Пятая конференция Европейской Ассоциации по изучению Юго-Восточной Азии (European Association for South-East Asian Studies - EuroSEAS) была организована Неаполитанским Восточным университетом (University of Naples "L'Orientale") под руководством председателя Организационного комитета конференции П. Масины и правлением Ассоциации во главе с П. -И. Ман-

гэном, председателем EuroSEAS в 2004 - 2007 гг. Конференция проходила с 11 по 15 сентября 2007 г. в Неаполе. В ней приняли участие более 400 ученых из европейских стран, а также из государств Юго-Восточной Азии, Японии, Индии, Китая, Австралии, США и Бразилии.

Работа конференции проходила по 38 секциям с самой разнообразной тематикой: "Одухотворенные современности: религии процветания и политика культурной идентичности в современной Азии"; "Политическая экономия нового регионализма в Восточной Азии"; "Традиция и нововведение: споры о юго-восточноазиатском представлении"; "Демонстрируя желание в общественных пространствах"; "Юго-Восточноазиатские коллекции в европейских музеях"; "Концепция "восточного" в законе и управлении юстиции"; "Общественные сети и переход в ЮВА: эмпирические, методологические и теоретические вопросы"; "Национальное самосознание, местная медицина и присвоение терапевтического поля"; "Государство и беззаконие в Индонезии"; "Межнациональный активизм в ЮВА"; "СПИД в ЮВА и Китае: недавние достижения и новые изменения"; "Общественные взгляды на природные катастрофы в ЮВА"; "Нормализация религии в ЮВА"; "Десять лет после Азиатско-Тихоокеанского финансового кризиса"; "Вежливость и общественные отношения в ЮВА"; "Литература - кино - изобразительные искусства: наглядность и переход жанров"; "круглый стол" "Обучение языкам ЮВА в университетах Европы: положение дел, перспективы и пути для двустороннего/многостороннего сотрудничества"; "Нации и воображение"; "Жизнь в памяти: дома, история и общественная/природная окружающая среда в ЮВА"; "Рабы в надписях древней Камбоджи"; "Первые встречи в море: морская ЮВА между Западом и Востоком"; ""Холодная война" в ЮВА 1945 - 1990: новые источники и интерпретации"; "Политика в отношении культуры в регионе АСЕАН"; "Женские движения в ЮВА"; "Восточный Тимор: как создать новую нацию в ЮВА в XXI в."; "Память: социальное сознание и перенос"; "Местность в цене: двусмысленные стратегии доступа к земле и природным ресурсам в ЮВА"; "Политика постконфликтного Аче: всесторонний анализ и сравнительные перспективы"; "Зачем обрабатывать? Понимание прошлого и настоящего выбора, возврат к земледелию в ЮВА"; "Длительные конфликты - оппозиция автократическим центрам и устойчивость сообществ этнических меньшинств в ЮВА"; "Досовременные поселенческие процессы в ЮВА"; "Преобразуя ислам и политику: о плюрализме и религиозности в ЮВА"; "Демократия в ЮВА: внутренняя и внешняя динамика"; 'Тендер и ислам в ЮВА"; "Таксин - ok pai! Политический кризис в Таиланде 2006 г.", "Пересмотренные границы: заново утверждая национальные государства в современной ЮВА"; "Женщины-писательницы и ЮВА"; "Традиционное образование и системы ученичества в ЮВА".

Помимо научных секций конференция включала семинар по бизнесу "Экономическое сотрудничество с Юго-Восточной Азией".

На открытии конференции с приветствиями в адрес участников форума выступили ректор Неаполитанского Восточного университета П. Сириело, председатель правления EuroSEAS П.-И. Мангэн, мэр Неаполя Руссо Джерволино, послы Индонезии, Малайзии и Вьетнама в Италии. П. -И. Мангэн рассмотрел, в частности, вопросы дальнейшего развития Ассоциации, отметив ее фундаментальный вклад в изучение ЮВА и отношения с другими странами.

На конференции выступили: декан азиатского факультета Неаполитанского Восточного университета Ф. Маццеи, председатель Европейской Ассоциации исследовательских и обучающих институтов (EADI) Ж.-Л. Морер, директор Центра по изучению "третьего мира" при Филиппинском университете Т. Инкарнасьён Тадем и бывший посол Италии в Индонезии и лектор Неаполитанского Восточного университета Ф.-М. Греко.

Ф. Маццеи высказал идею пересмотра мировой истории с переориентацией ее на Восток. С его точки зрения, Запад ничего не мог предложить Востоку до начала XIX в., следовательно, именно Восток был центром мирового развития. Запад занял господствующие позиции почти на два столетия, однако сейчас все вернулось на круги своя. Аргументация докладчика строилась на хорошо известных фактах и не содержала ничего принципиально нового по сравнению с материалом, собранным нашим коллегой А. М. Петровым в его блистательных трудах, посвященных экономическим связям Востока и Запада. Ф. Маццеи основывался в теоретическом отношении на трудах Э. Саида и не обращал внимания на причины взлета Запада в начале XIX столетия.

Тема выступления Ж.-Л. Морера - история EuroSEAS. Он особенно подчеркнул вклад в ее создание и развитие ныне покойного Д. Ломбара, одного из наиболее ярких историков и обществоведов Франции во второй половине XX в., крупного организатора международных конференций и глубокого знатока яванской истории.

Т. И. Тадем коснулась вопросов экономических связей ЮВА и Китая: является ли ЮВА самостоятельным игроком, центром на международной арене или это подчиненное звено в Азиатско-Тихоокеанском регионе, где доминирует Китай? Если же расширить предмет рассмотрения, то можно даже говорить о "Киндии" ("Chindia") - "Китае + Индии" как доминантах мирового развития.

Ф. -М. Греко рассматривал тенденции развития региона, предложив избегать как чрезмерного пессимизма, так и чересчур радостного оптимизма в отношении перспектив ЮВА на мировой сцене. Не разделяя мрачных прогнозов на окончательное подчинение ЮВА Китаю, он тем не менее полагает, что избежать этого можно, только разработав общие решения по целому комплексу проблем на уровне АСЕАН. Лишь на пути дальнейшей интеграции у ЮВА есть самостоятельное будущее.

Далее работа конференции шла в секциях. Автору данного обзора удалось посетить лишь некоторые из них. Секция "Рабы в надписях древней Камбоджи" была организована Э. Бурдоне из Французской школы Дальнего Востока (Ecole Francaise d'Extreme Orient - EFEO) и Г. Герсхаймером из Практической школы высших исследований, Франция (Ecole Pratique des Hautes Etudes -EPHE).

Доклад Э. Бурдоне "Рабство в недавней историографии древней Камбоджи" открывал заседание секции. Бурдоне отметил, что если в ранних трудах по истории древней и средневековой Камбоджи термин knum однозначно трактовался как "раб", то теперь историки и эпиграфисты задаются вопросом: что такое раб и рабство как форма зависимости в собственном смысле слова? На основании этнографических сведений можно заключить, что в ЮВА существовали многие формы зависимости, поэтому решение вопроса о рабстве требует формулировки минималистского определения понятия "рабство" как такового. Хотя привлечение сравнительных данных из других обществ, знавших институт рабства, продолжает оставаться обязательным для ученых, желательна экспликация принятых допущений о том, что будет называться рабством в отношении изучаемых документов по древней Камбодже.

С. Сахаи (Индийский институт продвинутых исследований, Симла) утверждал, что западное понятие "раб" не может прилагаться ко всем случаям упоминания санскритских и древнекхмерских терминов, привычно переводимых как "раб". Эти термины (dasa и knum в первую очередь) не означают "раб" в западном понимании. Изучать следует многообразные формы привлечения трудовых ресурсов (рабочей силы) в древней Камбодже.

Г. Герсхаймер обратил внимание на "рабов-иностранцев" (экзогенное рабство), которых дарят божеству, т.е. имеется в виду передача богатства божеству дарителем/жертвователем. Это, по мнению Г. Герсхаймера, свидетельствует о переходе собственности (svatva) (эта теория была разработана в Индии). Исследователь полагает, что внимание к этой процедуре помогает уточнить статус раба и сущность рабства в древней Камбодже.

Д. Сутиф (Paris-III, Франция) в докладе "Считая рабов" обратил внимание на списки служителей храма, причисленных к "владению бога". Эти служители, судя по данным из храмового комплекса Лолей (конец XI в.), приравнивались к остальному имуществу. Д. Годаль (EFEO, Франция) посвятил доклад изучению шиваитской ономастики в надписях древней Камбоджи. Ж. Естэв (ЕРНЕ, Франция) подчеркнула роль буддийских терминов для выявления различных форм зависимости, обнаружив в одной из надписей термин aramika ("садовник").

Э. Бурдоне выступил еще с одним докладом об эволюции значений терминов lon и ten. Вплоть до конца XI в. они обозначали высокопоставленных чиновников - потомков правящей династии, тогда как в эпоху правления так называемой династии Махидхарапуры, начавшейся с Джайявармана VI в 1080 г., они использовались для указания на зависимый статус приписанного к храмам населения, соединяясь в первую очередь с термином knum. По мысли исследователя, это свидетельство "глубокой политической и общественной революции", приведшей к утрате своего положения значительной частью старых аристократов.

Секция "Досовременные поселенческие процессы в Юго-Восточной Азии" была организована П. -И. Мангэном (EFEO и Centre Asie du Sud-Est, CNRS-EHESS) и М. Шаррас (Centre Asie du Sud-Est, CNRS-EHESS).

Мациар Фаларти (Квинслендский университет технологий, Австралия) в докладе "Досовременный малайский контроль над морскими путями сообщений: случай Кедаха" пришел к выводу о теснейшей связи могущества правителя и общин морских кочевников (orang laut). Кедах располагался на Малаккском полуострове. Именно совместные действия правителя Кедаха и во-

ждей морских кочевников обеспечивали первому из них контроль над морскими путями. Была установлена значительная роль лаксаманы - начальника флота Кедаха, которого в источниках часто называют panglima laut или raja di-laut ("царем морей") - как посредника между правителем и вождями морских кочевников. Кедах XVII-XIX вв. имеет много общего с другими морскими политиями ЮВА: султанатом Джохор и более ранним Малаккским султанатом. Особенность Кедаха заключается в его связях с морскими общинами самых разных областей ЮВА: с бугами Сулавеси и выходцами из Сиака на Восточной Суматре или с Южных Филиппин. Чтобы обеспечить верность морских кочевников, правители Кедаха прибегали к магическим средствам, прежде всего к принесению клятвы minum sumpah, что напоминает известный обычай Шривиджайи.

А. О. Захаров (ИВ РАН, Россия) выступил с докладом "Теория города-государства и Шривиджайя". Был предложен сравнительный анализ теоретической модели города-государства, разработанной М. Хансеном, и эмпирических данных о древнемалайской политии Шривиджайи. По мнению исследователя, рассмотренная теоретическая модель не может быть применена к Шривиджайе. В то время как с определенными допущениями можно говорить о "городе-столице" Шривиджайи в Палембанге, вести речь о "государстве" Шривиджайя представляется крайне затруднительным: нет свидетельств существования административного аппарата, личные связи явно превалировали над любым видом формальных (по крайней мере, значительная часть населения была подвижной, если судить по письменным источникам). Для описания политического устройства древнемалайского царства сформулировано понятие "города-политии". А. О. Захаров отметил и общую слабость теории города-государства, основанную на чрезмерном увлечении идеально-типическим способом категоризации явлений.

П. -И. Мангэн в докладе "Поселения пенеплена Южной Суматры в доисторическую и шривиджайскую эпоху" познакомил слушателей с материалами своих многолетних археологических изысканий. Найдены многочисленные сооружения и статуи, датирующиеся как первыми веками новой эры, так и временем возникновения древнемалайской политии - VI-VII вв. От первой половины 1-го тыс. н.э. дошли плиточные погребения (slab graves), мегалитические сооружения и керамика. В Сараваке обнаружены статуи Будды. Интересно, что побережье Суматры выглядит пустым: археологам не удалось обнаружить каких-либо свидетельств этого времени. По мнению Мангэна, политические структуры того времени были вождествами. Переходя к эпохе возникновения и развития Шривиджайи, исследователь отметил, что множество керамических изделий, имеющих китайское происхождение, свидетельствует о важной роли торговли в жизни Шривиджайи. Центром политии в эпоху ее зарождения был, несомненно, Палембанг. Археологически засвидетельствованы многочисленные "места" (sites) на узком участке в долине реки Муси длиной в 12 км. В Каранг Брахи, одном из мест обнаружения шривиджайских надписей, раскопаны поселения, монументы, найдена керамика. Буддийская религия действительно господствовала в Шривиджайе: обнаружены статуи Будды и Авалокитешвары (хотя в Кота Капур на острове Банка найден вишнуитский храм VI в.). Обнаружены и довольно многочисленные чанди. VIII и начало IX столетия выглядит довольно загадочно: свидетельств этого времени не найдено, тогда как в IX-XII вв. снова развивается система поселений, центр которой в XI в. переместился в долину Батанг Хари, где располагался древний центр Мелайю/Джамби.

М. Шаррас рассказала о хинтерланде (округе) Палембанга и его значении для возникновения и развития Шривиджайи. По ее мнению, наличие золота и бензойной смолы, равно как и ароматических смол, могло способствовать возвышению Палембанга как центра политии, тогда как саго и начиная с XIII в. рис обеспечивали население Шривиджайи стабильным продуктом питания. Из саго делали хлеб в форме пудингов и пресных лепешек. Впрочем, в докладе М. Шаррас не упоминалась кокосовая пальма, тоже служившая пищей жителям Шривиджайи.

Доклад С. Сахаи, уже выступившего на секции по Ангкору (см. выше), был официально посвящен системе поселений Ангкорской Камбоджи, но в действительности представлял собой рассказ о всей Юго-Восточной Азии в представлении докладчика. Важный тезис его сообщения: основание города всегда начиналось с закладки и постройки храма/храмового комплекса. Другое наблюдение тоже смотрится многообещающе: в надписях Ангкорской империи известны примеры купли-продажи храмов, что подлежит дальнейшему исследованию. Обсуждая доклад, П. -И. Мангэн отметил, что древнемалайские системы расселения привели его к выводу о существовании "городов на воде" (cities on the water), в которых, однако, центром выступали храм или святилище на горе, примером чего служит священный холм Букит Сегунтанг в Палембанге.

Ф. Шебо (ЕРНЕ, Франция) рассмотрел историческую географию Чампы по разным картам и архивным документам начиная с XV в. Н. Кровольски и Нгуен Тунг (Centre Asie du Sud-Est, CNRS-EHESS, Франция) посвятили доклад истории вьетнамской провинции Куангнам и особенно ее роли в истории вьетского "похода на юг" (nam tiet). A. -B. Швейер (Centre Asie du Sud-Est, CNRS-EHESS, Франция) обратилась к надписям древней Чампы для ответа на вопрос о выражении в них территориальной экспансии государства. Но ее доклад касался скорее характеристики самого корпуса надписей. Э. Берли (Centre Asie du Sud-Est, CNRS-EHESS, Франция) сделала доклад о древнем царстве народа мао Каусамби с упором на археологические раскопки в Верхней Бирме. На основании этих данных можно говорить о высокой степени урбанизации общества мао по сравнению с современным ему Паганским царством (XI-XIII вв.): первая столица Мао Селан занимает площадь 125 га, тогда как паганские города в среднем имели площадь 25 - 30 га.

В секции "Литература - кино - изобразительные искусства: наглядность и переход жанров" отметим три доклада. В. И. Брагинский (School of Asian and African Studies, London) привлек внимание слушателей к суфийской концепции наглядности и "освещающим эффектам" в малайских повествованиях. С. С. Кузнецова (Лондон) показала переход и взаимопроникновение жанров на примере знаменитой хроники "История Явы" (Babad Tanah Jawi) и фильмах, основанных на сюжете этого яванского текста, снятых индонезийскими режиссерами. Е. С. Кукушкина (ИСАА при МГУ, Россия) исследовала модели визуализации в современной малайской драме, прежде всего в творчестве Самад Саида и Нордина Хасана.

В рамках работы конференции состоялась генеральная ассамблея EuroSEAS. На ней было сформировано новое правление, избраны председатель и секретарь ассоциации. Ими стали организатор конференции в Неаполе П. Масина и его помощница М. Серимеле. Россию в правлении EuroSEAS представляют В. В. Сумский (ИМЭМО) и В. Н. Колотов (Восточный факультет СПб.ГУ). Автор настоящего обзора вошел в состав Ассоциации на конференции в Неаполе. Следующая конференция EuroSEAS состоится в 2010 г., предположительно в Германии.

Подводя итоги, можно утверждать, что участие в работе Пятой конференции EuroSEAS было крайне полезным для научного роста всех докладчиков и развития научных связей с коллегами.

Постоянный адрес данной публикации: