Весьма необычной выдалась судьба сына боярина Ивана Юрьевича Голицына Андрея, прозванного Скурихой.

Вместе со старшим братом Иваном (Шпаком, "рекомым" Моисеем) летом 1579 г., во время подготовки очередного Ливонского похода русских войск, князь Андрей числился в рындах с саадаком у царевича Ивана Ивановича¹ . А. И. Голицын принимал участие в свадьбе Ивана Грозного с Марией Нагой и был назначен встречать в Москве папского посла А. Поссевино, а в начале царствования Федора нес "береговую" службу, в частности, в Калуге, где размещался выдвинутый против крымцев передовой полк² .

В 1582 - 1602 гг. Андрей Иванович многократно, едва ли не чаще других видных дворян, вступал в местнические споры: пять раз с Т. Р. Трубецким (при царе Борисе тяжбу с потомком Гедимина вел и А. В. Трубецкой), уступив в трех случаях, два раза - с П. И. Буйносовым-Ростовским, а также с А. И. Шуйским, А. П. Куракиным, Б. К. и В. К. Черкасскими, И. М. Глинским (последний вышел победителем, а вот Куракина и однажды Буйносова Голицыну удалось одолеть; исход остальных столкновений неясен)³ . В 1588 г. князь Андрей даже просидел, получая по алтыну на день из собственных денег, две недели в тюрьме в Дедилове, "за то, что ... писал к государю так, как холопы к государям не пишут", но все же отказался занять менее значимую воеводскую должность, чем доставшуюся Т. Р. Трубецкому, и был "взят к Москве". Назначенный в следующем году в передовой полк, Голицын снова затеял местнический спор с воеводой большого полка Тимофеем Романовичем. Как сообщается в "разрядах", князь Андрей "розболелся, бутто болен, не хотя в меньших быти"⁴ .

В боярском списке 1588 - 1589 гг. Голицын назван в числе дворян московских с пометами о назначении в Дедилов - "поговорить". Последнее замечание, свидетельствовавшее, что "посылка" Андрея Ивановича на службу не исключалась, дала возможность А. Л. Станиславскому считать князя опальным⁵ . Недаром в перечне дворян, намеченных в шведский поход царя Федора, было сказано: Голицын - "в деревне". Но в этом походе его определили головой или "посылошным" воеводой государева полка⁶ . В декабре 1590 г. в чине стольника князь Андрей встречал польско-литовских послов, затем находился "на берегу" (в Кашире и Калуге), а "в царев приход, как крымской приходил под Москву", выполнял "осадную службу" в Китай-городе⁷ .

В статейном списке приема в Москве австрийского посла А. Бурграфа от 22 мая 1597 г. Голицын впервые значится как боярин⁸ . Применительно к концу того же года, то есть к исходу "державства" Федора Ивановича, А. А. Зимин и А. П. Павлов

Солодкин Яков Григорьевич - доктор исторических наук, профессор Нижневартовского государственного педагогического университета.

стр. 133

относят "Скуриху" к окружению Романовых⁹ . Сразу после смерти наследника Грозного князя послали на воеводство в Псков. Возможно, Борис Годунов решил удалить Голицына из Москвы как сторонника Ф. Н. Романова, претендовавшего на трон. К "Утверженной грамоте" 1598 г. князь Андрей "руку приложил" за себя и брата Ивана, приехав, по мнению А. А. Зимина, на время из Пскова в "царствующий град"¹⁰ .

По возвращении с воеводства, которое он занимал как минимум два с половиной года, Голицын разбирал местнический спор СВ. Кузьмина и И. В. Милюкова, а в сентябре 1602 г., согласно разрядным записям, встречал в Москве датского королевича Иоганна - жениха царевны Ксении. Впрочем, в Пискаревском летописце утверждается, будто "за месты" с князем Т. Р. Трубецким Андрей Иванович был единственным из бояр, который отсутствовал на приеме этого принца и "за столом не сидел"¹¹ . В том же частном летописце, сохранившем фрагменты летописания Голицыных¹² , под 1602/1603 г. сообщается, что "Скуриха" "принял иноческий образ ... дивною притчею", став отныне Дионисием¹³ . 2 января 1603 г. князь Андрей дал вклад по отце в Троице-Сергиев монастырь¹⁴ . Быть может, именно там и тогда Голицын сделался "чернецом". По мнению Р. Г. Скрынникова, князь принял постриг не позднее 1603 г., вслед за неудачным местническим спором с Трубецким, отказавшись явиться во дворец, и тем самым бросил вызов царю Борису¹⁵ . Однако Андрей Иванович стал иноком по меньшей мере через три с лишним месяца после очередной тяжбы с ненавистным ему Т. Р. Трубецким. Обстоятельства, при которых боярин превратился в монаха, остаются неясными, и считать такой шаг Голицына как вызов новому московскому государю представляется преувеличением. К тому же осенью 1604 г. жена князя Анна в поход против самозванца выставила 16 всадников¹⁶ .

В конце XVII в. одного из Голицыных называли внуком изменника, который при "расстриге" "в Яузских воротах был проповедником". С точки зрения Скрынникова, это был Дионисий, агитировавший москвичей в пользу Лжедмитрия I в мае 1605г., за что вельможного инока сослали в Кирилло-Белозерский монастырь. Туда Голицын прибыл 30 мая, а уже через десять дней, узнав о восстании в столице, "съехал" обратно ¹⁷ . В. И. Ульяновский, считающий упомянутого агитатора из Голицыных князем Василием Васильевичем, находит, что Дионисия сослали то ли за предательство Годуновых, то ли за переход его братьев в стан самозванца⁸ .

Во второй половине 1606 г. Дионисий был в числе старцев Иосифо-Волоколамского монастыря. По словам Скрынникова, дабы усыпить бдительность мятежных атаманов, угрожавших богатой обители, бывший боярин радушно принял их в "доме" преподобного Иосифа и щедро одарил¹⁹ . Но из приходо-расходных книг этого монастыря известно, что в октябре 1606 г. атаманы Василий Шастов и Солома получили там деньги, "чтоб монастырских сел не жгли и людей не грабили", "с собору"²⁰ , а не от Голицына. В Пискаревском летописце говорится, что когда "воровские" казаки этих атаманов (Василий, правда, называется Шестаковым) пришли в обитель, "оманом перепоя, старец Деонисий" их "велел побити, а от радных (предводителей. - Я. С. ) переимати и послати к Москве ко государю"²¹ .

17 июля 1610 г., то есть в день низложения Василия Шуйского, кирилло-белозерский игумен Матфей привез Дионисия Голицына "с собою с Москвы" по царскому приказу²² . Вероятно, накануне князь-инок участвовал в интригах против "несчастливого" государя, которому пришлось одновременно вести борьбу и с Сигизмундом III, и с "Вором", обосновавшимся в Калуге.

В 1612/1613 г. Дионисий сделал в "Кириллов" вклад на 50 рублей²³ . Оставался ли Голицын тогда в этой обители или вернулся на "Волок", если не в Москву, мы не знаем. Три года спустя, уже после избрания на престол Михаила Федоровича, Дионисий вместе с архимандритом Чудова монастыря Авраамием и игуменом Богоявленской обители Симеоном состоял в приказе сбора пятинных и запросных денег. Голицын ведал продажей казенной "рухляди", собирал чрезвычайный налог - "деньгу"²⁴ . Недаром в 1616 г. князю, удостоившемуся боярского звания от Федора Ивановича, новый государь пожаловал село Никольское²⁵ . Среди судей того же приказа Голицын мог находиться до 1618 г., когда тот прекратил существование. Дионисий был жив еще в сентябре 1623 г., когда (это весьма знаменательно) "ел" за патриаршим столом²⁶ : Патриарху Филарету, а заодно и его сыну - царю, Голицын приходился родственником. Возможно, в то время он оставался старцем Кирилло-Белозерского монастыря, где его и похоронили²⁷ .

Таким образом, князь Андрей, отличившийся как местник, с принятием пострига не раз выступал на политическом поприще в качестве противника Годуновых и Василия Шуйского, а в начале царствования Михаила Федоровича выполнял ответственные финансовые поручения.

стр. 134

Примечания

1. Разрядная книга 1475 - 1598 гг. М. 1966, с. 293, 295 - 296; Разрядная книга 1475 - 1605 (далее. - РК). Т. III, ч. I. М. 1984, с. 92.

2. ЛИХАЧЕВ Н. Библиотека и архив Московских Государей в XVI столетии. СПб. 1894. Прил., с. 21; СТОРОЖЕВ В. Материалы для истории русского дворянства. Вып. 2. М. 1908, с. 57; Разрядная книга 1475 - 1598 гг., с. 353; РК. Т. III, ч. I, с. 173; т. III, ч. II. М. 1987, с. 47, 54, 70.

3. См. ЭСКИН Ю. М. Местничество в России XVI-XVII вв. Хронологический реестр. М. 1994, с. 74, 88, 89, 92, 100, 106, 107, 114, 124, 125.

4. Разрядная книга 1559 - 1605 гг. М. 1974, с. 234, 247; РК. Т. III, ч. II, с. 112, 115, 133, 140; СКРЫННИКОВ Р. Г. Россия накануне "смутного времени". М. 1981, с. 63, 192, прим. 61 (Скрынников, допуская неточность, пишет о местническом споре А. И. Голицына с Н. Р. Трубецким). В 1589 г. А. И. Голицына пожаловали за службу вотчиной в Тарусском уезде - селом Подмоклово, накануне являвшимся дворцовым, а прежде принадлежавшим отцу князя Андрея (Акты служилых землевладельцев XV - начала XVII века. Т. 2. М. 1998, с. 104). Тогда, кстати говоря, князь, живший в московском Кремле, имел двор в Туле. См. Писцовые книги XVI века. СПб. 1877. Отд. 2, с. 1087; ВОСКОБОЙНИКОВА Н. П. Описание древнейших документов архивов московских приказов XVI - нач. XVII в. М. 1994, с. 95.

5. Боярские списки последней четверти XVI - начала XVII в. и роспись русского войска 1604 г. Ч. 1. М. 1979, с. 125; СТАНИСЛАВСКИЙ А. Л. Боярские списки в делопроизводстве Разрядного приказа. В кн.: Актовое источниковедение. М. 1979, с. 137.

6. Боярские списки ... Ч. 1, с. 275; Разрядная книга 1475 - 1598 гг., с. 415; РК. Т. III, ч. II, с. 157.

7. Разрядная книга 1475 - 1598 гг., с. 439, 463, 475; Разрядная книга 1559 - 1605 гг., с. 273; РК. Т. III, ч. II, с. 180, 214; т. III, ч. III. М. 1989, с. 34, 56; Полное собрание русских летописей (ПСРЛ). Т. 34. М. 1978, с. 197.

8. См. ЛИХАЧЕВ Н. П. Новое родословие князей Голицыных. СПб. 1892, с. 15. А. П. Павлов находит, что в бояре Голицына пожаловали из дворян московских (ПАВЛОВ А. П. Государев двор и политическая борьба при Борисе Годунове (1584 - 1605 гг.). СПб. 1992. с. 117).

9. ЗИМИН А. А. В канун грозных потрясений. Предпосылки первой Крестьянской войны в России. М. 1986, с. 216; ПАВЛОВ А. П. Ук. соч., с. 56, 58 - 59. Известно, что на сестре князя Андрея был женат А. Н. Романов. См. ЯКОВЛЕВ А. Приказ сбора ратных людей 146 - 161 (1637 - 1653) гг. М. 1917, с. 122.

10. Разрядная книга 1475 - 1598 гг., с. 534; РК. Т. IV, ч. I. М. 1994, с. 4 - 7, 107; СКРЫННИКОВ Р. Г. Россия..., с. 201, прим. 98; ЗИМИН А. А. Ук. соч., с. 291, прим. 67.

11. Разрядная книга 1559 - 1605 гг., с. 346; Разрядная книга 1550 - 1636 гг. Т. II, вып. I. М. 1976, с. 204; РК. Т. IV, ч. I, с. 136; ПСРЛ. Т. 34, с. 203; Отдел рукописной и редкой книги Российской национальной библиотеки. Эрмитажное собр. N 390, л. 946 об.

12. См.: Русское средневековье. 2000 - 2001 гг. М. 2002, с. 85 - 88. Л. Е. Морозова не исключает, что Пискаревский летописец вышел из-под пера Андрея (Дионисия) Голицына (МОРОЗОВА Л. Е. Смута начала XVII века глазами современников. М. 2000, с. 349). Скорее последний мог быть автором фамильного летописца, ставшего источником компиляции, сохранившейся в собрании Д. В. Пискарева.

13. ПСРЛ. Т. 34, с. 204.

14. Вкладная книга Троице-Сергиева монастыря. М. 1987, с. 135.

15. СКРЫННИКОВ Р. Г. Социально-политическая борьба в Русском государстве в начале XVII века. Л. 1985, с. 267. По мнению А. П. Павлова, князь Андрей стал монахом, испытав немилость избранного "землей" царя (ПАВЛОВ А. П. Ук. соч., с. 62, прим. 63).

16. Боярские списки ... Ч. 2. М. 1979, с. 59. Это свидетельствует о том, что Голицын был крупным земельным собственником. В 1613 г. в распоряжении его жены и сыновей Ивана и Андрея значилось старинных вотчин на 1058 четвертей. Родовые земли числились позднее и за дочерями князя Ириной и Федорой. См. ПАВЛОВ А. П. Ук. соч., с. 183 - 184.

17. СКРЫННИКОВ Р. Г. Социально-политическая борьба..., с. 267. Об этом известно по кирилло-белозерскому летописцу. См. Описание славянских и русских рукописных сборников Публичной Библиотеки. СПб. 1880, с. 38; УЛЬЯНОВСКИЙ В. И. Летописец Кирилло-Белозерского монастыря 1604 - 1617 гг. В кн.: Книжные центры Древней Руси. XVII век. Разные аспекты исследования. СПб. 1994, с. 119, 129 - 130, 139.

18. УЛЬЯНОВСКИЙ В. И. Российские самозванцы: Лжедмитрий I. Киев. 1993, с. 47, 78, 79.

19. СКРЫННИКОВ Р. Г. Смута в России в начале XVII в. Иван Болотников. Л. 1988, с. 124.

20. Восстание И. Болотникова. Документы и материалы. М. 1959, с. 302, ср. с. 312, 418, комм. 398.

стр. 135

21. ПСРЛ. Т. 34, с. 215. Скрынников в "радных" почему-то усматривает детей боярских.

22. УЛЬЯНОВСКИЙ В. И. Летописец..., с. 120, 130, 139. Утверждение о смерти А. И. Голицына в 1607 г. (см. Материалы для полной родословной росписи князей Голицыных, собранные князем А. И. Голицыным. Киев. 1880, с. 9) ошибочно.

23. См. НИКОЛЬСКИЙ Н. Кирилло-Белозерский монастырь и его устройство до второй четверти XVII века (1397 - 1625). Т. 1, вып. 2. СПб. 1910. Прил., с. 179. Известны и вклады А. И. Голицына в митрополичий дом и Железноборокский монастырь близ Костромы (Акты феодального землевладения и хозяйства. Ч. 3. М. 1961, с. 374; УЛЬЯНОВСКИЙ В. И. Российские самозванцы..., с. 79, прим.).

24. ВИКТОРОВ А. Описание записных книг и бумаг старинных дворцовых приказов 1584- 1725 г. Вып. 1. М. 1877, с. 54; БОГОЯВЛЕНСКИЙ С. К. Приказные судьи XVII века. М. - Л. 1946, с. 155, 246.

25. См. УЛЬЯНОВСКИЙ В. И. Летописец..., с. 130.

26. ПИСАРЕВ Н. Домашний быт русских патриархов. Казань. 1904. Прил., с. 79 - 80.

27. См. НИКОЛЬСКИЙ Н. Ук. соч. Т. 1, вып. 1. СПб. 1897, с. LXXX1II. Память Дионисия Голицына, согласно келарскому обиходнику Кирилло-Белозерского монастыря, отмечалась 10 июня (УЛЬЯНОВСКИЙ В. И. Российские самозванцы..., с. 79, прим.).

Постоянный адрес данной публикации: