Минувшее десятилетие отмечено позитивным развитием отношений между Россией и Ираном во многих сферах политики, экономики и культуры, что отвечает национальным интересам обеих стран. Однако ряд аспектов российско-иранских деловых связей, прежде всего в сфере атомной энергетики и продажи оружия, вызывает недовольство и даже резкую критику со стороны Вашингтона. Еще в 1995 году госсекретарь США У. Кристофер резко негативно высказался по поводу российско-иранского контракта на достройку АЭС в Бушире ¹ .

В 1999 году США ввели жесткие санкции против трех российских учебных и научных организаций, обвинявшихся в продаже атомных технологий Ирану. Тогда же представитель госдепартамента Дж.Рубин заявил, что США могут прервать сотрудничество с Россией в области запуска космических спутников, если Москва не откажется от помощи Ирану в создании ракет дальнего радиуса действия ² . После прихода к власти администрации Дж.Буша в 2001 году новый представитель госдепартамента Р. Ваучер предупредил Россию о негативных для нее последствиях, если она будет продавать оружие соседям, которые могут угрожать Вашингтону ³ .

Как представляется, в ближайшем будущем на взаимоотношения России с США будут оказывать влияние следующие факторы, связанные с Ираном:

проводимая администрацией Дж.Буша политика "сдерживания" Ирана и его изоляции в международном сообществе;

стремление Москвы обеспечить национальные интересы России в процессе ее сотрудничества с Ираном;

внешнеполитический курс Ирана в период президентства М. Хатами.

КУРС НА ОСЛАБЛЕНИЕ И ИЗОЛЯЦИЮ ИРАНА

Администрация Б. Клинтона стремилась проводить в отношении Ирана политику не только "кнута", но и "пряника". Особенно это было заметно в конце 1990-х годов. Так, в 1997 году сразу после избрания на пост президента Ирана М. Хатами Б. Клинтон публично заявил о готовности США к урегулированию проблем с Исламской республикой ⁴ . Знаковым событием можно назвать выступление госсекретаря США М. Олбрайт в начале 2000 года на конференции Американо-иранского совета в Вашингтоне. В своей речи она подчеркнула, что эта конференция посвящена перспективам улучшения взаимоотношений США и Ирана ⁵ .

Такой настрой Вашингтона можно объяснить его надеждой на изменение Ираном политики экспорта исламской революции после обнародования прагматической программы президента Ирана М. Хатами, в которой на Западе увидели желание Тегерана встать на путь конструктивного сотрудничества с западными странами.

Однако в Вашингтоне не было уверенности в том, что прагматик М. Хатами может изменить позицию правящего шиитского духовенства, прочность которой не смогли поколебать ни ирано-иракская война, ни международная изоляция Ирана, ни смерть Хомейни.

А правоконсервативная администрация Дж.Буша взяла курс на резкое усиление давления на "страны-изгои", включая Иран. В марте 2001 года новый президент США возобновил односторонний запрет на торговлю США с Ираном и американские инвестиции в иранскую экономику ⁶ . В это же время Верховный суд США постановил, что Тегеран должен 325 миллионов долларов тем американцам, которые были заложниками ливанских группировок, поддерживаемых Ираном ⁷ .

Ужесточение позиции Вашингтона в отношении Исламской Республики Иран соотносится с нынешней стратегией национальной безопасности Соединенных Штатов. Один из ее ведущих пунктов гласит, что Вашингтон "должен быть способен и иметь решимость для оказания влияния на действия других государств в целях обеспечения глобального превосходства" ⁸ . Чтобы оправдать в глазах международной общественности политику давления на неугодные режимы, особенно те из них, которые считаются региональными противниками США, администрация Дж.Буша представляет перед мировым сообществом Иран и некоторые другие государства как агрессоров. Весьма показательно заявление заместителя госсекретаря США Дж.Болтона, который указал, что Иран, Ливия и КНДР имеют средства для изготовления химического оружия ⁹ . Администрация Дж.Буша блокировала вступление Ирана в ВТО ¹⁰ .

После 11 сентября 2001 года и особенно в связи с операцией "Несокрушимая свобода" в Афганистане США использовали

стр. 23

угрозы и рычаги давления на Иран, заявляя "кто не с нами, тот с террористами". В январе 2002 года Дж.Буш сделал официальное заявление, требующее от Тегерана вступления в войну с международным терроризмом. Он также предупредил иранское руководство против предоставления убежища боевикам террористической организации "Аль-Каиды" и движения "Талибан". М. Хатами и бывший президент Ирана А. Хашеми-Рафсанджани резко осудили речь Буша, назвав ее "оскорбительной и провоцирующей" ¹¹ .

Летом 2002 года президент США демонстративно назвал Иран пособником государств, составляющих "ось зла" и главным спонсором терроризма. В Вашингтоне уиверждали, что иранские власти, возможно, поддерживают связи с "Аль-Каидой".

Помимо сохраняющихся в США антииранских настроений, связанных с захватом в качестве заложников сотрудников посольства США в Тегеране в 1980 году, у Вашингтона сейчас имеются, по крайней мере, две причины, стимулирующие его политику конфронтации с Ираном.

В течение более десяти лет приоритетная задача США в области внешней политики преследовала цель создания американской сферы влияния на южном фланге России с опорой на некоторые кавказские и центрально-азиатские страны. С этой целью Вашингтон в 1990-х годах активно развивал сотрудничество с Узбекистаном, Кыргызстаном, Грузией, Азербайджаном и отчасти с Арменией, стремясь подключить их к участию в натовской программе "Партнерство ради мира". В 1999 году США объявили Центральную Азию зоной ответственности Центрального командования США ¹² .

С проведением антитеррористической операции в Афганистане США связывают надежды на вовлечение в той или иной мере центрально-азиатских республик в деятельность западных политических и военных структур и закрепление за собой роли гаранта стабильности и безопасности в этих республиках и Афганистане. В случае успеха такой политики администрация Дж. Буша получает возможность существенно ослабить роль Ирана в региональной политике и устранить его от участия в крупных региональных экономических проектах.

Вторая причина, стимулирующая американскую политику конфронтации с Ираном, как это ни странно, заключается в поддержке большинством мусульманских стран (монархий Персидского залива, Египта, Иордании, Пакистана и др.) международной антитеррористической кампании, развернутой США. В Вашингтоне прекрасно осознают, что такая реакция проистекает из-за их боязни наказания со стороны Вашингтона в случае несогласия, а также из-за стремления этих государств добиться от Запада предоставления льгот в торгово-экономической области ¹³ . Это позволяет США сделать вывод, что исламский мир на официальном уровне признает лидирующую роль США и оказывается бессильным предпринять действия, направленные против Вашингтона.

РОССИЯ - ИРАН: СОТРУДНИЧЕСТВО И ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ

С середины 1990-х годов активизировалось развитие торгово-экономических и научно- технических связей России с Ираном.

В 1995 году была утверждена программа экономического взаимодействия Москвы и Тегерана на долгосрочную перспективу. В 1996 году имел место визит министра иностранных дел России Е. Примакова в Иран, который дал новый импульс к активизации сотрудничества обоих государств ¹⁴ . В 1999 году Иран посетил министр топлива и энергетики РФ С. Генералов, который провел обстоятельные переговоры с иранским руководством по двустороннему взаимодействию в области ТЭК ¹⁵ . В том же году была подписана программа обменов между двумя странами в области науки и культуры.

Однако в период президентства Б. Ельцина в России определенным препятствием на пути развития российско-иранского сотрудничества была позиция Вашингтона. Этот вопрос постоянно фигурировал в ходе переговоров в рамках "комиссии Гор-Черномырдин". Ситуация изменилась после официального заявления России в 2000 году о выходе из секретного приложения к итоговому протоколу комиссии, содержавшему обязательство Москвы не заключать новые контракты о поставках оружия Ирану.

Россия на самом высоком

стр. 24

уровне подтвердила свою решимость развивать связи с Ираном. В новой концепции российской внешней политики, обнародованной в 2000 году, отдельной строкой была выделена важность конструктивных отношений с Исламской Республикой Иран ¹⁶ . Министр обороны РФ И. Сергеев заявил, что все критические заявления американских политиков о российско-иранском сотрудничестве безосновательны ¹⁷ .

Новые горизонты разностороннего сотрудничества между двумя странами открывает подписанный в Москве в марте 2001 года президентом России В. Путиным и президентом Ирана М. Хатами Договор об основах взаимоотношений и принципах сотрудничества между Российской Федерацией и Исламской Республикой Иран.

Документ предусматривает развитие долгосрочных и взаимовыгодных связей в целях реализации совместных проектов в области транспорта, энергетики, включая мирное использование атомной энергии и строительство атомных электростанций, промышленности, науки и техники, сельского хозяйства и здравоохранения.

Объективным фактором, обусловливающим стремление России к сотрудничеству с Ираном, является обеспечение посредством такого сотрудничества ее национальных интересов. У обеих стран имеется широкий перечень областей для развития выгодных и перспективных торгово-экономических, коммуникационных и научно-технических связей.

Важную роль играет экспорт российского оружия и боевой техники в Иран. В 1998 году Иран подтвердил заинтересованность в продолжении и расширении военно-технических контактов с Москвой ¹⁸ . Примечательно, что руководство Ирана разработало новую, 25-летнию программу перевооружения с опорой на технику российского производства. В первую очередь Тегеран заинтересован в создании комплексной системы ПВО, лицензионного производства различных систем вооружений, разработке и реализации космических программ и т.д. Показательно и то, что влиятельные представители консервативного крыла правящей элиты Ирана в лице руководства Корпуса стражей исламской революции выступают активными сторонниками развития отношений с Россией в военно-технической сфере. По словам представителя госкомпании "Рособоронэкспорт" В. Комардина, в рамках российско-иранского сотрудничества возможна подготовка военных специалистов этой страны в России, а также поставка туда запасных частей к бронетехнике, средствам связи, боевым самолетам, военно- транспортным и ударным вертолетам ¹⁹ . В октябре 2001 года между министром обороны Ирана А. Шамхани и министром обороны России С. Ивановым был подписан договор о продаже иранской стороне комплектующих к военной технике и собственно оружия. На основании такого договора Россия может ежегодно получать до 300 миллионов долларов дохода ²⁰ .

Значительную область российско-иранского сотрудничества представляет также атомная энергетика. Общая стоимость проекта по завершении АЭС в Бушире составила 800 миллионов долларов ²¹ . На третьем заседании российско-иранской межправительственной комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству в 2000 году было положено начало составлению и реализации проекта "Бушир-2". Ведутся переговоры по вопросу о сооружении в Иране легководородного реактора мощностью 40 мегаватт ²² .

Особое значение приобрело российско-иранское сотрудничество в сфере коммуникаций. Свидетельством этого может служить международный транспортный проект "Север-Юг", соглашение о реализации которого было подписано во второй половине 2000 года в Санкт-Петербурге Россией, Ираном, Индией и Оманом. Проект предусматривает создание транспортного коридора от границ России с Финляндией до иранского порта Бендер- Аббас в Персидском заливе. Этот проект открывает перед Россией значительные экономические перспективы благодаря увеличению ее транзитного потенциала и расширению экономических связей ²³ .

Москва и Тегеран ныне заинтересованы в выработке скоординированной политики в области туризма, а точнее - в использовании совместного туристического пространства - "Пути из варяг в персы". Наращивание возможностей туристского бизнеса появилось после подписания в 2001 году в Москве российско-иранского Договора о принципах сотрудничества. В 2000 - 2001-е годы обмен туристами между Россией и Ираном активизировался ²⁴ .

Особое значение приобретает сотрудничество России и Ирана в стратегическом плане. Совпадение стратегических интересов

стр. 25

обеих стран проистекает из нынешней геополитической ситуации: а) обе страны заинтересованы в обеспечении надежности своих границ и, следовательно, в наличии дружественно настроенных соседей; б) обе страны являются объектом пристального внимания ведущих держав мира, стремящихся сузить сферу влияния Москвы и Тегерана в субрегионе, объявленном зоной жизненных интересов США; в) Россия и Иран не могут не проявлять озабоченности в связи с расширением сотрудничества Вашингтона со странами Закавказья и Центральной Азии, а также с продвижением НАТО на восток.

Стратегическое сотрудничество России и Ирана охватывает многие сферы. Во-первых, несмотря на периодически возникающие разногласия, обе страны в целом заинтересованы в противостоянии попыткам ограничить их влияние на развитие общей ситуации в зоне Каспия. В ходе визита М. Хатами в Москву было подписано совместное заявление по правовому статусу Каспия, в котором подчеркивалась действенность договоров 1921-го и 1940 годов и отмечалась необходимость усовершенствования правового режима Каспийского моря.

Во-вторых, важное место в стратегическом взаимодействии обеих стран занимают вопросы безопасности и сотрудничества в Центральной Азии и Закавказье, противодействие наркобизнесу, который усилиями афганских талибов со второй половины 1990-х годов превратился в дестабилизирующую силу, несущую угрозу региональным странам. Свидетельством сотрудничества России и Ирана в решении этих проблем является, в частности, венская встреча в мае 2000 года представителей "Группы 6+2" (организации в составе граничащих с Афганистаном стран, России и США), на которой были обсуждены ситуация в Афганистане и меры по борьбе с незаконным оборотом наркотиков из Афганистана ²⁶ . В рамках деятельности "Группы 64 - 2" Россия и Иран в конце 2001 года продемонстрировали свое желание оказывать влияние на формирование нового политического режима в Афганистане после падения правительства талибов ²⁷ .

Наконец, Россия и Иран уделяют большое внимание вопросам глобального характера. В 2000 году в Москве состоялся очередной раунд российско-иранских консультаций по вопросам стратегической стабильности. Обе стороны подчеркнули созвучность целей выдвинутой Ираном инициативы диалога цивилизаций и предложенной Россией концепции мира в XXI веке, в центре которой находится идея многополярности ²⁸ .

УМЕРЕННЫЙ ПРАГМАТИЗМ, ДОЗИРУЕМЫЙ ИСЛАМСКОЙ ИДЕОЛОГИЕЙ

Международная политика Ирана играет существенную роль как в сохранении враждебного отношения США, так и перспективности прочного ирано-российского сотрудничества, оказывая в итоге влияние на место иранского фактора во взаимоотношениях Москвы и Вашингтона.

Эволюция теократического режима в Иране в ближайшее время маловероятна. Все ведущие современные иранские политики, включая президента М. Хатами и духовного лидера (рахбара) А. Хаменеи, являются представителями духовенства и так или иначе были близки к имаму Хомейни. К примеру, отец нынешнего иранского президента аятолла Хатами был другом лидера революции и наставником нынешнего рахбара. Хатами и Хаменеи связаны узами семейной дружбы, Хатами имеет родственные связи с семьей Хомейни ²⁹ .

Разногласия между прогрессивным и ортодоксальным крыльями иранской правящей элиты по сути дела сводятся к вопросу изменения рамок дозволенного в огромном пространстве исламских ограничений в политической, экономической и социальной сферах. Команда М. Хатами, зарекомендовавшая себя некоторыми реформаторскими инициативами на международной арене, не идет, однако, на радикальные шаги во

стр. 26

внутренней политике. Она пытается реформировать режим, не ослабляя его несущие конструкции, оставляя незыблемыми идеологические устои. Характерно, что только в 2001 году Иран предпринял первый шаг в создании некоего подобия рыночной экономики: разрешил деятельность частных банков ³⁰ . Не прекращается в Иране дискриминация религиозных меньшинств и женщин, а также преследование инакомыслия ³¹ . Показательна готовность М. Хатами идти на компромисс с консерваторами, которую он проявил, например, когда духовный лидер Ирана А. Хаменеи блокировал его инаугурацию в августе 2001 года, поскольку сторонники президента в меджлисе отвергли кандидатуры ряда консерваторов на ответственные политические посты ³² .

Незыблемость идеологических подходов Тегерана порождает в правящих кругах США и ряда других стран Запада неуверенность в отказе от провозглашенного Хомейни курса на создание под эгидой Ирана мировой исламской общины. Это обстоятельство, а также претензии иранского руководства на региональную гегемонию, прежде всего в зоне Персидского залива, дают повод Вашингтону рассматривать Исламскую Республику Иран как противника США и существующей системы международных отношений. Серьезная заявка Ирана на вступление в число государств, обладающих стратегическими возможностями, особенно после испытания в 1999 году баллистической ракеты "Шихаб- 3", усугубляют американо-иранскую конфронтацию.

Вместе с тем нет оснований говорить о том, что теория экспорта исламской революции, пропагандировавшаяся с начала 1980-х годов, продолжает занимать ведущее место во внешней политике Ирана. С приходом к власти президента М. Хатами она отодвинулась окончательно на задний план. Это связывается с ориентацией иранской правящей элиты прежде всего на сохранение жизнеспособности существующего режима перед лицом внешних и внутренних вызовов. С одной стороны, теократический режим нуждается в нейтрализации массового недовольства иранцев низким уровнем жизни и отсутствием свобод, прежде всего молодежи, составляющей до 43 процентов населения Ирана ³³ . Многие юноши и девушки, родившиеся после 1979 года, не испытывают пиетета к некоторым постулатам исламской революции и являются активными участниками демонстраций против отдельных акций правительства.

С другой стороны, включение Ирана в процессы экономической глобализации, стремление Тегерана повысить свой экономический потенциал, а также найти максимум стратегических партнеров в борьбе с новым мировым порядком, который пытается установить Вашингтон, создают довольно прочный барьер амбициозным идеям исламской революции.

Таким образом, скорее всего, в ближайшем будущем иранский фактор будет продолжать оказывать серьезное влияние на развитие российско-американских отношений.

Претензии администрации Дж.Буша на доминирование в регионе Ближнего и Среднего Востока, стимулированные терактами 11 сентября 2001 года, создают основу для нового витка обострения конфронтации США с Ираном, чему способствует и сохранение учения Хомейни в качестве единственной официальной идеологии ИРИ.

В то же время заинтересованность России в сотрудничестве с ИРИ в самых различных сферах может повлечь за собой негативную реакцию Вашингтона. К тому же перспективность и выгодность развития сотрудничества с Ираном могут сделать его в глазах некоторых представителей политической элиты РФ наиболее предпочтительным партнером на Ближнем и Среднем Востоке.

Перед Россией стоит нелегкая задача балансирования между обеспечением своих интересов как на американском, так и иранском направлениях. В более широком плане иранский фактор в российско-американских отношениях может повлиять на выработку Москвой такого курса, который будет способствовать трансформации существующего миропорядка, который отвечал бы национальным интересам России.

-----------------

¹ Павлова-Сильванская М. Россия строит Ирану атомную станцию, которую отказалась строить Германия. "Новое время", 1995, N 10.

² "Независимая газета". 15.01.1999.

³ "Независимая газета". 14.03.2001.

⁴ Middle East Economic Digest. June 13, 1997, p.8.

⁵ См.: Middle East Economic Digest. March 31, 2000, p.23.

⁶ The Middle East Journal. Vol.55, no.3, 2001, p.485.

⁷ The Middle East Journal. Vol.55, no.2, 2001, p.672.

⁸ "Независимая газета". 18.12.2001.

⁹ The Middle East Journal. Vol.56, no.2, 2002, p.309.

¹⁰ The Middle East Journal. Vol.56, no.l, 2002, p.144.

¹¹ The Middle East Journal. Vol.56, no.3, 2002, p.499.

¹² "Независимая газета". 18.12.2001.

13 Белокреницкий В. Л. Реакция мусульманских стран на кампанию борьбы с терроризмом. - Ближний Восток и современность. Вып. N 12. Сб. ст. под ред. Исаева В. А., Филоника А. О. М., 2001, с.31.

¹⁴ См.: Дипломатический вестник. 1997, N 1, с.24.

15 См.: Григорьев С. В. Иран и Россия. - Исламская революция в Иране: прошлое, настоящее, будущее. Сб. ст. под ред. Мамедовой Н. М. М., 1999, с.108 - 109.

¹⁶ "Независимая газета". 01.03.2001.

¹⁷ Там же.

¹⁸ Сажин В. И. Россия-Иран: партнерство или стратегический союз? - Россия на Ближнем Востоке: цели, задачи, возможности. Сб. ст. под ред. Филоника А. О. М., 2001, с.201.

¹⁹ "Независимая газета". 12.03.2001.

²⁰ The Middle East Journal Vol.56, no.l, 2002, p.144.

²¹ Сегодня. 08.07.1997, c.4.

²² См.: "Персия", приложение к журналу "Азия и Африка сегодня" 2002, N 1.

²³ Там же.

²⁴ Юртаев В. И. Иран и Россия: диалог между цивилизациями, развитие, туризм. - Ближний Восток и современность. Вып. N 14. Сб. ст. под ред. Аруновой М. Р. М., 2002, с. 300.

²⁶ См.: Final draft. 10 May 2000. Chairman's summary of technical meeting on the Afghanistan narcotics issue. Vienna, May 2000.

²⁷ The Middle East Journal. Vol.56, no.3, 2002, p.305.

²⁸ Арунова МР. РФ-ИРИ. Политический диалог: 1999 - 2000 г.г. -Иран: ислам и власть. Сбр. ст. под ред. Мамедовой Н. М., Санаи М. М., 2001, с.187.

²⁹ См.: Zahedi D. The Iranian revolution: then and now. Indicators of regime instability. Boulder, 2001, p. 176.

³⁰ The Middle East Journal. Vol.56, no.l, 2002, p.143.

³¹ The Middle East Journal. Vol.53, no.2, 1999, p.280.

³² The Middle East Journal. Vol.56, no.l, 2002, p.143.

³³ Мамедова Н. М. Тенденции демократизации во внутриполитической жизни Исламской Республики Иран. - Иран: ислам и власть. Сб. ст. под ред. Мамедовой Н. М., Санаи М. М., 2001, с.53.

Постоянный адрес данной публикации: