От редакции:

Первый том учебника "История средних веков" подвергся всестороннему рассмотрению в обстоятельной рецензии С. Архангельского, А. Зимина и Б. Поршнева, помещенной в N 17 журнала "Коммунист" за 1953 год. Однако в этой рецензии не могли быть рассмотрены с необходимой подробностью некоторые частные вопросы, возникающие у научных работников и преподавателей высшей школы. В редакцию поступил ряд отзывов об учебнике, рассматривающих его преимущественно с этой точки зрения. Ниже редакция публикует некоторые критические замечания на учебник, поступившие с мест, полагая, что они принесут пользу авторскому коллективу, издательству, а также преподавателям.

В развитии человеческого общества важную роль сыграла община-марка, поэтому следовало ожидать, что редакция учебника обратит на освещение ее истории особое внимание. Однако вопрос этот изложен в книге противоречиво и не совсем правильно. Наиболее полно " правильно, на наш взгляд, на основе тщательного анализа "Салической правды" и других источник ков освещен вопрос о существовании общины у германцев до переселения (V глава учебника). Хуже освещен вопрос об общине в главе II, где используются только довольно неясные и спорные сведения, сообщаемые Цезарем и Тацитом. Из анализа этих сведений делается определенный вывод, что у германцев был родовой строй. Однако тут же говорится: "Но в целом основными чертами общественного строя "варваров", с которыми пришлось столкнуться Риму, была общинная организация,

свобода и равенство большей части племени" (стр. 42). Что это была за "общинная организация" - родовая или марковая, остается неясным. По-видимому, родовая, так как в следующей главе сообщается, что ""варвары" оседали на завоеванной земле родовыми группами, которые вскоре превращались в соседские общины-марки" (стр. 67). Из этого следует, что община-марка возникла уже после переселения германцев на римскую территорию.

Такая противоречивость в освещении данного вопроса в различных главах учебника дезориентирует учащихся, мешает им правильно понять этот важный вопрос средневековой истории. Нужно заметить, что авторы учебника, употребляя слово "община", иногда не указывают, о какой общине идет речь - домашней, родовой ил" соседской. Поэтому их высказывания не всегда ясны и могут привести к неправильному пониманию текста.

Путано определен в учебнике общественный строй скандинавских стран. Так, на стр. 497 говорится, что в Норвегии "свободные крестьяне-собственники составляют в течение всего средневековья основу социального строя Норвегии", а на стр. 487 указывается, что в этих странах

"История средних веков". Т. I. Под редакцией академика Е. А. Косминского и члена-корреспондента АН СССР С. Д. Сказкина. Институт истории АН СССР и исторический факультет Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова. Госполитиздат. 1952, 748 стр. + 5 карт.

долго сохраняется неприкосновенным родовой строй, на стр. 497, что в Норвегии "сохранились несомненные следы первоначальных общинных порядков, особенно во владении лесами" (здесь также не ясно, какие общинные порядки имеются в виду - родовые или марковые?). Но возможно ли такое сосуществование различны" форм общежития? В действительности же скандинавским странам были присущи явления, характерные для порядков общины-марки: там до самого позднего периода средневековья сохранились тинги (сотенные собрания) и альтинги (окружные собрания) и существовала коллективная собственность на землю, леса и воды.

Наличие в Скандинавии общины-марки, объединявшей крестьян в одно целое, объясняет и более сильное сопротивление крестьян феодализации и христианизации, чем в других странах Европы, где общинно-марковая организация крестьян была слабее. Поэтому феодализация скандинавских стран происходила гораздо медленнее. В учебнике же замедленная феодализация этих стран объясняется сохранением родовых отношений и главным образом условиями природы. Так, в Дании "наличие больших свободных пространств задерживало феодализацию, позволяя крестьянину уходить на незанятые земли" (стр. 488). В Швеции были "гористые и лесистые пространства, куда могли уходить крестьяне" (стр. 494). В Норвегии "борьба с суровой природой закаляла норвежского рыбака и крестьянина, развивала в них волю к сопротивлению всяким попыткам лишить их свободы" (стр. 498). Но ведь географическая среда только ускоряет или замедляет ход развития общества, а не определяет его развитие. В скандинавских странах условия природы, несомненно, помогали крестьянам бороться за свою свободу, но главную роль в этой борьбе играло их объединение в общины-марки.

Авторы учебника достаточно подробно освещают все разделы истории средних веков, но в отдельных главах, по нашему мнению, следовало бы привести более обширный исторический материал, ввиду важности описываемых в них событий или явлений. Так, изложению истории Венеции, которая в средние века играла крупную роль, отведена всего лишь одна страница, причем не указаны факторы, игравшие большую роль в ее истории. Например, не сказано, что Венеция располагала большим флотом - 3 1/2 тыс. торговых и 45 военных судов с 11-тысячным войском. Именно на силе этого флота было основано могущество Венеции и ее гегемония в Средиземноморском бассейне. Не указано, что Венеция имела многочисленные торговые фактории и колонии, где были широко развиты торговля и плантаторское хозяйство с применением рабского труда, что тоже лежало в основе могущества Венеции. Не отмечены широкие связи Венеции с европейскими и восточными государствами и высокое развитие ее дипломатии, укреплявшей политическое значение и влияние Венеции в средние века. Ничего не сказано в учебнике о причинах экономического а политического упадка Италии в конце XV в. и недостаточно полно разъяснены причины ее политической раздробленности. Нельзя объяснять политическую раздробленность Италии только соперничеством городов во внешней торговле (стр. 465). Были и другие, не менее важные причины: слабость внутреннего рынка, противодействие итальянских князей усилению центральной власти ради сохранения собственной власти, политика соседних государств, направленная на сохранение политической раздробленности Италии.

Изложение истории средневековых городов (глава X) ограничено описанием внешних сторон жизни городов, в учебнике ничего не сказано о бедности основной массы городского населения, постоянном голоде Я эпидемиях, обилии нищих и кашек и т. д. Все эти явления свидетельствуют о господстве в средневековье нищеты, мрака и невежества, что упорно стараются замолчать буржуазные историки, всячески идеализирующие средневековье.

Большим пробелом является отсутствие в учебнике изложения истории арабов. Разнообразные связи Европы с арабами оказывали, несомненно, сильное влияние на все стороны жизни Европы - на ее экономику, культуру, политические отношения. Изучение истории Западной Европы без учета влияния этих связей не может быть исчерпывающим.

Мало внимания уделено в книге при изложении истории Флоренции восстанию чомпи, причем первое восстание чомпи (20 июня 1378 г.) не упомянуто, хотя второе восстание (20 июля того же года) явилось непосредственным развитием первого. Историю этого восстания следовало описать более обстоятельно, ибо оно было первым и наиболее крупным революционным движением городского плебса в средние века.

Средневековой культуре западных стран, Византии, западных и южных славян посвящено более ста страниц учебника. Материал изложен достаточно полно и отвечает требованиям современной науки. Особенно ценно, что большое внимание уделено творчеству народных масс и влиянию этого творчества нар городскую культуру. Все же и здесь имеются пробелы, которые следует восполнить при повторном издании учебника.

В главе XXV бегло, в 4 строках, говорится о книгопечатании, причем ничего не сказано ни об условиях, при которых было сделано это величайшее изобретение, ни о его огромном культурном значении. Между тем книгопечатание произвело целую революцию в области культуры и в огромной степени способствовало распространению просвещения среди народных масс. Слишком мало места отведено также Макиавелли, идеи которого играли столь большую роль в средние века (да и в позднейшее время). Все эти выдающиеся явления средневековой истории следовало раскрыть шире, не ограничиваясь несколькими общими фразами.

Совершенно недостаточно сказано в учебнике о Жанне д'Арк, о ее великом патриотическом подвиге, ее роли в победе Франции над Англией в Столетней войне. Еще меньше внимания уделено героической вековой борьбе швейцарского народа против Габсбургов. Легендарные народные герои этой борьбы - Вильгельм Телль и Арнольд Винкельрид - даже не упомянуты.

Лучше следовало разъяснить и такой важный вопрос, как формирование народностей и наций в средневековых странах Европы. Учебник говорит об этом только в отношении Франции (стр. 350), Англии (стр. 398) и Италии (стр. 643), да и то недостаточно полно. Например, перечисляя факторы, содействовавшие формированию национального сознания, авторы упускают из виду такой важный фактор, как длительные оборонительные войны, которые приходилось вести народам этих стран. Такие войны, как, например, Столетняя война Франции с Англией, войны Англии с карманами, Италии с Германией, несомненно, содействовали развитию национального самосознания.

Весьма кратко изложена история испанской инквизиции (всего на 14 строках, на стр. 485), этого чудовищного и самого характерного явления средних веков. Не вскрыты ни сущность, ни организация инквизиции, ни ее пагубное влияние на развитие Западной Европы.

По нашему мнению, целесообразно было бы дополнить учебник заключением, раскрывающим особенности раннего средневековья в области экономической, социальной, политической и культурной. Полезно было бы в таком заключении более подробно, чем во введении, рассказать об идеализации и фальсификации средневековья современными буржуазными историками. Учебник в целом нужно признать хорошим. Он правильно, по-марксистски освещает важнейшие исторические события. Имеющиеся недостатки нужно устранить при повторном издании.

Г. А. Максимович, профессор Пятигорского педагогического института

*

Рассматриваемый учебник выгодно отличается от других учебников тем, что в нем значительное место отведено вопросам культуры. Четко проведена мысль о наличии двух культур в период раннего средневековья. Авторы выступают против возвеличения роли католической церкви и главное внимание уделяют народной культуре. Значительное место уделено изучению культуры славянских народов, ее месту в развитии европейской культуры.

Однако не все разделы, касающиеся культуры средневековья, изложены удачно. Некоторые положения, выдвинутые в учебнике, вызывают решительное возражение. Это прежде всего относится к характеристике таких памятников героического эпоса, как "Песнь о Роланде", "Песнь о Сиде", "Песнь о Нибелунгах". Все эти памятники отнесены в учебнике к разделу "рыцарской литературы", в котором они характеризуются следующим образом: "Наиболее знаменитой поэмою, прославлявшей военные подвиги феодалов, была "Песнь о Роланде", сложившаяся во Франции в XI-XII вв... Идея религиозной борьбы с мусульманством характерна и для рыцарского эпоса в Испании, наиболее выдающимся образцом которого являлась "Песнь о Сиде"... "Песнь о Нибелунгах", созданная в конце XII - начале XIII столетия, представляла рыцарский эпос в Германии" (стр. 611 - 612).

В этих утверждениях нашли отражение давно отжившая теория аристократического происхождения эпоса и теория "замкнутого круга", отождествляющая среду изображаемую со средой изображающей.

В изданной АН СССР "Истории французской литературы" в разделе "Народная поэзия и ее отражение в письменных памятниках" известный исследователь эпического творчества проф. А. А. Смирнов, характеризуя французский героический эпос, справедливо указывает, что наряду с широкой народной основой в "Песни о Роланде" существуют напластования феодально-рыцарских и клерикальных элементов. Известно, что, отражая реальную действительность, эпическая поэзия периода феодализма выдвигает наиболее актуальные вопросы исторической жизни народа. Это характерно и для "Песни о Роланде".

Одно из важнейших мест занимает в "Песни" осуждение раздоров среди феодалов. Преступному эгоизму и предательству Ганелона в поэме противопоставлен патриотизм Роланда, для которого высшая цель жизни в служении "милой Франции".

Наконец, несмотря на то, что в поэме излагаются военные события, народ изображает Карла тяготящимся войной как величайшим злом. "Вновь на войну идти не мило Карлу", - говорится в поэме.

Кстати, напомним, что французский поэт-коммунист Л. Арагон в своем стихотворении "Поэт - своей партии" видит в Роланде не рыцаря-феодала, а собирательный образ, соответствующий народным представлениям о герое, мужественно борющемся за "милую Францию"¹ .

Нельзя согласиться и с трактовкой "Песни о Сиде" как рыцарской поэмы. Поэма о Сиде - это прежде всего поэма о Реконкисте, а главными движущими силами Реконкисты были испанское крестьянство и города. Поэтому Сид почти совершенно свободен от специфически рыцарских черт и выступает как подлинно народный герой.

Учебник по истории средних веков вышел в 1952 г., а в 1953 г. вышла новая "Хрестоматия по зарубежной литературе средних веков". Обе книги допущены Министерством высшего образования СССР в качестве учебного пособия для студентов. А между тем излагаемый нами вопрос трактуется в них с диаметрально противоположных точек зрения, что, конечно, не может не дезориентировать студентов и преподавателей.

Возражение вызывает и характеристика в учебнике культуры раннего Возрождения, в особенности итальянского Возрождения.

Авторы учебника характеризуют ее следующим образом: "Культура Возрождения была культурой эксплуататорских классов, прежде всего культурой подымавшейся молодой, активной и хищной буржуазии, эксплуатировавшей и презиравшей народные массы" (стр. 634). Это определение противоречит характеристике Возрождения, данной Ф. Энгельсом, считавшим, что это был "величайший прогрессивный переворот", что деятели Возрождения "были чем угодно, но только не буржуазно-ограниченными"² .

Из всего созданного в период Возрождения пережило века лишь то, что связано с интересами народа. Гениальные самородки Возрождения завоевали бессмертие тем, что стали выразителями идей и чаяний своего времени. Пушкин ценил Шекспира за то, что в его трагедиях развивается "судьба человеческая, судьба народная". В сырой и темной тюрьме написал Кампанелла свой "Город Солнца", в котором воплощена мечта об обществе, не знающем ни бедных, ни богатых. Сожжен был на костре Ян Гус, выступивший в защиту чешского народа. Их идеалы не соответствовали ни идеалам господствовавших феодальных классов, ни идеалам нарождавшейся буржуазии.

Неудовлетворительно определено в учебнике историческое значение Данте. Примитивно пересказав "Божественную комедию", автор делает следующий вывод: "Несмотря на своё религиозно-фантастическое содержание, "Божественная комедия" даёт замечательное по своей правдивости и глубине изображение человеческих стремлений, увлечений, страстей, горя, отчаяния, раскаяния, муки" (стр. 637). Значение "Комедии" в этом выводе неимоверно сужено. Данте в "Комедии" действительно с большой глубиной изобразил человеческие стремления, но автор не заметил в поэме дум писателя о политических судьбах страны, страстную и мужественную борьбу с католической церковью. И вряд ли можно характеризовать содержание "Божественной комедии" как только "религиозно-фантастическое"

Не выяснено место Боккаччо в истории итальянской и мировой литературы (стр. 638).

Все эти недостатки при рассмотрении культуры средневековья следует устранить при переиздании учебника.

Я. Ф. Ривкис, доцент Житомирского педагогического института.

¹ Л. Арагон. Поэт - своей партии. "Поэты мира в борьбе за мир". М. 1951, стр. 322.

² К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч. Т. XIV, стр. 476.

Публикатор:

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

Найденный поисковым роботом источник:

Автор(ы) публикации - Г. А. МАКСИМОВИЧ, Я. Ф. РИВКИС:

Комментарии: