В. Ф. ВАСИЛЬЕВ. ИСТОРИЯ МЬЯНМЫ/БИРМЫ. XX ВЕК. М.: ИВ РАН, Крафт+, 2010, 424 с. (История стран Востока. XX век)

Рецензируемая монография недавно ушедшего от нас В. Ф. Васильева - еще одно исследование из основанной Институтом востоковедения РАН в 1999 г. серии "История стран Востока. XX век" - посвящена истории страны, о которой нам не так много известно в последнее двадцатилетие из-за ее закрытости и изолированности от внешнего мира после государственного переворота и прихода к власти в сентябре 1988 г. новой военной группировки.

Хотя в заглавии хронологические рамки исследования ограничены XX в., по существу данная работа - широкое историческое полотно, раскрывающее сложную драматическую судьбу страны, начиная со средневековья (описанного конспективно) до первых лет нынешнего столетия. Сильная сторона рецензируемого труда - фундаментальность, что свойственно научной школе акад. А. А. Губера, чьим талантливым учеником был В. Ф. Васильев. Исследование проведено на базе широкого круга источников, информационных материалов, научных и публицистических работ бирманских, отечественных и зарубежных ученых. Особенно ценно то, что научные труды ряда бирманских и зарубежных историков введены в научный оборот в нашей стране впервые.

Исследование исторического процесса автор предваряет изложением вопроса об официальном переименовании в июне 1989 г. Бирмы в Мьянму (гл. I). Такое начало книги представляется вполне оправданным, так как без этого разъяснения читателю было бы непонятно, почему в заглавии дано двойное название и почему в одних случаях употребляется название "Бирма", а в других - "Мьянма". По сути никакого внутреннего, национального переименования не произошло, пишет автор: "Мьянма" - самоназвание, исконно применяемое бирманцами в отношении себя и своей страны на родном языке. Формально изменение коснулось только официального англоязычного названия "Myanma" вместо "Burma" (кстати, новое название не принято в США и Западной Европе). Автор книги использует оба названия страны в зависимости от исторического периода: до 1989 г. - Бирма, после 1989 г. - Мьянма, или двойное - Мьянма/Бирма. Рецензент придерживается этого же правила.

В монографии проанализированы не только политические, но и социально-экономические процессы в стране, что составляет ее бесспорное достоинство. Концептуально исторический процесс в Мьянме/Бирме автор рассматривает как затянувшийся формационный кризис, который начался, по его мнению, "со времени достижения независимости" (с. 15). На протяжении всего исследования ученый старался подкрепить свою позицию конкретным историческим материалом и показать, в каких формах и масштабах особенно остро проявлялся этот кризис. Итогом всестороннего анализа хода исторического развития страны стал неутешительный вывод о том, что "последние три века, по меньшей мере с династии Конбаунов, Бирма все время "искала себя" и, как мы видим, "не нашла" до сих пор" (с. 15). Нельзя не согласиться с точкой зрения автора по поводу кризиса и "исканий" Бирмы, но вряд ли можно утверждать, что она "не нашла себя" до сих пор. После 1988 г. страна развивается по капиталистическому пути, хотя и в уродливых формах (а разве в нашей стране по классическим образцам?).

Тот отрезок исторического процесса, который стал главным объектом обстоятельного исследования В. Ф. Васильева, состоит из двух практических равных по продолжительности периодов: колониального (1885 - 1947) и постколониального (1948 - 2000), когда страна развивалась как суверенное государство. Автор разделил весь исследуемый исторический период на семь

узловых этапов и охарактеризовал основные тенденции политического и социально-экономического развития страны на каждом из них.

Рассматривая первый этап колониальной истории Бирмы (1985 - 1914) (об этом периоде В. Ф. Васильев уже писал)¹, автор внес в текст много нового, прежде всего обобщающего и оценочного материала, из которого видно, что это был крайне важный период исторического развития страны, когда произошли решающие политические, экономические и социальные перемены, определившие ход ее дальнейшего развития. Автор показал, как развернулось антианглийское движение сопротивления, длившееся до середины 1890-х гг., как изменился государственный статус страны, как устанавливалась британская система управления страной после ее превращения в колонию и присоединения к колониальной Индии в виде ее отдельной провинции, как происходила ломка общественного строя феодальной эпохи и активно формировались новые социальные и экономические структуры, как начиналось национальное пробуждение бирманского общества. По мнению автора, в политическом плане "это был период спокойного эволюционного развития, при котором противоречия между иностранными завоевателями и национальными силами еще не выявились в полной мере" (с. 90). Но в экономическом отношении этому этапу принадлежит особое место, ибо шло бурное экономическое развитие страны "в колониально-капиталистическом русле" (там же).

В. Ф. Васильев справедливо утверждает, что "такое развитие выводило Бирму из прежнего феодального циклического застоя и вводило в мировой исторический процесс" (с. 48.). При этом он считает, что именно в эти десятилетия Бирма совершила переход от замкнутой потребительской экономики феодального типа к экономике открытой, рыночной и ориентированной на экспорт (с. 66). Здесь с автором все же нельзя согласиться полностью: во-первых, в эти годы еще далеко не вся экономика Бирмы оказалась захваченной таким процессом (авторская оценка может быть отнесена только к экономике Нижней Бирмы, активное хозяйственное освоение которой началось вскоре после ее аннексии в 1852 - 1853 гг.); во-вторых, хотя экономика Бирмы, особенно ее южных районов, действительно была сориентирована на рис и страна стала одним из крупнейших в мире его производителей и экспортеров, это отнюдь не значит, что вся ее экономика стала открытой и рыночной. Действие законов рынка и в более поздние времена распространялось лишь на часть ее экономического пространства, прежде всего на Нижнюю Бирму.

По оценке автора, в социальной структуре общества также произошли "разительные перемены". Он совершенно по-новому подошел к исследованию этого сложного вопроса: "В условиях развивающегося колониально-капиталистического общества неуместно подчеркивание противопоставления "буржуазия-пролетариат" и вообще классового начала" (с. 72). В конце XIX - начале XX в. бирманское общество в социальном отношении стало чрезвычайно пестрым в результате включения в общественный процесс помимо различных слоев коренного населения европейцев, индийцев, китайцев и других очень разных в социальном плане групп. Исходя из этого, автор счел, что "складывание социальной структуры колониальной Бирмы лучше всего описать в понятиях концепции плюралистического общества" (с. 74), которая принята в научной среде Запада. Можно признать, что такой подход плодотворен и помогает разобраться в сложном переплетении социальных групп Бирмы того времени, однако автор не отошел полностью от классовой теории и помимо концепции плюралистического общества воспринял также идею классовой структуры в рамках плюралистического общества, предложенную западными исследователями М. Адасом и Р. Тейлором (в частности, идею "бирманского среднего класса"). Как считает В. Ф. Васильев, именно представители бирманского среднего класса сыграли особую роль в национальном пробуждении Бирмы в начале XX в. В отношении этого весьма интересного раздела у рецензента есть некоторые оговорки: во-первых, из текста не совсем понятно, что представлял из себя бирманский средний класс в начале XX в.; во-вторых, вряд ли вполне правомерно безоговорочно распространять на Бирму начала XX в. категории социологии современного западного общества.

Второй этап исторического развития Бирмы (1914 - 1938) охарактеризован автором как бурный и противоречивый (гл. V). В монографии обстоятельно описано, как нарастали противоречия между колониальными властями и национальными патриотическими силами, как усиливалась политизация общества, как на основе различных антиколониальных программ формировались партии и объединения, развернулось движение за реформирование колониального управления. В тот период произошло мощнейшее антиколониальное крестьянское восстание (1930 - 1932),

¹ См.: В. Ф. Васильев. Очерки истории Бирмы. 1885 - 1947. М.: ИВЛ, 1962.

принята Конституция (1935), Бирма была отделена от Индии, радикальное движение такинов начало борьбу за полную независимость страны.

Третий этап бирманской современной истории (1939 - 1945) (гл. VI) автор расценил как сложнейший в жизни страны. В главе подробно изложено, как формировались новые социально-политические силы и росла оппозиция колониальному господству. Это был очень драматичный период, когда национально-патриотические силы стали сотрудничать с Японией в расчете с ее помощью добиться независимости. "Сотрудничество" обернулось новой, теперь уже японской, оккупацией, угнетением и ограблением страны. По мнению автора, "годы японской оккупации были самым крупным рубежом истории Бирмы за все время после английского завоевания" (с. 123), так как в этот период произошли два важнейшие события: провозглашение японскими властями в августе 1943 г. формальной независимости Бирмы, которую автор назвал "миной замедленного действия, подложенной под будущую колониальную политику Англии в этой стране" (с. 135), создание в августе 1944 г. Антифашистской лиги народной свободы (АЛНС), ставшей "первым в Бирме подлинно единым национальным фронтом" (с. 137).

Четвертый этап исторического процесса в Бирме (1945 - 1947) (гл. VII, VIII, IX) автор характеризует как мощный подъем всего народа в борьбе за независимость, трудный и сложный процесс переговоров национально-патриотических сил с британскими властями, которые завершились заключением в октябре 1947 г. англо-бирманского договора о независимости и выходе из Британской империи. Автор подчеркнул такой важный момент, как достижение Бирмой независимости мирным путем в отличие от Индонезии и Вьетнама.

Во время пятого этапа (январь 1948 г. - март 1962 г.) (гл. X) основными направлениями политического и социально-экономического процессов были: формирование системы парламентской демократии, восстановление разрушенного во время войны хозяйства, сохранение целостности страны, борьба против повстанчества.

Шестой этап (март 1962 г. - сентябрь 1988 г.) (гл. XI) - период провалившегося социально-экономического эксперимента, время, по определению автора, "насильственной военно-социалистической диктатуры генерала Не Вина, попыток силой модернизировать страну в духе советской системы" (с. 14).

Седьмой этап (18 сентября 1988 г. - по сей день) (гл. XII) автор называет периодом насильственного правления "новой военной хунты".

Когда читаешь монографию В. Ф. Васильева, написанную эмоционально, живым, образным языком, остро ощущаешь чрезвычайно глубокий драматизм исторической судьбы Мьянмы/Бирмы. При этом, как убедительно раскрыто в монографии, в 1885 - 1947 гг. это была драма, связанная с колониальным, подчиненным статусом страны, нелегкой борьбой бирманского народа за освобождение. После обретения независимости и образования национального государства судьба страны, как хорошо видно из монографии, стала еще драматичнее. Общество разъединено, и нет такой сильной политической партии, которая сплотила бы его.

В книге подробно рассказано, в каких неблагоприятных условиях начался новый исторический период, насколько сложные и трудные политические, экономические, социальные и военные задачи пришлось сразу же решать национальному правительству. С первых же дней 1948 г. в стране развернулась острая борьба противоборствующих политических партий и группировок, которая в марте вылилась в гражданскую войну - "феномен всего периода независимости страны".

В. Ф. Васильев рассмотрел острые политические кризисы 1958 г. и 1960 - 1961 гг. Первый был вызван расколом в правящей коалиции АЛНС-соцпартия, что, по его утверждению, оказалось "гибельным для дальнейших перспектив бирманской государственности и способствовало установлению военной диктатуры" (с. 271). В условиях политического и экономического хаоса премьер-министр У Ну, не справлявшийся с ситуацией (как, кстати, и в 1961 - 1962 гг.), временно передал власть генералу Не Вину. Вопрос о способе прихода к власти Не Вина остается дискуссионным в бирманистике, поскольку это был не классический насильственный переворот (правительство Не Вина было конституционным, и генерал Не Вин покинул пост в соответствии с договоренностью с У Ну). Автор считает, что "все-таки перемена власти в 1958 г. была ближе к перевороту (мирному), чем к его отсутствию", ибо У Ну "был вынужден уступить силе" (с. 274 - 275). Думаю, все не так однозначно. Ведь и сам автор пишет, что "временная передача власти в 1958 г. была определенным компромиссом, который был выгоден и самому У Ну.

Не менее тяжелой была ситуация и в 1960 - 1961 гг., когда развивалось несколько кризисов: конституционный (вопрос государственного устройства), вызванный объявлением буддиз-

ма государственной религией; политический, связанный с повстанчеством и сепаратистскими выступлениями; внутрипартийный, вызванный фракционной борьбой внутри правящей партии; кризис отношений между армией и правительством У Ну, который, по мнению автора, "непосредственно породил военный переворот в марте 1962 г.".

Рассматривая политическую историю Бирмы в период парламентской демократии, В. Ф. Васильев дал новые, более взвешенные, чем прежде в отечественной бирманистике, оценки характера правящей коалиции АЛНС-соцпартия. Если в советской историографии в 1950 - 1960-е гг. ее называли буржуазной, даже "компрадорской", что, по мнению автора, "было данью догматике" (с. 245), либо коалицией крайне правых, политического центра и левых, то В. Ф. Васильев продемонстрировал более широкий подход, полагая, что коалиция представляла почти все социальные слои и группы общества.

В книге читатель найдет замечательные зарисовки образа У Ну (Такина Ну) как человека и как политического и государственного деятеля. В. Ф. Васильев относился к нему с большим уважением, считая, что "он, несомненно, был выдающейся высоконравственной личностью, личностью с харизмой" (с. 291).

Принципиально новый этап бирманской истории, начавшийся с приходом в марте 1962 г. к власти в стране армии, автор называет "периодом военной диктатуры" (а в советских публикациях тех лет это был "период социалистической ориентации или новый этап национальной бирманской революции"). В отечественной научной литературе 1960 - 1970-х гг. широко и всесторонне анализировались политическая декларация "Бирманский путь к социализму" и другие документы Революционного совета и Партии бирманской социалистической программы. Естественно, в те годы оценки были чрезмерно положительными и идеологизированными. В. Ф. Васильев пересмотрел прежние суждения. Весь период он поделил на два этапа, которые назвал "период прямого армейского правления Ревсовета" (1962 - 1973) и "период конституционной диктатуры" (1974 - 1988). Если к этапу парламентской демократии автор относился с большой симпатией, то к данному этапу жестко критично. Он дал весьма резкие характеристики режима Не Вина, считая, что "после 1962 г. в Бирме надо говорить о "социализме в военном мундире", ибо "сама армия представляла собой модель авторитаризма" (с. 298). Он расценил предложенную в Конституции 1974 г. модель общественного развития как "жесткую военно-социалистическую". По его мнению, "эта модель была как бы выжимкой из наиболее устаревших и левацко-догматических положений раннего (особенно "военного") коммунизма в Советской России и его сталинистского варианта в 20 - 30-е гг." (с. 301). Нельзя не согласиться с В. Ф. Васильевым, что установившийся в Бирме режим экономической политики ("государственный левый экономический экстремизм") "подмял и без того слабые производительные силы, зажал уже существовавшие рыночные отношения" (с. 302).

Ученый стремился объективно подойти к оценке социально-экономической ситуации в стране в этот период, отметив некоторые успехи режима в экономике и социальной сфере, в решении проблем борьбы с повстанческими движениями, партийного строительства. Однако в политической сфере, считает он, не все было благополучно. Введение однопартийной системы правления Ревсовета "должно быть охарактеризовано как военно-социалистическая диктатура, поставившая на долгие годы крест на многопартийной и достаточно свободной политической жизни" страны (с. 307 - 308). В монографии показано, как ухудшалась политическая и экономическая ситуация, приведшая к обострению общего кризиса в стране и к "антидиктаторскому восстанию", которое автор назвал "демократической революцией".

После очередного армейского переворота 18 сентября 1988 г. наступил новый этап исторического развития Бирмы. Власти отказались от идей социализма и повернули страну в сторону капитализма. Позиция автора по отношению к новой военной власти такая же принципиальная и жесткая, как и к режиму Не Вина: "слегка измененная группировка тех же высших генералов" (с. 335). Ее он предлагает называть "новой военной хунтой, ставшей кланом военной олигархии", и подчеркивает, что "до конца XX в. режим оставался нелегитимной, внеконституционной диктатурой тоталитарного характера" (с. 362). Причину прихода армии к власти в третий раз автор усматривает в том, что в ходе борьбы с повстанческими движениями с конца 1940-х гг. и особенно в 1950-е и 1960-е гг. в силу неразвитости национальной буржуазии в стране сформировался и выдвинулся на авансцену "военный социальный класс", который постепенно укоренился во всей государственной политико-экономической и социальной системе (с. 335 - 336).

В. Ф. Васильев придал большое значение прошедшим в 1990 г. всеобщим выборам в парламент, назвав их "историческими". На них победила оппозиционная Национальная лига за демо-

кратию, но власти отказались признать результаты выборов. По выразительной оценке автора, этот акт "с тех пор висит мрачной тенью над всем политическим ландшафтом Мьянмы/Бирмы" (с. 349).

Весьма ценными являются материалы о гражданской войне и деятельности Коммунистической партии Бирмы. Публикаций на эти темы в нашей стране почти нет. Автор постарался объективно охарактеризовать деятельность КПБ и отметить то позитивное, что было в начале борьбы за независимость, в которой коммунисты принимали самое активное участие. В частности, В. Ф. Васильев пишет, что именно коммунисты положили начало антияпонскому движению сопротивления, приступив к созданию партизанских отрядов. "В этом, - подчеркнул он, - несомненная историческая заслуга коммунистов перед Бирмой" (с. 135).

В гл. XIII изложены основные принципы и направления внешней политики Мьянмы/ Бирмы.

В "Заключении" автор подвел итоги исторического развития страны и пришел к выводу, что "после Камбоджи Бирма была, вероятно, самой проблемной страной Юго-Восточной Азии почти на всем протяжении прошедшего века" (с. 361).

В разделе "Вместо эпилога" В. Ф. Васильев изложил события 2001 - 2008 гг. и подчеркнул, что главная задача общества Мьянмы "состоит в решении внутреннего конституционного вопроса и осуществлении "дорожной карты к демократии"" (с. 374).

В монографии представлен интересный историографический очерк (гл. 11), в котором впервые в нашей стране - и это огромная заслуга В. Ф. Васильева - дана развернутая панорама изучения Мьянмы/Бирмы в СССР/России и за рубежом, включая саму Мьянму. Автор дал краткие, но емкие характеристики отечественной, бирманской, английской, американской и других исторических школ, отметил достижения и слабые места отечественной бирманистики. Представляется, правда, что в сносках к данному добротному очерку было бы нелишним упомянуть первую в нашей стране и пока единственную русскоязычную историографическую статью "Изучение истории Бирмы в СССР", в которой рассмотрены 156 работ, вышедших в 1939 - 1975 гг.²

В целом монографию отличают большой объем информации, легкий, живой стиль изложения, глубина и широта взглядов автора, нестандартные формулировки, взвешенные оценки, неспешные размышления. Все это делает данное академическое исследование интересным и привлекательным не только для востоковедов, но и для всех, кто интересуется судьбами стран Востока.

² См.: Муранова А. П. Изучение истории Бирмы в СССР // Советская историография Юго-Восточной Азии. М.: ГРВЛ, 1977. С. 6 - 58.

Постоянный адрес данной публикации: