Контракт вместо обязанности - быть или не быть?

Как комплектовать Российскую армию? Продолжать ли метод принуждения, основываясь на всеобщей повинности? Либо, отказавшись от обычной практики, полностью положиться на добровольное пополнение воинских рядов? Во все века ломали копья на этом ристалище военных идей. И вот в начале второго тысячелетия мы слышим заклинания сделать решительный поворот к небольшому профессиональному войску, необременительному для молниеносно обедневшего государства. Союз правых сил, широкая общественность торопят события. Кому не хочется выставить себя благодетелем, застолбить свое имя в истории?! Дабы сказали о нем потомки это тот, кто ярем солдатчины старинной альтернативой заменил. Гаже всего то, что иные политики тщатся выставить себя радетелями молодежи, а военных - отъявленными ретроградами, не упускающими возможность заарканить максимальное число парней призывного возраста. А фактически у Минобороны схожесть позиций с теми, кто действительно болеет за национальную безопасность. Рекрутировать всех без разбору - мало радости и пользы. Заветная мечта - ставить в строй лучших людей, воинов по призванию, вдохновленных высокой идеей служения Отечеству, а потом уже материальной выгодой и юридическим обязательством - контрактом. Вот только трудно осуществима эта цель, попутно возникает множество неразрешимых проблем.

Когда отменим солдатчину?

Сейчас уже и забылись все обстоятельства того, как в один прекрасный момент родилась сенсация. Масс-медиа выплеснули сногсшибательный факт: 2004-й станет переломным годом для военной организации России. Государство решительно откажется от призыва на срочную службу и бесповоротно перейдет на комплектование добровольными рядовыми и сержантами. Шумиха по сему поводу повергла в шок тех, кто напрямую занимается этой проблемой. Когда в Брюсселе репортеры атаковали нашего начальника Генштаба, он искренне выразил недоумение от подобного известия. Такими вещами не шутят. "Речь идет о вопросе, касающемся обороноспособности страны, судьбы большей части мужского населения", - подчеркнул на пресс-конференции 23 ноября прошлого года начальник Главного организационно-мобилизационного управления ГШ генерал-полковник В. Путилин. И верно: впору бить в набат, а не играть словами, ублажая пацифистов. Всем согражданам давно пора перестать обманывать себя, и надо честно посмотреть правде в глаза. Разобраться, в чем еще держится душа казенного, казарменного мира, стоящего на страже общего благоденствия, а не торопить изо всех сил желанный миг, когда все без исключения родители наконец получат гарантию, что их чада никогда не встанут под ружье без собственного на то хотенья. Трезво же рассуждающим (их, увы, не так много) не надо напоминать незыблемость завета древних: "Нет силы - забудь о желаниях!". Сие как раз относится к силе вооруженной.

Институт экономики переходного периода во главе с Е. Т. Гайдаром предложил перевести Вооруженные Силы полностью на контракт уже в 2004 году. Генштаб настаивает на том, чтобы отодвинуть эти временные рамки до 2010 года. Неясно, чем руководствуется Союз правых сил, а у "мозга армии" одна головная боль: как при любых новациях, при кардинальном изменении системы комплектования сохранить боеспособность.

Даже ресурсов, которыми довольно щедро наделяют Северо-Кавказский регион, и тех недостает для нормального функционирования контрактной системы. Закавыка ведь не в том, чтобы заполнить штаты. Насытить строй абы кем - невелика радость: пушечным мясом сыт будет только враг. А друзьям, сослуживцам, соратникам, однополчанам и боевым побратимам важно, чтобы контракт заключали представители лучшей части общества, а не отребье всех мастей (как случается сплошь и рядом). Поэтому жизненной остается следующая закономерность: есть массовый призыв - есть и возможность широкого выбора достойных людей для контракта,

стр. 28

Нынче картина с переменным составом такова: 75% должностей солдат и сержантов заполнены призывниками и 25% - контрактниками. Враз, по желанию, за каких-нибудь пару лет изменить это соотношение (до нуля урезать процент "по призыву" и резко увеличить процент "по контракту") - просто нереально. Где гарантии, что все пойдет как по маслу, а не насмарку? Никто таких гарантий не дает. Вот если устойчивый приток контрактников составит хотя бы 60%, тогда за судьбу новшества можно не беспокоиться и считать, что дело наладилось. Тогда появятся все основания смело перейти от планов к правилам или, как говорили древние: "А potentia ad actum" (от вероятия к норме). На том и стоят полпреды силовою блока. У них нет права на риск, ибо на карту поставлено слишком много - способность России защитить саму себя.

Не стоит думать, будто будируя общественное мнение (грош цена воззваниям типа: давайте жить легко и просто!), военных теребят и побуждают что-то предпринимать для изменения палочного права, загона в строй. Генеральный штаб, по словам начальника ГОМУ, самостоятельно пришел к выводу: сегодняшняя практика заполнения должностей рядового и сержантского состава не работает на боеготовность. Основная причина: действующее законодательство с упорством (достойным лучшего применения!) уменьшает призывные контингента, которых и без того остро не хватает. Сейчас Вооруженные Силы правомерны вытребовать себе лишь 12 процентов из ста стоящих на воинском учете. Причем число молодежи, недоступной для военкоматовских притязаний, растет не по дням, а по часам. Соотечественникам-компатриотам, даже не сведущим в армейских делах, понятно, что отношение к потребностям защиты Отечества у нас - плевое. Тому лишнее подтверждение - из года в год пускаемая на самотек призывная кампания (пусть само Минобороны справляется как умеет).

Жестокий приговор демографии

Генштаб счел нужным потревожить благодушных обывателей некоторыми своими выкладками и мрачными прогнозами. В частности, был уполномочен заявить общественности: к 2011 году армейский и флотский строй будет заполнен лишь на 30 - 40 % от требуемого. Вдобавок надо принимать в расчет и то, что русский народ катастрофически убывает (смертность превышает рождаемость).

Каким будет первое поколение солдат XXI века? По статистике, в 1996 - 98 гг. у нас родилось 600 тысяч мальчиков. Сколько из них получится надежных защитников Отечества, если учесть, что процент здоровых младенцев с каждым годом становится все меньше и меньше?

На этом акцентировал внимание, выступая по радио, бывший замначштаба Объединенных вооруженных сил стран Варшавского Договора генерал- лейтенант в отставке М. Титов. Он с болью сказал: "Для нас главное сегодня не экономика, не политика и даже не оборона. Надо остановить процесс сокращения населения!". Не остановим убыль русского населения - солдатчина отменится сама собой. Но тогда готовьтесь к; тому, что будет аннулирована и Россия.

Дебет и кредит военпроекта

Военные разработчики концепции Федеральной целевой программы в пух и прах разбивают постулаты прекраснодушных экспертов. Полковник А. Ершов из финансово- экономического управления доказывает с цифрами в руках:

- Наши подсчеты не согласуются с вариантами, обнародованными в широкой прессе. Там представлены явно заниженные расходы. Обеспечение всеми видами довольствия - емкое понятие. Возьмем для примера специалиста 2 - 3 разряда старшего водителя или механика-водителя. На содержание его в прошлом году тратилось в месяц 2200 рублей. В текущем году эта цифра увеличена приблизительно до 2500 рублей. На продовольствие выделяется округленно 3300 рублей, на вещевое снабжение - 908 рублей. Кроме того, немало средств забирает обширная статья "прочие расходы": квартирно- эксплуатационные, транспортные, общехозяйственные... Тут учтены и поднаем жилплощади, стационарное и амбулаторное лечение, санаторно-курортные выплаты... По мелочам набирается 1150 рублей. К тому же нельзя сбрасывать со счетов регулярный рост цен (скажем, на 30% подорожал проезд на транспорте). Итого выходит примерно 4930 рублей. Таким образом, контрактник нам будет стоить в год не меньше 65 тысяч рублей.

Хорошо известно и то, как стремительно сокращаются всевозможные статьи оборонных расходов. Например, по данным штаба Тыла, на заготовку вещевого

стр. 29

имущества ежегодно выделяется лишь 20 % от потребности в нем Вооруженных Сил. Для перевода на положение контрактников имеющегося призывного контингента (старшин, сержантов, солдат и матросов) вещевого имущества понадобится на сумму 1044,5 млн. рублей. Теперь остается подсчитать, сколько воинов будут обеспечены форменной одеждой, если дотоле средств хватало лишь на экипировку каждого пятого. Простая арифметика, от которой бросает то в жар, то в холод.

Финансово-экономическое обоснование различных предложений нуждается в корректировке, ибо сведено в основном лишь к денежному довольствию контрактников. Но жалованье - далеко не единственный вид расходов, вдобавок существует множество статей материально-технического обеспечения военнослужащих. Полная профессионализация армии повлечет за собой и изменения военной инфраструктуры - значит, снова придется раскошелиться.

До американского достатка мы пока не доросли - там матрос либо задействованный солдат-резервист получают по тысяче долларов в месяц. Военные расходы стран НАТО в среднем в 4,5 раза превышают среднемировые, что позволяет тратить в среднем 100 тысяч долларов на одного солдата в год. Зная о высоких ставках, иные наши мужики не прочь подзаработать в качестве наемников в Афганистане. Чечня, разумеется, по денежным меркам гораздо менее привлекательна для искателей боевых приключений. Сомнительно, чтобы нам удалось насытить строй нужным числом контрактников. Стало быть, по одежке и надо протягивать ножки, рано еще игнорировать призывной контингент.

Перевод одной дивизии - это 500 млн. рублей. Содержание контрактной дивизии стоит дороже обычной в 1,3 раза. Если попытаться на чем-то сэкономить, то плачевный результат предсказуем. Сейчас бесквартирных офицеров более 100 тысяч, и, считай, на столько же прибавится и бесквартирных контрактников.

Увы, жестокая реальность такова, что из 150 правительственных программ финансируются лишь 12 - 15. Достаточно сказать, что Минфин ни разу не выкроил целевые средства на такое благое дело, как патриотическое воспитание молодежи.

Прожектеры и волонтеры

Немцов едва ли не ультимативно заявил: "Либо мы сделаем контрактную армию, либо останемся без армии!". Но умна ли такая постановка вопроса? Немцовым, Гайдарам и прочим пламенным трибунам демократии, ни разу ни в каком полку не служившим, военнослужащий по контракту представляется не живым человеком, а бестелесным существом, неким автоматом, лишенным всяких прихотей и безотказно функционирующим за 3 тысячи в месяц. Они выпячивают свою программу и обещают запустить на полную катушку контрактную систему, уложившись в 10 - 12 млрд. рублей. Но эта сумма совершенно не охватывает все затраты.

Гражданские знатоки-доктринеры, как правило, крайне упрощенно воспринимают процесс замены срочников теми, кто примет обязательство служить не менее пяти лет. Между тем остро встает вопрос о жилье. "Приспособьте казарму под общежитие", - советуют военным. Однако такое перепрофилирование военного городка связано с огромными расходами, перед которыми меркнут суммы на содержание военнослужащих. В Минобороны подсчитали: единовременные выплаты при переводе одной дивизии с призыва на контракт составляют 60 млн. рублей, а капитальное строительство - уже 330 млн.

- Находятся доброжелатели, которые нам подсказывают: стройте хозспособом. Как? Научите! Прикажете воровать? Хапспособ мы уже проходили, - возмущался в разговоре со мной полковник Генштаба.

Думают ли прожектеры, во сколько нам встанет создание центров по организации учебного процесса и переподготовки вольноопределяющихся? Ведь понадобятся не простые учебки, а приспособленные под новую категорию нижних чинов. Палаточными городками тут не обойтись. И об инструкторском персонале тоже придется подумать. Чтобы обучить 150 тысяч человек, понадобится не менее 40 тысяч контрактников.

Наивно полагать, что мы найдем достаточное число желающих служить за мизерную зарплату да еще без определенных льгот и гарантий. Не отмахнуться и от проблем морального плана. Зарплата нынешних взводных не дотягивает до предполагаемого оклада рядового контрактника. Что ж тогда получится? Солдат будет обеспеченнее командира? Столь же явная социальная несправедливость прослеживается и при других сравнениях. По данным Госкомстата, средняя зарплата в стране составляет 3005 рублей. Считается, что труд, связанный с особым риском для жизни, должен

стр. 30

оплачиваться в 2 - 2,5 раза больше. Да только такую сумму и в уме не держат наши прожектеры. На кого ж рассчитывают? Бессребреников сейчас днем с огнем не сыскать.

Нынче в обычных условиях контрактник получает примерно 1700 рублей. На 2004 год повышение его денежного довольствия предусмотрено на уровне 3,5 тысяч рублей. Данную расчетную цифру выдал Союз правых сил, на что военные откликнулись без восторга. Точку зрения силовиков выразил генерал- полковник В. Путилин:

- Мы как практики, ведущие отбор контрактников, говорим, что предложенный уровень зарплаты не обеспечит конкурентоспособности армейских структур.

Вряд ли при столь мизерной оплате окажутся привлекательными на бирже труда солдатские и сержантские специальности: тяжелая и ответственная служба мотострелков, экипажей танков и БМП. Кто ж по доброй воле захочет записаться в категорию кабальных людей (как спокон веку называли государево служивое сословие) да к тому ж за ничтожное вознаграждение?! Если б довести жалованье до 8 тысяч рублей, тогда бы не отпугнула и черная боевая работа, за претендентами дело бы не стало.

А три тысячи в месяц... По откровению одного опытного работодателя, предложи такую зарплату жителю мегаполиса - за сей мизерный посул можно и по морде схлопотать. Где бы вы думали расклеивают объявления с приглашением поработать механизаторами и трактористами? В военных городках Таманской и Кантемировской дивизий. Зазывают в городские службы бывших танкистов, спецов инженерных войск. Чуют, что лучших предложений им не последует.

Российский истеблишмент в лице Немцовых и Гайдаров не желает понять одного: нынешние контрактники - не совсем те, а может быть, даже совсем не те, кого хотелось бы видеть под ружьем. Наши витии нарисовали гипотетический образ рядового профессионала, весьма далекий от горьких реалий жизни. Спросите воюющих командиров: кого бы они хотели видеть в подчинении, и ответы в основном не будут разниться. От призыва больше толку, чем от жаждущих подзаработать в Чечне либо в Таджикистане. Наборы последних очень часто напоминают (по своей квалификации) те бригады чернорабочих, которых подбирают на вокзалах.

Телевидение не раз показывало на всю страну "обиженных контрактников", устраивавших пикеты из-за невыплаты "боевых" надбавок. "Меня лично этот факт глубоко возмутил и лишний раз заставил критично взглянуть на саму идею контрактной армии, - без обиняков высказался Герой России генерал-полковник Г. Трошев. - Можно ли доверять людям, вербующимся на войну за деньги? Ведь это их единственный стимул. Ни убеждений, ни чести, ни совести, Только деньги. Есть они - будут контрактники воевать. Нет - разбегутся по домам. Кому нужна такая армия? России, российскому народу? Очень сомневаюсь".

Вот и получается, что многие разглагольствования о профессиональной армии не что иное, как желание потрафить общественному мнению. И в первую очередь - стремление ряда политиков повлиять на молодежь, привлечь ее на свою сторону обещаниями красивой жизни без солдатской лямки. Налицо то, что зовется конъюнктурой. И никто из них не хочет понять преступность подобного расхолаживания потенциальных солдат.

Закон о вольности... элиты

Нет недостатка в желающих прослыть выразителями народных чаяний. Записные ораторы в Госдуме и витии из масс-медиа представляют дело так, будто они ратуют за профессиональную армию, а военные чины, что называется, тянут резину. Дескать, цепляются за изжившую себя практику, опасаясь лишиться новобранцев как дармовой рабочей силы. Но если трезво взглянуть на вещи, то картина получается совсем иной. Огульно обвиняемая военщина как раз больше всех и заинтересована в наличии регулярных войск с постоянным составом сержантов и солдат. А противится этому одиозный бомонд.

Давайте здраво рассуждать. Еще с незапамятных времен известно: "Из ничего ничто не может создаться". Доктринеры и резонеры, знающие о ратной службе понаслышке, норовят доказать обратное. И не указ им Генштаб, который из года в год бьет тревогу, констатируя резкое снижение призывного контингента. Из рекрутированного мизера все труднее отобрать потенциальных контрактников. Перефразируя библейское выражение, можно сказать: не дождавшись званых, где же взять избранных?

Судите сами. Около 85% молодых людей на законном основании отменяют свое рандеву с Вооруженными Силами. Не по дням, а по часам растет число неприкосновенных для военкоматов. Кого здесь только нет: студенты, великовозрастные школьники - отпетые второгодники, пэтэушники,

стр. 31

молодые учителя, работающие на селе, и прочая-прочая. С красноречивым законопроектом выступила недавно Мосгордума. Инициируется предоставление 2-летней отсрочки от призыва выпускникам ПТУ, имеющим "остродефицитные рабочие специальности", то бишь токарям, слесарям, сварщикам, электрикам. Кто на очереди следующий, какой еще род занятий объявят вне закона о воинской обязанности? Нате вам, военные, что нам не гоже. Наверное, думцы полагают, что боевой профессионализм должен, как молвится, святым духом питаться? И после этого громче всех кричат об армии мощной, стабильной, мобильной и т.д. и т.п. Мол, пусть она будет суперсильной, но... без общих усилий - "наших" не тронь! А кем прикажете насыщать войсковые части?

Особая статья - "каста недосягаемых", к коей принадлежат сынки чиновников высокого разряда, талантливые артисты и музыканты (до 600 человек ежегодно), именитые спортсмены... Выходцы из благополучных семей в строй - ни ногой. И мы еще надеемся на благополучие в казармах? Стоит ли удивляться, почему падает интеллектуальный уровень воинской среды и махрово цветет "дедовщина"?

Обратимся к истории. Петр Великий никогда бы не смог создать победоносную рать, если б не прибегнул к "прямому насильству" по отношению к "худо воспитанным дворянам". В 1724 году на докладе Военной коллегии он начертал резолюцию: людей считать дворянами "по годности", т. е. по той пользе, какую каждый из них принес Отечеству. Впрочем, и до первого русского императора, и после него государи принимали жесткие меры, понуждая благородное сословие к казенной службе. Н. И. Костомаров отмечает: "Как только собирали в поход детей боярских и стрельцов, непременно следовало распоряжение ловить нетчиков, т. е. не являвшихся на службу". При Екатерине II немало копий было поломано при обсуждении прав господствующего класса. Императрица выполнила обещание дать "свободу российскому дворянству", отменив различные стеснения, и главное из них - воинскую повинность. Однако по тогдашним понятиям только военное ремесло и было достойно дворянского звания. В преамбуле проекта знаменитого Манифеста подчеркивалось: "Благородно рожденного человека первое свойство есть то, что он, рожден будучи от крови благородной, любить должен честь и славу имени своего, отличая себя от прочих не токмо по воспитанию мыслями просвещенными, но и на деле самом храбростью в войне". Нынешняя демократическая знать придерживается совсем иного мнения и последовательно отвоевывает привилегию не служить - прежде всего для любимых дитятей, разумеется.

Кто вы, хлопцы, будете?

Их часто увидишь в больших городах, на неофициальных биржах труда, в точках, где покупается рабочая сила. Нередко это мужики, не вышедшие из призывного возраста. Многие - с табличкой на груди: саморекламой строительных услуг. Поинтересуйтесь: "Кто вы, хлопцы, будете?" - вразумительного ответа не услышите. Не афишируется ни гражданство, ни основное место жительства, ни тем более отношение к воинской обязанности. Эх, если б такие молодцы осаждали двери военкоматов! Наоборот, они стараются убежать подальше от всего того, что зовется боевой подготовкой. Подобное бегство приобрело нешуточные масштабы. Украинские парубки подаются в Россию, чтобы через границу не достала их повестка. У русских юношей еще больше возможностей дистанцироваться от армады на необъятных просторах родной земли. В провинции военкоматовские работники выслушивают привычную

стр. 32

отговорку об интересующем их призывнике: "Уехал в Москву на заработки". В столице их коллег тоже встречают неутешительной вестью: дескать, пропадает Бог знает где.

А что из себя представляют те, кто сам напрашивается в солдаты? В московском городском военном комиссариате мне порассказали немало случаев, в том числе и курьезных. Например, записаться добровольцем в Чечню приехал на "Мерседесе" чуть ли не банкир - выяснилось, что ему требовалось просто- напросто "лечь на дно", на какое-то время спрятаться из-за финансовых неурядиц.

- А вообще-то, не перевелись еще ребята, у которых мотивация самая благородная: "За державу обидно!". Но таких, отправляемых в "горячие точки", телевидение, к сожалению, не показывает, - сокрушается старший офицер по набору контракта подполковник Р. Клементьев. - Однажды НТВ наведалось в момент отправки, наверное, хотело увидеть каких-то авантюристов. А к видеокамере шагнули люди совсем иного склада. Один с потрясающей прямотой отчеканил: "В третий раз туда еду. Жалко необученных солдат, потому и хочу быть там".

На удивление быстро укомплектовали и банно-прачечный поезд - для обслуживания бойцов антитеррористической операции. Вроде бы не мужское дело, а нашлись нормальные добровольцы - не какие-то опустившиеся личности. Последние отсеиваются на медкомиссиях и на других этапах проверки. Например, пока проситель не принесет положительную справку из милиции, путь в контрактники ему заказан.

- Хотя не всегда получается быть особо разборчивым, - добавляет "вербовщик". - Очередей к нам нет. Низкие оклады при дороговизне жизни отпугивают подходящих кандидатов - люди, естественно, ищут места, где больше платят. Ошибки с нашей стороны тоже не исключены. Кто-то по документам - механик- водитель, а взаправду он служил свинопасом в батальонном подсобном хозяйстве. Да и поди угадай, что у человека на уме, зачем, с какой радости он вновь намеревается надеть погоны? Недосуг с этим разбираться в райвоенкоматах, где контрактниками, вернее, сбором их документов, занимается единственный технический исполнитель.

Если будет узаконено комплектование только в добровольном порядке, то за нами дело не станет. Работа, конечно, усложнится, но не с нуля же начинаем. Вопрос другой. В народе плохо понимают, что же такое служба по контракту. Просвещенность в этом плане низкая. Нужна серьезная пропагандистская кампания. Пока же у нас пресса и эфир пичкают население антиармейскими выпадами. Взывают: "Даешь профессиональную армию!" и следом дают сюжеты, которые отвращают от военной профессии. Тем самым усугубляют, подчеркиваю, общие для всей страны проблемы обороноспособности. Зато нет недостатка в американских фильмах, где вояка-янки - царь и бог. С точки зрения материального благополучия так оно и есть. Государство оплачивает ему образование, всегда гарантирует приличное трудоустройство. А у нас до сих пор не могут принять льготы для тех, кто воевал в Чечне.

Запад нам не указ?

1973-й год в США окрестили "годом волонтеров". Точка отсчета, когда армия и флот решились пополнять свои ряды исключительно вербовкой. Однако и спустя несколько лет радужных оценок нововведения не последовало. В 1980-м директор разведуправления Минобороны США генерал-лейтенант Д. Грэхэм (автор книги "Будет ли Америка защищена?") писал: "Пока что концепция полностью добровольной армии плохо оправдывала себя. Вербовочные органы в погоне за количеством принимают неудачников и неспособных к обучению. Более 40 % вновь принятых не заканчивают и первого года обучения. Среди тех, кто остается после первого года, значительное количество фактически безграмотных. Это приводит к колоссальному расточительству средств на оборону и несовместимо со все более усложняющимся характером военной техники". И далее: "Меры по обеспечению действенности армии на добровольных началах, несомненно, будут включать материальные стимулы для высококвалифицированного персонала, введение более строгих правил набора в армию и, возможно, чистку вооруженных сил от лиц с самой низкой подготовкой. Если это удастся сделать без резкого уменьшения численности вооруженных сил, то система добровольного набора имеет шансы уцелеть. Если же нет, то администрация президента может оказаться вынужденной в той или иной форме восстановить обязательную воинскую повинность".

Вот как там ставился вопрос. Американцам понадобилось целых тринадцать лет, прежде чем они добились относительно успешного функционирования системы добровольного набора. Франция отвела себе на эту цель восемь лет. Сомнительно, что Россия побьет все рекорды и в ускоренные сроки поставит военную машину на профессиональные рельсы. А посему здравомыслящие эксперты выступают за поэтапное увеличение количества контрактников. Весь механизм жизнедеятельности планируется отработать вначале на базе одного соединения - Псковской десантной дивизии. Что покажет эксперимент - увидим.

Формулы живучести

Сумеем ли мы реализовать идею профессионализма - зависит от состояния призывных ресурсов. Сохранение воинской повинности как раз и позволяет готовить военно-обученный резерв. Учебные части - источник пополнения свежими силами и одновременно - мобилизационный запас рядового и сержантского состава. Причем курс на уменьшение срока службы автоматически влечет за собой увеличение числа призванных. Иначе говоря, короткое пребывание в армии можно компенсировать только более массовым призывом. И вместе с тем все имеет свои ограничительные рамки. Скажем, если остановиться на полугодичной службе, то солдата мы подготовим, а вот задействовать его будет проблематично. То есть отдачи от него не получишь. С другой стороны, в качестве возмещения ущерба можно рекрутировать около 700 тысяч человек. Но

стр. 33

это абсолютно нереально, ибо призыв законодательно ограничен цифрой в 100 тысяч, а служить в состоянии только 12 %. Даже воинская повинность продолжительностью в полтора года возможна лишь при условии отмены части отсрочек и тем самым более качественного набора военнообязанных.

Дивизия, переводимая на контракт, мыслится как самодостаточный организм, который сам себя кормит, одевает, обувает, занимается боевой подготовкой. Контрактник не должен мыть полы, картошку чистить. То есть требуется пересмотреть всю организацию обслуживания боевого процесса.

Декларируется, что порядок служебной деятельности контрактника будет урегулирован и приравнен к регламенту офицера. При разработке штатов подразумевается, что на одного офицера (с 8-часовым рабочим днем) приходится 1,5 человека с круглосуточным режимом работы, солдат "подкрепляется" другим солдатом, а при несении боевого дежурства - не меньше, чем двумя. Следовательно, возникает необходимость в увеличении личного состава частей, несущих боевое дежурство. Миллионная армия потребует перераспределения численности между видами, родами войск и воинскими частями.

По существу, контрактная система опробируется уже лет десять - с 1992 года. Нельзя сказать, что идея дискредитирована, но и верить в торжество ее тоже рановато. Период с 1997 по 1998 год стал черным для военнослужащих по найму - 2/3 их уволили ради сохранения офицерского корпуса. Ведь фонда денежного содержания на всех не хватало, пришлось пожертвовать новым сословием ратников. В настоящее время контрактников у нас около 150 тысяч, больше половины из них - женщины, члены семей, которым просто негде работать, кроме войсковой части. Таким образом, решена проблема занятости и пополнения семейного бюджета офицеров. Но это отнюдь не означает, что Вооруженные Силы укрепляются качественно. Недаром офицеры горвоенкомата привычно именуют "блатными" многие должности, на которые пропихивают "родных человечков". Хочется надеяться, что в будущем "добро" будут давать лишь специалистам, определяющим боевую готовность.

Простите за банальность, но надежность защиты государства, особенно такого уникально огромного, как Россия, зависит от всего народа, а не только от его Вооруженных Сил. Сколько штыков мы можем выставить, коль навалится на нас куда более серьезная, чем чеченские недобитки, вражья сила? Людской ресурс какого количества и качества сумеем отмобилизовать? Вот из этого и надо исходить. Следует забыть об альтернативе в том понимании, какое вкладывают в нее никогда не служившие штатские пшюты, по ничтожной природе своей отказники от всяких волевых поступков. Масса второстепенных должностей в подразделениях обеспечения и обслуживания, где и не требуется держать в руках оружие, - это и есть подлинная альтернативная служба.

Контрактниками не рождаются

Никто не спорит: наемник лучше дезертира. Но вопрос в том, где напастись волонтеров, готовых служить за себя и за того парня. Наивно тешить себя данными социологов, утверждающих, будто 25 - 30 процентов мужского рода- племени - прирожденные воины.

Вроде бы куда ни глянь - всюду потенциальные кандидаты в контрактники. Сколько неприкаянных людей, которым сам Бог велел притулиться к армии. Так да не так. Зачем лезть в окопы, когда можно просто изображать геройского парня. А для этого достаточно определиться вышибалой в какую-нибудь контору, обрядиться в камуфляж с грозной надписью "охрана". А что армия - через день на ремень, а денег -кот наплакал.

Ратное поприще в отличие от любого другого зиждется на самоотречении. Отказываться ради долга от безмятежной жизни, добровольно лишать себя личной свободы - жертва огромная, особенно по современным понятиям, когда жить шкурно зазорным не считается. Ну не безумие ли: во времена, когда совершенно не престижна даже профессия офицера, пытаться создать привлекательный образ наемного сержанта и рядового? Недаром Генштаб так высвечивает проблему: "Необходимо создать условия и социальные гарантии, чтобы не только контрактник мог служить, но и офицер. Пока же ничто не держит молодого лейтенанта, нет у него никаких стимулов продолжать службу на добровольной основе". С полным основанием можно сказать: офицерский корпус заброшен, а мы хватаемся за низовое армейское звено, хотим его возвысить. Одно без другого не получится!

А возможности вдохнуть жизнь в контрактную систему имеются.

стр. 34

Сто лет назад для того чтобы выбиться в офицеры требовалось выслужить определенный ценз - период пребывания в унтер-офицерской должности. Что мешает сделать правилом: желающий стать офицером вначале должен послужить солдатом. Чтоб все знали: лейтенант - это вчерашний рядовой контрактник. Тогда мы получим армейский костяк, закаленный золотой фонд.

Раньше уклонение от армии - стыд, позор, нынче - чуть ли не геройство. На пополнение армии и флоту всучивают отбросы, а из хлама не взрастишь стойких защитников. Как после этого надеяться, что Вооруженные Силы будут крепкими, сильными, мобильными? Ошибаются те, кто считает, что наша армия превратилась в рабоче-крестьянскую. Если помнить, что каждый третий призывник не работал нигде и не учился, то такой армии скорее подходит название люмпен-пролетарской (люмпен - от слова "лохмотья", так говорят о деклассированных, опустившихся людях - бродягах, нищих, босяках).

Бьет тревогу доктор экономических наук Е. Кудашев ("Выбор пути или движение к катастрофе?" - "Русский Дом" N 10 - 2001 г.). Пока страна "пребывает в состоянии преступной расслабленности, произойдут события с высокой степенью вероятности прогнозируемые: вооруженные силы, лишенные подпитки новыми системами техники, превратятся в сборище мужиков в униформе, способных разве что к защите собственных гарнизонов (но вряд ли как Брестская крепость). Реорганизация военной машины, безусловно и давно назревшая, не может быть сегодня осуществима на контрактной основе, кстати, чуждой ей и по исторической памяти, и по менталитету российского солдата, офицера и генерала да и при пустой государственной казне".

А вот мнение знаменитого Героя России боевого генерала Трошева: "Каждый мужчина должен отслужить 2 - 3 года, вот тогда и будет профессиональная армия. А другие варианты, в том числе и альтернативная служба, - это профанация, очковтирательство. Первые, кто отказался воевать в Чечне, были набранные по найму. Они нагло заявляли: мы приехали зарабатывать деньги и рисковать жизнью не собираемся".

Подобное моральное дезертирство, которым, увы, нынче заражены и элита, и люди простого звания, точно отразил писатель В. Розов. Помните его "Вечно живые": "Хочешь отсидеться? А кто-то должен за тебя отдавать руки, ноги, глаза - жизнь?". Будет ли броня у государства, коль всяк норовит спрятаться за чужими спинами, прикрыться той или иной броней? У новой оборонной программы помимо денежного выражения есть и другая цена. Готово ли общество пойти на определенные жертвы, на патриотическое самопожертвование, чтобы сделать нашу армию достойной ее великой охранительной миссии? Не спасут красивые схемы и проекты, коль не будет этой всеобщей заинтересованности порадеть родным Вооруженным Силам. Пока вместо всеобщего горячего участия в строительстве нашей безопасности мы встречаем одно обывательское равнодушие: делай что хочешь, только не тронь меня! И не горько им, что Россию шпыняют со всех сторон. Чтоб армия стала кадровой, где все сплошь ценные специалисты, надо поднатужиться всему народу. Откуда, с каких таких потаенных закромов мы станем черпать людские ресурсы высшего сорта? На что рассчитываем, коль ратное поприще преподносится почти как постыдное ремесло, удел неудачников и недоучек? В иерархии популярных профессий военное дело занимает едва ли не одно из последних мест. Масс-медиа культивируют привлекательный образ кого угодно - бандита, бизнесмена - только не Солдата. А мы еще тщимся сделать армию мощной, кадрово безупречной. Нет, ничего не получится, господа хорошие, ничего хорошего нам тут не светит, пока встречается в штыки любое решение, требующее волевых усилий всей нации. В деле поддержания чести Отечества любой гражданин обязан отбросить свой эгоизм. Не подачка требуется, не одолжение, а готовность взвалить на себя дополнительное бремя, всенародная любовь нужна - вечное мерило. А коль народ отделяет себя от армии - это равнозначно отказу от безопасной жизни для себя и страны.

Профессиональная армия состоится, если во всех слоях народа станет господствовать настроение: "Кто, если не я, постоит за честь державы?!" Иначе идея крепкой кадровой вооруженной силы так и останется невыношенной.

Постоянный адрес данной публикации: