Прогремевшие в Лондоне 7 июля 2005 г. взрывы унесли жизни 52 человек. Теракты совершили четыре мусульманина: Мохаммед Сидик Хан, Хасиб Хусейн, Шехзад Танвир и Джермейн Линдси. Смертники были гражданами Соединённого королевства. Более того, все они, кроме Линдси, родились и выросли здесь, учились в британских школах. Позднее было установлено, что Сидик Хан находился под сильным влиянием исламо-экстремистов и именно с их помощью вербовал и готовил остальных участников террористических акций 7 июля.

Масштабами терактов была потрясена вся Великобритания, но ещё больший шок у общественности вызвал тот факт, что террористы оказались доморощенными. Эта ситуация породила множество вопросов. Что могло побудить молодых людей пойти на такой страшный шаг? Каковы причины столь неожиданной радикализации? Как смогли закрепиться в Англии и осуществлять активную пропаганду и вербовку организации, представляющие радикальные течения ислама? Чтобы ответить на эти и другие вопросы, необходимо сделать небольшой исторический экскурс и краткий анализ процессов образования мусульманских общин на территории страны, формирования у представителей последних религиозно-политических воззрений.

ФОРМИРОВАНИЕ МУСУЛЬМАНСКИХ ОБЩИН

Мусульмане начали селиться в Великобритании ещё в середине XIX в., однако их численность начала значительно возрастать лишь пропорционально увеличению иммиграционных потоков в страну после Второй мировой войны, что было связано, прежде всего, с начавшимся и активно набиравшим темпы процессом распада Британской колониальной империи. Пик иммиграции из стран Британского Содружества (или иммиграции первой волны) пришёлся на конец 1950-х - начало 1960-х гг. Такому росту способствовал тот факт, что вплоть до 1962 г., когда был принят Иммиграционный акт, въезд на территорию Великобритании для граждан бывших колоний и стран - членов Содружества был неограниченным, и все эти категории имели в то время право на получение британского паспорта¹.

В послевоенный период Великобритания испытывала острую нехватку в дешёвой и зачастую неквалифицированной рабочей силе, каковой являлось большинство приезжавших мусульман². После войны вследствие модернизации британской экономики ряд предприятий старой угледобывающей отрасли закрылись, и цены на жилье во многих промышленных районах Англии и Шотландии упали. Мусульмане-иммигранты воспользовались этим и снимали квартиры в домах старой застройки, находившихся в центре городов, поскольку в тот Период среди бизнесменов и клерков появилась мода на жилье в пригородах. Со временем многие перевезли к себе родственников.

Адепты ислама находили все новые возможности для переселения даже после принятия Иммиграционного акта 1962 г. и законов об иммиграции из стран Содружества 1965, 1968 гг., серьезно ограничивавших въезд в страну³. Чтобы закрепиться в стране, мусульманам пришлось отказаться от того, что британский ученый Мохаммед Анвар назвал "мифом о возвращении"⁴.

Иммигранты не сразу свыклись с тем, что Великобритания станет для них и их семей постоянным домом - изначально многие собирались туда на заработки, чтобы помочь семьям, оставшимся на родине. По закону об иммиграции 1968 г. держатели британских паспортов лишались права свободного въезда в страну, если не родились на её территории и не имели там родственников. К этим же требованиям отныне сводились и критерии получения гражданства. Таким образом, иммигрантам приходилось выбирать - уехать на родину навсегда или, наоборот, остаться и перевезти к себе родственников. Второй вариант выбрало большинство, спровоцировав не сокращение иммиграционных потоков, на что рассчитывали создатели закона, а их увеличение.

Все эти факторы и то, что мусульманам-иммигрантам пришлось многим пожертвовать в борьбе за лучшую жизнь, способствовали формированию у них определённого менталитета - иммигранты первого поколения дорожили статусом британского гражданина и правами, которые он даёт. Поэтому в 1960-х - 1970-х гг. общины в отстаивании своих интересов предпочитали митингам и акциям протеста диалог с властями страны. Возникавшие же конфликты сводились к протестам против дискриминационного иммиграционного контроля, расистских атак и притеснений со стороны полиции. Со своей стороны правительство стремилось к тому, чтобы мусульмане и другие религиозные, а также этнические меньшинства как можно более полно интегрировались в британское общество, сохранив при этом свои культурно-религиозные особенности. Такая поли-

тика получила название мулъти-культурализма - т. е. предоставление различным этническим и религиозным группам равных с коренным населением прав и возможностей для участия в жизни государства.

Религиозный аспект вышел на первый план в противостоянии между властью и общинами только в 1980-х гг. В это время в страну приезжали молодые мусульмане второй волны иммиграции, среди которых было много выходцев не только из стран Содружества, но и беженцев и иммигрантов с Ближнего Востока. К иммиграции их побудила политическая нестабильность, в частности, революция в Иране в 1979 г., война между Ираном и Ираком (1980 - 1988 гг.), гражданская война в Ливане (1975 - 1990 гг.). В этот же период в общественную жизнь постепенно вовлекались мусульмане, родившиеся на британской земле в 1960-е гг. и в последующие десятилетия. Молодые мусульмане этой волны иммиграции, так же как и их британские единоверцы, зачастую не разделяли традиционных взглядов основателей общин в Великобритании - представителей первой волны иммиграции 1950-х - 1960-х гг. Они и составили основную целевую аудиторию для идей радикальных исламо-экстремистов, развивших с конца 1980-х гг. активную деятельность в стране.

МУСУЛЬМАНЕ ВТОРОЙ ВОЛНЫ ИММИГРАЦИИ

В 1979 г. в Ковентри открылась первая в стране мусульманская школа, началась борьба за введение в государственных школах халяльного* питания для учеников-мусульман. Возросшая активность мусульман и других меньшинств на национальном и местном уровнях вызывала всё большее раздражение у коренных жителей и нередко у властных структур. Борьба за политическое и социальное равенство в 1980-х гг. вылилась в кризис, породивший массовые акции протеста, организованные представителями (не только религиозных) меньшинств.

Одними из самых масштабных были беспорядки в Брикстоне и в других британских городах в 1981 г. За ними последовали митинги и марши протеста против запрета на введение халяльной пищи в школах, в результате которых требования мусульман были удовлетворены. Дальнейшей политизации британских мусульман способствовало так называемое "дело Рушди" 1988 г., а также протесты против британской внешней политики в Персидском заливе, Боснии и т. д. Публикация книги Салмана Рушди "Сатанинские стихи" вызвала волнения среди мусульман, отмечались акции сожжения книги и погромы. "Дело Рушди" стало ключевым в политическом самоутверждении британской мусульманской общины, когда "культурное отличие" последней породило множество новых вопросов, касавшихся возможности интеграции и, по сути, особой "британскости" (Britishness) британских мусульман. Протесты против "Сатанинских стихов" не были лишь проявлением гнева в отношении Рушди за его изображение пророка, а являлись более широким выражением недовольства в отношении британских социальных ценностей: "Многие британские мусульмане воспользовались случаем, чтобы сформулировать свои претензии к обществу, которое, с одной стороны, позиционирует себя как светское, а с другой - является глубоко христианским в традициях, учреждениях и социальной практике"⁵.

В 1990-е гг. в Великобританию прибыли новые религиозные учителя с арабского Ближнего Востока. Они выступали с проповедями, противопоставлявшими исламскую цивилизацию агрессивному и антимусульманскому Западу. Многие мусульмане, политизированные "делом Рушди", уже не отождествляли себя с традиционным "культурным исламом" первого поколения иммигрантов. Рожденные в Великобри-

* Питание, дозволенное с точки зрения мусульманских религиозных норм.

тании, они плохо представляли себе религиозные практики и традиции своих родителей и местных имамов, приехавших когда-то главным образом из сельских районов бывших колоний⁶.

Так, постепенно, под влиянием внутренних и внешних факторов происходит политизация молодых британских мусульман, нарастает отчуждение между ними и старшим поколением, которое придерживалось традиционных течений ислама. Молодые мусульмане активно участвовали в создании и деятельности мусульманских организаций страны*.

РАДИКАЛИЗАЦИЯ МОЛОДЫХ МУСУЛЬМАН

Увеличение количества мечетей в Великобритании происходило по мере роста иммиграционных потоков. Если до 1963 г. насчитывалось всего 13 мечетей, то с 1966 г. ежегодно возникало не менее семи. Прорыв произошёл в 1975 г., когда было открыто 18 мечетей, а в последующие годы - от 17 до 30 ежегодно⁷. Представитель Университета Ворвика и Центра по исследованию межэтнических взаимоотношений британец Хишам Хеллер приводил в 2007 г. следующую статистику: 203 мечети в 1980 г., 338 в 1985 г. Хеллер полагает, что к 2007 г. это число выросло более чем в два раза, включая и незарегистрированные сооружения⁸. Наибольшее их количество сосредоточено в городах с самыми крупными мусульманскими общинами: Лондоне, Бирмингеме, Бредфорде.

Данные о численности мусульман в Великобритании в настоящее время довольно сильно разнятся. Согласно официальной статистике, в 2001 г. на территории страны проживало 1,5 млн. мусульман?). В тот период 73% из них имели азиатское происхождение: 43% были выходцами из Пакистана, 16% из Бангладеш, 8% из Индии и 6% - из других государств Азии¹⁰. К 2005 г. общее количество возросло на 200 тыс. и составило 1,7 млн. человек соответственно. В то же время сами представители мусульманских общин и организаций страны придерживаются мнения, что их единоверцев на территории туманного Альбиона никак не меньше 2 млн, а некоторые и вовсе называют цифру в 4 - 5 млн¹¹.

Как и в исламских государствах, мечети в Великобритании служат "опорными пунктами" мусульманских течений и организаций самого различного толка. Наиболее влиятельным фундаменталистским движением в стране является Джамаат-и-ислами ("Исламская община"). Основной целью движение провозглашает не столько реформирование ислама, сколько сохранение и усиление позиций вероучения пророка Мухаммеда. Организация была основана в 1941 г. известным мусульманским деятелем Британской Индии Мауланой Абул Ала Маудуди (1903 - 1979)**. Движение развило активную пропагандистскую деятельность среди различных социальных групп и слоев мусульманского (и не только) населения Великобритании. Был создан ряд организаций, которые, формально заявляя о своей независимости, на самом деле подчиняются Джамаат-и-ислами, координируют с движением свои действия и имеют идентичную с ним структуру. Среди них: "Исламская миссия в Соединённом королевстве", "Мусульманский фонд", "Мусульманский образовательный фонд", "Молодые мусульмане Соединенного королевства"¹². Все они считают своим духовным вождём Маудуди, требуют от своих членов жесткой дисциплины и следования исламским принципам. "Исламская миссия" насчитывает по всей стране 13 центров, 39 отделений и 28 мечетей. "Мусульманский фонд" был создан как центр исследований и публикаций и захватил лидерство в области печатной продукции для детей, занимается переводами и изданием наследия А. А. Маудуди. "Мусульманский образовательный фонд" специализируется на разработке совместно со школами мер для исламского обучения детей мусульман вне школьной программы.

Члены мусульманских общин Великобритании преуспели и в создании организаций, осуществлявших активную деятельность на местном уровне. Одним из основателей организации подобного рода - "Молодые муллы" - стал в середине 1990-х гг. Мохаммед Сидик Хан. Основной ее целью являлась борьба с наркоманией, буквально захлестнувшей маленькие городки и центры, вроде Бистона - пригорода Лидса, где проживали Сидик Хан и его сторонники. Члены организации использовали довольно жёсткую "терапию": подсевших на наркотики сверстников с согласия родителей запирали в пустой квартире неподалеку от мечети в центре Бистона, где почти в буквальном смысле отбивали у них привычку к наркотикам. После событий 11 сентября 2001 г. в организации резко усилилась религиозная составляющая, а сам Сидик Хан к тому моменту уже был в тесном контакте с экстремистскими организациями¹³.

У мусульман-иммигрантов первой волны есть своя точка зрения по поводу радикализации молодого поколения. Вот что говорит Мохаммед - владелец магазина в Бистоне, знавший всех бомбистов: "Именно на наши плечи выпали основные трудности, а эти ребята родились и выросли уже здесь. Они бездельничают, им скучно, и у них нет никакого представления о чести и уважения к своим корням"¹⁴. Имам одной из мечетей Бистона Маулана Мунир, напротив, считает, что молодое поколение вольно самостоятельно выбирать, чем ему заниматься, и мечеть здесь не при чем. Таким образом, налицо определенная дистанция, если не непонимание,

* В Великобритании мусульманские организации осуществляли свою деятельность в соответствии с законом о благотворительных организациях, который не обязывал проходить процедуру регистрации после их учреждения, достаточным являлось наличие внутреннего устава. Подобная регистрация давала определённые преимущества - ослабление налогового бремени. Поэтому практически все мечети и мусульманские организации в Великобритании - благотворительные учреждения.

** Маулана - буквально "святой наш", "господин наш". Обычный титул духовного авторитета, ставший частью его имени.

между двумя поколениями британских мусульман - иммигрантами и их детьми, родившимися уже на новой родине. Это подтверждает и внешний вид представителей разных поколений: если старшее поколение, главным образом мусульмане из Пенджаба, предпочитают носить шалвар курта (shalwar kurta) -традиционную одежду жителей с субконтинента, то их сыновья зачастую одеты в длинные арабские одежды и носят характерную бороду в соответствии с требованиями ислама. Именно такие одежды, а не шалвар курта, они и считают традиционными для себя.

Британский журналист пакистанского происхождения Атиш Тазир пришёл к выводу, что когда для молодых британских мусульман даже Пакистан, откуда иммигрировали их родители, не является страной, с которой они могли бы себя идентифицировать, "британская идентичность" вдохновляет их еще меньше. Они выросли в относительном спокойствии и достатке, им не приходилось в своей жизни решать те насущные задачи, что выпали на долю их отцов, пытавшихся наладить жизнь в незнакомой стране. Молодые мусульмане Великобритании не особенно дорожат своей британской идентичностью, поскольку воспринимают ее как данность - ведь им не приходилось бороться за гражданство и за признание в обществе, как их родителям. К тому же, эта идентичность в условиях отсутствия четких жизненных ориентиров зачастую только мешает им.

В этом отношении можно говорить о своего рода "синдроме второго поколения религиозно - этнической диаспоры", когда для молодых мусульман пакистанского происхождения наиболее актуальными становятся нормы и ценности не родины их предков и не приютившей их Великобритании, а культура арабского мира или ценности глобальной уммы, а вместе с ней нередко и радикальные нормы исламизма и фундаментализма. В то же время многие представители старшего поколения оказываются оторванными от этих процессов и течений, не замечая потерю их сыновьями своей идентичности и смысла жизни, что и толкает последних в объятия исламских радикалов. В большинстве случаев вербовщики этих движений и организаций и являются представителями второго поколения британских мусульман. Через неделю после взрывов в Лондоне они говорили: "Жаль, что люди погибли, но как насчет тех, кто гибнет в Ираке? Да и какая разница между "Аль-Каидой" и Ми-5 (британская служба внутренней разведки)?!"

Отечественный востоковед Р. Г. Ланда в одной из своих работ подробно перечисляет мусульманские организации, занимающиеся экстремистской деятельностью или спонсирующие ее¹⁵. К примеру, "Аль-Мухаджирун", с которой связаны исламские террористические группировки в Алжире, Египте, Ливии, Сирии и т. д. "Аль-Мухаджирун" заявляет о своей поддержке борцов за веру на так называемых "оккупированных территориях" Боснии, Чечни, Кашмира и Палестины. Для сбора средств часто используются торговые лавки и фирмы, которые в Британии имеет большинство пакистанцев и значительная часть остальных мусульман.

Именно так зарабатывает себе на жизнь и проповедническую деятельность Хасан Батт, молодой британский мусульманин пакистанского происхождения, представитель все той же экстремистской группировки "Аль-Мухаджирун", занимающийся набором людей для ведения боевых действий против сил коалиции в Афганистане. Проживающий в Манчестере Хасан, подобно многим британским мусульманам второго поколения, прошёл путь от кризиса самоидентификации и связанного с этим поиска нового смысла жизни до радикального ислама. Он говорит, что его жизнь была беспорядочной и не имела цели, пока в возрасте 17 лет он не познакомился с членами исламистской партии ("Хизб ат-тахрир аль-исламий"), утверждавшими, что лишь ислам может принести порядок в его жизнь. Позднее Хасан присоединился к "Аль-Мухаджирун".

Батт считает, что родившиеся в Британии мусульмане ничего не должны правительству страны, поскольку не просили о том, чтобы родиться и вырасти здесь. А значит, они не должны испытывать к государству никакой политической преданности и лояльности. Позиция Батта весьма показательна для радикальных исламистов Соединенного королевства еще и потому, что он является сторонником установления исламского халифата как в мусульманских странах, так и на территории самой Великобритании и полагает, что каждый мусульманин должен способствовать установлению шариата в этих странах как политической системы.

По мнению Батта, мусульмане смогут ужиться с немусульманами только в рамках мусульманского государства, а к врагам ислама следует относить все страны, где хоть как-то ущемлены права последователей Аллаха¹⁶. В интервью журналу "Проспект Мэгезин" Батт пояснил, что основная его обязанность в качестве вербовщика состояла в том, чтобы найти

слабые места в душе потенциального рекрута, и если он ощутил у объекта проблемы с самоидентификацией, ему обязательно стоило указать на то, как трудно быть пакистанцем (бангладешцем и т.д.) и британцем одновременно. Батт считает, что отчуждение между двумя поколениями внутри мусульманских общин Великобритании подталкивает молодых последователей Аллаха к исламизму. И первенство в соперничестве между основными мусульманскими течениями - традиционалистами, фундаменталистами, модернизаторами и исламистами - сегодня принадлежит именно последним. Отношение исламистов к остальным течениям ислама, в особенности к традиционализму, весьма красноречиво выразил Мохаммед Сидик Хан в своем предсмертном обращении, распространённом "Аль-Каидой": "Наши богословы довольны своими "тойотами" и коттеджами на две семьи. Но им лучше сидеть дома и перепоручить свою работу истинным наследникам пророка"¹⁷.

ВСЕ ЛЕГАЛЬНО

Что же до двуликой политики вышеозначенных организаций, то у неё есть простое объяснение - мусульманским движениям и организациям до начала XXI в. жилось на берегах туманного Альбиона весьма комфортно. По данным британской прессы, в Англии, вплоть до атаки на Всемирный торговый центр в США, свободно проживали около 20 исламских террористов, которым властями других государств были предъявлены обвинения в убийстве сотен людей. Следуя политике мультикультурализма, британское правительство редко вмешивалось во внутренние дела мусульманских общин. Однако сегодня основы этой политики подверглись серьёзной ревизии и критике: власти страны всё больше склоняются к тому, что британские ценности и традиции, английский язык должны доминировать в процессе интеграции меньшинств в принимающее общество¹⁸.

Также до последнего времени в Великобритании находились люди, открыто выступавшие с агрессивными заявлениями и столь же открыто претворявшие их в жизнь. К ним относится 43-летний уроженец Александрии Мустафа Камель, более известный как Абу Хамза аль-Масри ("Египтянин"), соратник бен Ладена и бывший британский подданный. Судьба Абу Хамзы имеет ряд схожих черт с судьбой Мохаммеда Сидик Хана. Будучи воспитанными в духе норм традиционного ислама, оба в своё время сильно увлеклись радикальными мусульманскими учениями. Сын военно-морского офицера и директрисы начальной школы, строитель по образованию, Абу Хамза приехал в Великобританию в 1979 г. На него сильно повлияли исламская революция в Иране и афганская война. В Великобритании он некоторое время был переводчиком боевиков-моджахедов, прибывавших из Афганистана на лечение. После знакомства с основателем движения афганских моджахедов, шейхом Абдуллой Азамом, "Египтянин" сам отправился в Афганистан, где и потерял обе руки и левый глаз. Вернувшись оттуда, он, подобно Сидик Хану, начинает вербовать новых сторонников агрессивного движения¹⁹. Только бистонец делал это частным образом, не афишируя своих идей, а Абу Хамза открыто проповедовал в столице приютившего его государства. Он поддерживал тесные связи с несколькими радикальными исламскими группировками, среди которых были афганские моджахеды и движение "Аль-джихад аль-исламий", а также ультратеррористическая "Вооружённая исламская группировка", от имени которой он стал в середине 1990-х гг. издавать бюллетень "Аль-Ансар". Позднее он и вовсе провозгласил себя "главным английским муфтием", объявив с началом чеченской войны джихад России.

Власти Великобритании отреагировали далеко не сразу. Лишь в 2003 г., когда мечеть в Финсбери-Парк была уже широко известным центром террористической пропаганды, они запретили Абу Хамзе выступать с проповедями. Но, поскольку ареста за этим не последовало, исламист продолжил проповедовать каждую пятницу перед входом в мечеть. В апреле того же года Абу Хамза был лишен британского гражданства. Лишь в октябре 2004 г. его арестовали и предъявили 16 обвинений. На основании содержания проповедей Абу Хамзы и найденных у

него материалов речь шла о разжигании ненависти и подстрекательстве к убийству. 7 февраля 2006 г. суд приговорил Абу Хамзу к семи годам тюремного заключения²⁰.

* * *

Сегодня в британском обществе и политических кругах выдвигается множество идей относительно причин радикализации мусульманской молодежи, и весьма популярным в последние годы стало мнение о том, что основной ее причиной является британская внешняя политика - вторжение в Афганистан и Ирак, поддержка Израиля в конфликте с палестинцами. Подобные тезисы, в частности, содержит статья Тарика Рамадана, опубликованная в газете "Гардиан" в июне 2007 г.²¹ Вместе с тем, как указывает в своем открытом письме Рамадану главный редактор "Проспект Мэгэзин" Дэвид Гудхарт, Рамадан фактически повторяет заблуждение многих мусульманских деятелей страны, заявляющих, что Сидик Хан был "хорошо интегрированным молодым британо-пакистанцем, сведенным с ума внешней политикой Тони Блэра"²².

Сам Гудхарт рассматривает в качестве причин радикализации два фактора: острый конфликт поколений, спровоцированный отходом молодёжи от традиционных социальных и моральных норм в современном либеральном обществе, а также активную деятельность исламистских политико-религиозных течений, предлагающих молодым адептам ислама полное объяснение мира и героическую роль в создании нового мирового порядка. Такова была и суть проповедей Абу Хамзы аль-Масри в лондонской мечети, и именно по такому пути пошел Мохаммед Сидик Хан, отказавшись в середине 1990-х гг. от традиционного ислама своих родителей и присоединившись к исламо-экстремистам. Сегодня именно эти люди являются потенциальными ролевыми моделями для молодых мусульман Великобритании, которые в условиях отчуждения поколений и кризиса самоидентификации оказались фактически одни перед лицом трудного выбора.

Поскольку конфликт поколений вряд ли удастся преодолеть быстро, британское правительство, скорее всего, будет стремиться максимально ограничить влияние подобных течений и организаций на мусульман своей страны. Первые шаги на этом пути, выразившиеся в ужесточении миграционного законодательства и регулярных проверках деятельности мусульманских учреждений разного профиля, уже сделаны. Насколько эффективны будут эти и другие меры, покажет лишь время.

¹ Въезд осуществлялся согласно закону о британском подданстве 1948 г. (British Nationality Act), признававшему самостоятельность гражданства Канады, Австралии, Новой Зеландии, ЮАС, Индии, Пакистана, Цейлона и Южной Родезии и позволявшему их жителям въезд в Англию на правах выходцев из стран, имевших с Британией особые отношения.

² Среди них были и высококвалифицированные выходцы из Пакистана и Индии (штата Гуджарат и Бомбея), а также образованные бенгальцы, занимавшие места в созданных в конце 1940-х гг. системе социального страхования и национальной службе здравоохранения. - См.: Котин И. Ю. Побеги Баньяна. СПб., 2003, с. 70 - 75.

³ Согласно Иммиграционному акту 1962 г., для держателей британских паспортов из стран Содружества вводилась квота в 61 тыс. человек в год, которая в 1964 г. была сокращена до 4,7 тыс. человек.

⁴ См.: Anwar М. The Myth of Return: Pakistanis in Britain, London, 1979.

⁵ Goulbourne H. Race Relations in Britain since 1945. Basingstoke: Palgrave Macmillan, 1998, р. 66.

⁶ Brighton S. British Muslims, Multiculturalism and UK Foreign Policy: "Integration" and Cohesion" in and beyond the State // International Affairs. 2007, N 1, р. 8 - 9.

⁷ Rath J., Penninx R., Groenendijk K., Meyer A. Western Europe and its Islam. Leiden: Koninklijke Brill NV, 2001, р. 233.

⁸ Hellyer H. British Muslims: Past, Present and Future // The Muslim World, April 2007, Volume 97, р. 230.

⁹ Belonging to a Religion, 2001: Social Trends 34 - http://www.statis-tics.gov.uk

¹⁰ Families with Dependent Children: by Family type and Religion, April 2001, GB - http://www.statistics.gov.uk

¹¹ Тульский М. Ислам в неисламском мире // Независимая газета, 29.09.2001.

¹² См.: Nielsen Y. Muslims in Western Europe. Edinburgh University Press, 1995, р. 46.

¹³ См.: Malik S. My Brother the Bomber // The Prospect Magazine, June 2007, Issue 135.

¹⁴ Здесь и далее цит. по: TaseerA. A British Jihadist // The Prospect Magazine, August 2005, Issue 113.

¹⁵ См.: Ланда Р. Мусульманская диаспора и исламо-экстремизм в Великобритании // Мусульмане на Западе. М., 2002.

¹⁶ TaseerA. A British Jihadist...

¹⁷ Цит. по: Malik S. Op. cit.

¹⁸ См.: Obrien S. In Praise of Multiculturalism // The Economist, June 14, 2007 - http://economist.co.uk/world/britain/displaystory

¹⁹ Абу Хамза аль-Масри. Лондонский лидер радикальных террористов - http://www.lenta.ru/lib/14176289/

²⁰ Freeman S. Abu Hamza Jailed for Seven Years for Inciting Murder // Times Online, 07.02.2006 - http://www.timesonIine.co.uk/tol/news/ uk/article728117.ece

²¹ Ramadan T. Blair Can no Longer Deny a Link between Terrorism and Foreign Policy // The Guardian, 04.06.2007.

²² Goodhart D. Open Letter to Tariq Ramadan // The Prospect Magazine, June 2007, Issue 135.

Постоянный адрес данной публикации: