Гуманитарная наука в целом и востоковедение в частности сегодня переживают кризис. Констатация этого кризиса уже стала избитой истиной. Он системен и всеобъемлющ. Его истоки кроются как в фундаментальных изменениях современной мир-системы, начиная с коммерциализации знаний и науки, интернетизации интеллектуального пространства и дегуманизации общественных отношений, так и в особенностях развития отечественной науки в последнее десятилетие. Уже десять лет назад можно было констатировать "растущий дефицит специалистов" [Наумкин, 2005, с. 6]. Сегодня проблема кадров стоит гораздо острее: ушли из жизни многие ведущие востоковеды, привлечение молодежи крайне затруднительно из-за второй глобальной проблемы гуманитарных наук - проблемы финансирования.

Финансирование гуманитарных наук сокращается и в России, и в других странах мира. Востоковедение, основу которого составляют история и филология, испытывает в дополнение к неудобности исторической истины для властей предержащих и к сложностям практического применения выводов филологии - трудности с обоснованием своего существования. Комплексный характер востоковедения затрудняет его отнесение к какой-либо конкретной гуманитарной науке. Широта междисциплинарного подхода - неотъемлемого атрибута востоковедения - становится препятствием для его номенклатурной "прописки". Сочетание истории, филологии, культурологии, экономики, философии, религиоведения, социологии, политологии, этнологии, антропологии в востоковедных исследованиях приводит к утрате востоковедением собственной специфики в глазах не только отдельных мыслителей, но и, что гораздо важнее, принимающих решения чиновников. Определенным подтверждением таких сомнений служит отрицательное отношение к термину "востоковедение" (Oriental studies, Orientalism) в зарубежной англоязычной интеллектуальной традиции, где оно считается наследием колониальной эпохи [Саид, 2006].

По существу, сегодня востоковеды, как и все остальные гуманитарии, столкнулись с угрозой исчезновения их дисциплины. Если востоковедные исследования перестанут финансироваться государством, востоковедение ждет скорое исчезновение.

Еще десять лет назад такой проблемы не существовало. Сегодня она - более актуальна, чем споры об азиатском способе производства в начале 1960-х годов или борьба с догматизмом исторического материализма в конце 1980-х - первой половине 1990-х гг.

Доказательства высокой вероятности исчезновения востоковедения могут быть сведены к нескольким наблюдениям. Само сокращение финансирования гуманитарных институтов бывшей Российской академии наук, ныне подчиненных Федеральному агентству научных организаций, подтверждает готовность властей предержащих пожертвовать этими институтами. Тираж нашего журнала с 2005 г. упал в 3 раза - с 770 до 240 экземпляров. Журнал находится в конце первой тысячи российских журналов в системе Science Index (дата обращения: 8 ноября 2014). Из тридцати материалов каждого номера, включающих не менее 12 полноценных исследовательских статей, цитируются в лучшем случае четыре, чаще - два. Два последних факта указывают на распад связей внутри востоковедного сообщества. По открытым данным Российского научного фонда, ни одна востоковедная заявка не была профинансирована в конкурсах 2014 г. Закрытие востоковедных центров, в частности кафедр восточных языков

и библиотек востоковедных институтов на Западе, свидетельствует о возможности их исчезновения в целом.

Таким образом, по достижении нашим журналом 60-летнего возраста необходимо решать вопрос о сохранении и востоковедения, и его журнала. Журнал предназначен для публикации результатов серьезных, основанных на комплексном изучении различных источников, исследований стран Востока - Азии, Африки и восточных - мусульманских и буддийских - сообществ России. Эти исследования могут и должны приносить пользу - пользу не только теоретическую, но и практическую.

Нынешняя геополитическая ситуация, воссоздающая эпоху холодной войны, заставляет особое внимание уделять вопросам развития отечественной, российской науки. Сохранение и развитие востоковедения необходимо в условиях противостояния России и стран Запада. Отказ от понятия "востоковедение" сейчас выглядит очередной капитуляцией перед англоязычным миром, свойственными англоязычной политической культуре и гуманитарным исследованиям культурными стереотипами.

Восток несомненно существует. Он, как и Запад, исторически меняется, и поэтому его сущность, содержание и границы подвижны. Пользуясь языком математики, можно сказать, что Восток есть множество социумов, отличающихся от других одновременных им социумов государственным устройством, системой хозяйствования, религиозными, идеологическими и духовными концепциями, языком, культурой и бытом. Эти отличия носят фундаментальный характер и не сводятся к пресловутому господству государственной собственности на землю.

Особенности Востока в каждую эпоху менялись. Во времена греко-персидских войн полисному строю, олимпийской религии и ионической натурфилософии противостояло разнородное в политическом и культурном отношении Персидское царство Ахеменидов, которому был свойствен маздеизм среди правящего народа персов, различные формы политеизма, а то и монотеизма (иудаизма и зороастризма) среди их подданных. При этом зависимые от Ахеменидов греческие города Западной Малой Азии включали Милет - родину первого греческого натурфилософа Фалеса. В том же V в. до н.э. на Апеннинском полуострове существовали этрусские города-государства, чьи религия и система мысли существенно отличались от древнегреческих. На территории Китая шла борьба "сражающихся царств" (Чжаньго), на Индостане сложились "великие царства" (махаджанапады). В 479 г. до н.э. умер Конфуций. На VI-IV вв. до н.э. в разных буддийских традициях приходится жизнь Будды.

В эпоху становления христианства политическое устройство Римской империи (Принципат) и Парфянского, затем Сасанидского царства было очень близко: то были монархии. На Востоке, как и на Западе шли сходные духовные процессы - мучительное искание истины и борьба за обретенную веру в условиях роста мировой торговли и монархической власти имперского типа. В III-IV вв. н.э. и на Востоке, и на Западе государство стало покровительствовать одной религии и бороться с инакомыслием: Сасанидский Иран выбрал зороастризм, Римская империя - христианство. Но христианские общины существовали на Востоке, а восточные по происхождению культы проникали в Римскую империю.

Средние века показали размежевание по религиозному принципу. Но оно было далеко не полным. Лишь с XI в. Запад можно отождествить с католическим миром - до этого он был частью христианского мира. Восток охватывал самые разные государства, цивилизации и культуры: исламский ближневосточный Халифат, индуистские и мусульманские государства Индостана, конфуцианско-буддийские империи Китая, буддийско-синтоистскую японскую монархию, индуизированные и буддийские царства Юго-Восточной Азии.

В XVI в. внутри Запада произошел религиозный раскол: в ходе Реформации возник протестантизм. В экономическом отношении ряд стран Западной Европы перешел к капитализму. Общества Востока с экономической точки зрения находились на докапи-

талистической стадии развития (как бы она ни называлась - феодальной, азиатской, даннической, политарной, общинной и т.п.). Многие из них, но не все, на протяжении XVI-XIX вв. постепенно превратились в колонии европейских стран - Великобритании, Франции, Германской империи, Бельгии, Испании, Португалии; в конце XIX в. после захвата Филиппин колониальной державой стали США. Бурное военно-промышленное и политическое развитие капиталистических государств, триумф Просвещения, либеральных и демократических концепций, националистического самосознания, индивидуализма в их культуре привели к описанному Э. Саидом отношению к Востоку как к отсталой части человечества, которая нуждается в "цивилизаторской миссии белого человека".

В начале XX в. В. И. Ленин назвал череду революций в Иране, Османской и Цинской империях (в которой монархия была свергнута и возникла Китайская республика) "пробуждением Азии". Утрату былого могущества государствами Европы констатировал О. Шпенглер. Но привычное восприятие Востока оставалось. К нему в годы холодной войны добавилось представление о противостоянии двух систем, двух миров - капиталистического и социалистического, и существовании так называемого третьего мира. Поскольку частями социалистического мира, союзниками СССР, стали многие государства Востока - Монголия, КНДР, Лаос, Вьетнам, на определенном этапе - КНР и Камбоджа, и поскольку Россию и ее историческую форму - Советский Союз - западноевропейская общественная мысль к Европе, т.е. к Западу, не относит, в множество "Восток" вошел и СССР. Всем странам Востока в XX в. (исключая, возможно, Сингапур) в той или иной степени была свойственна модель догоняющего развития.

С 1970-х гг. страны Запада, в первую очередь США, ФРГ, Франция и Великобритания, а также представители "шведской модели социализма", перешли к постиндустриальной стадии развития. В то же время КНР, отказавшись от маоистской "культурной революции", приступила к планомерному расширению рыночной экономики и углублению индустриального многоотраслевого хозяйства. Советский Союз, к сожалению, воспользовался нефтяным шоком 1973 г. и начал экспорт нефти, неэффективное управление которым в сочетании с множеством других факторов политического, экономического, социального, национального и духовного характера привело к превращению хозяйства его наследника - Российской Федерации - в преимущественно сырьевую экономику.

Сегодня Восток объединяет как высокоразвитые технологически государства (Японию, Республику Корею, Сингапур), так и отстающие страны. Религиозные системы, некогда отличительная черта восточных государств, ныне процветают в странах Запада (буддизм и ислам в США). Что отличает сегодня страны Востока, так это неприятие вмешательства США и европейских стран в их внутреннюю жизнь. В 2014 г. произошло знаковое событие - КНР стала крупнейшей экономикой мира по паритету покупательной способности. Восточные государства стремятся пересмотреть традиционную расстановку сил в мире, сложившуюся в период безусловного преобладания стран Запада.

Ныне и сам Запад далеко не однороден. Современность - время разнородности. Восток, вне зависимости от, по-видимому, схоластического вопроса, включать ли в него Россию, разнороден изначально. И потому современность - эпоха всемирно-исторического триумфа Востока. И хотелось бы верить, помня о традиционной полиэтнической, поликультурной, многоконфессиональной истории России, - возрождения и триумфа России.

Редакционная коллегия журнала считает своим долгом развивать российскую науку, российскую культуру, русский научный язык. Вместе с тем редакционная коллегия приветствует интеграцию российских научных организаций, исследователей и журналов в мировое научное сообщество и считает желательным привлечение зарубежных и

отечественных авторов для публикации статей и рецензий на книги по востоковедению на английском и других западноевропейских языках.

Журнал ставит задачу сохранить высокий потенциал отечественного востоковедения в нынешних непростых условиях. В ближайшие десять лет редакционная коллегия планирует организовать тематические выпуски и дискуссии по ключевым проблемам востоковедной науки. Мы надеемся на расширение рецензирования научных монографий и возрождения значимости рецензии как самостоятельного вида научной работы, продолжающего исследование научной проблемы, а не только излагающего полученные другими исследователями результаты.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Наумкин В. В. К 50-лeтию журнала: преемственность и обновление // Восток (Oriens). 2005. N 1.

Саид Э. В. Ориентализм: Западные концепции Востока / Пер. с англ. А. В. Говорунова. СПб.: Русский мiръ, 2006.

Постоянный адрес данной публикации: