В Российской империи одним из распространенных методов поддержания социальной стабильности являлась ссылка, удаление из региона потенциально опасных лиц, и с началом процесса присоединения Кавказа она стала активно применяться в отношении горцев. Практиковались самые разные формы: от массовых переселений в соседние губернии (Астраханская и Саратовская), на Европейский Север России (губернии Вологодская, Олонецкая, Архангельская), за рубеж до индивидуальной или групповой высылки [Красин, 2006, с. 76]. Особый статус имели "почетные пленники ".

Ключевые слова: административная высылка, военно-народное управление, тарикат, зикр, шейх, вирд, Северо-Восточный Кавказ.

Завершение Кавказской войны не принесло ожидаемого "умиротворения". Периодически вспыхивавшие волнения в Дагестане, Чечне, Кабарде в начале XX в. дополнялись новыми конфликтами. Административная высылка на Кавказе в этот период использовалась достаточно широко, официально она не считалась наказанием и применялась даже к тем лицам, "которые ни в чем еще не провинились, но по каким-нибудь соображениям полиции могут в будущем угрожать общественному спокойствию и безопасности" [Туманов, 1903, с. 12].

Высылка с Кавказа в той или иной степени затронула Сибирь, центральные и южные губернии европейской части России, европейский север, малороссийские губернии, т.е. большую часть огромной империи. Причины высылки могли быть разными - за скотокрадство [ГАКО, ф. 62, оп. 6, д. 399, л. 1], лжесвидетельство [ГАКО, ф. 62, оп. 7, д. 1033, л. 1], убийство [ГАТО, ф. 51, оп. 53(2), д. 342, л. 10] (в некоторых случаях возвратиться после окончания срока ссылки горец мог только после адатного удовлетворения родственников убитого [ГАКО, ф. 62, оп. 7, д. 1025, л. 16]), за составление фальшивых документов [ГАКО, ф. 62, оп. 6, д. 387, л. 5], за "самовольную отлучку в Мекку на богомолье" [ГАКО, ф. 791, оп. 2, д. 112, л. 11] и т.д.

Г. Г. Лисицына в числе региональных архивов европейской части России (за исключением южных), содержащих сведения по интересующей нас теме, указывает архивы Новгородской и Ярославской областей [Лисицына, 2003, с. 133]. В последнее десятилетие появился ряд публикаций, расширяющих географию источников по истории высылки с Кавказа: на сайте Национального архива Республики Карелии в 2001 г. была помещена статья И. С. Петричевой "Политическая ссылка в Олонецкой губернии в конце XIX - начале XX в." [www.rkna, 2001]; в журнале "Отечественные архивы" в N 3 за 2004 г. - публикация Е. М. Федоровой ""Возвращение на родину признается еще рановременным...". Ссыльные горцы в Псковской губернии. 1862 - 1880 гг." [Федорова, 2004, с. 66 - 92]; в Смоленске в 2005 г. вышла статья Н. А. Дмитриевой "Кавказские переселенцы в Смоленской губернии в XIX в." [Дмитриева, 2005, с. 41 - 52]. Однако пока это единичные работы и сохраняется широкий пласт архивных документов, еще

стр. 134
не вовлеченных в научный оборот. На слабую изученность выбранной темы и на перспективность привлечения документов региональных архивов указывают и авторы монографии "Северный Кавказ в составе Российской империи" (Д. Ю. Арапов, В. Х. Кажаров, Л. Т. Соловьева и др.) [Северный Кавказ..., 2007, с. 152].

Подавляющее большинство ссыльных с Северного Кавказа, из Абхазии и с территории современного Азербайджана принадлежали к непривилегированным сословиям и на родине ничем особенным не выделялись. Однако в некоторых случаях в ссылку попадали действительно влиятельные фигуры: в 1859 г. был выслан плененный имам1 Шамиль, живший с семейством в Калуге, а затем в Киеве [ГАКО, ф. 32, оп. 13, д. 2017, л. 43]; в 1861 г. - его бывшие наибы, предводители "мятежных шаек в Оргунском округе", Умма Дуев (в Смоленск [ГАКО, ф. 32, оп. 13, д. 1058, л. 92]) и Ата-бай (в г. Порхов Псковской губернии, затем в г. Касимов Рязанской губернии [ГАРО, ф. 5, оп. 4, д. 923, л. 5]).

Часть кавказской политической элиты оказалась в почетной ссылке в результате перехода на военно-народное управление: полковник Ибрагим-Хан Мехтулинский, бывший в 1859 - 1862 гг. аварским ханом, после обвинений в самоуправстве был отправлен на временное жительство в Ставрополь с выплатой 4 тыс. руб. ежегодно; владетель Абхазии в 1823 - 1864 гг. князь Михаил Шервашидзе был арестован и выслан в Ставрополь, а затем в Воронеж, где и умер в 1866 г. [Всеподданнейший отчет..., 1870, с. 73 - 78].

В 1911 г. Главнокомандующий войсками Кавказского военного округа распорядился "о высылке из пределов Кавказа в Калужскую губернию на 5 лет нижепоименованных лиц с их семьями, а именно: жителей Веденского округа Бамат-гирея хаджи Митаева, Сугаипа-Муллу Гойсумова и Чимирза-Хаджи, Назрановского округа Батал-Хаджи Белхороева, Грозненского округа Кана-Хаджи, Абдул-Азиза Шаптукаева и Магома-муллу и Андийского округа Омара-хаджи, как наиболее влиятельных представителей (шейхов) мусульманской секты "зикра", вредных для общественного порядка и спокойствия и вместе с тем способствующих разбойнической деятельности Зелимхана" [ГАКО, ф. 783, оп. 1, д. 894, л. 13]. В апреле 1912 г., через месяц после прибытия в Калугу, 75-летнему жителю селения Старый Юрт Надтеречного участка Грозненского округа Абдул-Азизу Шаптукаеву было разрешено вернуться на родину [ГАКО, ф. 785, оп. 1, д. 315, л. 6].

Взаимоотношения царского правительства с доминировавшими на Восточном Кавказе суфийскими тарикатами накшбандийя и кадирийя2 в XIX в. складывались непросто. В период Кавказской войны основным противником русской армии в регионе были мюриды3, накшбандийских лидеров. В имамате Шамиля практиковался "тихий" зикр4. Учение кадирийского лидера Кунта-хаджи Кишиева, получив распространение среди населения Ингушетии и Чечни, не вызвало понимания у Шамиля. Не вызвало оно понимания и у правительства [Милютин, 2003, с. 447], отправившего в 1864 г. Кунта-хаджи в бессрочную ссылку в г. Устюжну Новгородской губернии (ныне - районный центр в Вологодской области), где он спустя три года умер [Ибрагимова, 2005, с. 132]. Однако новый вирд5 был достаточно популярен и из-за практики "громкого" зикра упоминался в документах той эпохи как "зикризм".

1 Большинство пояснений в статье относится к терминам арабского происхождения, имеющим несколько значений. Приводятся лишь наиболее подходящие в данном контексте. Имам - в XIX в. на Восточном Кавказе светский и религиозный лидер, глава имамата - исламского государства кавказских горцев.

2 Тарикат - "путь", религиозное течение в суфизме. Накшбандийя и кадирийя - наиболее распространенные на Восточном Кавказе тарикаты.

3 Мюрид - в суфизме ученик, последователь своего наставника - муршида (шейха).

4 Зикр - многократное ритуальное поминание Аллаха.

5 Вирд - религиозная группа в рамках одного тариката, отличающаяся формой исполнения зикра, отношением к представителям другого вирда и т.д.

стр. 135
Спустя почти полвека зикризм по-прежнему вызывал опасения у местных властей: "В Терской области, среди мусульманского населения, между чеченцами и ингушами, распространена секта зикристов... Зикристы разбились на три толка, или, выражаясь точнее, на три партии, имеющие во главе каждой своего представителя. Сильнейшая партия гнездится в Чечне, и представитель ее Бамат-Гирей хаджи проживает в селении Автурах Грозненского округа6, и именуется "святым". Бамат обладает капиталом, достигающим до полутораста тысяч рублей, и постоянно охраняется шестью мюридами, совершенно ему преданными. Всех мюридов у него 12 или 18, последователей же вообще его учения - весьма большое количество...

Чечня... была весьма недовольна действиями войскового старшины Вербицкого и его отряда, в особенности по избиению чеченцев в прошлом году в сел. Гудермес... Уступая чувству своих единоверцев, "святой" Бамат благословил мюридов на расплату с русскими и послал с ними своего сына Али. К партии присоединились разбойники Зелимхан, Аюп Тамаев и Абубакар, а также бывший поручик армии, ингуш Долгиев, сосланный на каторгу за убийство полкового командира и ныне вступивший в ряды абреков" [О распространении идей панисламизма..., 2006, с. 422].

Несмотря на эти сведения, оба сына Бамат-Гирея хаджи Митаева - 30-летний Али и 18-летний Омар - не были высланы вслед за отцом [ГАКО, ф. 783, оп. 1, д. 894, л. 11]. Его сопровождала 30-летняя жена Арагуз и, по данным чеченского журналиста М. Д. Заурбекова, наиболее близкие мюриды [Заурбеков, 2008, с. 27]. Али Митаев вскоре стал влиятельным политическим и религиозным деятелем Чечни и был расстрелян в 1925 г., несмотря на то что в годы Гражданской войны поддерживал большевиков. В отношении Сугаипа-муллы Гойсумова и некоторых других мусульманских лидеров региона употреблялся даже термин "красные муллы" [Акаев, Эльбиева, 2006, с. 54].

Кавказские власти трезво оценивали масштаб угрозы в деятельности Зелимхана и, осознавая, что его неуловимость основывается на поддержке местного населения, предпринимали решительные меры по выдворению из региона его пособников. По обвинению в укрывательстве Зелимхана Гушмазукаева в августе 1913 г. в Калужскую губернию на пять лет были сосланы под надзор полиции вместе с семьями жители Веденского округа Терской области чеченцы Юсуп Талхиков (из сел. Агишпатой), Мин-каил Гунаев (из сел. Автуры), Насухо Тамелигов (из сел. Автуры) и Хабибула Ахтаев (из селения Сержень-Юрт) [ГАКО, ф. 783, оп. 1, д. 1195, л. 13].

В сентябре 1913 г. Зелимхан был убит в столкновении с правительственными войсками, и уже в феврале 1914 г. Талхикову и Ахтаеву было разрешено вместе с семьями вернуться на родину. Гунаев и Тамелигов были проинформированы, что их досрочное возвращение возможно в случае их содействия добровольной явке скрывающегося Джабраила Минкаилова [ГАКО, ф. 783, оп. 1, д. 1195, л. 36 - 40]. На прошение Сугаипа-Муллы Гойсумова и Бамат-Гирея хаджи Митаева о разрешении возвратиться на родину 19 августа 1914г. был дан отрицательный ответ "ввиду неимения к тому уважительных причин" [ГАКО, ф. 783, оп. 1, д. 894, л. 1]. Хотя уважительная причина имелась, и она была известна кавказскому начальству - Бамат-Гирею хаджи Митаеву на момент прибытия в Калугу значилось по документам 103 года [ГАКО, ф. 783, оп. 1, д. 894, л. 10]. Не исключено, что возраст поднадзорного сильно завышен, однако то, что он был уже в преклонных годах, не вызывает сомнений. 13 сентября 1914 г. Бамат-Гирей хаджи Митаев умер. В. Х. Акаев, автор большого количества публикаций о кадирийских лидерах Чечни и Ингушетии, указывал другой год смерти этого религиозного деятеля - 1913-й [Акаев, Магомадов, 1996, с. 62]. Однако документы Государственного архива Калужской области позволяют вполне определенно датировать это событие.

6 Здесь, возможно, неточность - селение Автуры расположено в 6 км к востоку от селения Шали и в документах ГАКО отнесено к Веденскому округу.

стр. 136
Считается, что Бамат-Гирей хаджи Митаев и Батал-хаджи Белхороев были векилями7 Кунта-хаджи Кишиева. Процесс образования новых вирдов начался после высылки Кунта-хаджи [Бережной, Добаев, Крайнюченко, 2003, с. 130].

11 сентября 1914 г., за два дня до смерти Митаева, от Начальника Терской области и Наказного атамана Терского казачьего войска на имя Главнокомандующего Кавказской армией пришла телеграмма следующего содержания: "Представители Грозненского, Веденского округов, обсудив сего числа вопрос материальной стороны сформированного чеченского полка, единогласно постановили: сверх оказанной населением материальной помощи снаряжением, обмундированием всадников ассигновать по рублю плоскостного дыма и пятьдесят копеек горного, причем две трети этого капитала представить чеченский полк на общие нужды, остальное сдать казначейство на снаряжение всадников дальнейшего пополнения полка точка Ради торжества и ознаменования светлого дня чеченцев все 263 представителя чеченского населения, помолившись даровании победы нашему оружию, обратились ко мне ходатайством возвращении административно высланных Сугаипа Муллы Гойсумова и Баматгирея Хаджи Митаева, глубоких стариков, по их заявлению, дабы дать им возможность дожить последние дни родине точка.

О вышеизложенном докладываю Вашему Сиятельству Генерал-лейтенант Флейшер" [ГАКО, ф. 783, оп. 1, д. 1097, л. 36].

12 сентября Главнокомандующий Кавказской армией принял решение об освобождении Гойсумова. Намеревался ли он сделать подобное распоряжение и в отношении Митаева или счел его присутствие в регионе в военное время нежелательным, неизвестно. Мюриды привезли тело Бамат-Гирея хаджи Митаева на Кавказ, место его погребения в родном селении Автуры стало почитаемым зияратом [Заурбеков, 2008, с. 38]. Сугаип-Мулла Гойсумов 24 сентября 1914 г. отбыл на родину [ГАКО, ф. 783, оп. 1, д. 1195, л. 26]. 14 марта 1917 г. на Чеченском национальном съезде в Грозном, собравшем, по разным данным, от 3 до 10 тыс. участников, он, вместе с Али Митаевым и Дени Арсановым, добивался введения в Чечне "шариатского правления" [Хасмагомадов, 2008, с. 285].

Сегодня кадирийский тарикат широко распространен среди мусульман Ингушетии, Чечни и Дагестана. На официальном сайте общероссийского общественного движения "Российское исламское наследие" 24.09.07 опубликовано сообщение о трехдневном трауре в Чечне, который объявил Р. Кадыров в связи со смертью на 51-м году жизни религиозного деятеля Магомеда Митаева. Он являлся потомком Али Митаева и Бамат-Гирея хаджи Митаева и их последователем.

Авторы "Южнороссийского обозрения", вышедшего в свет в 2003 г., приводят процентное соотношение последователей различных вирдов в Ингушетии. По их данным, 0.3% верующих придерживаются учения Бамат-Гирея хаджи Митаева и 4.5% - Батал-хаджи Белхороева. 85% верующих относятся к вирду их учителя - Кунта-хаджи Кишиева. Тарикат накшбандийя представлен лишь вирдом последователей Дени Арсанова, их численность - 10% [Бережной, Добаев, Крайнюченко, 2003, с. 132].

Следует отметить, что, несмотря на значимость кадирийских религиозных лидеров конца XIX - начала XX в., которую осознавала и кавказская администрация, их имущественное и правовое положение в ссылке не отличались от обычных поднадзорных. Это относится и к Кунта-хаджи Кишиеву, условия содержания которого в Устюжне ярко контрастировали с положением имама Шамиля в Калуге, и к группе его последователей, высланных в конце 1911 г., внимание к которым губернских властей, судя по документам, практически не отличалось от того, которое оказывалось десяткам горцев, состоявших под надзором полиции за различные уголовные правонарушения. Немаловажным представляется и то обстоятельство, что в начале XX в. кавказская адми-

7 Векиль - уполномоченный, заместитель.

стр. 137
нистрация применила в отношении кадирийских шейхов краткосрочную пятилетнюю высылку. Более того, сочла возможным досрочное возвращение Сугаипа-муллы Гойсумова на Кавказ в военное время.

Привлечение новых архивных материалов при исследовании малоизученных периодов жизни влиятельных религиозных деятелей Восточного Кавказа в конечном счете позволяет лучше понять социально-политическую обстановку, а также с новой стороны взглянуть на действия правительства Российской империи в регионе перед Первой мировой войной.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Акаев В., Эльбиева Л. Просветительская и общественно-политическая деятельность чеченской интеллигенции в 20-е гг. XX века // Войнах. 2006. N 12.

Акаев В. Х., Магомадов С. С. Суфийские братства в Чечне, их взаимоотношения и участие в современной общественно-политической жизни // Научная мысль Кавказа. 1996. N 3.

Бережной С. Е., Добаев И. П., Крайнюченко П. В. Ислам и исламизм на юге России // Южнороссийское обозрение. Вып. 17. Ростов-на-Дону, 2003.

"...Возвращение на родину признается ещё рановременным...". Ссыльные горцы в Псковской губернии. 1862 - 1880 гг. / Публ. Е. М. Федоровой // Отечественные архивы. 2004. N 3.

Всеподданнейший отчет Главнокомандующего Кавказскою Армиею по Военно-народному управлению за 1863 - 1869 гг. СПб., 1870.

Государственный архив Калужской области (ГАКО).

Государственный архив Рязанской области (ГАРО).

Государственный архив Тульской области (ГАТО).

Дмитриева Н. А. Кавказские переселенцы в Смоленской губернии в XIX веке // Смоленщина в российской истории. Люди. События. Мнения. Сборник научных работ. Вып. 2. Смоленск, 2005.

Заурбеков М. Д. Шейх Али Митаев: патриот, миротворец, политик, гений - эталон справедливости и чести. Грозный, 2008.

Ибрагимова З. Х. Кунта-хаджи // Вопросы истории. 2005. N 12.

Красин В. М. Национальная политика Российской империи на Кавказе: кавказские ссыльные и мухад-жиры во второй половине XIX - начале XX в. // Власть и общество в России: история и проблемы взаимоотношений. Смоленск, 2006.

Лисицына Г. Г. Обзор основных источников по истории российской политики на Кавказе // Россия и Кавказ: история, религия, культура. СПб., 2003.

Милютин Д. А. Воспоминания. 1863 - 1864. М., 2003.

О распространении идей панисламизма на Кавказе // Императорская Россия и мусульманский мир (конец XVIII - начало XX в.). Сборник материалов. Сост. Д. Ю. Арапов. М., 2006.

Северный Кавказ в составе Российской империи / Отв. ред. В. О. Бобровников, И. Л. Бабич. М., 2007.

Туманов Г. М. Разбои и реформа суда на Кавказе. СПб., 1903.

Хасмагомадов Э. Х. Чечня в период революции и гражданской войны (1917 - 1920) / Чеченцы в истории, политике, науке и культуре России: исследования и документы М., 2008.

www.islamnasledie.ru

www.rkna.ru

Постоянный адрес данной публикации: