Новое поколение выбирает память

Наталья ИВАНОВА-ГЛАДИЛЬЩИКОВА, Александр АРХАНГЕЛЬСКИЙ

12 мая в московском театре "Эрмитаж" названы лауреаты конкурса работ старшеклассников "Человек в истории. Россия - ХХ век". Жюри во главе с академиком Сигурдом Шмидтом (помимо историков, в него вошли Даниил Гранин и Светлана Алексиевич) познакомилось с 1651 работой из 425 городов, поселков и крошечных деревень России. Инициатором конкурса стало общество "Мемориал".

На первой полосе вчерашнего номера "Известий" была напечатана статья о владимирских школьниках, которым комитет по делам молодежи городской администрации подарил книги "Застольные речи Гитлера" и "Последние записи" Геббельса. Сегодня мы получили прямо противоположный пример взаимодействия нового поколения с историей. Старшеклассники из разных регионов, разных слоев общества, разных семей постигают родную историю "домашним образом" и учатся независимо мыслить. Это важно само по себе, но особенно - в нашей стране, которая так и не пожелала задуматься о причинах своей исторической катастрофы в XX веке, не признала некой общенациональной вины, не покаялась. Перед кем? Да хотя бы перед этим самым новым поколением, которое получает в наследство клубок тяжелейших проблем. Не только и не столько экономических, сколько нравственных. И, если угодно, идеологических.

Чтобы ответить на вопрос, куда мы идем, прежде нужно разобраться, откуда мы родом. Общеизвестна пушкинская формула: самостоянье человека основано на двух чувствах - любви к родному пепелищу, любви к отеческим гробам. Оглядываясь на жутковатый, но и величественный опыт России XX века, школьники на самом деле примеряются к XXI столетию.

Каким оно будет, зависит от них. Какими будут они - зависит от нас.

Фрагменты

из работ лауреатов

Воспоминания раскулаченных суховаты. Историю жизни Александры Ивановны Кустовой можно передать несколькими глаголами: погрузили, отняли, загнали, охраняли. Нет ни сравнений, ни эпитетов. "Я родилась в 1910 году в семье крестьянина в деревне Ружьевка Николаевского уезда Самарской губернии. В семье было 6 детей, замуж вышла в 16 лет. Переехала к свекру со свекровью, с кем в 30-м году и с двумя детьми раскулачили: старшему было 2 года 8 месяцев, а младшей - 4 месяца. Хозяйство было небольшое: 2 коровы, 4 лошади, штук 7 овец, гуси, куры. Отняли все, даже одежду не оставили, что на тебе, это и твое. Всех со всего Пугачевского района привезли в бурсы (а сейчас это военный городок), собрали в один барак, где мы прожили три дня. После чего на подводах отвезли на станцию, где погрузили в товарные вагоны, в которых уже были прибиты нары. В каждый вагон загнали по 60 человек. Ехали трое суток, двери не открывали, приходилось оправляться прямо в вагоне... На третьи сутки приехали в Ярославль, там покормили один раз горячим супом или щами, уж не помню. Поехали дальше. Потом в вагоне родила женщина, воду не давали, нечем было обмыть ребенка, и его вытерли одеялом..."

Татьяна СИСЕЕВА,

гидромелиоративный техникум,

г. Пугачев Саратовской области

Родной дом уже заняли немцы. В этот день, 8 сентября, замкнулось кольцо блокады. Захватив Шлиссельбург, враг окружил Ленинград с суши. Началась 900-дневная блокада Ленинграда. Странные отношения сложились на станции. Облик немцев, занявших дом, перестал вязаться с привычным образом жесткого и беспощадного врага. Немцы велели им подоить корову, но ее у семьи не отобрали. Вечером всех накормили супом. Дом был разрушен... Вместо дверей висели тряпки. Людмила Васильевна вынуждена была стирать немцам белье. Из рассказов крестной я узнала, что среди немцев были и румыны, которые к семье относились очень плохо, просто презирали их. Немцы же никого не обижали. Почему немцы так неплохо с человеческой точки зрения относились к Катиной семье, даже накормили их и не отобрали корову? Может быть, это жалость? Они пожалели эту семью, в которой был восьмимесячный ребенок?

Елена ГРУДИНИНА, 9 класс,

г. Мончегорск

Мурманской области

Объект моего исследования - "постылая местность", условно именуемая Автозаводской. Экологическая катастрофа - это результат самой главной репрессии ХХ века. Прекрасный уголок Москвы сделали межзаводской клоакой. Но моя цель - исследование экологии души... На месте Дорогомиловского кладбища, где было похоронено 300 воинов, погибших в Бородинском бою, построены жилые дома для партийного руководства. На погосте храма Девяти мучеников находился мой детский сад (а теперь, в продолжение сказки, - коммерческое заведение). Сейчас я живу в Коломенском. При храме - кладбище. Его разгромили достаточно поздно, в связи с приближающимися Олимпийскими играми 1980 года. Еще ближе к моему дому, на Затонной улице, где расположена детская поликлиника, до 1960 года было Татарское кладбище. Когда построили пятиэтажки, жильцы стали находить черепа и кости. Моя знакомая, Любовь Дмитриевна, лично дралась берцовой костью неизвестного, что до сих пор составляет предмет ее моральных терзаний. Кстати, эти игры не прошли дому даром: хотя жильцы были в основном молодыми людьми, по дому прокатилась волна смертей... На месте Останкинской башни было городское кладбище для самоубийц. Этот перечень хорошо показывает, почем в нашей стране "любовь к отеческим гробам".

Михаил ХРУЩЕВ, 9-й класс, Москва

Продолжение темы

на 7-й стр.

Постоянный адрес данной публикации: