т. II, стр. 674 - 575

43 Цит. выше статья, стр. 43.

44 См. напр. за 1871 г. "Русский вестник" N 9; ст. Феоктистова; N 11; стр. 91 - 132; "С. -Петербургские ведомости" N 142, 218 и 229; "Гражданин" N 14; "Голос", 1877 г., N 10, 14, 29, 95, 98, 132, 117, 151, 188, 229 и 1878 г., N 123; "Московские ведомости" (передовые Каткова); "Всемирный труд" N 6, стр. 151; "Заря" N 2 и 5; "Русская летопись" N 6, 11, 24, 25, 26; "Беседа"; т." III: "Отечественные записки", г. II; "Русская летопись" N 16 и др.

45 "Записки министра юстиции графа Палена". "Успехи революционной пропаганды в России". Изд. газеты "Работник", Женева, 1875 г.

46 А. В. Никитенко, Записки и дневник (1826 - 1877 гг.), т. III, стр. 269.

стр. 74

тельно к достижению политического равенства, этого естественного добавления к гражданскому равенству, завоеванному им навеки в 1789 г."47 .

Но это были одинокие голоса. Конечно и они не могли и не хотели понять основного в Коммуне - огромного исторического опыта и, как отмечал Ленин, известного шага вперед, практического шага, ко всемирной пролетарской революции48 . Они видели в Коммуне борцов только за идеи буржуазной демократии. Но все же их смелости надо отдать должное49. В России в ту пору громче всех раздавался голос Каткова. Ему вторили многие. Он же подвел и итог деятельности Интернационала. "Итак, - заключал Катков, - без этой Интернационалки, без ее готовой организации и политической программы, парижская национальная гвардия не была бы помехой к обороне Парижа вместо" того, чтобы способствовать ей, а восстание не приняло бы таких страшных размеров"50 .

Вина следовательно падает на Интернационал. Это он развязал силы революции, а поэтому необходимо было истребить Интернационал. Снова пускается в ход аргументация, что К. Маркс растлевает молодежь, что чья-то рука определенно направляет Интернационал на Россию.

Мимо внимания Каткова не могла пройти и лондонская закрытая конференция, заседавшая 17 - 23 сентября 1871 г. Как известно, на этой конференции центральным был вопрос о политических задачах рабочего класса. Маркс и Энгельс считали крайне важным, чтобы рабочие во всех странах имели крепко сколоченные политические партии. Неудача Коммуны и борьба с анархистами требовали высшей организованной формы - рабочей партии. Конференция решила, что "организация пролетариата в политическую партию необходима, чтобы обеспечить торжество социальной революции и ее конечной пели - уничтожения классов". Этот новый решительный шаг в борьбе Интернационала за торжество социалистической революции, своевременная политическая подготовка бойцов социализма, организованность и дисциплина в их рядах вызвали ярость Каткова. В передовой, полной ненависти против "Интернационалки", он замечает, что после долгих дебатов вопрос политической агитации был "наконец выяснен Председателем Карлом Марксом". Далее он снова возвращается к своей вздорной и грязной идейке, в которую даже тогда никто, кроме провинциальных Коробочек, не верил, к идейке о том, что Маркса кто-то специально содержит для своих дипломатических целей. "Этот оракул Интернационалки, - продолжает Катков, - во многом смахивающий на нашего Бакунина, неизвестно зачем и на какие средства проживающий в Лондоне..."51 . Читатель призывался у разуметь, что "коварный Альбион", с помощью Интернационала продолжает сеять смуту во всем мире. По катковской версии лондонская конференция постановила "сосредоточить свои действия в России на учащейся молодежи". Катков в этих своих открытиях проявил ту же "прозорливость", что и русские жандармы, ожидавшие в следующем 1872 г. прибытия Маркса в Россию и видевшие в раскольнической пропаганде того времени, "руку Интернационалки". Уже через год Катков, судя по положению внутри России, ощутил, что "это обещание потихоньку приводится в исполнение", Казалось бы, что после торжества реакции во Франции, после того, как уничтожены были "подонки социалистической прессы", люди без рода и племени, которые грозили "поколебать все принципы, на основе коих покоится общество", должно было наступить успокоение, но растущая внутри России революция побу-


47 "Русская летопись", 1871 г., N 12, передовая.

48 Ленин, Государство и революция, г. XXI, стр. 893.

49 См. также "Русская летопись", N 5, 24, 25, 26; "Беседы", 1872 г. N 3 и др.

50 "Московские ведомости", N 122, передовая.

51 "Московские ведомости", 1871 г., N 220.

стр. 75

ждала печать неистовствовать против Интернационала и Маркса, которого Катков именовал "гроссмейстером Интернационалки"52 .

Хотя реакционная печать и уверяла, что вопросы, которые волнуют Западную Европу, не касаются России, что не приходится тратить времени "на борьбу с несуществующим пролетариатом или деспотизмом капитала", что в России "нет ни малейшего зерна для социальных замешательств", но все же она не решалась утверждать, что русские рабочие живут лучше западных"53 . В России ничего грозного произойти не может, ибо, как заявлял "Голос", борьбы низших классов против богатых снята. "Общинное земледелие и освобождение крестьян с землей навсегда отодвинули от нее ужасы рабочего вопроса"54 .

Так по разному успокаивали благонамеренных россиян русские газеты. А между тем рабочий и крестьянский вопросы надвигались, давали о себе знать, если не "ужасами" Коммуны, то волнениями крестьян и стачками рабочих, которых в 60-е годы было 93, а в 70-е - 233.

Нечаевский процесс, чайковцы, подпольная печать русской эмиграции, имевшая по свидетельству графа Палена "близкие сношения с Интернациональным обществом... разносили по всем концам и классам России яд преступных учений и демагогических стремлений"55 . Все это вызывало неистовство верноподданных, усилившееся с приближением 2 - 7 сентября 1872 г., времени работы Гаагского конгресса Интернационала.

На Гаагском конгрессе, как отмечал Маркс в письме от 29 июля 1872 г. Кугельману, "дело будет итти о жизни и смерти Интернационала". Несмотря на раскольническую деятельность бакунистов, идеи Интернационала захватили рабочих большинства стран. Стачечная борьба разгоралась, даже в России произошло крупное движение рабочих на Невской, бумагопрядильне, открывшее десятилетие напряженной стачечной борьбы и деятельности Южного и Северного союзов. И снова пресса вопила, что во всем "видна рука международного общества"56 .

Но ни резолюция лондонской конференции о политической деятельности пролетариата, ни вопрос об организации его политической партии, необходимой "для обеспечения торжества социальной революции и ее конечной цели - уничтожения классов", ни указание об использовании объединения рабочих сил как рычага, "в борьбе с политической властью его эксплоататоров", - не привлекли внимания периодической прессы.

Катков и его подголоски подхватили вопрос о расколе в Интернационале и о роли в нем Маркса. Еще до конгресса Катков обратил внимание на то обстоятельство, что, несмотря на предпринимаемые против Интернационала меры, последний "все более и более разметывается в Германии". Он признает, что "Эрфуртский конгресс немецких делегатов Красной Интернационалки, происходивший 16 и 17 июня, не лишен некоторого значения".

Катков приветствует принятые меры по рабочему законодательству и по благоустройству жилищ. Катков уверен, что законодательство парализует влияние Интернационала, а следовательно общества немецких рабочих приобретут исключительно благотворительный характер. Рабочий отойдет от всякой политики. Уверенность, что при помощи законодательства можно отвести от себя,


52 "Царская дипломатия и Парижская коммуна 1871 года", под редакцией и с предисловием Ц. Фридлянда, стр. 75, 84, 148, 195 и др., а также М. Н. Катков, Сборник "статей за 1872 г., стр. 506.

53 "Московские ведомости", 1871 г., N 63, стр. 2.

54 "Голос", 1872 г., N 4, передовая.

55 "Записки министра юстиции графа Палена", стр. 7;

56 См. за 1872 г. "Новое время", N 58. стр. 3: "Голос"; N93, стр. 4, "Русские ведомости", N 159.

стр. 76

если не совсем, то хоть на время, удары противника, и дезорганизовать его, не покидала Каткова. Но эта уверенность не мешала ему требовать недопущения в Гааге конгресса "самой буйной и разнузданной ассоциации, когда-либо существовавшей на свете". Когда же конгресс собрался, то изо дня в день Катков комментировал в своей газете вопрос о расколе, разногласиях, распаде Интернационала и с неописуемой радостью возвещал, что обвиняют "в измене главу Интернационала, слишком известного Карла Маркса, явившегося на Гаагское конгрессе представителем Германии и России"57 .

Вдохновителя русской реакции интересует вовсе не существо прений, а только то, как и кто "перессорился" и почему уменьшилось влияние Интернационала внутри рабочего движения. Последнее Катков объясняет тем, что Интернационал от экономической борьбы перешел к политической, что якобы не соответствовало интересам рабочих. Хотя последних Катков и считает "испорченными фальшиво возбужденной мыслью, уже совершено в их уме и сердце та дело разрушения, которое Интернационалка постановила своей задачей"58 .

То же нескрываемое чувство радости, что наконец-то добрались до Маркса, сквозит в ряде других газет. Газеты, захлебываясь, сообщают, что хотят свергнуть деспотическую власть "папы Интернационала", что никнет слава в могущество Маркса, что это "светило, клонящееся к закату, падающая звезда, которая сама впрочем не желала бы упасть". Перенесение в Америку местопребывания Генерального совета, этого, как выражались, пугала "мирных жителей континента", объясняется тем, что для "безумной пропаганды" в Европе уже нет места59 .

Немало внимания уделено прессой конгрессу трех императоров - "миротворцев" новой эры, показавших свою силу при одновременном падении престижа рабочей организации. В Европе должны восторжествовать мир и спокойствие, и нет в ней моста тем, кто распространяет "какое-то утопическое равенство между трудящимися и лентяями, негодяями и честными людьми..."60 .

Таков был финал откликов на Гаагский конгресс, такова была нескрываема" ненависть к Марксу, к его влиянию и его огромному авторитету в рабочем мире. Клеймя его "деспотом", "пройдохой" и пр., реакционеры надеялись вытравить имя Маркса и значение Международного товарищества рабочих61 .

Русская "благонамеренная" печать словом и делом помогала искоренить дух Интернационала. Обсуждение закона против Интернационала во Франции было встречено в России весьма сочувственно. Подробные отчеты этих обсуждений с соответствующими комментариями завяли видное место в русских газетах62 .

Более остро был поставлен вопрос о революционерах в связи с террором, принудившим русского самодержца стать гатчинским пленником и требовать "строгой кары закона против всех тех проявлений политических идей, которые составляют преступное и насильственное нарушение законного государственного и общественного порядка". Дело конечно не в законах, их было на "святой Руси" предостаточно. Тюрьма, каторга, ссылка функционировали, и все же революционное движение не удавалось взять в узду. Поэтому важно было добиться от соседних держав, чтобы и они приравняли политические преступления к уголовным, и тогда был бы завершен круг борьбы как против Интернационала, так и против русских террористов.


57 М. Н. Катков, Сборник, передовых статей за 1872 г., стр. 386, 606, 614, 551.

58 Там же в N, 76 от 23 марта 1872 г., стр. 203.

59 "Киевлянин", 1872 г., N 107; "Современные известия" N238: "Голос", N 124 и 93 - 104 и др.

60 "Русский мир", 1872 г., N 223, стр. 3; "Голос", N 118, передовая.

61 "Русский мир", 1872 г., N 86; "Московские ведомости", 1871 г., N 350: "Отечественные записки", 1871 г., т. 197, стр. 53.

62 "Петербургские ведомости", 1872 г., N 61 и 67.

стр. 77

Начиная с цареубийства 1 марта 1881 г., Катков особенно ратует за ликвидацию права убежища для революционеров, "беглых разбойников", и за их обязательную выдачу по требованию правительства, как это было с Нечаевым. Цареубийство Катков приписывал крамоле, действовавшей под именем Интернационала (не без связи с польской "справой"), который имеет агентуру во всем мире и стремится "к полному политическому, социальному и имущественному разгрому современного общества"63 . Идее разгрома общества противопоставлялась мысль о покорности и "сознании всяких нравственных побуждений", которые должны привести к "малейшей покорности и смирению перед "судьбой". Покорность и смирение нужны были, как с цинической откровенностью заявлял В. Безобразов, чтобы но доводить "его (рабочего - П. А. ) зависть и раздражение против каждого, более его наслаждающегося жизнью, до ярости отчаяния"64 . Духовное и политическое рабство рабочих - вот к чему стремились разные группы русской буржуазии.

И уже позже, после укрепления режима Александра III, Катков самодовольно писал, что в России все спокойно. Ни о какой революции никто не мечтает, нет ни пролетариата, ни организованных партий - все пришло в свои берега.

"Нигде во внутренних делах никакой опасности; все направляется тихо, - умилялся Катков, - но ровно и твердо на путь, указуемый здравым смыслом и все более входящим в силу разумением истинных народных потребностей и действительных интересов страны"65 .

Эта идиллия была нарисована вскоре после второго первомартовского покушения. Вслед за этим открылась новая страница истории, которая наполнила тревогой "благомыслящих" россиян.

* * *

Приведенный иллюстративный материал, использованный нами в очень незначительной доле и почти не затрагивающий радикальной журналистики, показывает, какой огромный отклик в России имела деятельность Интернационала и Маркса. Почти не было газеты и журнала, которые бы не освещали, правда, подчас извращенно, каррикатурно, борьбу авангарда, мирового пролетариата. Интернационал и революционный марксизм будили ненависть и тревогу у господствующих классов. Пролетариат неуклонно вырастал в решающую социальную силу на русской исторической арене. И в этом смысле в самых чудовищных и нелепых фантасмагориях Каткова было зерно истины. Идеи первого Интернационала, идеи революционного марксизма представляли собой действительно страшную опасность для царской России. Овладев массами, они неизбежно должны были победить и победили.


63 "Московские ведомости", 1881 г. 21 июля и 24 августа, и N 122, 1887 г. N 203.

64 В. Безобразов, Социальный вопрос, "Голос", 1879 г., N 359, стр. 2 и N 66 стр. 3.

65 "Московские ведомости", 1887 г., N 63.

Orphus

© libmonster.ru

Permanent link to this publication:

https://libmonster.ru/m/articles/view/I-ИНТЕРНАЦИОНАЛ-В-ОСВЕЩЕНИИ-РУССКОЙ-ЛЕГАЛЬНОЙ-ПЕЧАТИ-К-70-ЛЕТИЮ-СО-ДНЯ-ОСНОВАНИЯ-I-ИНТЕРНАЦИОНАЛА

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Lidia BasmanovaContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://libmonster.ru/Basmanova

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

П. АНАТОЛЬЕВ, I ИНТЕРНАЦИОНАЛ В ОСВЕЩЕНИИ РУССКОЙ ЛЕГАЛЬНОЙ ПЕЧАТИ (К 70-ЛЕТИЮ СО ДНЯ ОСНОВАНИЯ I ИНТЕРНАЦИОНАЛА) // Moscow: Russian Libmonster (LIBMONSTER.RU). Updated: 22.08.2015. URL: https://libmonster.ru/m/articles/view/I-ИНТЕРНАЦИОНАЛ-В-ОСВЕЩЕНИИ-РУССКОЙ-ЛЕГАЛЬНОЙ-ПЕЧАТИ-К-70-ЛЕТИЮ-СО-ДНЯ-ОСНОВАНИЯ-I-ИНТЕРНАЦИОНАЛА (date of access: 18.07.2019).

Found source (search robot):


Publication author(s) - П. АНАТОЛЬЕВ:

П. АНАТОЛЬЕВ → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Lidia Basmanova
Vladivostok, Russia
328 views rating
22.08.2015 (1425 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes

Related Articles
Харизма и ораторское искусство – залог успеха в любом начинании
8 days ago · From Россия Онлайн
Два матерых лжеца предлагают народу поход к иллюзорной опоре, чтобы под шумок движения к ней чистить его карманы. А сила страны — в ней самой. Two seasoned liars offer people a crusade to the illusory support in order to clean their pockets under the guise of movement to it. But the strength of the country is in itself.
Catalog: Философия 
9 days ago · From Олег Ермаков
27 июня в Москве состоялась международная конференция «Споры в Южно-Китайском море и поиск мирного решения». Конференция была организована совместно Международной ассоциацией юристов-демократов (IADL) и Международным фондом "Дорога Мира" в контексте многих напряженных и сложных событий в регионе Южно-Китайского моря. В конференции приняли участие представители из Ассоциации юристов Вьетнама и Вьетнамской Дипломатической академии.
10 days ago · From Марина Тригубенко
Великая Отечественная война оставила столь сильный и незаживающий след в судьбах людей бывшего СССР, что неуместными выглядят жалкие потуги современных некоторых кинематографистов представить это великое событие мировой истории как лёгкую и беззаботную компьютерную "стрелялку". данная статья представляет собой рецензию на фильм "Т-34".
Метафизика исторического процесса. Metaphysics of the historical process.
Catalog: Философия 
15 days ago · From Олег Ермаков
Центральный Совет МОО Ветеранов Тыла Вооруженных сил Российской Федерации (МТО ВС РФ) сердечно поздравляет полковника ветеринарной службы ЗАНОЗИНА АЛЕКСАНДРА ФЕДОРОВИЧА с Днем Рождения, его 97 - летием! Желает доброго здоровья и прекрасных дней на пороге Столетия! Действующий состав и Ветераны Тыла ВС РФ, в частности Военной ветеринарии, любят, уважают, чтут Заслуги уважаемого Ветерана и самого крайнего участника Великой Отечественной войны в военной ветеринарии - АЛЕКСАНДРА ФЕДОРОВИЧА! Передают нынешнему поколению все его наставления, заветы и пожелания! Заместитель председателя Центрального Совета Ветеранов Тыла ВС РФ, генерал-майор ветеринарной службы запаса Виталий Ветров
Роман М. А. Булгакова “Мастер и Маргарита” обладает столь сильной притягательной силой, стал огромным литературным (и не только литературным) событием XX-го века, привлекает громадное число желающих прокомментировать его, расшифровать, объяснить и разъяснить, но, иной раз, эти попытки “разъяснить Булгакова” очень уж бывают похожи на то, как “разъяснил” сову профессора Преображенского симпатичный пёс Шарик. Одному такому "исследованию" великого романа и посвящена данная статья.
БЛИЖНИЙ ВОСТОК: САМЫЙ ПРОДОЛЖИТЕЛЬНЫЙ "КОНФЛИКТ ВЕКА"
26 days ago · From Россия Онлайн

Libmonster, International Network:

Actual publications:

LATEST FILES FRESH UPLOADS!
 

Actual publications:

Загрузка...

Latest ARTICLES:

Latest BOOKS:

Actual publications:

Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
I ИНТЕРНАЦИОНАЛ В ОСВЕЩЕНИИ РУССКОЙ ЛЕГАЛЬНОЙ ПЕЧАТИ (К 70-ЛЕТИЮ СО ДНЯ ОСНОВАНИЯ I ИНТЕРНАЦИОНАЛА)
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate $ to Libmonster ($)

Russian Libmonster ® All rights reserved.
2014-2019, LIBMONSTER.RU is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Russia


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Germany China India Sweden Portugal Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Uzbekistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones